Текст книги "Третий ключ ведьмы (СИ)"

Автор книги: Вера Клеменская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

-19-

– Поговорим, – кивнула я.

Даже попыталась прикинуть, кто мог бы прислать этого типа сюда и с какими указаниями, но тут же сдалась – у Железного Герцога врагов уж точно хватало, а с некоторыми его друзьями враги и вовсе не нужны. Но если Родриком и руководил кто-то поумнее, это не значило, что сам он не наделает глупостей и не сболтнёт лишнего. Стоит попробовать этим воспользоваться.

– Сколько ты хочешь за то, чтобы исчезнуть?

– В каком смысле – исчезнуть? – хлопнула глазами я, хотя прекрасно уловила суть предложения.

– В прямом, – досадливо поморщился Родрик. – Не знаю, как уж ты женила на себе моего братца, хотя, полагаю, особо гадать тут нечего. Но ты, надеюсь, не настолько наивна, чтобы рассчитывать задержаться рядом с ним.

– И что же может этому помешать? – поинтересовалась я, изо всех сил постаравшись удержаться от язвительного тона.

Пусть лучше считает меня если не глупее, так хотя бы наивнее, чем есть на самом деле. Я и сама, конечно, могла бы назвать с полдюжины причин, но хотелось послушать версию Родрика. Наверняка станет врать, но ложь порой бывает красноречивей правды. И уж точно куда лучше выдаёт мотивы лжеца.

– Ты ему не нужна, – уверенно заявил Родрик. – Он хочет только получить наследника, а как только его получит, сразу от тебя избавится. Уже ведь упрятал сюда с глаз долой. Ты же не дурочка какая-нибудь, да и лет тебе давно не семнадцать, всё должна понимать.

– А зачем тогда мне сейчас исчезать? – пожала плечами я. – Мне и здесь пока вполне неплохо живётся. Убраться восвояси всегда успею.

– Ты же порядочная женщина, Арнель, – немного удивил меня ответом Родрик. – Никогда не продавала совесть за золото.

Не удержавшись, я фыркнула. Да уж, это-то Родрику должно быть хорошо известно. Много раз я выставляла вон его подручных, явившихся просить помочь избавить хозяина от очередного кредитора или бастарда. Всегда выпроваживала, сколько бы золота ни сулили.

– Тогда зачем снова предлагать мне сделать это? – поинтересовалась я откровенно язвительно. – Ответ будет прежним. Признаться, мне уже хочется поступить как обычно, только на этот раз наконец-то выставить за порог тебя лично. Без посредников, так сказать.

– Я тебе другое как раз предлагаю! – зло прошипел в ответ Родрик, рванувшись вперёд и замерев в каком-то полушаге от меня. – Останешься, так не увидишь никогда ребёнка своего, разве что издали! А так будешь и с ним, и с деньгами.

Я сделала вид, что призадумалась. Да нет, чего там, в самом деле призадумалась. Не над тем, конечно, чтобы принять предложение Родрика, с ума я пока не сошла. Вообще призадумалась.

Сначала всё было просто и понятно, а потом запуталось. Хотя зачем я вру? Никогда это не было ни просто, ни понятно. Теперь уже я даже не пыталась обманывать себя, оправдываясь влиянием собственной силы. Оно, конечно, тоже сыграло свою роль, но вряд ли решающую. Большую часть я проделала сама.

Но теперь я не знала, что будет дальше. Родрик наверняка считал, что у нас с Рэйном контракт, по которому я получаю деньги за рождение ребёнка. А кто бы, спрашивается, подумал иначе? Вот только правда состояла в том, что контракта не было. И это делало ситуацию совсем сложной и непонятной.

Контракт следовало заключать до собственно заключения брака, только так. И если этого не было сделано, выходов оставалось только три: аннуляция брака, на которую я изначально рассчитывала, развод по причине супружеской неверности или отсутствия детей и… да, и конечно же смерть одного из супругов. Ну, или обоих. В один день или нет, после долгих лет счастливой или не очень совместной жизни.

Аннулировать наш брак было уже поздно, сроки вышли. И что если в самом деле родится ребёнок? Развестись в таком случае будет весьма затруднительно. Мужские измены веской причиной для развода не считались никогда. Выходит, нарушать обеты придётся мне. А это…

– Что скажешь, ведьма? – поторопил меня Родрик.

– Скажу, что обдумаю твоё предложение, – пожала плечами я. – Большего не обещаю.

– Ты правда что ли дура?

Я усмехнулась. Быстро же с него слетела вся напускная светская любезность. Всего-то и стоило один раз не угодить незамедлительно его сиятельству. Впрочем, с сиятельством это я Родрику польстила, титула у него никакого не было. А так хотелось…

– Уж не настолько, чтобы поверить первому же твоему пустому слову, – ответила я вслух. – У тебя же нет денег, только куча долгов. Состояние семьи в руках Рэйна, и я сейчас к нему куда ближе, чем ты. Его обещание отпустить меня с деньгами пока что выглядит более надёжным, так что мне нужны хоть какие-то гарантии, чтобы всем этим рискнуть.

Сознаваться, что контракта нет, я не собиралась. Ещё не хватало вешать мишень себе на спину, учитывая, что услуги наёмников нынче не так уж и дороги. В той же столице в бедняцких кварталах на каждом углу полно отчаявшихся людей, худо-бедно наученных убивать. Так что лучше пока делать вид, что я просто торгуюсь.

В том, что Родрик готов избавляться от меня вообще любым способом, сомневаться не приходилось, но бегство моё было для него, разумеется, самым предпочтительным. В случае моей безвременной кончины через какой-то год Рэйн сможет жениться снова, причём на какой-нибудь высокородной леди, от которой будет затруднительно избавиться безнаказанно. Это у меня, ведьмы, может быть полно старых врагов, на которых можно всё свалить, а причина её убийства станет очевидна сразу. Родрик пискнуть не успеет, как окажется на эшафоте.

Убить меня и спрятать тело – тоже так себе вариант, некромант за час выяснит, что я мертва. А вот если я буду жива, но исчезну… пока меня будут разыскивать, пока будет тянуться процесс расторжения брака, много воды утечёт в нужное этому типу русло.

– Хочешь деньги вперёд? – неприятно осклабился Родрик.

– Точно, – кивнула я. – Так тоже можно. Даже лучше всего.

– Тогда через три дня я вернусь. Как раз подумай, куда отправишься. Хорошенько подумай, Рэйн не должен тебя найти. Если найдёт, пожалеешь.

Проводив взглядом «милого братца», я вернулась к созерцанию сада и обдумыванию той самой мысли, на которую меня натолкнул разговор. Вот правда, если будет ребёнок, что тогда делать-то?

Совершенно точно ещё никогда в жизни я не ждала маленьких женских неприятностей с таким нетерпением, сама не зная, хочу их дождаться или наоборот. А много ли времени прошло с тех пор, как мысль о ребёнке не вызывала у меня ничего, кроме паники и ужаса? Меньше двух недель…

Она меня и сейчас пугала, но по другой причине. Не потому даже, что я не совсем понимала, какие у нас теперь отношения. Могло ли быть так, что меня просто расчётливо соблазнили, чтобы использовать и выставить вон? Могло – так говорил разум, а сердце твердило другое. То ли знало что-то, разуму недоступное, то ли просто выдавало желаемое за действительное. Но в любом случае именно сейчас появление ребёнка было очень не ко времени.

Сперва нужно разобраться со всей этой историей: с Фоуком, с Шотаном, с Хэймом. А уж потом можно будет думать о чём-то настолько важном. Спокойно или, во всяком случае, не опасаясь буквально каждую минуту получить в спину нож или чего похуже.

Но, если подумать, у бабушки не было даже дома, они с мамой скитались по съёмным углам. Она тоже могла бы решить, что это всё не ко времени, что сначала нужно как-то устроиться в жизни – но не решила. Сглупила? Может быть. Жалела? Нет.

Всё, что я понимала – что безнадёжно запуталась в собственных мыслях и чувствах. Но не стоило делать ничего на эмоциях, лучше было пока успокоиться и разбираться с неприятностями по мере поступления. И для начала придумать, что делать с Родриком и его крайне серьёзными намерениями.

В том, что через три дня он действительно явится с деньгами, я практически не сомневалась. Как и в том, что деньги эти ему кто-то должен будет дать. Навряд ли в долг, скорее там имеется подельник. И каковы же цели этого подельника?

Сделать Родрика герцогом прямо сейчас или даже в ближайшее время таким образом ну никак не получится. Платить за выгоду, получить которую можно будет лет через двадцать, а то и позже… нет, возможно и такое, но я бы скорее поставила на нечто не столь отдалённое во времени. Скорее уж подельник готов платить за разрушение каких-то ближайших планов Рэйна. Но каких? Гадать тут можно бесконечно, проще спросить. Тем более, поговорить нам точно есть о чём.

Желания, однако, имеют свойство частенько не совпадать с возможностями, вот как сейчас, например. Поговорить-то хотелось, да и следовало бы, но как? Срочно испугаться и заставить Рэйна снова сюда примчаться? А испугаться чего? Меня даже умертвие не заставит пережить такой же ужас, как в прошлый раз, о банальных крысах с пауками и говорить нечего, их я вообще отродясь не боялась.

Вестников создавать я тоже не умела, эти штуки по части магов. Но, если подумать, едва ли Рэйн и сам возится с ними каждый раз с нуля, слишком уж это долгая и кропотливая работа. Значит, где-то у него должны храниться заготовки, хотя бы парочка, на всякий срочный случай. Ими у меня вполне хватит сил и умения воспользоваться, осталось только найти.

С этой мыслью я решительно поднялась со скамейки и направилась обратно в замок. Скорее всего, заготовки хранились в кабинете. Это было бы логично, где же ещё им лежать, не в оружейной ведь? Хотя, если что, можно будет и там проверить, да. Но начать всё-таки лучше с кабинета.

В кабинете я обнаружила Гровера, уныло разбирающего бумаги. Обязанностями своими он не пренебрегал, но именно этими – явно без всякого удовольствия. И я его очень понимала, сама всю жизнь терпеть не могла возиться со счетами. Но надо значит надо.

– Надеюсь, этот проходимец уже убрался куда подальше? – проворчал Гровер, выписывая на чистый лист какие-то цифры.

– Убрался, – пожала плечами я. – Пока что.

– Вот именно, – уже совсем сварливо согласился сенешаль. – Пока что. Его выгнать сложнее, чем крысу с армейского склада. Чего хотел-то? Денег опять просил?

– Не поверите, предлагал, – чуть не рассмеялась я.

– Не поверю, – согласился Гровер, сердито зачёркивая только что написанное и снова закапываясь в стопку уже было отложенных бумаг. – Не с его долгами кому-то деньги предлагать.

– И тем не менее, – развела руками я, задумчиво осматриваясь.

– Ищете что-то? – догадливо уточнил Гровер.

– Вестника, – призналась я, не видя смысла разводить таинственность.

– Родрик вам угрожал? – нахмурился сенешаль.

– Не без этого, – буркнула я, открывая узкий шкаф слева от стола.

Угадала с первой попытки, как ни странно, заготовки действительно лежали там: целых четыре небольших, меньше моей ладони, диска, похожих на деревянные. Для деревянных, впрочем, они всё же были слишком лёгкими.

– Сообщите его светлости, – серьёзно посоветовал Гровер.

– Как раз и собираюсь, – кивнула я, забирая с полки одну из заготовок.

На самом деле до конца уверена в успехе не была. Ведьмы не маги, сила наша сравнительно невелика, а для вестника её нужно немало. Но и не настолько много, чтобы не было смысла пытаться. Закрывшись в спальне, я села за стол, сжала диск в ладони и зашептала когда-то давно заученную формулу.

Тогда, в детстве, у меня ничего не вышло. У брата, впрочем, тоже, хотя он-то был самым настоящим магом, и довольно, кстати, сильным. Но последние пятнадцать лет я не сидела сложа руки, училась управлять своим даром. И вот теперь диск послушно засветился сперва белым, а потом и отчётливо голубоватым, сообщая, что на этот раз мне удалось его правильно активировать.

Постаравшись изложить разговор с Родриком и собственные мысли по этому поводу как можно более кратко и ясно, я зашептала вторую формулу, закрепитель. Снова удачно, свечение стало зелёным, как и положено. Остался сущий пустяк – направить вестника. Теоретически это действительно было самым простым, но практически я никогда ещё до этого шага не добиралась.

Как это работает, я вообще не очень понимала. Вот представила я себе человека, и что? Как от этого должен выстроиться пресловутый магический вектор? Как в принципе выстраивается эта загадочная штуковина? По идее так же, как и у проклятия. Вот только дело в том, что я никогда по-настоящему не понимала, как работают проклятия. Только в теории знала. Я, ведьма, дожив до двадцати пяти лет, никого ни разу не прокляла. Верится с трудом, но факт.

Очнувшись от этих отвлечённых мыслей, я посмотрела на свою ладонь и увидела на ней вестника, круглого и крылатого. Он немного повозился и нетерпеливо пискнул, напоминая, что готов к путешествию. С ума сойти, получилось!

Торопливо распахнув окно, я выпустила вестника, проводила его взглядом, пока он не исчез в небольшой зеленоватой вспышке, и ещё немного полюбовалась видом, раздумывая, что делать дальше.

В библиотеке замка едва ли найдётся ещё что-то новое о Хэйме, но стоит продолжить копаться в истории с ключом. Точнее даже в замках и печатях, для снятия которых нужна кровь. Может, там и отыщется связь между Илларом и Эрдин.

* * *

Бесса сходу развела в замке бурную деятельность. После обеда попросила моего позволения рассчитать нескольких горничных и одну женщину с кухни. Уточнив, о ком речь, я дала ей полное одобрение, всё это были подружки, вернее даже подельницы Хезер. Я была совсем не против от них избавиться, но решила сперва всё-таки дать шанс исправиться. Не хотела уподобляться этой стерве, да и по себе знала, как тяжело женщине в одночасье остаться без работы и крыши над головой. Парочка шансом, кажется, воспользовалась, новая ключница осталась ими довольна. А остальным туда и дорога.

Убедившись, что бытовые вопросы наконец-то в надёжных руках и решаются как надо, я отправилась в библиотеку, исполнять задуманное. Закопалась в книги по самую макушку, но ничего ценного не обнаружила. Нечто такое, требующее крови, совершенно определённо существовало, но сведения о нём на видном месте не лежали. Если они тут и были, то явно где-то спрятанные.

Поискав тайники и, разумеется, их не обнаружив – ведьме в таком деле с магами не тягаться, я припомнила, что хотела выяснить, зачем библиотеку навещал Родрик. Надо сказать, он не удивил, перечитывал семейные бумаги. Прикидывал шансы дорваться до наследства.

Я тоже решила на всякий случай с ними ознакомиться. Просто чтобы представлять, от кого и откуда можно ожидать неприятностей. Ничего неожиданного, впрочем, не обнаружилось и тут. Валлерн переходил к старшему сыну предыдущего герцога или же к его ближайшему совершеннолетнему родственнику мужского пола. Но одна интересность всё же отыскалась. Или даже две.

Во-первых, ближайшим совершеннолетним родственником Рэйна на данный момент был вовсе не Родрик, а его отец. Ходили, конечно, слухи, что тот не очень-то здоров и не задержится на этом свете надолго, но самого факта это никак не отменяло. К тому же я помнила, что те же разговоры велись и десять лет назад, и это заставляло несколько усомниться в информированности их участников.

Во-вторых, в случае, если к моменту перехода титула прямой наследник не успеет достигнуть совершеннолетия, тот самый ближайший совершеннолетний родственник становился его опекуном. То есть, фактически на некоторое время получал Валлерн в свои руки. И вот эта лазейка мне совсем не понравилась.

Конечно, отсутствие прямого наследника для желающих заграбастать Валлерн было куда как предпочтительней – так они получали всё, сразу и без лишней возни. Зато это отчасти объясняло желание поскорей отделаться именно от меня. Я ведьма, стало быть сама по себе далеко не беззащитна и довольно опасна. К тому же, обвести меня вокруг пальца будет не в пример сложнее, чем какую-нибудь девицу вроде Лауры. И это не говоря уже о том, насколько труднее будет избавиться от магически одарённого ребёнка в сравнении с обычным. В общем, я тут была дважды, а то и трижды нежелательна.

Коротко говоря, я вляпалась. Да так, что впору было мечтать о том, чтобы злые языки, которых я опасалась поначалу, стали моей самой большой проблемой. Зато теперь мне на них было совершенно наплевать – такая вот светлая сторона в кромешной тьме. Есть чему порадоваться.

За ужином я постоянно смотрела по сторонам, едва слушая, о чём говорят Гровер с Орреном, и временами кивая совсем невпопад. Всё ждала, когда же появится ответ на моё послание. Но ответа не было, и это заставляло нервничать. Что, если я промахнулась, и вестник улетел невесть к кому? Или что-то случилось?

Каких только ужасов не подкинуло мне воображение, особенно по пути в спальню. Я даже успела прикинуть, какие самые нужные зелья можно будет сварить просто на кухне и что стоит поискать с утра на рынке. Но тут же забыла обо всём на свете, едва переступила порог и услышала нетерпеливый писк.

-20-

Вестник дожидался меня на подушке. Внешне он больше всего походил на птичку, но вёл себя совершенно как нахальный кот. Разлёгся со всеми удобствами, а при виде меня недовольно чирикнул, будто я накормить его забыла.

Я протянула руку. Вестник даже не подумал пошевелиться, только снова чирикнул. Точно, кот. И очень, очень нахальный. Понятно, конечно, что он просто дожидался адресата в определённом месте, но выглядело всё это забавно. Так и хотелось взять веник и заняться его воспитанием.

Никакой веник я не взяла, разумеется, идти за ним было далеко, да и ни к чему представление устраивать. Просто отпустила Дину, села на кровать и поймала нахальное создание. Вестник повозился на ладони, убеждаясь, что я именно та, к кому его отправили, потом совершенно спокойным голосом Рэйна сообщил, что с Родриком разберётся сам, а потом неожиданно рассыпался облачком серебристой пыли.

Облачко не исчезло и не осыпалось на пол. Немного повисев в воздухе вокруг моей ладони, оно неожиданно собралось в цветок. Не существующий, но очень красивый, он лёг обратно в мою руку, и я невольно залюбовалась мерцающими лепестками.

Долго иллюзия не продержалась, рассыпалась и исчезла, а я поймала себя на том, что улыбаюсь. Кто бы мог подумать, что его светлость всё же не чужд некоторой романтики. И кто бы мог подумать, что я до сих пор могу радоваться таким мелочам. Что вообще могу им радоваться, потому как в юности к цветам относилась прохладно и сугубо прагматично: все, что не годились на зелья, быстро отправлялись в мусор. Видимо, не зря говорят, что дорог не подарок, а внимание.

Всё это было неправильно. Мне сейчас стоило бы возмутиться отсутствию объяснений и потребовать рассказать, как именно планируется решить вопрос с наглым кузеном. А вместо этого я сидела и улыбалась, как дурочка. И если уж честно, мне было плевать, что там и как произойдёт. Без меня? Ну и прекрасно, без того забот хватало.

* * *

За следующие три дня я успела заказать ещё несколько платьев и пару дорожных костюмов с брюками, провести полную ревизию припасов в замке, закончить уборку, закупить травы, устроить себе нечто вроде лаборатории в пустовавшей угловой комнатке под крышей и сделать заготовки для нескольких самых нужных зелий. Все эти дела позволили выбросить из головы ненужные сомнения и метания, а главное – не лежать на кровати, жалея себя несчастную.

Чувствовала я себя отвратительно, как и всегда в дни женских неприятностей. Но как-то раньше меньше обращала на это внимания. И, кажется, пора было признаться себе, что больше всего меня мучило разочарование. Или, может быть, то, что я вообще его испытывала. Из-за того, чего никогда не было и чего я никогда не хотела. Потому что на утро четвёртого дня самочувствие моё улучшилось, а вот душевное состояние – нисколько.

Завтракать в зал я не пошла, попросила Дину принести его в спальню. Почти не поела, потому что всё ждала новости о появлении Родрика. Но время подходило уже к обеду, а «милый братец» всё не спешил почтить меня визитом. И я вполне допускала, что про три дня он ляпнул так, для красного словца, а на деле так скоро не явится. Или, может, вообще не явится, потому что с ним уже благополучно разобрались. Но можно же было мне сообщить!

В общем, я волновалась и сердилась. И чем сильнее волновалась, изводясь неведением, тем больше сердилась. Не годилась я на роль украшения дома, не умела не забивать себе голову проблемами. Слишком уже привыкла сама полностью контролировать свою жизнь.

К обеду я вышла, и даже поговорила с Гровером о хозяйственных делах. Точнее, попыталась поговорить, потому что вникнуть в рассказ никак не удавалось. В голове крутился рецепт одного очень милого зелья, которое хотелось сварить и мстительно подлить Рэйну. Чтобы чесался три дня и на три года, не меньше, запомнил, что с ведьмами шутки плохи.

Когда и к ужину не появился никто, кроме торговца, доставившего заказанные мной травы, я всё-таки пошла это самое зелье варить. Испортила котелок и две колбы, по рассеянности сыпанув слишком много сариллы, кое-как навела порядок и отправилась спать. Решила, что для мести сойдёт, в сущности, и обычное слабительное. Просто, надёжно и всегда заставляет призадуматься.

Уснула далеко не сразу, вертелась с боку на бок, придумывая, как бы ещё потянуть время, если Родрик всё-таки решит объявиться. Ничего не придумала, зато хоть задремала. Разбудила меня скрипнувшая в ночной тишине дверь.

Первой мыслью, посетившей меня после этого звука, стало воспоминание о том, что я так и забыла велеть её наконец-то смазать. Потом всё-таки вспомнила про спрятанный под подушкой флакон с «серым туманом», отыскала его там и резко села в постели, примеряясь, как бы так расколотить склянку об пол, чтобы самой досталось поменьше.

– Не торопись, потом три дня ведь придётся проветривать.

Слова, которые пришли мне в голову после этой фразы, я с трудом удержала при себе. Приличных среди них не было ни единого, но других как-то не нашлось. Опустив руку с флаконом, я медленно перевела дыхание, сосчитала до десяти и всё-таки швырнула в ночного визитёра подушку. Хоть так отвела душу.

– Отправляешь на диван? – не поведя бровью поинтересовался муженёк, поймав подушку на лету.

– Иди ты… – начала было я, но снова прикусила язык, не желая демонстрировать свои познания в области ругательств.

– Думал, ты спишь.

– Индюк тоже думал, – проворчала я, укладываясь обратно. – Мог бы предупредить, что приедешь.

– Я не собирался приезжать, – совершенно спокойно ответил Рэйн, усаживаясь на кровать и стягивая сапоги. – Но потом подумал, что будет лучше высказать кое-что и братцу лично.

– Думаешь, сработает? – фыркнула я.

– На какое-то время.

– Отделаться от него раз и навсегда не получится? – уточнила я тоскливо.

– Разве что утопить, – всё таким же ровным голосом ответил Рэйн, бесцеремонно забираясь под одеяло. – Но пока столь крайние меры представляются мне излишними.

– Как знаешь, – пожала плечами я, отползая ближе к середине кровати.

В целом я была с ним согласна. Родню не выбирают, терпят ту, что есть. И пока Родрик в самом деле не сделал ничего, чтобы заслужить расправу. Выволочку – да, возможно даже хорошую трёпку, но уж точно не смерть.

– Сердишься?

– Не то слово.

– «Белую чесотку» на рубашку набрызгаешь?

Не удержавшись, я хихикнула:

– На подштанники. Так оно обычно доходчивей получается.

– Ты страшная женщина, – трагически прозвучало в ответ.

– Ты ещё не знаешь, насколько.

– Знаю, – со смешком отозвался Рэйн. – Ты правда пригрозила повесить обоих наследничков?

– Неправда, я не угрожала, – запротестовала я, осознав, что меня самым нахальным образом сцапали и тянут обратно ближе к краю. – Я предложила им выбор, и это был только один из вариантов. И они имели все возможности его не выбирать.

– Я скучал.

Я замерла, прекратив попытки освободиться и отползти обратно. Такого поворота разговора точно не ожидала, вот совершенно. И что мне теперь было говорить? Что тоже скучала? А я скучала? Между прочим, по меньшей мере отчасти это было правдой. Мне хотелось, чтобы он оказался рядом, и не только затем, чтобы толком его расспросить.

– Спасибо за цветок, – ляпнула я, не придумав ничего лучше.

Бесы, почему мы, два взрослых человека, не можем просто спокойно обо всём поговорить? Вместо этого ведём себя как бестолковые детишки какие-то. Осталось ему начать меня за косу дёргать, а мне – книгой его по голове бить в ответ. Кстати, видела я в библиотеке одну очень подходящую для такого дела книгу…

– Рад, что тебе понравилось.

– Красивый, – пробормотала я, устраиваясь на его плече поудобнее.

– Кто?

– Цветок.

Как я ни старалась, не смогла выдавить из себя ничего более толкового. Чего бы проще – взять да спросить. Но нет, слова не находились, страх заставлял молчать, прячась за бессмысленной болтовнёй. Я слишком боялась, что всё это временно, просто чтобы получше провести неизбежное время вместе.

– Надо было привезти настоящий.

– Не надо, – возразила я, одновременно радуясь и досадуя, что пустой разговор продолжается. – Лучше «слёзы Кармия» привези.

– Привёз уже.

– Спасибо, – пробормотала я, с трудом придушив зевок.

Вроде бы только что была почти бодрой, а теперь глаза сами стали закрываться. Видимо, слишком измучилась ждать непонятно чего, и как только наступила хоть какая-то определённость, успокоилась. Прямо совсем-совсем успокоилась.

* * *

Проснулась я от стука в дверь и раздавшегося немедленно вслед за ним пожелания доброго утра. Дина по привычке решительно направилась к окнам, но на третьем шаге застыла, вспыхнула, как молодая редиска, поспешно развернулась и едва не побежала обратно к двери.

– Дина, – попросила я, когда она уже почти выскочила из комнаты, – через полчаса зайди.

– Хорошо, миледи, – торопливо кивнула горничная, старательно глядя в сторону. – Просто господин Гровер просил передать, что лорд Родрик прибыл, вот я и…

– Спасибо, иди, – разрешила я, чувствуя, что всё недавнее спокойствие улетучивается, как его и не было.

– Иди завтракать, – совершенно ровным голосом распорядился Рэйн прежде, чем Дина всё-таки успела сбежать. – Миледи тебя позовёт, когда понадобишься.

Хлопнула закрывшаяся дверь. Я, не удержавшись, фыркнула. Всегда терпеть не могла звать прислугу колокольчиком, от этого действа пахло капризной лентяйкой, заставляющей девушек бегать по лестнице туда-сюда только затем, чтобы шторы задёрнуть или наоборот. Была у леди Соллерн именно такая знакомая.

– Чем ты недовольна? Что я командую твоей служанкой?

Я фыркнула опять. Что командует – это ерунда, в конце концов, он здесь хозяин. Другое дело, что он и Дине и мне, конечно, тоже дал понять, что через полчаса никто лишний здесь не понадобится. Трудно ли догадаться, почему?

– Поговоришь с ним? – с надеждой поинтересовалась я.

– Поговорю, – согласился Рэйн, решительно пресекая мою попытку высвободиться и встать. – Попозже. Знаешь, невольно начинаю восхищаться Селбером.

– С чего вдруг? – хмыкнула я, сама легко представляя себе сразу несколько причин если не уважать этого типа, то хотя бы отдать ему должное.

– Нужно быть поистине незаурядным человеком, чтобы заставить этого лодыря не просто подняться в такую рань, но ещё и по делам отправиться, – лениво протянул Рэйн, неторопливо водя по моему плечу кончиками пальцев и заставляя колкие мурашки табунами разбегаться по всему телу. – Я раньше, чем к обеду его тут не ждал.

– Так это всё Селбер?

– Само собой. Нет, я, признаться, немного подозревал и дядюшку, но нет, для него это слишком тонко.

– Это вообще не слишком тонко, – возразила я, пытаясь уцепиться за что-нибудь осмысленное, чтобы забыть о том, как мне нравилось, что пальцы продолжали бесцеремонное путешествие.

– А для него – слишком.

– Рэйн… – начала было я, но договорить не сумела, голос подвёл.

– Да?

– Мы завтракать не пойдём? – сглотнув, кое-как пробормотала я, уже сама прекрасно понимая, что нет.

– Не пойдём. Не хочу, чтобы ты любезничала с этим проходимцем.

Я хотела было возмущённо объявить, что в страшном сне не собиралась с ним любезничать и вообще с удовольствием отходила бы поганым веником по физиономии, но как-то не вышло. Брякнула я совершенно другое, будто бутылку вина с утра пораньше успела выпить, честное слово.

– Ты что, ревнуешь?

Язык бы прикусить, но не хотелось. Я в самом деле чувствовала себя пьяной, хотя с того злополучного приёма всего-то раз и выпила один глоток, исключительно из уважения к хозяину. И когда уже это было…

– Нет, – прошлось по моей шее тёплым дыханием, заставив выгнуться. – Просто не хочу, чтобы ты с ним любезничала. Много ему чести.

– Хорошо, – из последних сил согласилась я. – Не буду.

* * *

С завтраком мы припозднились. А потом ещё немного припозднились. И чуть-чуть задержались в ванной. Родрик, наверное, в саду пару новых дорожек протоптать успел, нетерпеливо ожидая, когда я соизволю объявиться. Вот бы посмотреть на его физиономию, когда он поймёт, что я так и не соизволю… Кстати, да, стоит на неё посмотреть, почему нет? Всё-таки я ведьма, могу и такое, и ещё не такое.

Плеснув в опустевшее блюдо кружку воды, я окунула в неё самые кончики пальцев, и зашептала давно заученные слова. Не то чтобы очень уж любила шпионить, но иногда это бывает очень полезно. А порой просто любопытно.

Сад я нашла не сразу, сперва увидела на заднем крыльце одну из кухарок, нагло лопающую сметану прямо из горшка. Сметаны мне, в сущности, было не жаль, так что много внимания этой тётке я уделять не стала, даже не рассмотрела толком, торопливо сдвинув матрицу.

Родрик дремал на той же скамейке, где я сидела во время нашей с ним беседы. Разморило его на солнышке после сытного завтрака, не иначе. Ну ничего, наслаждаться погожим деньком ему недолго осталось. Тень, мрачная и явно не очень довольная необходимостью вставать, одеваться, топать в такую даль и вести какие-то там ещё разговоры, уже нависла над ним, скрестив руки на груди.

– Деньги, – негромко и очень сухо сказал его светлость.

Лица его я сейчас не видела, но вся поза была более чем красноречива. Родрик, услышав это короткое слово, подскочил, как пчелой ниже спины ужаленный, и в ужасе вытаращился на родственника. Кажется, меньше, чем его, он ожидал сейчас увидеть разве что мифическую гарпию.

– К-какие? – выдавил он, запнувшись.

– Не ломай комедию, – как-то брезгливо ответил Рэйн. – Те, которые тебе ссудил Селбер. Давай их сюда.

– З-зачем? – проблеял Родрик, медленно отступая и, кажется, прикидывая свои шансы сбежать.

– Давай-давай, – поощрил Рэйн, делая полшага вперёд. – В твоих руках они всё равно не задержатся, лучше я верну их герцогу лично.

– Нет у меня никаких денег! – попытался было возмутиться Родрик. Получилось, надо сказать, жалко и совершенно неубедительно.

– Несмотря на всё твоё пристрастие к актрисам, – с усмешкой сообщил Рэйн, – твой собственный актёрский талант всегда оставлял желать лучшего, так что можешь не стараться. Деньги, Родрик.