Текст книги "Гаремник. Чёрная Душа (СИ)"

Автор книги: Владимир Поселягин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 20 страниц)

Назвал переулок, где проживала семья, и просто расслабился, поглядывая по сторонам, изучая жителей, с интересом разглядывая девушек в лёгких платьях. Да либидо так и пёрло, и заглушить нельзя, ещё хуже сделаю. Не особо имею желания эту тему развивать, но она для меня была довольно болезненной по многим причинам. Да я чуть медсестру не изнасиловал, крышу просто сносило, пару раз конечно срывался, улетал в тыл, в гражданском костюме, находил молодок давно без мужика и обычно это заканчивалось на сеновале к обоюдному удовольствию и сильной усталостью обоих. Даже подарки делал, хороши чертовки. Только за счёт этого и держался. А тут медсестра нагнулась, лет тридцати ей, фигуристая, форменная юбка обрисовала ягодицы. Вот узнал по настоящему, что такое когда голова дымиться. Ну и наверное давление поднялось. Поэтому для меня наложница это действительно самый лучший выход из такой ситуации. Потому я особо магическое хранилище не заполнял. Копил место для следующей наложницы. Мало мне одной, мало. Хороша та, очень, но выносливость оказалась довольно низка, да ещё малоопытная, обучать пришлось. Да я бы тех двух молодок, с которыми встречался, к себе в гарем взял, вот уж кто точно не откажется, и будут со мной до конца. Просто на энтузиазме, им даже денег не надо. Да и не предложил бы я, лицо не хотел потерять. Одно дело иностранок покупать, вроде польки моей, другое дело наших, они деньги не примут. Ещё и в лицо плюнут. И правильно сделают. А вот подарки они берут. Обе женщины, да им по двадцать пять где-то, я посещал не один раз, и хорошо так помог с припасами и другими запасами. Они же деревенские, там продразвёрстки пошли, всё выгребают подчистую. В других районах такого беспредела особо нет, а в этом есть. И да, обе живут под Вязьмой в соседних деревнях. Я и со второй познакомился, посещая первую. И кстати, у этой второй я не один любовник при живом муже. Постараюсь эвакуировать, мне обе нравились, и постараюсь контакты не терять. Устрою где в глубоком тылу. Для меня это не проблема.

Даже жаль, что мои моральные принципы не позволяют иметь гарем из наших девчат. К тому же те между собой передерутся, у наших женщин в крови стоит уверенность, что они одни и неповторимые у своих мужчин, и тут же начинают боевые действия против своих конкуренток. Разок у меня такое было, повторения не хочу. Поэтому ночами посещал обеих молодок, летал к ним на «У-2», и хорошо проводил время. Пусть одна вдова, вторая мужа ждёт с зоны, сидит за убийство. Убил соседа по пьяни, но у них в деревнях немало родственников, ещё и дети от мужей, поэтому только тайные посещения, чтобы их не компрометировать. И ведь припасы передавал только наши, а не немецкие. Скоро те территории оккупируют, может плохо быть, если обнаружат немецкие продукты. Вот такие дела. Позавчера ночью посещал одну, ждала на дальнем сеновале, а этой уже нет, на эшелоне ехал. Зря будет вторая ждать, но тут моей вины нет и весточку подать не мог. И конечно же были причины почему я этой темы коснулся, и к чему так окольными путями подвожу. Да, без женщин мне действительно худо, так и прёт либидо, и как тут воевать, если мысли постоянно скользят только на эту тему? А решил вопрос и хорошо, проблема временно снята. Не окончательно, напитывать телом маной я буду до самой смерти или гибели, но это важная часть моей жизни. А теперь почему коснулся этой темы. Обе в залёте, при последних посещениях убедился, что зарождается жизнь у них в районе живота, новые ауры начинают прорастать. Быстро кстати, срок уже по три недели. Ну да, похоже обе в залёт ушли с первых наших жарких встреч. И дети мои.

Тут стоит уточнить. Моя дочь, Настенька, которую я по стольким мирам за собой носил в хранилище. Она моя. А любой псион это подтвердит. Физически мы можем иметь разное ДНК, а так и было, а аура ясно показывает, что у нас родственные души. По типу отец-дочь. Не зря та при мне была, нигде не оставлял. При зачатии, из бушующих аур родителей, и аура ребёнка формируется, берёт от обоих. Физически только ДНК, остальное уже другой уровень. Вот и тут глянул, диагностику провёл незаметно, мои, это факт. Парнишек трое. У одной двойня. И вот тут встаёт вопрос что делать? Нет, с матерями оставлю факт, забирать и не подумаю. Но я считаю себя обязанным заботится о них и о их матерях. Поэтому буду приглядывать даже пока их матери на оккупированной территории, будет нужда, вытащу. Мне история с Верой тут не нужна. Теперь вы в курсе, о чем я размышлял, пока пролётка везла меня по известному адресу. Это ещё не всё. Последние шесть дней, а времени крайне мало, я занимаюсь созданием боевого голема. Не робота или дроида, големы, это схожие типы боевых машин, но чисто на магии или пси-технике. Именно на последнем я и создаю бойца. Причём, имея возможность создавать копии людей, магических воинов, моя собственная разработка, я не упустил такой шанс, именно и создавал, не впервые, кстати, уже делал, и в бою меня поддерживали с другими псионами, и погибали честно в бою. Я там больше тестировал их, определяя слабые и сильные стороны. И лучше всего их покажут именно такие бои и сражения, что шли тогда на двух станциях. Один раз мы, другой раз нас.

Уж извините, что всё вывалил это на вас, но я уже говорил, для меня это имеет огромное значение. Ну а боевика создаю, да ещё редкую модель, имитирующую человека, это больше для души. Да и для нужды. Иногда нужна вторая пара рук, которой доверяешь как себе. А лучше десять пар рук. Правда есть несколько моментов. Такие боевые големы на Земле хороши, но в Содружестве их выявляют на раз. Я про то Содружество, что мир псионов. Про два других сомневаюсь, может, и проскочат проверку, смотря как защиту настрою. А на Земле они как раз очень хороши. Будут, когда опыта наберутся, это тоже не быстро, своих прошлых, я воспитывал года два. Да они двигаться и ходить учились неделю. И ещё один момент. Големы имеют срок службы, к сожалению не очень большой, десять лет, я держал их в магическом хранилище, там стазис, что и увеличивает срок их службы с десяти стандартных лет до бесконечности. Пока я делаю заготовки, не активируя, буду хранить в одном из амулетов диска. Пока не вырастет объём магического хранилища до нужного размера. А потом по мере как создаю очередного, буду использовать и держать в маг-хранилище. Как видите, не зря поездка прошла, было о чём подумать. Да мыслей много было, но мы приехали. В планах было тут заночевать и с утра уже в Управление кадров КА, за новым назначением, потому как и в штабе нашей Двадцатой армии никто не знал куда меня направят.

Дом был многоквартирный, не удивительно, раз номер квартиры за сотню ушёл, тот большой. Во дворе дети носились, вообще много тут пожилых на скамеечках отдыхало, шум от детворы. Некоторых выкрикивали из окон, зазывая домой. А ко мне от ватаги детишек, что гоняли футбол, вдруг рванул парнишка лет семи-восьми. Глянул пси-зрением, убедился, восьми лет щегол.

– Папа!

Тот с разбегу врезавшись в меня, обнял, я же прижал того к ногам, держа за спину, второй рукой гладил по вихрам. Ну вот и проводник до квартиры.

– Будь мужчиной, не показывай чувств при людях, – строго сказал я, и уже подобревшим тоном добавил. – Я тоже рад тебя видеть.

Никакой неприязни или ненависти я к мальчишке не испытывал. Их можно не любить на расстоянии, а вот так вживую, всё это куда-то уходит. Пока же Вадим, так звали мальчонку, суетился вокруг, я расплатился с возничим, подхватил шинель, перекинув через руку, и в другую руку чемодан, и кивнул Вадиму:

– Веди.

Тот открыв рот, восторженно разглядывал награду, и не обращая внимания как на нас глазеют со стороны, повёл к нужному подъезду. Под перестук копыт двух коней, извозчик покатил прочь со двора, к арке. Я же здороваясь с соседями, многие если не знали Гиль, всё равно приветливо отвечали, с интересом разглядывая. Один мужичок, в светлом костюме, что так любят носить чиновники, под Сталина, поливая клубу под окном из лейки, поинтересовался нейтрально:

– Надолго к нам?

– Завтра в управлении узнаю.

Ну а дальше к нужной квартире. Второй этаж был. Вадим сходу распахнул дверь и стал кричать, что папа приехал, из санузла выглянула женщина, удивлённо и обрадованно увидев меня. Судя по виду, там стирка шла. Я уже шинель повесил на вешалку, ну и дальше была радость встречи. Квартира не большая, но не коммунальная, что уже радовало. Видимо как слушателю военных курсов выдали Гиль, а семья так и живёт, пока тот служит. Дочка Галина оказалась старше, лет десяти, но тоже была рада отцу. Хорошо встретили, дети всё рядом со мной возились. Правда, душ принял, с сыном, пока заменяю старшего Гиль, буду их так называть, его намыл, сам намылся, для Вадима это важно, впрочем, и спать те легли с нами, устроив истерику под улыбку супруги Гиль, что с пониманием смотрела на это. Так что лишили её сладкого. А что, вполне ничего женщина. Конечно же, про подарки я не забыл. Заранее приготовил и раздал как детям, так и супруге Гиль. Причём также выдал той пачку советских денег, чтобы дети не видели, пятнадцать тысяч рублей. Велел завтра положить на счёт в сберкассе. Если его нет, открыть. Пусть храниться, вдруг понадобятся? Взяла не чинясь, для семьи же. Ну а что, не бросать же? Про награду спрашивали, первая у их отца и мужа. Поэтому кратко описал, что командуя танковой ротой, прорвался к немцам в тыл и разгромил штаб дивизии, и даже убитого немецкого генерала вывез. Был бы живой, что больше получил, но и это неплохо. Да и ещё воевали. Дети всё же, без подробностей рассказывал.

Утром, всё же достав в арке «эмку», без свидетелей, обычную чёрную, вполне свежую, прошлого года выпуска, добыл с одного из немецких пунктов сбора, привёл в порядок, а то в столице без машины швах. Даже документы есть, сделал копию от моей бывшей дивизии, как будто та за ней оформлена и передана мне во временное пользование. У меня несколько бланков можно на разные машины оформить, смогу продлевать. Так что проверку пройдёт. Разве что запрос в дивизию вскроет эту небольшую махинацию. Дождавшись супругу и детей, а подъехал к подъезду, сначала сына в садик, а дочку в школу, та помогает в школьном саду, потом жену у сберкассы высадил, а сам к Управлению. Там оставил машину в ряду таких же, оформился у дежурного и к кабинету, куда был направлен. Документы сдал и ждал в коридоре. Я тут во многих жизнях бывал, в курсе, что и как, да и сканером отслеживаю. А через полчаса вызвали, вручая направление. Изучая его, я удивлённо поднял брови, стараясь унять бешенство. Меня понизили, перевод был с командира танковой дивизии на командира стрелкового полка. Впрочем, ничего не сказал, хотя явно ожидали, молча кивнул и к выходу. Потому как в голове сразу начал формироваться план мести. Интересная идея мне пришла в голову, тем более на дорогу давали две суток, можно завтра отбыть, и сегодня день я потрачу на дела. Заодно и ответку кину тем, кто решил меня так унизить и оскорбить. Не было за мной вины, вот в чём дело. Это чья-то месть.

 Глава 17

Да, меня аж потряхивало, козыряя командирам, когда в ответ, младшим по званию, когда первым, для старших, дошёл до машины, и сразу устроился за рулём. Документы и всё необходимое к ним, уже в маг-хранилище, пока же аккуратно сдав назад, хорошо смотрел, чуть мне в корму не въехал «ЗИС» гружённый, водятел зевнул, и возмущённо посигналив, покатил прочь. Сначала заехал в редакцию газеты «Известия». С тем как немцы наступают, нужны позитивные новости, их есть у меня. Более того, используя трофейный фотоаппарат и немалые запас плёнки, я вёл фотоархив. В основном для себя лично, память имеет свойство терять многие элементы, кому как не мне это знать? В основном описывал, как моя танковая рота воевала, фотокарточки моих бойцов на фоне танков, ну и мои часто мелькали. Я пиарил себя, чего уж тут. Раньше я бы делал это чтобы быстрее взлететь выше, но тут уже другая причина. Я говорил про месть. В редакции сделали копию журнала боевых действий моей роты, с сухими строчками потерь со стороны противника и наших, ну и у меня взяли интервью. И изучив фотокарточки, отобрали самые интересные. Делая на обратной стороне пометки, кто там и где было, в каком бою. Обещали завтра мощную статью втиснуть. Так что с этой стороны заход удачный, глянем, как завтра всё пойдёт. Отсюда же, испросив разрешения, позвонил в редакцию Гостелерадио, телефонистка соединила. Там напросился на прослушивание как автор песен, музыки и стихов, для себя писал. Но вот решил и людям показать. Мол, раньше стеснялся. Мне и назначили прослушивание на одиннадцать часов дня, через два часа. Соберут коллегию.

Порядок. Парни из редакции делали вид, что делами заняты, но к разговору моему прислушивались. Попрощавшись с корреспондентами и работниками газеты, покатил домой. Там уже супруга ждала. Ну, мы и зажгли. Псионы вообще первоклассные любовники, особенно лекари, когда воздействуют на организм партнёра, утраивая удовольствие. Кстати, выше не стоит, сердце не выдержит. С супругой я дал на одно усиление, для первого раза хватит, и то та через сорок минут сдалась, всего четыре захода. Пока та рядом лежала, отходила от нашего марафона, я с улыбкой на ту поглядывая, задумался. Сейчас бы закурить, но я не курю и вообще не понимаю этой привычки. А вокруг все курят, даже многие женщины. Удивительно, но Гиль разделял мои взгляды и тоже не травил организм никотином, что довольно редкое дело среди командиров. А размышлял я вот о чём. Времени у меня действительно мало было, но я изучал свою ауру с момента как открыл пси-зрение, составляя расчёты, изучая свою новую ауру и Дар псиона. И да, у меня аура изменилась, что для меня было шоком. Ну не бывает такого. На днях я пришёл к неожиданному выводу. По сути я остался «психом», но с возможностями природного псиона и универсала. Сам только разбираться начал, но объясню. Потеря объёма маг-хранилища, со всем содержимым, сказалось. Именно из-за неё, когда энергия схлопывания такого объёма требовала выхода, она пошла мне в ауру, создав меня таким уникумом. Мессир, что поставил мне маг-хранилище, доложен был учесть авариный режим сброса энергии при обнулении, я бы сделал. Это первое что в голову приходит, и раз хранилище целое, значит так и есть. Именно сброс энергии и изменил мне ауру. Это точно не последствия воздействия пси-нейросети. Если был я в теле Дмитриева, не погиб, дождался запуска опций, дальше воевал и случайно погиб, не активируя Дар, я бы тут в теле Тимура был простым природником с одной специальностью. А будучи Дмитриевым, там бы открыл Дар, то и говорить нечего, он бы раньше закрепился.

Я начал осознавать, что цепь случайностей и вызвали подобную ситуацию, потеря объёма маг-хранилища, это не потеря с большой буквы, а благо. Да зная, что будут такие результаты, я бы сам на это пошёл, потому как плюсы перевешивали минусы. Уф, камень с души упал, а я ведь до сих пор переживал о потерях. Только блондинку жаль и первого учителя, но тут уже ничего не сделать. Погоревал о них, выпил вина за упокой и всё на этом. Ещё стоит сделать расчёты, аура у меня такая останется и в дальнейших перерождениях, или будет сброс и останется одна специальность. По первым прикидкам всё же останусь универсалом, но всё же проведу изучение и расчёты. Уж прикинул, как это делать.

– Ты куда? – насторожилась супруга, когда посвежевший вернулся из ванной.

– Несколько песней написал, скоро прослушивание в Гостелерадио. Хочу сам исполнить на радио.

– А я и не знала, – удивились та.

– Стыдился раньше, – пожал я плечами, натягивая исподнюю рубаху. Кстати, форму та постирал. А тут встрепенувшись, спросила:

– А можно мне с тобой?

– Можно, почему нет?

Та метнулась в ванную, быстро приняла душ, собиралась. Для женщин действовала молниеносно, но минут двадцать всё равно потратила. Так что покинули квартиру, к машине, та во дворе на обычном месте стояла. Открыл ключом, заперта была, и вот устроившись в салоне, покатили к нужной улице. Тут я уже ориентировался свободно и знал куда ехать. Надо же, думал, опоздаем, а мы приехали прямо в указанное время. Не зря подгонял, пару раз нарушив правила, а уж скоростной режим так почти всегда. В фойе нас ожидала девушка, сотрудница, я опытным глазом приметил её и понял, ждёт меня, так что подойдя, с супругой под ручку и сказал:

– Я Гиль, меня ждёте?

– О, да, – обрадовалась та. – Все уже собрались.

Та и сопроводила нас в зал для просушивания, там действительно ожидала коллегия из девяти человек. Супруга на стул в углу пристроилась, чтобы не мешать, а я занял стул в центре зала, хорошая тут акустика. Представившись, также сообщил, что завтра отбываю на фронт, тут было достаточно музыкальных инструментов, мне принесли аккордеон и гитару, по моей просьбе. Настроена гитара отлично, так что решил исполнить пять песен. Вообще невыразительным голосом Гиль сложно что-то исполнять, но я постарался, добавляя живые нотки в голос, и главное харизму. Исполнил песни семидесятых, «Старый рояль», «Кто тебе сказал», «Старая пластинка», «Есть только миг» и «Для меня нет тебя прекрасней». Подумав, ещё исполнил более современную песню, заменив первые куплеты на свои, получилось даже лучше. А припев вот какой был:

– Ведь я мечтаю о том, что и ты тоже -

Чтобы журавль в руках, а клинок в ножах.

Иметь дочурку и сына, к тридцати примерно,

И быть не просто отцом, а быть примером…

Причём, когда исполнял две песни, «Для меня нет тебя прекрасней» и «Примером», смотрел на Анну, теперь мою супругу. Пел я для неё, и та оценила, слёзы так и текли, но она их не стеснялась. Знаете, а я ведь диверсию совершил, когда мы буйствовали в спальне, используя пси-силы сделал так что та залетела. Пусть и мою частицу растит. Что уж там, сознательно это сделал. И надо сказать песни коллегии очень понравились, правда пытались убедить, что некоторые моменты нужно поменять или убрать, но я стоял на своём, или так или не будет их. Впрочем, договорились, те стараются без изменений. Более того на три часа дня назначили эфир. Вот так мы с женой обратно на квартиру, машину там же припарковал. А дома дочка, у той свои ключи, вернулась с отработки. Они яблоки собирали в саду. Кстати, через три дня той ехать в пионерский лагерь под город. Обед прошёл, отдохнули, а к трём часам, снова на Гостелерадио, Анна, супруга, со мной. Та вообще на меня задумчиво поглядывала, видимо многое не совпадало в моих действиях с настоящим Гиль. Правда, списала на войну, она действительно меняет людей. Я же и был примером. Сама себя убедила. Наблюдать за этим было забавно. Впрочем, настало время диверсии. Однако, сам к этой теме подводить не буду, спросят, отвечу и разовью тему, но не сам.

На месте нас ждали, жена ушла к зрителям, её допустили как гостью, могли и не пустить, тут спасибо. Ну а дальше начался эфир, всё привычно, я отнюдь не терялся и не робел. Знакомый мне диктор, не раз с ним вот так передачи вёл, представил меня, сообщив, что я боевой командир, награду имею, завтра отбываю на фронт. А сейчас исполню свои песни. Дальше подавая в голос пси-колебания, это даёт эффект бардовой песни. Не бардов, в вязанных свитерах с гитарами у костра, а пси-бардов, что собирают толпы поклонников своими волшебными голосами. В театрах только они и работают, там всегда аншлаги. Мне конечно до них далеко, но поверьте, звучание голоса пробирает. По радио это вряд ли уловят, но думаю, хорошие песни впечатлят. Вот так и исполнил. Причём все шесть, дали добро. Я кстати шепнул, что ещё два десятка имею. Но на них уже эфирное время не распространяли. А когда закончились аккорды последней песни, диктор с трудом взял себя в руки. Он был потрясён, это нормальная реакция после исполнения пси-барда своих творений. Ну или чужих, тут важна сама подача. Музыка и голос. Я кстати имел некоторый дар к этому и учился на той станции, где меня потом и убили, нашёл учителя. Но доучить не успел. Хоть основы дал. Однако и они впечатлили присутствующих. А диктор, профессионал, молодец, заминка небольшая была, но всё же продолжил эфир, поинтересовался:

– Товарищ Гиль, опишите нашим слушателям, как вы получили свою награду.

– Опишу, конечно, это не сложно. С некоторых времён я перестал врать, слово дал самому себе, больше не буду лгать. Этому предшествовало моему попаданию в плен, я настолько был шокирован, ошарашен, что позже трезво глядя на свою жизнь понял, если раньше я был типичным военным карьеристом, не стеснялся по головам других идти, то теперь я понял. Это всё не моё, не лежит душа. Решил изменить свою жизнь. Изменю, когда война закончится, сниму форму. Это будет года через три-четыре. Думаю в мае-июне сорок пятого.

– Но погодите, как сказал товарищ Ворошилов, уже скоро мы погоним вражеские войска обратно.

– Это не тот Ворошилов, что обещал малой кровью на чужой территории? Который обещал, шапками закидать врага? Я бы такому лгунишке мылом рот промыл. После его обещаний, когда мы огромной кровью воюем на нашей территории, какая ему вера может быть? Никакой. Врут, все врут. И я таким был, но изменился, просто осмыслив свою жизнь. Она мне очень не понравилась. Если бы не война, меня бы в составе армии уже не было. Знаете, есть такая поговорка: Кто в армии служил, тот в цирке не смеётся. Пожалуй, на гражданке в цирк директором и пойду, ха, я там как среди своих буду. Вообще наши маршалы, это что-то с чем-то. Они больше символы армии, чем настоящие военачальники. Для примера, взять Шапошникова. Ну, плохого я про него не скажу, но он чисто штабист и теоретик, в прошлом я бы назвал его своим коллегой, тоже был штабистом. Маршал довольно неплохой теоретик, но не практик, совсем не практик. Армию и фронт доверять нельзя. Если и обучать его, то начинать с дивизии, и чтобы поднимался по карьерной лестнице до командующего фронта, тогда он будет полноценный маршалом. Про Ворошилова говорил, ни то ни сё, хотя нет, в чём-то и он мастер своего дела. Например, разрушать. Чтобы не доверили, всё разрушить и развалить, в этом он действительно главный специалист. Например, у Союза была Красная Армия в двадцатых, её можно было так назвать в тридцатых. К сороковым, армии у нас не стало. Был сброд, одетый в военную форму. Я сам был начальником штаба дивизии, к началу войны, и всю эту кухню изнутри знаю. Чему учили простых бойцов. Красиво маршировать строем, и на отлично знать политинформацию. Всё. Это я говорю про простых стрелков. Танкистов, лётчиков и артиллеристов хоть чему-то учили, чтобы не опозорится на смотрах. Стрелки лишь маршировали, инспекциям этого достаточно. А когда началась война, оказалось, немцы на политинформацию, когда бойцы к ним шли браться, как-то странно реагируют. Отрубленные головы этих бойцов у себя над окопами на колья насиживали. И красивая шагистика на них не действовала, из пулемётов всех клали. А больше ничего бойцы не умеют. Приказываешь, атаковать перекатами. Они стоят, смотрят на тебя воловьими глазами. То ли ты ругнулся на них, то ли иностранные слова произнёс. Сейчас армия учиться воевать, с большой кровью, массовым героизмом бойцов, но учиться. Этот год будет временем больших потерь, массовых котлов и потерянных территорий. Сорок второй не лучше. Я кадровый командир, всё это для меня как открытая книга и спрогнозировать не так и сложно. А вот сорок третий, прогнозирую, уже станет переломным. Погоним немцев обратно. Медленно, с потерями, но погоним, научимся воевать и наступать, освободив сначала свои земли, потом в Румынию, в Польшу войдём. А там и Берлин. Что по другим маршалам, тоже есть что сказать. Маршал Кулик? Это ещё хуже Ворошилова. Вроде грамотный артиллерист говорят, ну не знаю. Нашим «сорокапяткам», самым массовым противотанковым средством в войсках, приходиться подпускать вражеские танки на четыреста метров, что по сути смерть расчёту. Первым же выстрелом выдаёт свою позицию, а в танк ещё поди попади. Расчёты себя горько называют «смерть расчёту». Была пушка противотанковая, на пятьдесят два миллиметра, что способна уничтожать вражеские танки, на дистанции полтора километра. Немцы даже не увидят, откуда их бьют. Однако, именно маршал Кулик, отказался принимать её на вооружение, внимание, по причине излишней бронепробиваемости. Правда, тут стоит добавить, что пушка довольно дорогая и сложная в производстве, как три «сорокапятки»стоит. Не отрицаю, может причина и веская. И что лучше клепать, массовые пушки, от которых особо толку нет, или дорогие, но полезные? Что по другим маршалам, Тимошенко и Будённому. Ну, Тимошенко хороший командир, грамотный, вот только невезучий. Бывает такое. Там где надо армию в оборону поставить, он ставит две дивизии, при этом грамотно вскрыв намеренья противника, но недооценив их силы. Эти дивизии и держат удар в обороне, геройски погибают, сутки, но подкрепления и резервы не успевают, немцы, прорвавшись, их бьют на пути, и вот очередной котёл. Поэтому и говорю. Тимошенко грамотный, но не всегда везёт. Будённый, это мой любимый маршал, он гений. Как и у всех у маршала есть свои плюсы и минусы. Он хорош в обороне, но наступать, тут не очень. Просто опыта нет, как и почти у всех советских военачальников. Да и не его это, командование фронтами. Он кавалерист, этим и силён. Если создать Центр партизанского движения в Москве и назначить Будённого, подчинив ему все кавалерийские части, выведя их из состава армии, вот тогда немцев будет ждать большая беда. Для начала маршал сформирует партизанские бригады из жителей оккупированных территорий, где те займут свои районы. А кавдивизии бросит в тыл, разрушать коммуникации противника. В этом он настоящий гений, о чём и говорю. Там где машинами и танками не пройти, нужны топливо и снаряды, кавалеристы всегда будут иметь транспорт, и перемещаясь, уходить от преследования, атакуя гарнизоны, железную дорогу, станции. Да они полностью обрушат немцам тыл, снабжать передовые войска не смогут. Только вот, то что я говорю, это мечты. Никто маршала на такое место не поставит. Выскочек не любят.

– Это вы о чём? – спросил диктор, что за время моей речи и бледнел и краснел, и вообще явно был на нервах, но вот постарался прервать меня, чтобы ещё чего не наговорил, и у него получилось, только вот я это всё рассчитал и вёл его, всё по моему сценарию шло.

– Кстати, поясню. Вот вы спрашивали про награду. Как раз пора описать, тогда и помёте что имел ввиду, говоря про выскочек. К сожалению, такой выскочкой стал и я, за что и последовало наказание.

– Это так связано? – задал вопрос директор, сам подводил его к этому.

– О, и ещё как. Я до плена, и после, с опытом месяца боёв, когда сам в бой на танке шёл, это совершенно два разных командира. Кем я был до пленения? Обычным карьеристом, что по чужим головам шёл наверх, штабист и теоретик, считал себя правым во всём, где единственное верное мнение, это моё, не прислушиваясь к советам командиров штаба. Дельных, надо сказать. В общем, тип ещё тот. Знаете, у меня много поговорок есть, и там такая избитая фраза: Я бы с ним в разведку не пошёл. Так вот, я сам бы с собой в разведку не пошёл. Сейчас, с тем подполковником Гиль, до плена. И спину ему бы не доверил. Само пленение произошло шестнадцатого июля. Дивизия готовилась к передислокации, снимаясь с позиций, поэтому взял все три наличные машины, в дивизии больше не было, я направился к штабу полка. Приказы вёз, и провести инспекцию по растратам, сигнал был. Ехали по опушке, а тут стрельба, боец повис раненый на руле. Немцы появились, вытаскивая нас из расстрелянных машин. Восемь убитых, пять раненых и десяток бойцов и командиров были взяты в плен. Я даже сейчас не могу описать своего состояния. Ведь раньше слыша как другие части попадали в окружение, в плен, дивился. Ну как такое может быть? Ну со мной такого ни когда не произойдёт, как я смелый, инициативный и умный командир, сама скромность, и в плен. А тут стою, даже не знаю как описать своё состояние. Наверное, ближе всего подходит слово – потерянный. Пока солдаты обыскивали меня, документы собирали, о сопротивлении даже и не думал. Даже не вспомнил. Это сейчас буду бороться до конца, опыт боевой получил, не теряюсь, а там всё так внезапно произошло. Взвод немцев был. Вот они пленных построили и повели в лес. Там брешь в обороне, через которую они просочились. Да и как оборону удержать, в дивизии было три тысячи бойцов и командиров, опорными пунктами стояли, а не сплошная оборона. А тут два бойца в камуфляже появились из-за деревьев и кинули в нас по предмету. Я думал ручные гранаты, закрыл глаза, прощаясь с жизнью. Оказалось какие-то спецсредства, вспышка и грохот по ушам. Многие пленные, да все, потеряли сознание, как и сами немцы. Попадали там где стояли. А сам оглушён был, как контужен. Стою, вроде цел. Открыл глаза, а бойцы ножами немцев режут. Ловко так. Я сам нагнулся к немцу, из-за голенища сапог потянул рукоятку ножа и двоих рядом заколол. Первые мной убитые немцы. Пусть беспомощные, но убил их с немалым удовольствием. А бойцы оказались из разведки. То ли армейского, то ли фронтового уровня. Я тут же сообщил о машинах у дороги и раненых там. Как бы не добили. Бойцы туда рванули. Смотрю, пленные из моих людей шевелится начали, вот так поднял, вернул вещи и документы, у фельдфебеля были, вооружились трофейным оружием, и бегом обратно. А там раненые лежат, без сознания, и все немцы вырезаны. А бойцов я больше не видел. Исчезли. Вот так я десять минут и побывал в плену. Это был шок. Это по сути там жизненную оплеуху мне отвесили, голова мотнулась, кровавые брызги во все стороны полетели. И знаете, я тогда задумался, и начал много анализировать. Можно сказать протрезвев. Самоуверенность ушла, стал к бойцам и командирам прислушиваться. А тут на меня мои должники интенданты вышли, а дивизия с армией в окружении, уже по сути ничего нет, вот через знакомцев и стал получать что нужно, и снабжать дивизию. Танковую роту создал из новейших машин, три тяжа и семь средних. А командира для неё у меня не было, сам и командовал, параллельно управляя штабом дивизии. А как командовать танками? Я не умею. Теория есть, уставы, инструкции, но применять их тоже нужно уметь.

– И как вы справились? – спросил диктор.

– Думать много пришлось. Уставы и инструкции сразу выкинул. Как показал опыт с начала войны, они совершенно не работают. Вот вы, например, знаете о купном танковом сражении, в районе Дубно и Луцк, где участвовало больше трёх тысяч танков, проходившее с двадцать пятого до тридцатого июня? Таких сражений пока больше не было. А не напишут об этом в газетах, не расскажу по той причине, что это сражение мы с треском проиграли. Наши потери больше двух тысяч танков.