Текст книги "Азбука православной веры"
Автор книги: Владимир Зоберн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)
Все прочие религии мнимые, которые учат тому, что христианство отвергает, которые отвергают то, чему оно учит нас, – все есть ложные. Таковы различные верования: индийские, языческие, всевозможные сектантские. Они – изобретения человеческие. Они подражания истинной религии, – подобно тому, как поддельная монета есть противозаконное подражание настоящей.
Страшись же повторять опровергнутое нами положение, что «все верования хороши». Даже само неведение в таком важном деле не извинительно, но равнодушие к нему было бы беззаконно!
Глава 12
В. – Не был ли Иисус Христос только великим благодетелем человечества? Точно ли Он Бог?
О. – Услышь Его самого, отвечающего тебе: Сколько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца; Разве ты не веришь, что Я в Отце и Отец во Мне? (Ин. 14.9, 10)
Недостаточно целой книги, чтобы дать подробный ответ в разрешении этого вопроса. Мы уже коснулись его, говоря о Божественном происхождении Веры Православной, однако нужно еще несколько более развить этот пункт, на коем основана вера наша.
Евангелие – это история Иисуса Христа, написанная свидетелями и при свидетелях-очевидцах – иудеях и первых христианах, – рассказанная с дивной простотой апостолами, которые откровенно говорят о своих проступках, о своем малодушии и неверии, и которые, наконец, положили жизнь свою в удостоверение истины своих слов.
Одно чтение Евангелия есть лучшее доказательство его истины. Нельзя не почувствовать, что это Слово Божие!
Сравни высочайшую личность Господа Иисуса Христа со знаменитейшими из людей! Все они, оканчивая жизнь, умирают совершенно для земли. Их поприще было шумно, они волновали мир. Но после них, что же остается? Некоторое время имя их восхваляется, но потом к нему становятся равнодушны, и оно хранится только в книгах: они не живут уже больше на земле …
Иисус Христос один живет, живет всегда и везде. Он присутствует в мире. В этот день, как и двадцать веков назад, везде и во всех странах Его любят и ненавидят, Его защищают и противятся Ему, Его приемлют или отвергают, как и во дни Его земной жизни. Он есть главнейший вопрос, средоточие всех жизненных вопросов, волнующих человечество.
Он живет, глаголет, повелевает, учит, запрещает. Его жизнь развивается в христианстве, она есть дух и стихия Его великого учреждения – Святой Церкви. Христианство – это продолжение жизни Иисуса Христа во вселенной, в течение всех веков!
Итак, Иисус Христос есть всемирный деятель, непрерывно действующий в течение двадцати веков, начертанный живыми буквами во всех странах и поколениях. Это жизнь исключительная, наполняющая весь мир. Все проходит, все умирает вокруг Него, Он один живет и существует!
Следовательно – Он более, нежели человек!
И дивная вещь, свойственная одному Иисусу Христу: Его жизнь, наполняющая вселенную со времени Его пришествия на землю, столь же действенно и могущественно наполняла предшествовавшие века, до самого начала мира! Искупитель, для Которого жили, живут и будут жить поколения христианские, был так же жизнью древних поколений, верных учеников Моисеевых, пророков и патриархов! В Него веровали, на Него уповали, Его ожидали, Его любили! Как солнце в полдень озаряет своими лучами все время, которое уже протекло, и то, которое будет протекать, – так Иисус Христос освещает и животворит все прошедшее, настоящее и будущее.
Иисус Христос один есть первообраз совершенства : по Его единственному примеру совершенствуется нравственный мир. Что же есть добродетель, как не подражание Иисусу Христу?
Нет никакого сравнения между Ним и теми прославленными образцами совершенства, которым дивился древний мир! Да и вообще, во всяком человеческом совершенстве есть недостатки. Кого же дерзнут сравнить с Ним? И сами святые – эти герои добродетели, есть только Его последователи! Все меркнет перед светом Его, как меркнут искусственные огни при появлении солнца! Он Сам говорил: Доколе Я в мире, Я свет миру (Ин. 9. 5.).
И это сверхчеловеческое совершенство, неведомое и немыслимое, когда явилось миру, осветило все, потому что было само источником света.
Еще признак, столь же показательный и принадлежащий одному Иисусу Христу: Его Божественное совершенство, столь недоступное для нашей немощи, вместе с тем и побуждающее к подражанию Ему, самое изобильное в последователях и учениках! Оно предлагает себя в пример всем людям – ребенку и старцу, невежде и ученому, нищему и богатому, начинающему и совершенствующемуся. Оно применяется ко всем, исправляет все, совершенствует всех.
Кто не увидит здесь печати Божества? Человек мог ли явить что-нибудь подобное?
Наконец, еще один признак Божественного совершенства Иисуса Христа, принадлежащий Ему одному: в Его совершенствах нет излишества.
Человек бывает чрезмерен в своих качествах: чувствуя себя слабым, он доводит и добро до излишества, из страха не устоять в добре. Один предпринимает подвиги не по силам, другой делает благотворение с обидою для тех, о ком должен заботиться, иной доводит свое отречение от мира до совершенного равнодушия ко всему окружающему его! Слабость человеческая проглядывает из-за геройского стремления к добродетели!
Но в Иисусе Христе добро всесовершенно и всеистинно. Нет преувеличения ни в чем. Совершенство Божественного естества проявляется и сочетается с благими чувствованиями человеческой природы. В Нем Бог и человек соединены вполне.
По этой самой причине, столь совершенный пример не приводит в отчаяние. Напротив, он желателен и сладостен: это истинное выражение добродетели совершенной, а вместе с тем возможной, предлагаемой Богочеловеком в подражание всем людям!
А Его учение! Это Божественное Слово, в течение двадцати веков изучаемое, обсуждаемое великими гениями, оспариваемое ненавистниками, применяемое к различным обществам и личностям, – это Слово не могло никогда быть изобличено в заблуждении самыми злейшими его противниками! Оно всегда пребывает «светом мира», и каждая враждебная попытка оправдывает предречение Учителя: Небо и земля прейдут, но словеса Мои не прейдут (Мф. 24. 35).
Там, где раздается это живительное Слово, туда проникает свободно образованность, появляются плоды жизни умственной и нравственной, преуспеяние, просвещение! Там, где оно не царствует или слабеет в своем влиянии и силе, является упадок, бездействие, варварство, нравственная смерть!
Слово Христово основало новейшее общество наше и сделалось путеводным светильником разума и философии истинной.
Никогда человек не говорил так, как Этот Человек, – восклицали некогда иудеи (Ин. 7. 46).
Действительно, открой Евангелие. Какое неслыханное могущество, какая власть! Какая небесная простота! Иисус учит тому, что видел, что знает точно. Он не обсуждает, не старается доказывать, убеждать. Ему достаточно одного Его слова, Он знает, что оно есть истина. Он уверен, Он утверждает. Один Богочеловек мог выражаться таким образом!
Скажу более: Слово Иисуса Христа служит само по себе доказательством и утверждает с властью и силой свое Божественное происхождение.
Господь называет Себя Мессией, Спасителем, Жизнью, Истиной, Христом, Сыном Божиим, Богом. Все Евангелие от Иоанна наполнено этими Божественными определениями, оправдываемыми величайшими чудесами неизреченного милосердия.
Под названием Сына Божия, Иисус Христос и сами иудеи имели в виду не просто праведного человека, Сына по благодати или друга Божия. И Он, и они понимали под этим именем Предвечное Слово Божие, второе Лицо Святой Троицы, Единородного Сына Божия, Бога единосущного Отцу и Святому Духу, ибо в Ветхом Завете уже явлено было таинство Пресвятой Троицы, как видим, например, в псалмах Давида: Духа Твоего Святаго не отьими от мене (Пс. 50. 13).
Много подобных удостоверений найдешь в Евангелии.
Во время страданий на кресте Иисус Христос говорит как Бог разбойнику: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю (Лк. 23. 43).
Наконец, по Воскресении, когда Фома, убежденный видом язв Его, восклицает: Господь мой и Бог мой! – Иисус говорит ему: ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны не видевшие и уверовавшие (Ин. 20. 28, 29).
Слышишь ли эти Божественные слова? Какое всемогущество! Кто мог говорить так, кроме Бога, Ему же подобает всякая слава, честь и поклонение во веки веков. Аминь!
Да удалится же от нас всякое сомнение! Иисус Христос сошел на землю, чтобы возвратить к Богу истинному сердца людей, искупленных Его Божественной кровью, Его крестной смертью.
Повергнемся у подножия Креста Христова и будем горячими молитвами испрашивать веры и озарения благодати, чтобы слово Божие было в нас живо и благотворно!
Глава 13
В. – Я хочу следовать одному Евангелию и держаться только первоначального христианства.
О. – Друг мой! Не слишком ли ты много на себя берешь?
Ты хочешь следовать одному Евангелию: чего же лучше? Больше этого никто от тебя потребовать не может.
Но изучил ли ты Евангелие? Понял ли, какой чистоты требует Господь от Своих последователей? Самые величайшие из святых долго и много трудились, чтобы приобрести ее, и только получив испрашиваемую горячими мольбами благодать Божию, они достигали святыни, но никогда не хвалились, что совершенно исполнили все заповеди Евангельские.
Вникни в эти священные заповеди, и ты увидишь, что недостаточно простить врагов, сказано любить их. Недостаточно подавать милостыню, надо, чтобы левая рука не знала, что делает правая, что значит – и мысленно не любоваться своими добрыми делами. Недостаточно иметь безукоризненное поведение, нужно, чтобы и око не взирало с вожделением. Надо нести крест, с покорностью принимать все скорби, которые будут ниспосланы. Надо бороться со страстями, не позволяя плоти никаких излишеств. Надо следовать за Христом, подражать всеми силами Его Божественному примеру. Это все необходимо каждому христианину, но легко ли это? Ты говоришь так решительно, что хочешь следовать одному Евангелию? Разве от тебя требуют чего-нибудь большего?
Ты хочешь держаться первоначального христианства ? Но что ты под этим подразумеваешь? Если говоришь о вере первых христиан, то они веровали всему, чему учит нас верить наша Святая Православная Церковь, которая сохранила неизменно все учение апостолов. Если богослужение и образ жизни первых христиан, то увы, друг мой, это ни тебе, ни мне не под силу! Первые христиане жили единственно для Христа, любили Его превыше всего, соблюдали слово Его с таким самоотвержением, что расточали имение свое на благотворения, проводили большую часть дня и ночи в молитве и в посте, вели жизнь такую чистую и святую, что могли каждый день приобщаться святых Таин. И, наконец, они с радостью стремились на ужасные мучения и смерть, за возлюбленного своего Господа и Учителя!
Скажешь ли после этого, что первоначальное христианство доступно для тебя? И не поймешь ли, что чадолюбивая матерь твоя – Православная Церковь требует от тебя отнюдь не больше, а гораздо меньше того, что исполняли и поныне еще исполняют подобные тебе люди, из горячей любви к Богу?
Глава 14
В. – Я имею мою собственную религию. Я хочу повиноваться Богу, а не людям. К чему Церковь и все ее уставы?
О. – Что же это за собственная религия, которой ты намерен держаться? Не значит ли это, что ты хочешь жить в своеволии, исполнять только те религиозные обязанности, которые не тягостны для твоей лености и невоздержания? Упражняться только в тех добродетелях, к которым чувствуешь наклонность, и отвергать те, которые трудны и противны страстям твоим?
Такой религией, друг мой, нельзя угодить Богу, который требует от нас прежде всего смирения и самоотвержения. Нельзя быть верным последователем Иисуса Христа, Который смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной (Фил. 2. 8). Такая религия не возродила бы мир в новую духовную жизнь. Христианин, поступающий так, только по названию отличался бы от язычника.
Ты хочешь «повиноваться Богу, а не людям»! Да как же это сделаешь, если Сам Христос сказал апостолам: Слушающий вас, Меня слушает, и отвергающийся вас, Меня отвергается (Лк. 10. 16). Это сказано не об одних апостолах, но обо всех, кто через непрерывное рукоположение принял от них власть вязать и разрешать. Подтверждением этого служат и слова Христовы, когда Он молит Отца об учениках: да будут все едино, как Ты, Отче, во мне, и Я в Тебе, (так) и они да будут в нас едино (Ин. 17. 21).
Видишь теперь, что нужно повиноваться и людям, то есть Церкви, учрежденной Самим Христом!
Ты говоришь: «К чему Церковь и все ее уставы?» На это достаточно бы ответить, что Господь сам учредил ее, следовательно, это было нужно. Но я постараюсь объяснить это пространнее.
Учреждение Церкви было необходимо для сохранения во всей чистоте учения Христа и Его апостолов. Оно, без сомнения, скоро бы изменилось, если бы всякий имел право объяснять по-своему Св. Писание и догматы, на нем основанные, принимать или отвергать священные предания и самопроизвольно уклоняться от постановлений и порядка, необходимого во всяком благоустроенном обществе, как духовном, так и гражданском. Это и было делом Св. Соборной и Апостольской Церкви – учредить этот необходимый порядок.
Священное Писание, на котором основана наша вера, требует объяснений. В нем встречаются, по-видимому, противоречия, которые должны быть объяснены. Кто же может рассудить это, кроме Церкви? И сами отцы Вселенские, с великим трудом и глубокими изысканиями, объясняли их. Каждый же человек отдельно мог бы придать ошибочный смысл некоторым изречениям, как это и делали ересиархи, основывавшие свои заблуждения на каком-нибудь отдельном тексте. Кто же опровергнет с силой и властью ложное учение, если не Святая Церковь, которая не может ошибиться, потому что озаряется Духом Святым, по слову Христову апостолам: Дух истины… наставит вас на всякую истину (Ин. 14. 13), а также и по самому свойству вселенской соборности она должна быть и есть непогрешима. Мы видим и в гражданских делах, что составление законов и объяснение их не предоставляется произволу частных личностей, но собранию опытных государственных мужей. Тем более в делах духовных необходимо обсуждение соборное и воспрещение личного произвола.
Господь Иисус Христос основал Церковь, избрав апостолов и дав им власть вязать и разрешать.
Прияв такую власть от Господа и право рукополагать епископов и пресвитеров, апостолы учреждали Церкви, предписывая верным полное повиновение: Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших (Евр. 17. 17). Апостолы дали уставы Церквам не только написанные в их посланиях, но также устные, сохраненные в Священном Предании их учениками.
Эти Священные Предания ведут начало от самого Иисуса Христа. В последней беседе перед страстями, Господь сказал ученикам: Когда же придет Он, Дух Истины, то наставит вас на всякую истину (Ин. 17. 13).
Многое, принятое от Христа, было передано устно апостолами верным ученикам. Следовательно, Священные Предания имеют равную силу со Священным Писанием. Достоверность же Священных Преданий утверждается тем, что вся Соборная Церковь, по тщательном рассмотрении, приняла их. Церковь Соборная заблуждаться не может, потому что она, по слову апостола, столп и утверждение истины (1 Тим. 3. 15).
Когда Церковь верных стала многочисленной, тогда почувствовалась необходимость соборного обсуждения дел, касающихся веры и богослужения. Первый собор Апостольский (Деян. 15) послужил примером Вселенским соборам. На Апостольском соборе видим совершенное равенство: нет между ними первенствующего, после долгого обсуждения все единодушно установили правила. Так поступали и Семь Вселенских соборов : они составлялись из представителей всех Церквей, созываемых императорами. В них заседали великие Отцы, прославленные святостью жизни и глубокой мудростью. Правила, принятые всей Вселенской Церковью, имеют неоспоримую силу закона, и отметающие их отметаются самого Христа.
Вселенские соборы имели по всей справедливости право судить и низлагать патриархов и епископов. Им одним могла принадлежать непогрешимость, которая не может быть свойственна никакой отдельной личности, ибо даже ни один из апостолов себе ее не присваивал.
Подобным образом поместные соборы составлялись из представителей нескольких епархий и приходов, подведомственных какому-либо архиепископу, митрополиту или патриарху. Они собирались для устройства порядка своих Церквей, но они должны были действовать не иначе, как сообразно с правилами Вселенских соборов, и не могли делать в них ни малейшего изменения. Решения сих частных соборов были обязательны только для подвластных им Церквей.
Понимаешь ли ты теперь, что тот подобен язычнику и мытарю, кто не послушает Церковь (Мф. 17. 17), Единую Святую Соборную и Апостольскую, которую ты исповедуешь в Символе веры.
Глава 15
В. – Люди испортили дело Христово: я хочу очищенной религии.
О. – Кто же эти люди, испортившие дело Христово?.. Уж конечно, не те отцы вселенские, святости и мудрости которых удивляется весь мир! Эти великие мужи, исполненные даров Духа Святого, прославленные даром чудотворения, исповедники Христовы, великие подвижники, – могли ли испортить дело своего Господа и учителя, у кого учились день и ночь?
Еще замечу тебе, что испортить дело Христово не в силах человеческих. По слову Господа о Церкви Своей: и врата ада не одолеют ее! Много уже различных ухищрений изобретал ад против Церкви Христовой, но она стоит непреклонна, потому что основана на твердом камне, исповеданном Петром (Мф. 16). Камень этот – Христос, Сын Бога живаго!
Знаешь ли, кто портит дело Христово? Это – нововводители, люди, дерзающие думать, что они призваны очистить религию! Таковы были все ересиархи, от николаитов и ариан до лютеров и кальвинов, и до бесчисленных сектантов наших дней, которые довели свою «очищенную» религию до того, что в ней нет больше духа Христова, а оставлено только для приличия одно имя Его. Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие? (1 Кор. 1. 20)
От кого, скажи мне, получили они право переделывать Церковь апостольскую, соборную? Чем засвидетельствовали свое послание? Святостью ли жизни, даром ли чудотворения, подобно апостолам?.. Господь, говоря о лжеучителях, дал нам средство отличать их от истинных учителей: По плодам их узнаете их (Мф. 7. 16). А известно, что вместо плодов святыни нововводители являли гордость, честолюбие, раболепство страстям. И такие-то личности дерзали касаться дела Христова, дозволяли себе объяснять самовольно слово Его! Надо бы поистине дивиться, что такие учители могли найти многочисленных последователей, если бы мы не знали, что они делали поблажку худым наклонностям природы человеческой, которым Евангелие и Церковь повелевают противоборствовать!
И действительно, посмотри, в чем состояли их «преобразования». Не думаешь ли ты, что они, допустив послабления в Церкви и уклонения от древней строгости правил, имели в виду возвести ее на прежнюю высоту? Совсем нет! Они только говорили это, а на самом деле отвергли все, что стесняло своеволие человеческой природы, все, что смиряло ум верующих в послушание Христово. Они отвергли Таинства, которые им не нравились, Богослужение, которое казалось им утомительным, посты, неприятные для их чувственности, и другие узаконения церковные, основанные на словах Христа и Его апостолов.
Такого ли рода очищений в религии ты желаешь? Неужели, друг мой, ты готов больше верить тем волкам хищным в овечьей одежде, от которых остерегает нас Христос (Мф. 7.15), чем Его апостолам и верным их последователям?
Глава 16
В. – Не все ли равны вероисповедания христианские? Как узнать между ними истинную Церковь Христову?
О. – Как же могут быть равны все вероисповедания христианские, если они противоречат одно другому и в догматах, и в понимании Священного Писания, одним словом – в самых существенных вещах? Истина одна и непреложна. В ней не может быть двух мнений.
Рассуди, может ли быть все равно: исповедовать со Св. Соборной и Апостольской Церковью, что Христос есть Бог, или верить с арианами и его единомышленниками, что Он только человек?
Все ли равно, исповедовать в Символе веры Никейско-Константинопольском, Духа Святаго, от Отца исходящаго, как исповедовали апостолы и вся Вселенская Церковь, или прибавлять, вопреки ясным словам Христовым (Ин. 15. 26) вместе с Западной Церковью «и от Сына», и другие члены Символа веры, никогда не находившиеся в древнем Символе?
Все ли равно, признавать со Вселенской Церковью семь Таинств, или только два с лютеранами, или вовсе отвергать их с реформатами?
Все ли равно, веровать в Таинстве Евхаристии истинному Телу и Крови Христовой, по слову Его Божественному (Мф. 24; Мк. 16; Лк. 22), как веровала вся Вселенская Церковь, или видеть с реформатами в ней только символ и воспоминание?
Все ли равно, иметь иерархию, продолжающуюся в непрерывной последовательности через рукоположение от апостолов, или не иметь ее? Иметь Литургию, утвержденную Вселенскими Соборами, или не иметь ее?
Все ли равно, признавать одного Христа главой Церкви, или что папа глава Церкви, что он выше Вселенских соборов и может судить царей, и раздавать им царства и проч. и проч.?
Скажи, может ли это все быть равно право, равно истинно?
«Как же узнать, – спрашиваешь ты, – между всеми истинную Церковь Христову?»
На это есть правило, очень простое и ясное:
Истинная Церковь Христова есть та, которая, непрерывным преемством рукоположения происходя от апостолов, содержит неизменным все, что передали апостолы и что утвердили семь Вселенских соборов. Только такая Церковь, как утвержденная на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным (камнем) (Ефес. 2. 20), имеет обетование Господне, что врата ада не одолеют ее.
Но оставим рассуждение о великой Церкви, которая перед своим господом стоит или падает (Рим. 14. 4).
Займемся лучше рассмотрением признаков, удостоверяющих, что Восточная Церковь, к которой принадлежит наша Русская Православная Церковь, осталась верной православному единству.
1. В Восточной Церкви сохранилось, непрерывным преемством рукоположения, ее происхождение от Иисуса Христа и апостолов.
2. Она содержит в первоначальном виде все, что передали апостолы и утвердили семь Вселенских соборов. Она не позволила себе ни малейшего изменения или нововведения не только в догматах веры, но и в Богослужении, и в порядке церковном. Она исповедует Символ веры Никео-Цареградский, без прибавлений или сокращений.
3. Она объясняет Священное Писание, как объяснили его Отцы вселенские, и хранит все священные предания и правила, утвержденные Вселенскими соборами.
4. Она признает Главой своей единого Господа Иисуса Христа. Ее пастыри, водимые духом Христовым, не стремятся к преобладанию, пасут стадо свое в духе кротости. В гражданском отношении они покорны власти предержащей, как повелел Христос и апостолы, но вместе с тем они бдительно стоят на страже православия и никогда не изменяли ему.
5. Восточная Церковь приемлет и преподает семь Таинств по уставу вселенскому. Она имеет Литургию, утвержденную Вселенскими соборами. Она в Святейшей Евхаристии верует истинному Телу и Крови Христовой и преподает ее верным под обоими видами, как повелел Господь.
6. Она сохранила древний иерархический порядок: ее епископы избираются из монашествующих по правилам соборным, а ее пресвитеры единобрачны, по уставу апостола Павла (1 Тим. 3. 2; Тит. 1. 6,) и по утверждению первого Вселенского собора – Никейского.
7. Восточная Церковь, по уставу вселенскому, чествует и молит Пресвятую Деву Богородицу, как Матерь Господа своего и заступницу рода христианского. Она чтит в молитвах св. Ангелов и всех святых, как ходатаев наших пред Господом. Она почитает св. иконы и мощи святых угодников Божиих, она содержит все посты, по учреждению апостолов и Вселенских соборов. Она творит память об усопших при бескровной жертве, зная, что тем приносит великую пользу душам их.
Вот краткое изложение главных признаков, удостоверяющих, что Восточная Церковь Едина, Святая Соборная и Апостольская Церковь.
И поистине, можешь сам видеть, что «врата ада не одолеют ее»! Посмотри, как стоит она, непреклонна, среди развалин царств и под гнетом варваров, равно как в благоденствии и славе, не требуя для утверждения своего светской власти, ибо верит слову Господа своего и Учителя, изрекшего: «царство мое не от мира сего» (Ин. 18. 36). Посмотри, как как сила Божия укрепляет ее бесчисленных мучеников и по сей день. Помысли, как ее, оскорбленную отпадением сестры ее, Римской Церкви, утешил Господь в то же самое время, даровав ей новую дщерь, Церковь Российскую, распространившую истинную веру в отдаленнейших странах. Не подивишься ли дивным судьбам Божиим и премудрому Его промышлению о Церкви Своей истинной?
Если пожелаем узнать больше о Православной Церкви, к которой ты принадлежишь по неизреченной благости Божией, то в Законе Божием найдешь все, что может удовлетворить твой разум. Я же вдобавок приведу тебе утешительное свидетельство ученого англичанина, W. Allies, ректора в Лаутоне, писавшего в 1846 году следующее:
«Нить апостольского преемства и чистоты учения видимы для всех в недрах Восточных Церквей. Они никогда не были подчинены Риму. Священство, Бескровная Жертва и власть вязать и разрешать, пребывают в них от первых дней непрерывно и непреложно. Они не испытывали никакой реформации со стороны людей, коих жизнь была соблазном всему христианскому миру. Восточная Церковь показала в себе лучший и вернейший признак истины – жизнь. Ей одной, со времени отделения Рима, обязано своим обращением к христианской вере это великое государство – Россия. Да, Россия, с ее епископами, духовенством, монастырями, скитами, с ее древним чиноположением, ее совершенной церковной системой, с ее подвижниками, исповедниками, иноками и святителями, неопровержимо свидетельствует об истине Восточной Церкви!» В заключение ученый говорит: «Итак, спасение и безопасность наша единственно должны заключаться в принятии и сохранении ясно-несомненного учения сей Церкви».
Если иноверец дошел до такого убеждения, то тем более мы должны чувствовать, что наше спасение и безопасность заключаются единственно в повиновении уставам нашей Св. Церкви. Но вместе с тем мы должны остерегаться, чтобы в неуместной ревности не произносить укоризненного слова на тех, которые в простоте сердца следуют другому вероисповеданию. Будем помнить, что мы ничем не заслужили счастья родиться в недрах Православной Церкви и что кому дано много, с того много и взыщется!
Глава 17
В. – К чему слушать священников? Они такие же, как и все люди.
О. – Справедливо ли, скажи, друг мой, отзываться с неуважением о служителях Христовых? Что бы ты сказал тому, кто говорил бы с презрением о целом классе общества, к которому ты принадлежишь?
Мы должны слушать с уважением священников, говорящих нам слово спасения. Это повелевает Христос: слушающий вас, Меня слушает (Лк. 10. 16).
Если ты подразумеваешь под словами «они такие же, как и все люди», что они имеют свои слабости, то кто же из людей не имеет их? Один Бог безгрешен! Имеем ли мы право требовать, чтобы они были святы? Нам достаточно знать, что сан их свят, что благодать Святаго Духа, данная им через православное рукоположение, всегда жива и действенна к совершению Таинств, хотя бы поведение их было и небезукоризненно. Священник в своем служении есть только проводник благодати, через которого действует Сам Бог ко спасению нашему. Искусный мастер умеет действовать успешно и худым орудием.
Если ты, по несчастью, видишь пороки в священнике, то кроме общей для всех заповеди Христовой: Не судите да не судимы будете (Мф. 7. 1), – ты должен помнить еще, что Церковь еще более печется о том, чтобы служители ее были безукоризненны. Она, конечно, не может без проверки верить всякой жалобе, и сначала увещевает к покаянию провинившегося священника, потому что он, как и все, имеет право на милосердие. Зато когда вина его доказана, и он не исправляется, Церковь лишает его сана.
Но еще надо спросить у себя по совести: не в преувеличенном ли виде кажутся тебе те проступки, которые иногда приписывают священникам? Нередко слышатся возгласы о том, что они любостяжательны, что они ненасытны! Да точно ли это так? Заметь, что это обвинение больше всего слышится из уст тех, которые сами живут в роскоши и довольстве, и всеми мерами стараются приумножать свое состояние. Бедняки редко жалуются на алчность священников. А те и другие менее жаловались бы, если бы глубже сознавали свою обязанность помогать своему приходскому священнику в нуждах его и – исполняли эту обязанность, так как она непременна для всех. Апостол Павел пишет: Так и Господь повелел проповедующим Евангелие жить от благовествования (1 Кор. 9. 14).
Да скажи, в самом деле, неужели так завидна, так спокойна жизнь священника, особенно сельского? Подумай, что он ведет жизнь, исполненную труда. Все его время принадлежит его прихожанам: он должен, несмотря на усталость или нездоровье, исполнять множество приходских треб, он должен, часто ночью, иногда в самую ненастную погоду, ехать далеко с причастием к безнадежному на выздоровление больному. Он должен находиться нередко среди самых заразных или отвратительных болезней, среди несчастных, участь которых облегчить не в силах. Среди закоснелых грешников, о которых со страхом заботится дать ответ Богу. Что же это, радости, что ли?.. Сверх того, он должен трудиться, чтобы содержать себя прилично своему званию, воспитывать многочисленное семейство, помогать бедным; и какие же ему даны на то способы? Несколько десятин земли и самое умеренное жалованье! Как же прихожанам не помогать своему священнику, когда он не имеет уже более никаких других способов к жизни?
Ты говоришь, что «Священники не должны продавать святыни!». Да разве продается святыня? Кто же не знает, что даров Божиих, преподаваемых в Св. Таинствах, купить нельзя? Разве это значит покупать святыню, когда ты даешь небольшое вознаграждение за труды твоему священнику?
Многие смотрят на сельских священников как-то свысока, с пренебрежением. Случись же, что священник, по долгу звания, обличит помещика7 в несправедливости или безнравственности, все закричат, что священник беспокойный, вредный человек. Если он трудами своими приобрел некоторое довольство, то скажут, что он берет с живого и с мертвого. Жалуются, что сельские священники не слишком образованны – чья же в этом вина? Правительство8 и Церковь ничего не жалеют, чтобы доставить им ученое образование, – чему доказательством служат столь многие глубокие богословы и красноречивые витии, которыми славится наша Церковь.
