355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Виктория Летто » Мастер для ведьмы (СИ) » Текст книги (страница 4)
Мастер для ведьмы (СИ)
  • Текст добавлен: 21 июля 2019, 08:00

Текст книги "Мастер для ведьмы (СИ)"


Автор книги: Виктория Летто



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Ничего себе! Значит, эта девушка по собственной воле внедрилась в мысли Климента? Выходит, она сильнее Мастера и это неприятное открытие.

– Какая банальная история, – заметила я. – Я уже приготовилась услышать любовную историю с печальным финалом.

– Кстати, когда ты несла тело девушки, пару раз вышла за пределы острова.

– Что? – воскликнула я, когда Климент мягко ступил меня на землю у моего дома. – Что это значит? Как я могла выйти за пределы острова?

– Ты научишься разбираться в особенностях телепортации, но чуть позже. И кстати, ты совершила непростительную ошибку, во время телепортации, подумай, в чём она заключалась. – Я кивнула, хоть и понятия не имею, что могла сделать не так. – А теперь, ступай домой, тебе нужно отдохнуть и набраться сил.

– Я скоро с ног начну валиться, так устаю, – призналась я. – Уже рассвет, а мне в одиннадцать надо быть в театре.

– Кстати, вернуть потерянные силы поможет чертополох. Две чайные ложку сухой травы на стакан кипятка. Отличный напиток, попробуй.

– Спасибо, приму к сведению, – поблагодарила я Мастера и вошла в свой подъезд.

За окном светает, а я валюсь с ног. Я решила не идти в театр к одиннадцати часам. Зачем? Чтобы узнать расписание и в очередной раз разочароваться? Впервые, за восемь лет, нарушаю внутренний распорядок. Обойдутся.

Я расправила постель и камнем рухнула на кровать. Всё, меня нет. До обеда, а может и до самого вечера, я сплю.

Неожиданный поворот

Я не понимаю, что произошло. Я переоделась в домашнюю одежду, легла в свою постель и уснула. Разве я поднималась с постели? Нет, не помню. Это сон, как есть. Ущипнула себя, для верности. Чёрт возьми, больно. Я в реальном времени и я теперь в пустыне. Поверить не могу, я стою посреди барханов. Одна. И что мне делать? Наверное, лучше оставаться на месте. Если это «незапланированная» телепортация, то в скором времени я вернусь обратно, домой. Не иначе шуточки «аля Климент». Главное не терять самообладание. Попробую найти хоть капельку позитива в случившемся недоразумении.

Пустыня – это довольно скудный пейзаж. Голубое с золотистым отливом небо и песок. Много песка. Никогда не видела барханы, а тут такая возможность, смотри, любуйся. Однако если человек не по собственной воле оказался в том или ином месте, ему не до красот. Единственное желание, скорей вернуться домой.

– Алиса, – кто-то, как будто с небес позвал меня.

– Да, – несмело отозвалась я.

– Душа ищет тело, а ты подобрала её, да ещё и пригрела.

Аэлита? Вот она, непростительная ошибка, о которой говорил Климент. Выходит, я помогала духу, а он теперь не отвяжется от меня, пока не завладеет моим телом?

А вот и та, кто говорит теперь со мной. Старушка стоит поодаль и близко ко мне не подходит. Её силуэт размыт, или это солнце и песок создают эффект колебания. Кто она, я понятия не имею. Откуда взялась, тоже неясно. Может, тут неподалёку живут аборигены, а она одна из них. Одно ясно, что она знает, что со мной приключилось в момент телепортации. Даже думать не хочу, откуда ей это известно. Что-то мне подсказывает, что старушка не абориген и пришла не из пустыни, а спустилась с небес.

– Что же мне теперь делать? – спросила я.

Я знаю, что призракам нельзя доверять, неизвестно, кто к тебе явился. Спрятать «личину» под маской добродетели легко, если ты само воплощение зла.

– Что ты чувствуешь теперь? – вместо ответа спросила старушка.

– Силу. И власть, – ответила я.

Не понимаю, к чему эти вопросы, лучше бы подсказала, как мне уберечься.

– Сила – дура, а власть, твой враг, – поспешила предостеречь меня она.

Разве? Не могу согласиться с ней.

– Опасайся блудницы, а Мастер выведет тебя.

Блудница? Кто она? Выходит, что мне и духа следует опасаться, а теперь ещё и блудницы. Это прямо напасть какая-то. Видно, нигде мне не будет покоя. А ведь так всё хорошо начиналось.

Я обернулась и увидела крохотную тёмную точку вдалеке. Она очень быстро росла, приближаясь ко мне с невероятной скоростью. И вот, я уже смогла разглядеть силуэт человека, а для точности я разглядела в силуэте Климента. Да, это он спешит мне на выручку. Мой Мастер – он всегда близко, а, значит, недалеко.

– Что ты тут делаешь? – спросил Климент.

– Кажется, я ввязалась в нехорошую историю, – призналась я.

– Что?

Он издевается? Кажется, я ясно выразила свою мысль, «ввязаться в историю», значит, нашла приключений на голову.

– Твоя Аэлита, оказывается, душа неприкаянная и она посягает на моё тело.

– Что?

– Хватит притворяться, что ты не понимаешь меня, – вспылила я. – Это было так задумано, ты подставил меня. И ещё, я знаю, что ты нашёл меня сам, не Магистрат. Хочешь в моё тело втиснуть душу прилежной ученицы, которая, потеряла свою внешнюю оболочку?

– Нет, конечно, нет, – растерянно пробормотал Климент.

– Не смей отпираться, – крикнула я, но мой голос не разлетелся эхом, а остался рядом и резкий звук больно отозвался в барабанных перепонках. Чёрт возьми, это особенность пустынь, не рассеивать голос, а собирать его в болезненный пучок, или мы теперь в другом измерении? – А ещё какая-то блудница устроила на меня охоту и мне следует и её тоже опасаться, – выпалила я. – Столько счастья привалило, боюсь, не справлюсь.

– Давай-ка выбираться отсюда, – улыбнувшись, попытался успокоить меня Мастер.

Климент подхватил меня на руки и уже через пару минут мы парили над облаками, а ещё через время, Климент мягко ступил на землю. Я спрыгнула с его рук и направилась в свой подъезд. Климент настиг меня, когда я уже поднималась по ступенькам.

– Не смей идти за мной, – строго предупредила я.

– Сначала ты мне всё расскажешь, а потом, если ты решишь отказаться от учёбы, я подам прошение о расторжении договора.

– Ваш договор ничего не значит для меня, так бумажка, без подписей и печатей.

– Я не смогу тебе помочь разобраться во всём, пока ты мне не расскажешь, что случилось и точно не оставлю, не убедившись, что тебе ничего не угрожает.

– Я не стану ничего тебе рассказывать.

Действую себе же во вред. А если Мастер теперь уйдёт, кто поможет мне одолеть духа или блудницу?

– Если я уйду, кто защитит тебя? – спросил Мастер, как будто прочитал мои мысли. Хотя, так оно и есть. Все они на острове всемогущие маги, а я так, игрушка в их руках.

– Алиса, это не шутки, – предупредил Мастер. – Я должен знать, что случилось.

– Ладно, пойдём, – смирилась я.

Конечно, из своей квартиры высунулась тётя Лиза. Ох уж эти соседи, всегда в курсе событий.

– Алиса, как там мама? – спросила она.

Тётя Лиза в своём репертуаре. Стоит ей встретить меня с молодым человеком, начинает вспоминать мою маму. Мне тридцать лет, а она обихаживает меня, как будто я неразумный подросток, руководствующийся бурлящими гормонами.

– Тётя Лиза, познакомьтесь, Это Клим, мой коллега. Мы вместе в театре работаем.

– Добрый день, Клим, – недоверчиво пробормотала тётя Лиза. Наверное, слышала нашу перепалку. – Маме привет передавай. Скажи, что я скучаю и жду её в гости.

Мама приезжала прошлым летом и гостила у меня около двух месяцев. Она подружилась с моей соседкой, тётей Лизой и дружба эта продолжается, по сей день в телефонных переговорах.

– В июне приедет, – сказала я, и мы с Климентом пошли дальше.

Конечно, тётя Лиза позвонит моей маме и расскажет про Климента. Ну и пусть, мне тридцать лет и я имею право на личную жизнь. Просто придётся маме объяснять, кто он этот парень и зачем приходил ко мне.

– Странно ты представила меня, – заметил Климент, когда мы вошли в мой дом. – Клим. Это имя?

– Да, есть такое имя, Клим. Просто для тёти Лизы «Климент» прозвучало бы, как «она водит домой иностранцев».

Климент улыбнулся и вошёл в мою квартиру.

– У тебя уютный дом.

– Одна комната, какой там уют, – не без иронии ответила я. – Да и не моя эта квартира, а

служебная. В театре на время предоставили жильё, как молодому специалисту. Через два года она перейдёт в мою собственность. Ну, а если Аэлите удастся отобрать у меня тело, значит, квартира достанется ей, или кому-нибудь другому.

Климент улыбнулся и покачал головой.

– А ты «язва», – заметил он.

– «Язва»? – вспылила я. – За моим телом охотится неприкаянная душа, блуднице какой-то, что-то надо от меня, а я должна оставаться спокойной?

– Может, чаю предложишь? – сменил он тему.

– А я с тебя беру пример – снова съязвила я. – Не очень-то ты церемонился, когда я была у тебя в гостях.

– Я исправлюсь, обещаю.

– Пойдём на кухню, – предложила я. Не выпущу его из дома, пока он не расскажет мне всё, что ему известно про эту Аэлиту, а заодно пусть и о блуднице поведает.

Мне неловко держать гостя в комнате. Постель не заправлена, пыль не вытерта и вообще, как-то неопрятно выглядит мой дом сегодня. Климент сказал, что у меня уютно, пошутил, наверное. Забросила я реальный мир с этой учёбой.

Слава богу, на кухне порядок. Девять квадратов отлично обустроены. Технические новинки в полном комплекте. Короче, кухня, мой излюбленный уголок в доме, потому что я хорошо потрудилась, обустраивая её.

– Садись к столу, – пригласила я гостя. – Сейчас поставлю чайник. Пока вода будет вскипать, ты расскажешь мне обо всём, что тебе известно.

Климент сел за стол и облокотившись на столешницу, подпёр сжатыми кулаками подбородок. Этот взгляд. Мне кажется, что он догадывается о моих чувствах и частенько пользуется этим. Думает, что я теперь потеряю голову от его взгляда и отстану от него с расспросами? Не дождётся!

– Это касается меня, понимаешь? – подбодрила я его. – Я должна знать, чего мне ждать.

Чайник электрический, вода быстро вскипела. Я оставила на стол две чашки. К чаю только конфеты «Маска» и печенье «Юбилейное». Не помню, когда в последний раз выходила в магазин за продуктами. В холодильнике полно замороженной пиццы, ею я и питаюсь в основном. Ещё есть пельмени, но это еда не для угощений.

Ах, да, ещё варенье есть, клубничное, тётя Лиза угостила на прошлой неделе.

Климент наблюдает за мной одними глазами. Он так и не сдвинулся с места. Я налила в чашки кипяток. Опустила пакетики с заваркой и, наконец, села за стол.

– Зря я втянул тебя в это дело, – признался Мастер, и у меня душа ушла в пятки от страха. Неужели, мне реально что-то угрожает.

– В какое дело? – поспешила уточнить я.

– Ну, пригласил в Академию и всё такое. Теперь бы учила роль, или телевизор смотрела. Ты любишь жизнь и это очевидно.

– Кто же её не любит, жизнь, – удивилась я.

– Любят все, но расстаются с ней по-разному.

Я волнуюсь ужасно, но стараюсь контролировать себя изо всех сил. Не хочу проявлять слабость перед Мастером. Я сильная и я справлюсь.

– Пей чай, а то остынет. Я неудачница и ею останусь. Видишь, даже в Академии для меня нашлись проблемы.

Климент пьёт чай и молчит. Он макает печенье в варенье и с удовольствием наслаждается банальным вкусом. Он «сладкоежка»? Неожиданное открытие.

Интересно, как сам Климент оказался в Академии. Почему решил уйти с головой в магию. Я ничего не знаю об этом человеке, и доверилась ему.

– Ты мне объяснишь, что происходит? – не выдержала я томительного молчания с хрустом печенья на зубах.

– Что ты видела в пустыне? – проигнорировав мой вопрос, спросил Мастер.

– Старушка ко мне приходила.

– Женщина из твоего рода. Последняя ведьма. Надо же, она в пустыне? – удивился Климент.

Известие о том, что это была моя прапрабабка, взволновало меня, но я справилась с волнением. Не хочу показывать Мастеру своё состояние, граничащее с потерей сознания от страха.

– Конечно. Мы ведь ведьмы, – объяснила я. – Хоть и не все.

– И что она сказала? – поинтересовался Климент.

– А то и сказала, что кто-то пытается завладеть моим телом. Я думаю, это Аэлита – она ведь дух бестелесный. А ещё предупредила, чтобы я опасалась какой-то блудницы.

– Чёрт, – прохрипел Мастер. – Элис.

– Элис? – переспросила я, как будто не расслышала имени. – Кто такая, Элис?

– Извини, мне пора, – произнёс Климент. – Кое-что надо выяснить.

– Ты уйдёшь, ничего не объяснив?

– Потом, всё потом, – встав из-за стола, пообещал Мастер.

– Когда? – крикнула я в след, но Климент ничего не ответив, вышел из моей квартиры.

Хорошенькое дельце. И что мне теперь делать? Я осталась одна, без защиты – вот она я, забирайте моё тело, не жалко, мне оно надоело уже.

Знать бы, достанет меня дух во внешнем мире, или сюда ему путь закрыт. Климент мог бы успокоить меня перед уходом. Нет, Мастер не мог меня вот так оставить, если бы я не была в безопасности, и если он ушёл и оставил меня одну, значит, здесь меня никто не сможет достать.

Стук в дверь озадачил меня. Климент не стал бы стучать, он знает, что дверь открыта: я не успела закрыть её на ключ.

Осторожно, на цыпочках, я вышла в прихожую и посмотрела в глазок. Это тётя Лиза. И что ей надо от меня? Конечно, я открыла дверь, она ведь знает, что я дома.

– Твой ухажёр выбежал из подъезда сам не свой, – сказала она. – Что– то случилось? Я сразу к тебе поднялась, думаю, мало ли что.

«Мало ли что», это что? Она решила, что Климент мог обидеть меня? Хотя, молодец тётя Лиза, в случае чего, она меня не оставит наедине с бедой.

– Всё хорошо, тёть Лиза, – успокоила я её. – Клима вызвали срочно в театр.

– Ну, хорошо.

Стоит не уходит. Не хочу её в дом приглашать, если она засядет, то её до вечера не выпроводишь.

– Слышала новость?

Что за вопрос такой, прежде чем спрашивать, надо объяснить, какую новость я могла слышать.

– Какую новость? – спросила я. Вижу, тёте Лизе не терпится рассказать мне о чём-то.

– Сосед наш, Егорка, с третьего этажа, ну, тот, что не в себе, больной который. – Тётя Лиза умолкла, ждёт, когда я кивну, что, мол, знаю, о ком идёт речь. Я кивнула. – Сегодня рассказывал, будто видел, как ночью в твоё окно женщина входила. Ну, ты представляешь, что говорит? Пора ему на плановое лечение ложиться в больницу, а то он нам устроит, он ведь и газ может оставить и воду не выключит. И ведь так расписывал, как будто, в самом деле, видел. Говорит, волосы чёрные, до пояса и рубашка на ней длинная до пят. Прямо в окно, говорит, сквозь стекло прошла.

Чёрт возьми, так ведь речь идёт об Аэлите, как есть. Когда я видела её во время телепортации, на ней, как раз была сорочка прозрачная, и волосы у неё тёмные.

– Ну, вот что с ним делать? – распаляясь, спросила тётя Лиза. – И куда Ирина Ивановна смотрит, сына в больницу надо везти, а она сидит себе на лавочке, улыбается, «божий одуванчик».

– Она старенькая уже, ей трудно с больным сыном управляться, – встала я на защиту соседей, потому что знаю, что Егорке не «привиделось», он реально видел духа, который вломился в мой дом. Просто меня дома не было, а так не знаю, что могло бы случиться.

Вот как, значит, душевно больные люди могут видеть «другой» мир. Как кошки.

– А мы-то тут при чём? – возмутилась тётя Лиза. – Нам-то за что страдать.

– Дай бог обойдётся, – ответила я и удивилась, что ответила именно так.

– Вот так Алиса, такой бред нёс, что волосы дыбом. Ладно, я пойду.

Я закрыла дверь и пошла на кухню, чтобы налить себе чаю. Всегда пью чай, чтобы успокоиться. В этой квартире я больше не останусь одна на ночь. И, что мне делать? Просить соседку переночевать со мной? Может ли дух навредить мне в моём мире?

Голова кругом и даже чай не помогает.

Откровения

Нет, никуда я не пойду и звать к себе никого не буду. Переживу, как-нибудь. Всё начиналось так хорошо, и я уже в мыслях парила над суетой, наслаждаясь силой и властью. В моей голове рождались вполне человеческие желания, об успехе, о безбедной жизни, о собственном могуществе, а в результате, я вынуждена искать защиту от блуждающего бестелесного духа, который почему-то из всех слушательниц выбрал меня. Не понимаю, почему она ко мне привязалась? Неужели, всё дело в том, что я пожалела её и пыталась помочь.

Конечно, я недооцениваю опасность, которая нависла над моей головой, поэтому такая рассудительная и в некоторой степени спокойная: я не знаю, чем мне грозит всё это.

Чёрт возьми, только бы Климент ждал меня, как обычно в одиннадцать тридцать у подъезда, не хочу оставаться в доме одна. Что если этот дух явится с помощниками? А у неё должны быть защитники, как у каждой нормальной женщины. Аэлита женщина, хоть и бестелесная и наверняка у неё есть возлюбленный, который жаждет отыскать для неё плоть.

Кое-как дождалась одиннадцати часов. Оделась и, прыгая через две ступеньки, выскочила во двор.

– В запасе полчаса, – улыбнувшись, сказал Климент. – Долго ты соображала, что покинуть дом самое разумное решение.

Значит, он был рядом. Приятное открытие.

– Ладно, полетели уже, – сказала я и подошла к Клименту, чтобы запрыгнуть ему на руки.

– Не сегодня, – отстранил меня Климент.

– Всё отменяется? Ты передумал мне помогать? – запаниковала я. Неужели, я обречена и мне уже никто не поможет, а Мастер снял с себя всю ответственность.

– Покажи мне твой город, – предложил Климент. – Зайдём в наше кафе, посидим на нашей скамейке.

Он, как будто издевается надо мной. «Наше кафе», «наша скамейка» бывают только у пар, которые строят отношения, а мы, можно сказать, коллеги. Климент не проявляет ко мне интерес, а я, хоть и влюблена в него, как кошка, не тешу себя пустыми надеждами.

– Ты накинулась на меня с обвинениями, и я решил, что тебе надо расслабиться, почувствовать себя нормальным человеком. Тебе надо успокоиться.

– Прости, что вспылила. Это нехорошо, я знаю, – повинилась я.

– Извинения приняты, – улыбнувшись, сказал Климент. – Итак, я приглашаю тебя пройтись по «историческим» местам.

– В кафе не пойду, – предупредила я, насупившись.

– Почему? – удивился Мастер.

– Оно уже закрыто, – рассмеялась я.

– Жалко, – посетовал Климент. – Мне нравится смотреть, как ты ешь пирожное.

– Не очень приятное зрелище, наблюдать, как человек ест, – заметила я.

– В жизни всё прекрасно, главное видеть чуть дальше и чуточку шире.

– Наверное. Обидно, что в жизни не всё так просто, иногда, чтобы взглянуть чуть "дальше" и чуточку "шире", не хватает средств. Жизнь не как красноречива, как мысли и мечты.

– Я понял, о чём ты. Несправедливость не есть единственная причина, нежелание чаще встречается.

– Ну, я не знаю, – не согласилась я, но высказывать своё мнение не стала. – Откуда у тебя столько денег? – не постеснялась спросить я. Нет, правда, это интересный вопрос.

– Подрабатываю «чревовещателем», – посмеиваясь, ответил Мастер.

– Шутишь? – удивилась я, приняв его признание за чистую монету.

– Шучу, – кивнул он. – Магистрат выплачивает гонорар за работу сотрудникам Академии. Или ты думала, что мы оказываем помощь благотворительно?

Точно, а я и не подумала об этом. Фаина, к примеру, живёт во внешнем мире, а преподаёт в Академии и, конечно, она должна получать зарплату, чтобы жить на что-то.

– Слушатели тоже не обделены вниманием Магистрата. В конце семестра ты удивишься сумме, которую выплатят и тебе, в качестве поощрительного гонорара. Главное, чтобы "хвостов" не было.

– Правда? – удивилась я.

– Давай присядем – предложил Климент, когда мы подошли к нашей скамейке.

– Конечно, – согласилась я. – Это было так давно и недавно вроде бы.

Сейчас я необыкновенно счастлива. Даже Аэлита и блудница, которые угрожают мне отошли на второй план. Я наслаждаюсь жизнью здесь и сейчас. Климент рядом и он сам предложил мне погулять по городу. Значит, ему интересно со мной общаться и просто проводить время вместе.

«Эх, воспарить бы теперь над суетой, на глазах у толпы! Жалко, что Климент не согласится».

– Ну и мысли у вас, девушка. Шокировать публику решили?

– Публика давно ждёт шока. Разжирели у людей мозги, совсем потеряли страх, да и зло окаянное разлилось чернильным мраком по земле. К тому же, народу мало, поздно уже. Только молодёжь, а им чудеса по вкусу.

– Вот как ты заговорила? – удивился Климент, выслушав меня.

– «Определённо хорошая погода сегодня…»

– Ты часто цитируешь Булгакова? – заметила я.

– Хорошая книга, добрая. Пособие, как получив силу и власть, остаться человеком.

– Герои вынуждены были покинуть землю, – напомнила я. – И сила у них была и власть, но они знали, что трудно остаться человеком – они это поняли, поэтому выбрали жизнь в «другом» мире.

– Ты часто сравниваешь себя с героиней романа? – спросил Климент.

– С Маргаритой? Раньше – да, теперь реже.

– Я не подхожу на роль Мастера, в этом проблема?

– Нет, дело не в Мастере, – возразила я и мои щёки вспыхнули. Неужели, у меня есть шанс? Поверить не могу. – Раньше я мечтала, как обретя силу и волшебство, накажу своих обидчиков, но теперь считаю это слишком мелким занятием.

– Осуждаешь Маргариту? – удивился Климент.

– Не осуждаю, но и не поддерживаю. Теперь, когда реальная опасность нависла над моей головой, я думаю, не из-за влюблённость в творчество Булгакова со мной случились все эти напасти? – призналась я.

– Напасти? О каких напастях ты говоришь?

– Климент, не надо меня успокаивать, я реально гляжу на вещи.

– Я твой Мастер, нравится тебе это или нет, и я позабочусь о тебе, – пообещал Климент.

Именно это я и хотела услышать от него. Не сказать, что я успокоилась в одночасье, но всё-таки стало легче.

– Почему я не чувствую никаких способностей в себе? – спросила я. – И страх, никуда не делся. Духу удалось запугать меня.

– Магию не чувствуют, магию применяют, – объяснил Климент. – Потерпи немного, скоро ты превзойдёшь все ожидания. А страх, он уйдёт, со временем.

– На острове я ничего не боюсь, – призналась я. – Только тут, среди людей.

– Когда ты возвращаешься во внешний мир, все прежние привычки и переживания возвращаются.

– Значит, теперь мне предстоит жить в страхе? Аэлита, и потом этот дух блудницы Элис преследуют меня.

– Всё не так просто, Алиса. Аэлита не проблема, а вот Элис, она из древних и это осложняет ситуацию.

– Я думала Аэлита моя ошибка. Я не распознала призрак и позволила духу обвести себя. Но откуда взялась Элис? Она как-то связана с Аэлитой?

– Возможно, – согласился Мастер.

Проблемы сами находят меня везде, даже в Академии Магических исследований я не нашла покоя. Прежние враги это детский лепет на лужайке, а вот древний дух – это уже серьёзно.

– Я случайный выбор или она искала именно меня? – решилась узнать я.

– Я не уверен. Когда пойму, обязательно сообщу тебе.

Мастер более чем откровенный со мной. Спросила и получила честный ответ. Чёрт возьми, что если духу нужна я и других вариантов Аэлита не рассматривает. Тогда при чём тут Элис? Она поможет Аэлите завладеть моим телом?

– Есть кое-какие мысли, – произнёс Климент. – Аэлита могла выбрать именно тебя.

– Почему? – чуть не плача спросила я.

– Потому что вы похожи.

– Разве? Не думаю. Она тёмненькая, а у меня волосы русые и глаза у меня зелёные, – сбивчиво стала рассуждать я.

– Аэлита твоя копия, ну или ты её копия.

Да что там отпираться, так и есть. Я сразу заметила, только признавать этот факт не хотела. Даже фигуры одинаковые и рост и глаза…

– Ты поможешь мне? – обречённо выдохнув, спросила я.

– Я за тебя в ответе.

Мастер не оставит меня, он будет со мной до конца. Но только, как мой Мастре, не более. Об отношениях не может быть и речи. Не до того теперь.

– В Академии начались каникулы, и слушатели разъехались по домам, – сообщил Климент. – Три дня на восполнение сил.

– Ты уйдёшь? Оставишь меня одну? – воскликнула я.

Мне страшно. Я хоть и ведьма, но пока ещё недейственная ведьма. Если ко мне явится дух, вряд ли я смогу дать ей отпор.

– Нет, я не оставлю тебя, мне нужно контролировать ситуацию. Придётся тебе потерпеть меня.

Вот так лучше. А что касается «потерпеть», так это пусть он терпит, а мне нравится проводить время с ним.

– Значит, теперь идём ко мне? – поинтересовалась я. – Я проголодалась, мы можем вернуться домой и разогреть пиццу.

– Ладно – согласился Климент и поднялся со скамейки. Он подал мне руку и я с удовольствием вложила свою руку в его крепкую ладошку. Так, взявшись за руки мы и возвращались ко мне домой.

– Как ты попал в Академию?

Климент улыбнулся и покачал головой.

– Долго же мне пришлось ждать этот вопрос. Ты любопытная, а тут столько выдержки.

– Я любопытная, но я ещё и воспитанная, – обиженно пробормотала я.

– Хорошо, – кивнул Климент. – У меня есть предложение. Мы ведь не хотим спать?

– Нет, конечно, – с готовностью ответила я. – В последнее время, я ложусь спать не раньше трёх часов.

– Тогда вперёд. Ты узнаешь много интересного обо мне. Хочу кое с кем познакомить тебя.

Неужели, Климент решил мне довериться? Ещё один бонус в мою «копилку».

Добираться пришлось долго. Друзья Климента, как оказалось, живут на окраине города. Целый час ехали на автобусе, а потом от остановки шли минут десять. Домик неприглядный и крохотный. Забор прохудился, ворота перекошены, короче, жуть. Здесь живёт ведьма? Или древний старец?

– Страшно тебе? – посмеиваясь, спросил Климент.

– Вовсе нет, – хмыкнула я, хоть и знаю, что от него страх не утаить. – Да, мне страшно, – призналась я.

– Но ведь ты теперь не одна, – успокоил меня Климент. – Неужели, не доверяешь мне?

– Если бы не доверяла, не пошла бы с тобой на «край земли», – фыркнула я.

Климент рассмеялся в голос.

– Подумай, что больше страшит тебя, то, что ты оказалась у незнакомого дома, на «краю земли», как ты выразилась, или то, что ты теперь могла бы остаться дома одна?

– Дома одна, – сразу ответила я.

– Делай выводы и избавляйся от страха посредством сравнения.

Так просто? Действительно помогает.

– Пойдём, Фабий уже ждёт нас.

– Фабий? Какое странное имя.

И подумать не могла, что в нашем городе может жить человек по имени Фабий. Чего только не бывает в жизни, и кого только не встретишь в этой жизни.

– Ты его предупредил? – спросила я. – То есть ты к нему собирался заглянуть и предупредил заранее, так?

Не представляю, как можно идти в гости в час ночи. Так неудобно.

– Фабий всегда рад мне. А предупреждать не к чему – он чувствует меня на расстоянии.

– Он твой родственник?

– Можно и так сказать, – кивнул Климент.

– Ладно, пойдём, пока я не передумала, – на выдохе сказала я.

Без стука и без предупреждения мы вошли в сени. Это такая большая кладовка, которая так же является коридором. Темно, сыро и пахнет мышами.

– Входи, – отворив тяжёлую деревянную дверь, пригласил меня в дом Климент.

Просторная в скромном убранстве комната, как и следовало ожидать, судя по фасаду дома. Ничего особенного, стол с круглой столешницей, венские стулья вокруг него, шкаф с посудой и потрёпанный диван тут же. «Допотопная» кухонная утварь на полках. Даже холодильника нет. Пол деревянный и выкрашен голубой краской. На окнах нет штор, зато есть жалюзи. Есть ещё одна комната, но туда дверь закрыта.

Кто может жить в таком скромном доме? Я уже представила, как из комнаты выходит древний старичок, опираясь на клюку. Он должно быть седой и с бородой.

– О, мой дорогой друг, – выскочил из комнаты молодой человек лет тридцати – тридцати пяти, дерзкий, стремительный и немножко возбуждённый. – Давненько о тебе не было ничего слышно.

– Примешь нас? – в шутку поинтересовался Климент.

Хозяин заметил меня и, приложив указательный палец к губам, произнёс задумчиво.

– Сильная ведьма, но слабая духом. Однако это поправимо. Как тебе удалось отыскать её?

Это он обо мне? Он ошибается, наверное, какая я ведьма, так, одно название.

– Сам удивляюсь, – посмеиваясь, ответил Климент. – Но, знаешь, её сила помогла мне вычислить её в толпе.

– Девять из десяти по шкале, – нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, продолжил обсуждать мои способности Фабий.

– Надеюсь, что так и есть, – потирая подбородок, сказал Климент.

– Есть проблемы? – поинтересовался Фабий.

– Кое-что намечается, – сдержанно ответил другу мой Мастер.

– Она с тобой, значит, ей нечего опасаться, – подмигнув мне, сказал Фабий.

Он уверен, что Климент защитит меня, и эти слова дорогого стоят.

– Сядем за стол, – предложил Фабий. – Елена, встречай гостей, – позвал он.

Из комнаты вышла красивая девушка. Волосы заплетены в косу, на ней домашнее бесформенное платье до колен, но оно смотрится на девушке прикольно, на ногах домашние «уги».

– Елена, Климент пришёл не один, с ним его подружка, представляешь?

– Неужели? – воскликнула Елена. – Очень рада за тебя, Климент.

– Алиса, моя ученица, – опроверг Климент предположение Фабия, что я его девушка. Зачем он так? Мог бы и промолчать.

– Ну, это как сказать, – неторопливо произнесла Елена. – Время покажет.

– Эй, не раскрывай карты, – одёрнул Фабий свою пассию.

– Не думаю, – покачав головой, ответил за нас Климент.

Елена стала собирать на стол угощения. Налила в чашки чай и села за стол. Она такая лёгкая, я бы даже сказала воздушная. Я бы хотела походить на неё во всём, даже в движениях. Но я другая, медлительная и нерасторопная. Мне не нравиться заниматься хозяйством, и я не радушная хозяйка.

– Какие новости? – спросил Фабий.

– Алиса изъявила желание познать меня, – признался Климент.

– А ты? Ты ей отказал? – ахнула Елена.

– Алису интересует моя биография, – сдержанно ответил Климент и сурово взглянул на Елену.

А та рассмеялась в голос. Даже её бесцеремонность выглядит мило. Мне определённо нравится эта девушка, как будто я знала её раньше. Я бы хотела подружиться с ней.

– Ты хочешь узнать всё? – наклонившись ко мне, спросил Фабий. Я кивнула, соглашаясь. – Всё не так просто, – резко отпрянув, сказал он.

У этого парня, наверное, гиперактивность зашкаливает. При моей медлительности, для меня происходит всё слишком быстро. Я так поняла, что Фабий и Климент друзья – они дополняют друг друга, потому и сдружились.

– Когда Елена училась в Академии, её наставником был Климент. Она могла бы рассказать тебе больше, но я ей не позволю расхваливать других мужчин в моём присутствии, – в шутку сказал Фабий.

Елена училась в Академии? Значит, и она ведьма? Хотя, чему я удивляюсь. Я случайный человек в их магическом мире. Они живут своей жизнью. Учатся, встречаются, и не понятно, чем занимаются.

– Да, Елена ведьма и её способности я оцениваю, как десять из десяти, – сказал Фабий.

А меня оценил девятью баллами, значит, Елена сильнее меня.

– А для чего всё это? – спросила я, удивив всех своим вопросом. – Академия и слушатели, зачем?

– Я могу быть откровенным? – спросил Фабий у Климента. Мой Мастер кивнул, дав своё

согласие.

– Алиса решила познать не только меня, но и самую суть, – сказал Климент и откинулся на спинку стула.

– Вам, ведьмам, пришлось бы несладко, если бы не вышли из пустыни вам в помощь.

– Вы пришли из пустыни?

– Ты ей не говорил? – удивился Фабий.

– Нет, он мне вообще ничего не рассказывал о себе, – обиженно отозвалась я.

– Мы вышли из пустыни давно. Очень давно, во времена инквизиции. Многих так и не удалось спасти. Жаль. Сколько же знаний было утеряно!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю