Текст книги "Квартирный вопрос с драконами (СИ)"

Автор книги: Виктория Сталь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

– Это он? – шепотом спросила Алиса.

– Оно, – поправил Пых. – Световые драконы гермафродиты. Точнее, бесполые. Они вообще другие.

Дракон на лавочке открыл глаза и посмотрел на них. Взгляд его был... странным. Каким-то отстранённым, словно он видел не их, а что-то за их спинами.

– Здравствуйте, – сказал он голосом, похожим на звон хрусталя. – Вы меня чуете? Редко кто чует.

– Я чую, – важно сказал Пых, выходя вперёд. – Я Пых, огненный дракон. Живу в соседнем доме. А это моя... ну, скажем, хозяйка. Алиса.

– Хозяйка, – повторил световой дракон, и в его голосе послышалась лёгкая насмешка. – Интересно. А я Сияний. Можно просто Сия. Я здесь недавно. Ищу место.

– Какое место? – спросила Алиса, чувствуя, что впутывается в очередное приключение.

– Тёплое, – ответил Сия. – Световым драконам нужно тепло. Не огонь, а именно тепло. И свет. Много света. Здесь, во дворе, хорошо, но скоро зима. А я не люблю холод.

Пых посмотрел на Алису с таким выражением, что она сразу поняла: сейчас начнётся.

– Алиса, – сказал Пых вкрадчиво. – А у нас дома тепло. И свет есть. Лампусик светится, батареи греют. Может, пригласим?

– Нет! – отрезала Алиса. – Только не это! У меня уже есть дракон, лампусик, феи и домовой! Ещё одного дракона я не выдержу!

– Но он световой! – возразил Пых. – Это редкость! Это честь! Ты понимаешь, что в нашем городе почти не бывает световых драконов?

– Мне плевать! – Алиса топнула ногой. – Я не могу содержать целый драконарий!

– Я не требую содержания, – вмешался Сия. – Я сам себя обеспечиваю. Мне нужно только место. Тёплое. И, если можно, доступ к свету. Я могу платить.

– Чем платить? – насторожилась Алиса.

– Светом, – просто ответил дракон. – Я освещаю пространство. Экономия на электричестве. Заметная, между прочим. Светодиоды отдыхают.

Алиса задумалась. Электричество в квартире действительно жрали все немало. Пых грел воду для ванны своим огнём, но свет горел постоянно. Лампусик хоть и светился, но для него это было естественным состоянием, а не услугой. А если поселить здесь светового дракона, который будет освещать комнату...

– И долго ты планируешь жить? – спросила она.

– Пока не найду своё место, – философски ответил Сия. – Может, неделю, может, месяц. Я мигрирующий дракон. Ищу постоянное пристанище. Но пока ищу, могу пожить где-то.

– И ты не будешь требовать мраморную говядину? – уточнила Алиса, косясь на Пыха.

– Я вообще не ем мясо, – удивился Сия. – Я питаюсь светом. Ну, и иногда нектаром. Если есть цветы.

– У нас есть фикус! – оживился Пых. – И феи! Они, правда, маленькие, но цветы любят. Может, договоришься.

– Посмотрим, – уклончиво ответил Сия.

Алиса поняла, что проиграла. Ещё до того, как она открыла рот, чтобы согласиться, она уже знала, что проиграла. Пых смотрел на неё глазами, полными надежды. Сия смотрел с лёгкой грустью, но и с достоинством. А где-то далеко, в квартире, Лампусик, наверное, светился в розетке и ждал её возвращения.

– Ладно, – выдохнула она. – Пошли. Но учти, Сия: если ты начнёшь светить по ночам и мешать мне спать, то вылетишь на балкон. И никакая экономия электричества не поможет.

– Я умею регулировать яркость, – с достоинством ответил дракон и спрыгнул с лавочки.

Они пошли домой втроём: Алиса, Пых с сумкой мяса и Сия, который переливался на солнце так, что прохожие оборачивались.

– Эй, – шепнула Алиса Пыху. – А он точно не будет привлекать внимание? Он же светится!

– Днём не очень заметно, – успокоил Пых. – А ночью мы его в комнате запрём. Или в ванной. Кстати, про ванную. Ему тоже нужно будет мыться?

– Пых, не начинай! – простонала Алиса.

______

Дома их встретил Лампусик. Увидев Сия, он замер, потом медленно вылез из розетки и подполз поближе. Два светящихся существа уставились друг на друга. В комнате стало светло, как днём.

– Это Лампусик, – представила Алиса. – Он живёт в торшере. Ест электричество и сахар. Он безобидный.

– Я вижу, – мягко сказал Сия. – Он не дракон. Он... другой. Но свет в нём есть. Хороший свет.

Лампусик, видимо, польщённый, засветился розовым и протянул к Сию свои студенистые лапки. Сия осторожно коснулся его носом. Лампусик радостно пискнул.

– Похоже, они подружатся, – констатировал Пых. – А теперь мясо! Я готовить!

Он умчался на кухню, прихватив сумку. Оттуда сразу донёсся звук открываемого холодильника, звон посуды и довольное урчание.

Сия осмотрелся. Его взгляд скользнул по фикусу (оттуда донёсся испуганный перезвон фей), по старому шкафу (из-за которого выглядывала мохнатая лапа домового и тут же спряталась), по дивану, на котором лежала Алисина кофта.

– Уютно, – сказал он. – Тепло. Светло. Мне нравится.

– Рада, что тебе нравится, – буркнула Алиса. – А теперь давай договоримся о правилах.

Они сели за стол. Сия слушал внимательно, иногда кивал. Алиса перечислила основные пункты: не светить по ночам без необходимости, не пугать гостей (если они когда-нибудь появятся), не занимать ванную без очереди (это был больной вопрос), не есть цветы из фикуса (Сия пообещал питаться только нектаром, который будут собирать феи, если те согласятся).

– Договорились, – кивнул Сия. – Я неприхотливый.

С кухни потянуло невероятным ароматом жареного мяса. Пых колдовал над шашлыком, используя свой драконий огонь как идеальный гриль. Алиса сглотнула слюну.

– Пойдём есть, – позвала она Сия. – Ты, конечно, мясо не ешь, но посидеть за компанию можешь.

– Могу, – согласился тот.

На кухне Пых уже разложил шашлык по тарелкам. Мясо было идеальным: румяным, сочным, с лёгкой корочкой. Алиса откусила кусочек и чуть не застонала от удовольствия.

– Пых, ты гений, – признала она.

– Я знаю, – скромно ответил дракон, набивая пасть. – Это у меня врождённое. Драконы вообще отличные повара. Мы же огнём владеем, а огонь идеальный инструмент для готовки. Главное температуру правильно выставить.

– А ты? – спросила Алиса у Сия. – Ты готовить умеешь?

– Я светом могу еду подогревать, – ответил тот. – Но не жарить. Только греть. Это удобно для разогрева вчерашнего ужина.

– Полезный навык, – одобрила Алиса.

Лампусик, который сидел на столе и доедал очередной кусочек сахара, засветился от удовольствия. Он явно был рад новому соседу. Пых тоже был доволен. Наконец-то появилось существо, с которым можно поговорить по-драконьи.

– Слушай, Сия, – спросил он, прожевав огромный кусок мяса. – А ты откуда взялся? Я думал, световые драконы давно вымерли.

– Не вымерли, – покачал головой Сия. – Просто ушли глубоко. Мы живём в других слоях реальности. Ближе к свету. Но иногда нам становится холодно. И тогда мы ищем тёплые места в вашем мире.

– А почему ты ушёл? – спросила Алиса.

– Там погасло, – просто ответил Сия. – Источник, который нас грел. Он был старый, устал. Теперь мы ищем новые. Я один из первых, кто отправился на поиски. Может, найду, может, нет. Но пока ищу, то надо где-то жить.

Алиса почувствовала укол жалости. Этот светящийся дракон, такой красивый и грустный, ищет свой дом. А она тут переживает из-за лишнего рта.

– Живи сколько нужно, – сказала она. – А там разберёмся.

– Спасибо, – Сия склонил голову. – Ты добрая. Варвара Степановна была такой же.

– Ты знал мою бабушку? – удивилась Алиса.

– Знал. Она была Хранительницей. Мы встречались однажды, давно. Она предложила мне остаться, но тогда я не был готов. А теперь... теперь, видно, судьба.

Алиса посмотрела на Пыха. Тот пожал плечами.

– Варвара Степановна многих знала, – сказал он. – Она была легендой. Её дом был открыт для всех магических существ. Ты, получается, продолжаешь традицию.

– Получается так, – вздохнула Алиса. – Только я не знаю никаких традиций. Я вообще не знаю, что делаю.

– Это нормально, – успокоил Сия. – Никто не знает. Главное делать.

_____

После ужина Алиса сидела на диване и смотрела на свою разношёрстную компанию. Пых доваривал компот (да, дракон умел и компот), Лампусик светился в торшере, подстраиваясь под ритм дыхания Алисы, Сия устроился на подоконнике и мягко сиял, освещая комнату ровным, приятным светом. Из-за печки доносилось довольное посапывание. Домовой, кажется, тоже был не против нового соседа. Феи в фикусе перезванивались, обсуждая события.

– Два дракона, – сказала Алиса вслух. – Огонь и свет. И Лампусик. И вся остальная братия.

– Ага, – отозвался Пых с кухни. – Красивая компания, правда?

– Красивая, – согласилась Алиса. – Но безумная.

– Это да, – Пых вышел с чашкой компота. – Но ты привыкнешь. Мы хорошие.

– Я знаю, – улыбнулась Алиса. – Вы хорошие. Просто... просто я никогда не думала, что моя жизнь будет такой.

– А какой ты её представляла? – спросил Сия.

– Обычной, – честно ответила Алиса. – Работа, дом, семья, дети, кошка. Чтобы всё как у людей.

– А теперь?

– А теперь у меня дракон, который готовит шашлык, светящийся комок, который ест сахар, второй дракон, который освещает комнату, домовой, который прячется за печкой, и феи, которые поют по ночам. Это не обычная жизнь.

– Это жизнь, – сказал Сия. – Просто другая. Но разве она хуже?

Алиса задумалась. Если честно, то нет. За эту неделю она ни разу не пожалела, что оказалась в этой квартире. Да, были проблемы. Да, ванная постоянно занята. Да, продукты уходили с космической скоростью, а счета за электричество выросли (Лампусик, хоть и светился сам, но розетку всё равно любил). Но зато она не чувствовала себя одинокой. У неё была семья. Странная, магическая, сумасшедшая, но семья.

– Наверное, не хуже, – признала она.

– Вот видишь, – улыбнулся Пых (улыбка у дракона была страшноватой, но доброй). – А теперь давай спать. Завтра новый день. И, кстати, Алиса...

– Что?

– Спасибо, что взяла Сия. Он хороший дракон. Я чувствую.

– Я знаю, – кивнула Алиса. – Я тоже чувствую.

Она легла на диван, укрылась пледом. Лампусик приглушил свет, оставив мягкое золотистое свечение. Сия на подоконнике переливался перламутром. Пых сопел на своём любимом месте.

– Спокойной ночи, все, – сказала Алиса.

– Спокойной, – отозвался Пых.

– Сладких снов, – прошелестел Сия.

– У-у-у, – подтвердил Лампусик.

Из-за печки донёсся тихий скрип. Домовой тоже пожелал спокойной ночи по-своему. Из фикуса послышался нежный перезвон.

________

Утром её разбудил шум в ванной. Оттуда доносились плеск, драконье урчание и тоненький звон, похожий на хрусталь.

– Они что, опять? – простонала Алиса, вставая.

Она подошла к ванной и приоткрыла дверь. В ванне, в пене, плескались трое: Пых, Лампусик и Сия. Световой дракон лежал на спине, подставив брюхо под струи воды, и довольно жмурился. Его чешуя переливалась под водой особенно красиво.

– Доброе утро, – хором сказали они.

– Вы что, решили устроить общественные купания? – спросила Алиса, но без злости. Она уже привыкла.

– Ага, – кивнул Пых. – Сия тоже любит воду. Оказалось, световые драконы обожают купаться. Теперь мы будем плавать втроём. Ты с нами?

– Нет, спасибо, – отказалась Алиса. – Я лучше потом. Когда вы освободитесь.

– Через часик, – пообещал Пых. – Лампусик, не балуйся! – шикнул он на светящийся комок, который пытался нырнуть под воду.

Алиса закрыла дверь и пошла на кухню. Варить кофе. Ждать своей очереди в ванную. И улыбаться.

Глава 4. Дым над водой и свет в конце тостера

Жизнь с двумя драконами и светящимся студнем оказалась не просто безумной. Она оказалась системно безумной. У неё появился свой распорядок, свои традиции и свои катастрофы. Например, утренние купания теперь проходили по расписанию: с семи до девяти ванная была оккупирована троицей, которая самозабвенно плескалась в пене, обсуждала драконьи дела и периодически устраивала заплывы наперегонки. Алиса смирилась. Она просто вставала раньше и мылась с вечера.

Но если утренние процедуры были предсказуемы, то вечера превращались в лотерею. Никогда не знаешь, что выкинут твои подопечные.

В тот день Алиса вернулась с работы уставшая. Начальник наконец вышел из отпуска и устроил разнос за отставание по плану. Коллега Лена подкинула полсотни отчётов «на подпись, это же на пару минут». Весь день она мечтала только об одном: прийти домой, рухнуть на диван и смотреть тупой сериал, не думая ни о чём.

Дома её встретил аромат жареного мяса. Пых, как обычно, колдовал на кухне.

– О, явилась! – радостно приветствовал он её. – Ужин через полчаса. Я тут стейков нажарил. Сия помогал, светом разогревал тарелки. Лампусик, правда, опять в тостер залез, но мы его вытащили.

– В тостер? – Алиса скинула туфли и поплелась в комнату. – Зачем?

– Греется, – пожал плечами Пых. – Он же любит тепло. А тостер, когда работает, тёплый. Вот он и норовит туда залезть. Пришлось тостер отключить от сети, а то мало ли что.

Алиса заглянула в комнату. Сия сидел на подоконнике и медитировал, излучая ровный золотистый свет. Лампусик пристроился рядом с ним, тоже светился, но неровно, с переливами. В фикусе перезванивались феи, кажется, обсуждали сегодняшнее происшествие с тостером.

– Всё тихо? – спросила Алиса.

– Всё спокойно, – ответил Сия. – День прошёл мирно. Пых готовил, я помогал, Лампусик грелся. Домовой варенье кушал. Феи летали.

– Идеально, – выдохнула Алиса и рухнула на диван. – Тогда я немного посижу в тишине.

Тишина продлилась ровно до ужина. А потом Пых включил телевизор.

– Что ты делаешь? – спросила Алиса, жуя стейк (божественный, как всегда).

– Кино хочу посмотреть, – ответил дракон, щёлкая пультом. – Я сегодня целый день готовил, устал. Надо расслабиться.

– Какое кино?

– Боевик, – глаза Пыха загорелись. – С взрывами, перестрелками и погонями. Обожаю боевики. Варвара Степановна всегда мне их включала. Говорила, что это полезно для драконьей психики видеть, что люди тоже иногда взрывают.

Алиса хотела возразить, что она хотела тихий вечер, но махнула рукой. Пусть смотрит. В конце концов, дракон тоже имеет право на досуг. Она устроилась на другом конце дивана, намереваясь читать книгу. Но книгу читать не пришлось. Потому что через пять минут начался ад.

Фильм был какой-то старый, но с бодрой голливудской поделкой. Там стреляли, взрывали машины, герой прыгал с вертолёта на поезд, а злодей хохотал зловещим смехом. Пых смотрел, затаив дыхание. Глаза его горели, ноздри раздувались, хвост нервно подёргивался.

– О! О! Сейчас будет взрыв! – комментировал он. – Я чувствую! Там динамит заложили!

– Пых, тише, – попросила Алиса. – Ты мешаешь читать.

– Читать? – дракон искренне удивился. – Как можно читать, когда там такое творится?! Смотри, смотри! Сейчас главный герой выпрыгнет!

На экране главный герой действительно выпрыгнул из взрывающегося автомобиля, перекувыркнулся в воздухе и приземлился на капот грузовика. Пых взвизгнул от восторга. Из его пасти вырвалось облачко дыма.

– Пых, дым! – шикнула Алиса.

– А, прости, – дракон прикрыл пасть лапой. – Невольно. Увлёкся.

Дальше было ещё интереснее. На экране началась перестрелка. Пули свистели, гильзы звенели, герои падали и вставали. Пых уже не просто смотрел, он проживал этот фильм. Он дёргался, подпрыгивал, выпускал дым и даже пару раз рыкнул, подражая выстрелам.

– Пых! – Алиса отложила книгу. – Успокойся!

– Я спокоен! – заверил дракон, но тут на экране рванула цистерна с бензином, и Пых, не сдержавшись, выпустил струю пламени прямо в экран. К счастью, до телевизора не долетело, огонь упёрся в невидимую преграду, которую дракон, видимо, выставил автоматически, и растёкся в стороны. Но одна искра таки попала на диван.

Алиса заметила это не сразу. Она пыталась отчитать Пыха за несдержанность. А когда заметила, то было уже поздно. На диване, на старом бабушкином диване с деревянными подлокотниками, весело горела небольшая дырочка. И дым от неё поднимался к потолку.

– ПЫХ! – заорала Алиса. – ТЫ ЧТО НАТВОРИЛ?!

– Я? – дракон обернулся, увидел дым и побледнел (насколько может побледнеть изумрудный дракон). – Ой...

– Что "ой"?! – Алиса вскочила и заметалась по комнате в поисках воды. – Где вода? Чем тушить?!

Сия, который мирно сидел на подоконнике, встрепенулся и направил на диван свой свет. Свет был ярким, но бесполезным. Огонь не реагировал. Лампусик испуганно замигал красным и спрятался под стол.

– Воду нельзя! – крикнул Пых. – Это магический огонь! От воды он только сильнее разгорится!

– А что можно?!

– Покрывалом! Накрой покрывалом!

Алиса схватила плед, который лежал на спинке дивана, и накрыла тлеющее место. Пых дунул, перекрывая доступ кислорода. Огонь зашипел и погас. Но дым... дыма было много. Он валил из-под пледа густыми клубами, и в комнате стало не продохнуть.

– Открывай окно! – скомандовала Алиса. – Быстро!

Пых метнулся к окну, распахнул его настежь. Сия помогал своим светом. Он пытался разогнать дым, но получалось плохо. Дым был едкий, с запахом горелой ткани и ещё чего-то химического. Алиса кашляла, размахивала руками и пыталась проветрить комнату. Лампусик, напуганный шумом и дымом, метался по кухне в поисках убежища. И нашёл его. В тостере.

Тостер стоял на столе, отключённый от сети. Лампусик, видимо, решил, что это самое безопасное место, и втиснулся в щель для хлеба. Втиснулся он наполовину. И застрял.

– У-у-у! – раздался жалобный писк.

– Лампусик! – Алиса обернулась на звук. То, что она увидела, заставило её забыть о пожаре.

Из тостера торчала светящаяся попка Лампусика. Сам Лампусик отчаянно дрыгал ножками (или чем он там дрыгал), пытаясь выбраться, но только глубже застревал. При этом он от страха мигал всеми цветами радуги, создавая эффект неисправной гирлянды. Тостер тоже начал светиться изнутри, и теперь вся эта конструкция напоминала инопланетный артефакт.

– Лампусик, вылезай! – крикнула Алиса.

– У-у-у! – жалобно ответил тот, но выбраться не мог.

Пых подбежал к тостеру, схватил Лампусика за торчащую часть и потянул. Лампусик противно запищал, засветился ярко-красным, но не поддался.

– Не тяни! – заорала Алиса. – Ты его порвёшь! Он же студенистый!

– А что делать?!

– Не знаю! Вытаскивай аккуратно!

Пых попытался аккуратно, но Лампусик застрял намертво. Он пищал, мигал, тостер светился, дым из комнаты всё ещё тянулся к открытому окну, и в этот момент в батарее что-то громко застучало.

– О нет, – простонала Алиса. – Только не это.

Стук в батарею – это был язык общения в старых домах. Если соседям что-то не нравилось, они стучали. Громко, требовательно, не переставая. Сейчас стучали сразу из двух мест: сверху и снизу.

– Что случилось? – спросил Сия, который всё ещё сидел на подоконнике, но уже не светил, а, наоборот, притушил сияние, чтобы не привлекать внимания.

– Соседи, – мрачно ответила Алиса. – Сейчас придут разбираться.

Она подбежала к окну, чтобы хоть немного выветрить дым, и выглянула на улицу. Из окна соседей сверху тоже кто-то выглядывал. Баба Люба с четвёртого этажа уже бежала вниз по лестнице, её тяжёлые шаги были слышны даже через стены.

– Пых! – зашипела Алиса. – Прячься! Быстро! И вытащи Лампусика!

– Я пытаюсь! – дракон всё ещё возился с тостером. – Он не вылезает!

– Тогда спрячься вместе с тостером!

– Куда?!

– В ванную! Быстро!

Пых схватил тостер вместе с застрявшим Лампусиком и умчался в ванную. Сия метнулся за ним, прихватив по дороге свою любимую подушку с подоконника. В комнате осталась только Алиса, дым и прожжённый диван.

В дверь уже стучали. Громко, настойчиво, с требованием открыть.

Алиса глубоко вздохнула, поправила растрёпанные волосы и пошла открывать.

На пороге стояла баба Люба в халате, накинутом поверх ночнушки, с бигуди на голове и с таким выражением лица, будто она лично поймала диверсанта. За её спиной маячил сосед снизу, дядя Коля, пенсионер с вечно недовольным лицом и газетой в руках (видимо, для размахивания).

– Что у вас происходит?! – с порога закричала баба Люба. – Дым валит! Вонь на весь подъезд! Стук! Грохот! Вы что, квартиру сожгли?!

– Нет-нет, что вы! – Алиса постаралась изобразить самую невинную улыбку. – Всё в порядке. Просто небольшой инцидент на кухне.

– Инцидент? – баба Люба просочилась в коридор, несмотря на попытки Алисы её задержать. – Пахнет горелым! Я нюх на такие вещи имею! Где горит?

– Нигде не горит, – Алиса загородила проход в комнату. – Правда. Я просто... гренки жарила. Немного пережарила.

– Гренки? – баба Люба прищурилась. – А почему дым чёрный? От гренок чёрный дым не идёт.

– У меня тостер старый, – нашлось, чем ответить ей. – Искрит. Я его выключила, но он немного дымил. Сейчас проветрю, и всё пройдёт.

– Тостер? – вмешался дядя Коля. – А чего тогда стучало? Мы слышали стук! Как будто мебель двигали!

– Это я... это я от испуга стул уронила, – Алиса начала импровизировать на ходу. – Когда дым пошёл, я испугалась, побежала к окну и задела стул. Он упал. Вот и стук.

– Ага, – недоверчиво протянула баба Люба. – А почему тогда стук был не один, а несколько? Мы слышали целую серию!

– Ну... стул упал, а за ним ещё что-то... – Алиса лихорадочно соображала. – Книжка упала. И ваза. Я, знаете, испугалась, заметалась. Всё роняла.

– Вазу разбила? – баба Люба оживилась. – Хрустальную? У Варвары Степановны вроде хрусталь был.

– Нет, не разбила, слава богу. Просто уронила, но поймала.

Баба Люба явно не верила ни одному слову. Она втянула носом воздух и нахмурилась.

– Странный запах, – сказала она. – Не только горелым пахнет. Ещё чем-то... химическим. Или серой. У вас газовая плита? Может, утечка?

– Всё в порядке с плитой! – заверила Алиса. – Я проверяла. Это тостер так пахнет. Он старый, у него проводка плавится. Я его выброшу завтра. Честное слово.

– Выбросить надо, – авторитетно заявил дядя Коля. – А то и правда пожар устроите. Дом старый, деревянные перекрытия. Чирк, и всё сгорит.

– Обязательно выброшу, – пообещала Алиса. – Спасибо за заботу. Извините за беспокойство.

Она уже почти закрыла дверь, когда баба Люба сунула ногу в щель.

– А это что за свечение у вас из ванной? – спросила она, кивая в сторону коридора. – Я видела, там что-то мигало. Как будто свет включали и выключали.

У Алисы похолодело внутри. Лампусик! Он же в тостере и мигает! А тостер в ванной! И дверь, конечно, не закрыта!

– Это... это у меня там стиральная машина, – выпалила она. – Режим отжима закончился, она сигналит. Светом. Там лампочка мигает.

– Странная у вас стиральная машина, – подозрительно сказала баба Люба. – Обычно не мигают, а пищат.

– У меня старая, – отмахнулась Алиса. – Она и мигает, и пищит. Я уже привыкла.

Баба Люба ещё раз окинула её подозрительным взглядом, но ногу убрала.

– Ладно, – сказала она. – Живите. Но если ещё раз дым пойдёт, я вызываю пожарных. Без разговоров. И газовую службу. И участкового. У меня всё записано.

– Обязательно, – закивала Алиса. – Спасибо, до свидания.

Она захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось где-то в горле. В коридор выглянул Пых.

– Ушли? – шёпотом спросил он.

– Ушли, – выдохнула Алиса. – Как Лампусик?

– Всё ещё в тостере. Я его маслицем смазал, думал, выскользнет. Не помогает.

– Каким маслицем?!

– Растительным. У Варвары Степановны на кухне стояло. Я думал, поможет. А оно только хуже стало, он теперь скользкий и выскальзывает обратно, когда я его тяну.

– Господи, – Алиса сползла по стене на пол. – Дайте я посмотрю.

Она зашла в ванную. Картина была сюрреалистическая: на полу стоял тостер, из которого торчала светящаяся попка Лампусика. Сам Лампусик жалобно пищал и мигал, и от этого вокруг тостера создавалось эффект дискотеки. Сия сидел рядом и пытался успокоить его своим свечением, но Лампусик был в панике и не реагировал.

– Лампусик, – ласково сказала Алиса, присаживаясь на корточки. – Не дёргайся. Сейчас мы тебя вытащим. Только не дёргайся, ладно?

– У-у-у, – жалобно отозвался тот.

Алиса осмотрела конструкцию. Лампусик застрял плотно. Тостер был старый, советский, с широкими щелями для хлеба. Лампусик, видимо, втиснулся туда в панике, и теперь его студенистое тело распёрло щель изнутри.

– Надо его выдавливать, – сказала она. – Но аккуратно. Пых, держи тостер. Сия, свети сюда, чтобы я видела.

Драконы заняли позиции. Алиса взялась за Лампусика, но тот был скользкий от масла и выскальзывал из рук.

– Может, его мылом? – предложил Пых. – Мыло скользкое, но оно смывает масло. Или наоборот?

– Не знаю, – честно сказала Алиса. – Давай попробуем просто аккуратно надавить.

Она надавила. Лампусик пискнул и засветился ярко-синим.

– Больно? – спросила Алиса.

– У-у, – утвердительно ответил Лампусик.

– Чёрт. Надо по-другому.

Сия, который до этого молчал, вдруг сказал:

– А если его нагреть? Он же студенистый. От тепла должен стать мягче и вытечь.

– Вытечь? – ужаснулась Алиса. – Ты хочешь, чтобы он вытек?

– Нет, не вытечь. Стать более податливым. Как желе, когда его подогревают. Оно становится жидким, но потом застывает обратно. Если мы его аккуратно подогреем, он, может, сам выскользнет.

– Чем подогревать? Феном?

– Можно феном, – согласился Сия. – Или я могу посветить тёплым светом. У меня есть режим инфракрасного излучения. Я грею, но не жгу.

– Давай попробуем, – решилась Алиса.

Сия сосредоточился, и его свечение изменилось. Из золотистого оно стало красноватым, и от дракона пошло тепло, как от обогревателя. Он направил это тепло на тостер.

Лампусик сначала забеспокоился, замигал быстрее, но потом, видимо, понял, что ему становится комфортно, и расслабился. Его тело начало медленно, очень медленно, вытекать из тостера.

– Работает! – воскликнул Пых.

– Тсс! – шикнула Алиса. – Соседи услышат.

Они замерли. В квартире было тихо, только Лампусик тихонько попискивал, вытекая из тостера. Процесс занял минут десять. Наконец, с мягким "чвак", Лампусик полностью освободился и растёкся по полу небольшой светящейся лужицей.

– Ой, – сказал Пых. – А он теперь соберётся?

– Должен, – неуверенно сказала Алиса.

Лужица пошевелилась, начала собираться в кучку, и через минуту Лампусик снова обрёл свою обычную форму: круглый, светящийся, слегка помятый, но целый. Он радостно пискнул и подполз к Алисе, тычась в ноги.

– Живой, – выдохнула она. – Слава богу.

– У-у-у! – радостно подтвердил Лампусик и засветился ярко-жёлтым.

– Тостер, конечно, теперь масляный внутри, – заметил Пых. – Но это ничего, отмоем.

Алиса посмотрела на тостер. Внутри всё блестело от масла. А снаружи были следы лампусиковых лапок.

– Ладно, – сказала она. – Завтра разберёмся. А сейчас надо проверить диван.

Они вернулись в комнату. Диван выглядел печально. На обивке зияла чёрная дыра размером с кулак, края её обуглились, и от всего этого исходил лёгкий запах гари.

– Я починю, – пообещал Пых. – Честное слово. У меня есть магическая заплатка. Варвара Степановна научила.

– Какая ещё заплатка? – устало спросила Алиса.

– Обычная. Из драконьей чешуи. Если её правильно нагреть и приложить к ткани, она срастается. Будет как новое. Только чешуйку надо подобрать под цвет.

– У тебя есть запасные чешуйки?

– Конечно. Я же линяю. Я их собираю. Очень полезная вещь в хозяйстве.

Алиса только махнула рукой. Пусть чинит. Ей уже всё равно.

Она села на уцелевший край дивана и обвела взглядом свою компанию. Пых с виноватым видом перебирал чешуйки в поисках подходящей. Сия мирно сиял на подоконнике, делая вид, что ничего не случилось. Лампусик пристроился в своей розетке и тихонько светился, приходя в себя после стресса. Из фикуса доносился тихий перезвон, феи обсуждали произошедшее и, кажется, осуждали Пыха за несдержанность.

– Пых, – сказала Алиса. – Ещё раз прожжёшь диван, будешь спать на балконе. Всю зиму.

– Я понял, – понуро ответил дракон. – Больше не буду смотреть боевики. Буду смотреть только комедии. Или документальные фильмы о природе.

– Хорошо, – вздохнула Алиса. – А теперь давай чинить диван. И убери этот тостер куда-нибудь. Чтобы Лампусик больше в него не залезал.

– Уберу, – пообещал Пых. – Спрячу в шкаф. Высоко. Он не достанет.

– Он достанет, – сказала Алиса. – Он умеет залезать куда угодно. Но попытка не пытка.

Пых ушёл на кухню убирать тостер, а Алиса осталась сидеть на диване, глядя на прожжённую дыру. За окном уже стемнело, в комнате было уютно от света Сия и Лампусика, и постепенно напряжение отпускало.

– Знаешь, – сказала она в пустоту. – А ведь бабушке, наверное, было так же весело. Каждый день приключение.

– Было, – подтвердил Сия. – Она рассказывала. Говорила, что с драконами никогда не соскучишься.

– Это точно, – усмехнулась Алиса. – С ними не соскучишься. С ними с ума сойдёшь.

– Но ты же не сошла, – заметил Сия. – Ты держишься. Значит, ты настоящая Хранительница.

– Я просто устала, – честно сказала Алиса. – Устала настолько, что уже всё равно.

– Это и есть настоящее Хранительство, – улыбнулся Сия своей странной, светящейся улыбкой. – Когда тебе всё равно, но ты всё равно продолжаешь.

Алиса подумала над его словами. Может, он и прав. Может, быть Хранительницей – это не какая-то особая магия, а просто умение не сдаваться, когда вокруг всё летит в тартарары. И когда твой дракон прожигает диван, а светящийся комок застревает в тостере.

– Ладно, – сказала она. – Пойду помогу Пыху с заплаткой. А ты присмотри за Лампусиком. Чтобы он опять куда-нибудь не залез.

– Присмотрю, – кивнул Сия.

Алиса встала и пошла на кухню. Пых уже колдовал над чешуйками, подбирая нужный оттенок.

– Вот эту, – сказал он, показывая изумрудную пластинку. – Она точно подойдёт. Сейчас я её нагрею, и мы приложим.

– Давай, – согласилась Алиса.

Она смотрела, как дракон аккуратно греет чешуйку своим огнём, как потом прикладывает её к дыре, как чешуйка плавится и вплавляется в ткань, становясь её частью. Через пять минут от дыры не осталось и следа. Диван выглядел как новенький.

– Магия, – восхитилась Алиса.

– Бытовуха, – скромно ответил Пых. – Любой дракон умеет. Это не сложно.

– Для тебя не сложно. А для меня чудо.

Она погладила диван. Ткань была ровной, даже на ощупь не отличалась от остальной.

– Спасибо, Пых.

– Не за что, – дракон смущённо потупился. – Это я виноват. Мне и чинить.

– Главное, чтобы больше не прожег.

– Не прожгу. Честное драконье.

– Ну, если честное драконье... тогда верю.

Они вернулись в комнату. Лампусик уже успокоился и ровно светился в розетке. Сия дремал на подоконнике. В фикусе тихонько перезванивались феи.

– Спокойной ночи, все, – сказала Алиса.

– Спокойной, – отозвались хором.

Она легла на диван, укрылась пледом и закрыла глаза. День был безумный, но закончился хорошо. Диван цел, Лампусик цел, соседи успокоились. Завтра будет новый день. И новые приключения. Но это завтра. А сегодня спать.

____

Утром её разбудил запах свежих гренок. Настоящих, из хлеба, а не из драконьих приключений. Пых стоял у плиты и жарил завтрак. Лампусик сидел на столе и смотрел на тостер с подозрением, но близко не подходил. Сия светил ровным утренним светом.

– Просыпайся, соня, – сказал Пых. – Завтрак готов. И без пожаров, обещаю.