Текст книги "Забирай Ее Себе (СИ)"
Автор книги: Виолетта Иванова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)
Глава 31. Два короля
Король Дамиан женится…
Не на мне.
Уж я-то точно не зеленоглазая блондинка, да и совершеннолетие было у меня два с половиной года назад.
Мне стало очень плохо, показалось, я сейчас просто потеряю сознание и упаду.
Сетка Дамиана на моей силе треснула. Я торопливо наложила несколько заплаток.
Рэналф вскочил, подлетел ко мне, присел рядом со мной на корточки, хватая меня за руку.
– Сейчас-то что? – впившись в меня взглядом, неожиданно тихо спросил он.
Я даже удивиться не смогла, просто повернула к нему газету дрожащей рукой, ткнув в строчку пальцем.
– Да ну брось, невозможно, – хмыкнул Рэналф, – король Дамиан не может жениться.
– Почему? – тихо спросила я.
Он внимательно посмотрел на меня, а потом раздражённо хмыкнул.
– Потому что, Лия! Не может и всё!
Я смотрела на его раздосадованное лицо сквозь слёзы, застилавшие глаза.
– Послушай, это явная ошибка, – уже мягче ответил Рэналф. – Дамиан не может жениться. Объяснять замучаешься, недели не хватит, даже если говорить непрерывно. Если коротко и понятно, то связано с заморочками династических браков. Дамиан прямой наследник, если он в этом вопросе напортачит, то сразу потеряет право быть королём, и ещё там много других неприятных последствий.
– Герцогиня Адель… – прошептала я, – обручён с детства.
Рэналф пожал плечами.
– Да все они с детства с кем-то обручены, – хмыкнул он, – и король Освальд тоже. Даже я, кажется, был обручён, или всё ещё обручён, не знаю, хоть я и младше и не прямой наследник.
Он вдруг тепло взглянул на меня и усмехнулся:
– Насколько мне известно, Дамиан уже перетряс архивы в обоих королевствах и совершенно измучил десятки, если не сотни людей в поисках лазейки жениться на одной невероятной красотке с синими глазами и жутко раздражающей манерой разгуливать голой.
Я покраснела, к дрожащим пальцам из-за новости о предстоящей женитьбе моего короля на какой-то герцогине добавился стыд за все случаи, где я была неодетой или полуодетой.
Рэналф отпустил мою руку, выпрямился и неожиданно успокаивающе погладил меня по голове.
– Насколько я знаю этого упрямца, Дамиан рано или поздно решение найдёт. Но на данный момент факт остаётся фактом, верить этой газетёнке нельзя. Слышишь меня, Лия?
Я отстранилась от него и медленно кивнула. Мне показалось, что под моими ногами появляется бездонная пропасть, в которую я вот-вот соскользну.
– Здесь точно ошибка, – серьёзно глянул на меня Рэналф, выпрямляясь и пройдясь по комнате, – я знаю брата, этого не может быть.
Я кивнула, но в груди уже разрастался жуткий, леденящий холод.
Комнату шатнуло.
Я ощутила на лице порыв ветра, в горле запершило от запаха дыма, глаза заслезились.
– Лия, а ну смотри на меня! – услышала я будто издалека голос Рэналфа.
Но Рэналфа я уже не видела.
Его голос утонул в грохоте мечей, криках боли, хлопках магических заклинаний.
Я стояла на иссохшей земле под небом, затянутым серыми тучами.
Сбоку надо мной нависали скалы.
Вокруг меня лежали и сражались люди.
Окровавленные, опалённые, с искажёнными лицами, они бежали, замахивались мечами, выбрасывали заклинания, выкрикивали проклятья.
Падали, корчась от нестерпимой боли.
Лежали, глядя в небо невидящими глазами.
Вокруг моего пояса обвилась ледяная плеть.
Рывок – меня протащило в сторону.
Меня сильно, до боли, так, что перехватило дыхание, сжала за пояс стальная рука.
Я смотрела в янтарные глаза Дамиана.
Бесстрастные, леденяще спокойные, совершенно ничего не выражающие глаза моего короля на покрытом сажей и грязью лице с рассечённой бровью и запёкшейся кровью на щеке.
Нас шатнуло, но Дамиан устоял на ногах и удержал меня – краем сознания я успела увидеть осколки щита – он успел прикрыть нас от смертельного магического удара, прилетевшего в подставленное им под удар плечо.
– Звезда! В защиту! – проорал он. – Держать круг!
Он оторвал от меня взгляд, стремительно и цепко огляделся, с силой прижимая меня к себе.
– Это бесполезно, – раздался рядом до боли знакомый голос. – Ты не убережёшь её от меня, мой друг.
Я медленно посмотрела в сторону голоса.
Сбрасывая с себя магические путы, с колен поднимался король Освальд. Одна его рука висела как плеть, из рваной раны на бедре струилась кровь.
Но король Освальд самодовольно улыбался. С его руки слетело ещё несколько заклинаний, Дамиан едва успел выбросить новый щит.
Вокруг нас кипела схватка: я узнала многих из ближников Дамиана, которые учили меня во дворце. Они ожесточённо сражались, отсекая вражеских солдат и магов от Дамиана, меня и Освальда, прикрывая нас троих от сторонних ударов и формируя вокруг ровный круг.
– Ты хороший боец, друг мой! – выкрикивал Освальд, забрасывая нас мощнейшими заклятиями, – твой план был прекрасен! Но я умнее! И сильнее!
Дамиан увернулся от шквала огня, заслоняя меня корпусом, с тем, чтобы коротко контратаковать, но тут же снова уйти под защиту щитов.
– Я сильнее! – новый удар и выкрик Освальда, – и хитрее!
Ещё шквал ударов. Я старалась не шевелиться, даже не дышать – про брак и прочее я расспрошу с пристрастием потом – сейчас я отчаянно боялась помешать Дамиану, осознавая, что в атаку он не переходит из-за меня.
– И в чём же ты хитрее, Освальд? – выкрикнул Дамиан, уходя от очередного удара.
– Твой братец и твоя пташка любят читать газеты! – самодовольно скалясь, расхохотался Освальд, умудряясь при этом усилить натиск. – Куда полетит нервная пташка? К возлюблённому! Как заставить незамужнюю пташку нервничать? Объявить о свадьбе короля!
Холодея от слов Освальда, я, наконец, поняла, что он бьёт не в Дамиана. Он бьёт в меня.
Все смертельные заклятья летели именно в меня! А Дамиан прикрывал меня, едва успевая подставляться под удары.
Ещё я понимала, что ничего, вот совершенно ничего не смогу сделать.
Ничем не могу помочь.
Даже если начну перемещать нас, в этот момент мы будем совершенно беззащитны, все смертельные заклинания прилетят в нас, а значит в Дамиана, который закроет меня собой.
– Хватит сопротивляться! Ты не спасёшь её! – выкрикнул Освальд.
Несколько ближников Дамиана лежали на земле и не двигались. Круг вокруг нас сужался.
Освальд выпустил поток огненных игл, несколько из них пробили щит, одна опалила мне щёку. Я услышала, как Дамиан зашипел от боли – он сгорбился, но снова закрыл меня собой.
– Ты не спасёшь её от меня! – зло скривился Освальд, выпуская новый поток игл, пробивших щит и застрявших в новом. – Да, это удалось герцогу Себастьяну! Герцог спас её от меня! Почему? Я позволил! Для чего? Чтобы король Дамиан увидел её смерть!
Глава 32. Огненный шар
Освальд самодовольно скалился, с его рук стекали смертоносные заклятья.
Дамиан всё больше горбился и выбрасывал всё слабее и слабее щиты.
Я даже не видела Освальда, между ним и мной всё время находился Дамиан, который стальной хваткой прижимал меня рукой за пояс к своему бедру. Он всё время крутился, уворачиваясь от смертельных потоков, и уводил меня из-под ударов.
– Да сдохни ты, наконец! – вскричал Освальд.
Он раскинул руки в стороны, и в нас с Дамианом рванулся разрастающийся огненный шар.
Дамиан повернулся к Освальду спиной, заслоняя меня.
Вдруг я поняла, что мой король стоит, вынуждая меня смотреть себе в глаза, прижимая меня за поясницу, стискивая в кулаке мои волосы на затылке, как раньше, как ему нравилось всегда.
Вокруг нас ревело огненное пламя, опаляя жаром, очень близко к коже, стекая о тончайший щит, но Дамиан стоял, прижимал меня к себе.
Дамиан улыбнулся.
– Пташка моя, – сказал он, – прилетела ко мне.
Я едва смогла разобрать его слова из-за рёва огненного вихря вокруг окружающей нас тончайшей сферы магического щита.
За его спиной Освальд выкрикивал ругательства, кажется, даже подобрал меч и стал наносить удары в спину Дамиана, пытаясь пробиться сквозь щит.
А я могла только смотреть на него, чувствуя родные руки в волосах и на пояснице, ощущая надёжное сильное тело, смаргивая льющиеся слёзы.
– Я скучал, – сказал Дамиан уже без улыбки, глядя мне прямо в глаза.
Я вдруг поняла, что на мне теперь нет его сетки, вся моя сила свободна, но до последней капельки увязла в его уверенных магических потоках, окутывающих, запутывающих меня бережно и неотвратимо, переплетаясь с моими, присваивая, делая меня частью его самого.
– Очень скучал, – повторил он шёпотом.
Я вдруг обмякла в его руках, прижавшись к нему всем телом, запрокидывая голову.
– Я тебя очень люблю, – дрожащими губами прошептала я.
Он серьёзно ответил:
– И я. Люблю.
Я резко втянула воздух, потянулась к нему, но Дамиан стиснул мои волосы в кулаке, не давая мне двинуться.
– Верь мне! – приказал он и добавил: – и ничего не бойся.
В следующий миг щит прорвался, и я почувствовала, как Дамиан вздрогнул всем телом.
Он подцепил ногой мои щиколотки, сбивая мне равновесие, и упал лицом вниз, увлекая меня под себя, навалившись всей массой.
Я поняла, что он не двигается и не дышит.
– Дамиан!!! – закричала я.
Я задёргалась, пытаясь высвободиться из-под него, но его тяжёлое неподвижное тело плотно прижимало меня к земле.
Вне себя от ужаса, я смотрела на возвышающегося над нами торжествующе скалящегося короля Освальда.
– Жаль, а я так хотел, чтобы он увидел, как ты умрёшь, – со злорадством сказал он, – я ведь видел, как он смотрел на тебя там, в галерее.
Освальд огляделся, и подошёл ближе. Внимательно рассмотрел неподвижного Дамиана.
– Герцог Себастьян, который считал себя самым умным, – произнёс Освальд. – Он же король Дамиан, разгуливающий у меня под носом, думающий, что я ничего не знаю. Как он смотрел на тебя! Прям пожирал тебя глазами! Ещё и жениться тебе предложил. Дурак поймёт, что влюбился тут же.
Освальд расхохотался, пристально глядя на бездыханного Дамиана, лежащего на мне.
– Дурак бы понял. А я не дурак…
Король Освальд самодовольно вещал, а я лихорадочно пыталась понять, что же мне делать. Как минимум, ничего не бояться – так мне сказал Дамиан.
Мне вспомнились его слова перед расставанием, ещё там, во дворце, когда он отдавал меня Рэналфу под защиту и рассказывал про горный дар.
«У Освальда есть слабое место, самоуверенность».
«Мы давно с Освальдом ведём игры, начали давно, ещё до того, как стали королями. Это хитрый и опасный враг, но я хитрее и опаснее. Веришь мне?».
И сейчас, под неподвижным телом, я прокручивала в голове, как уверенно Дамиан стоял среди ревущего пламени, его приказ «верь мне», и то как он подцепил мои ноги и уронил меня под себя.
Я быстро огляделась. Ближники Дамиана никак не реагировали на смерть своего короля, продолжали ожесточённый бой, расширяя круг, оттесняя врагов от нас всё дальше и дальше.
Король Освальд ничего вокруг не замечал, он продолжал стоять прямо, упиваясь триумфом. Льющимся из него самодовольством можно было бы затопить всех нас, и гору рядом с нами до самой вершины.
– Твой горный дар жалко, но ещё не факт, что он пригоден, – продолжал вещать Освальд. – Король Дамиан мёртв, все шахты и так будут мои. Жаль, что Дамиан умер первым, и не увидел смерть своей возлюбленной, какая была бы месть, какая была бы месть! М-м-м… Впрочем, меня все варианты устраивали. Мёртвая ты, и живой он. Или, когда вы оба мёртвые. Вариант, в котором он мёртвый, а ты живая, меня тоже устраивает.
Освальд пнул Дамиана в бок, спихивая его с меня, он остался лежать вниз лицом. Моё тело опутали невидимые путы, ставя на ноги.
– Я бы тебя поцеловал, – задумчиво рассматривая меня, заявил король Освальд, – но тебе надо помыться. После всех этих лесов, и особенно прикосновений моего старого друга, уже мёртвого друга, тебя надо будет долго отмывать.
Глава 33. Сугроб
Я попыталась что-то сказать, но не могла двинуться.
Говорить я тоже ничего не могла – мешали магические путы, которые я никак не могла порвать.
Вдруг Освальд дёрнулся всем телом, закатил глаза и упал на колени, хватаясь за горло.
Кажется, от творящегося вокруг у меня в голове что-то перемкнуло, но я смотрела почти спокойно, как Освальда всего целиком покрыла изморозь, превратив его в белую статую.
– Как я и говорил, – раздался сзади глухой голос моего Дамиана, – слабым местом короля Освальда была именно самоуверенность пополам с запредельным самодовольством.
Невидимые путы всё ещё были на мне, я не могла ни двинуться, ни обернуться, ни звука издать.
Из-за моей спины вышел король Дамиан, подошёл к ледяной скульптуре, в которую превратился король Освальд.
Я смотрела на моего короля, стоящего рядом с поверженным врагом, и задыхалась от невозможности окликнуть, броситься к нему, обнять, прижаться, убедиться, что точно жив.
Дамиан пнул замёршую статую в плечо – то, что было Освальдом, рассыпалось белой крошкой, превратилось в белоснежный сугроб, который тут же растаял и впитался в землю.
– Только я опаснее, – глядя на стремительно высыхающее мокрое пятно на иссохшей земле, добавил Дамиан. – Кроме всего прочего, если я решил убить, то добиваю сразу.
Он цепко глянул на меня, всё ещё неподвижную в путах Освальда, охватил взглядом всё вокруг.
– Эварт!! – рявкнул он громогласно.
Ответом послужил рёв сотен воинов. Удаляющийся от нас звон мечей усилился, но я могла только смотреть в в широкую прямую спину моего Дамиана, который отвернулся от меня и посмотрел на бежавшего к нам высокого воина.
Это оказался молодой мужчина с обветренным лицом, светлыми волосами и яркими голубыми глазами. Его одежда была подпалена и изорвана, он с радостным восторгом смотрел на Дамиана.
Мужчина преклонил колено и произнёс:
– Мой король, основные силы врага разбиты, противники массово сдаются в плен.
– Встань, Эварт, – произнёс Дамиан. – Доклад.
Мужчина выпрямился, принялся перечислять секторы атаки и защиты, потери личного состава, названия отрядов, имена их лидеров, кто куда был направлен, какие силы противника взяты в плен, кто ещё сопротивляется, и какие приказы отданы, чтобы сопротивление преломить.
Доклад оказался кратким и исчерпывающим.
– Рэналф связался с тобой? – спросил Дамиан.
– Ещё нет, – ответил Эварт.
– Когда свяжется, передай мои слова. Пташка прилетела ко мне, теперь будет со мной. Я благодарен. Пусть возглавляет армию. Рэналф главный, ты в помощниках.
Улыбка Эварта поблёкла, Дамиан жёстко сказал:
– Я приказал тебе не ввязываться в бой. А ты? – он выразительно покосился на подпалины на его одежде. – Я понимаю, молодой ещё, кровь кипит. Учись включать голову. На меня не смотри, у меня с Освальдом личные счёты, давние. Он был просчитан полностью. Ближники прикрывали. Мне надо было принять решение, что с ним делать, пленить или убивать, поэтому я бился лично. А ты мне нужен был в управлении без риска.
Эварт опустил голову, и Дамиан добавил:
– Развивай наступление, организуй достойные условия пленным, зачищай остальное. Это займёт неделю. Король Освальд мёртв, без него все будут беспомощны. Когда Рэналф выйдет на связь, ты к нему в помощники, введёшь его в курс дела. Я вернусь через трое суток.
Эварт сжал кулаки, пристально глядя на короля. Голос Дамиана зазвучал низко и сильно, меня пробрало от повеления, полыхнувшего вокруг его высокой широкоплечей фигуры.
– Ты нарушил приказ! – с нажимом произнёс Дамиан. – Первый раз за все годы безупречной службы. Эварт, от того, как сейчас справишься с текущими задачам зависит моя благосклонность к тебе при возвращении.
Эварт низко поклонился.
– Я понял, мой король. Не подведу.
– Иди.
Эварт снова поклонился и побежал обратно, а Дамиан взъерошил волосы, потёр лицо и покачал головой. Развернулся ко мне, с таким знакомым прищуром принялся рассматривать неподвижную меня.
Всепоглощающую радость видеть его всё больше отодвигала в сторону нарастающая злость – ведь я всё ещё не могла ни двинуться, ни заговорить.
Почему он меня до сих пор не освободил? У меня нос чесался, и прядь волос лезла в глаза. Не говоря уже о том, что мы стояли сейчас совершенно одни, опасности больше не было видно, а он…
Я его только что мёртвым считала! Ладно, главное, он жив. Я смотрела на рассматривающего меня победившего короля, разрываясь между злостью, радостью и лютым облегчением.
До меня запоздало дошло. Неужели война окончена?
– Вот так, Лия, – рассматривая меня, сказал король Дамиан, – надеешься на людей, думаешь, что они выполнят приказ, удержат себя в руках, а они… Молодой главнокомандующий нарушает приказ и лично бросается размахивать мечом. Опытный главнокомандующий держит в страхе и повиновении целую армию суровых воинов и могущественных магов, но не может справиться с летающей девицей. А летающая девица не может недельку посидеть смирно и спокойно, не путаясь под ногами.
Глава 34. Ожоги
Я стояла неподвижно, чувствуя на себе спутывающие заклинания ненавистного короля Освальда, не в силах ни шелохнуться, ни нос почесать, ни прядь волос на лице поправить, ни даже заговорить.
Я смотрела на победившего в двадцатилетней войне короля, который скользил задумчивым взглядом по моему телу, и, судя по всему, даже не собирался снимать с меня заклинания.
От всего этого я будто со стороны наблюдала, как меня заполняет ярость. Бешенная, испепеляющая, грозящая разнести всё здесь и на тысячи миль вокруг.
Я закрыла глаза, пытаясь дышать глубже, но это не помогало. Меня неуклонно затапливала ярость на свою беспомощность, что я снова в ловушке, что он признался мне в любви, но сейчас не распутывает, не подходит, да и вообще, назвал меня своей пташкой…
Все страхи и боль этих длинных недель без него, необходимость терпеть грубость Рэналфа, боль от ран и лихорадки, лютый страх, пока Дамиан лежал на мне бездыханный, а король Освальд торжествующе скалился и самодовольно ронял передо мной свои безжалостные слова…
Всё разом нахлынуло на меня, выжигая что-то внутри, опустошая и оставляя внутри лишь пепел.
– Лия, – услышала я спокойный голос Дамиана, казавшийся нездешним на фоне криков и шума удаляющегося боя, – посмотри на меня.
Я распахнула глаза.
Дамиан стоял рядом, высокий, широкоплечий, в покрытой пылью и сажей прилегающей к мощному телу тёмной кожаной броне – в подпалинах и с несколькими прорехами, сквозь которые было видно голое тело со стянутыми магией длинными багровыми полосами.
Со спокойным лицом, покрытом сажей, с рассечённой бровью и запекшейся кровью на щеке, он рассматривал меня с совершенно с бесстрастным видом.
– Похоже, что ты на меня злишься, – усмехнулся он.
Я снова закрыла глаза. Пусть думает, что хочет. Ещё немного, и у меня даже злости не останется.
– Ты давно уже можешь говорить, – сказал он, убирая с моего лица так мешавшую мне прядь волос.
Мне уже было всё равно. Я стояла молча, закрыв глаза. Почувствовала, как он взял меня на руки и куда-то понёс.
Моего лица коснулся свежий ветер, вместо запаха дыма я вдохнула незнакомый цветочный аромат. Послышался шум воды, пение птиц, шелест листвы.
– Вот здесь, – услышала я голос Дамиана, – можешь кричать на меня, обвинять во всём, пытаться убегать или даже пытаться ударить.
Почувствовав, как он снова ставит меня на ноги, я шевельнула пальцами, наконец-то почесала нос, уставилась на Дамиана.
Он стоял напротив, скрестив рельефные руки на широкой груди, с прищуром и такой знакомой улыбкой рассматривая меня.
Я огляделась. Мы стояли на берегу круглого озера в долине среди скал, с отвесной горы в озеро лился высокий водопад, среди зелени были водопады пониже.
Рядом возвышались нереально огромные деревья, человек десять бы потребовалось, чтобы, держась за руки, обхватить широченные стволы. На берегу озера стоял небольшой дом с низким крыльцом и яркими шторами на широких окнах.
Много зелени, ярких цветов, бабочек, тонких запахов и умиротворяющих звуков.
– Здесь красиво, – сказала я, чтобы хоть что-то сказать.
– Я перенёс нас сюда с помощью того самого заклинания перемещения, которое ты освоила весьма поверхностно и очень неумело.
Я отвернулась от него, глядя на водопад.
– Даже ударить меня не попытаешься? – с умешкой спросил он.
Я пожала плечами.
– Для чего? – бесцветным голосом сказала я, – ты всё равно не позволишь. Да и смысл.
– Смысл есть, – ответил он, – выпустить всю ту бурю, что в тебе сейчас бушует и выжигает тебя изнутри.
Я почувствовала его руки на своих плечах, меня передёрнуло, и я отбежала от него. Обняла себя за плечи, обернулась и уставилась на него.
Дамиан нахмурился, снова скрестил руки на груди.
– Расскажи мне, – потребовал он, – из-за чего ты на меня злишься?
Я пожала плечами.
– Я не злюсь, – тихо сказала я, – просто… Просто ничего не чувствую. Уже ничего. Не чувствую.
– Отбежала сейчас почему?
– Неприятно стало.
Он опустил голову, глянул на меня исподлобья.
– И что, даже не поздравишь меня с победой? – с кривой усмешкой спросил он.
– Почему же, поздравлю, – тихо сказала я, – поздравляю. Ты очень сильный маг. Хитрый и опасный враг. Освальд мальчишка по сравнению с тобой. Я поздравляю тебя с победой. С заслуженной победой, которая явно далась тебе нелегко.
Дамиан смотрел на меня, молчал и хмурился.
Я глубоко вздохнула и спросила:
– Почему ты меня сейчас так долго не распутывал из контроля Освальда?
Он ощутимо расслабился, взъерошил волосы.
У меня сердце зашлось болью от вида глубокой раны на его рёбрах, показавшейся в прорехе кожаной брони, но он совершенно не обращал на неё внимания. Всё-таки я что-то чувствовать могу, беспокойство за него всё ещё острое. Я не до конца выгорела, показалось.
– Снимать чужой контроль, чтобы свой навешивать расточительно. Не знал, как реагировать будешь, не хотел, чтобы помешала. Мне надо было убедиться, что у моего главнокомандующего, умнейшего и талантливейшего, но молодого и пылкого, мозги ещё на месте, и ситуация в армии под контролем. Дело на первом месте, Лия. По той простой причине, что когда в делах всё под контролем, семья тоже в безопасности.
Меня затрясло.
– Семья? – переспросила я.
У него есть семья… Значит, всё-таки у него кроме меня кто-то ещё есть…
– Понятно, – сказала я, глядя перед собой, – а летающие пташки только мешают сохранять семью. Понятно.
Опустив глаза, я попыталась представить дом дяди, пляж, десятки других мест, куда я могла бы уйти прочь от него прямо сейчас с помощью дара, но почему-то перемещение мне теперь было недоступно.
– Я не буду тебе больше мешать, – добавила я, – без меня ты сможешь дальше держать все дела под контролем и заботиться о безопасности твоей семьи.
Я снова и снова пыталась уйти из этого красивого места, но всё было бесполезно.
– Скажи только, как отсюда уйти, – сказала я бесцветным голосом, – ты снял с меня все заклятья, я чувствую, сетки твоей тоже нет, но я почему-то не могу переместиться сама, ни магией, ни тем заклинанием перемещения.
– Конечно не можешь, – серьёзно сказал Дамиан, – я приложил массу усилий, чтобы в этом месте все перемещения, кроме запланированных мной, были невозможны.
Я вскинула глаза на него.
– Когда я говорю о семье сейчас, Лия, я говорю в первую очередь о тебе. Формальная сторона этого дела весьма непроста, но с этим я тоже справлюсь.
Стиснув пальцы, я недоверчиво смотрела на него.
– Мне нравится тебя поддразнивать, но, похоже, для тебя это намного серьёзнее, чем я думал.
Он подошёл на шаг ближе, внимательно рассматривая меня.
– Ты никакая не пташка, – тихо и очень твёрдо сказал он, – ты моя Лия, моя любимая, единственная, моё сокровище. Я перевернул оба королевства вверх дном, вытряхнул Освальда из его дыры, вбил его в пыль, закончил войну, чтоб её! На два года раньше, чем планировал, видят предки это было нелегко. И всё ради тебя. Для твоей безопасности.
Меня затрясло, я смотрела на него сухими глазами, жалея, что слёз не осталось, что я не могу уже плакать, не в силах даже сдвинуться с места.
– Рэналф обижал тебя? – вдруг спросил он.
Опешив от неожиданного вопроса, я уставилась на Дамиана.
– Н-нет… – почему-то заикаясь, ответила я.
Хотя я знаю почему.
Ещё бы я не заикалась.
Передо мной сейчас стоял свирепый боевой маг, готовый убивать.
Сейчас, без сдерживающей мою силу сетки, я видела, как вокруг Дамиана разворачиваются структуры боевых заклятий, для которых достаточно одного движения пальцев или шепотка, чтобы вся масса смертельного потока обрушилась на его цель.
Я попятилась.
– Кто тебя так запугал, Лия, – делая скользящий хищный шаг ко мне, спросил он, – что ты так шарахаешься от меня?
С усилием вдохнув, чувствуя, как холодеют губы и пальцы, я снова отступила от него.
– Кто, Лия? Рэналф? – свирепым тихим голосом допытывался Дамиан, – Освальд сейчас не успел бы, слишком быстро всё случилось. Когда ты прилетела ко мне, ты уже была другая, жёсткая и запуганная. В чём дело, Лия? Что у вас там произошло?!
Дамиан наступал на меня, выбрасывая слова, а я пятилась, но остановилась, вдруг почувствовав спиной широкое дерево.
Я затравленно огляделась, но Дамиан упёрся руками в широкий гладкий ствол по сторонам от моих плеч, как в стену, и пристально смотрел на меня.
Вдруг он глухо выругался и рванул ворот моего платья, обнажая едва заметный шрам на шее, оставшийся после нападения на меня и Рэналфа двадцатки магов.
Прежде чем я успела опомниться, он разорвал платье, сорочку, заскользил ладонями по обнажённому телу, внимательно осматривая каждый участок голой кожи.
Он рывком развернул меня, перекидывая мои волосы вперёд, провёл пальцами по спине, ногам, сорвал трусики, осматривая ягодицы, снова повернул меня лицом к себе.
Дамиан обводил пальцами края ожогов на шее, под грудью, на плече, а я испуганно смотрела в его искажённое лицо со вздувшимися венами на лбу и стиснутыми челюстями.
Он гладил шрамы кончиками пальцев, а я смотрела, как бугрились на шее и напряжённом теле могучие мышцы, вздувались вены…
Его защиты давно не были для меня преградой, и я видела бурлящие потоки его силы, едва сдерживаемой, грозящей заморозить в ледяную пыль всё вокруг, от переполнявшего его бешенства.
– Кто это сделал, Лия? – тихим пронизывающим голосом спросил он.
