Текст книги "Выйду замуж за первого встречного (СИ)"
Автор книги: Вика Тверская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)
Глава 9. В логове холостяка
Дальше все завертелось со скоростью света.
Так обычно и бывало, когда Ленка брала управление жизнью в свои руки. Она вмиг распорядилась, чтобы Варя так и продолжала держать кофе у себя, потому что «ее джинсы не заметят разницы, если на них капнуть, тем более, капнуть она может в прорезь, а наши наряды пострадают, поэтому нам надо поскорее в нормальное помещение, где можно прийти в себя», выяснила, где живет Кирилл и дала ему указание ехать домой как можно быстрее, «мы же не на корыте, в конце концов, а на крутой тачиле».
– Я, собственно, туда и собирался! – Он попробовал взять инициативу в свои руки, но перебить Ленку уже было невозможно.
– Костюм у тебя есть? – У нее в голове уже созрел четкий план, и она шла по нему. – Наверняка есть. Черный. Нет! Лучше синий! Синий есть? Или галстук в тон. У нас же свадьба в бело-синих тонах. Как я могла забыть? Надо бы соответствовать.
– Найдем. – Кириллу наконец удалось вставить слово.
А Ленка продолжала командовать:
– Пока будешь переодеваться, мы перекусим. Потом двинем по нашему плану. Фоток с загса у нас ведь не будет. А народ потребует фотоотчет. Так что отвлечем их внимание. Варя, где можно сделать пару кадров, чтобы было похоже, как будто мы только из загса? Нужно что-то официальное.
Варя задумалась.
– На набережной есть ротонда с колоннами, можно там. Или до театра оперы и балета доедем. У них в холле ремонт недавно был. Там можно пофоткаться.
– Отлично! – В знак одобрение Ленка щелкнула пальцами. – Кадры типа из загса у нас будут. Едем дальше. Времени много, так что можем и в карьер заглянуть. Фотограф оплачен полностью?
Я кивнула.
– Жаль, – продолжила она. – Могли бы денег сэкономить.
– Ну, ты в край, подруга, офигевшая! – беззлобно проворчала Варя с переднего сиденья. – Я ж не виновата, что у них такая кутерьма произошла. Мне теперь гонорар терять, из-за того, что какой-то чел пошутил над своей невестой?
– Вообще-то такие ситуации относятся к разряду форс-мажоров! – заявила Ленка.
– Вообще-то такие женихи именуются дебилами! – отфутболила ее реплику Варя.
– Варюш, остынь! – Кирилл мягко дотронулся до руки сестры. И когда она успела выяснить подробности нашей ссоры? Видимо, Кирилл рассказал, пока они ходили в кондитерскую. А если они там были не одни и кто-то подслушал его рассказ? Слух пойдет по городу…
Ладно, стоп! Хватит думать о том, чего могло и не быть. Надо сосредоточиться на том, что дальше будет точно.
А будет свадьба!
– Ладно, по времени сориентируемся, – миролюбиво сказала Ленка. – Ламы-то, небось, тоже оплачены.
Она не любила разборки и всегда старалась снизить градус ссор, которые возникали при ней. Даже в загсе первым делом пыталась помирить меня с Антоном, а не устраивать скандал.
– Но мне тоже сделаешь классные кадры! – строго добавила она, обращаясь к Варе.
– Сделаю. Попробуй тебе не сделать. Ты ж не слезешь.
Машина мягко притормозила у жилого комплекса, расположенного недалеко от набережной. Удобно – не нужно будет далеко ходить для первой фотосессии.
В квартиру поднимались молча, только Ленка периодически громко вздыхала и ахала. Симпатичный консьерж, да еще и не старик – ооххх, какой бесшумный лифт – ого, – живые цветы в коридоре – ну надо же!
Кирилл жил в просторной квартире на одиннадцатом этаже. Мы с Варей прошли на кухню, а Ленка заявила, что она лично должна отсмотреть варианты нарядов для жениха. Кирилл закатил глаза и покачал головой, показывая, что лучше б мы оставили ее у загса. Но за собой все же повел.
Варя достала из пакета сэндвичи с ветчиной, тарталетки с салатиками и мини-пироженки. Я поняла, как сильно хочу есть, и потянулась за стаканом.
– Эгей! Куда? – Варя отстранила мою руку. – А если ляпнешь?
– Мне не есть что ли теперь?
– Погоди, сейчас найду.
Она по-хозяйски начала открывать ящики один за другим, пока не нашла полотенца. Одним, самым большим, она обернула мою талию, еще одно повязала как слюнявчик.
– Мда, меня даже в два года так не укутывали.
– Зато не обляпаешься! – Она протянула мне стаканчик с кофе, и я с наслаждением сделала глоток.
Мы взяли по сэндвичу и некоторое время ели молча. Я видела Варю лишь однажды – переговоры с ней вел Антон, и тогда она была с розовыми волосами. Потому-то я ее и не сразу узнала.
– Перекраситься решила? – Я попыталась завязать разговор.
– Надоело ходить в одном и том же. А вот эксперименты – это круть.
Пока отвечала, Варя встала, распахнула холодильник и начала доставать на стол сыр, нарезку салями, баночку оливок и красную рыбу.
– Рыбу точно назад отправляй! Не дай бог, будем вонять на весь «Онегин» как рыбаки с привоза. – Ленка внезапно появилась на кухне и тут же включила главного распорядителя.
«Онегин» – это загородный клуб, который отец снял под нашу свадьбу. Точнее, для размещения своих гостей. А еще точнее, чтобы выпендриться перед родней.
Изначально мы хотели только роспись, потом фото-прогулку по городу с близкими друзьями, а вечером ужин в ресторане с родственниками. Милая бюджетная свадьба.
Но папа решил все иначе. Выездная регистрация, толпа народу– ни в коем случае никого не забыть и не обидеть.
Мне с трудом удалось его отговорить от катания в карете, воздушного шара и приглашенной звезды. Иначе наша свадьба обошлась бы раз в пять дороже, чем вышла сейчас.
Ну, и от того, что все расходы будут пополам. Антон и так был в шоке от того, когда узнал, сколько обходится угощение на каждого гостя. В открытую он мне этого не говорил, но я знала, что им пришлось сократить список гостей со своей стороны, чтобы хватило денег.
Я никогда особо не лезла в семейные накопления. Мне хватало того, что у меня была своя комната, одежда, необходимые гаджеты и поддержка от родителей во время учебы. Родители всегда давали понять, что обеспечивать себя я должна сама, и что их деньги принадлежат только им. А мне потом достанется то, что останется, любил повторять отец.
Так что мне было проще подчиниться, чем спорить. Раз папа платит, пусть тратит свои сбережения, как хочет.
И в данный момент эта мысль меня успокаивала – что свадьба в том формате, в котором происходит сейчас, больше его желание, чем мое. Так что на этот жениховый обман я иду ради него – чтобы не пришлось объяснять своим драгоценным гостям, почему торжество вдруг отменилось.
Следом за Ленкой появился Кирилл. Темно-синий костюм, галстук в тон, из-под рукава белоснежной рубашки выглядывают часы на кожаном ремне.
Он выглядел как модель с обложки мужского журнала. Красивый, статный, харизматичный, излучающий обаяние и уверенность в себе.
Идеальный жених.
Оставалось убедить родителей, что это все на их же благо.
* * *
Я вспомнила про телефон, который в начале регистрации отдала на хранение Ленке.
Два пропущенных от папы, двадцать от мамы и ровно семьдесят от Антона.
Кому же перезвонить сначала?
Мне не пришлось принимать решение, потому что как только я включила звук, телефон заиграл свадебный марш – последнюю неделю этот рингтон поднимал мне настроение. Но сейчас я настолько разозлилась, что вырубила звонок сразу же.
Это был Антон, и через пару секунд он набрал мне снова.
Ха! Что же ему нужно от меня? Что говорить в ответ?
Глава 10. Три лягушки на завтрак
Я поняла, что говорить с Антоном мне придется в любом случае. Ведь если его не предупредить, он вполне может приехать в «Онегин» и испортить мою липовую свадьбу.
А еще на очереди мама и отец. Три персоны, объясняться с которыми у меня не было никакого желания. Но – была необходимость.
Наша сбежавшая со свадьбы компания вовсю занималась подкреплением сил, так что я решила воспользоваться перерывом и вышла на балкон, который располагался в комнате.
Как же мне нравились высокие этажи: шикарный вид на водохранилище, простор, панорамное застекление, мягкий двухместный диванчик, плетеное кресло-качалка – идеальное место для расслабления, медитации или творчества. Вот бы забраться с ногами в кресло и остаться здесь до вечера. Но...
Ешьте лягушку на завтрак, рекомендуют тренеры по тайм-менеджменту. То есть сначала сделай противную или нудную обязаловку, а потом уже наслаждайся жизнью.
Самой неприятной лягушкой, с которой мне предстояло разделаться, был, конечно же, Антон.
Мне не пришлось долго ждать – трубку он снял с первого же гудка и сразу затараторил:
– Солнышко, любовь моя, Катюша, ты все не так поняла!
– Значит, так, – отрезала я. – Я позвонила не для того, чтобы выслушивать твои оправдания.
– Так ты их и не слышишь!
Начинать разговор с обвинения того, кто сам считает себя обиженным, не лучшая стратегия.
– Антон, услышь ты меня хотя бы раз! Я прошу тебя остановиться. Просто остановись!
– Ладно, понял. Прости.
– Надеюсь, у тебя хватит ума и хоть капли совести не искать меня сегодня, не звонить мне больше, и ни в коем случае не общаться с моими родителями!
– Но у нас же свадьба...
– У нас сегодня – ничего. И только посмей появиться в "Онегине"!
– Кать, может, хватит уже обижаться. Ну что ты отцу своему скажешь?
– А это уже мне решать!
–...что умотала с каким-то уродом?
Антон меня уже не слышал. Так часто бывало в наших спорах. За три года отношений я приноровилась замолкать и ждать, пока он выскажется.
Но сегодня у меня не было ни терпения, ни желания идти на поводу у его настроения.
– Я еще раз повторяю! – Я постаралась вложить в голос всю уверенность, которую смогла собрать. – Сегодня. Меня. Не. Ищи. В "Онегине" не появляйся. Моим родным звонить не смей.
– Катюш, зачем ты так? Я же люблю тебя.
– А я хочу побыть одна. Я только перестала рыдать! – Ненавижу врать, но сейчас слова сами вырвались. – Я просто хочу успокоиться. И если ты меня хоть капельку любишь, оставь меня в покое. Хотя бы на сегодня.
Я не стала дожидаться ответа и бросила трубку.
Следующим на очереди был папа. Я глубоко вздохнула и набрала его номер.
– Котенок, тетя Света долетела, все хорошо! Скоро будем, так что не переживай.
– Пап, у меня тут кое-что произошло... – я все еще не знала, как лучше преподнести ему новость о смене жениха.
– Платье испортила? Или что там у тебя?
– С платьем в порядке все. Просто... – я мучительно подбирала слова.
– Дочь, не томи! – Папин голос в момент стал стальным, а по моей спине пробежал холодок. – Что случилось?
– Эээм... дело в том, что родителей Антона на свадьбе не будет.
Я и сама не поняла, насколько молниеносно в моей голове выстроилась новая версия.
– Уф, всего-то? Да и шут с ними. Главное, что наши все в сборе.
– Антона тоже не будет.
– Что? Катерина! – Я почувствовала, как он набирает воздух в легкие и поспешила его успокоить. Все же не с того начала разговор.
– Пап, погоди! Свадьба состоится! Просто у меня поменялся жених.
– В смысле, поменялся? – Отец все еще нервничал, но хотя бы панические нотки из его тона ушли.
– Дело в том, что мы с Антоном расстались. А ты так активно занимался свадьбой... Я хотела сказать, а потом... познакомилась с Кириллом. И у нас как-то быстро завертелось. Он меня замуж позвал практически сразу. Ну я и подумала, раз свадьба уже запланирована, то можем ничего и не менять.
– Ну да, ничего. Кроме надписи на торте.
– А что там за надпись? – Я попыталась вспомнить. Эскиз я, кажется, видела, но никаких слов на нем не было.
– Сюрприз хотел сделать, – отец вздохнул. – Катя + Антон = Любовь.
Удивил так удивил. Романтиком отец никогда не был. Даже на Восьмое марта дарил цветы с легким бурчанием. А тут просто сахарный сироп с ватой.
– Убрать можно?
– Да уберем. Куда ж деваться.
Отец замолчал, а я начала думать, что дальше говорить маме.
– Ладно. Как там твоего нового зовут?
– Кирилл.
– Хороший?
– Очень.
Я прокрутила в голове разговор и поняла, что практически не соврала. Я ловко обошла временные моменты и мне не пришлось упоминать, что расстались мы с Антоном в загсе, а с Кириллом сошлись спустя пару минут.
– Любишь его?
Ну вот, врать все же придется. Я притянула балконную дверь сильнее и выпалила "Конечно!". Хотя если у нашего разговора и были случайные слушатели, они вряд ли бы догадались, на какой вопрос я отвечаю.
– Привози своего Кирилла, – вздохнул отец. – Надеюсь, он достоин тебя.
– Достоин! Очень достоин!
Вторая беседа прошла лучше, чем я планировала, и к созвону с мамой я уже знала, чем ее брать.
– Катерина! – взорвалась трубка, едва я набрала ей. – Как ты посмела? Ты что вообще творишь?
– Мам.
– Ты понимаешь, что отец этого не перенесет? Он же готовился полгода. Да он всю жизнь на тебя положил!
– Мам! – я повысила голос, но она меня не слышала.
– Вот сама ему говори, что свадьбы не будет!
– Свадьба будет! – Я почти прокричала эти слова.
– В смысле? Вы помирились с Антоном?
– Нет.
– Тогда как? Я не понимаю...
– У меня другой жених. Будет другой. Для папы и гостей. Он в курсе, я звонила только что.
– И... как он это воспринял?
– На удивление нормально. Я сказала, что с Антоном мы расстались, а с Кириллом начали встречаться, и я не знала, как ему сказать. А так как он меня почти сразу позвал замуж, то мы решили ничего не менять и жениться в этот же день.
С минуту мама молчала, а я по ее дыханию пыталась определить, какую стратегию она выберет – биться со мной до конца и доказывать свою правоту или же принять мою версию и не портить отцу праздник. То, что это не мой день, а его, мама поняла с первых дней подготовки, когда папа отстранил ее со словами "из твоей родни согласен видеть сестру с племянниками и все, остальных можем собрать отдельно". Мама обиделась и в планирование свадьбы больше не лезла.
– Ладно, Катерина, – медленно произнесла она. – Пусть по твоему. Но если что-то пойдет не так...
Ты молчать не станешь, закончила я за нее мысленно фразу.
– Я молчать не стану! – повторила мама мои мысли. – Значит, Кирилл?
– Да.
Вместо прощания мама глубоко вздохнула, что на ее языке означало – разговор еще не окончен, но сказать ей больше нечего.
Что ж, три неприятные лягушки были съедены. Можно приступать к наслаждению жизнью!
Глава 11. Сказка начинается
Следующие четыре часа моей жизни были настоящей сказкой.
Я никогда раньше не была на профессиональной фотосессии, и даже не представляла, насколько это невероятные ощущения – хоть недолго, но побыть моделью.
Набережную как локацию Варя отмела категорично.
– Толпы народа, вечно в кадр лезет какой-нибудь придурок, который решил, что это верх крутизны – скорчить рожу на чужой фотке. А мне из-за него потом нормальные кадры браковать.
Так что начать мы решили с официальщины.
В театре оперы и балета было тихо, темно и безлюдно.
– Не разнюхали еще про это местечко наши фотохрюши.
– Варь, опять ты со своим лексиконом! – Кирилл строго взглянул на сестру, а та в ответ закатила глаза.
– Фотохрюши? – Переспросила Ленка.
– Ну да, фотографы, которые вместо чего-то творческого и оригинального лепят шаблонную чушь. Но самая главная их проблема, что любое клевое место они в момент превращают в свинарник – своими тупыми фотками.
– Почему свинарник-то? Не понимаю... – Ленка облюбовала зеркало в фойе и принимала перед ним разные позы.
– Ну вот смотри. Мы сейчас сделаем здесь несколько кадров, стандартных: парочка улыбается в кадр, чтобы порадовать дедулю с бабулей, жених вожделенно смотрит на невесту, так, чтобы у подружек от зависти накладные космы отвалились. А потом сюда придут инстателочки и будут в этот антураж с претензией на элитность впихивать свои утиные морды.
На последней фразе Ленка, которая как раз стояла, чуть наклонившись вперед, и вытягивала губы уточкой, вздрогнула и резко выпрямилась.
Всегда бойкая и говорливая, она с придыханием относилась к профессионалам своего дела. И то, что она не спорила и не огрызалась с Варей, говорило лишь о том, что она признала в ней профи.
Пока Варя поясняла тонкости своей работы, Кирилл куда-то исчез и появился с тетушкой, закутанной в платок, хотя на улице и в помещении было достаточно тепло.
Оказалось, что тетушка в данный момент была в театре за главную, заведовала светом и, вероятно, имела право вершить судьбы желающих запечатлеть свои физиономии в этом свежем красивом помещении.
– Стопудово забашлял, – шепнула мне подруга, когда помогала уложить фату. – Как думаешь, сколько?
Мне было все равно, поэтому я неопределенно пожала плечами. Главное, что нас пустили и у нас будут кадры счастливой парочки, которые можно будет предъявить дотошным гостям под видом загсовских.
Тетушка услужливо включала и выключала свет по требованиям Вари, а та хихикала и просила ее снова и снова бегать к выключателям.
– Может, хватит издеваться? – мягко, но с нажимом сказал Кирилл. Варя отмахнулась фразой "пусть отрабатывает" и снова отправила тетушку включать свет.
Мы стояли на фоне мозаичного панно и по задумке фотографа должны были взглядами показать, насколько сильно влюблены друг в друга.
Левой рукой Кирилл обнимал меня за талию, а правой дотронулся до щеки.
– Замри! – крикнула Варя так резко, что я непроизвольно дернулась. Кирилл притянул меня ближе, а затем несколько раз провел ладонью вверх вниз по спине.
Я боялась поднять взгляд, боялась заглянуть в его каштановые глаза и утонуть в них.
Это все временно, сказка, которая закончится сегодня вечером, наваждение, которое не должно овладеть мной.
Сегодня утром я была уверена, что влюблена в одного мужчину. Да я последние три года жила мыслями об одном и не понимала, как можно полюбить кого-то еще.
А сейчас, когда меня обнимал другой, я начала думать, насколько сильными были мои чувства к Антону, и как назвать то, что проскакивает мурашками по спине и заставляет мое сердце биться сильнее, когда этот новый мужчина проводит рукой по моей талии и прижимает к себе сильнее.
– Тссс, все хорошо, – прошептал Кирилл, слегка поглаживая пальцами меня по щеке, видимо, приняв мою нервозность за волнение по поводу нашей авантюры. – Все будет хорошо.
– Так, парочка сумасшедших, хватит болтать! Смотрим друг на друга, включаем страсть и представляем бурный секс.
Что? Это еще зачем? Я почувствовала, как мои щеки заливает румянец. Кирилл едва сдерживал смех.
– Есть! Умнички! А теперь маршируем к колонне!
Я сделала глубокий вдох и усилием воли вернула себя в реальность. Я действительно вляпалась в авантюру, которую нужно было разрулить с наименьшими последствиями для всех участников.
Спустя полчаса с десяток кадров нашей новоявленной липовой ячейки общества были готовы. Ленка упросила Варю пофотать и ее.
Пока шли к выходу, тетушка в платке услужливо крутилась вокруг Кирилла, предлагая приезжать на фотосессию хоть каждый день.
* * *
До начала торжества в «Онегине» оставалось почти три часа.
– В карьер! – скомандовала Варя, как только мы уселись в машину. – Помучаем лам, а потом сделаем из тебя царицу полей.
И там, на природе, началось волшебство.
Объемный Варин рюкзак оказался настоящей сокровищницей. Она поочередно доставала цветные отрезы шелка, атласа, гипюра, шифона, несколько обручей с цветами разного размера, пару диадем, дымовые шашки и прочий реквизит.
Девочки аккуратно отцепили мою пышную фату и водрузили на голову шикарную корону. На плечи Варя накинула тонкую полупрозрачную сиреневую вуаль, и из невесты я превратилась в царевну или волшебницу.
То, что Варя делала со мной, ничем иным как волшебством назвать нельзя было.
– Сколько, говоришь, вы ей платите? – Спросила Ленка между кадрами.
– Тридцать, кажется.
– Недурно. Хорошо работает.
К окончанию съемки у нас с Ленкой было кадров по сто в разных образах. Кирилл все это время был у сестры на подхвате: держал экран, отражающий свет, подавал реквизит и выполнял прочие мелкие поручения, часто бессмысленные. Как будто она своими просьбами мстила ему за какие-то детские обиды.
Пора было ехать в клуб. Сказка закончилась. Впереди – новая роль, невесты, которая безумно любит своего жениха, хоть и знакома с ним всего несколько часов.
Главное, поверить во все это самой, тогда и у остальных не будет повода заподозрить неладное. Но при этом оставаться в здравом уме, чтобы не утонуть в омуте его горящих глаз...
Глава 12. Бронзовые флюиды жеребца
«Онегин» впечатлял роскошью, местами, правда, избыточной. К примеру, на входе гостей встречала статуя бронзового коня с впечатляющим эмм… достоинством.
Пиарщики клуба активно внедряли в население мысль, что фото рядом с такими внушительными габаритами сулит долгие и активные годы жизни, достаток и здоровое потомство. Как одно влияло на другое, не пояснялось, но людям идея зашла.
Особо смелые невесты забирались по лесенке на спину жеребца и изображали наездниц. Для пущего эффекта им вручали хлыст и зачем-то ковбойскую шляпу, которую они натягивали поверх фаты.
Смотрелось ужасно, но на что не пойдешь ради желания выделиться.
Я не отличалась ни смелостью, ни глупостью и заранее отказалась влезать на этого коня. Тем более не собиралась делать это перед Кириллом.
Я все еще не могла понять, как мне лучше вести себя рядом с ним. Были бы мы друзьями или давними знакомыми, между нами уже сложились бы правила общения. А что сейчас?
Для окружения он – мой новоиспеченный муж, с которым у нас любовь и совместные планы на жизнь. То есть мы, по идее, еще не успели разочароваться в совместной жизни и должны смотреть друг на друга влюбленными глазами, вздыхать и держаться за руки.
Но для меня этот мужчина – все еще был незнакомцем, который предложил в сложный момент помощь и предотвратил истерику.
Молодых, то есть нас, гости, а их было чуть больше сотни, вышли встречать к парадному входу. Варя выпрыгнула у ворот и с камерой наперевес побежала к крыльцу, чтобы запечатлеть каждую минуту псевдо-свадьбы, а мы медленно катились по дорожке.
От напряжения и страха, что мой обман раскроется, что сейчас кто-то объявит, что жених подставной и все это торжество – фикция ради встречи с родней, меня начало потряхивать. Сердце стучало все чаще и громче, пальцы рук сводило судорогой, челюсть не отставала и начала мелкий перестук.
Я глубоко вздохнула и медленно выдохнула, но это не помогло.
– Тааак, отставить панику! – Твердо, но с налетом нежности сказал Кирилл, который по пути к клубу постоянно следил за мной в зеркало заднего вида.
– Лена, там вода оставалась? – То ли спросил, то ли скомандовал он, и подруга поспешно полезла под крышку подлокотника. На этот раз она справилась с замком быстро, достала бутылочку, и я сделала несколько глотков прямо из горла.
Немного полегчало, но до обычного спокойствия было далеко.
– Запомни, – Кирилл притормозил у хвоста богатырского коня и повернулся ко мне, – сейчас ты – моя жена. Я – твой муж. Все будет хорошо. Мы справимся. Вместе. Все будет хорошо!
В его словах, интонации, тембре голоса была такая уверенность, что я ощутила спокойствие. Действительно, сегодня мы – вместе.
Я старалась отгонять мысли на тему того, зачем этому богатому и явно не лишенному женского внимания мужчине возиться с незнакомой невестой. Сказал, что просто хочет помочь и у него есть на это время.
Что ж, мне проще и спокойнее ему верить.
Мы подъехали к крыльцу, я потянулась к ручке, но Ленка меня осадила быстрым «куда? сиди на попе ровно!». Кирилл одобрительно подмигнул, вышел из машины, распахнул передо мной дверцу, взял за руку и помог выбраться из салона.
Заиграл марш Мендельсона, раздались аплодисменты и со всех сторон на нас посыпались лепестки роз, монетки, рис и еще какая-то крупа. Кирилл вел меня к крыльцу, а я повторяла про себя переделанную дразнилку из детства – «жених и невеста, мы тили-тили-тесто».
Эта фразочка, лишенная смысла, уверенность Кирилла, его теплая рука, розовый лепесток, зацепившийся за взлохмаченные волосы, наконец, успокоили меня. И я тоже начала верить, что все будет хорошо.
Папа хотел свадьбу? Папе свадьба будет.
Музыка стала стихать и среди поздравительных возгласов я разобрала несколько выкриков.
– Надо же, сам за рулем!
– Вот это тачка!
– Ого, ну и красавчика Орлова отхватила! Как только смогла?
Последняя фраза принадлежала Анжелке, с которой мы вместе работали. Она так активно расспрашивала меня о подробностях подготовки к свадьбе, постоянно лезла с советами и предлагала помощь. И под конец практически сама себя пригласила.
Напросилась на встречу с организатором и при папе вздохнула на тему, что ей безумно жаль пропускать такое шикарное торжество, а мы ведь не просто коллеги, но и почти-лучшие-подруги.
– А почему пропускаете? – В общении с женским полом, особенно с моими ровесницами, папа всегда был бесхитростным.
– Вы же только близких приглашаете. А я не родня… – протянула Анжелка, состроив наивное выражение лица.
– В смысле, близких? Катюш, ты чего скромничаешь, для твоей подруги всегда найдется местечко!
Пока Анжелка рассыпалась в благодарностях, я пыталась жестами показать папе, насколько он меня подставил. Мне ее дерзкой физиономии на работе хватает, теперь еще на свадьбе придется терпеть.
Но отец никогда не был мастером по считыванию мыслей, поэтому тут же выписал приглашение и торжественно вручил моей не-подруге.
И вот теперь она откровенно разглядывала Кирилла и даже, как мне показалось, строила ему глазки.
Марш отзвучал, лепестки опустились на землю и покрыли мелочь, которую дети не успели собрать.
Возникла пауза и в наступившей тишине прозвучал вопрос, который я больше всего боялась услышать.
– Эээм… это кто? И куда делся Антон?
