Текст книги "Бывший. Верну тебя (СИ)"

Автор книги: Вика Тверская

Соавторы: Ольга Игонина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 28

Утром просыпаюсь до будильника. Новая кровать оказывается настолько удобной, что я, кажется, за ночь ни разу не пошевелилась. Ощущение, что меня обложили десятком мурчащих кошечек.

Быстро собираюсь на работу. Настроение боевое.

Первая запись в ежедневнике – прижать Марину. Не хочу сразу о ней думать плохо. НО... Все факты против нее.

Захожу в офис, следом за мной идет виновница моего испорченного настроения. На ловца и зверь бежит.

– Марин, зайди, пожалуйста, есть разговор, – киваю на кабинет.

– Ага, иду. Ты чего рано вернулась, отдых надоел? – она сама любезность. Так умело притворяется?

– Марин, о чем ты разговаривала с Рокотовым? – иду с места в карьер. – Ты ведешь двойную игру? – вспоминаю моменты, когда она была еще сотрудником Марка, а уже вовсю помогала мне.

– Я? – на лице удивление.

– Игорь! – зову помощника из приемной. Слышала, что он только недавно вошел.

– Ого, доброе утро! – Игорь высовывается в дверной проем. – Не ожидал вас увидеть, но рад вам. Кофе хотите?

– Нет, лучше расскажи, при каких обстоятельствах ты видел Марину и Рокотова, – смотрю на нее, жду реакцию на разоблачение.

– Ой, – он прикрывает рот рукой. – Простите… Произошла ошибка.

– Игорь! – строго. – Ты не обязан ее выгораживать!

– Да вы о чем вообще? – встревает Марина. – Когда это я с Рокотовым общалась?

Нет, ну сколько же в ней наглости. Разве только…

– Я не ее видел, – виновато произносит помощник. Другая ваша девушка была. Ира, значит. Я вам сразу сказал, что так быстро всех не запомнил.

Ох, и помощник мне достался! Бедная Марина, всегда у меня под подозрением. То я считала, что она любовница Марка, то в предатели ее зачислила. Не по своей вине, конечно.

– Мда, дела… – Марина первой нарушает неловкое молчание.

– Прости, пожалуйста… – мне настолько стыдно, что хочется залезть под стол.

– Да ничего. Хорошо, что выяснили, а то б молчком меня уволила, и я бы гадала потом, где накосячила.

– Извини, правда, жутко стыдно.

– Пойдем, будем Ире темную устраивать. – Марина смеется. – А ты, мальчик, останься.

Игорь послушно кивает.

– А еще лучше – в угол встань. Тебе полезно будет.

Заходим в бухгалтерию. Главная подозреваемая уже на месте.

– Приветик, ммм, у кого так вкусно пахнет кофе, – Ира рада нашему появлению.

На ее столе на беззвучном звонит телефон. “Андрей”. Она сбрасывает звонок, тот звонит повторно.

– Ира, а не Рокотов ли тебе названивает? Может, сверим номера Андреев? – начинаю злиться. Она уже меня обманула, а теперь делает это, глядя в глаза.

– Ира, – Марина настроена серьезно. – Выкладывай все, что знаешь!

– Девочки, вы о чем? – Ира хлопает глазами.

– Дурочку из себя не строй! – Марина берет на себя роль прокурора. – Давно ты с ним спуталась?

“Андрей” снова названивает. Марина хватает трубку и выходит в коридор.

– Куда? – Ира бежит следом. – Быстро отдала!

Ну, прямо детский сад. Не хватает ведерка с формочками, чтобы после ссоры пойти дружно лепить куличики.

Марина вбегает в мой кабинет. Шепчу Игорю, чтобы на всякий случай вызвал охранника. Вряд ли она будет на нас нападать, но подстраховка лишней не бывает.

Закрываемся втроем.

– А теперь четко, спокойно и без эмоций расскажи нам, пожалуйста, как давно ты работаешь на Рокотова, что уже успела слить про нашу компанию и что ему вообще от тебя надо, – внутри клокочет буря, но я стараюсь говорить как можно спокойнее.

– Я на него не работаю! – отвечает с вызовом.

– Все понятно, – Марина складывает руки на груди, – подсудимая отказывается сотрудничать со следствием.

– Я на него не работаю, – повторяет уже спокойнее.

– Но ты с ним встречалась? – удивленно спрашиваю.

– Да.

– Ого! – одновременно вздыхаем с Мариной.

– Зачем? – задаю вопрос и тут же понимаю ответ. За тем же, за чем он встречается со всеми остальными девушками.

– А что, у меня не может быть личной жизни? – взбрыкивает.

– Может. Я в нее и не лезу, но все что касается компании, мы с Оксаной обязаны знать. Выкладывай. Ты ведь точно не в парке с ним столкнулась. И ни за что не поверю, что рабочие вопросы вы совсем не обсуждали.

– Мне позвонила какая-то тетка, предложила работу, – Ира теребит край юбки. – Я отказалась. Потом мужик звонил. Говорит, что я просто обязана с ним встретиться. Уговаривал так, что я в итоге согласилась. Но я не собиралась от тебя уходить! Просто интересно стало, что ему от меня так сильно нужно было. Он тоже работу предложил. Я сразу говорю – ничего менять не собираюсь, мол, все устраивает. Он – а ничего менять и не надо. Про хозяйку свою мне докладывай – что делала, что будет делать и прочие важные вещи. Я развернулась и ушла.

– И не подумала, что мне стоит об этом сказать?

– Я собиралась, просто…

– Что просто? – как же меня бесят эти замалчивания и театральные паузы. Я сама должна догадаться, что там произошло?

– Если честно, испугалась. Не знала, как лучше сказать. И у тебя своих проблем хватало. Плюс, Андрей, он… Как бы это сказать… такой милый. И при деньгах. На свидание позвал.

– За баблом, значит, потянулась, – зло кидает Марина.

– Это вы замужем, а я уже в статус “старая дева” перехожу.

– Ир, ты меня просто поражаешь… – после последней фразы даже злиться на нее перестала.

– Да в чем проблема-то? Я ведь отказала!

– Но он хотел, чтобы ты сливала на меня инфу! И ничего мне не сказала.

– В бизнесе такое часто встречается. Кто-то кого-то подкупает, подставляет и прочие махинации. Мали ли, что он хотел, я не сказала ни слова про фирму.

Мы замолкаем. Раздается робкий стук.

– Я тут принес кое-что, – Игорь заглядывает в кабинет, в руках поднос с дымящимися чашками. – Подумал, что вам пригодится.

Марина удивленно на меня смотрит. Читаю в ее взгляде – мол, ты с этой будешь сидеть кофе распивать?

А ведь я думала, что они подруги. Что мы тоже можем стать подругами.

Хотя сейчас понимаю, что дружба с сотрудниками – не самый лучший путь для руководителя. Я же хотела, чтобы у нас была общая фирма, но забыла, что ответственность за нее несу только я. А они выходят за территорию парковки и забывают о ней до следующего рабочего дня. Надо вводить субординацию. А дружба – только за территорией. Так и проку будет больше, и мои нервы целее.

– Ладно, есть у меня одна идея. – Пока сама не уверена, что сработает, но попробовать можно.

Глава 29. Регина

Открываю кошелек, снова в нем одна мелочь. С такими запасами долго не протянешь.

Когда я уже начну жить как богатая девушка? Чтобы не считать копейки и не выискивать продукты по акции. Такими темпами я скоро докачусь до того, что буду вместе с бабками ковыряться в ящиках с гнилыми яблоками, которые распродают за полцены.

Разглядываю себя в зеркало – и почему такая шикарная красотка сидит дома в одиночестве? Грудь налилась, бедра округлились. Животик, правда, тоже, но если повернуться вполоборота, то практически незаметно.

Не понимаю я этих мужиков. Я б на их месте дралась бы за себя. Тупые мужланы. Из-за них приходится торчать в коммуналке с толпой соседей.

Из квартиры пришлось съехать – платить за отдельную двушку мне уже нечем. Я и так за эту конуру отдала последнюю заначку. Через неделю очередной платеж, а я без понятия, где взять денег.

У кого бы занять? А еще лучше – попросить, точнее, просто взять, чтобы отдавать не пришлось.

Я уже всех подруг растеряла. Как-то позвонила Машке, то есть Мари, как она любит себя называть. Она, как всегда занята, но в кафешку пойти с ними все же пригласила. Что ж, и на том спасибо.

Я отмахнулась новым ухажером. Мол, любит меня до безумия, ни на минуту от себя не отпускает. Подарками заваливает и по курортам возит.

Не знаю, поверила она или нет, но не скажу же я ей правду – что мне даже на чашку чая не хватит в тех местах, где они привыкли собираться.

Зато Люська сама мне названивает. Этой все равно, где встречаться, хоть в подворотне, хоть на кухне в нашей коммуналке. Но я не хочу.

Для меня Люська – как шаг назад, не могу позволить себе опуститься до ее уровня. Она ассоциируется у меня с дешевым пойлом, семечками, лапшой быстрого приготовления, сплетнями и быдлатыми пацанчиками с района, о которых мы грезили в юности.

Одним словом – с нищетой, из которой я так старательно выбиралась.

Где же взять деньги?

Пора, наверное, опять наведаться к “бабушке”. Точно! Как же я упустила из виду богатую старушку.

Обнимаю живот. Вот же мой козырь – сейчас еще на недельку себя обеспечу.

Как раз мне на узи нужно сходить. Вот из женской консультации сразу к ней и отправлюсь.

Набираю ее номер, но она не берет трубку. Ладно, нагряну без предупреждения. Устрою ей сюрприз по-родственному.

На улице дрянная погода. Ищу колготки под штаны, все уже рваные. Бесит эта бедность. Иду так, надеюсь, что джинсы на морозе не встанут колом.

Покупаю на последнюю сотню молоко, сдобную косичку и пачку дешевого сахарного печенья – хвала акциям сетевых супермаркетов! Продукты стремные, но как гостинец для будущей свекры сойдут. Судя по ее образу жизни и стремлению к накопительству, она вряд покупает для себя что-то подороже.

Считаю последние копейки. Какой-то отстой, на автобус не хватает. Если возьму с кредитки, то точно не смогу остановиться, пока ее в ноль не уведу.

Пойду пешком, будет и на тело нагрузка, и немного сэкономить получится. Погода портится еще сильнее, по лицу катятся капли воды вперемежку со снегом.

Блин, да когда же это все закончится! Где мой грузовик с пряниками? Вселенная, ну где я так накосячила, что все, что у меня в жизни есть, приходится с таким трудом выгрызать самой? Можно, хоть немного наградить мои труды?

На домофон старуха не отвечает, приходится еще померзнуть, пока из подъезда не выходит собачница.

– Вы к кому это? – тявкает она, перекрывая мне проход.

– К Валентине Семеновне, – отвечаю машинально. Хотя я совершенно не обязана оправдываться перед этой клушей, которая возомнила себя владычицей подъезда.

– А кто она вам? – не унимается. Ее мелкая противная псина запрыгивает мне на джинсы.

– Свекровь. Дайте пройти уже.

Оттираю ее плечом и захожу в подъезд. Я так околела, что бросаюсь к батарее и прижимаюсь к ней всем телом.

Чуть отогреваюсь и спешу наверх. Вот она заветная дверь, где живет моя “золотая антилопа”.

Нажимаю на звонок, слышу, как бабка шаркает по ту сторону, наверняка в глазок на меня пялится. Вдруг замирает, не спешит открывать.

– Бабушка, твой внучек в гости пришел! – делаю шаг назад, чтобы меня было лучше видно, и наглаживаю живот.

– Ох, – дверь наконец-то открывается. – Пришла все-таки.

На лице нет улыбки, губы поджаты. Кардинальная перемена после нашей последней встречи. Неужели обиделась на меня за то, что я ей не звонила.

Прорываюсь в квартиру. Валентина Семеновна перекрывает мне проход в комнату. В квартире воняет жареным салом. Что ж за вонь такая, нужно срочно открыть все окна, дышать нечем.

– А я так соскучилась! – раскрываю руки для объятий, но бабка не реагирует на мой жест. – Всю неделю на работе загрузили по самую макушку. Ни минутки не было позвонить, – тараторю. – А потом думаю – да что звонить, лучше так приду проведать. Вживую ведь лучше общаться, согласны?

Она кивает, но с места не двигается. Да что происходит-то?

Старая кошелка, ты ослепла что ли? Не видишь, что я дрожу от холода, ноги все промокли?

– А мы не с пустыми руками, – протягиваю пакет с гостинцами.

– Хорошо, Региночка. Хорошо, что о бабушке не забываешь, – наконец из ее рта вырывается более-менее приветливая фраза.

– А я только что с узи. С малышом все в порядке!

– Ладно, – сухо отвечает.

По голосу не понимаю ее настроение. Неужели обнаружила пропажу?

– Так холодно. Руки все отмерзли. Носки, думаю, хоть выжимай, – переминаюсь с ноги на ногу. Какая же непонятливая, куда ее гостеприимство делось.

– Да, погода сегодня не очень. У меня тоже суставы ноют и спала плохо.

Что вообще происходит? Кладу руку на желудок, делаю страдальческую мину.

– Хоть срок еще и не большой, – опираюсь на стену спиной. – Изжога замучила. С утра еще поесть не могла, тошнило очень. Есть хочу.

Передо мной какая-то непроходимая стена в виде тучной тетки-бабки.

– А у вас с Маркушей как было? Тоже кислотность шпарила? – может, через мемуары смогу пробиться.

– Да по-разному было, забыла уже, не вчера ж происходило.

Спускаюсь на пол, сижу, как беспризорник, только кепки для монет передо мной не хватает. Выдавливаю слезу.

Вот же старая зараза! Перед ней беременная девушка рыдает, а ей хоть бы хны.

– У меня такая беда случилась… – всхлипываю. – Даже не знаю, какой выход найти.

– Что? – выдавливает нехотя.

– Я смогу у вас немного пожить?

Смотрю на бабку снизу вверх. Может, ей просто не видно, насколько сильно мне плохо? Поднимаюсь, одной рукой тру глаза, другой хватаюсь за живот.

– Вчера у нас потоп был. У соседей что-то прорвало. Сначала в ванной все залило, потом вода из розеток потекла. Пока все не просохнет, электричество включать нельзя.

– Мда, беда, – сочувственно кивает.

– Мне некуда идти.

– Сочувствую.

На самом деле нет, я же вижу прекрасно ее безразличную рожу. Что с ней произошло?

– Вы могли бы мне помочь? – умоляюще складываю руки.

– Чем?

– Так я и спрашиваю – я могу у вас пожить?

– Это же не на один день. А я привыкла жить одна, – вроде не отказывает напрямую, а как-то юлит. – Регин, у тебя же мама есть. Вот к ней и езжай. Ты сама откуда?

– Из Первомайского, это больше сорока километров до города. – Не договариваю, что еще до поселка надо больше пяти километров топать по бездорожью.

– Так туда маршрутки ходят, полчасика, и будешь у матери.

Вот так номер. То есть помогать она мне не собирается?

– Мне же на работу ездить.

– Еще месяца три, а потом в декрет пойдешь. Ты, кстати, где работаешь? Вроде, говорила, что уволилась.

Я сама уже не помню, что я ей говорила.

– Там не полчасика ехать, а почти час, – перевожу тему.

– Деточка, это же ерунда. Я маленькая почти столько пешком в школу в одну сторону ходила. А ты себе места найти не можешь. Есть же квартиры посуточно, гостиницы, костелы или как их там, хостелы, где койко-место можно снять.

Я не понимаю, что происходит. Неужели Марк или Оксанка приходили, про меня наговорили гадостей.

– Вы же знаете, у меня сейчас ни копейки. Может, вы мне немного займете? – надеваю нелепую просящую улыбочку.

– Занять? Так ты ведь уже у меня заняла. Причем без спроса.

Голос резкий, звучит хлестко, как пощечина.

– В смысле заняла? – кажется, я перебарщиваю с удивлением.

– В свой прошлый приход. Вспоминай, как взяла лишнего.

– Я? Я ничего не брала. У вас что-то пропало? – делаю круглые глаза.

– Регина, в мою квартиру не так просто попасть. Ты была последняя из чужих, кто здесь шарился. И у меня пропали деньги.

– Пять тысяч? – закрываю рот рукой. Какого хрена я сама себя сдаю.

– Да-да. Деньги верни, не для тебя их откладывала. Я тебя проверяла на вшивость. И ты не прошла ее.

– Да вы что! Валентина Семеновна, вы меня подозреваете?

– Пфф, подозреваю? Да точно об это знаю. Марк тебя, потаскушку, сразу разглядел, вот почему он с тобой так разговаривал, – отчитывает меня. – А я решила сама проверить. На свою дурость.

– Да как вы можете… – вот теперь слезы по-настоящему льются по моим щекам.

– Мне с тобой тут некогда возиться, так что предлагаю два варианта. Первый – прямо сейчас я звоню в полицию, они заводят на тебя дело, а дальше – все в руках правосудия.

– А второй? – робко спрашиваю.

– Ты возвращаешь мне деньги, и я забываю все, что ты натворила.

– Вы же знаете, что у меня нет.

– Это не моя проблема. Найдешь. Ты девочка способная.

– Я не для себя брала, а для внука вашего!

– Внука? Пока я перед собой вижу только наглую воровку.

Открываю кошелек, высыпаю последние двенадцать рублей.

– Вот! Это все, что у меня есть. Возьмете? – как бы мне хотелось кинуть эту горсть ей в морду.

– Регин, Марк сильно в тебе разочаруется. Он и так не в восторге, а если деньги не вернешь, у тебя не будет никаких шансов на реабилитацию.

Блин, слезы капают. Больно. Я снова накосячила…

– Я найду деньги, пока не знаю где.

– И не вздумай меня обмануть! Если с собой нет такой суммы, оставь что-нибудь в залог.

– Да забирайте! – срываюсь на крик. – Что вам отдать? Сережки? Браслетик?

– С китайского рынка? – усмехается.

– Ну, какие уж есть. Я вообще молчу про ваш застиранный халат.

– А вот хамить мне, девочка, не надо. И не таких на место ставила.

Очень хочется ответить, но я не знаю, чего от нее ожидать.

Резко поворачиваюсь и толкаю дверь.

– А вот это ты зря! – хватает меня за куртку и дергает назад. Еле удерживаюсь на ногах.

– С ума сошла, карга старая! – теперь уж я не стесняюсь в выражениях.

– Паспорт давай. Будем считать, что ты микрозайм у меня взяла. Под процент.

– Ладно, – вытаскиваю из сумки. – Корова тупорылая, еще посмотрим, как ты будешь за мной бегать, когда сын родится.

– А это мы вместе с тобой посмотрим. Сначала в больничку сходим, тест сделаем. Вместе результат заберем. А потом видно будет.

Стерва, уродка! Я найду способ отомстить тебе так, что запомнишь это на всю жизнь.

* * *

Открываю глаза, мужская волосатая рука крепко прижимает меня к себе. Так бы и лежала рядом с ним весь день, но придется выползать – мать на утро взяла талончик в поликлинику, сказала, чтоб я приехала с Мишей посидела.

Нашла время по врачам таскаться. Давление у нее, видите ли, скачет.

С чего ему скакать? Сидит дома целыми днями, они даже гулять нормально не ходят. До магазина и обратно.

Ноет, что я денег стала мало переводить. А я их откуда возьму, если она заработать нормально не дает?

Снова звонит. Да приеду я, приеду! Сбрасываю и прижимаюсь к любовнику. Он мнет мою грудь и плавно спускается ниже.

– Аркаш, мне пора вставать. И тебе тоже, – отодвигаю его руку и сползаю с кровати. Иду голышом на носочках к зеркалу. Так более выгодный ракурс.

– Региш, давай никуда не пойдем. Мне твоей любви не хватило ночью. Может, на второй круг? – спросонья басит.

Блин, пузо уже торчит. Пытаюсь его втянуть.

– Слушай, а ты точно не беременная? А то бабка Семеновна говорила, что у нее внук скоро родится.

– Так это от другой невестки, – спешу оправдаться. – Я-то уже взрослая девочка, чтобы такие ошибки делать. Просто так не залетаю.

Что за дурацкие вопросы, не понимаю я этих мужиков.

– Что тебе еще интересного бабка рассказывала? Как сильно влюблена в тебя и хотела видеть на себе твое молодое и гибкое тело? – хихикаем.

– Не без этого, даже скидку хотела мне сделать. Но для меня это дело принципа, я не сплю с теми, кто мне не мил, денег у меня и так достаточно.

Ох, как греют эти слова. Идите ко мне, денежки Аркашкины. Забываюсь, потягиваюсь и зеваю от души.

– Регин, что-то мне кажется, что ты врешь, – вот теперь он открыл глаза и разглядывает меня. – Я вполне могу отличить пузо, набитое булками и беляшами, от беременного животика.

Судорожно ищу халат, надо срочно прикрыться, пока он еще чего не разглядел.

– Ага, еще скажи, что сам беременным ходил… – пытаюсь перевести в шутку.

– Нет, но у меня трое детей. Так что развитие беременности видел с нуля.

– Трое? – от этой новости аж тошно становится.

Это ж сколько алиментов мимо уходить будет. Надеюсь, у него хватило ума оформиться на минимальную зарплату, чтобы денежки на сторону не утекали.

– Да, две дочки и сын.

Заявляет с гордостью и смотрит на меня таким взглядом, будто ждет одобрения. Я должна порадоваться твоей плодовитости?

Дружочек, у меня сейчас одна задача – привязать тебя к себе покрепче, а потом разыграть представление под названием “преждевременные роды”.

Иду на кухню, кидаю чайник на плиту. Лезу в холодильник, есть уж очень хочется.

Меня встречают пустые полки. Надо ему сказать, чтобы доставку заказал поскорее, а то времени у меня уже немного.

– Аркаш, – стаскиваю с него одеяло. – У тебя две сумки собраны. Ты куда собираешься?

– Так у меня контракт закончился. Все, мои дела тут завершены. Собираюсь домой.

А почему раньше не сказал? Сбежать захотел. Или готовил сюрприз?

– Ого, и в какой город мы поедем? Ты так мало говоришь о своей той жизни.

– Мы поедем? Регин, а нет никаких мы. Я поеду домой. У меня жена, трое детей, я же сказал тебе.

– Ты про детей только сказал, – растерянно.

– А еще две собаки и черепаха.

Он так запросто говорит о семье, что я теряюсь.

– Но… – только и могу вымолвить.

– Боюсь, что тебе в этой жизни места нет.

Аркашка встает с кровати. Запевает фальшиво “Миленький ты мой, возьми меня с собой, там в краю далеком буду тебе женой”.

– Ты мной пользовался? – его слова ударяют как молотком. – А я тебе верила! – сажусь, ноги под себя.

– Я готов оплатить твои услуги. – Вытаскивает из портмоне несколько купюр, кладет их на стол. – Купи себе что-нибудь для утешения. Да, и если не сложно, собирайся поскорее. Мне уже пора выезжать.

– А завтрак?

Хоть покормить-то он меня должен. Надо задержать его как можно дольше. Если не получилось привязать к себе, попробую сделать компромат.

Незаметно включаю камеру на телефоне, скидываю халатик и подхожу к нему, виляя бедрами.

– О, нет, дорогая! – выставляет руки вперед. – Телефончик свой убери.

Резко отставляет меня в сторону, хватает мобильник и вырубает его. Сволочь!

– Одевайся.

Не говорит – приказывает. И ждет, пока я полностью не натяну все вещи.

– А деньги возьми. Пригодятся на ребеночка, – ухмыляется.

Сгребаю купюры.

Пять тысяч. Проклятая сумма.

Звонок в дверь. Может, жена приехала, и я сейчас разрушу еще одну семью, а потом согрею и утешу на своей груди?

– Аркадий, доброе утро! Я прям грущу, что вы уезжаете. Вы такой хороший жилец.

Моя несостоявшаяся свекра? Вот прекрасный шанс сделать ей больно. Раздеваюсь и плавной походкой выхожу в коридор.

– Валентина Семеновна, доброго дня вам! А мы гостей не ждали, простите, что принимаем вас в таком виде.

Ее лицо становится багровым, тонак выглядит дешевой маской. На лбу испарина. Да, карга старая, теперь и ты знаешь, что такое когда тебя предают, когда тебе делают больно.

Бабка молча забирает ключи. Качает головой и выбегает из квартиры. Дверью хлопает так сильно, что это наверняка слышал весь подъезд.

– И зачем тебе это было нужно? – разочарованно спрашивает Аркадий. Ему что, реально жалко эту индюшку?

Одеваюсь. Чмокаю его в щеку.

– Хороший ты мужик, жаль, не мой.

– Ой нет, Регин, ты прекрасная любовница. Вот и держись этой линии, не лезь в жены. Не справишься.

Показываю ему средний палец.

Мать снова звонит, но мне сегодня некогда.

У меня в кармане пятерка и меня ждет встреча поважнее.

Иду вызволять свой паспорт.

Дверь распахивается после первого же звонка.

– Никакой совести у тебя нет. Тварь поганая! – глаза красные. Значит, хорошо я ей отомстила.

– У меня? Да я и без нее прекрасно живу. Вот ваши деньги, – кладу на комод купюры.

– Молодец, телом хорошо зарабатываешь.

– Паспорт верните.

– Что? Какой паспорт?

– Прекрасно знаете, какой.

Ее жалкий вид действует на меня странным образом – почему-то начинаю обращаться к ней на вы.

– Я свой при себе держу, и тебе советую документами не раскидываться, – гаденькая щербатая улыбка.

– Коза старая, верни мой паспорт! – кидаюсь на нее, бабка выставляет вперед швабру и делает шаг назад.

– А ну вон пошла! У меня полиция на быстром наборе! – показывает мобильник. – Еще одно движение, и я нажимаю на вызов.

Она угрожающе тычет в меня шваброй. Невольно закрываю живот руками и пячусь к выходу.

– Я просто хотела забрать свой паспорт, – бормочу. – Вы ведь сами сказали, что вернете, когда я отдам вам пять тысяч.

Вот я дура, теперь еще и без денег осталась.

– У нас по конституции паспорт – главный документ. И его надо беречь. За утерю штраф. А у тебя, как я понимаю, как у плохого латыша – один хрен и душа. Сходи лучше в полицию, напиши, что потеряла. И тебе сделают новый. Жаль, мозги не смогут дать. Бедная ты, Регина, но мне тебя не жалко. Катись отсюда.

Выпихивает меня из квартиры, хлопает дверью. Слышу, как щелкает замок.

Твою ж мать…

Нужно снова вертеться-крутиться, чтобы выжить. А времени остается все меньше и меньше…