Текст книги "Беглец. Бегство в СССР. Часть 2"

Автор книги: Влад Радин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Глава 20

– Чему ты меня хочешь научить? – спросила меня Варвара,– и зачем мне это?

– Я называю это своё умение «импульс»,– ответил ей я– в общем это действительно нечто вроде импульса. Воздействия на расстоянии. Когда я направляю его на человека он может упасть на землю, потерять сознание и так далее. В лёгкой форме человек который попал под воздействие этого моего импульса ощущает приступ сильной головной боли, у него может начаться рвота и всё такое прочее. В общем на то или иное время он может полностью выйти из строя. Надеюсь тебе понятно зачем это может пригодится тебе лично.

– Ничего себе! – воскликнула Варвара. – у тебя есть и такое умение оказывается. А почему ты думаешь, что оно имеется у меня?

– Не знаю. Но мне кажется, что оно как – то связано с умением лечить. В любом случае это надо проверить.

– А давно ты применял это своё умение? Этот импульс?

– В Старо – Таманске. Уже после твоего отъезда.

– И при каких это обстоятельствах?

Я вкратце рассказал ей о своей стычке с гопниками, случившейся во время моего пути на пляж.

– Ничего себе! – сказала мне Варвара.

– Я бы мог раскидать их и без помощи своих особых способностей, впечатление солидных бойцов они не производили, но вдруг подумал, что – ну раскидаю я их, нанесу телесные повреждения, а тут вдруг, как назло менты пожалуют. И кто знает может быть придётся мне идти под суд за превышение пределов необходимой самообороны. Тем более они местные, а я нет. Вот и решил рискнуть. Справится с ними не вступая в физический контакт. И кстати менты тут же и пожаловали. Как по заказу. Патруль. И причём одна вещь мне показалась странной. В составе этого патруля был целый лейтенант. Какой – то странный патруль.

– Это всё не случайно,– категорическим тоном сказала мне Варвара,– можешь думать про меня, что угодно, но это совсем не случайно.

– Интересно, а кому это я был так нужен, что он не пожалел своего ресурса, для того, что бы упечь меня за решётку. Этот кто – то должен быть весьма влиятельным. А я в Старо– Таманске был первый раз в своей жизни.

– Подожди, а ты видел ещё раз Бориса? Ну после той встречи, у меня в пансионате?

– Видел,– ответил я чуть помедлив. И рассказал о своей беседе с Медведевым случившейся после того, как я покинул номер Варвары.

– Ну всё ясно! – воскликнула она,– это его проделки. Нет, всё – таки он законченный мерзавец!

– А не преувеличиваешь ли ты его возможности? Всё – таки, что бы организовать такую провокацию против меня нужно иметь очень немалое влияние. Вряд ли оно имеется у простого старшего лейтенанта КГБ.

– У него оно возможно и не имеется. Зато оно имеется у его папаши. Он как раз целый генерал этого самого КГБ. Судя по всему Борис самым серьёзным образом хотел заполучить меня в свои жены. А когда у него ничего не вышло, решил напоследок, хотя бы отыграться на тебе. Он ещё больший мерзавец чем я о нём думала!

– Ладно хватит всё о Борисе и о Борисе. Давай перейдём к делу. Итак импульс. Давай я продемонстрирую его тебе в предельно слабой форме.

Я сосредоточился, выставил вперёд ладони и послал очень лёгкий импульс в правое плечо Варвары.

Получив его она вскрикнула и отшатнулась едва удержавшись на ногах.

– Что это было? – спросила она потирая своё плечо.

– Импульс. Очень слабый.

– Ничего себе слабый. Меня как – будто по плечу изо всей силы палкой ударили! Если это слабый, то какой тогда сильный?

– Ну на какой силы импульс я способен, честно говоря не знаю. Не было возможности проверить это. Но боюсь, что после него человек или не выживет, или превратиться в овощ. Это зависит ещё и от того в какую часть тела направить этот самый импульс.

– А выставлять ладони вперёд обязательно?

– Не обязательно. Но это помогает мне быстро сконцентрироваться. Примерно так же как тебе топанье ногой.

– А как ты приобрёл эту способность? Вернее узнал о её существовании у себя?

– Было дело. Когда я учился в четвёртом классе, ко мне стал приставать один малый старше меня, на два года. Проходу не давал. Причём не один с целой кампанией таких же дружков. Ну раз пристали они ко мне они после школы, а я зажмурил глаза, выставил вперёд ладони и представил, что мои руки удлинились так, что достают до этого му@ка, а кулаки бьют со всей силы прямо по его наглой роже. И знаешь получилось.

– И,что вышло?

– Он кубарем полетел прямо в ближайшие кусты. Как будто, ему действительно заехали по физиономии. Но нас разделяло примерно так – метра три. Так, что ничего предъявить ни он ни тем более его родители лично мне не могли. Но и он и его кампания здорово перепугались. С тех пор они отстали от меня. А я на всякий случай записался в секцию самбо. И дела в ней у меня пошли не плохо. Так, что скоро так просто ко мне было уже не пристать. Без вредных последствий естественно.

В этой истории всё было правдой лишь за исключением некоторых подробностей. Муд@к пристававший ко мне был сынком местного бандита. Подражая своему папаше он сколотил из себе подобных отморозков шайку, которая начала промышлять вымогательством денег у школьников начальных классов. Эти отморозки изо всех сил подражали взрослым, они не только вымогали деньги, но и ставили на «счётчик», угрожали расправой и тому подобное. Насколько я знал папаша главаря этой шайки вполне одобрял забавы своего сына. Начали приставать они и ко мне. Всё закончилось почти так, как я рассказывал Варваре. За исключением того, что кроме главаря я вырубил ещё и двух его подпевал, у одного из которых – рыжего долговязого типа случился судорожный припадок. Вырубить то я их вырубил, но после этого пролежал весь вечер дома в постели с жуткой головной болью. В то время я ещё не умел рассчитывать силу своих ударов.

Эта история имела своё не очень весёлое завершение. Нет, после продемонстрированных мною особых способностей шайка малолетних рэкетиров отстала от меня, предпочтя иные, более безопасные объекты для вымогательства. А через год их главаря вместе с родителями взорвали в автомобиле. Насколько я знаю, исполнителей этого убийства (как впрочем и его организаторов) так и не нашли. Криминальный бизнес во всех его формах, в России девяностых годов, был очень рискованным занятием.

– Ладно, – сказал я,– хватит болтать. Надо приступать к обучению. Значит так. Концентрируешься и представляешь, что твои руки намного длиннее чем они есть на самом деле. А потом так легонько бьёшь меня по плечу. Поняла?

Варвара кивнула головой и мы приступили к нашей первой тренировке. Она протекала неудачно. Сколько Варвара не старалась у неё ничего не выходило. В конце концов она тяжело вздохнула и сказала мне:

– Не знаю, Андрюша, либо я законченная бездарь, либо такая способность у меня начисто отсутствует. Ты видишь, сколько я не стараюсь, у меня ничего не получается!

Я задумался вспоминая при каких обстоятельствах в первый раз проявилась эта моя способность. Вспоминал, как подрагивали мои коленки, когда я увидел направлявшуюся ко мне компанию из пяти человек, в которой выделялся долговязый и рыжеволосый шестиклассник, который был главным «боевиком» этой шайки малолетних вымогателей. Вспоминал, как с чувством полной безнадёжности закрыл свои глаза и выставил вперёд ладони, и открыл их лишь после того, как до меня донеслись истошные вопли. Только после этого я увидел, как предводитель банды школьных рэкетиров беспомощно бьётся, запутавшись в густом кустарнике, а его долговязый дружок валяется без чувств на земле и его сотрясает жестокая судорожная дрожь.

Я понял, что возможно у Варвары ничего не получается потому, что помимо естественной неуверенности в своих силах, у неё нет соответствующего настроения, которое позволило бы ей послать импульс. Тут же я вспомнил прочитанный мною рассказ одного американского фантаста про девушку обладавшую целым букетом паранормальных способностей. Когда она влюбилась в своего исследователя то её способности куда – то резко пропали. Но стоило ему начать нарочно демонстрировать равнодушие к ней, как они вернулись, причём в усиленной форме. Значит от меня требуется, что -то подобное. Но что? Я задумался.

Наконец мне показалось, что я придумал выход из сложившейся ситуации. Я быстрым шагом подошёл к Варваре и сильно толкнул её. Получив мой толчок она отлетела к стене.

– Андрюша, что ты делаешь!– испуганно воскликнула Варвара.

Ни говоря ни слова я подскочил к ней рванул её халат. Рывок был настолько сильным, что отлетела наверное половина пуговиц. Распахнув халат, я сделал совершенно зверскую физиономию и схватил Варвару за грудь.

– Что ты делаешь⁉ – закричала она и тут же я ощутил приличный толчок в свою грудь, отскочил в сторону и затряс головой.

– Получилось, Варюха! Слышишь у тебя получилось!

– Не подходи ко мне! – истошно закричала она и в ту же секунду я ощутил сильнейший удар по своей голове, после которого уже ничего не видел и не ощущал.

– Андрей, Андрей, очнись! – услышал я голос Варвары и вслед за ним я ощутил резкий запах нашатыря.

Я открыл глаза и попытался поднять голову. Но не тут – то было. Едва я сделал это, как моё тело сотрясла жестокая дрожь и моя голова сразу же упала обратно на пол.

– Ой, Господи, да, что же это такое? – запричитала Варвара.

– Не кричи, Варюха, – прошептал я,– лучше радуйся– у тебя всё вышло! Чёрт, никогда не думал, что это несколько не комфортно.

Полежав ещё несколько минут, я с кряхтением поднялся с пола и перешёл на диван. Варвара уже несколько успокоилась и, кстати я заметил, что на ней уже новый халат.

– Халат у тебя лучше старого, – подмигнув, сказал я ей.

– Что??? Какой халат?

– Который на тебе. Что -то раньше я его не видел. А так цвет ничего – симпатичный.

Варвара селя на диван рядом со мной и тяжело вздохнула.

– Ну раз ты заговорил о халате, значит приходишь в норму. Тогда ответь мне, пожалуйста, что это было? Как ты можешь объяснить своё поведение? Я совершенно не ожидала увидеть тебя таким.

– Ну надо же было, как – то спровоцировать тебя. Создать подходящий психологический фон, благодаря которому ты смогла бы проявить свои способности.

– Понятно. Только прошу тебя больше не делать так. Причём для твоей же пользы. Видишь ли в возрасте восемнадцати лет меня едва не изнасиловали. И тот подонок вёл себя примерно так же как и ты сейчас. И я вдруг вспомнила это.

– Прости меня, Варюха,– сказал я,– вот честное слово об этом случае я даже не догадывался. Но ты так тормозила, что я решил хоть как – то встряхнуть тебя.

– Тебе это удалось. Ой как у меня болит голова. Она всегда будет болеть после этих импульсов?

– Нет. Только после сильных. Тебе ещё предстоит научится регулировать их мощность. Но начало положено. В принципе ты способная ученица.

– Можно подумать у тебя было много учеников и учениц. И тебе есть с кем меня сравнивать.

– Ладно не ворчи. Давай я сниму тебе твою головную боль, а ты по колдуешь над той шишкой, что образовалась на моём затылке. Всё – таки я очень здорово приложился им об пол.

Прошло две недели. Давно кончился сентябрь, да и октябрь подходил к своей середине. Погода окончательно испортилась, через день шёл нудный осенний дождь, ощутимо похолодало, и деревья мало – помалу начинали терять своё убранство. Наступило время глубокой осени.

Варвара оказалась не только способной ученицей, она очень быстро увлеклась и загорелась моими уроками. Тем более как назло ( или наоборот наудачу) меня стали буквально преследовать разного рода мелкие бытовые травмы. Так пару раз я довольно основательно порезался ( один раз при бритье, другой раз при разделке рыбы) так, что у Вари появилась возможность по тренировать своё умение останавливать кровь и заживлять раны. Кроме того я подскользнувшись на улице, упал и здорово ушиб колено, и на этот раз Варвара прекрасно справилась с лечением моего ушиба ( на утро от него осталось практически одно воспоминание). Я не мог нахвалится на неё. Ученицей она оказалась понятливой, смышлёной и, что самое главное очень трудолюбивой. Преодолев первоначальную нерешительность она демонстрировала просто фантастические успехи. Приехав с работы, Варвара, не взирая на усталость сразу же начинала заниматься и порой эти наши занятия затягивались до глубокой ночи.

Как – то под выходной к нам пожаловал дед Варвары. Опираясь на трость он прихрамывая вышел из машины и зашёл в дом.

– Нуте-с, молодые люди, докладывайте, каковы ваши успехи. И не забывайте, что к вам пожаловал как– ни как целый генерал– майор медицинской службы и действительный член академии медицинских наук!

– Очень значительные успехи,– сказал я ему,– ваша внучка, товарищ генерал– майор, демонстрирует просто поразительные успехи на почве изучения экстрасенсорики. Честно говоря я уже начинаю опасаться, что своими руками выращиваю себе могучего и опасного конкурента.

– Даже так? Ну, что же надеюсь, что сегодня Варвара, продемонстрирует мне всё то, что чему она сумела научится за это время.

После ужина Александр Тихонович обратился к своей внучке:

– Варвара, у меня опять этот чертов артрит разыгрался. Левое колено ноет так, что сегодня я половину ночи заснуть толком не мог. Ты не поможешь мне?

Хорошо, дедушка, я попробую.– ответила ему Варвара.

Она села на корточки и положив свои руки на левое колено Александра Тихоновича застыла в молчании. Так прошло несколько минут.

– Всё, дедушка, – наконец сказала она и поднялась с корточек.

Наутро Александр Тихонович, вышел к нам очень и очень довольным.

– Благодарю вас, Андрей, что вы научили кое – чему мою внучку,– обратился он ко мне,– представьте себе и колено у меня не болело и вообще впервые за несколько лет я спал просто отлично! Можно сказать сном младенца. Нет, это очень полезное умение! Пожалуй, Варвара, я теперь регулярно буду привлекать тебя для исправления всяких последствий моей подступающей старческой немощи. Какие можно исправить естественно.

Когда дед Варвары уехал на службу она подошла ко мне и сказала:

– Андрюша, давай сделаем перерыв в наших с тобой занятиях. Честно говоря, я уже порядком устала.

– Давай,– согласился я с ней,– а чем мы будем заниматься?

– Чем? Ну вот кто – то, например, обещал сходить со мной в театр.

– Обещал, не спорю. Но ты достала билеты? Или мне позвонить Якову Семёновичу?

– Не надо никому звонить. Билеты мне достанут через пару дней. Так, что готовься к посещению храма Мельпомены.

Глава 21

К зданию Театра имени Ленинского комсомола мы подъехали минут за двадцать до начала спектакля. Как всегда возле здания театра клубилась толпа народа среди которых было немало тех кто пришёл сюда в расчёте приобрести «лишний билетик». Мой, совместный с Варварой поход в театр позволил мне увидеть ещё одну сторону советской жизни от которой, пожалуй почти ничего не осталось в 2013 году. Я с удивлением узнал, о той жажде высокой культуры которая буквально обуревала советских людей. Попасть в популярные московские театры, на популярный спектакль порой было так же трудно, как приобрести фирменную дефицитную вещь. Театральные билеты продавались спекулянтами с огромной наценкой и всегда находилась масса желающих купить их. Конечно, с одной стороны, сфера досуга в СССР была развита очень и очень слабо по сравнению в Россией начала двадцать первого века, к тому же не было ещё интернета, а телевидение предлагало всего лишь два общесоюзных канала ( в Москве и Ленинграде в дополнение к ним были ещё местные телевизионные каналы) Но всё равно такое желание приобщится к высокому искусству я уже не наблюдал в том времени из которого прибыл сюда, в 1978 год. Для меня это стало настоящим открытием. В моём времени и на эстраде и в кино, и на телевидении, господствовали пошлость, дурной вкус и худшие образцы массовой культуры. Это было даже понятно мне, человеку культурно не очень развитому (так по крайней мере я думал о себе самом). В общем я открывал для себя совершенно новую, неизвестную мне страну, которая разительно отличалась от того, что рассказывали о СССР российские СМИ в двадцать первом веке. И мне становилось жаль того, что всего через тринадцать лет эта страна исчезнет с карты мира, а с ней исчезнет и всё то хорошее, что я видел сейчас в 1978 году. Много раз я думал о том, что принял бы мой прадед, всё то, что произошло со страной после 1991 года, когда рухнула ненавистная ему «Совдепия» И всякий раз приходил к однозначному выводу, что нет, не принял бы. Для него перекрасившиеся партократы, были бы много хуже большевиков с которыми он не щадя своей жизни, дрался в годы гражданской войны.

В антракте когда мы направлялись в буфет, Варвара вдруг обернулась сказала мне – ' Я сейчас' развернувшись пошла кому -то навстречу. Я тоже обернулся и увидел, что она подошла к молодой симпатичной женщине с грустным лицом, которая шла под руку с мужчиной.

Варвара заговорила о чём – то с этой женщиной, а я постояв немного в гордом одиночестве подошёл к ним.

– Юль,– сказала Варвара,– познакомься – это Андрей, Андрей, это Юля, а это Олег.

Я пожал руку Олегу и мы все вчетвером пошли в буфет, причём Варвара и Юля немного отстав от меня и Олега, о чём – то говорили.

Уже когда мы вернулись после буфета на свои места Варвара сказала мне:

– Это Юля Терентьева, моя одноклассница. А это её муж Олег. Тоже мой одноклассник. Они дружили ещё в школе, а после её завершения почти сразу поженились. Юля по профессии педагог, а Олег инженер. Он закончил МАИ. Работает в каком – то жутко секретном НИИ.

Тут начался второй акт спектакля и наш разговор прервался.

Позже уже в машине Варвара продолжила.

– Понимаешь у Юли в жизни случилась большая трагедия. Она не может иметь детей. Как только она вышла замуж за Олега, так почти сразу забеременела. А ей было в ту пору всего восемнадцать лет, она училась на первом курсе института и Олег тоже. В общем её уговорили сделать аборт. Аборт ей сделали, но потом возникли осложнения. Ей пришлось долго лечится. А потом когда она с Олегом встали на ноги, выяснилось, что у неё никак не получается забеременеть. И лечение не помогает. А недавно она обратилась за консультацией к одному светилу, едва ли не лучшему специалисту по женскому бесплодию во всей Москве. И он сказал ей, что детей у неё никогда не будет. Этот её юношеский аборт не прошёл даром. Юлька конечно находится в жуткой депрессии. Она так надеялась на помощь этого светилы, а в результате ты сам понимаешь, что вышло. Олег конечно утешает её как может, но по моему толку мало. Когда она разговаривала со мной у неё губы тряслись.

– А,что этот светила один такой на всю Москву? – спросил я,– других нет? Хорошо можно обратится к светилам из другого города. Например из Ленинграда. Может их вердикт будет иным. И вообще она ещё молодая. По моему ей рано отчаиваться. Мало ли там, что эти светилы наговорят. Они тоже бывают ошибаются.

Варвара ничего не ответила мне на это и лишь тяжело вздохнула. Заведя мотор автомобиля она тронулась с места.

Через два дня Варвара очень поздно вернулась с работы. Настолько поздно, что я уже начал волноваться за неё. Когда она тяжёлой поступью вошла в прихожую я выйдя ей навстречу не выдержал и начал отчитывать её за столь поздний приход.

– Извини, Андрюша, я опять заходила к Марине Александрович. У неё неприятности. Видишь ли в последнем квартале этого года у неё должен был выйти сборник стихов. Она по крайней мере рассчитывала подержать в руках сигнальные экземпляры. А вчера она узнала, что выпуск сборника откладывается. То ли на второй, то ли на третий квартал следующего года. И более того, от неё потребовали переделать некоторые стихи, недвусмысленно намекая, что иначе сборник вообще может не увидеть свет. Кому -то показалось, что в её стихах слишком много пессимизма. А это мол не может соответствовать реалиям развитого социалистического общества в котором царит один оптимизм и полная уверенность в завтрашнем дне. Какие мерзавцы! Они же знают, что Марина смертельно больна и, что почти наверняка проживёт не больше трёх– четырёх месяцев. И,что у неё нет сил переделывать, что – либо. Тем более, как она сказала мне, она всю душу в этот сборник вложила. И вот представляешь нашлась какая -то мелкая, завистливая гадина, я уверена, что полная бездарность, которая сделала всё, что бы сорвать выход этого сборника в свет! Марина конечно в жутком состоянии. Она так надеялась увидеть эту книгу. Дни считала. И вот вдруг всё повернулось так. Я конечно успокоила я её как могла, заодно применила кое – что из вновь приобретённых умений так, что надеюсь, что сегодня Марина поспит спокойно. Без болей и наркотиков.

За ужином я долго пристально смотрел на Варвару. В конце концов она не выдержала этого моего пристально взгляда и спросила меня:

– Что ты так смотришь на меня, Андрюша?

– Где живёт эта твоя Марина?

– Возле метро Планерная.

– Хорошо. Давай хоть завтра заедем к ней и на месте определимся, стоит или нет браться за её лечение.

– Не знаю, надо ли это. Лимфосаркома в четвёртой стадии это…

– Я знаю, что это такое. Нахватался уже от тебя. Но посмотреть всё – таки надо. Если мы и не сможем помочь ей, то по крайней мере пусть будет чиста наша совесть. Ясно?

Назавтра в семь вечера я и Варвара стояли перед обшитой рейкой дверью на седьмом этаже многоквартирного дома, располагавшегося неподалёку от станции метро ' Планерная'.

– Дверь нам открыла пожилая женщина (на мой взгляд лет шестидесяти пяти).

Поздоровавшись с ней Варвара спросила:

– Валентина Сергеевна, как дела у Марины?

– Слава Богу, сегодня получше. Ночь она проспала без промедола. Как ты ушла так сразу и заснула. Я уж будить её не стала. И проснулась тоже хорошо. Весь день болей нет. Настроение у неё конечно так себе из -за сборника, но самочувствие получше. Марина вообще стала лучше себя чувствовать как ты к нам стала ходить. А это кто с тобой?

– А это мой коллега. Андрей Эдуардович Галкин. Он хотел бы осмотреть Марину.

Марина оказалась невысокой, худой девушкой, с ежиком волос на голове ( судя по его цвету, до проведения химиотерапии она была типичной блондинкой) и очень милым лицом. Когда мы вошли в комнату она сидела за письменным столом и писала в блокноте. Увидев нас она очень мило улыбнулась и поздоровалась.

Варвара представила меня.

– Ой, Варвара Викторовна, какой смысл осматривать меня? Всё же и так ясно. Отгуляла своё Мариночка. Я вчера расстраивалась, расстраивалась, а сегодня утром встала с постели и села за работу. Пока вы не пришли целых два стихотворения написала. Второе закончила незадолго до вашего прихода.

– Это твоё? – спросил я и указал на холст с почти законченной картиной на которой был изображён осенний пейзаж.

– Моё. Нравится?

– Очень.

– Но стихи я пишу всё же лучше чем рисую.

– А по моему рисуешь ты здорово. На мой дилетантский вкус конечно. Но всё же давай осмотрим тебя. Если не трудно прими пожалуйста горизонтальное положение.

– Марина не возражая мне, улеглась на постель, я подвинул к ней стул, положил ей руку на голову, она по моей просьбе начала считать до десяти, прервавшись на цифре восемь.

– Ну,что? – спросила встревоженным голосом Варвара когда я закончил свой первый сеанс (он оказался кратким и занял у меня не более получаса)

– Что? Ну сегодня она проведёт ночь опять без промедола, как нормальный, здоровый человек. И последующие дни пожалуй тоже. А так…

– Всё безнадёжно?

– Я бы не сказал так. Шансы есть. Другое дело, что вылечить её вот прямо сейчас мы наверное не сможем. А вот побороться за ощутимое улучшение можем. Это нам вполне по силам. А в дальнейшем всё будет зависеть от твоих коллег онкологов. Примут они её в больницу для проведения нового курса химиотерапии?

– Ну если наступить улучшение то да. Безусловно – да.

– Это очень хорошо. А вот когда Марина пройдёт новый курс, то тогда мы посмотрим. Если надо проведём новые сеансы. Если даже не вылечим полностью, то сможем продлить жизнь. Лет так на двадцать – тридцать. А может и на больший срок. В конце концов живут же некоторые с раком десятилетиями. Вот и Марина так же сможет. А если повезёт то, глядишь, сможем вылечить полностью. Чем чёрт не шутит.

Когда мы уходя прощались с бабушкой Марины, Варвара сказала ей:

– Андрей Эдуардович разработал новый, экспериментальный способ лечения злокачественных опухолей. Он пока не признан официально, но его применение уже привело к успеху в нескольких очень тяжёлых случаях. Андрей Эдуардович, хотел бы попробовать начать лечить Марину. Он не гарантирует успеха, но надеется добиться существенного улучшения в её состоянии, после наступления которого возможно будет проведение новых курсов химиотерапии. Вы согласны попробовать этот новый метод?

Валентина Сергеевна посмотрела с начала на меня, потом на Варвару, а потом сказала:

– Ну как вы думаете согласна я или нет? Всё равно иного выбора у меня нет. Мариночка безнадёжна. А так хоть какая – то надежда, пусть даже самая маленькая, но появится.

Сидя в машине я сказал Варваре:

– А я смотрю, ты уже вовсю применяешь вновь приобретённые тобой умения.

– Да какие там умения! Так – мелочи.

– Мелочи, не мелочи, но смотрю даже бабушка Марины заметила, что с твоим появлением её внучке стало лучше.

– Как кстати тебе сама Марина?

– Похоже, что очень стойкая девушка. Не знаю как я бы повёл себя на её месте. А она стихи пишет.

– Да, Марина чудесный человечек. Знаешь мне так хочется спасти ей жизнь!

– Будем делать всё возможное. Что ты стоишь? Давай трогай!

Следующим вечером мы опять пришли к Марине Александрович. Она встретила нас очень приветливо и не успев поздороваться сказала:

Бабушка рассказала мне, что вы хотите попробовать на мне какой – то новый способ лечения, который ещё нигде не признан. Я согласна. Скажите, Андрей Эдуардович, а вчера вы уже начали лечить меня?

– Ну не сколько лечить, сколько вчера я смотрел, а подойдёт ли мой способ для тебя или нет.

– И как?

– Ну случай у тебя сложный, но попробовать можно. Будем в начале бороться за улучшение, а если оно наступит, то вполне возможным станет проведение новых курсов химиотерапии. А там видно будет. В общем я считаю, что имеются возможности исключить тебя из категории безнадёжных. И знаешь не такие уж маленькие.

Я усыпил Марину и сказал Варваре:

– Ну давай присоединяйся.

Варвара ничего не ответив, лишь кивнула мне головой.

Я сконцентрировался, что бы поймать ту ускользавшую нить которая позволит мне начать движение, движение благодаря которому мы позволим разрушить гнездящуюся в теле Марины опухоль.

Всех нас окружает океан живительной энергии. Надо уметь подключится к нему. Если это произойдёт я сумею вылечить Марину. Но подключится к нему не так просто. Прадед говорил мне, что это способны сделать лишь те у кого чистые помыслы. Те кто лечит из любви к людям, а не из -за корысти. Корыстные и себялюбивые как бы не старались получить доступ к этой энергии, все их попытки будут безрезультатны. Но Марину может спасти лишь приток такой энергии. Он убьёт опухоль, гнездящуюся в её теле и очистит её организм от метастазов, восстановит её иммунную систему, которая очистит все закоулки тела Марины от многочисленных клеток– убийц.

– Всё, – сказал я,– открыв глаза,– на сегодня всё.

– Что -то быстро.– ответила она мне,– и часа не прошло. С Мишей ты возился больше.

– Ну то с Мишей. А тут совсем другой случай.

Когда мы уходили я ответил на вопросительный взгляд бабушки Марины.

– Всё хорошо. Даже лучше чем я думал. Не будите Марину пусть она спит до утра. Думаю, что в ближайшие дни промедол ей больше не понадобится.

Так мы провели ещё пять сеансов. С каждым из них Марина чувствовала себя всё лучше и лучше, у неё совсем исчезли боли, наладился сон, жаловалась она только на сильную слабость, которая заставляла её большую часть времени проводить в постели, но я успокоил её сказав, что это как раз хороший признак. Я чувствовал как понемногу живительная энергия которую я передавал ей превращалась из тонкой едва заметной струйки в маленький ручеек, который увеличивался в размерах с каждым новым днём.

После окончания шестого сеанса я сказал ей:

– Ну пока всё. Теперь тебе надо сходить на приём к онкологу и дальше следовать его рекомендациям.

– Я здорова? – спросила меня Марина.

– Пока нет. Тебе ещё долго лечится. Просто теперь это это стало возможно. В общем ты больше не находишься в категории безнадёжных.

– А знаете кто звонил мне сегодня? – спросила нас Марина.

– Кто?

– Евгений Александрович Евтушенко. Оказывается до него дошли слухи о мытарствах моего сборника. Он обещал посодействовать. Конечно, кое – что всё же придётся исправить. Но совсем немногое. И если я успею то могу твёрдо рассчитывать, что книгу отдадут в печать уже сразу после Нового года!

В один из вечеров в конце октября, я ждал возвращения Варвары с работы. Она, что – то опять задерживалась. За окном лил холодный осенний дождь вперемешку с мокрым снегом.

От нечего делать я листал тетради с записями важнейших событий которые составил для меня дядя Володя. Как раз, на днях я забрал эти тетради из чемодана который по прежнему держал в камере хранения на одном из московских вокзалов.

Довольно быстро пролистав, я отложил в сторону тетрадь в которой были зафиксированы разного рода спортивные результаты и сосредоточился на второй тетради в которой помимо всего прочего содержалась информация о наиболее громких преступлениях позднесоветской эпохи. Листая страницы я зацепился взглядом за записи о банде некоего Остапенко по кличке «Остап».

Он оказался прелюбопытным субъектом. Своей специализацией он избрал нападения на деятелей советской теневой экономики. Банда возглавляемая Остапенко действовала с невероятной для того времени дерзостью и жестокостью, напоминая по своему почерку действия братков из девяностых годов. Так в 1973 году банда Остапа похитила директора одной текстильной фабрики, долго пытала его добиваясь сведений о всех захоронках в которых он держал все свои деньги и сокровища и заполучив их в свои руки, безжалостно убила похищенного. Через три года Остап с подельниками похитил в Ростове сына одного цеховика, получила за него выкуп в 100 тысяч рублей и заметая следы так же убила мальчика. Всего в карьере Остапа было несколько таких эпизодов. В конце концов он всё – таки попался в середине восьмидесятых годов и был расстрелян по приговору суда. В ходе следствия возникло предположение, что деятельность банды прикрывалась какими -то чинами из МВД с которыми Остапенко делился награбленным, но добыть доказательств этой версии так и не удалось.

Читая записи о похождениях этой банды я вдруг наткнулся на знакомую фамилию на которую с начала как – то не обратил своего внимания, поскольку пробегал написанный моим дядей текст, что называется по диагонали.