Текст книги "Синяя папка. Сережка. Давным давно была война... (СИ)"

Автор книги: Василий Колесов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

А на реке разворачивались следующие события…

Патруль увидел, как в реку заходят и переплывают двое мальчишек, держа в одной руке, над головой, свернутые вещи.

–Костя, смотри! Два "отпуска" в реке плывут! Давай быстрее, возьмем из без порток и без тапок! Они даже убежать не смогут!

–Антоха, успеем… сперва надо посмотреть, чтоб не утонули. Ты же помнишь, что нам командир говорил: проконтролировать…

–Да там всего три метра глубоко, а дальше им по шейку… Да и плавают они хорошо… Все! Погнали!

И застали пацанов на самом «интересном месте», когда только выбрались и собирались выжимали «труселя»…

–Ну, что, голозадые, попались! – съехидничал товарищ Кости Антон.

–Не голозадые, а мокрозадые!!! – хохотнул Костя, откинув чуть голову назад и… почувствовал, что его потянуло назад сильнее, а ремешок от немецкого шлема впился в шею и не дает вздохнуть… и свет померк. Очухался Костя, когда его облили водой, понял, что раздет, услышал, как одетый в его форму парень сказал:

–Нормально, не перестарались. Зато, когда раздевали, не трепыхались…

Костя хотел матернуться, обругать пацанов, но не смог, во рту была какая-то тряпка, а руки и ноги связаны. Рядом лежал и крутил головой его товарищ…

– Я сейчас кляп выну, ругаться и кричать не надо… Отвечать на вопросы надо… Ферштее, гансы? – присев над Костей жестко выдал крепкий парнишка, уже одетый в Костину форму. Косте как-то расхотелось ругаться: глазах мальчишки было что-то такое, что заставляло подчиняться.

–В случае захвата нас, вы должны были нас привести в штаб?

–Да…

–Где он находится?

–У моста несколько палаток, в одной из них руководитель игры – командир разведчиков, – нехотя, но все же ответил Костя. Он помнил, что по правилам игры мальчишки могли молчать, а вот они должны были честно отвечать на вопросы, если попались. А он попался… А так хотелось "обложить" пацанов на "матерном", но... рядом могли быть камеры слежения.

–Звание командира, как зовут?

–Подполковник Свиридов.

–Свиридов? – удивился Илья и переглянулся с Серым и Никитой.

–Илюха, голову не ломай – в 100 лет в армии не служат… Точно не он, – прекратил удивление Ильи Никита.

–Штаб охраняют бойцы из одного подразделения? – спросил уже Никита.

–Из разных. Мы из роты охраны, а они из роты разведки…

К штабу подходили два солдата, ведя, смирившихся со своей судьбой, двух мокрых, измазанных грязью мальчишек, что шли босиком, в труселях, и несли почти всю одежду и обувку в руках. Было видно, что мальчишкам трудно идти босиком, они почти ежесекундно ойкали и косолапили, от попадающихся под стопы камушков…

–О, счастливчики! – приветствовали «немцев» солдаты из других патрулей.

– Ведите к подполковнику!

– Готовьтесь ехать домой…

– Повезло!

Штабную палатку никто не охранял. Да и от кого ее охранять, если мальчишки с другой стороны реки по лесу бегают…

–Товарищ подполковник, разрешите?! – спросил один из немцев перед входом в штабную палатку.

–Входите!

В палатке у стола с картой местности, с ноутбуком, сидел «немецкий офицер» – оберст (полковник), он с усталой улыбкой посмотрел на «беспортошных» мальчишек. В углу палатки, на нескольких полиуретановых ковриках сидел со связанными руками и ногами мальчишка, которого мучали «немцы».

–Смотрю, даже без ссадин обошлось, а то вон мой, играл почти по-настоящему, весь поцарапанный и с разбитой губой… – «немецкий офицер» повернулся к пленнику. – А какие у тебя глаза квадратные стали, когда я в тебя водой из кружки плеснул, когда тебя лейтенант Михайлов резать стал!!! Загляденье! Думал заорешь… Но глаза все равно были квадратные, от удивления!

– Реально страшно стало, чуть не закричал… Па, а я что, должен был сдаться? Руки поднять? Я хочу вместе с ребятам выиграть… не получилось.

–Не закричал он... я думал, что обделаешься со страха... Ладно, отдыхай – валяйся связанный в углу и не мешай нам. Тебе еще час отдыхать… Хотя... Может и меньше... Не устал пытаться развязаться и сбежать? Руки ноги не затекли?

–Не, Пап, нормально… Только запотел, жарко сильно…

–Терпи, вот этим, без порток не жарко, по виду – только из речки? – поинтересовался «оберст» у «немцев» и удивился, увидев наставленные на себя карабины Маузера. – Бойцы, что за шутки! Вам же сказали: в людей не целиться, чтоб аккуратнее обращались с реквизитом!

–А нам не говорили… – покачал головой Илья и попросил второго «немца» из первого отряда. – Леха, встань у входа в палатку, никого не впускать.

Лешка кивнул и вышел.

–Товарищ подполковник, мы вас здесь оставим, если Вы обещаете посидеть тихонько 10 минут. А вот сына Вашего, мы с собой заберем, он нам нужен.

«Оберст» – товарищ подполковник, сидел на походном стуле, молчал и чуть-чуть улыбался.

–Класс! Пацаны! Суперски! Я уже думал все – проиграли!

–Хорош верещать… Тебя как звать? –спросил Илья.

–Кирилл…

–Хорошо! Никита, Серый, одевайтесь быстрее, Кирилла развяжите, но веревки на руках оставьте. Вас тоже немного, для вида, подвяжем…

Подполковник смотрел на это и немного улыбался.

–«Герр оберст», а чему Вы улыбаетесь? – не удержался и спросил Никита.

Но за отца ответил Кирилл:

–Да мы вас уже давно ждем, у папы все камеры на ноут выведены, он от БМП за вами наблюдает. Мы тут уже вас пообсуждали чуть-чуть. Где вас так научили? В «Юнармии»?

–Можно и так сказать…– И все же Илья решился. – Товарищ подполковник! А имеет ли к Вам какое-нибудь отношение Свиридов Михаил Семенович, в 30-ые годы он был учителем в Калаче?

–Имеет, это мой Дед.

–Он потом еще в СМЕРШе служил…

–В СМЕРШе, говоришь? Служил… Постой-ка… Сними-ка каску, Кир, дай ему свою пилотку… А может лучше тебе беску дать? Тельняшка –то на тебе?

– На мне… – Илья аж опешил от такого поворота событий.

–А ты на своего прадеда очень похож, на Илью Фролова. А вот «беспортошники» очень похожи на Никиту Зозулина и Сергея Партизанова… Или не на прадеда? Или я ошибся?

–Ошиблись… – прищурил правый глаз Серый. –Меня недавно один ветеран – тогда юный партизан, за своего друга принял, даже в больницу с сердечным приступом попал. Мне потом от директора школы досталось по первое число… Ошиблись вы…

–Ладно, значит, ошибся, посмотрим…

–Товарищ подполковник, нам торопиться надо, если получится, мы потом поговорим…

–Хорошо, идите, я мешать вам не буду. У вас еще 47 минут до контрольного времени. – подсказал подполковник. – Кирюха, не подведи!

–Хорошо, пап! Все будет супер! Обещаю!

Досье.

Выйдя из палатки, через несколько десятков шагов, ребята столкнулись с группой прохлаждающихся в тенечке дерева у моста «немцев».

–Вот гляньте, как повезло кому-то… Уже трое в отпуск поедут. – тяжело вздохнул один из «немцев», а потом насторожился. – Эй, конвоиры, а вы из какого подразделения?

–А кто вам форму выдал? Реконструкторы мы… -если есть вопросы, задайте подполковнику Свиридову. Мы его приказ выполняем. – Илья шмыгнул носом. – Мы можем здесь в тенечке посидеть, а вы можете их по жаре этих поводить. Да, Леха?

–И правда Илья, мы чего нанимались, в шерстянке по жаре гулять? Еще целый час париться!

–З-э-э! Реконструкторы, – понял отдыхающий «немец» тонкий посыл. – Вам сказали, вы и ведите! Давайте, давайте, топайте…

–И смотрите, чтоб не разбежались! Нам не в кайфушку за пацанами по лесу бегать… – подтвердил задачу второй «немец», судя по командному голосу – сержант.

Илья постоял, как бы решая что-то, а потом ответил.

–Ладно, пошли мы. А они не разбегутся: друг с другом связаны.

Блеф удался.

Интересно, – отойдя на приличное расстояние от моста спросил Никита. – а у них что, ни паролей. Ни отзывов?

–Ну, почему нет? Есть! – Пароль: «Дон», отзыв: «Калач». Это я, когда меня в штаб вели, слышал. – слегка удивился Кирилл.

–Супер! Нам теперь их патрули и секреты совсем не страшны. – обрадовался Алексей из первого отряда.

–Посмотрим… – Илья вытер пот со лба. – И правда, как они по жаре в этих свитерах ходили, хоть рукава закатывай!

И закатали…

На полянке около дороги сидели, со связанными руками и шнурками на кроссовках, под охраной, пойманные «немцами» ребята в маскировочных халатах. Когда из-за кустарника появились еще двое в маскхалатах, а один в советской форме, «немцы» засуетились, пленники обрадовались, но тут же сникли – мальчишек конвоировали еще двое в немецкой форме…

Один из идущих «немцев» крикнул:

–«Дон»!

–«Калач»… -устало ответил один из охранников. А когда конвоиры подошли, отметил. – Жарища-то какая, а еще трое где-то бегают… О! Уже двое!

С другого края поляны двое «немцев» почти волокли отчаянно сопротивляющегося Валерку. Судя по оторванному рукаву одного из «немцев» и синяку под Валеркиным левым глазом, это было продолжение сопротивления. Подошли ближе. Валерка, увидев Илью и Алексея в немецкой форме, перестал сопротивляться – упираться и замер с приоткрытым ртом. Тот его аккуратно положили на землю, прижали, чтоб не рыпался, и также аккуратно связали шнурки.

–Фу-у, еле справились! Мелкий, а резкий, не буду говорить как что! – выдохнул один из противников.

–А вы его что, по репе двинули? Нам же запрещено их трогать… Подполковник с потрохами съест! – хмуро посмотрел Илья на притащивших Валерку бойцов.

–Не, это он сам на мой локоть напоролся, когда вырывался. Да, малой?

–Да. – нехотя подтвердил Валерка, как бы оправдываясь. -Если бы не локоть, я бы убежал… А тут «бац» и искры из глаз, а эти меня уже оседлали вдвоем, не рыпнешься и давай руки вязать…

«Бац» – локтем в лицо и все… А потом собаки…» – вспомнилось Илье.

–Во! Мы его не били! Все, пойдем оставшихся двоих ловить – по отпуску уже заработали, может еще поймаем!

–Слышь, -обратился к Илье один из охранников. – А чего вы их сюда привели? Мы этих хотели в штаб вести…

–«Герр Оберт» приказал вести сюда, их отсюда куда-то на транспорте повезут…

–Какой «герр оберст»? – не «въехал» один из охранников.

–Как какой? Подполковник Свиридов! Он же в форме немецкого оберста! А-а-а! Вы же не реконструкторы… Забылся… – пояснил Илья.

–Ну, тогда вы их охраняйте! – смекнул выгоду один из «немцев».

–Так нам и сказали…

–Приказали? – удивился «немец».

–Нет, нам сказали, мы же не солдаты… -улыбнулся Илья.

–Ну да… Тогда значит так, мы пойдем отпуска половим, вдруг повезет!

–Давайте, а нам этих сторожить… Эта, если оставшихся двоих поймаете, тоже сюда ведите! – дал ценное указание Илюха.

–Обязательно! Как только, так сразу! – пообещал один из «немцев» – охранников.

Как только они скрылись, Илья пошел в след за ними, нырнул в кустарник, вынырнул и махнул рукой. Серый присел рядом с Валеркой и развязал ему шнурки, а потом руки. В это же время тоже самое с «взятыми в плен» сделали остальные.

-Ну вы даете… – только и сумел вымолвить Валерка. – даже я почти поверил, что Илья и Леха за них играют и нас специально здесь оставили.

–Артист, ему бы в кино играть, а он кирпичи ломает…

–Кирпичи ломает? Ты видел? – восхитился Кирилл.

–Видел… – подтвердил, хмыкнув, Валерка. – Не только видел, но и сам пробовал – получилось, правда, сперва руку отбил… Он меня научил. У него папа командир морпехов.

–Ух ты, клево! А мне папа рассказывал о мальчишках, наших ровесниках, что на войне были… Ему дед рассказывал, – пояснил Валерке Кирилл. – Так вот его тоже звали Илья, Он потом ухитрился стать офицером в 16 лет! Он столько всего совершил, награжден орденами, медалями… А еще он в плену был… Его фашисты так пытали, что у него на спине целого места не было, все в шрамах…

–Чисто поржать! – встрял Валерка. – У нашего Илюхи тоже вся спина в шрамах, он маленьким в борщевик попал – еле вылечили.

–Я тебе про войну, а ты про борщевик… – немного обиделся Кирилл.

–А нам Илюха, тоже много что про войну рассказывал. Он много знает. Во! Еще Серый и Никита много про войну знают, особенно про всяких пионеров – героев! Тебе лучше с ними переговорить…

В это время на дороге, напротив поляны остановился крутонавороченный бронеавтомобиль.

–Ребята, это «Волк», это за нами! – определил Кирилл.

Серый свистнул. Из кустов с противоположной стороны поляну снова выглянул Илья. Серый махнул два раза рукой, зовя к себе. Илья побежал.

Мальчишки уже скинули с себя имитацию веревок, завязали нормально шнурки на кроссовках.

–Илья, эта машина за нами. Будет ждать ровно 10 минут. Бежим? – заулыбался Кирилл.

–Почему веревки скинули? Шнурки – понятно, двигаться надо! Сейчас, все не спеша идем к машине, грузимся. Продолжаем играть роль. Первый Лешка с Кириллом, потом остальные парами. Я с последней парой – Серым и Никитой. Все ясно?

–Понятно… ясно... – в разнобой ответили ребята.

–Тогда – вперед.

Когда почти дошли до «Волка» из леса, метрах в двадцати от ребят, вышли пятеро «немцев».

–Эй, а куда вы их увозите?

–Как куда? На мясокомбинат! Особенно вон того, мелкого, на суповой набор! – Илья показал на мальчишку из четвертого отряда.

–Шутник… А серьезно?

Тебе говорили, что сюда придет «Волк»? – продолжал заговаривать зубы Илья, пока ребята залезали в бронемашину. Получалось у них не очень быстро, ведь приходилось изображать, что руки у них связаны. Алексей помогал им, поддерживал, как мог.

–Нет, не говорили…

–Вот, а мне говорили! А еще мне сказали, что поймать еще двоих у нас шансов почти нет, поэтому надо везти тех, кого уже отловили. А за теми двоими через 10 минут придет «Патриот» – на них там места хватит.

–Какой патриот?

–Какой – какой! УАЗ – «Патриот»! Я не пойму, кто в армии, я или ты?

–Э-э! А че так дерзко? – возмутился один из старослужащих.

–По сроку службы! Тебе, чтоб отслужить сколько я отслужил, еще на 7 лет в дисбат загреметь надо! Бывайте! – Илья быстро влез в «Волка» и закрыл дверь, оставив военных осмысливать его странный наезд. А с переднего сидения «Волка» на ребят смотрел улыбающийся начальник лагеря Семен Васильевич.

–А кто этот борзый вообще был? – не догнал один из «немцев».

–Да сынок офицерский, кто еще? За папашку звездатого спрячется и все… Плюнь, Коля…

–Вот бы ему по репе настучать… но, нельзя, а хочется!

В машине Илья и Леха переоделись из немецкого в наши маскхалаты – начальник лагеря попросил. А еще попросил взять по две гвоздики…

Когда въехали в поселок, немного по петляли по улочкам и приехали на окраину… «Волк» остановился у памятника. Со стены на ребят смотрели лица мальчишек…

Никита при выходе остолбенел….

–Никитос, ну ты чего застрял в двери, – Валерка шел за Никитой и носом приложился о его спину. – Давай, выходи…

Но Никита спиной стал забираться обратно в салон…

–Нет, не хочу, я не хочу туда… Я не могу, не могу…

Все были шокированы таким поведением обычно веселого и смелого Никиты.

–Ну, что сами-то застряли? Выходим! Семен Васильевич ждет! А Никитос пусть здесь посидит… – разрулил ситуацию Сережка.

Водитель «Волка», начальник лагеря «Босоногий гарнизон» и восемь мальчишек стояли перед памятником, у каждого в руках были красные гвоздики.

–А где еще один? – спросил Семен Васильевич.

–Семен Васильевич, Никите стало плохо, я сказал ему, чтоб оставался в машине. – Сережка посмотрел на Илью, Илья на Сережку, понимающе покивал головой. – Возможно переутомление или перегрев… Нет-нет! Он в норме. Просто голова подкруживается, и все…

–Понятно… Не удивительно, сегодня действительно жарко, а тогда было холодно… Вот ребята, это ваши ровесники, в честь которых назван наш лагерь. 7 ноября 1942 году, в моем родном хуторе Аверинском, фашисты расстреляли 10 ребят… Они были «Босоногим гарнизоном», который поклялся вредить фашистам всеми возможными способами. Говорят, что один мальчишка, не местный, раненый, которого выходили Егоровы, просил мальчишек уйти, просил взрослых увести их из станицы, но его не послушали… А он ушел за несколько дней до облавы…

–Мне папа рассказывал про него. Он разведчик был! Его дедушка мой разыскивал, это Никита Кукушкин или Зозулин, а на самом деле – Никита Каплич, он напрямую подчинялся Главному Разведывательному Управлению Красной Армии!

–Да… Его у нас, на хуторе, знали, как Никиту Кукушкина… Его даже первое время считали предателем, но потом все выяснилось… Местный староста ребят выследил…

–У вас сегодня было сложное испытание, пусть это была военная игра, но вы его прошли с честью, вы достойны этих ребят… Поэтому вы здесь… – Семен Васильевич. Подошел к памятнику, наклонился и положил две красные гвоздики…

На обратном пути Кирилл попросился у Семена Васильевича, как оказалось друга его отца, пожить в лагере. Ну, как откажешь сыну друга? Тем более если просит мальчишка, которому ты являешься крестным.

В лагере на восьмерку героев обрушилась лавина восхищения, поздравлений, зависти и обид, что это «не им выпала честь стать победителями игры, а вот этим».

Ближе к отбою, когда второй отряд готовился к отбою, в комнату № 12, где жили москвичи пришел Стас.

–Ребят, тут такая штуковина… Вы не против. Если у вас появится еще один жилец?

–Кого-то к нам ссылают на перевоспитание? – кольнул Серый.

–Нет, все проще… Тут такая штуковина… У начальника лагеря, есть друг, а у его друга есть сын… Так вот этот сын, практически три смены живет в лагере, на правах «блатняшки» – ребенка работника лагеря. Только теперь он очень хотел пожить с героями игры…

–Кирюха что ли? – сложил два и два Серый.

–А вы его знаете? – удивился Стас.

–А чего сложного догадаться? Он участвовал с нами в игре, приехал в лагерь с нами, в машине просил Семена Васильевича оставить его в лагере и позвонить папе, что он останется в лагере… -Илья сделал «умное лицо» а-ля Холмс и сказал скрипучим голосом Ливанова. – Это же элементарно, Ватсон!

–Значит, вы не против? Не прибьете его за ночь?

Прибить не прибьем, а вот к кровати привяжем, зубной пастой разрисуем. Потом заставим спать на коврике под дверью, приносить нам тапочки и отгонять комаров от «Марфушечки – душечки»!

–Какой марфушечки душечки? – не понял Стас.

–Стасик, это из фильма «Морозко», смотрел? –продолжил поддушивать Илья.

–Какой «Морозко»? Короче, я его веду!

Минут через 10 в комнату вошел один Кирилл, одет он уже был в обычную одежду, не гимнастерку, галифе и кирзачи, а в шорты и футболку, в руках держал комплект постельного белья и пакет с мыльно – рыльными.

–Привет!

–Да виделись уже! Заходи, что встал в дверях, как не родной! – Серый не стал разводить политесы и реверансы.

–Пожевать ничего не принес? А то сегодняшние скачки разбудили моего солитера… – Илья погладил живот.

–Не… не принес, но я могу сбегать! – готов был сорваться с места Кирилл.

–Не суетись, я сейчас сушек у соседей «украду», да и у Валерки печенки были… Не помрем! А ты располагайся пока. Сейчас Никитос из душа придет, потом мы с Серым, ну и ты за нами будешь… Хотя, ты уже переоделся и от «кровищи» отмылся. Тогда располагайся.

Пришел Никита в труселях, с мокрыми взлохмаченными волосами на голове и полотенцем на плечах.

–Ребя, давайте, там две кабинки освободились, а то кто-нибудь залезет на полчаса.

–Серый, догоняй! – Илюха скинул полосатую маечку, закинул на плечо полотенец и вышел из комнаты.

–Рот закрой, а то вороны гнездо совьют… – усмехнулся Никита.

–А? Что? – вышел из ступора Кирюха.

–Чего рот-то раскрыл?

–Это он нашего "Мура" со спины рассмотрел, – пояснил Серый. Кирилл посмотрел на Сережку и снова впал в ступор. Левая половина груди мальчишки была в заметных, но уже заживших старых шрамах.

–Кирилл, тук-тук!!! Есть кто дома? Рот закрой…

Кирилл сглотнул набежавшую слюну и закрыл рот и снова открыл его от удивления. И у Никиты были отметки от пулевых ранений, как и у Сережки. Он не мог спутать такие шрамы, у его папы были такие же.

–Слушай, а откуда у тебя отметки от ранений? – спросил Никиту Кирилл.

–Бандитские разборки… – хмуро произнес Никитос, а потом улыбнулся. –Да закрой ты рот! Шучу я, шучу!

Когда из душа вернулись Илья и Серый, Кирилл не выдержал.

–Илья, а тебе правда 14 лет?

–С утра была правда…

–А откуда у тебя столько шрамов?

–Это я по помойкам разным лазил, запутался в колючей проволоке. Потом попал в борщевик… Вот так и получил такую красивую спину.

–Нет, ну правда…

–Хорошо, скажу правду: в 1941 году я попал в плен к фашистам, меня связывали колючей проволокой. Потом снова попал к ним в лапы, меня грызли собаки, меня били плетьми. Потом снова попал к фашистам…

–Да ну тебя, я серьезно, – обиделся Кирилл. – А ты …

–А я серьезно! Вот Серого почти пристрелили, когда он грудью закрывал немецкого офицера от пули, а Никитоса расстреливали в упор…

–Да ну тебя! Я по-человечески, а ты…– Кирилл лег на кровать, отвернулся лицом к стенке. Все желание дружить с этими ребятами пропало. Просто издеваются, как над несмышленышем.

–Все, спать! Набегались за сегодня… – Илья погасил свет. Ночью Кирилл проснулся… Или ему приснилось, что проснулся от тихого разговора.

–Не мог я на них смотреть… Они до сих пор стоят у меня перед глазами… Почему они меня не послушали? Почему не ушли? Почему!!!– ломал голову Никита.

–Ладно, проехали… – Илья тяжело вздохнул. – У меня вон, постоянное напоминание

–Илюха, я же тебе по этому поводу все уже сказал! Я вот не могу понять, почему у меня нет шрамов… Я же должен был быть калекой…

–Серый, ты же умер… У тебя, как у меня, шрамы не заживали, вот и все. У тебя же нет дырки во лбу! – пояснял Илья. – У Никиты нет дырки в груди, у меня нет ранений от гранаты… Что на нас зажило, то и оставило отметины, а что не зажило, того не стало. Ты лучше расскажи, как ты к ним в лапы попал, как вообще все это выдержал?

–А сам-то как выдержал? – ответил вопросом на вопрос Серый.

–Ну, как…Я умею терпеть боль, но это… Думал, что это сон, что скоро все кончится. А оно не кончалось… Потом просто отключился, совсем перестал думать. Потом боялся, что буду инвалидом, но Дед выходил. – вздохнул Илья. – -А ты?

–Сперва было больно, я орал, тем более, что когда орешь, ничего сказать не можешь – просто орешь. Так никого и ничего не выдал… Самое страшное было, когда они стали колошматить по… Огнем палить… А еще говорят, что тебе теперь девушки не нужны. Потом очнулся у столба и шепчу: «Убейте, убейте». Потом раз… и легко стало. Проснулся… И еще, Илюха, а мне надо в город слетать…

–Зачем?

–Я в детдоме, твою медаль спрятал. За Тингуту… Помнишь, танк подбили? –по голосу стало понятно, что Серый заулыбался.

–Помню…

Проснулся Кирилл, когда зазвучал горн. Свой странный сон или не сон Кирилл помнил до мельчайших подробностей и интонаций…

Досье. Продолжение…

Кирилл шел по одной из дорожек – тропинок лагеря, которая вела к старенькой беседке. Эта беседка была его тайным местом, именно здесь Кирилл скрывался и переживал свои неудачи, которые происходили в лагере. Неудачи были детские: девочка, которая ему понравилась отказала в медляке на «танцульках» (как говорил папа), проиграл в каких-то соревнованиях, поссорился с тем, кого считал другом… Обычные пацанские неудачи. Но сейчас Кирилл шел в беседку, чтоб никто не слышал его разговор с папой.

Пришел в беседку, набрал вызов… Через несколько гудков услышал:

–Да, Кирюх!

–Па, у тебя есть время и возможность приехать в лагерь?

–А что случилось? Нашкодил?

–Нет, пап, только… Пап, ну можешь?

–Нет, пока занят. Говори, что случилось? – потребовал подполковник Свиридов.

–Па, помнишь того мальчика, Илью Фролова, что у тебя спрашивал про твоего деда? Что в тельняшке ходит?

–Конечно, помню, его не забудешь, яркая личность.

–Па, меня поселили к ним в палату, если честно, то я напросился…– смутился Кирилл.

–И…? Они по шее тебе настучали? Хотя… Ты бы не пожаловался. Так что произошло-то?

–Па, у него вся спина в шрамах…

Подполковник Свиридов завис… на долгую минуту.

–Па? Ты меня слышишь? –заволновался Кирилл.

–Слушаю!

–А еще у его друзей, Сережки и Никиты, это те, которых в трусах к тебе в палатку привели, на теле метки пулевых ранений…

–Уверен? Я же не заметил чего-то особого…

–Па, вспомни, ты же еще сказал, что они очень похожи на кого-то…

–А, эти… так они все в грязи были извазюканы…

–Вот! А вчера, как спать ложились, я на них посмотрел… Точно пулевые…

–Понял, принял. К ужину буду в гости.

–Па, сегодня 23-е, «королевская ночь», завтра отъезд…

–Сказал, буду к ужину – к 19.30. Если получится, присмотрись к ним.

День шел как обычно. Кирилл успел потрепаться со знакомыми из разных отрядов, с которыми познакомился в прошлые смены. После обеда Стас, собрав отряд в холле корпуса, сообщил новость, которая обрадовала почти весь второй отряд:

–Сегодня «тихого часа» не будет!

–Ура!!! – мальчишки и девчонки завопили так, что не дали Стасу договорить. И когда ор прекратился, Стас продолжил.

–Вы знаете, что вся наша «Зарница» снималась на видео. Радист Володя смонтировал небольшой, но захватывающий фильм! Все желающие, вместо «тихого часа», приглашаются в кинозал, на просмотр этого фильма! Если время останется… – снова поднялся шум и гвалт, Стаса ухе не слышали. Но Стас быстро навел порядок. – А кто будет орать, тот пойдет спать!

И наступила тишина.

– Стасик, а можно не смотреть фильм, а пойти спать? – спросил Сережка.

–Можно, конечно, – удивился Стас.

–И мы с Никитосом тоже отдохнем после обеда, а то набегались вчера, ноги болят. Да Никитос? – поддержал Серого Илья.

–Сил нет – болят! – поддакнул Никита.

–Ну, если хотите отдохнуть… Конечно, оставайтесь, – согласился Стас. –Только Володя всю ночь монтировал, классно получилось! Да и вы там главные герои фильма, А еще Валерка, Кирилл…

–Стасик, мы просто устали, надо отдохнуть, а фильм потом посмотрим, он же не испортится… – улыбнулся Илья.

–Ну, как хотите… – не стал настаивать Стас.

Кириллу очень хотелось посмотреть на «свои подвиги», но ему не давала покоя мысль, что трое из 12-ой комнаты не просто так отказались смотреть фильм.

Он вышел из зала, сказав дежурному вожатому, что идет в туалет. Тем более, Кирилл был «блатняшка» и его "по головам", на наличие, считать не будут. Кирилл занял позицию за корпусом, он думал, что мальчишки полезут в окно из корпуса, но все оказалось просто, троица вышла через дверь, зашла за корпус и направилась в сторону мастерских. Встретить кого-то там в начале тихого часа было не реально, так как обслуживающий персонал в это время обедал. Кирилл отметил, что мальчишки ловко обошли камеры слежения и перелезли через забор лагеря… А вот дальше были муки творчества: посмотреть куда пошли или не посмотреть? Любопытство победило…

-Серый, куда ты хотел сгонять? У нас есть только полтора часа.– Илья посмотрел на часы.

–А куда мы можем еще пойти? Неужто не понятно?

– Да понятно, к Детдому хочешь сгонять. Тут как раз полчаса неспешного хода. – убил на корню интригу Никита.

Мальчишки не спеша шли в сторону бывшего детского дома. По дороге встретили группку сверстников, которые попытались немного наехать.

–Эй пацаны, вы кто такие, чего по нашей улице ходите?

–А мы детдомовские, из лагеря сбежали, вот думаем, кого обуть – раздеть и бабосами разжиться! – Илья ловко сплюнул на землю сквозь зубы.

Местных сдуло как ветром.

–Илюха, ты поаккуратнее, а то полицию вызовут, заберут еще…– посоветовал Серый.

–Серый, а ты что, бегать разучился?

–Не, «Мур», он просто путает полиция и «полицай», у него остались очень горячие воспоминания о встрече…

–Дурак ты, Никита, -ткнул в бок друга Серый.

–Не, Никитос, это не шутка… – поддержал Сережку Илья.

–А я будто не знаю? – Никита потер левой ладонью грудь. – Будто вчера все было…

–Хорош трындеть… За нами «хвост»! – Серый «поиграл» правой бровью.

–Ты про Кирюху? Тоже мне – «хвост». Мы еще к забору шли, как я его срисовал. Да и Илюха, тоже. – выдал «секрет» шпион двух разведок Никита.

–Про Кирюху… Он конечно парень не плохой, только бить его не хочется, а бегать лень. Пугнем? – как-то нехотя предложил Серый.

–Зачем? Просто поговорим. – вынес вердикт Илья.

Кирилл выскочил из-за угла дома и «нос к носу» столкнулся с троицей, за которой следил. Троица молча смотрела на него, а он не знал, что и придумать.

–Ну, скажи хоть что-то… – подсказал Илья.

–И тогда мы тебя не больно зарежем… «Чик по горлышку – и в колодец!» – добавил Серый.

–А чего говорить?

–Как чего? Зачем за нами поперся? – нахмурил брови Никита.

–Ну че вы меня пугаете? Я же никому в лагере ничего не скажу!

–А не в лагере? – уцепился за слова Никита.

–Ну… – замялся Кирилл. – У меня от Папы секретов нет.

–У меня от Папы тоже секретов нет. И от Мамы тоже. – согласился Илья. – Потянет. Так что тебе от нас нужно?

Кирилл вздохнул и выпалил:

–Я думаю, что вы не из нашего времени!

Вот тут ребята заулыбались.

–Не угадал, Кирюха, теперешние мы… ладно, пойдем. – махнул рукой Илья. – Серый, веди дальше.

Здания детского дома уже не было, остался только разрушенный фундамент.

–Даже не знаю… Найду ли… – Серый нашел какую-то железяку, стал ей копать в уголке бывшего крыльца. Докопался. Вытащил какую-то полуразвалившуюся коробку, в которой лежала тряпочка, а в ней, в промасленной бумаге – медаль. – Держи, Илюха, твоя.

Илья пару секунд смотрел на нее, потом положил медаль в карман шорт.

–Спасибо, Серый… Ну, что стоим? Пора возвращаться, пока нас не хватились.

Обратно шли молча, пока Кирилл не спросил.

–Ребята, а что это было?

–Да я обещал вчера Илье медаль, вот я ее ему и отдал. – пояснил Сергей.

–И все?

–Все…

При возвращении в лагерь ребята оказались на пути цыганского табора. Их окружили женщины в цветастых одеяниях со всех сторон, хватали за руки, одежду, предлагали погадать, отвешивали «сальные» шуточки о «молодых, красивых». Вдруг все затихли – в круг вплыла пожилая цыганка с золотым монисто и такой же «золотой улыбкой».

–О, чавалэ, не бойтесь, бабушка Фифика знает, что у вас нет с собой денег, есть только кружочек серебра… Но бабушка Фифика не возьмет это серебро, никто из ромов не возьмет это серебро из земли. Дай рука, я тебе погадаю, так, без денег…

Первым оказался Кирилл, он как зачарованный подал левую руку.

–Ай, молодец, правильную руку протянул! Ждет тебя скоро казенный дом! Быть тебе военным, погоны будут золотые, как мое монисто, хорошая судьба, хорошая жена и хорошие дети, трое детей: два мальчика и девочка – красавица!

Внезапно цыганка схватила за руку Илью.

–Ай, молодой, красивый… – и вдруг замолчала. Всмотрелась в лицо и продолжила. – Умирать ты будешь три раза, два раза уже умер, третий раз в того света колдун тебя вытащил, но больше не вытащит, нет больше колдуна! На руках твоих кровь, много крови, много душ загубил, но не твоя это вина, это твоя беда… По миру погулял… Старый! А почему ты молодой!?

Цыганка отбросила руку Ильи и схватила Сережку.

–Такой же, старый, убийца… Тоже умирал и воскрес…

Посмотрела на Никиту.

–Старый… убийца… «Волка» встречал, с «Волком» говорил…

Потом что-то сказала по-своему, и цыгане бросились прочь от остолбеневших мальчишек. Отойдя метров на десять, бабушка Фифика обернулась, наставила на мальчишек палец и сказала: