Текст книги "Землянка для звёздного лорда (СИ)"
Автор книги: Влада Салтыкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)
Глава 20
Я не сразу понимаю, что кричу.
Экран давно погас. Теперь передо мной ничем не отличимая от других черная стеновая панель.
– Нет! Это не правда!
– Не правда! – кивает медик и с опаской косится на лорда командующего.
Но тот замирает рядом со мной молчаливой статуей.
– Мне надо связаться в правительством Земли. Шварк! Таня, папа! Мне срочно нужен комм! Мои родные в опасности!
– Этот новостной блок вышел в сеть восемь тысяч двести одиннадцать квартов назад...
– Нет... – качаю головой.
Восемь тысяч двести одиннадцать квартов назад – это примерно время нападения. Даже в штабе объединенных космических систем не могли бы узнать так быстро. Сигнал «SOS» должен был дойти до базы отправления с задержкой, откуда с погрешностями до штаба. Плюс по десятку кварт задержки для передачи информации по вертикали. Итого, не раньше чем по прошествии стандартных суток после нападения.
Официальная информация в виде новостного блога просто не могла выйти так быстро! А учитывая все вранье!
– Ты кому-то очень помешала, девочка... – медик резко закашлялся под безумно злым взглядом моего зола, – землянка!
– Но я не понимаю...
– Расслабься, – сильные руки удерживают меня лежа. А крышка капсулы начинает медленно закрываться.
А я не могу расслабиться, когда мою семью объявили врагами Земли и большей части объединенных систем! Когда на папу и Таню объявлена охота. И плевать, что я уже опоздала!
Я не могу лежать здесь, в уютной капсуле и лечить какую-то царапину, которую даже не чувствую, пока мои родные...
Острая вспышка боли парализует меня.
Я в ужасе смотрю на сотни лазерных лучей. Неужели медик запустил не тот режим, и эти лазеры превратились в медицинские скальпели? Или медицинские технологии золов не совместимы с нами?
Не успеваю ничего сообразить, как новая вспышка боли выворачивает мое тело.
Тупая пульсирующая боль внизу живота неожиданно становится нестерпимой. Она разрезает меня попалам. Заставляет стонать в голос и впиваться судорожно сжатыми пальчиками в обшивку капсулы.
По спине стекают ледяные капельки пота.
– Пателл! – гремит до боли знакомый злой голос. – Твою...
– Но это невозможно!
Сквозь слезы боли я наблюдаю, как мечется медик между капсулой и своим компьютером.
– Не может быть! Этого не может быть! Это восхитительно!
– Пателл! – ревет мой зол.
– Прошу прощения, лорд командующий, – медик берет себя в руки.
А я пытаюсь часто дышать мелкими глотками, кажется это помогает.
– У твоей самочки начался цикл! И это так же невероятно, как и великолепно! Ассистент Альта-омега-соль, запусти запись! Полная синхронизация разговоров в лаборатории, в медотсеке с записями медицинской капсулы!
– Есть начать запись. Синхронизация начата! – раздается надо мной безжизненный голос компьютерного ассистента. Очень похожего на мой собственный в космической академиии.
По сути мы все одинаковые...
– Отставить! – рычит мой зол. – Отклонить приказ бортового медика...
– Отклонено, – холодно и отстраненно отвечает ассистент. – Изучение физиологии землянок в нарастающей сцепке с золами первоочередная задача. У вас не хватает полномочий!
– Что? – шиплю я, скрючившись в этой шварковой капсуле.
Я хочу знать, какая сцепка? О чем они вообще говорят? И почему собмраются изучать меня как маленького шварка?
Но накатывающая волнами боль не дает мне сосредоточиться.
Только в короткие кварты затишья я могу разобрать разговор на повышенных тонах между моим золом и медиком.
– И ты не сказал? – ревет зол.
О, да! Узнаю эту его манеру рычать и орать без разбору!
– Я сам не знал об этом! Информации мало и по большей части она засекречена. И получить к ней доступ почти невозможно.
– Но ты знал!
– После твоего рапорта о спасении двух землянок, мне дали допуск...
– И ты не сказал мне? Своему командиру?
– Ты был объектом моего исследования...
Я мстительно усмехаюсь, прежде чем снова сжаться от разрезающей меня на части боли.
У золов что, нет обезболивающих? Или им нравится наблюдать за моими мучениями?
– Доклад по форме, прямо сейчас! – ревет мой зол и кладет свою ледяную ладонь мне на лоб.
– Тебе не понравится...
– Пателл! Доклад! Быстро!
– Репродуктивная система землянок очень похожа на репродуктивную систему золок. С одним отличием, теоретически они еще могут зачать естественным путем. И вот процесс выхода яйцеклетки из яичника сопровождается болезненными ощущениями.
– Ощущениями? – ревет лорд командующий. – Посмотри на нее! Она сейчас вырубиться от боли!
– Зрачки расширенны, пульс зашкаливает, холодный липкий пот... – медик сверяется с данными капсулы.
А я в очередной раз выкручиваюсь в спазме боли.
– Циклы у других наблюдаемых землянок проходили легче, – задумчиво отвечает медик. – Судя по их картам...
Мой зол тяжело дышит. Сквозь стремительно запотевающее стекло, я вижу, как раздуваются его ноздри, как высоко вздымается его грудь.
– Ооо, – шипит медик. – У меня не очень хорошие новости...
– Что еще?
– У других земных самочек запечатление проходило дольше и цикл инициировался на более позднем сроке общения с золами. Твоя самочка самая скоростная...
– Что это значит?
– Это значит, что что-то послужило тригером к началу цикла Катии Худа или кто-то...
Я не вижу рожу этого «медика», но отчетливо слышу его смеющийся голос.
– Кто-то? – рычит мой злой зол.
– ТЫ!
– Твою... сделай что-нибудь, Пателл! – хриплый баритон снова срывается на рык.
– Боюсь, командор, что я бессилен. Наши анестетики бессильны. Правда, есть один возможный вариант усмирить ее боль...
– Какой? – мой зол подается вперед, опираясь двумя огромными ладонями о стекло моей капсулы.
– Полное слияние!
– Ты спятил? Она не переживет...
– Переживет! Если верить отчетам и теоретическим выводам, только полное слияние способно укрепить вашу связь и зачатлеть вас. Она примет тебя и боль будет медленно угасать.
Что? О чем они вообще? Какое запечатление? Слияние? Это то, о чем я думаю?
– Но есть одна проблема, – медик опускает взгляд и что-то рассматривает на информационной панели моей капсулы.
– Какая? – рычит мой зол. Он что нормально вообще не разговаривает?
– Твоя самочка нетронутая. Все предыдущие слияния происходили между золами и уже дефлорированными землянками.
– Чем ей это грозит?
– Понятия не имею! Но я уверен, что если ты будешь медлить, то боль с каждым квартом будет только нарастать! Так что решайся! Запечатление уже началось. И в твоей власти облегчить боль твоей самочки. Самым прямым способом. Я даже глаза закрою. На время. Я обещаю!
Глава 21
Ухххх – ууууу!
Накатившая злость на медика тут же переплавляется в новую порцию боли.
Длинными острыми когтями она впивается в мое тело, выкручивает его очередной судорогой.
Да что за...
Прозрачная крышка капсулы сдвигается. Жадно хватаю ртом свежий ионизированный воздух.
В просвете я успеваю заметить, как мой зол одним движением деактивирует защитные щитки на своей броне.
– Офицер второго разряда, покиньте помещение. Код ассоль-зота-семь, – бросает он медику через плечо.
– Но я старший научный сотрудник на этом сагитуме, – по лицу медика пробегает судорога недоумения и обиды. – Я веду запись и я ответственен...
– Пателл, выйди отсюда! – рычит зол и скидывает черную матовую броню.
В нестерпимо раздражающем меня мягком свете успеваю различить темную массивную фигуру моего зола. Очередная вспышка боли накрывает меня.
Держаться больше нет сил. Взвизгиваю и подтягиваю колени к груди.
Обхватываю ноги и упираюсь лбом в колени.
Ох ты ж, кольца ориона, чего так больно то? И какой к шваркам цикл???
– Вышел! – ревет мой зол и перескакивает через край капсулы. Устраивается рядом, согревая своим теплом и активирует закрытие капсулы.
Медика словно метеоритным дождем сдувает.
– Тише девочка... – чувствую, как мою мечущуюся из стороны в сторону голову, зол укладывает на свое плечо.
Его горячие сильные руки заставляют меня выпрямиться.
– Я... не...могу, – рычу сквозь стиснутые зубы. – Боль...
– Сейчас пройдет, – доносится до меня через пелену.
И я верю. Мне хочется верить. Иначе я просто сдохну от этой боли.
Никогда не испытывала ничего подобного.
Большие горячие ладони скользят по моему лицу, берут его в плен, откидывают с влажного лба прилипшие пряди.
– Курсант Катия Худа, открой глаза! – звучит строгий приказ от зола.
Резко дергаюсь в его руках.
Но он не отпускает. Не дает отстраниться.
– Открой глаза, Катя! – рычит он.
И я подчиняюсь.
Закусываю губу и открывают.
И тут же тону.
Тону в безумной вязкой темноте его радужки. В черном безумии нет больше ярости и злости. Только жидкое, расплавленное вожделение. А еще яркие искры восхищения и страсти.
Охаю и...
Он порывисто наклоняется и накрывает мои губы безумным по силе и чувственности поцелуем.
Огромная ладонь ложится на мой затылок, сгребает в кулак растрепавшуюся косу и не дает отстраниться.
Да я и не собираюсь. Стоит этому мужчине оказаться рядом, как боль медленно отступает.
А я просто открываю рот и наслаждаюсь поцелуем. Таким новым для меня, таким необычным.
С каждым движением горячих губ и властного языка мое сердце начинает биться все чаще и настойчивее.
Пульсирующая боль медленно скользит все ниже.
– Медицинская капсула три-гарда, – едва оторвавшись от моих губ, отдает приказ зол, – отключить запись, заблокировать доступ к микрофону и видеофиксации, заархивировать уже произведённую запись и скинуть на мой личный комм...
– Отклонено! – сипит динамит где-то рядом с моим ухом. – Лорд командующий, настоящему эксперименту присвоен наивысший уровень приоритета, и вы...
– Отключись к зоргиным яйцам! – ревет зол и ударяет огромным кулаком по пластиковой обшивке.
И я бы обязательно рассмеялась. Это уже второй на моей памяти ассистент, который шлет в глубокий млечный путь приказы. Но вновь накатывающая волнами боль не дает расслабиться.
Ассистент что-то обиженно бурчит, но не сдается.
– Отклонено! Отклонено! Отклонено!
– Код подтверждения Аарон Олс, Лорд Грано, вторая правящая ветвь Золы, – ледяная ярость в его голосе ложится изморозью на мою кожу.
У меня даже нет сил удивляться.
Я едва могу удерживать сознание между вспышками этой шварковой боли.
Прикрываю глаза и проваливаюсь в серую пустоту.
Неужели спасительный обморок?
Но нет!
Это ассистент отключил подсветку в капсуле и, кажется во всем медблоке.
Очередная вспышка боли и очередная судорога.
Хватаюсь руками за полированные стенки капсулы, выгибаюсь и хриплю.
На глаза наворачиваются слезы. Закусываю губы и стараюсь подавить рыдания.
– Тише, девочка, – мягкая ладонь проходится по моей щеке.
По коже бегут мелкие разряды и я затихаю, только всхлипываю через раз.
Огромный мощный зол ловко разворачивает меня к себе. Пеленает своими мощными руками. Что-то шепчет, я слушаю его хриплый голос, от боли не понимая смысла слов. Едва киваю и трусь щекой об его руку.
Он ласково гладит меня по спине. Кожа вспыхивает и горит от его прикосновений, острая боль переплавляется в жидкое пламя. Оно обливает низ живота, бедра, промежность. Заставляет сердце тревожнее и чаще биться в груди.
Мне резко перестает хватать воздуха, когда зол подхватывает застёжку моего кителя и рвет ее в сторону.
– Нет! – пытаюсь перехватить его руку. – Не надо!
Паника накрывает меня.
Но зол мягко отводит мою ладонь и продолжает стягивать с меня китель.
– Так надо, девочка, поверь мне, – его хриплый голос звучит уверенно.
И я снова верю. Да и сил сопротивляться у меня почти не осталось.
Ловко и быстро он вытряхивает меня из формы.
Одноразовые трусики трещат в его руке и рвутся по сварному шву.
Его ладонь уверенно проходится по моей обнажённой спине, едва касаясь кожи. Волоски приподнимаются, вызывая ощущение легкой дрожи. И трепет предвкушения.
Закусываю губу.
Его рука скользит ниже, доходит до ягодиц и нежно поглаживает.
Прислушиваюсь к себе.
Боль притухает. Она словно напуганный шквальным огнем шварк спряталась в нору. И ждет, когда же зол уберет руку, чтобы вновь вонзить в меня свои острые когти.
Распахиваю глаза и снова вижу перед собой черные бездонные провалы его зрачков. Глубокие как сам космос. И наполненные такими же тайнами и ярким светом тясяч звезд.
Внутри них с пугающей силой разгорается желание.
Он наклоняется ко мне и требовательно целует в губы.
И я позволяю ему. Хуже того вскидываю ослабевшие руки и обнимаю его за шею. Стараюсь прижаться ближе. Прикоснуться своей обнажённой кожей к каждому центелю его горячего тела.
Его руки уверенно скользят по моим бедрам, талии, и, наконец, накрывает ладонями мою грудь.
Он почти грубо, на грани боли и наслаждения сжимает налившиеся полушария. Длинными пальцами мнет напряженные горошины сосков. Каждое прикосновение отдается между ног горячей пульсацией.
И эта волна с каждым новым прикосновением все сильнее заглушает боль.
Я извиваюсь.
– О-о-х... – не могу сдержать стон.
Запускаю пальцы в его короткие жесткие волосы.
Его губы не отпускают меня. Не дают сделать спасительного вдоха.
Он обхватывает мою нижнюю губу, кусает, посасывает и снова кусает.
Между ног полыхает пожар.
Мои ладони соскальзывают ему на плечи. Чувствую, как напрягаются стальные мускулы под моими пальчиками.
Мужская ладонь опускается вниз, требовательно раздвигает мои ноги. Я вздрагиваю и горю от предвкушения.
Глава 22
Низ живота томительно поднывает, наливаясь расплавленным свинцом чувственного томления.
Я вижу, как в полутьме сверкаю его глаза.
Всеподчиняющие черные глаза не отпускают, ждут моей реакции.
Вместо только что выкручивающей меня боли я чувствую, как огненный поток разбегается по венам и устремляется в самый низ живота.
Но это невозможно! – проносится в голове.
Я на блокаторах!
Все курсанты обязаны получать минимум одну инъекцию в стандартный цикл. Я только недавно обновляла свою стандартную дозу.
Но я ощущаю что-то нереальное.
Тело горит и плавится, кожа покрывается россыпью искр. Промежность пульсирует от прилившего жидкого огня.
А еще его мускусный запах. Глубокий, терпкий, он заставляет мое сердце биться чаще.
Я подаюсь вперед, утыкаюсь носом в ямку у самого основания его шеи и жадно втягиваю носом воздух.
По коже ползут мурашки.
Он замирает.
А я... Я сама не знаю зачем прохожусь язычком по этой самой ямке. Жадно вылизываю ее. Словно могу слизать, вобрать в себя аромат этого странного, пугающего и возбуждающего мужчины.
Чувствую, как он втягивает воздух полной грудью.
Осознание своего безумия странно горячит кровь.
Я прижимаюсь к этой нереальной глыбе гранита.
Взвизгиваю, когда огромные ручищи подхватывают меня и поднимают выше, а его губы в очередной раз впиваются в меня.
Мне не хватает воздуха.
В груди разливается волнение и предвкушение чего-то нового и такого желанного. Кровь толчками несется к промежности, распаляя меня, заставляя желать незнакомой развязки.
Его язык хозяйничает у меня во рту, то резко врываясь внутрь почти до самой глотки, то выскальзывая наружу. Его зубы терзают и прикусывают мои губы.
Выгибаюсь дугой, когда мое разгорячённое тело касается прохладной обшивки капсулы.
Зол на миг отстраняется от меня.
И боль снова возвращается.
Царапает низ живота.
Я запрокидываю голову, закрываю глаза и хнычу словно маленький ребенок.
Не понимаю, что со мной. Но мне остро не хватает его рук, губ и разгоряченного тела. Я снова умираю от боли.
– Потерпи, – шепчет он, нависая сверху.
Ощущаю бедрами его напряжение.
Что-то огромное и горячее скользит по моим ногам и замирает прямо над лобком.
Закрываю глаза и сглатываю.
Напряженная плоть давит сильнее, мужская рука почти грубо разводит мои ноги в стороны.
Он перехватывает мою руку и кладет себе на член.
ООО!!!
Он огромен!
Зол сжимает мою руку, заставляя проскользить вверх-вниз по податливой плоти.
Но моих пальчиков не хватает, чтобы обхватить его член кольцом!
Горячий и упругий член вздрагивает в моей руке и напрягается.
Мужчина рычит словно зверь, прикрыв глаза.
Наваливается сверху. Головка упирается в мои набухшие складки.
– Не надо, – хриплю я и зажмуриваюсь, – прошу...
– Верь мне, – рычит он и толкается вперед.
Его бедра напрягаются, резкий рывок и член проскальзывает глубже, раздвигая налитой головкой половые губы и узкие стенки влагалища.
Аааа, какой он больш-ОЙ…..
Я кричу, сжавшись в напряженный комок.
Боль...
Она уменьшается, но не проходит, пульсирует вокруг огромного члена во мне.
Горячие ладони обхватывают мое лицо. Обжигающе горячее пряное дыхание касается лица.
– Выдохни, – взучит его приказ.
Я зажмуриваю глаза и пытаюсь качать головой. Но он держит крепко.
Его губы касаются моих.
– Выдохни, девочка, и расслабься, – его голос рокочет надо мной.
Я стараюсь. Выдыхаю. Но боль не дает мне расслабиться, и я сжимаюсь сильнее.
– Отпусти боль…
– Не могу, – хнычу я, чувствуя, как вздрагивает во мне огромный член. Слишком большой, слишком мощный.
Он практически насадил меня на себя, грубо вторгнувшись в меня.
– Закрой глаза и слушай мой голос.
Подчиняюсь.
Его руки соскальзывают с моего лица и накрывают грудь. Мягко гладят, обрисовывая пальцами ареолу соска.
Я рвано вдыхаю.
Мужчина прижимается ко мне.
Его губы целуют подбородок, шею, прикусываю нежную кожу.
Я выгибаюсь в его руках и …
Снова кричу. Он резким рывком вгоняет член в меня до предела, по самые яйца.
– Сейчас все пройдет, – рычит он.
И я снова верю ему.
Боль притупляется, тонет в полыхающем внутри пожаре страстного желания.
Ерзаю под мужчиной, пытаясь найти себе место. Он ждет, не выходя из меня.
Но стоит мне замереть, как его член оживает во мне.
Я остро ощущаю, как мощный поршень практически выскальзывает из меня, оставляя болезненную пустоту. И снова резко и быстро врывается внутрь, раздвигая набухшую плоть. С каждым разом движения становятся все быстрее и быстрее.
С каждым толчком внутри меня зреет что-то непонятное болезненно-томительное.
– Нет, – я пытаюсь сопротивляться неизвестному.
– Тише, – он ускоряется, не слушая меня.
В целом мире существуем только мы вдвоем.
Дышу урывками, прислушиваюсь к себе и с напряжением жду развязки.
Его член больше не скользит во мне, он долбится.
Мужчина надо мной рычит, завоевывая мое тело.
Расплавленный свинец в животе окутывает неведомый шар напряжения и…. без предупреждения взрывается фееричным по силе и удовольствию оргазмом.
Эротическое наслаждение волнами прокатывается по моему телу, заставляя дрожать в крепких мужских руках.
Глава 23
– ТЫ ЧТО???
Просыпаюсь резко от приглушенного крика где-то совсем рядом.
Кажется, это медик. Чего разорался?
Злится. Так ему и надо.
Ёрзаю на ложементе медицинской капсулы.
Кажется, я провалилась в спасительную темноту сразу после самого волнительного и будоражащего момента в своей жизни.
Краска стыда заливает щеки и лицо. Да даже уши гореть начинают, как вспомню.
Воспоминания перенесенного удовольствия заставляют подрагивать мое тело и поджиматься пальчики на ногах.
Вот это был марафон! Никогда не думала, что ЭТО может быть так приятно.
Снова ерзаю, стоит вспомнить о вчерашней боли. Даже глаза зажмуриваю.
Но с удивлением понимаю, что мое тело полностью от нее освободилось. Она просто растаяла, не оставив и следа.
Не знаю, сколько длится мой сон. Но чувствую я себя почти здоровой.
– Я прервал излияние, – рокочет знакомый будоражащий до дрожи голос.
– Зачем? Ты вообще понимаешь...
Даже толстые углепластиковые стенки медицинской капсулы не могут заглушить негодование медика.
– Офицер второго разряда Пателл Кролл, вы забываетесь, – отрезает мой знакомый зол.
– Прошу прощения, лорд командующий, – не менее яростно парирует медик. – Но вы совершили огромную глупость. Вам надо было завершить слияние. А мне не надо было подчиняться приказу и уходить. Я бы не допустил...
Он бы не допустил! Он что слишком долго в космосе в неисправном скафандре летал! Не допустил...
– Я бы не допустил твоего присутствия! И я сам решу, когда и как мне завершать слияние со своей самкой!
– О, лорд командующий, сам будет решать! А о том, что ваша связь неокрепла ты не подумал? О том, что стоит ее гормональному фону после всплеска прийти в норму и боль вернется, ты не подумал? О том, что она теперь как феромоновая бомба на борту ты не подумал? – медика несет. А я ничего не могу понять из его яростной речи.
Какое слияние, какое излияние, феромоновая бомба? О чем он вообще?
– Посмотри на нее! – бьет кулаком по тонированной крышке моей капсулы, – Да экипаж нашего сагитума передерется из-за нее. Ее тело! Ее запах!
Что? Какой у меня запах?
Осторожно приподнимаю руку и пытаюсь понюхать себя. Вроде ничем не пахну, хотя...
– Да она любого сведет с ума! Ее формы...
– Отставить! – рычит лорд маршал. – А ты, начальник медицинской службы и старший научный сотрудник на сагитуме Облои не удосужился изучить все выводы медицинской комиссии Золы по слиянию с землянками, а?
Медик только злобно пыхтит.
– В момент моего излияния она испытает дичайшую боль, ни с чем не сравнимую. Мое семя будет выжигать ее изнутри, подготавливая для меня и для будущего оплодотворения. Такое надо проводить только, когда самка готова к этому и согласна, иначе...
– А мучить ее новыми приступами боли – это нормально? – парирует медик. – А если тебя не будет рядом, тогда что?
– Я буду теперь с ней рядом всегда!
– Лорд командующий...
– Офицер Пателл Кролл, моя самка – теперь только моя забота!
– Лорд командующий, до вашего полного слияния Катия Худа – головная боль и эротический объект для всего экипажа.
– После всего она бы просто не пережила мое излияние, – ревет маршал так яростно, что я вжимаюсь в ложемент от страха.
– А я считаю, что были шансы на оплодотворение...
– Мне плевать, что ты считаешь! Она МОЯ! Я так решил!
Массивный силуэт перед моим стеклом разворачивается и подходит ближе. На темную поверхность стекла ложится огромная рука.
У меня возникает непреодолимое желание вложить в нее свою ладонь.
Поднимаю руку и касаюсь прохладного ударопрочного тонированного стекла.
Прижимаю к нему ладошку так, чтобы она легла ровно в ладонь зола.
Удивительно. Как мы похожи.
Его ладонь совсем такая же как у меня. Те же пять пальцев, длинные правильные фаланги, противопоставленный большой палец.
Гуманоидных рас в объединенных системах много, но таких поразительных совпадений нет. Только между расами, производными от землян. Тех, что расселились на другие планеты и спутники.
Но я точно знаю, что золы не входят в их число. Слишком далеко находится их планета от земли, в прошлом тысячелетии не было таких технологий. Люди бы просто не смогли долететь до темного сектора со своими двигателями усиленного сгорания плазмы.
– Кажется, наша девочка проснулась, – медик активирует открытие капсулы и довольно щурится.
Ровно до того момента, как встречается с яростным черным взглядом моего зола.
Моего..
