Текст книги "Город, в котором остался я 2 (СИ)"

Автор книги: Владимир Босин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Глава 12

Нахожусь я далеко на севере в Тюменской области. Это Ханты-Мансийский автономном округ. Нашу деревушку на тридцать дворов именуют Сосьва. Расположена в двух часах ходьбы от моей заимки. И именно оттуда мне надо начинать своё путешествие. Я не собираюсь прозябать в этой дыре, но мне жизненно нужна информация. К сожалению от Ивана мне достались только сведения, связанные с их образом жизни. Так мне известно, что сейчас 1984 год. А вот кто стоит у руля страны – вопрос. Нет, Иван знает о Брежневе, но это относится к периоду его службы в армии. А так он абсолютно аполитичен и ему бара-бир, помер генсек или нет. А вот мне очень важно понять, куда я попал. В прошлое своего мира или это некая параллельная ветка развития. На первый взгляд радикальных отличий от моего мира нет.

На следующий день я свистнул собаку, взял ружьё, прихватил сотню рублей, достав их из пачки, полученной накануне и отправился в путь.

Идти на лыжах в конце марте – не самая лучшая идея. Нет-нет, а местами днём снег подтаивает, образуя наст. Наступишь и провалишься в вязкую кашу. Уж лучше ножками, тем более здешние места для меня родные. С закрытыми глазами дойду по протоптанной тропе.

Вышел рано, чтобы имелся достаточный запас времени. В сумерки лес преображается, создавая массу проблем путешественнику.

Дома раскиданы россыпью вдоль реки на небольшом пятачке, свободном от леса. Никаких улиц и в помине нет, есть тропинки между домами. Бревенчатые дома с прилепившимися к ним сараюшками. Обязательны цепные псы, нередко лесные хищники захаживают на огонёк. Но, конечно, центром жизни поселения является контора. Длинное здание барачного типа, в нём сосредоточены все необходимые учреждения. С краю – управа (сельсовет), далее заготконтора с весовой и кладовой. По центру барака универсальный магазин, где можно купить продукты – сахар, соль, крупы и муку. Есть консервы, иногда с райцентра приезжает машина и привозит конфеты и печенье. Здесь же керосин, а также патроны тройка и пятёрка. Разные вещи, от сапог до мыла и одежды. Прикольно, что стоят на полке электротовары. Зачем завезли непонятно, потому что электричества у нас нет и вряд ли будет в обозримом будущем. Чуть дальше почта, которая большую часть времени закрыта. Наверное потому что письма и посылки приходят редко, а работница почты сидит дома с внуком.

Ну и завершает парад фельдшерский пункт. А куда ещё бежать роженице или заболевшему?

Редко приезжает «передвижка», это старенький ГАЗ– 53 с надписью «КИНО». Внутри машины кинопроектор, запитанный от автогенератора. Летом зрители собирались на улице, просто натягивали белую простыню на стену и жадно смотрели привезённую картину. Ну а зимой кино крутили в помещении сельсовета. Там же отмечали все праздники и торжества.

Но мне сегодня нужно именно на почту, потому что там есть подшивки центральной и местной прессы.

Так, самая свежая трёхнедельной давности, первая декада марта 1984 года. Но вот что поразительно в материалах о Пленуме ЦК КПСС. Так вот, там с приветствием к элите партии, то есть к партийным и советским лидерам, к директорам крупнейших предприятий обратился не кто иной, как дорогой Леонид Ильич Брежнев. В Президиуме знакомые мне лица, в том числе и Юрий Владимирович Андропов. А вот Мишкой меченным даже и не пахнет.

А ведь и Брежнев и Андропов к этому времени уже на том свете. А вот Горбачёв как раз на подъёме. Член Политбюро и секретарь ЦК КПСС. Парень в одном шаге от первой ступеньки был в 1984 году.

Пришлось мне поднять пыльные подшивки за 1980 год. Сразу наткнулся на статистику Московской Олимпиады. В результате ожесточённой борьбы в медальном зачёте на первом месте оказались США наши на втором, ГДР на третьем.

Через полтора года состоялась встреча лидеров СССР и Америки. Брежнев и Рейган в итоге подписали в Хельсинки договор ОСВ-3.

Читая сухие строчки заявления ТАСС, я понимаю, что тональность принципиально другая. Есть намёки на сближение позиций и углубление культурного обмена. Частенько звучат совместные заявления по разным поводам.

Есть упоминание о забастовках в Польше, но они не получили большого развития. Зато не раз встречалась информация о «Реформе снабжения», о строительстве новых гигантских холодильных комплексов, улучшении дорожного сообщения и даже что-то писали об ускоренном жилищном строительстве.

Ясно, что невозможно за пару-тройку лет модернизировать систему, но хотя бы удалось избежать крупных айсбергов, проскользнув на волосок от гибели.

Не нашёл ни одного упоминания о событиях в Афганистане, но не факт, что там ничего не происходит.

Из интересного – ещё создание некого управляющего органа, называемого Госсовет. Туда входят крупные хозяйственники, а также представители региональных партийных элит, типа Алиева, Романова, Тихонова и Рыжкова.

А когда бабуля, которая сидела за конторкой, стала откровенно враждебно смотреть в мою сторону, я с трудом разогнул спину и вышел на улицу.

Тельма шляется по посёлку, она привычная к тому, что я могу зависнуть в каком-нибудь доме. Если что, даже переночует сама, подвинув в будке знакомого Барбоса.

В «Сельпо» присмотрел себе городское пальто. Кстати финское и всего за 37 рублей. Какой дурик в нашу глухомань завёз подобные вещи. У нас тулуп и брезентовый дождевик – самое то. Польский синий костюм тоже пришёлся в пору. А вот на чёрные полуботинки Московской фабрики «Парижская коммуна» денег уже не хватило. А жаль, мне понравилась крепкая кожа и аккуратная колодка.

– Что, никак к зазнобе в город собрался? – дебелая молодая продавщица заинтересовалась моими телодвижениями. И не дожидаясь моего ответа она продолжила, – если не хватает, занесёшь позже. Я запишу долг в тетрадку.

Да, у нас так многие делали. Все друг друга знают как облупленных. Вот пьянчужке Григорию в жизни не дадут в долг. А моя особа видимо внушает доверие.

Встретив около конторы Марию Павловну не стал отказываться от приглашения зайти в гости.

В доме было тепло и вкусно пахло сдобой, – а это с утра я пироги затеяла. Мой руки и садись к столу.

М-да, мне бы такую тёщу, жил бы как у бога за пазухой. Гипотетически если я бы решил остаться здесь, то можно было бы сойтись с её Веркой. Та девка приятственная во всех отношениях. Пацан не помеха, а с такой тёщей я был бы всегда сыт и борода в табаке. Но это я так, для разминки мозгов пофантазировал. На самом деле мои мысли уже крутятся со страшной скоростью, обрабатывая полученную сегодня информацию. Мне нужно ехать в город, только там я могу попытаться определиться со своей жизнью. Ближайшие – это Сургут или Нижневартовск.

Добраться – та ещё эпопея. Нужно на попутке доехать до райцентра Урай. Там уже сесть на поезд до нужного пункта назначения. Разумеется, с пересадкой на узловой станции.

Так что пока я узнал у тёти Маши, когда приедет машина с продуктами и почтой. Оказывается через два дня. Она же договорится с водилой, чтобы тот не артачился и взял попутчика. Собаку оставлю у неё, переночуют с их Байкалом, они вроде дружат. А будка у того большая, поместятся.

Пока топал назад, пытался продумать порядок своих действий. Первым делом купить золото. Дело в том, что вчера я достал из подпола две большие и красивые жестяные коробки. Это подарочные наборы шоколадных конфет «Красный Октябрь». Квадратные с плотной крышкой, в них Иван с отцом хранили самое ценное. В первой коробке были документы и немногочисленные фотографии. А вот во второй семейные материальные ценности. 17 000 рублей и небольшой мешочек с золотыми монетами. Нет, не Николаевские червонцы. Советские юбилейные монеты, это золотые монеты Госбанка. Были на олимпийскую тематику, а также юбилейные к «Победе над фашизмом». Небольшие кругляши в пакетике, на аверсе выбито «Госбанк СССР, проба 900, 7.742 г». Всего тринадцать монет. Это родитель Ивана бумажные рубли заработанные честным трудом, превращал в не теряющее в цене золото. Умный был человек, имел понятие об инфляции. Плотный пакет с деньгами – это то, что отец и сын Карнауховы заработали на ниве промысловой охоты. Они жили со своего хозяйства, почти ничего не тратили, отсюда и такая немалая сумма. И я в этом плане поддерживают своего отца. Не знаю в какой мир я попал, но насколько я помню, уже в 1985 году началось подорожание продуктов. В 1987–88 годах из-за дебильных горбачёвских реформ это приняло небывалых размах. А 1990 случился обвал цен. Этого я не хочу и стремлюсь заиметь кое-что надёжнее казначейских билетов Госбанка. И не важно, что история немного изменилась, деньги всегда имеют тенденцию обесцениваться. Бумага есть бумага.

Выгоднее всего купить рассыпное золотишко, которым промышляют серые артельщики. Но это чистый криминал, попадёшься – сядешь надолго. Из той же серии скупка валюты, там вообще вплоть до вышки. Покупать жильё сейчас не получится, разве что кооперативную квартиру или частный дом. Ювелирку брать – рискованно, оставлять в Сберкассе, это как помогать Буратино закапывать свои кровные сольдо в Стране Дураков.

А вот золотые монеты продаются совершенно законно и открыто. Стоимость одной варьируется от 110 до 150 рублей. Это невыгодный курс, зато безопасный. Разумеется, если взять сразу большую партию, могут заинтересоваться компетентные органы. Поэтому брать надо небольшими партиями. У промысловых охотников деньжата водятся, это всем известно. За сезон тысячи три срубить можно легко, при определённой удаче. Я бы оставил тысяч десять на покупку нормального жилья, а остальное пустил бы в золотые монеты. Лет через пять они подымутся в цене стократно. Причём всё легально, если что, покажу корочку от Госохотнадзора, что я являюсь охотником-промысловиком и свою лицензию.

Продать тоже легче лёгкого, монеты любой банк примет. Со своей маржой конечно.

Вечером я долго всматривался в фотографии, явно сделанные дешёвым любительским фотоаппаратом. Там в основном изображён мой батюшка – Василий Дмитриевич Карнаухов в кругу семьи и со своей собакой. Моих фотографий всего три. На одной я снят в ателье в форме старшины 2 статьи Балтийского флота. Потом я изброжён совсем маленьким вместе с родителями. Моя мама – полная женщина в простом платице и цветастом платке смотрит в объектив настолько серьёзно, что я подумал было, что это фотограф так её испугал, что она убежала от нас с отцом. Ну а на третьей я совсем молоденький изображён с товарищем по училищу.

Далее бечёвкой перевязаны документы. Паспорт на имя Ивана Васильевича Карнаухова, аттестат о среднем образовании, военный билет и справка, что я проучился три семестра в училище лесного хозяйства. Я тогда недоучился, сбежал домой. И виной этому дурацкая влюблённость в одну пустышку женского пола.

Далее охотничий единый билет, так называемый ветеранский, многолетний. Разрешение на хранение и ношение охотничьего оружия, вписаны две единицы. Ещё разрешение на добычу пушнины, корочка промысловика и акт закрепления охотничьих угодий. Это был плотный конверт о праве пользования на протяжении 10 лет. Также водительские права «С» класса, полученные в школьном УПК. А у нас все сельские ребята такие получали, часто в придачу ещё и права на трактор.

А также пачка талонов «Потребкооперации». Да это же настоящее золотое дно. Так государство стимулировало заготовителей разного профиля. В каждом крупном городе существуют магазины «Потребсоюза», что-то типа «Берёзки». Там можно было по госцене купить массу вкусного. Импортные вещи и продукты, включая элитный алкоголь. Электронику, часы, инструмент. Лучшие отечественные, а иногда и импортные товары. Я о таком слышал, но в руках никогда не держал. Плотные листы бумаги с номиналами от 10 до 50 рублей. Печать заготконторы, всё солидно. Я не считал, на какую сумму тут талонов, но помню, что чёрный обменный курс называли 1 к 3. Это потому что реальная стоимость товара в этих магазинах значительно выше.

С интересом я проверил своё оружие. Это заслуженный и потёртый ИЖ-58МА 12-го калибра и мелкокалиберная ТОЗ-8. Если первый служит для охоты на крупную добычу. Тот же медведь или лось лягут как миленькие при попадании такого калибра, то мелкашка довольно новая, исключительно для охоты на пушного зверя. Как изюминка на тортике – промасленный свёрток. Там заботливо завёрнут батин пистолет. Он никогда не говорил, откуда у него боевое оружие. Но как-то сказал, что ствол чистый и достался ему от товарища, работающего в органах. Это армейский ПМ с двумя обоймами на 8 патрон. К нему идёт рыжего цвета кожаная кобура, жёсткая как из дерева. Макаркин густо смазан солидолом и не готов к использованию. Да и где из него палить в наших краях, только птиц распугивать.

До райцентра пилить 73 километра, мы тряслись по бездорожью целых два с половиной часа. А уже ближе к вечеру я сел на поезд до Нижневартовска. В город приехали ночью и пришлось кемарить вместе с другими пассажирами на вокзале.

Я здесь бывал пару раз, ещё до армии. А в прошлой жизни я вообще довольно долго здесь жил по общагам, в основном работал вахтовым методом. Молодой растущий как на дрожжах город. Нефтяной бум погнал сюда много желающих подзаработать. Лес строительных кранов, каждый год как грибы появляются трёх-, пяти-, и даже девятиэтажные жилые дома. По улицам носятся самосвалы и строительная техника. Ну а моя дорога лежит в Госбанк. Только прежде надо привести себя в порядок. Таксист привёз меня к Дому Быта, где я занял очередь к парикмахеру.

Ну и что сбежались? Четыре женщины разного возраста побросали своих клиентов чтобы посмотреть на дикаря из глубинки. Но вышла их старшая и всех разогнала.

– Вас как стричь? – девушка лет двадцати восьми с улыбкой сморит на мою заросшую голову.

– А вот как его сможете? – я показал на фотографию симпатичного брюнета. У него короткая, но стильная причёска. В наших парикмахерских такие фотографии часто украшали стены помещения.

– Хм, легко, голову будем мыть?

– Будем, и бриться тоже.

– Что совсем бороду убираем.

– Совсем, – решительно рубанул я рукой, – Вы делайте, за ценой я не постою.

Судя по прейскуранту, обычная стрижка обойдётся мне в 30 копеек, модельная в 70. Бритье ещё 25, мытьё головы 15. Так что я могу не стесняться.

От ласковых прикосновений женских мягких пальчиков я прикемарил, ночью толком не спал, всё боялся за деньги. А ещё я взял готовый к стрельбе пистолет. Просто подумал, что меня, богатенького промысловика, покупающего золотые монеты могут слить местной мафии те же работники банка. Милиции я не интересен, у меня железные и солидные документы. А вот бандиты очень даже могут на меня выйти. Так что пистолет для самозащиты. Сейчас уголовники вооружены только холодняком и боевой пистолет – серьёзный аргумент в разговоре с ними.

А когда я очнулся, то мне показалось, что передо мной в зеркале предстал совсем другой человек. С меня состригли кучу шерсти как с барана и после мытья я превратился в довольно симпатичного брюнета. Аккуратный нос, немного тяжёлая челюсть и резковаты скулы. Но яркие карие глаза делают лицо привлекательным. Когда волосы падали на лоб, я был похож на болонку. А сейчас прямо-таки красавчик.

Две девчонки, освободившись от своих клиентов с интересом стали по бокам. Они активно помогают подружке, – Ань, виски ему чуть подбери, да так лучше.

Прикольно смотрится, неухоженная борода и аккуратная стильная причёска.

– А может оставим небольшую бородку? – мой мастер вопросительно посмотрела на меня, – будешь как Ивар Калныньш, не помню в каком фильме. «Долгая дорога в Дюнах» вроде.

– Не знаю, я бы сбрил. Но давайте попробуем.

Из Дома Быта я вышел совсем другим человеком. А ещё в новом пальто, так «ваще». Вот ботинки оставил старые, но не тащить же вторую пару. А эти растоптанные и вообще по нашей грязюке в самый раз. Мастеру я дал трояк, но она даже не сразу обратила внимание на щедрые чаевые, всё строила мне глазки. Вот разговоров-то будет про чудесное преображение парня из глубинки.

Среди серых бараков здание банка выделялось солидностью и монументальностью.

Каменная облицовка, широкие ступени, высоченные тяжёлые двери и зеленоватая табличка над входом:

«Государственный банк СССР. Нижневартовское отделение»

В общем зале толпятся с десяток человек, но мне явно не в общую кассу.

Поинтересовавшись у проходившего работника банка, я направился к окошку «Операции по ценностям и чековым документам Госбанка».

Операционистка скучала, изучая свои ногти, – девушка, я бы хотел приобрести золотые монеты Госбанка. Этот реально?

– Паспорт пожалуйста. И заявление нужно по форме. Вон там на столике возьмите бланк. Называется он «Заявление на выдачу именного чека Госбанка СССР».

Не ясно, на хрена он мне, но надеюсь дамочка знает что делает. Вернувшись к окну, я протянул заполненную бумагу:

–Вы хотите купить 30 юбилейных монет, это обойдётся Вам в четыре тысячи пятьдесят рублей, – вот сейчас она наконец-то проснулась и лупает на меня своими коровьими глазками.

– Да, именно так.

– Ну тогда заплатите в кассу и походите ко мне, я пока оформлю чек.

Ну, я так не играю, вместо увесистой стопочки золотых цацек, я получил на руки красивую бумажку. Оказывается, теперь мне нужно вТоргпром, в специальный отдел. Именно там я получу купленное золото, предъявив чек.

Я прикинул, что в общем потрачу на это дело восемь тысяч. Что при цене 135 рублей за одну монетку составит около 60 штук. То есть мне придётся смотаться ещё в один город и докупить там ещё 30 монет. И при этом постараться не засветиться.

Глава 13

Так, я подумал, что вроде масть попёрла и взяв такси добрался до вокзала. А там на первом же попутном поезде отправился в Сургут. Неудачно выбрал состав, который останавливался у каждого столба. И лишь через пять часов я вышел в столице нефтяников. И опять ночь, только на сей раз я дал себя уговорить женщине, которая сдавала комнату в своём доме недалеко от вокзала. Спокойно выспавшись за оба дня, я утром с оттяжечкой потянулся в кровати. Рядом пристроилась хозяйка дома. Людмиле лет сорок, симпатичная и немного полноватая женщина накормив гостя вечером, решила расширить ассортимент услуг. Пока я насыщался, женщина сидела напротив, подперев голову рукой. Уж не знаю, что она во мне разглядела – но, когда я отодвинул тарелку, просто встала, подошла ко мне и запустила ладошку мне за рубаху, погладив тёплой ладошкой мою грудь. Вот меньше всего в этот момент я думал о постельных утехах. Тем более женщина совсем не в моём вкусе. Но вот моё тело меня подвело. Я ведь не вполне сжился с ним и порой просыпались инстинкты прежнего владельца. Вот и сейчас меня прострелила дрожь и моментально отреагировал товарищ в штанах. И ведь не сказать, что Иван Карнаухов был девственником. Служа на Балтике, он возил начштаба дивизиона. И имел возможность общаться с местными кумушками, чем периодически пользовался. Но с тех пор утекло почти 13 лет и более секса у него не случалось. Вот моё тело и отреагировало таким естественным способом.

В полной тишине я набросился на женщину. Сначала прямо там на диванчике, потом перебрались в спальню. А уж утром с аппетитом позавтракал, оставив хозяйке двойную цену и взяв такси, поехал в местный банк. Собственно здесь в точности повторилась аналогичная сцена. Только зачем-то кассир затребовал справку о доходах. Поучив оную успокоился и занялся делом.

А вот из города я удирал на попутке, просто мне показалось, что меня пасут. Поэтому напросился в попутчики к водителю бортового Камаза и тот подбросил меня до следующей железнодорожной станции. Моя версия, что отстал от поезда успешно прокатила. Надеюсь, если слежка была, то я её сумел сбросить. Старался всё делать очень быстро и непредсказуемо. Повезло буквально сразу поймать попутку.

Зря в деревне считали, что Карнауховы завшивели в своём медвежьем углу. У нас есть небольшая банька, правда топили её по-чёрному. Так что мы с батей регулярно мылись, а как иначе? А сейчас я вообще решил заняться собой. В Нижневартовске на привокзальной площади успел забежать в магазин «Галантерея». Там мне попался нужный отдел. Ну и я прибарахлился, взял комплект для маникюра – щипчики, подозрительный пинцетик и пилку. Здесь же приобрёл обалденное мыло с запахом земляники и всякие крема для тела. А ещё продавщица посоветовала мне добавить в список покупок несколько брусочков пористого камня, которые она называла пензой. Это вроде для снятия мозолей.

Так-то у меня в доме имелось только хозяйственное мыло. Им и стирались, и мылись. А сейчас я отпарился и занялся своими копытами. Иначе это безобразие не назвать, я же по деревянному полу цокал отросшими когтями. Прямо как моя Тельма.

В парикмахерской я обратил внимание, что в дамском зале сидит мастер по маникюру-педикюру, но видимо в это время мужикам следует исключительно ножом подрезать ногти. Брутально так, типа маникюр чисто женское занятие. Вот я и кромсаю сам свои руки-ноги. Потом яростно натирал пензой свои мозоли – сходили, но медленно. Зато после специальной ванночки с травками я намазюкал конечности приобретённым польским кремом и почувствовал себя настоящим человеком. Личико тоже не помешает облагородить.

За эти дни я успел прогуляться по лесу с собакой. Брал ружьё на всякий пожарный, но охотиться не собирался. Просто наслаждался покоем. Собственно самого разнообразного мяса и рыбы в леднике навалом, нам с Тельмой хватит на приличное время.

Поезд до Новосибирска идёт около двух суток. Тут по прямой километров 750, не более. Но состав делает крюк через Омск, так что расстояние вырастает в три раза.

И воздух здесь совсем другой, более влажный. Новосибирск значительно южнее Нижневартовска, и снег тут уже местами сходит. Не то, что у нас.

На сей раз я решил остановиться в гостинице, носящее тоже название, что и город. Это большое здание в центре города, отсюда можно легко добраться в любой уголок Новосибирска.

В это время туристов мало, сплошь командировочные, поэтому меня быстро заселили в номер на двух человек. А чтобы не подселили соседа, я вложил в паспорт трёшку. На вопрос о сроке пребывания ответил, что пока на три дня, а там может и продлю. Как пойдёт.

Сказать, что я волновался, это не то слово. Для меня посещение города – это прояснения одного небольшого нюанса – в каком я оказался мире. Ведь я в третий раз попадаю в чужое тело, почему нельзя предположить, что на сей раз меня забросило в другую реальность. Внешне похоже, но уже сейчас заметны отклонения он известной мне истории. И это может быть из-за моего вмешательства в историю страны. Но остаётся и вероятность, что параллельных миров множество и я попал в один из них. А ответ содержится только в одном параметре – если Максим Аверин существовал в этом городе, вернее если я в его теле оставил после своего исчезновения память у определённых лиц – значит мне повезло. И в первую очередь всё сводится к одной девушке. Если она живёт по адресу ул. Крылова 28, кв. 47 и тоскует об одном странном товарище, то значит я оказался дома.

Да и сам Новосибирск стал мне родным. Не самый лучший климат, но здесь я был счастлив и оставил хороших друзей.

Ну, первый блин комом. Наш двор не узнать, детская игровая площадка, обнесённая кустами акации. Пока ещё невысокие деревца грозят в будущем изолировать нашу коробку от уличного шума.

Прикольно, многие застеклили лоджии, а вот у меня так тогда руки и не дошли. Но на нашем балконе виднеются некие предметы, намекающие на то, что в квартире живут.

А вот дверь вместо реечного покрытия стала чёрной. Это её обшили кожзаменителем. Серебристые шляпки декоративных гвоздей формируют затейливый геометрический рисунок.

Звонок тревожно зазвучал в глубине квартиры, но там тихо как в подземелье.

Нажав кнопку ещё раз, я развернулся и запрыгал по лестнице. Сейчас десять утра и логично предположить, что все на работе-учёбе. Зайду попозже.

Только сейчас я почувствовал, как голоден. Я так и не позавтракал, просто в гостиничном буфете выбор меня не впечатлил. Зато сейчас видимо я совмещу приятное с полезным. По пути мне попалась «Блинная». Выбив мне чек, кассирша приветливо улыбнулась.

Хороший знак, видать мне в этом городе рады. На 90 копеек мне дали порцию блинчиков с мясом и блинчики с вареньем. А ещё стакан сметаны и чай.

Вышел я весьма довольный жизнью. К сожалению, идти мне некуда. На завод меня не пустят, мой кореш Володька наверняка уже съехал с той общаги. Скорей всего подженился и живёт как примерный семьянин. Опять всё упирается в Ольгу.

Но и в девять вечера мне не открыли, а окна в квартире остались тёмными. Ну и что мне тут дежурить?

С утра поехал в пединститут, где по идее должна работать Оля. Ну, по-крайней мере работала на момент моего исчезновения.

На кафедре мне ответила секретарша, что такая преподавательница не числится в их штате. Это уже серьёзно, и моё настроение пошло резко в штопор.

Что же делать? Хотя, Оля могла и уволится, поменять квартиру. Но вот её мама наверняка живёт по-прежнему адресу.

Мне повезло, я стал дежурить по старому адресу, где жила Оля с родителями. Время три пополудни и наверняка мне часа два парится здесь. Не удержавшись я поднялся на их этаж и позвонил. Опять никого нет дома. Вот тогда я и спустился вниз. А там устроившись на спортплощадке принялся наблюдать за играющими в футбол ребятами.

Всё забываю, что Ивана Карнаухова здесь никто не знает, можно не прятать лицо. Да меня сейчас собственный отец не признает. Я неплохо приоделся по сезону. Модная причёска и бородка с небольшими усами. Мне вроде идёт, знакомые женщины это подчёркивали. Чернявым вообще идёт растительность на лице. Главное не забывать ухаживать.

Я даже распрямил плечи, перестав скрывать своё лицо и пошёл по улочке вдоль дома.

А здесь бабушки выгуливают внуков. Песочница, карусель и горка для маленьких. Три женщины разных возрастов сидят на лавке. Это особая порода. Они вроде трепятся о своём женском, но глаза зорко косят на питомцев, – Саша, немедленно слезь с Коленьки. Настя, перестань бросать песок на голову.

Ну у карапузов своя жизнь. Им главное вернуться домой усталыми и максимально грязными. Чем сильнее, тем результативнее прогулка.

Оба-на, нечто знакомое. Женщина, крайняя слева очень похожа на Олину маму.Вот только она сидит и непонятно, она или нет.

– Настя, всё, ты не хочешь играть с Ирочкой, тогда пойдём домой, – женщина встала и сделала два шага к песочнице.

Ну точно она, её походка. Да и фигура та, лицо немного изменилось. И причёску она поменяла, но глаза те же. Появилась благородная седина, но уверен, это Нина Михайловна.

А если рядом с нею внучка? Девочке года три, светленькая с красивым красным бантом. И пальтишко у неё в тон, розовое. Настя, вдруг это моя дочка.

Хотя, здесь много «но»… Ведь не ясно, может это соседка попросила посидеть с ребёнком. Или родственники приехали погостить. Но в любом случае я продвинулся в поиске. Проведя часа три на улице, я изрядно замёрз и заскочил ненадолго в кафушку, дело к вечеру и мне налили полстакана портвейна. Сразу горячая волна ринулась по пищеводу, руки согрелись и в душе зародилась надежда.

В гостиницу я вернулся поздно, и изрядно под шафе. Просто не удержался и заскочил в ресторан. Мне так хотелось забыть эту картинку, что я заказал водки.

Где-то часов в шесть подъехал тёмно-синий «Жигуль» 11 модели. Из него вылез вальяжный мужчина и открыл пассажирскую дверь. Подав руку, он вытащил из нутра автомобиля женщину.

Олю я узнал сразу, она стала другой. Ей сейчас 27, выглядит женщина великолепно. Темно-коричневое тёплое платье до середины щиколотки и короткая импортная куртка серебристого цвета. Сапожки на небольшом каблуке, на голове кокетливый мохеровый берет.

Хуже всего, что мужик галантно поцеловал ей тыльную сторону ладони, а она весело ответила ему что-то приятное. Потому что тот расплылся в улыбке и изобразил воздушный поцелуй. Дождавшись, когда спутница скроется в подъезде, он сел в машину и газанув, скрылся со двора.

Не курил раньше, но сейчас так потянуло спустится вниз и купить пачку. Но, вряд ли это решит мою проблему.

Вопросов стало ещё больше, а ответы найти не так просто. Я для Ольги – просто непонятный подозрительный тип. Здесь надо не рубить с плеча. Желательно познакомиться с ней и узнать о неё побольше. Чей это ребёнок? Если ли мужчина? Какие планы на будущее?

Первым делом утром я поехал в платную консультацию, где адвокат всего за трояк дал мне исчерпывающую информацию:

– Ну значит если Ваш знакомый пропал без вести, то на этот случай Гражданский кодекс РСФСР гласит следующее – через год его могут признать безвестно отсутствующим. А через пять – можно просить суд признать его умершим. Супруге следует обратиться в районный суд с соответствующим заявлением. Именно тогда станет возможным открывать наследственные дела, и его жена формально становится вдовой.

Это получается, что если я существовал в этом мире, то Ольга ещё не вдова. И распорядится квартирой по своему усмотрению не может. Хотя, могли ведь найти моё тело. Например, нашли мою сумку с документами и объявили в розыск. А там какие-нибудь пионеры могли найти останки. Я же тогда мало что соображал, мне казалось, что я забрёл в такую глушь. А в реальности это мог оказаться вполне культурный парк в одном из райцентров. В любом случае мне нужно здесь задержаться.

Целую неделю я наблюдал за этим подъездом. Оля выходила из него в 7.10 утра и шла на автобусную остановку. Я проследил за ней, получается, что она перевелась работать в университет на кафедру психологии. Уже лектор. Кстати, и её хахаля там застал. Некий Виктор Александрович Сазонов, он был старшим преподавателем на кафедре марксизма-ленинизма. А вот Сазонова Виолетта Николаевна – завкафедры психологии, то есть непосредственная начальница моей Ольги. А этот пижон явно её родственник.

В этом же заведении продолжает работать и Нина Михайловна. А ребёнка она отводит в садик, что в квартале от их дома. Весьма вероятно, что Настенька – моя дочь, по срокам сходится.

Я бы и дальше занимался расследованием, но дома осталась Тельма и некоторые нерешённые дела.

Больше я не позволял себе терять контроль и увлекаться водкой. Вместо этого занялся планированием ближайшего будущего. Однозначно я не хочу возвращаться в Тюменскую область. Мой дом здесь в Новосибирске. Вот только надо решить жилищный вопрос. А потом заняться трудоустройством.

Деньги есть, я привёз с собой приличную сумму. Можно две кооперативные двушки купить. Но Иван Карнаухов не привык к многоэтажкам, да и куда там с собакой. Поэтому я рассматриваю только частные дома.

Это заняло у меня всего три дня, сработало сарафанное радио. Просто я поинтересовался у дежурной по этажу, существуют ли в их прекрасном городе квартирные маклеры.