Текст книги "Обжигающий импульс (СИ)"
Автор книги: Виолетта Стратулат
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)
– Ну как вы тут? Извини, что припозднилась…
– У нас всё в порядке, – перебивает Оксана и с торжествующим видом скидывает ленты, расправившись с узлом. Это было её маленькой слабостью, поэтому предлагать ножницы не имело смысла. – Мы справились и без тебя. Можешь сходить и оценить наши труды. Вышло очень даже здорово!
Подруга ненадолго поворачивается ко мне с улыбкой, но вскоре всё наше внимание завоевывает торт. Когда Оксана приподнимает крышку, мы вдвоем досконально рассматриваем внешний вид кондитерского изделия. Удовлетворенный вздох подруги греет душу, поскольку над оформлением сладкого подарочка я думала очень долго. Свете, скорее всего, платье было легче выбрать, чем мне для нее торт. Наверное, я слишком серьезно отнеслась к подобным мелочам, но лучшая подруга заслуживает лучшего девичника.
Я фоткаю наш приз и на удивленный взгляд Оксаны поясняю, что обещала кондитеру подробный отзыв в инстаграме с фотками и со ссылками на ее страницу. Оксана понимающе кивает – многие сейчас так раскручивают свое дело. Может, и мне завести для студии аккаунт? М? Надо будет всерьез это обдумать и взвесить все «за» и «против».
– Я спрячу нашего Аполлона – или это Венера? – в холодильник, а ты иди смотреть. Лена уже должна была закончить с фотками.
Я киваю и оставляю подругу, краем глаза поглядывая, как она осторожно прикрывает торт крышкой. И все-таки мне удалось вернуться в квартиру без особых потерь, не считая отдавленной ноги. Словила немножко адреналинчика после бессонной ночи, теперь можно и повеселиться вдоволь. Взглянув на наручные часы, я сверяю оставшееся время до прихода невесты. Еще пятнадцать минут…
Из соседней комнаты доносится Ленин смех, отчего сразу приходит понимание, что подруга с кем-то разговаривает по телефону – наверняка с мужем, судя по воркующим ноткам в интонации. Я заворачиваю к спальне; не могу сдержать улыбку, чувствуя себя чеширским котом.
«Вышло очень даже здорово» – это приуменьшено!
Комната стала напоминать детскую, увешанную гирляндами из разноцветных бумажных кружочков, парой связок из розовых и белых шариков. На стене на нитке развешаны наши детские фотки. Всё это украшение даже интерьеру спальни не противоречит, выдержанному в сочетании белого и светло-фиолетового цветов. Низкий журнальный столик девчонки перенесли поближе к кровати и заставили закусками и столовым сервизом на четыре персоны. Желудок предательски бунтует, требуя еды, – с самого утра во рту ни крошки, – но я заставляю себя оторвать взгляд от столика и присесть на постель. Что ни говори, это стоило того, чтобы ломать голову над идеей девичника!
Заняться мне нечем, раз девчата самостоятельно всё приготовили, поэтому решаю скоротать оставшееся время с телефоном. Я вспоминаю о сообщениях Ильи и заглядываю в контакт. Влад прочёл мое последнее напутствие, но ничего не ответил – наверное, это было бы уже лишним, поэтому я не расстраиваюсь, – а вот от Ильи диалог, кажется, несколько увеличился. Ведомая любопытством, я заглядываю в переписку, быстро пробегаю глазами по тексту. По мере прочтения каждого сообщения, на лице расползается улыбка, а в душе становится тепло и радостно. Илья беспокоился?! Он несколько раз спросил разными вариациями «все ли у меня хорошо?», особенно меня порадовали пожелания «спокойной ночи» и «доброе утро». Было в этом что-то интимное, сокровенное…
Не успеваю я обмозговать послевкусие от прочитанного, как телефон в руке начинает играть мелодию, а на экране высвечивается «Илья». Увидев имя, я и вовсе теряюсь, никак не ожидая от него звонка. Наверное, обнаружил меня в сети и не дождался ответа?.. Поворачиваюсь к проему двери, но девчонки где-то в других комнатах. Скорее всего, заняты своими делами.
Ответить?.. Или не стоит…
Я шустро нажимаю на зеленую иконку трубки, пока не передумала, затем подношу мобильник к уху и сразу слышу вкрадчивый вопрос:
– Вик?
– М? – Только и удается выдавить из себя.
Я не ожидала, что Илья позвонит. Сердце пускается вскачь, и я ощущаю его нервную пульсацию в шее. В голове образуется каша из череды вопросов, самые частые из которых: «Почему Илья позвонил? Потому что я открыла переписку, и он находился в сети?».
Он ведь мог просто снова написать, но не сделал этого. Нервно сглотнув, я молчу в ожидании, что Илья еще скажет.
– Ты как себя чувствуешь? Все хорошо?
– Угу, – бормочу я.
Это так глупо, но я сейчас мало что понимаю. Чего он хочет? Почему позвонил?
– А что слу?..
Не успеваю договорить, как Илья меня перебивает, словно зная наверняка, что мною руководит:
– Я беспокоился, но при этом не хотел надоедать тебе сообщениями… – Он слегка посмеивается по ту сторону связи, и я поджимаю губы. Хватаюсь за лоб, убираю челку за ухо, которая снова выскальзывает и скрывает обзор.
Мне чертовски радостно слышать голос Ильи… Наверное, избавиться от влечения самостоятельно уже не удастся… Но и клин клином выбивать не стану. Не хочу пустых связей на несколько месяцев. Хочу нормальных длительных отношений… Я с тяжестью выдыхаю, словив себя на каком-то собственническом порыве «хочу его и никого другого». Раньше за собой подобного не замечала, да и не ревновала никогда так сильно. И что в итоге? Только извела себя… Но если нет ничего к Лене – это не значит, что могут появиться чувства ко мне… Я цепляюсь за эту мысль как за спасательную соломинку. Если не надеяться, то и не будет ни переживаний, ни разочарований.
Между нами с Ильей воцаряется молчание, но я все равно не чувствую неловкости или обязанности срочно поднять какую-то тему. Мне даже молчать с ним комфортно. Я слушаю его дыхание в трубке, иногда на фоне появляется какой-то шум и болтовня.
– Ты уже на мальчишнике?
– Да. Но пока не все собрались… Ждем… – Илья замолкает ненадолго, однако вскоре вновь заговаривает со мной. – Тебя забрать вечером?.. Я не собираюсь сегодня пить – всё равно за рулем, – так что…
Я издаю удивленный звук и поспешно смыкаю губы, чтобы не ляпнуть какую-нибудь тупость. Меня охватывает бесконтрольное чувство эйфории, из-за чего, кажется, сейчас голова пойдет кругом.
– Мы с ночевой решили… – бормочу тихонько в ответ.
Легкий укол досады ударяет в сердце, но я отмахиваюсь от него, закусив губу. Мне кажется, что я уже соскучилась по Илье, потому что в это время мы обычно виделись на наших занятиях. Тем не менее уже скоро все это закончится. Осталась неделя до свадьбы. Потом… Потом у нас не будет причины для встречи. Не будет повода…
– У кого?
Я не сразу осознаю смысл вопроса, пока не восстанавливаю мысленно наш разговор.
– Мм, у Светы…
– Понятно. – Мне кажется, или Илья выдохнул с облегчением?.. – Тогда… отдыхай. Увидимся завтра?
Этот невинный, казалось бы, вопрос заставляет меня вздрогнуть.
– Да… завтра увидимся…
– До завтра, Вики…
И снова обращение, которое я привыкла слышать только от Юры. Илья сбрасывает вызов, а меня всю колотит от бури эмоций. И что это только что было? Разговор ни о чем. Пустой… но без дискомфорта… Зачем Илья позвонил? Просто… хотел меня услышать? Я понимаю, что эти мысли уносят в мечтательное состояние, из которого сложно выбраться адекватной и с холодным умом, но противиться напору так сложно.
– Вика, ну как тебе?
Я, заторможенная, оборачиваюсь на голос, еще толком не понимая, кто заговорил.
Оксана удивленно округляет глаза и замирает в проеме.
– Вик, ты покраснела… С парнем своим разговаривала, что ли? – Она непринужденно улыбается, а мне хочется утопить свои чувства в какой-нибудь канаве.
– Нет, не со своим… – отвечаю я, потому что это правда. Мы – не пара. А станем ли когда-нибудь – сложный вопрос. – И вы вдвоем все очень здорово сделали! Большие умнички! Мне нравится, правда!
Я добавляю это как можно естественнее и подхожу к Оксане. Я чуть выше ее ростом, поэтому смотрю слегка свысока.
– Это Илья звонил? Да, Вик?
– Да…
Мне нет смысла отпираться. Я уже давно привыкла, что Оксана читает меня как открытую книгу. Не знаю, что у нее происходило в прошлом – только Лене, наверное, известно: они всегда были друг другу ближе, – но после школы Оксана очень быстро повзрослела. Кажется, ей много всего выпало. Ее природная наблюдательность стала почти провидением…
– Ты вся лучишься, Вик. Никогда тебя такой не видела.
– Я люблю его…
Слова настолько легко слетают с языка, что мне становится страшно. Я не признавала это даже себе, но с поразительной открытостью рассказала Оксане.
Когда все это приняло столь мощный поворот? Когда зародились мои чувства? Я точно никогда не интересовалась Ильей, пока училась в школе. Тогда я была влюблена в Юру, и мы какое-то время встречались, после чего продолжали общаться как друзья, а потом, когда Света уехала учиться, мы перестали пересекаться. Я ни разу не видела ни Юру, ни Илью, они словно сквозь землю провалились. Впрочем, мы со Светой были слишком заняты мыслями о будущем, переживая об экзаменах и поступлении, затем о сессиях, чтобы тратить время на пустые разговоры об ее брате и его лучшем друге.
Я не знаю, что Илья пережил в прошлом: никогда не проявляла к нему интереса. И сейчас сложно расчленить свои чувства на спектры эмоций. Почему Илья? Этого я тоже не знаю. Шутка, брошенная однажды, постепенно становится правдой. Я очень хорошо помню, как бросила Лене, что если она не заинтересована в романе с Ильей, то я отберу его себе… А смогу ли? Это не то, чем человек может управлять.
Что Илья чувствует ко мне? Я не забуду тот наш поцелуй в студии, когда нам обоим снесло крышу, до сих пор помню ощущение его губ и рук…
Мысли уносят меня, и я не сразу возвращаюсь в реальность. Оксана больше ничего не говорит, только поглаживает по плечу, словно успокаивая нерадивую дочь. Чувствую, что на глаза наворачиваются слезы, и наспех заканчиваю разговор. Не хватало еще разрыдаться, чтобы девичник из проводов невесты стал утешением свидетельницы от любовных ран и собственных пустых ожиданий.
Глава 11 – Девичник. Откровения
Когда приходит Света, я окончательно успокаиваюсь и ловлю прежнее настроение. Оксана отнеслась к моему раздавленному состоянию с пониманием и больше не задавала вопросов, стоило мне вскоре вернуться из ванной. Я не разрыдалась, нет, но провести несколько минут в одиночестве, чтобы никто не вмешивался, мне было попросту необходимо. Собрав мысли в кучу, мне сделалось лучше. Эмоции больше не сдавливали горло и грудь, слезы не норовили застелить глаза пеленой. Моя благодарность девчонкам не имела предела! Даже Лена не любопытствовала из-за моей «пропажи» на некоторое время, хотя и не была в курсе нашего с Оксаной разговора. Возможно, она как-то намекнула Лене? Или та сама догадалась? Это не особо важно. Я радовалась уже тому, что обсуждение моей личной жизни и недавнего разговора по телефону никак не поднималось.
– Моя маленькая красивая девочка уже совсем скоро выйдет замуж… – словно отпуская родную дочурку в чужую семью, я произношу это театрально-плаксивым голоском, из-за чего вся наша компания не сдерживается от смеха. – Как ты себя чувствуешь, дорогая? – добавляю уже серьезнее и ласково стискиваю подругу в объятиях.
Света не противится. Она лучезарно улыбается, похлопывает меня ладонью по спине. До возвращения подруги в город мы не виделись семь лет, как окончили школу, но такое чувство, будто этого перерыва не существовало. Правду говорят, что если между людьми есть связь, она никогда не порвется, только растянется на километры.
Я все-таки отхожу от подруги, отобрав ее сумку, чтобы позволить спокойно разуться и снять куртку. У нас еще будет масса времени поболтать. На улице, видимо, заметно похолодало, потому что у Светы выступил яркий румянец на щеках и на кончике носа, а голубой цвет глаз принял прозрачно-ледяной оттенок. Карие глаза, к сожалению, чудесами хамелеона не обладают, в отличии от голубых или редких зеленых. Как у Ильи.
Я отмахиваюсь от секундного помешательства. Эти ассоциации иногда способны свести с ума. У меня уже многое с ним сопоставляется… Помешательство какое-то…
«Сейчас девичник. Мы вчетвером отдыхаем. Никаких мужчин», – даю себе мысленную установку. Только вот сердцу не прикажешь разорвать хитросплетение чувств.
– Вы пока не переодевались, значит? – Света чуть хмурит брови. – Договорились же, что пижамная вечеринка… Или что-то поменялось, и я не заметила?
– Нет-нет-нет! – Я спешу успокоить подругу, которая сразу же тянется к своей сумке, находящейся у меня, желая вытащить телефон и проверить все переписки, где мы обсуждали девичник. А мессенджеров немало… Где мы только не обговаривали подготовку к свадьбе? И в контакте, и в вотсапе… Списки Света, помнится, на почту кидала, а иногда что-то в простых эсэмэсках отправляла… – Светик, все в порядке, честное-пречестное. Мы просто ждали твоего прихода!
Но моих слов оказывается недостаточно. Света смотрит на всех нас попеременно и только после выдыхает, расслабившись. Мне с ходу не поверила, что ли? Я, конечно, частенько ее разыгрывала в прошлом, но сейчас бы подшучивать не стала. Не та ситуация.
В итоге Света вешает дубленку на крючок, сапоги на плоской подошве отставляет на полку и забирает у меня сумку. Мы с девчонками подталкиваем невесту к спальне, бросая друг другу взгляды и переговариваясь жестами. Оказавшись в комнате, Света охает от удивления. Она рассматривает новые детали интерьера с нежной улыбкой, а мы остаемся стоять у входа, позволяя подруге кружить от одной стены к другой.
– Что ж, сюрприз удался, – шепчу я тихонько, и Оксана с Леной синхронно кивают.
Не знаю, как мне пришла в голову эта идея – обыграть детство, но Света точно осталась довольна.
– Так, не хныкать! – предупреждаю я, когда замечаю, что наша ненаглядная невеста трет глаза, рассматривая фотки.
А это мы еще наш альбом ей не подарили! Тогда, видимо, точно следует ожидать взрыв.
– Ох, с беременностью я стала очень эмоциональной, постоянно реву. – Света смеется сквозь слезы и пытается сдержаться, массируя уголки глаз подушечками пальцев. – Сережа уже замучился, наверное, меня заботой окружать.
Последние слова заставляют улыбнуться даже меня. Хоть я и нечасто видела их вместе, но с первого взгляда ясно, какие между ними сильные чувства. Остается надеяться, что им удастся пронести это сквозь года, не позволив разрушить хрупкую связь.
– Ты просто обязана нам всё-всё-всё рассказать от «как вы с ним познакомились» до «как он сделал тебе предложение», хорошо?
Светик, снова разрумянившаяся, кивает мне. Кого-то беременность, может, и портит, но Света очень похорошела. Уже заметно, что она слегка поправилась, судя по появившимся щечкам, но животик пока не особо округлился. Если бы я не знала, что подруга ждет малыша, то и не заметила бы, скорее всего, перемен. По крайней мере сейчас.
Оксана предлагает нам всем сфоткаться вместе, пока мы не переоделись. Выстроившись в кучку вокруг Светы и оставив ей главенствую роль, мы смотрим во фронтальную камеру. Оксана тем временем делает несколько снимков, вертя рукой во все стороны, чуть меняя ракурс, а затем копается в телефоне, наверняка желая сразу разослать фотографии, чтобы позднее не забыть.
– Тогда переодеваемся и ужинать? Сегодня я вообще ничего не ела…
Я капризно надуваю губы, заразившись детской непосредственностью, чем веселю девчонок. Переодевшись в любимый пижамный комплект, состоящий из темно-синих шелковых шортиков и такого же топа на бретельках, и накинув на плечи голубой халат, я присаживаюсь на край постели. Лена, хоть и противилась прошлым вечером нашим с Оксаной подшучиваниям, принесла фиолетовую сорочку из непросвечивающейся ткани. Не такая уж Ленчик и скромница, как я всегда считала. Оксана и Света оказываются в пижамах, как и я, но из хлопка.
– Свет? – Удивительно робкий вопрос заставляет меня повернуться, заинтересовавшись. – Можно потрогать?
Я изумленно склоняю голову набок, наблюдая над открывшейся ситуацией. Лена поглаживает Свету по животу и нежно улыбается. Я вспоминаю, что они с Сашей тоже планируют ребенка, поэтому, думаю, они хотят проверить правдивость старого поверья, что если потрогать живот беременной женщины, удастся и самой вскоре создать новую жизнь.
– Пока не толкается?
Света отрицательно мотает головой в ответ.
– А пол ребенка будете сразу узнавать? Или как Бог даст?
– С этим у нас некоторые сложности. Мы пока слегка спорим и не можем определиться.
Лена понимающе угукает и, словно почувствовав на себе взгляд, поворачивает ко мне голову.
– А ты не хочешь потрогать?
Меня прошибает током от этого пристального внимания.
– Неа, я трогать не буду. У меня даже мужика нет, чтобы хотелось завести семью в скором времени. Я пока совсем-совсем не готова к детям! Своих карапузов-учеников хватает выше крыши!
Я, конечно, преувеличиваю. Никакие они не карапузы – детишки от семи-восьми лет… Умом понимаю, что слишком остро отреагировала, но мне не удается остановиться и успокоиться. Этот небольшой конфликт своевольно развеивается, стоит всем усесться за стол. Но мысль о семье и браке гложет меня изнутри. Я – единственная из нас четверых, кто не замужем, причем даже не нахожусь в отношениях. Я даже никогда не жила с мужчинами, хотя была одна попытка, но тогда очень быстро от него слиняла, раздраженная постоянными «девушка должна». Видимо, проблема кроется где-то во мне? Страх? Или у меня какой-то отпугивающий бзик есть?.. Знаю, что многие злились из-за партнерства с Владом в спортивных бальных танцах… Но что я могла поделать? Это работа.
Я мотаю головой, отгоняя непрошеные мысли.
«Никаких мужчин сегодня…», – снова напоминаю себе.
Вскоре меня охватывает легкий дурман из-за вина. Света попивает грейпфрутовый сок, но настроение от нашего не отличается. Пересмотрев все общие детские фотки и вспомнив кучу смешных моментов из школы, а также вдоволь налопавшись, мы перебираемся на постель.
– Ну же, ты обещала рассказать! – сразу подстегиваю я новую тему для обсуждения. – Тайны личной жизни в студию! Пам-пам-пам!!!
– Да там ничего интересного или необычного, – выдыхает Света. – Мы в институте познакомились, когда к нам нефтяники приехали с конференцией…
С каждым произнесенным словом у меня глаза на лоб лезут. Ну ничего себе! Вот отхватила самца!..
– Что, прямо так и было? Ты ничего не приукрашиваешь, не преувеличиваешь?
Я подозрительно сощуриваю глаза, хотя знаю, что о таком Света никогда бы не солгала. Однако и переварить новости оказывается для меня сложным.
После конференции, ставшей обязательной студентам для посещения, столкнуться и познакомиться с привлекательным мужчиной старше себя на десять лет – это еще ладно: частенько встречается. Ну, заинтересовался молоденькой красоткой, с кем не бывает? Но потом случайно – случайно! – попасть к нему на практику под его же прямое руководство… это уже слегка попахивает фантастикой! А как только стали парой, так его еще на ступень повысили! В тридцать пять неженатый, живущий самостоятельно – не у мамочки под боком – да еще и тверже некуда устроивший собственное финансовое положение…
Серьезно? Такое вообще бывает в наше время? Самая настоящая сказка, черт возьми! Чтобы так ладно и скоро получилось продвинуться по всем фронтам?.. Может, мне у Сергея следует совета попросить относительно своего бизнеса? Вдруг что-то стоит поменять? Маркетинг иной подготовить?..
Кажется, у меня сейчас пар из ушей пойдет!
Я скольжу взглядом по лицам Лены и Оксаны, которые, судя по раскрывшимся ртам, шокированы не меньше моего. Даже алкоголь чудодейственным способом выветривается из головы, и мысли становятся ясными, прозрачными, будто только что изготовленное стекло. Я посматриваю в свой опустевший во второй раз бокал и ловлю себя на мысли, что надо бы плеснуть еще красного винца.
– Значит, это правда, да? – На мой уточняющий вопрос Света коротко кивает и смущенно улыбается. Наверняка мы не первые, кто удивляется столь бурному и неожиданному развитию ее романа. Чудеса, видимо, случаются в жизни. – Светик, да тебя судьба для Сергея готовила и потому отправила в московский ВУЗ, а не позволила остаться с нами. Сколько же слез тогда в аэропорту было вылито, как будто навсегда прощались!
Я начинаю хихикать, погрузившись в воспоминания и наблюдая, как темная, бордовая жидкость колеблется в бокале из-за моих же движений. Неудивительно, что Светка не рассказывала нам обо всем сразу, а, так сказать, подготавливала постепенно до сегодняшнего дня.
– Ну, тогда ясно, откуда такие деньжища на свадьбу нашлись – вбухано же немало. Вы прямо-таки удачно тематику подобрали, ничего не скажешь. Золотые двадцатые!
Я снова хихикаю, благодаря чему Света заметно расслабляется. Ее плечи мягко опадают, а движение груди свидетельствует о глубоком вдохе. Наверное, Светик очень нервничала из-за этой темы… Кто знает, как изначально принимали их с Сергеем союз.
– Меня пол-универа дразнило, что я якобы под него легла из-за денег, – признается Света, будто успешно прочитав мои мысли. – Вот только когда мы начали встречаться, он еще был простым сотрудником, вот-вот получившим должность заместителя. А потом все так закрутилось, завертелось… На нас обоих словно благословение снизошло. До сих пор жутковато… Фортуна ведь как улыбнется, так и отвернется…
– Да не переживай ты так, – вклинивается Лена, ласково встряхнув Свету за плечо, чтобы та не раскисала. – У вас через неделю свадьба. Всё приготовлено и всё обязательно пройдет по высшему разряду! И у вас скоро будет ребенок. Вы уже семья. Даже без штампа в паспорте!
Замечаю, что Оксана тоже поддакивает. Ее рассудительность помогает Свете окончательно расслабиться.
Пригубив немного вина, я откидываюсь на локоть левой руки, чуть разворачиваю корпус к невесте, теперь довольствующейся поеданием ломтика яблока. Легкий дурман накатывает снова, и я позволяю себе отдаться в его владение, смежив веки.
– Слушай, может, это ты ему сил и удачи придала? М? – спрашиваю шепотом и окончательно растягиваюсь поперек кровати. – Ты же у нас золотое дитя Фортуны, солнышко, – ничуть не привираю я, чем снова вгоняю Свету в краску. – Говорят же, что с нужной женщиной мужчина раскрывается. Как человек, который знает тебя очень давно, с наших двенадцати лет, могу с уверенностью добавить, что женишок тоже раскрыл в тебе самое лучшее. Светик, я тобой так дорожу, что даже будущему мужу жалко отдавать такое золотце!
– Вот только ты надо мной не подшучивай, а… – просит Света тихонько, понурив голову.
– Да я не подшучиваю, я тебе завидую по-доброму! Ох, я прям очень-очень надеюсь, что все у вас так же будет прекрасно! Чтобы его бизнес дальше процветал. Чтобы и у тебя все складывалось наилучшим образом!
К дурману добавляется меланхолия, и мне кажется, что такими темпами я скоро разревусь, как белуга.
– Викуль, останется только тебя замуж выдать. Как скоро на еще одной погуляем?
Лена смотрит на меня прямым взглядом, а у меня в душе вдруг всё холодеет. К чему этот вопрос? Я выглядела настолько разбитой, что меня решили подбодрить таким образом? Я тотчас трезвею и присаживаюсь в постели, чем пугаю рядом сидящую Свету. Она тоже ко мне поворачивается, из-за чего мне становится дико не по себе. Три пары глаз – это какое-то публичное мучение!
– Ха, да вы что! Если я и выйду замуж, то лет через пять-семь – не раньше. Видимо, я слишком избирательна. Абы кто мне не подойдет!
– Ты собралась замуж после тридцати? – удивляется Лена, втянувшись в тему разговора. – Я и не знала, что ты планируешь пока оставаться независимой.
Хмыкнув, я обмозговываю сказанное. Тридцать – это приговор? Мы же не в девятнадцатом веке живем, чтобы считаться старыми девами…
Этими словами она живьем режет на куски.
Да если бы у меня были стабильные отношения, возможно, я бы и раздумывала о браке… а так… Что ломать голову наперед? Над несуществующей проблемой! Да ни одна женщина, думаю, не мечтает оставаться независимой навсегда. Любой хочется надежного плеча, ласкового взгляда и объятия, но не каждый мужчина может это дать. Как и не каждая женщина может создать уют супругу, чтобы ему хотелось возвращаться домой. Чтобы именно дом был убежищем для обоих. Это такая сложная тема – успешно найти точки соприкосновения так, чтобы ничего никому не повредить на стыках…
Я понимаю, что меня утягивает куда-то в философию или гендерную психологию – к тому же молчание затягивается, – и снова мотаю головой. Наверное, это все влияние алкоголя. Мне больше не стоит пить. Совсем…
Эмоции охватывают тело окончательно. Я ощущаю груз на сердце, из-за чего мне становится некомфортно, и я сползаю с постели на пол, поближе к столику. Мягкий ковер щекочет ступни – это становится моим маленьким антидепрессантом.
К черту мужчин! Мне и одной неплохо живется. Ну, подумаешь, секса нет полгода у молодой девушки? Хотя и пыталась пару-тройку раз повстречаться… Не умерла же от одиночества. Зато спокойненько, уютненько, без болячек каких-нибудь…
– А как же Илья. Вы разве еще не вместе? – спрашивает у меня Света, и я смотрю на нее, как на каменное изваяние, начавшее говорить.
– Эм, а с чего бы в-вообще такие мысли? – От потрясения язык предательски заплетается.
Теперь очередь удивляться появилась у Светы. Подруга широко округляет глаза и часто моргает, переваривая мой вопрос. Я так и вижу бегущую строку у нее в голове, обрабатывающую полученную информацию. Света даже вытянула шею и выпрямилась в спине, теребя пальцами челку. Значит, нервничает…
– Я что-то путаю? – Смутившаяся подруга бросает на меня взгляд и затем прячет лицо в кружке за глотком сока. – Я думала, что вы уже встречаетесь некоторое время… Тогда ничего, – добавляет она в итоге, чем еще больше подкидывает пищи для размышлений.
– Знаешь, Свет, если на чистоту… – Я замолкаю, обдумывая, стоит ли рассказывать всё девчонкам. – Единственное, что между нами было, – это поцелуй в засос с дальнейшей эрекцией у Ильи, после чего… и-и-и… – Я оглядываю подруг хитрым взглядом, затем резко щелкаю пальцами. – Бинго! Ничего не было. Он слинял, как запахло жареным – не в прямом смысле, конечно, в фигуральном, – а я до сих пор зла, разочарована и… Блин, я бы не отказалась от нормальненького перепиха…
Думала, алкоголь выветрился – а нет! – винишко все-таки слишком хорошо развязывает язык… и мысли. Как бы потом не пожалеть о содеянном? Не хочу жалости и сочувствия!
– Вика, это плохая идея, – предостерегает меня Оксана, вмиг посерьезневшая. Словно мама отчитывает. – Такие отношения ни к чему хорошему не приведут.
– Знаю, – тотчас соглашаюсь я. – И теперь мне и это не нужно. Я собираюсь получить либо все, либо ничего. К черту полутона! Себя же не на помойке нашла, – добавляю и смеюсь в голос.
А в душе кошки скребут. Уже саму начинает всё это раздражать до белого каления. Потрясение за потрясением. И все же мне ничегошеньки не ясно…
Но проблема не в этом. Проще всего пережить свадьбу и разойтись как в море корабли!
– Уж простите за подробности моей никудышной личной жизни, девоньки… В такой-то день!
Я заставляю себя, толком не взглянув, что у меня осталось в тарелке, засунуть в рот какой-нибудь еды и тщательно прожевать. Слишком много болтаю! Не хватает еще о Владе заговорить… Для меня пока это слишком тяжело. Тяжелее признания того, что Илье я даже для разового секса не интересна. Непривлекательна. Хотя мужским вниманием не сказала бы, что когда-либо обделялась.
У меня не было головокружительной популярности, как у Светы. Она – куколка. Натуральная блондинка с длинными густыми волосами, голубыми глазами да и с фигуркой песочные часы. Вся такая нежная, неприступная – вот и сохли. Я, наверное, больше на демонёнка похожу. Никогда не носила длинные волосы – они жутко мешаются, кареглазка. Скучно. Никакой экзотики.
Снова вспоминаю фразу Ильи, выражающую желание увидеться сегодня вечером, и таю, как мороженое на солнцепеке. Меня обводят вокруг пальца, а я, кажись, и рада попасться в сети… В его сети…
– Знаете, девочки, вы все такие семейные… почти все замужние, почти все с детьми – Оксанка с сынишкой, Светик беременна, а Лена планирует, – но это не значит, что я старательно ищу себе сейчас мужа, чтобы родить. Не-е-ет. Конечно, я совру, если скажу, что мне не бывает одиноко. Иногда даже меня посещают мысли, что я где-то лицом не вышла… хотя очень даже ничего. Да? – Я поворачиваюсь к Свете, и та активно кивает.
Посмеявшись над ее реакцией, мне становится чуть лучше.
– Викусик, ты вроде немного выпила, а так много говоришь…
– Да я весь месяц молчала, всё в себе держу, дайте хоть сейчас выскажусь! – перебиваю Лену, но она ничуть не расстраивается. – Меня вконец одолел стресс. Бизнес самостоятельно вести непросто, а теперь еще и живу одна, снимая квартиру.
В голове внезапно щелкает мысль подобно яркой лампочке.
– Кстати, вы так ни разу и не были у меня! А как же новоселье?
Слова своевольно слетают с языка, а в голове уже свербит мысль, что я чокнулась! Да какие сейчас посиделки, когда двадцати четырех часов в сутки катастрофически не хватает? Пусть подготовка к свадьбе почти завершена – остались мелочи, – но это не значит, что у кого-то из нас имеется свободное время. В конце концов, мужья, дети и работа отнимают большую часть как дня, так и энергии.
Я усмехаюсь. Сама предложила и сама же иду на попятную. Однозначно до Светиной свадьбы нам не стоит собираться… Но если бы я не ляпнула это предложение, эмоции с огромной вероятностью попросту взорвали бы мне мозг. Или всему виной алкоголь? Голова раскалывается. Во рту сухо, что даже слюна не приносит успокоения. Перед глазами всё периодически расплывается, но после моргания вскоре приходит в норму. Я едва контролирую себя, чтобы не разрыдаться и не вывалить всё наболевшее наружу. Только толку от этого? Легче станет лишь на короткое время, поскольку проблема так легко не решится ни с Владом, ни с чувствами к Илье. К тому же и так слишком многого ненужного наговорила в праздник…
Вот что со мной происходит? Всегда хорошо контролировала себя, даже если сильно переживала, а теперь не могу. Чувства сильнее меня самой? Даже смешно…
Сделав глубокий вдох, я вскидываю голову и смотрю на девчонок. Оксанка с Леной тихонько шушукаются, – возможно, обсуждают мое предложение? – но мозг не может разобрать слова, лишь общее интонационное звучание, а Света… Я поворачиваюсь к ней и упираюсь в леденящие голубые глаза. Света пронизывает меня взглядом, сканирует. Она пытается прочесть, что творится у меня на душе, но у нее не получается. Я понимаю это по сведенным на переносице бровям и опущенным уголкам губ. Света переживает за меня, но ей нельзя волноваться. Я же немаленькая, в конце концов, чтобы не справиться с подобной проблемой.
