Текст книги "И кто из нас псих? (СИ)"

Автор книги: Вера Вэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 28

Руслан нервно теребил пустой фужер, его взгляд метался по столу, на котором стояли закуски и вино, но никто не притронулся к еде. Атмосфера в гостиной была напряжённой, как натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент.

– Ну чем вам выгодно наше исчезновение? – наконец спросил Руслан, видно было как он старается держать себя в руках, хотя в его голосе всё равно слышалась сталь. – Я хочу услышать максимально честный ответ. Постарайтесь убедить нас так, чтобы у нас пропало желание стереть с лица земли два клана.

Никита Сергеевич тяжело вздохнул, потёр виски, словно пытаясь собрать мысли в кучу. Он явно нервничал, но старался держать себя в руках.

– Мы хотели отправить вас двоих в изнанку, – начал он, подбирая слова. – Переписать вашу корпорацию на нас. Как только документы были бы оформлены, мы бы вас забрали. Это был идеальный план, но что-то пошло не так. Точнее, кто-то вмешался. В изнанку отправился только Лёша.

Руслан нахмурился, но не перебивал. Он внимательно слушал, хотя все видели его недоверие.

– План был идеален, – повторил Никита Сергеевич, словно пытаясь убедить не только Руслана, но и самого себя. – Мы продумали всё до мелочей. Но кто-то помешал. Кто-то вмешался и всё испортил.

– И кто же этот «кто-то»? – холодно спросил Руслан, его голос звучал как лезвие ножа.

Никита Сергеевич замялся, его взгляд метнулся в сторону.

– Мы не знаем, – наконец признался он. – Мы до сих пор пытаемся понять, кто это был. Но мы не хотим, чтобы это повторилось. Мы хотим всё исправить.

Лёша сидел рядом, его пальцы нервно переплетались с моими, а я мягко поглаживала его ладонь, пытаясь успокоить. Он был на грани, и это было видно. Его трясло, он едва сдерживался, чтобы не взорваться.

– И потом вы решили повторить попытку? – тихо спросил Лёша. – И опять что-то пошло не так?

Дмитрий Викторович тяжело вздохнул, потёр переносицу и устало произнёс:

– Это уже не мы. Кто-то решил воспользоваться нашим методом, но, кажется, у них не было намерения возвращать вас. Есть вероятность, что этот противник хочет избавиться от вас раз и навсегда. Они понимают, что без наследников мы ослабеем. И сильно.

Он замолчал, словно подбирая слова. В комнате повисла напряжённая тишина.

– Нас хотят переиграть, – продолжил Дмитрий Викторович, глядя прямо на Лёшу. – Избавиться от сильнейшей корпорации и двух лидирующих кланов – это мощный удар. Они хотят разрушить всё, что мы строили годами.

– Когда пропал Руслан, – продолжил объяснять Никита Сергеевич, – мы были в ужасе. Первые три года мы буквально вывернули всю изнанку, но следов так и не нашли. Поняв, что ничего не получается, мы сосредоточились на поиске и вычислении наших врагов. Но кто бы это ни был, он очень грамотно заметает следы. За пять лет мы так и не напали на след.

Руслан кивнул, глядя на бутылку вина в своей руке. Он сделал глоток, пытаясь успокоиться.

– Значит, и последнее исчезновение Лёши с Василиной не ваших рук дело? – спросил он уже более спокойно. – Зинаида! – крикнул он, ослабляя купол тишины. – Принеси бутылку виски пожалуйста!

– Нет, не наших, – подтвердил Никита Сергеевич, глядя на Руслана с непроницаемым выражением лица.

– Тогда зачем похитили Васю? – вставил Лёша, его голос дрожал от волнения.

– Спасибо, Зинаида, – сказал Руслан, беря бутылку виски из рук женщины, опять усиливая купол тишины. – Продолжай.

Никита Сергеевич вздохнул, собираясь с мыслями.

– Мы хотели, чтобы вы уже объединились с нашими кланами. Тогда у неизвестного больше не было бы причин избавляться от вас, и мы стали бы сильнее, – Никита Сергеевич вздохнул и пододвинул свой фужер сыну.

– Ну да, – пробормотал Руслан, разливая виски по бокалам. – И забрались бы на самую верхушку власти, – он поднял бокал, но не выпил.

Я молча наблюдала за ними, чувствуя, как напряжение в комнате становится почти осязаемым. Руслан поставил бутылку виски на стол и налил мне вина.

– Правда, – наконец сказал Дмитрий Викторович, – я не уверен, что это хорошая идея.

– Почему? – спросила я, стараясь не выдавать своего раздражения. – Вы же сами говорили, что вместе мы сможем добиться большего.

Дмитрий Викторович резко поднял голову и посмотрел на меня. Его глаза горели гневом.

– Потому что я не доверяю этим людям! – воскликнул он. – Мой сын для меня дороже всего, а власть... Власть – это не просто сила. Это ответственность. И я не хочу отдавать её каким-то выскочкам, которые только и мечтают о том, чтобы разрушить всё, что мы строили годами. Особенно северным. Они не знают, что такое уважение и сотрудничество. Они только и умеют, что топтать других и идти по головам.

Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна негодования. Дмитрий Викторович говорил так уверенно и категорично, что это начинало раздражать. Но я понимала, что спорить с ним сейчас бесполезно.

– А вы не допускаете мысли, что это не один клан действует? – спросила спокойно. – Может быть, они объединились с кем-то ещё? Или даже с несколькими кланами?

Никита Сергеевич задумчиво посмотрел на меня, а затем перевёл взгляд на отца Лёши.

– Это возможно, – сказал Лёша после паузы. – Но это не меняет того факта, что нам нужно быть осторожными. Мы не можем позволить себе потерять ещё хоть одного члена семьи.

Дмитрий Викторович вздохнул и откинулся на спинку стула. Его лицо смягчилось, и он посмотрел на сына с теплотой.

– Ты прав, – сказал он. – Нам нужно быть осторожными. Но это не значит, что мы должны отказаться от своих принципов. Мы всегда будем действовать в интересах нашей семьи и нашего клана.

Я кивнула, стараясь не показывать своего облегчения. Напряжение в комнате немного спало, наконец-то, разговор начинает принимать более конструктивный характер.

Дмитрий Викторович тяжело вздохнул, признавая:

– Уже думали об этом. Хотя я уверен, что это северные, возможно, даже озерские. Я им пятнадцать лет назад хорошо устроил разгром, но видимо мало, – с горечью произнёс он, сжав кулаки.

Алексей заговорил спокойно:

– Предлагаю объединить усилия. Вы оба вступаете в нашу корпорацию, и мы становимся четырьмя соучредителями. Кланы формально сохранят свою независимость, но фактически будут подчиняться корпорации. Это повысит наши шансы найти общего врага.

Дмитрий Викторович печально кивнул, соглашаясь с неизбежным.

Никита Сергеевич, не раздумывая, поднял бокал виски и залпом его осушил.

– Налей ещё, – попросил он сына, глядя на Лёшу. – И поехали оформлять документы, пока я не передумал.

– Думаю, контракта будет достаточно, – задумчиво произнёс Алексей, приглаживая бороду. – Поехали.

Он встал, и я поднялась следом. Лёша нежно обнял меня, словно пытаясь передать свою уверенность и поддержку.

– Сначала отвезу Васю домой, – сказал он, оглядываясь на всех присутствующих. – Подождёте меня в офисе?

Я хотела возразить, но он перебил меня:

– Там дети очень сильно соскучились по тебе.

Я кивнула. Я действительно слишком долго не видела своих детей. Пора было исправить эту ошибку.

Глава 29

Алексей высадил меня у ворот моего дома, поцеловал на прощание, развернул машину и уехал в город. Я стояла, глядя ему вслед, пока его фары не исчезли за поворотом. Дом встретил меня непривычной тишиной, которая заставила сердце забиться чаще.

– Явилась наконец-то, – раздался голос кошки. – Любишь ты приключения, однако.

Я подняла голову и увидела Масяню, сидящую на своей любимой полке. Она спрыгнула на пол и направилась ко мне, как будто знала, что мне на на данный момент нужно её тепло.

– Где все? – спросила я, стягивая шубу. – Почему дома такая тишина?

Масяня, прищурив глаза, посмотрела на меня и ответила:

– Твои отпрыски, прихватив матерящегося колючего комочка, отправились в школу к профессору по философии. – Ответила Масяня следуя за мной на кухню.

– А где домовые? – продолжила я расспросы. – Веник?

– Веник и повел детей в школу, – кошка грациозно запрыгнула на стул. – Это была его идея: профессор сказал, что нужно отучить ёжика материться. Положи мне сёмги, а то в этом доме все обо мне забывают.

– А домовые куда делись? – переспросила я, стараясь не показывать удивления.

– Ушли в соседнюю деревню за продуктами, – кошка потянулась и зевнула. – У них какая-то странная любовная тяга. Ты смотри, скоро, может, и тебе придется нянчить маленьких домовят.

Я представила, как меняю памперсы домовятам, и встряхнула головой. Нет, это уже слишком. Я и так троих детей вырастила, а теперь, значит, и домовят нянчить? Хотя, если подумать, домовые сами могут о себе позаботиться. Наверное. Надо будет Лёшу спросить, что он об этом думает.

– А где Няшка? – спросила я, чтобы сменить тему.

– Твоя собака в детской, – кошка поморщилась. – Я её туда заперла. Надоела она мне. Сёмгу давай, а то я голодная.

Я вздохнула и пошла к холодильнику за сёмгой. Кажется, этот день обещает быть насыщенным.

– Пока накладываю рыбу, иди и выпусти собаку. Не издевайся над ней, – сказала я, строго посмотрев на кошку.

Она фыркнула, спрыгнула со стула и отправилась к двери. По пути махнула хвостом, будто говоря: «Ну и что мне с вами делать?»

– Не понимаю, почему вы вечно с ней носитесь, – пробурчала она, не оборачиваясь. – Тупее животину не видала. Даже ёжик, который матерится, и то умнее.

– Иди выпускай, – отрезала я, стараясь не обращать внимания на её ворчание.

Я начала выкладывать рыбу в тарелку, но мысли мои витали где-то далеко. Зачем Лёша отвёз меня домой? Сидеть одной и ждать новостей было совсем невесело.

В этот момент на кухню ворвался рыжий вихрь. Он подбежал ко мне, громко тявкая:

– Жрать! Жрать! Жрать!

Я опешила. Они что, её совсем не кормили? Или она так соскучилась по мне? Быстро достав миску с кормом, я поставила её на пол и сказала:

– Ешь.

Няшка, не теряя ни секунды, накинулась на еду, словно её не кормили целую вечность. Я вздохнула, наблюдая за тем, как она жадно поглощает корм.

«Вот так всегда, – подумала я. – Стоит только отвлечься, и всё идёт наперекосяк».

– Да, кормили её, – кошка нацепила кусочек рыбы на коготь, как трофей. – Раньше вы слышали только лай и замечали её суету, думая, что она радуется. Но теперь она постоянно выпрашивает еду.

– Никогда бы не подумала, – удивилась я. – Ветеринар сказал, что её нельзя перекармливать.

– Поздо, – ответила Масяня, жуя. – Она теперь ест по десять раз за день.

Я в растерянности подошла к кофеварке. Нужно пообедать и выпить кофе, но сначала – кофе. Пока машина нагревалась, я заглянула в холодильник: запеканка и свежие овощи – отличный выбор.

– Гулять, гулять, гулять! – услышала я голос собаки. Обернувшись, я увидела, что Няшка уже всё съела и несётся к выходу. Покачав головой, я направилась открывать ей дверь.

– И так целыми днями, – ворчала кошка, – только и слышно: «жрать да гулять». Даже у ёжика словарный запас побольше, хоть и матерный.

Я выпустила собаку на улицу и начала разогревать еду. В тишине комнаты раздался вопрос, адресованный скорее себе, чем кошке:

– Почему они решили, что профессор философии сможет научить ёжика не материться?

Кошка подняла голову, её глаза сверкнули любопытством.

– Не знаю, – ответила она, потягиваясь. – Твои дети вообще ничего не объясняют. Они просто делают, а потом думают, как избежать последствий.

– Они ещё маленькие, – вздохнула я, наливая молоко в кошачью миску. – Просто познают магический мир методом проб и ошибок.

– Ну да, ну да, – согласилась кошка, с удовольствием лакая молоко. – Хорошо, что их ещё обучают.

– Кстати, – добавила она, – ваш бес даже про игры забыл. Так увлёкся изучением хитрых переплетений заклинаний твоих детей.

Кошка фыркнула, но в её глазах мелькнула гордость.

– Хотя пусть изучает, – сказала она. – Может, хоть что-то путное придумает. А то от них одни проблемы.

– Ну, зато все заняты делом, – попыталась я как-то сгладить, усаживаясь за обеденный стол. Я уже почти доела свою порцию, когда раздался звонок на домашний телефон. Не отвлекаясь, я продолжила есть.

– Может, уже поднимешься и ответишь? – ехидно заметила Масяня. – Дома, кроме тебя, никого нет.

Я со вздохом отложила вилку. Почему мой фамильяр такая язва?

– Дурдом на связи, – ответила я, подняв трубку.

– Васька, открывай ворота, я подъезжаю, – раздался голос Вилки.

Я положила трубку и направилась к выходу. Вилка, как всегда, лихо заехала на территорию и ввалилась в дом, запуская морозный воздух и собаку.

– Играть, играть, играть! – пронеслась мимо меня собака и стрелой взлетела на второй этаж.

– Ты где была? – фея, запыхавшись, повисает на мне. – Тебя били? Пытали? Или хотя бы просто напугали? У тебя синяк на виске, и это не просто случайность.

– Стоп, – я останавливаю её, слегка отодвигая от себя. – Никто меня не бил. Просто неудачно поскользнулась на льду, вот и всё. Всё хорошо, правда.

– Уфф, – выдыхает она с облегчением. – Я уже испугалась. Как только увидела двух предводителей кланов, сразу подумала, что они могли тебя куда-то утащить. Леша сказал, что ты дома, поэтому я сразу к тебе.

– Кушать будешь? – спрашиваю я, направляясь на кухню. – Или кофе?

– Вина, – отвечает она, следуя за мной и усаживаясь за стол. – И рассказывай, что там у тебя произошло.

Я достаю бутылку вина и два бокала, разливаю напиток. Фея делает глоток и, глядя на меня, ждёт рассказа. Я сажусь напротив и начинаю рассказывать обо всех своих приключениях, стараясь не упустить ни одной детали.

Вилка встала из-за стола, ничего не говоря, и направилась к холодильнику. Она открыла его и начала доставать продукты: виноград, сыр и мед.

– И почему тебе так везет на приключения? – вздохнула она, намазывая сыр медом и запивая его вином. – Мне даже немного завидно. Как ты это делаешь? Вот как?

Я улыбнулась.

– Будто я специально ищу эти приключения, – пробурчала я. – С удовольствием бы поделилась с тобой своим опытом. Но, может быть, ты мне расскажешь, как тебе удалось оторваться от Руслана?

Вилка засмеялась, её глаза загорелись.

– Ну, он сейчас очень занят. Ему не до меня. Но на этот раз я не сдамся, – она сделала паузу, её улыбка стала более загадочной. – Знаешь, я же вижу, что он ко мне неравнодушен, но постоянно сторонится. Да и раньше замечала. Но сейчас он будет моим. Мне нравится видеть, как он ревнует меня к Рорику, – она закатила глаза и хитро улыбнулась. Судя по её лицу, Руслан действительно попал.

Я не могла не рассмеяться, представив эту картину. Вилка умела создавать интригу и привлекать внимание к своей персоне.

– Что ж, удачи тебе, – сказала я, поднимая бокал с вином. – Но будь осторожна, чтобы не перегнуть палку.

Вилка подмигнула мне и подняла свой бокал в ответ.

– Спасибо за совет, – ответила она. – Я знаю, что делаю.

– Ты знаешь, я всегда буду на твоей стороне, – сказала я, обнимая подругу. – Может, съездим в магазин за подарком для Лёши? Дома всё равно никого нет, можно спокойно прогуляться.

– Отличная идея! – подхватила она, радостно хлопнув в ладоши. – Наши мужчины освободятся ещё нескоро. Чего нам сидеть дома? Давай хоть развеемся немного!

Я улыбнулась, чувствуя, как на душе становится теплее. Как же мне повезло с этой подругой! Она всегда умеет поднять настроение и зарядить позитивом. Свежий воздух, яркие витрины магазинов и её неунывающий характер – что ещё нужно для хорошего настроения?

Мы отправились в торговый центр, где, как обычно, было людно. Витрины магазинов пестрели новогодними украшениями, а люди спешили купить всё необходимое для праздника. Я взяла подругу за руку, и мы вместе пошли вперёд.

– Давай ещё мишуру купим, – предложила она, заглядывая в одну из витрин. – Мне кажется, мы мало взяли. А ещё надо взять больших пластиковых игрушек, чтобы украсить ель во дворе.

– Как мы всё это с тобой потащим? – шутливо проворчала я, хотя на самом деле мне было очень приятно заниматься такими предновогодними делами вместе с ней.

– Не переживай, – ответила она, подмигнув мне. – Мы справимся! Главное – чтобы праздник удался на славу.

– Так что не порть мне предновогоднее настроение! – продолжила шутливо возмущается она, её глаза сияют от предвкушения. – Новый год встретим все вместе у вас, а потом рванем на остров на все новогодние каникулы. Разве это не здорово? Да?

Я киваю, стараясь не показывать разочарования. Я планировала провести все праздники только с детьми и Лёшей, но потом одёргиваю себя. Какая же я эгоистка! Нельзя так. Тем более на острове всем места хватит, и это отличная возможность для всех нас провести время вместе.

– Вон там антикварный магазин, – тянет меня за руку Вилка. – Пойдем заглянем.

Мы заходим в антикварную лавку, и я сразу же замечаю карманные часы со знаком бесконечности на серебряной с золотыми вставками крышке. Они невероятно дорогие, но я не могу устоять перед их очарованием. Мне кажется, это идеальный подарок для любимого – знак моей бесконечной любви и преданности. Да-да, я всё ещё верю в силу таких чувств.

Вилка уже покупала какие-то старинно выглядящие кинжалы с разноцветными камнями на рукоятках. Видимо, она решила, что это будет идеальный подарок для Руслана.

– Что выбрала? – она сунула нос в мою покупку. – Часы? Ты думаешь о вечной любви? – прочитала она мои мысли с улыбкой. – Ты такая милая, – добавила она, расплывшись в улыбке.

– Ну, я думаю, что Лёше они идеально подойдут, – начала оправдываться я, смущаясь. – Да и этот символ о многом говорит.

– Васька, – строго посмотрела она на меня, – не стесняйся своих чувств. Тем более что все вокруг радуются за вас. Ладно, пойдём в кафешку, а потом домой, выгружаться. Сегодня я у вас ночую. Будем украшать дом, – торжественно закончила она.

– Спасибо тебе за всё, – растрогалась я. – Не представляю уже свою жизнь без тебя. Ты лучшая подруга.

– Единственная моя, – тихо сказала Вилка.

– Единственная моя, – подтвердила я.

Глава 30

Новый год! Время, когда воздух наполняется предвкушением волшебства, а улицы городов украшаются яркими огнями и праздничными гирляндами. В каждом доме царит особая атмосфера – аромат мандаринов и хвои, звук включённого телевизора, где диктор торжественно объявляет о приближении Нового года. Люди готовятся к празднику: покупают подарки, украшают ёлки, накрывают столы. Все с нетерпением ждут этого волшебного вечера, когда можно забыть о повседневных заботах и погрузиться в мир радости и веселья. Но не у меня...

С самого утра я как белка в колесе – пытаюсь успеть всё и везде. Во дворе Лёша с домовым увлечённо расчищают снег, превращая его в настоящее зимнее волшебство: горки, снежные фигуры, всё как мы любим. Наши учителя и профессора, наконец-то смогли распутать хитросплетения моих детей, и зима вернулась к нам в полном объёме.

Марфа, наша хранительница домашнего уюта, заперлась в кладовой и тщательно перебирает все наши зимние сокровища. Дети, как всегда, в восторге – носятся по дому с ёжиком-философом, который, несмотря на свою новоприобретённую любовь к философским размышлениям, выражает их исключительно на языке, который лучше не слушать и слышать. А наша собака, слава богу, вернулась к своим заводским настройкам и снова радует нас своим веселым лаем и игривым настроением.

Вилка с Веником наслаждаются вином и спорят о легендарном фильме про Иронию судьбы. А я бегаю по дому, пытаясь успеть всё: разложить подарки под ёлкой, прибраться, приготовить праздничный ужин и при этом не об кого не споткнуться и никого не задеть.

Вокруг шум и гам: дети галдят, собака лает, музыка из музыкального центра орёт на все лады, а телевизор старается не отставать. И только кошка, словно тень, следует за мной по пятам, комментируя каждое моё движение.

– В этот салат нужно побольше ананаса, – говорит она, сидя на столе и наблюдая за мной. – И попробуй обжарить немного грецких орехов. Будет вкуснее.

– Тебе-то откуда знать? – удивляюсь я, сдувая прилипшую чёлку. – Ты же не ешь салаты.

– Я вообще очень много знаю, – фыркает она, дёргая хвостом. – Ты перепелов замариновала?

– Да, – отвечаю я, раздражённо кромсая ананас. – Шла бы ты лучше к детям.

– Да им и без меня весело, – беззаботно отвечает кошка, потягиваясь. – Надеюсь, рыбу мою ты не забыла украсить по-новогоднему? А то я тут целый день с тобой кручусь, помогаю, а ты меня без праздника можешь оставить, по своей невнимательности.

– Украсила, – терпеливо отвечаю, собирая со стола остатки еды. – Может, к Вилке сходишь? Ей точно помощь нужна, моральная.

– С чего бы вдруг? – удивлённо поднимает бровь Масяня. – Она там с Веником, что ли, грустит?

– Ну ты же видишь, Руслан не спешит приехать, а она там одна, в душевных муках сидит, скучает, – объясняю я, выбрасывая банку из-под ананасов в мусорку.

Кошка переводит взгляд с меня на дверной проём, откуда доносится весёлый смех и оживлённые разговоры. Вилкин голос звучит громче всех. Затем она снова смотрит на меня.

– А ты уверена, что у неё душевные муки? – с сомнением спрашивает Масяня.

– Абсолютно, – уверенно киваю головой. – Уж кто как не я знаю лучше свою подругу? Мы же вместе через многое прошли.

Кошка задумчиво чешет за ухом, а потом лениво спрыгивает со стола, подходит к двери и принюхивается.

– Ну тогда, пожалуй, лучше меня в этом вопросе точно никто не поможет, – промурлыкала моя кошка Масяня. – Я ведь точно знаю, как лечить душевные раны.

– Спасибо, Масянька, – с улыбкой поблагодарила я, потрепав её по мягкой шёрстке. – Ты у меня просто чудо.

Наконец-то я смогла выдохнуть. Предстояло ещё успеть привести себя в порядок, а времени было в обрез. Я специально приготовила для этого случая потрясающее, сексуальное бельё, чулки и платье. Оно было темно-синим, с открытым верхом и длинным подолом, напоминающим русалочий хвост. Так и подмывало поскорее его надеть.

– Мама! – раздался радостный крик Алины из коридора. – Мы на улицу, помогать заливать горку!

– Мам, а можно нам взять ведро и морковку для снеговика? – тут же подхватил Миша, не отставая от сестры.

– У Марфы спрашивайте, – ответила я, стараясь сохранить невозмутимость.

– Да я им всё сейчас выдам, – донеслось из кладовой. – Всё готово, идите!

Я взглянула на часы: время утекало, как песок сквозь пальцы.

– Хорошо, – отвечаю, тяжело вздыхая.

– Масяня, – слышу возмущённый голос феи, – с чего ты взяла, что я страдаю?

– Ты главное не замыкайся в себе, – раздаётся голос кошки, – и всё, что наболело, выскажи. Я тебя молча выслушаю и пойму. Может, даже совет дам.

– Васька, – кричит Вилка, – забери свою кошку! Иначе у меня точно сейчас начнётся истерика!

Может, мне вернуться к похитителям? Там хотя бы тишина была, и никто не дёргал каждую минуту. Да и заботились обо мне. Размечталась, конечно. Но нет, надо просто выдохнуть и не накручивать себя. А то от этих мыслей сразу чувствую себя плохой мамой и подругой. И это чувство мне совсем не нравится.

Ну что ж, осталось всего пара салатов, противень в духовку – и можно отправляться в свою уютную комнату, чтобы принять горячую ванну. Подбадривая себя этой мыслью, я продолжила готовить.

Вдруг из коридора донёсся звонкий голос Вилки:

– Руся, ты почему так долго ехал?

Помыв руки и вытерев их о фартук, я направилась встречать гостя.

– Привет, Вась! – громко сказал Руслан, обнимая Вилку. – Ты выглядишь так, будто тебя неделю пытали.

– Привет, – ответила я спокойно. – Умеешь ты делать комплименты.

– Располагайся, а я пойду дальше на пытки, к вечному огню, – добавила я с улыбкой.

– Окей, – ответил Руслан, уводя Вилку в гостиную.

Я посмотрела им вслед, вдохнула и отправилась доделывать свои дела. Быстро закинув два противня в духовку, я наконец-то отправилась в свою комнату. Полчаса тишины – это то, что мне сейчас нужно.

За столом царила атмосфера веселья и радости. Все были нарядно одеты и с воодушевлением ждали праздника.

– Давайте проводим старый год! – начал Веник, подняв бокал с вином. – Чтобы новый год мы встретили с кристально чистой душой, как новорождённые.

Все поддержали его тост, громко чокнувшись бокалами. Дети, не отставая от взрослых, подняли свои стаканчики с соком.

– Уходи, уходи, уходи! – радостно закричали дети, весело улыбаясь. – Ура-а-а!!!

Этот момент казался настоящим счастьем. За столом сидели беззаботные дети, рядом – прекрасный и понимающий мужчина, а вокруг – верные друзья. Ещё три месяца назад я и мечтать не могла о таком. Как же мне повезло в новой жизни!

– Пять минут до Нового года, – объявил Лёша, и его голос прозвучал торжественно. – Достаём свои листочки и записываем желания. Когда куранты пробьют двенадцать, мы сожжём их над бокалами и выпьем. Кузя, Марфа, помогите, пожалуйста, нашим младшим.

Я взяла карандаш и оглядела собравшихся. Вилка, склонившись над своим листком, что-то быстро записывала, её глаза сверкали загадочным блеском, и она украдкой взглянула на Руслана. Он тоже что-то писал, его лицо раскраснелось, а на щеках играл румянец. Алина и Миша сосредоточенно выводили буквы, высунув языки и морщась от напряжения. Ваня уже закончил и теперь сидел, наблюдая за всеми с широкой, довольной улыбкой. Лёша, тоже закончивший с записью, смотрел на меня с хитринкой в глазах, явно его желание было связано со мной. Домовые, Кузя и Марфа, не стали писать, молча наблюдая за происходящим. Их спокойствие и уверенность в себе были почти осязаемыми.

Я задумалась, что же загадать. Попыталась представить, чего мне не хватает или чего я хочу, но в голове была лишь пустота. У меня уже было всё, что мне нужно: семья, друзья, поддержка. Я была счастлива, и это осознание наполнило меня теплом. Вздохнув, я решила, что не хочу ничего менять.

«Пусть в моей жизни останется всё так, как есть, – написала я на листочке. – Пусть счастье и любовь будут со мной, а враги обходят нас стороной».

Куранты начали бить, и наша разношёрстная компания, затаив дыхание, поднесла свои желания к свечам, словно пытаясь запечатлеть их в пламени. Я смотрела, как пепел медленно оседает в бокале с шампанским, и сосредоточилась на своём желании. В эту ночь я позволила себе поверить в чудеса, хотя знала, что в простой традиции нет ничего магического. Вера в волшебство витала в воздухе, побеждая скептицизм даже самых прагматичных взрослых.

– С Новым годом! – раздался громкий голос Дмитрия Викторовича, который, в костюме Деда Мороза, подошёл к столу, вызывая улыбки и аплодисменты.

– Ура-а-а! – восторженно закричали все, поднимая бокалы.

Дети, окружённые праздничной атмосферой, с радостью воскликнули:

– Дедушка!

Они бросились к Дмитрию Викторовичу, который с теплотой и заботой начал раздавать подарки. Атмосфера наполнилась смехом и радостью, а я, наблюдая за этой сценой улыбнулась, на глаза проступили слёзы.

Лёша подошёл ко мне, я же пыталась запечатлить частичку этого момента в своей памяти.

– Вася, – начал он, протягивая мне бархатную коробочку. Его голос дрожал от волнения, а глаза светились теплотой и нежностью. – Я хочу, чтобы этот подарок ты носила, не снимая, всегда помня обо мне.

Я с любопытством открыла коробочку и увидела изящный золотой браслет в виде знака бесконечности. На внутренней стороне гравировка гласила: «Вечная любовь моя». Я не смогла сдержать улыбку. Протянув руку, я позволила Лёше надеть браслет на моё запястье. Он аккуратно застегнул его, и я почувствовала лёгкое прикосновение его пальцев.

– Спасибо большое, он прекрасен, – сказала я, любуясь браслетом. – Я тоже приготовила тебе подарок.

Я подала ему свою коробочку. Лёша открыл её, и его лицо озарилось радостной детской улыбкой. В его глазах мелькнуло что-то похожее на восторг, словно я подарила ему не часы, а мечту всей его жизни.

– Вась, это самый лучший подарок в моей жизни, – счастливо сказал он, не отрывая глаз от часов. – Ты видишь, мы созданы друг для друга. Даже наши подарки имеют одинаковую символику. Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, – ответила я, обнимая его. Лёша нежно прижал меня к себе. Он не растерялся и накрыл мои губы поцелуем, который был полон нежности и страсти.

– Пойдём спасать папу? – спросил Лёша, отстраняясь.

– Позже, – ответила я, наслаждаясь моментом, его поцелуй оставил лёгкое тепло на моих губах. – Пусть ещё немного помучается. Он заслужил.