Текст книги "Тами. Трудное счастье (СИ)"

Автор книги: Виктория Ян

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

Глава 8

– Не скрою, мне интересно было увидеть женщину, которая вызвала такой интерес у лучших купеческих семейств города. О вас ходят самые разные слухи, пересказывать не буду, но они вызывают противоречивое восприятие. Вы очень красивы, деловиты и богаты. Такую невесту выдать замуж легко. Я хочу узнать ваши намерения. Что вы хотите от будущего мужа?

– Начнем с того, что я не ищу мужа, сенора Бланка. А когда буду его выбирать, то это точно не будет договорной брак.

– Неужели вам не надоело все тянуть самой, ведь это совсем не женское дело. Вам нужен защитник, управитель делами, в конце концов отец ваших детей.

– Мне не только не надоело заниматься делами, я планирую новые. Мне не нужна защита – есть охрана, тем более не нужен управитель – со своими делами я отлично справлюсь сама. Делить свой капитал с мужем не входит в мои планы А детей родить я ещё успею. Именно все это я предлагаю вам рассказать вашим нанимателям.

– Но ведь вы были замужем. Неужели так неудачно?

– Обсуждать свою личную жизнь я не буду. Рада была знакомству.

Сваха поняла, что ее выпроваживают и сразу ушла. Ещё и это на мою голову! Встречу свою любовь – хорошо, а нет – значит, не судьба.

Мы с Ози выходили из помещения, в котором думали начать производить косметику, когда мимо нас пролетела карета, из которой вдруг выбросили какой-то куль, как нам показалось. За ней неслась ещё одна.

– Безобразие! Они же могут покалечить кого-нибудь!

Внезапно тряпичный куль у стены пошевелился. Мы бросились к нему, раскутали из одеял мальчика лет трех, который, судя по всему, пострадал от падения и удара о стену.

– Что за звери! – возмутилась я, взяв малыша на руки.

Тельце его обвисло, Ози нашел у себя пузырек и дал ребенку понюхать. Тот не реагировал. Срочно нужен был лекарь! Мы зашли в карету и поехали медленно, разыскивая целителя неподалеку. Наконец нашли. Благообразный старичок осмотрел ребенка, покачал головой:

– Многочисленные ушибы, ничего не поломано, но меня беспокоит удар головой. А ещё создается ощущение, что мальчика опоили чем-то, – он зло посмотрел на нас.

Пришлось объяснять, что мы малышу чужие люди, которые увидели его падение из кареты и попытались ему помочь. Если он хочет, пусть вызывает службу дознания.

– Отвезите его туда, где он сможет отдохнуть и наблюдайте. При любом ухудшении, даже незначительном, зовите целителя.

Мы со всей осторожностью привезли детку домой, удобно устроили и вновь позвали целителя. Тот подтвердил предыдущий диагноз, но неестественный сон ребенка вызвал у него большое беспокойство. Слишком большая доза снотворного для такого малютки могла оказаться смертельной. Всю ночь мы дежурили у постели ребенка и молились о его выздоровлении. Утром мальчик открыл рот и облизал сухие губы. Малюсенькой ложечкой мы напоили его водой.

Он открыл глаза и вдруг вновь зажмурился:

– Боись, боись, – повторял он.

Видно, что-то его испугало. Я взяла его на руки, прижала и покачала, целуя в макушку.

– Мама? – спросил он меня.

И что я ему могла ответить?

– Мама, – подтвердила я, – Не бойся, мой маленький, я с тобой. Все хорошо.

Об обнял меня за шею и прижался плотней.

– Мама, – облегченно вздохнул он.

Было ощущение, что ребенок не знал свою мать или не помнил, но тепло, защиту и любовь связывал именно с ней. Он ел и пил из моих рук, цеплялся за меня, как маленькая обезьянка, и не отпускал. Говорить он не хотел, заслышав мужской голос, втягивал головушку и жмурился. Что же такое делали с ребенком, если у него такая реакция? Ужас!

Волей-неволей я стала для него островком надежды. Я его укачала и аккуратно уложила. Мои домашние говорили шепотом и смотрели на меня, качая головой. А что я могла ещё сделать для смертельно испуганного малютки? Он просыпался, висел на мне, пил-ел, снова засыпал. Я была связана, но решила, что здоровье и психика ребенка – важнее всего.

Два дня я таскала его на себе, рассказывала сказки, пела песенки, укладывала в саду. На третий утром я разбудила его, водя перед носом кусочком груши. Он схватил его и с аппетитом прожевал, так я скормила ему весь плод. Он посмотрел на пустое блюдце, изрек:

– Фкусь!

Своими ножками потопал по комнате, все разглядывая. Завтракал из рук Ины, каша с ягодами, сырники и компот не оставили его равнодушным. Он погладил девушку по щеке и сказал:

– Хося!

Я научилась его понимать, это он сообщил Ине, что она хорошая. Мужчины купили ему игрушки, какие нашли, но передали через нас, не хотели пугать. Мы не знали, как его зовут, на наши вопросы он отвечал:

– Ни на.

Не то не знаю, не то не надо. Мы назвали его героическим именем Орландо, а коротко Ори. Ему нравилось, когда его так звали. Вместе с Ози мы посетили службу дознания, сообщив все мельчайшие подробности о мальчике. Они нам сказали, что пока ребенок может оставаться у нас, но если через полгода родных не найдут, то либо я оформляю над ним опекунство, либо его поместят в приют. Ина перебрала всех нянек города, пока нашла ту, с которой Ори согласился общаться. Стоило мне появиться, он бежал, вис на моей шее и нежно шептал:

– Мама!

Целитель осмотрел его зубки и сделал вывод, мальчик крупный, но ему не больше двух лет, говорит и движется в соответствии с возрастом. Перенес сильную психологическую травму, требуется реабилитация, перевела я для себя его пространные рассуждения. Ори стал всеобщим любимцем, я уже стала бояться, что мы вырастим маленького домашнего тирана. Даже мужчины ему подчинялись, играя с ним, катая на своих шеях и всячески балуя.

Ози нашел отличное место для нашего косметического производства. Отдельное одноэтажное здание на окраине города никому не принадлежало и не было нужно, мы его выкупили у города совсем задешево. Теперь там шел ремонт, а мы пытались упростить некоторые процессы, создавая механические машины и прочее.

Работников нам неожиданно нашел Гил среди вольноотпущенных рабов. В городе вышел указ, в рабстве человек не может находиться не более семи лет. Полумера, но очень важная, рабы получили надежду. Правда, идти от хозяина им по большей части было некуда, поэтому нашедшим работу и кров отчаянно завидовали. Было решено достроить пристроить второй этаж к цеху и там временно размещать рабочих из бывших рабов.

Мое трикотажное производство приносило ощутимый доход, уже и расширенного цеха стало мало.

– Будем строить фабрику, – решили мы. Наш товар ещё не смог воспроизвести никто, купцы рвали друг у друга контракты с нами, но и городская розница была полностью насыщена. А ведь это только чулки! В планах у меня были колготки и детский трикотаж, а потом и бельевая линия.

Штат моих сотрудников рос, за его подбор и работу отвечали мои младшие партнеры. По хорошему я понимала, что надо сосредоточиться на производстве, но мою первую ласточку – лавку – было жаль.

Война, объявленная нам Курфией, не состоялась, когда их суда устремились к островам и городу, быстрые и сильные корабли Севеции смогли не просто выдержать битву, но и нанести значительный урон захватчикам. Мое участие, как я и хотела, осталось тайным.

Пока мы запускали косметический цех я проводила акции в среде богатых покупательниц. Приучала их пользоваться нашими средствами, делая небольшие подарки – мешочки с комплексом «Тами» на пару недель пользования. Это была подрывная деятельность, результаты, полученные от его использования делали их нашими вечными почитательницами. Кстати, торговую марку «Тами» мы зарегистрировали. Теперь штампы с нашим логотипом ставились на все изделия.

Я научила Элену делать батик, она его усовершенствовала, Ози сотворил ей особые краски, которые тоже запатентовали. Теперь ее волшебные палантины из нашей лавки пользовались огромным успехом. Она попросила разрешения ставить на них наш логотип, я разрешила за процент от продаж.

Не нужно думать, что наши отношения с командой превратились исключительно в товарно-денежные. Я давала шанс друзьям стать обеспеченными людьми, они ценили это, понимая, что это моя дружеская помощь. Мы не вводили в свой дружеский круг посторонних, с остальными моими сотрудниками отношения были хорошими, но официальными.

Я помнила добро и выслала с оказией сундуки с подарками – нашими изделиями – Садуре и Ильфаре. Такая дружба ценна, я это понимала. Здесь, в этом мире, я не боялась нарушить баланс, вводя свои новинки. Видимо, моя миссия состояла именно в развитии его.

Для расширения и более совершенной технической оснастки моих существующих и будущих производств мне нужен был паровой двигатель. Я кое-что помнила о его устройстве, но не до конца. Наше совещание с Ози и Мелом касалось именно этого. После того, как я объяснила им, что хочу, и моих пусть несовершенных чертежей, Ози позвал меня для приватного разговора.

– Тами, скажи мне, кто ты? Я уверен, что у тебя есть некая тайна. Все твои идеи очевидно новы для этого мира. Либо ты гений, либо совсем не отсюда.

– Ози, зачем тебе моя тайна? Есть она или нет, она моя. Давай закроем эту тему и больше не будем поднимать ее.

– О тебе пошли слухи, что ты могущественная колдунья. Никто иначе твой успех объяснить не может.

– И что? Обо мне ходит множество выдуманных слухов, и пусть ходят.

– Это опасно! Если люди будут думать о твоей магической силе, то у них появится желание пленить тебя и пользоваться ей.

– И как мы их развеем? Я пока не знаю.

Глава 9

Жилось мне интересно. Дома ждал названный сынок, работа кипела, доходы росли. В городе меня узнавали, многие пытались добиться моей дружбы, поклонники порой надоедали. С некоторых пор появился один чрезвычайно настойчивый. Мужчина из высшего сословия, Лангрин Стрази, вел себя, как мальчишка. Засыпал цветами и подарками, которые я возвращала, заказывал серенады под окнами.

– Красавица! Подарите мне хоть одно свидание, – молил он в письмах.

Джулия вдруг заинтересовалась им.

– Тами, он нагло лжет. Любви там не и в помине, а вот что ему нужно, я не знаю.

Ози предложил пригласить его на один из наших вечеров и дать несколько капель эликсира правды, который давным-давно сам разработал. Идея показалась интересной и мы ее осуществили. Сенор Стрази был в восторге от приглашения, он добился внимания. Этот красавчик полагал, что я не устояла перед его чарами, вот и пусть. Как посмеялась Ина, наглаженный-напомаженный, он стоял перед заветной дверью в назначенный час.

Мы иногда устраивали в доме вечера для знакомых и друзей. Это не были балы в прямом понимании. Стол организовывался шведский, но сытный, играла музыка, порой мы слушали поэтов, иногда танцевали и очень много разговаривали обо всем. Обстановка была камерная, для своих. Радостный гость принял изрядно вина для храбрости, он был уверен, что я приглашу его на свидание. В нужный момент, когда его уже зарядили эликсиром, Джулия задала невинный вопрос:

– Сенор Стрази, вы самый верный поклонник нашей Тамиры. Что вас привлекло в ней?

Тот без тени смущения выдал:

– Сенора Тамира прекрасна, я бы и сам хотел стать ее амантом, но она не для меня. Мои стесненные денежные обстоятельства помогли одному сенору добиться того, чтобы я согласился играть роль пылкого поклонника. Я должен был добиться ее любви и тайных свиданий за пределами дома. Такая невинная шалость, – он глупо захихикал.

– И зачем этому сенору понадобилось ваше участие?

– Я не знаю! Этот иностранец вообще загадочная личность, но платит очень хорошо. С ним всегда двое его охранников, в его дела я не советовал бы влезать никому. Есть в нем какая-то темная тайна.

– Вы рассказали все, что вам известно, но не назвали имя заказчика. Как его зовут?

– Мне он известен, как Альфред Гоннер.

– А теперь подите прочь, жалкий актеришка. Роль коварного соблазнителя вам не удалась, – громогласно погнал его Гил, кивнув охранникам, чтобы выкинули наглеца.

– Как вон? Почему вон? – лепетал неудачник, – А как же свидание?

Все слышавшие его излияния молчали.

– Молодчик хорошо набрался и спьяну выболтал все. Забудем его бормотание, сеноры, – предложил Мел.

– У нас сегодня новое веселое развлечение – игра в шарады, – подхватила Ина.

Мало-помалу гости включились в игру, но я знала, что завтра же по городу поползут слухи. А ведь мы не ожидали такой развязки! Впрочем, может и неплохо, что имя заказчика обнародовано, теперь ему придется покинуть город.

Гилу все это очень не понравилось, он обещал разобраться. Так или иначе, но это иностранец злоумышлял против меня.

Как всегда развлек и отвлек Ори, он убежал от няни, пришел ко мне и забрался на кровать. Я попробовала открыть глаза, он закрыл их ладошкой и тихо сказал:

– Спи.

Потом начал гладить меня по голове и что-то мурлыкать на ухо. Я вдруг сообразила, что сама его так укладываю спать. Детка решил повторить мой любовный ритуал, он показал мне свою любовь. В глазах защипало от подступивших слез, это было так трогательно! Я открыла глаза, обняла его и расцеловала. Потом мы с ним поиграли в ладушки, и пришла извиняться няня.

За завтраком о вчерашнем никто не вспоминал, но неприятный осадок у меня остался. День выдался хлопотным, сегодня я инспектировала все свои предприятия. Дело не в том, что кому-то не доверяла, просто порой свежим взглядом виделось больше.

– Все-таки наша упаковка для «Тами» слишком проста. Да, затраты снижаем, но это элитная вещь, ее ставят на туалетные столики высокородные дамы. Флаконы и баночки должны быть сами по себе произведением искусства. Попросите Элену нарисовать что-то изящное, но выдающееся, будем менять.

– А если оставить оба варианта? Кому-то важно содержимое, а для эстетов сделаем элитную партию.

– Отличная мысль, работаем.

Я вышла, щурясь на солнышко, охрана ждала, когда я войду в карету. Неожиданно почувствовала укус в шею и, даже не успев обернуться, лишилась сознания. Пробуждение стало испытанием – болела голова, ломило кости, веки не хотели подниматься.

– Вы кого мне привезли? – услышала резкий мужской голос, – У нее нет ни капли магии! Фарион проверил не раз.

– Господин! Но это именно она, сенора Тамира Сегрето. Посмотрите сами.

– Что за черт! Так ошибиться.

Я открыла глаза и усилием воли сумела приподняться.

– Раз вы убедились, что магии во мне ни грамма, может вернете, откуда взяли?

Мужчина обернулся, недовольно посмотрел на мой помятый вид и приказал:

– Помыть, накормить, привести в порядок и ко мне в кабинет.

Ни здравствуйте, ни извините. Ладно, сыграем по-твоему. Пара служанок отвели меня в купальню, завернули в простыню и начали расчесывать. Я всегда любила эти процедуры. Ничего не буду придумывать, посмотрим, что дальше.

Завтрак оказался слишком сытным, мужским, я бы сказала. Покапризничала, я это не ем. Если я просто пленница, то не обратят внимания, если ближе к гостье, то расстараются. Для меня сварили кашу, нарезали фрукты, сделали сок и кофе. Какой-то старик пришел отвести меня в кабинет.

– Скажите, Тамира, у вас никогда не было магии? – спросил меня пожилой мужчина из глубины кабинета.

– Расставим все по местам, сеноры. Вы меня похитили с неизвестной мне целью, но обращаться со мной запросто я вам не позволяла и не позволю. Не извольте забываться, – холодно и высокомерно припечатала я, усевшись в кресло.

– Хм, вы считаете разумным злить меня? Не забывайте, здесь я приказываю, – тон был едким.

– Приказывайте своим слугам, я вам подчиняться не обязана и не буду.

– То есть вы совсем не боитесь? Умереть, например…

– Умереть не боятся только святые или блаженные, но это не значит, что я позволю вам задевать мою честь.

– Во что вы пытаетесь со мной играть? Я могу с вами сделать, что угодно. Отдать на потеху воинам, умертвить или бросить в темницу.

– С беззащитной похищенной женщиной справиться легко, не спорю. Вам это доставит радость? Вы садист, испытываете блаженство унижая и мучая?

– Хорошо. Сенора Тамира, не соблаговолите ли ответить на несколько вопросов, – спросил он сквозь зубы.

– Если посчитаю их корректными, отчего бы нет?

– Какими?! Впрочем, неважно. Итак. Мы выяснили, что вы не владеете магией. А кто в вашем окружении владеет сильной ментальной магией?

– Вы будете огорчены, но в моем окружении таких нет.

– Так каким же, черт возьми, образом вы заставили служить себе такое количество людей? Ни один не поддался на подкуп, ни один не предал.

– А кто сказал, что я кого-то заставляю? В моем словаре нет этого слова. Я умею дружить, убеждать, любить и ценить людей, другое мне неведомо.

– Что за чушь! Каждый старается для себя, а ваши безропотно все выполняют и делают вас богаче и богаче.

– Вам не понять. Ваши слуги вас боятся, это не преданность. Кому-то вы хорошо платите, и это не преданность. Вы сам никого не цените по настоящему, если будет нужно – пожертвуете любым. Ваших людей перекупить и соблазнить можно, моих нет, так что же чушь?

– То есть вами управлять нельзя?

– Мной нельзя манипулировать, а управлять можно. Даже мой названный сын управляет мной. Любовью. Вам не понять.

– Бессмысленный разговор. Эй, Тим, ты мой самый старый слуга. Скажи, ты мне верен?

– Я растил вас, ваша светлость. Верен.

– Готов для меня убить или сам умереть?

– Не мучайте старика, растившего вас! Он ответит так, как вы хотите, потому что с вами по-другому нельзя. Не думаю, что он растил вас тираном и убийцей.

– Признаюсь, я не ведаю, что мне с вами делать. Так просто все замысливалось. Использовать вашу магию… Такая вы мне не нужны, но вы видели нас, а значит опасны… Отведите ее в комнату, я скажу решение позже.

Решение он скажет. Понятно, что меня устранят. Возможно, ядом, чтобы эстетичней. Какое-то совершенно глупое попадание! Мне теперь ни есть, ни пить, ни спать и бояться каждого шороха? От еды я отказалась, попила в купальне. Бежать отсюда нужно, но я не знаю, где я и дверь закрыта. Подкупить обещаниями?

Посмотрела в окно – этаж третий, не меньше. А если связать простыни и прочее и спуститься вниз? Должна же я хоть сделать попытку. Я занавесила балдахин и принялась рвать и связывать простыни.

– Хороший вариант, – раздался рядом со мной тихий голос.

Я подпрыгнула от испуга. Рядом со мной стоял старик Тим.

– Я помогу вам бежать, а ваши простыни мы вывесим в окно для отвлечения внимания от настоящего пути побега.

– Не понимаю, зачем это вам.

– Не хочу, чтобы мой мальчик стал убийцей женщины. Я растил его воином. Хватит болтать, одевайтесь.

Я зашла в купальню и надела одежду небогатого юноши, затолкав волосы под шапку. Тим взял меня за руку, подошел к стене, надавил на угол картины на ней. Перед нами открылся ход.

– Идите до конца, дверь я открыл. Выйдете на пустыре, рядом улица. Возьмете карету.

Он вложил мне в руку монету.

– Спасибо! – воскликнула я.

– Тихо. Прощайте. Запомните, все иногда не такое, как кажется.

Глава 10

Я не могла поверить в свою удачу, пока не оказалась у дверей своего дома. На мой стук вышел слуга:

– Сенора сегодня не принимает.

Я скинула шапку… Надо ли говорить, что началось в доме. Меня обнимали, ощупывали, крутили, целовали, восклицали.

– Успокойтесь, я уже дома. Живая и невредимая.

Все расселись вокруг, не веря, что я так нежданно нашлась. Молча ждали моих слов.

– Хочу мыться, есть и поспать тоже не мешает. Остальное потом.

Спала долго, происшествие и угроза смерти меня измотали. А вот проснулась свеженькой и полной энергии. За окном светало. Ина спала в кресле. Я на цыпочках прошла в купальню и легла понежиться в ванной, капнув любимый аромат нероли и черного перца.

Последние события не шли из головы. Верный слуга, предающий своего господина? Что-то мне не очень верилось в это, а его последние слова навели на нечаянную мысль.

– А если слуга выполнял тайный приказ своего сенора? Он суров со слугами, но не захотел стать моим убийцей?

М-да, никакие события не заставят меня плохо думать о людях. Сейчас ещё что-нибудь напридумываю. Стоп. Из ванной меня встретила проснувшаяся Ина с простынями. Она уже не была моей горничной, обучив на смену себе расторопную Велину, но сегодня никому не доверила уход за мной. К завтраку я вышла красавицей.

– Знаю, вы ждете подробного рассказа. Соберемся после завтрака, расскажу.

Я не стала озвучивать свой вывод, просто изложила события и разговоры. Потом рассказывал Гил. Они, разумеется, не сидели, сложа руки. Он счел за благо привлечь к расследованию городских дознавателей. Сами боржи обеспокоились моим похищением. Высокородных иностранцев в городе гостило трое. Герцог Северус Кастрано – правитель небольшого герцогства, не примкнувшего ни к одному государству, граф Маттиа Леварди – посол Ставии и маркиз Эрий ла Притье – житель Фардии, приехавший проведать замужнюю сестру.

Герцог, завершив свои дела, отбыл вчера утром, граф никак не походил под мое описание, а маркиз находился в палаццо сестры, устроившей небольшой бал в его честь. Северус и Эрий оба были высокими, подтянутыми, темноволосыми. Мой пленитель старался держаться в тени, поэтому деталей я не рассмотрела.

В любом случае визиты и действия обоих сеноров были взяты под контроль. Дом, где меня держали, я узнать не могла, а потому пока следствие искало косвенные улики. Пустырь чуть ли не перекопали, но дверь в тайный ход не нашли. Шла я довольно долго, как мне показалось, ход петлял, поэтому его направление понять тоже не удалось.

Я сочла за благо эту историю отпустить и заниматься делами. Наша трикотажная фабрика набирала силу. Детский трикотаж был принят на ура, колготы в основном покупали купчихи и средний класс, но шли они очень неплохо. Бельевую линию я пока не запускала, к ней будущих покупателей нужно было готовить. А вот крупный трикотаж сейчас был актуален. Пока разрабатывались станки под него и модели.

Джули бросила блестящую идею: создать сеть фирменных магазинов «Тами». Люди уже доверяют этой марке, через свою розницу будет проще начинать продажи нового.

Ох, мне бы ещё несколько пар рук, как у индийского божества!

На наши суаре неожиданно стали напрашиваться высокие гости, как-будто кто-то создал новую моду, меня об этом не предупредив. Отказывать невозможно – это наши главные покупатели. Я не любила светскую жизнь, но нужно было соответствовать. Вскоре многие уже не дожидались приглашений, а приезжали запросто. Однажды в одном из гостей я узнала боржа Нерина, он был в маске, что у нас не возбранялось.

Его светлейшество подошел ко мне с бокалами в руках:

– Блистательная Тамира, вы ещё не выбрали себе мужа? Жаль. Но я хочу выпить за ваше чудесное освобождение. Надеюсь, вам не нанесли никакого урона?

– Не нанесли. Проверять будем?

– Ах, какая вы злопамятная злючка! А ведь я просто мужчина, которого манит ваша красота, что может быть естественней? Мое предложение всегда будет в силе, несравненная Тами.

Борж незаметно удалился, но многие его узнали и наше общение на балконе не прошло незамеченным. Теперь будут судачить о наших отношениях. Меня снова атаковали поклонники, от них невозможно было скрыться. Мужчины из высших слоев севецианского общества вели себя порой, как мальчишки.

– Да, выберите уже кого-нибудь, сенора, это же несносно! – с отчаянием произнес один из отвергнутых.

Однажды я решила отдохнуть от этой суеты в саду. Вечерняя прохлада меня не пугала. Я радовалась тому, что сумела тихо ускользнуть. Внезапно меня схватили сзади сильные руки, кто-то наслаждался моими волосами, упоенно зарываясь в них. Сама не знаю, почему я не применила прием, ведь могла. Мужчина в маске развернул меня к себе и, придерживая голову, яростно впился в мои губы. Внутри что-то взмыло, и я ответила. Он почти рычал, продолжая меня целовать, обнимал, а я даже не попыталась вырваться.

– Ты сделала меня безумцем! Думать ни о чем не могу! – он будто злился на меня.

Вдруг оттолкнул и скрылся в один момент. Боже, что это было? Что со мной случилось? Посидела в беседке, остывая, и, пошатываясь, будто пьяная, побрела к себе. Поймала изумленный взгляд Джули и прижала палец к губам. Сны мне пришли просто безумные. Утром ушла в кабинет, но от любопытной подруги не спряталась. Она уселась напротив с блестящими глазами:

– Что такое произошло? Откуда ты вчера шла совершенно пьяная с зацелованными губами?

– Ты не представляешь, Джули. Я вчера познала страсть.

– Наконец-то! Влюбилась? В кого?

Пришлось пересказать ей мое приключение.

– Не может быть! Ледышка Тами влюбилась. Мы уж, грешным делом думали… Ну, знаешь, бывают такие женщины.

– Вы записали меня в фригидные?! Я тебя убью.

Схватила линейку со стола и погналась за нахалкой, пару раз достала. Девушка визжала и убегала, а я шлепала ее, догоняя.

– Что происходит? – удивились домашние.

– Наша Тами… – начала Джули, но, увидев мои страшные глаза, осеклась, – Наша Тами чуть не убила меня за то, что я стала ей сватать красавчика Моретти.

– Зараза! – выругалась я.

Все облегченно захохотали. Малыш Ори погрозил мне пальчиком:

– Изя! Мама изя!

Дневные дела покатились своим чередом. Мы обсудили роскошные флаконы для комплекса, рисунки моделей трикотажа. Я навестила лавку, которая теперь тоже называлась «Тами». Там, как всегда было много народа.

– Что-то новенькое готовите? – поинтересовалась сенора Валетти.

Я ей под большим секретом показала модели трикотажа, она была в восторге и даже помогла мне ценным советом. Мне захотелось жить! Не увлеченно работать, а жить полной жизнью: ходить на пикники, кататься на лодках, кружиться в танце. Я вдруг поняла, как много теряю и как загоняю работой своих друзей, которые постепенно становятся обеспеченными людьми. Джулия, Ина и Элена флиртовали, заводили романчики, а я засохла!

Я полюбила вечерние прогулки в саду, там меня никто не беспокоил, это стало моим ритуалом. На самом деле я ждала, очень ждала, что незнакомец появится здесь опять. И однажды это случилось. Он нашел меня в беседке, увитой плющом. Я так задумалась, что не заметила, как он присел рядом и обнял меня.

– Ждала? – тихо спросил, будто боялся, что не то отвечу.

– Ждала, – честно ответила я.

Он по-прежнему не снял маску. Потянул у себе на колени, я послушно села. Мы словно исследовали друг друга, касаясь волос, лица, проводя пальцами по губам. Его поцелуи отличались от прежнего. Он хотел узнать меня, понять, что нравится. Я положила голову на его плечо, он посмотрел мне в глаза и сказал:

– Я хочу, чтобы так было по утрам.

– Сними маску, – попросила я.

Он наклонился и закрыл мне рот страстным поцелуем. Мы оба понимали, что всего этого нам мало. Страсть летела искрами, рвалась наружу, сметая препятствия. Мужчина остановился.

– Мне пора, Тами.

– Как мне тебя звать?

– Зови любимым, – ответил и снова исчез.

Что ж у меня за судьба такая! Даже любовь тайная и непонятная. Увижу и не узнаю. И снова потянулись дни ожиданий. Мои удивились перемене, произошедшей во мне. Теперь у нас были дни отдыха, когда мы придумывали себе развлечения. Я давно хотела поездить верхом, когда-то в прошлой жизни получила азы. Лошадей нам держать было негде, поэтому катались на наемных. Меня это захватило.

– А не прикупить ли нам дачу, дом за городом? Природа, свои конюшни…

Я размечталась. Если есть мечта, то мы ее выполняем. Дом был небольшой с четырехскатной крышей и большой открытой верандой. Конюшня здесь была, но небольшая. Я уже хотела присмотреть себе лошадку, когда в один из дней мне навстречу вышла красавица буланой масти.

– Чья ты, прелесть?

Я обняла ее и увидела приколотую к гриве записку.

– Она твоя, Тами. Вы похожи.

Это было сказочно, моя Солли и впрямь походила на меня.

– Та же масть, тот же характер, – смеялись близкие.

Я обожала ее, мы чувствовали друг друга каким-то волшебным образом. Больше всех радовался новому дому Ори. Он мог здесь бегать на воздухе сколько угодно. Для него понаделали качелек, горок и игрушек.