Текст книги "(не) Мой Дракон. Проверка на любовь (СИ)"

Автор книги: Василиса Лука

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Глава 26

Сказочное утро ворвалось в спальню, солнце пробилось лучами в комнату, весело запрыгало по лицу Стеллы, разбудило девушку.

Стелла жмурясь, открыла глаза, мгновенно вспомнила где она и почему. Выглянула за дверь, двое стражников замерли, убрав сложенные крест на крест копья перед дверью.

Служанка Стеллы ожидала приказов. Стелла поманила её. В комнате Генриха не было зеркала, столика с принадлежностями. Скромный таз, кувшин с водой, полотенца – всё по армейски строго и скромно. Камин потух. Холодная бесцветная спальня короля не веселила даже солнечными лучиками, прыгавшими по лаковому полу между медвежьими шкурами.

Служанка принесла свежее платье, собрала волосы Стеллы в красивую спираль, перевитую изящной нитью сапфировых незабудок. Предложила Стелле серьги густого синего цвета – они бы очень подошли к голубому платью с белым кружевом.

Стелла отказалась, выслала служанку, осталась одна. На сердце девушки было неспокойно, она переживала за Генриха. До неё только сейчас дошло, что вчера на неё было совершено покушение.

"Какой смелый Генрих, он защитил меня, сам ранен. Где он, увидеть бы его".

Дверь открылась. Мэллоу с поклоном пригласил Стеллу к завтраку.

Девушка вошла в гостинную. Король поднялся приветствуя её, Генриетта не повернула головы. Сидела чинно выпрямив спину, сложив на коленях руки не прикасалась к еде.

Лакей придвинул для Стеллы стул, предложил кофе. Чудесные ароматы взяли в плен своими вкусностями. Блинчики, пироги, омлет, фрукты. Малиновое варенье, о шедевр природы и сахара!

Стелла с удовольствием ела блинчик, не обращая внимания на пронзительный взгляд королевы.

– Почему вы не завтракаете, мадам? – Генрих смотрел на мать без улыбки.

– Мне не положили приборы.

– Как же, я вижу полный комплект. А, может быть вы недовольны ножом? Разве это не ваш?

Генрих кивнул на кинжал, один из вчерашних двух. Он сильно выделялся своими грубыми формами на фоне изящного столового серебра.

Генриетта молчала.

– Привыкайте, мадам. Теперь кинжал всегда будет перед вашим лицом.

Да, кстати, миледи, вы слышали новость?

Генриетта вскинула глаза на сына.

– Вчера двое ваших стражников зачем-то переоделись в крестьян. Влезли в окошко к невинной девушке. Они, наверное, так пошутили. Но шутка не удалась. Их обоих убили. Представляете?

– Какова шутка, такова и смерть.

Проговорила королева, так и не притронувшись к завтраку.

– Я вам больше скажу, мадам. Именно этим кинжалом нанесли рану мне, вашему сыну. Интересно, изменит ли это вкус ваших блюд.

Завтрак перестал быть приятным. Стелла грустно смотрела на королеву, переводила взгляд на Генриха. Ей так не хотелось ссор, она не знала как примирить мать и сына, тем более ей казалось, что всё из-за неё. Королева встала, вышла. Стелла сидела поникшая.

– Вы грустите, Стелла?

– Мне жаль, Генрих, что всё так произошло. Всё таки она ваша мать.

– Давайте закончим наш разговор. Поговорим тогда, когда вашему сыну будет грозить нож убийцы. Интересно, с кем вы захотите примириться.

Наступило тягостное молчание.

Генрих поднялся протянул руку Стелле.

– С сегодняшнего дня вы переходите под защиту моей стражи и вам ничего не угрожает. Давайте забудем о грустном, я отправляю вас выбрать себе новые покои и заново всё обставить так, как пожелаете. Вечером жду вас на ужин.

День пролетел в заботах, Стелла особо не мудрствовала, будуар перенесли в новую комнату точно в том же виде, что и был, а вот спальню заменили. Новая кровать, бельё, картины, ковёр.

В комнате всё ещё не было зеркала. Прежнее разбилось, новое ещё не привезли. К вечеру Стелла почему-то нервничала, не знала, что выбрать из одежды. Все платья почему-то и нравились и не нравились.

Наконец она остановилась на чёрном шёлковом с большой пунцовой розой, закрепившей изящно подобранные складки. На украшения в шкатулке не взглянула, распустила волосы и отправилась к ужину.

Её провожал новый охранник, впрочем, Стелла не смотрела в лица сопровождающим, в лицо знала только Мэллоу.

Сегодня ужин для них двоих накрыли на террасе.

Она широкой балюстрадой нависала над фонтаном. Изящный столик на гнутых ножках, казалось, парил над вечером.

Газовый тюль, вздымающийся от малейшего дуновения надувал паруса, готовый к романтическому путешествию.

Красивая посуда, гранатовые сполохи на резьбе хрустальных бокалов кровавыми каплями мерцали в лучах заходящего солнца.

Подали нечто необыкновенное. Груша в карамели, утка в тесте, о небо, как описать ту роскошь, что заполонила стол.

Стелла встала, подошла к перилам. Разбивающиеся бронзовыми огоньками брызги фонтана вобрали в себя солнце уходящего дня, превратившись в тысячи сверкающих капель заката.

Солнце последними мазками цепляло нежнейшие облака, прощаясь с уходящим днём. Стелла почувствовала нежное прикосновение, обернулась.

Генрих смотрел ей в глаза, рисуя руками гладкую линию её плечей, касаясь губами виска прокладывал дорожку к ключицам. Стелла затрепетала в его руках, нежность коснулась лица румянцем.

От стеснения Стелла опустила глаза, Генрих поднял её подбородок. Коснулся губ. Нежно, невесомо, потом чуть требовательнее, плотнее. Зарылся пальцами в копне волос, прижал девушку к себе осторожно подбираясь губами к шее, к груди.

Подхватил её на руки, нёс как пёрышко через террасу. Оказалось, двери с террасы в его спальню уже открыты и впуская свежий воздух из напоённого цветами сада ждут влюблённых.

Свечи ровными огнями стояли стражами вдоль стен. Скромность его спальни неожиданно щедро украсила кровать усыпанная лепестками роз по шёлковым простыням. Камин жарко гудел, огонь в своей страсти кипел рыжими всполохами.

Генрих опустил Стеллу на кровать. Встал на колено, снял с неё туфельки, касался ладонями голени, смотрел в глаза, забираясь ладонями всё выше. Где то там ему на милось сразу сдался бастион нижнего белья.

Генрих ласково скатывал кружево с тела Стеллы, обжигая её поцелуями. Воздух вокруг них становился всё горячее, опаснее, Стелла трепетала от новых чувств. Смущение цепко сковывало её, потом отступало под нежной лаской, опять накатывало волной , заставляя девушку закрыть глаза.

Генрих нависал над ней. Снимая одежду не торопясь расстёгивал пуговицы. Его голый торс заставил Стеллу коснуться этого совершенства. Богатырские плечи, перевитые венами мощные руки, бронзовая кожа груди в густых чёрных завитках спускающаяся бесстыдной дорожкой к низу живота.

Рана из развороченой плоти на левом плече сцепленная бронзовым браслетом. От Генриха фонило еле сдерживаемой страстью. Платье Стеллы под натиском его ладоней упало с её плеч, обнажив грудь.

Стелла охнула, автоматически подняла руки, пытаясь спрятаться. Генрих отвёл их за голову, нежно сдерживая запястья девушки у изголовья кровати. Она чувствовала всё, проваливалась в горячие волны новых ощущений, высвободила руки, коснулась его волос. Генрих играл с её грудью, вбирая в себя полностью клубничное поле соска, подтягивал в себя, прикусывал.

Завел руки под спину девушки, медленно, не торопясь коленом раздвинул бёдра. Стелла попыталась вырваться, он прижал её поцелуем к подушке, хриплым шёпотом повторял её имя.

Тот самый миг, о прелести которого она не подозревала настиг её острым, горячим толчком, девушка вся напряглась, тепло разлилось мощной, тугой волной. Боль отступила. Сладкая, вязкая мелодия нежными толчками накатывала на неё вновь и вновь.

Она не понимала, что делает сама, что делает он, тела справлялись без них. Стелла чувствовала себя всю. Её восторг сравним был с фейерверком, когда мириады огней наполнили её всю нектаром, от пальчиков через всё тело к груди, оставшись горячим вулканом там, внизу живота.

Ночь давно вступила в свои права. Беспечная луна с любопытством подглядывала за спящими влюбленными. Генрих раскинул руки, Стелла лежала на сгибе его локтя, возвращалась в только что пережитую нежность. Знала, что нашла лучшее, о чём только могла мечтать.

Гладила грудь своего мужчины, водила пальчиком по рельефу мышц, запускала руки в плотные завитки на его теле. Ей казалось, она никогда не уснёт от счастья, а ночь никогда не закончится. На самом деле, когда она открыла глаза, было позднее утро.

Солнце подбиралось к зениту. Из распахнутой настежь двери видны были столик и стулья, за которыми они вчера ужинали. Всё было готову к завтраку, не хватало главного: короля и невесты.

Стелла повернулась к Генриху. Он смотрел на неё, приподнявшись на локте. Она улыбнулась, зарделась от его вида, когда нечаянно опустила глаза. Предательский румянец рванул к щекам, Генрих сгрёб её под себя.

Подмял, сжимая нежно, но так плотно, что она не могла шевельнуться под ним. Встречалась с ним губами, выгибаясь ему навстречу, ловила каждый его поцелуй, впускала в себя отдавшись на волю любимого мужчины.

Генрих потерялся в волне восторга юной красавицы. Она так смущалась своей наготы и одновременно дарила ту первобытную ласку, на которую способна только любящая женщина.

Генрих взял руку Стеллы, поцеловал ей каждый пальчик. Надел на безымянный кольцо с голубым бриллиантом, снова поцеловал, шепнул ей на ухо:" теперь ты помолвлена по настоящему, ммм?".

Стелла чуть отвела руку от лица, чуть пошевелила ею, любуясь на колечко. Луч коснулся камня, пронзил его насквозь, яркая голубая искра зажглась внутри. Стелла благодарно повернулась к Генриху. Прижала кольцо к груди. Самое дорогое из всех, что у неё было. Не считая того, что они подарил чуть раньше. Оно надежно спрятаное лежало на дне шкатулку. Тайная тайна, связавшая случаем двоих влюблённых навсегда.

Глава 27

Леонардо снилось вересковое поле.

Как будто шёл он по полю, касался руками нежных соцветий, всё кругом розово-лиловое. В воздухе витал медовый флёр. Откуда-то издалека раздался гром, "неужели гроза" подумал Леонардо. Он хотел посмотреть вокруг, но как это бывает во сне движения вязли, он не мог повернуться…

Вдруг кто-то стащил Леонардо за ноги с кровати. Грохнувшись на пол мужчина не сразу сообразил, что происходит. Его уже схватили сзади за шею, встряхнули с такой силой, что остатки сна вылетели в секунду.

Леонардо пока спал, не слышал как разлетелись стёкла и в окно влетели два ворона. Чуть коснулись пола, оба обернулись его старыми знакомыми. Кардинал и палач. Они то и разбудили его столь невежливым образом.

– Леонардо, ты надоел мне, – Винченцо по привычке говорил вкрадчиво, с бархатистой теплотой в голосе. Слушая его, казалось, он прибыл сделать лестное предложение. На самом деле, каждое его слово было ступенькой на эшафот.

– Всё жду, жду приглашения на твою свадьбу со Стеллой. Ну?

– Стелла какая-то отмороженная. Я сделал всё, что в моих силах. Она не реагирует на мужчин.

– Она не реагирует на слабаков вроде тебя, Леонардо. Только что девчонка согласилась выйти за короля. Ты, балбес, всё испортил.

– Повелевайте, мой господин, я сделаю всё, что смогу.

– Ты ничего не можешь, глупенький. Мне проще выклевать тебе глаза и пустить в цирк к юродивым. Там ты быстрее отработаешь сумму, что задолжал мне.

Леонардо начал что-то скулить, Винченцо не слушал его.

– Сядь, человеческое ничтожество и слушай.

Сейчас ты напишешь письмо под мою диктовку. Захватишь с собой сургуч, огниво, чтоб растопить смолу.

Потом отправишься к границе западного королевства, там будешь ждать. Тебе передадут печать. Положишь в конверт колечко, я передам его тебе. Скрепишь конверт печатью западного королевства. Вернёшься к себе, подпоишь королевского почтальона и сунешь ему в мешок это письмо. Тебя будут сопровождать вороны. В случае опасности помогут.

– Как они мне помогут?

– Выклюют глаза тому, кто увидит твои проделки.

– Да, но если меня поймают с таким письмом, запытают насмерть.Я смогу не выдержать и расскажу про вас.

– Расскажи, деточка. Расскажи про воронов и кардинала из страны которой никто не видел. Позабавь палача.

– Но что же мне делать?

– Твои проблемы, несчастный! Сделай так, чтоб не поймали. Леонардо, в конце концов позаботиться о собственной безопасности это твоё дело.

Леонардо растерянно хлопал глазами. Отдав белую розу Стелле он думал, что все от него отстали. А тут…

– Хватит сидеть прошлогодней тыквой. Пиши! – Винченцо терял терпение. Леонардо сел за стол, Винченцо зашептал ему на ухо текст, внимательно наблюдая, как старательно Леонардо выводит изящные вензеля.

Оставшись довольным, проследил, как Леонардо аккуратно сложил лист и спрятал у себя на груди.

– Постойте! – Леонардо просительно взглянул на Винченцо. Не могли бы вы сами положить конверт королевскому почтальону. Понимаете, королевская почта это не один человек. Это карета с двумя стражами по бокам и два кучера, внутри сам почтальон с мешком в обнимку. Они могут заподозрить бог весть что и я не успею положить конверт.

– Ты не поверишь, несчастный. Это был бы самый классный вариант, если бы тебя схватили. Тогда письмо точно дойдёт до короля, ещё и преступника принесут на блюдечке в королевскую инквизицию! – рассмеялся Винченцо.

– Ну, пожалуйста, помогите мне, засуньте конверт как нибудь без меня.

– Леонардо, ещё слово и эта прекрасное королевство будет жить без тебя. Стоит мне тюкнуть тебя клювом в маковку. Хочешь?

Леонардо обречённо вздохнул.

– А теперь в путь. Промедление тебе не на пользу, неудачник ты наш, – палач, стоявший до этого момента без дела зло потрепал золотистые кудри на голове Леонардо. Его "ласка" больше походила на подзатыльник. Мужчины в чёрном обернулись воронами и бесшумно вылетели в разбитое окно.

"Вот откуда был гром на вересковом поле во сне" – вздохнул Леонардо, разглядывая осколки битого окна на полу. Задание, которое он получил, было смертельно опасным. Леонардо трусил, искал варианты как от него отделаться и не находил.

Одно дело охмурить девчонку, а другое тащить письмо с печатью враждебного королевства. Да и само письмо. За такое отрубают голову дважды. Измена королю это вам не лютики собирать.

Леонардо глянул в окно. Всё дерево заполонила стая ворон. Они чёрной тучей нависали над окном, не сводя глаз с Леонардо.

Мужчина обречённо засобирался в дорогу. Больше всего его златокудрую голову занимала передача письма. Как его всунуть почтальону?Пока он мчался к границе, его настигло озарение. Кажется, он придумал.

Леонардо точно знал, что карета почтальона не останавливается по дороге. А это значит…

Скрепив письмо сургучной печатью, предварительно подложив туда маленькое колечко, к вечеру Леонардо добрался в порт. Спрятав коня, подсматривал из-за угла за одинокой фигурой почтальона.

В зеленой форменной ливрее с красным гербом королевства на всю спину, его точно нельзя было ни с кем спутать. Недалеко от него стояла запряжённая четвёркой лошадей карета, с кучерами и охранниками.

Почтальон помахал флажком. От корабля отделилась лодка, драгоценный груз плыл к берегу. Как только почтальон получил свой мешок, Леонардо вскочил на коня и во весь опор кинулся к почтальону.

Мощное животное стрелой пронеслось мимо несчастного в форме, чуть не сбив его с ног. Почтальон выпустил мешок, содержимое рассыпалось. Леонардо успел остановить коня, придерживая шляпу со всех ног бежал к пострадавшему.

– О, простите, простите меня! Не знаю как это произошло. Коня понесло. Вы не ушиблись?

Леонардо уже ползал вокруг мешка собирая рассыпавшиеся бумаги, успев засунуть туда свой конверт.

Краем глаза Леонардо видел, стая ворон устроила переполох, налетев на стражников, не давая им прийти на помощь почтальону.

Наконец сердитый почтальон забрал свой мешок, чертыхаясь пошёл к карете.

Леонардо бежал за ним следом, причитая:

– Ах, как неловко получилось. Позвольте загладить вину. Я готов оплатить ваш обед.

– Поди прочь! – отмахнулся от него стражник, провожая глазами улетающую чёрную стаю.

Почтальон забрался в карету, захлопнул дверцу, почтовый дилижанс тронулся. Леонардо наблюдал за ним, всё ещё не веря в своё счастье. Неужели ему удалось?!

Бедняга. Если бы он знал, что это последняя удача в его жизни.

Глава 28

Грани хрусталя сверкали жёлтыми всполохами. Засахаренные лимонные дольки пропускали свет через себя, играя в чехарду колкими бликами на хрустальном блюдце.

Завтрак подходил к концу, Стелла с удовольствием вертела в руках кофейную чашечку. Она чувствовала, Генрих смотрит на неё поверх газеты. Перед ним лежала стопка бумаг, проверять почту за завтраком было его привычкой.

Сейчас женщина, сидевшая напротив него, отвлекала его своим присутствием. Она всё ещё не остыла после страсти, от её кожи пахло лавандовыми простынями, наскоро собранные волосы хранили тепло его поцелуев.

Стелла прятала глаза, стесняясь смотреть на него, боясь выдать своё смущение.

Вороны за окном подняли переполох. Последнее время их много развелось во дворце.

Генрих раньше не обращал на чёрных птиц внимания, но сейчас их стало слишком много.

Один из них отличался ото всех. Было в нём нечто особенное…

Всё чаще Генрих сталкивался взглядом с чёрным вороном за окном. Они как два враждующих лагеря смотрели в глаза друг другу.

Ворон дракону не помеха. Поднимаясь в небо он ни разу не видел ни одной стаи. Небо целиком, полностью принадлежало ему. А вот перед своим окном он видел не раз умного соглядатая.

Тот выжидательно сидел не шевелясь и не мигая. Как будто прощупывал насколько долго играет терпение у человека, внутри которого чешуйчатый демон. Как будто хотел о чём то договориться, и не смел, хотя трусливым ворона на назвать. И всё же.

Его, бесстрашного воина забавлял этот наглый ворон. Тревожил и забавлял.

Генрих ещё раз посмотрел в окно.

Надо будет дать команду лучникам, чтоб отстрелили всех до единого.

.

Стелла поставила чашку. Положила руки на стол. Подняла глаза, задорно, с искоркой улыбнулась.

– Мой господин, какие у вас на сегодня планы?

Генрих отложил бумаги, с улыбкой повернулся к девушке:

– Дождаться следующей ночи.

Стелла вспыхнула, опустила глаза.

Она смотрела на Генриха влюблёнными глазами, он принялся разбирать почту, взял в руки конверт:

– Стелла, у тебя появились друзья?

– Нет, что вы имеете ввиду мой господин?

Генрих рассматривал конверт из плотной коричневой бумаги. Сургуч толстым пятном скрепил его на сгибе.

– На конверте твоё имя. Кто бы это мог быть, Стелла?

Девушка пожала плечами.

Лицо Генриха изменилось. Кожа как будто натянулась, желваки твёрдыми толчками рванули по скулам.

– Мэллоу!

Металл в голосе Генриха распорол утро.

Стеллу пробрала оторопь. Предчувствие беды липким покрывалом окутало плечи, в висках застучало. Телохранитель вошёл как всегда бесшумно.

– Посмотри на печать.

Мэллоу взял конверт, внимательно рассматривая оттиск на сургуче поднёс конверт близко к лицу.

Молча вернул конверт Генриху. Король мрачно исподлобья взглянул на невесту:

– Стелла, на конверте написано твоё имя. Печать, скрепившая его принадлежит западному государству, с которым у нас серьёзная вражда и вот-вот грянет война. Что бы это значило?

Стелла удивлённо смотрела на Генриха. Она не понимала что происходит.

Генрих вскрыл конверт, оттуда выпало колечко. То самое, что он подарил ей после первой ночи. Прочитал вслух.

"Стелла, любовь моя, возвращаю тебе твоё колечко, ты забыла его у меня. Твой муж может спохватиться, ты не должна пострадать. Твой Леонардо."

Генрих медленно поднял лицо, уставился на Стеллу.

Девушка сидела как громом пораженная.

Наступила смертельная тишина, секунды таяли в ней.

– Нет, не может быть, прошептал омертвевшими губами Генрих, – Стелла, скажи что это сон.

– Я не знаю ничего о Леонарде, колечко исчезло пару дней назад. Я ни в чем не виновата.

– Как ты связана с армией противника, Стелла? Кто в моём доме твой помощник. Когда ты умудрилась встретиться с Леонардо?

– Генрих, любимый, я не виновата ни в чём. Не видела Леонардо очень давно.

– Тебе лучше признаться. Ты не представляешь, как палач умеет задавать вопросы, когда дело связано с изменой короне. Там отмолчаться не удастся.

– Вы несправедливы ко мне, мой король. Повторяю, я ни при чём.

– Мэллоу, убери её от меня. Под замок. Глаз с неё не спускать.

Генриха трясло, он зажмурился, тяжело дышал. Откуда-то изнутри него появился рык.

Мэллоу, подошёл к Стелле, аккуратно дотронулся до плеча. Девушка встала, быстрым шагом вышла к себе в покои.

Телохранитель вернулся к Генриху.

– Мой король…

Генрих жестом оборвал его:

– Молчи, Мэллоу. Это моё личное дело. Я должен с этим разобраться сам. Здесь что-то не то. Найду эту срань Леонардо, притащу сюда или разберусь на месте. Твоё дело найти его, если он здесь и гнать к границе. Помни, это моя добыча.

Мэллоу отступил, Генрих стремительно вышел, бросив на ходу:

– Переведи Стеллу в темницу, туда, где нет окон. Там она будет защищена стенами. Обеспечь едой, водой, всем необходимым. Смотри, чтоб не сбежала. Она сейчас в опасности.

Мэллоу был хорошо знаком с нравами дворца. Лично вошёл в покои Стеллы. Девушка сидела бледная, испуганная. Она сразу похудела, исчез румянец с лица. Завидев телохранителя, встала:

– Мэллоу, это провокация.

– Миледи, вас велено перевести в темницу. Для вашего же блага. Возможно, вы в опасности. Не бойтесь, пока вы под моей защитой, вам ничего не угрожает.

Стелла горько усмехнулась.

– Какая ирония, вы охраняете меня, чтоб Генрих лично снёс мне голову.

– Идёмте, миледи.

Стелла подчинилась. Шла по знакомым коридорам не понимая как оправдаться. От страха и паники мысли нагромождались одна на другую. Девушка никак не могла понять кому это надо.

Стеллу ненавидит будущая свекровь. Получается это королева придумала гадость? Нет, не сходится. Генриетта до одури любит своего сына, знает насколько он подозрительный. Для неё не секрет, что Генрих разберётся во всём досконально, доберётся до правды, а правда в том, что её с Леонардо ничего не связывает.

И потом, Генрих сказал о западном государстве. Может быть это ловушка для Генриха? Его хотят выманить и убить? У Стеллы всё похолодело. Она резко остановилась, повернулась лицом к Мэллоу:

– Генрих в опасности. Оставьте меня, клянусь, я буду там, куда вы меня ведёте.

Поезжайте к королю. Это ловушка. Не оставляйте короля одного. Спасите его.

Суровое лицо воина ничего не выражало:

– Король столько же умён, сколько отважен. Он умеет постоять за себя. Я подчиняюсь приказу короля, миледи. Защищаю вас. Идёмте.

Стелла поникла.

Вошла в тёмную комнату, напоминающую коробку. Под потолком над стенами из голого камня были выбиты несколько дыр, вероятно для вентиляции. Стража внесла факелы, вставила их в уключины на стенах. Из темноты проступили грубый стол, табурет, топчан с тюфяком.

Вошёл один из стражников, принёс матрас, бельё, подушки, одеяло. На стол поставили графин, фужер.

Дверь захлопнулась, Стелла осталась внутри, взаперти.

Её сразу прошиб озноб. Эта часть дворца никогда не протапливалась. Стены были сырые, кое где поросшие мхом. Стелла сразу закуталась в одеяло, но не согрелась, её била мелкая дрожь.

Мэллоу хорошо знал нравы дворца. Через минуту все кто надо и не надо знали, что Стелла под арестом. Телохранитель собрал воинов в коридоре перед дверью Стеллы: – Вы знаете, что девушка собственность короля. Поступил приказ охранять и сберечь её жизнь до возвращения Генриха. Возле её двери дежурят двое. На её просьбы звать меня, в переговоры с нею не вступать.

Ещё двое дежурят на входе в коридор. Пищу, воду, напитки всё пробуете. Двое идут со мной.

Мэллоу шёл по коридору в кабинет Генриха, прикидывал, где может скрываться Леонардо. Расстелив карту на столе, отправил воинов прочесать усадьбу Леонардо. Искать его всюду, по тавернам, по кабакам, по борделям.

Перерыть, вывернуть наизнанку, заглянуть в каждый колодец, но найти его. На ноги подняли всех осведомителей. Мэллоу умел искать. И нашёл. Ему доложили, что вельможу спугнули и он мчится к западной границе.

Мэллоу дал приказ не преследовать беглеца. Он знал, на границе Леонарда встретит король. К ужину в кабинет ворвался воин, знаком позвал за собой.

Мэллоу быстрым шагом последовал за ним, успев спросить:"Стелла?" Воин мотнул головой.

У дверей темницы на полу лежали воины. Мёртвые. У обоих шла носом и ртом пена, смерть настигла их в страшных судорогах. Пальцы на руках посинели, ногти стали черными. Яд!

Они были отравлены. Попробовав пищу и воду приняли удар на себя, тем самым сохранив жизнь девушке. Мэллоу вошёл к Стелле. Она сидела, закутавшись в одеяло, равнодушно смотрела в стену.

– Миледи, вы в опасности.

– Да что вы. Серьёзно? Прибыл палач?

– Вам нельзя оставаться тут ни минуты На вашу жизнь покушаются.

– Мэллоу, спасибо. Не беспокойтесь, я не боюсь.

– Подойдите, миледи.

Стелла завёрнутая в кокон одеяла послушно подошла. Мэллоу указал ей на отравленных воинов:

– Они попробовали вашу пищу, миледи.

Стелла закрыла ладошкой рот, заглушив вскрик. На глазах у неё выступили слёзы.

– Вам есть где спрятаться, миледи? Я могу посадить вас на корабль, увезти в горы, скажите, где ваш дом?

– Мне нужна комната, в которой есть зеркало.

– Зеркало? – удивился Мэллоу:

– Я знаю, где это. Во дворце вы не можете оставаться. Едем!

Он подхватил её на руки, перекинул через плечо. Махнул страже следовать за собой. Уже почти стемнело, когда странный отряд из чёрных всадников на вороных конях промчался по тёмным улицам.

Остановившись на одной из них, Мэллоу спешился, толкнул дверь, внёс кокон из одеяла, в комнату.

– Привет, Нонна.

– Всё знаю, Мэллоу. Оставь женщину. Иди.

– Откуда…, ну да. Тебе ли не знать, вещунья.

Мэллоу вышел, притворил за собой дверь.

Показал на неё пальцем, сказал, обращаясь к воинам:

– Навсегда забудьте куда я привёз девушку.

Через минуту где-то вдали затих цокот копыт. Мгла натянула на себя чёрное одеяло, снова наступила тишина.