Текст книги "Мастер Трав IV (СИ)"

Автор книги: Ваня Мордорский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Глава 13

Мы двинулись вперёд, уже не скрываясь, но и не шумя. Грэм шёл первым, его топор был готов к удару в любую секунду. Я следовал за ним, хотя все еще не считал эту затею «удачной».

Звуки боя с каждым шагом становились громче. Рычание, ответный рев и звуки ударов.

ВИА! БЫСТРЕЕ!

Через связь я почувствовал, как лиана ускорилась, как она мчалась. Но она всё же не человек, и пока еще ее сильная сторона короткие рывки и атака, а не быстрое передвижение на больших дистанциях. И всё же с каждой секундой она становилась всё ближе. Её голод и возбуждение от предстоящей охоты передавались мне через нашу связь.

Ох, Виа, боюсь, что тут немножко не та охота. – мелькнула мысль. – Как бы нами не поохотились.

– Пи-пи-пи! – Седой в корзине забился, его писк стал совсем тревожным.

– Тише! – цыкнул я на него, хотя прекрасно понимал его страх.

Чем ближе мы подходили к дому Морны, тем сильнее становился запах хищника. Что-то звериное, дикое и первобытное. Я такого не ощущал даже когда на нас с Грэмом напали волки – тут было что-то опаснее. И мы идем прямо к нему. От этого запаха по коже побежали мурашки, а волоски на руках встали дыбом. Тело инстинктивно хотело развернуться и бежать прочь. Я заставил себя неслышно ступать.

И тут раздался рёв, от которого я чуть не споткнулся.

Еще несколько шагов – и мы увидели дом Морны, и не только его.

Тварь, с которой сражалась знахарка была огромной – больше медведя, намного больше. Она стояла на задних лапах, возвышаясь над Морной где-то на метр. Чёрная жёсткая шерсть покрывала всё её тело, топорщась во все стороны, словно иглы. Морда была вытянутой, с выступающими клыками, а глаза… глаза горели темно-красным огнем.

– Измененный, – коротко бросил Грэм.

А у меня снова пробежали мурашки по коже. Ну вот, хотел узнать кто такой Измененный? Теперь знаю.

Моя рука дернулась к перевязи. Я выхватил второй кинжал, сжимая оба так крепко, что побелели костяшки. Инстинктивное движение, и совершенно бесполезное – против этой твари мои кинжалы были как зубочистки против быка. Я мог бы метнуть их все, и попасть каждым, но это не остановило бы Измененного даже на секунду.

Изгородь вокруг дома Морны была полуразрушена: колючие ветви, которые раньше образовывали плотную защитную стену, теперь торчали в разные стороны, многие были вырваны с корнем или переломаны.

Грэм положил руку мне на плечо, останавливая. Его глаза быстро оценивали ситуацию.

Потом он молча указал на себя, а затем на Измененного. Затем на меня и обводящим жестом показал на дом. И показал, чтобы я тихо снял корзину. Я кивнул. Только сейчас до меня дошло, что перемещаться с большой корзиной не лучшее решение, но это было от страха. Он хотел, чтобы я обошёл и ждал у дома?

Я открыл рот, чтобы возразить, но не возразил. Если тварь нас еще не услышала, то скажи я хоть слово – точно услышит. Ладно, у меня свое мнение на этот счет, и думаю кое-чем помочь я все же смогу.

Грэм протянул руку, и я, поняв, отдал ему два кинжала из перевязи. Он молча кивнул и начал красться вперед, пытаясь обойти тварь со спины. Я же пошел в противоположную сторону и только сейчас увидел как следует сражающуюся Морну.

Она была… другой. Такой я ее еще не видел. По-настоящему полузвериной. Её глаза горели желтым, зрачки сузились в вертикальные щели, а одежда на ней была изодрана в клочья, и сквозь прорехи виднелась густая, тёмная шерсть, покрывающая ее руки и плечи. Когти на её пальцах удлинились, превратившись в настоящее оружие. А все тело, словно стало больше, сами мышцы проступили, укрупнились, как у настоящего хищника.

Я перевёл взгляд на дом.

В окне, за переплетением лиан, мелькнули лица детей. Лира, Майя, Талик – все они были там, за закрытой дверью. Морна заперла их, чтобы тварь не добралась до них.

Грэм сделал ещё один шаг вперёд и преобразился. Это был другой Грэм, не старик с черной хворью по всему телу, а Охотник. Его походка изменилась, плечи расправились, а топор в его руках занял совершенно иное положение: теперь это было не просто оружие, а продолжение его тела.

Он двигался как хищник, таких движений я от него не видел ни разу. Он собрал все силы, которые были в нем.

Я видел, как напряглись его мышцы, как по телу прошла едва заметная дрожь предвкушения, и жива наполняла его, готовя к бою. И я видел, что он был этому рад – рад бою.

Вот дерьмо! Я знал, как именно он заплатит за этот «приступ» храбрости (если выживет, конечно). Если выживем мы все.

Я крался вдоль деревьев, стараясь не наступать на сухие ветки. Седой сидел на моей спине, крепко уцепившись коготками, и, словно понимая серьёзность момента, ни разу не пискнул.

Виа была уже совсем близко, я чувствовал её нетерпение и жажду.

КО МНЕ.

Тем временем Морна сражалась с Измененным.

Она была невероятно быстрой: её тело мелькало вокруг твари размытым силуэтом, а когти рассекали воздух, оставляя на чёрной шерсти Измененного красные полосы.

Но тварь… тварь была слишком прочной. Её шерсть и кожа казались почти непробиваемыми. Удары Морны, которые разорвали бы обычное существо на части, лишь царапали поверхность, оставляя глубокие, но не смертельные раны – я бы даже серьезными их не назвал.

А потом я заметил кое-что ещё. По телу Измененного ползли насекомые: сколопендры, крупные жуки и другие ползающие и кусающие твари от мелких до крупных – они атаковали его со всех сторон, впиваясь в шерсть, пытаясь добраться до кожи. Крупные осы кружили вокруг морды твари, раз за разом пытаясь залететь ей в глаза или в пасть.

Это была Лира. Она управляла своими насекомыми, заставляя их атаковать Измененного снова и снова. Тот рычал, отвлекаясь на укусы, и сметая насекомых лапами. Это давало Морне драгоценные секунды. Каждый раз, когда тварь поворачивала голову, чтобы стряхнуть очередную многоножку, Морна наносила новый удар своими когтями и успевала проскользнуть мимо более медленных ударов противника.

Осторожно и незаметно, я добрался до края изгороди. Виа, тихим шорохом выдавшая себя, спрыгнула мне на руку, обвиваясь вокруг предплечья. Её радость от воссоединения была почти осязаемой. Она была большой – еще больше, чем я ее оставлял в прошлый раз. Виа стала толще и длиннее.

Я присел на корточки у изгороди и взглянул на Грэма. Тот стоял неподвижно, держа топор в правой руке и прищурив глаза. Он готовился, выжидал нужный момент, а тело его было натянуто, как струна.

Грэм готовился к стремительному рывку, и нужный момент случился через несколько секунд.

Измененный повернулся боком, отбиваясь от очередной атаки Морны, и Грэм тут же «взорвался» – другого слова не подобрать. Его словно выплюнуло с места, как снаряд из пушки, тело превратилось в размытую полосу, несущуюся прямо к твари. И я уже знал, что это – рывок.

Мое сердце замерло: до последнего я надеялся, что Грэм просто выберет позицию и метнет топор, и этим его помощь ограничится. Но нет, он полез в ближний бой.

Рывок был действительно стремительным и я понадеялся, что тварь не среагирует.

Среагировала.

Голова Измененного повернулась, реагируя на новую угрозу и тело чуть сместилось. Этого хватило, чтобы топор, который целился прямо в шею, ударил чуть ниже, в грудную клетку, и только краешком задел низ шеи. Этого было недостаточно.

Топор вошел глубоко, и похоже что Грэм использовал Усиление, но это был не его зачарованный топор, а обычный, поэтому и нанести достаточный урон он не смог.

Вдобавок лезвие топора просто застряло в плотной плоти существа, и не похоже, что сильно ему мешало.

Но Морна мгновенно воспользовалась этим моментом: она обрушилась на Измененного, полосуя его грудь когтями, раздирая шерсть и кожу. Её рычание смешивалось с ревом раненой твари.

Я впервые видел настоящую схватку в этом мире. Даже когда Грэм убивал волков, я сидел с закрытыми глазами и вбирал в себя живу, а сейчас мне нужно им помочь.

Измененный чуть отшатнулся и отшагнул вбок, обескураженный новым противником. Вот только Грэм не собирался сражаться голыми руками. Он попытался вырвать топор из тела Измененного и чуть не наткнулся на взмах лапы. Затем провел еще несколько попыток, и когда Измененный переключился на него, резко отскочил назад, понимая, что не может выхватить топор, свое единственное оружие. Кинжалы он в ход не пускал. Едва он отпрыгнул от твари, как тут же согнулся пополам, закашлявшись. Я видел, как из его рта брызнула кровь.

Я должен хоть что-то сделать! Но что? Только взять под контроль изгородь.

Морна продолжала атаковать. Её движения стали ещё быстрее, ещё яростнее. Она почти полностью отдалась звериной части себя, и это было… страшно. Лира посылала своих насекомых волна за волной, но я видел, что они двигаются всё медленнее: осы падали, не долетев до цели, многоножки еле ползли… Видимо бой шел не первую минуту, и все свои силы она потратила еще тогда.

Я думал, что Грэм отступил, но нет. Он просто откашлялся, сам себе что-то крикнул, подбаривая и поднялся собираясь вернутся в бой. Я видел как он стиснул зубы и сжал кинжалы в руках.

Вот идиот! Он себя так угробит окончательно!

Я тут же прикоснулся к изгороди и ощутил ее всю. Это мой шанс, единственный шанс помочь им. Вот только сейчас они стоят слишком далеко.

Сначала изгородь попыталась оттолкнуть меня, но я начал на нее давить. Мне нужно было полное подчинение. Я использовал Дар и начал продавливать ее волю кусочек за кусочком. Я ощутил ее боль – те части, где ее порвал Измененный. И эта боль теперь становилась и моей. Я ее разделял, и это сближало меня с этим хищным растением, которое должно было стать моим союзником.

Грэм, тем временем, снова кинулся в бой. Но без топора, с одними кинжалами, он мог только отвлекать, наносить мелкие порезы, уворачиваться от ударов… От одного из ударов он не успел уклониться и принял его на голую руку.

Морна метнулась к твари и… выдернула топор Грэма из её плеча. Одним движением она швырнула его старику.

Грэм поймал топор в воздухе и снова атаковал тварь.

Виа рвалась в бой и я едва ее удерживал – она не понимала, что эта тварь ей не по силам.

Я всё это время используя Дар нащупывал «ключики» к управлению изгородью. Мне нужно только, чтобы тварь подошла вплотную к изгороди, тогда я смогу стать полезным, смогу помочь.

Я видел, что удары старика становятся медленнее и в них уже явно нет живы. Да, он попадал топором, но пробить плотную шкуру Измененного не мог.

Но и этого хватило, чтобы Морна сумела перехватить инициативу и, воспользовавшись возможностью, дотянулась когтями до глаза твари.

Измененный взревел от боли и…обиды!

Грэм отступил, и я видел как на его лбу выступила испарина, и как тяжело он стал дышать. Топор он просто выронил.

В момент, когда Измененный начал «раздуваться» у меня отвисла челюсть. Мускулы под шерстью вздулись, тело будто стало еще массивнее. И в этот момент Морна чуть отскочила, понимая, что сейчас тварь одним точным ударом может разорвать ее, а сам Измененный шагнул за ней. Прямо к изгороди. Старика он уже игнорировал, поняв, что тот больше не в состоянии причинить ему серьезного вреда.

Этого я и ждал – я уже подчинил изгородь. Это было непривычно, но я ощущал всю ее огромность, это переплетение ветвей и длинных лиан, которые хотели дотянуться до врага своей хозяйки. Да, хозяйкой изгороди была по прежнему Морна, даже несмотря на то, что я перехватил контроль. Проблема была в том, что изгороди для самостоятельных действий банально не хватало силы и воли – она сама по себе не могла реализовать весь свой потенциал.

Зато я мог.

Едва Измененный очутился в зоне досягаемости изгороди, я выплеснул в нее огромную порцию живы. Я не экономил, не сдерживался и вложил всё, что мог. И изгородь в тот же миг зашуршала, зашевелилась как тысячи мелких змей.

ХВАТАЙ!

Ветви изгороди метнулись к Измененному. Даже не десятки, а сотни и сотни тонких, гибких, невероятно прочных лоз! Они обвили его ноги, поползли по туловищу. Тварь взревела и начала их рвать.

В тот же миг мое сознание захлестнули волны боли, от которых я чуть не потерял контроль над изгородью.

Не обращать внимание на боль.

Не обращать.

ХВАТАЙ!

Новая команда и новые ветви оплетались вокруг твари, обездвиживая ее. Пусть ненадолго, но это время, которое будет у Морны и Грэма.

Но удержать надолго Измененного я не мог. Тварь дергала лапой и лозы рвались.

И снова каждая оторванная ветвь отзывалась во мне ударом молота по голове. Жива утекала из меня рекой. Изгородь пила её жадно, используя для восстановления и роста.

Но этого было недостаточно. Грэм снова атаковал, теперь кинжалами. Морна же…она пыталась достать до горла твари. Вокруг морды твари вились насекомых, пусть уже не так активно, но Лира пыталась помогать своей маме.

Я же сосредоточился на одном – все силы послать на то, чтобы удерживать нижние конечности твари, только нижние.

А еще послал Виа. Я видел, что Измененный замедлен и пропускает удары и от Грэма, и от Морны. Другое дело, что этим ударам, особенно старика, банально недоставало силы. Но даже это не остановило Изменного: он умудрился нанести короткий удар-тычок Морне и оттолкнуть ее на несколько шагов.

Я, стиснув зубы, понял, что одной изгороди не хватит.

ВИА! АТАКА! ДУШИ!

В тот же миг обрадованная лиана сорвалась с моей руки и рванула к Измененному. На это ей понадобилось секунд пять, за которые Измененный уже успел полностью высвободить левую конечность и почти порвал сдерживающие лозы на правой.

И в этот миг на него прыгнула Виа. Я направил ее прямиком на шею. Всё остальное ерунда. Шея. Я знал, какая была стальная хватка у нее еще до эволюции и до подпитки, а сейчас она стала еще сильнее и мощнее.

Виа обвилась вокруг его шеи. Раз, два, три… Она выпустила все свои шипы, вонзая их в плотную кожу, закрепляясь так, что ее уже не отодрать. И начала пить. Буквально.

Я почувствовал через связь, как она откачивает энергию твари, жизненные силы. Измененный захрипел и дернул лапами, пытаясь оторвать от шеи лиану. Он не мог ее игнорировать, с каждой секундой она, несмотря на его плотную шерсть, сжималась всё сильнее и перекрывала ему поток воздуха.

И это дало шанс Морне.

Она метнулась вперед быстрее, чем я мог уследить. Её когти вонзились в подбородок Измененного снизу вверх. Он впервые открыл это уязвимое место, и то, благодарить нужно Виа.

Грэм, собрав последние силы, швырнул топор.

Оружие врезалось в голову твари, но не пробило череп – сил не хватило.

Зато Морна не останавливалась. Она рычала, – по-настоящему, по-звериному, – и полосовала шею твари снова и снова. Её когти рвали плоть, добираясь до горла.

Часть её ударов задела Виа и куски лианы отлетели в стороны.

Каждый удар бил обжигающей болью по мне и тут я понял одну вещь: чем выше «уровень взаимодействия» между мной и симбионтом, тем сильнее боль. И сейчас боль не шла ни в какое сравнение с той, которую я ощущал, когда рвут изгородь.

Однако теперь Морна, как настоящий хищник, учуявший слабость и идеальный момент, била наверняка, протыкала своими когтями горло раз за разом, и раздирала его в тех местах, куда попала ранее. Во все стороны брызгала кровь и только где-то после десятого удара знахарки Измененный пошатнулся. Тем более Виа всё это время продолжала его душить и колоть шипами.

Он рухнул на лапы, и тут же словил несколько ударов топором от Грэма в шею. Но даже так Грэм не мог пробить его – это было больше похоже на выплеск эмоций после боя.

А потом в дело включились насекомые Лиры. Им многого не требовалось, они начали наконец-то пробираться внутрь тела твари через раны, через разорванное горло.

Я понял, что пора отзывать Виа.

ВИА. НАЗАД!

В тот же миг она нехотя отпустила горло Измененного и уже медленнее и неуклюжее поползла ко мне. От нее оторвали несколько кусков, но я знал, что для нее это не проблема. Эти оторванные куски отзывались во мне пульсирующей болью. Я уже знал, что пока их не залечу и не дам ей живы, то буду ощущать их.

Измененный дернулся в последний раз и затих. Морна его добила.

Я «отключился» от изгороди и понял, что почти опустошен. Живы осталось совсем чуть-чуть. Дар…он болел. Впервые. Это было похоже на боль в духовном корне. Вот так взять, подчинить и управлять огромной изгородью стало огромной нагрузкой, просто меня в тот момент ни боль, ни все остальное просто не волновало – мне нужно было помочь Морне и Грэму.

Мир вокруг меня плыл, но тем не менее я сумел встать. Ухватился за изгородь и обколол пальцы. Ничего, она не ядовитая.

Мы стояли втроём – я, Грэм и Морна – и смотрели друг на друга. Длилось это буквально три-четыре секунды, а потом Грэм снова упал на колени и начал кашлять, а Морна…она просто села на землю рядом с телом убитого Измененного и прижала руки к глубокой ране на боку. Дышала она тяжело и медленно.

Я услышал как открылась дверь дома и наружу вышли дети. Лира едва держалась на ногах – слишком большая нагрузка на ее Дар. Рядом ее поддерживал Майя, а Талик…просто стоял и смотрел.

– Кажись…перенапрягся… – выдавил Грэм, откашлявшись и перекатившись на бок. Он лег и просто смотрел вверх.

А я только сейчас ощутил вонь этого хищника и оценил его размеры.

Огромная тварь. И пока я не очутился вплотную к ней, не осознавал насколько.

На руку под взглядами всех взобралась Виа и я отдал ей остатки живы, чтобы она хоть немного залечилась.

Что ж, скрывать ее больше не получится. Да впрочем, вряд ли это кого-то сейчас волнует.

– Пи! – неожиданно раздалось из-за моей спины, и я понял, что все это время Седой сидел на мне, просто от страха он даже не шевелился.

Глава 14

Я бросился к Грэму. Старик просто лежал, смотрел в небо и тяжело дышал. Я помог ему приподняться и после оттащил чуть в сторону от Измененного.

– Ты как? – спросил я, просто чтобы что-то спросить.

– Ничего, бывало и хуже… – прохрипел он, – Главное, что мы справились и тварь сдохла.

Я кивнул, а сам в это время внимательно осматривал его черные нити хвори, которые словно удлинились и четче проступили на коже. Попытался применить Анализ, но не смог, система просто не дала – я был еще не готов. Шесть применений уже было использовано.

Дерьмо!

Быстро взял себя в руки. Ладно, нужно сохранять спокойствие: тварь мертва, и сейчас мне нужно просто принять «экстренные меры» по тому, чтобы блокировать распространение хвори. А она, почувствовав слабость старика, точно попытается это сделать.

– Не двигайся, я сейчас принесу отваров. – кинул я ему и метнулся к месту, где оставил корзину.

Через десяток секунд был уже снова у старика и протягивал ему бутылочки.

– Пи-пи-пи! Пи-пи! – метался у меня по плечам Седой.

– Знаю, знаю! Всё нормально, никто не умер, нечего паниковать.

Мои слова не помогли и Седой продолжил наводить панику на ровном месте.

– Пей! – сказал я Грэму и, держа флакон, начал понемногу вливать отвар в рот старика.

Руки Грэма тряслись, видно это последствие отката после усиления.

Краем глаза заметил, как дети копошатся возле Морны. Лира и Майя помогали ей подняться – знахарка едва держалась на ногах, прижимая руку к боку. Сквозь её пальцы сочилась кровь. Странно, я думал у нее должна быть какая-то усиленная регенерация, быстро затягивающая подобные раны. Талик вообще стоял над телом Измененного, глядя на него с каким-то странным выражением – не страхом, а скорее с любопытством.

– Надо еще, – забрал я пустой флакон и дал следующий, – Тебе нужно много.

Грэм на удивление не спорил, а молча пил.

Второй флакон…третий…

Четвертый я не стал давать, этого пока достаточно. Остальные последствия нужно убирать другими методами.

Грэм откинул голову назад и закрыл глаза.

– Сейчас.

Я быстро встал и с бутылочками направился к Морне. Сначала протянул Лире флакон.

– Держи.

Девочка взяла его и тут же жадно выпила. Я понимал, что ее Дар был истощен почти до предела – видел это по её бледности и дрожащим рукам. Но ей я еще помогу, надо только живу найти.

– Ещё один, – я дал ей второй флакон, когда она закончила. – Пей.

От самочувствия этой маленькой девочки сейчас полностью зависела жизнь Грэма.

Потом я повернулся к Морне.

– И ты.

Знахарка посмотрела на меня своими звериными глазами. Сейчас, после боя, они уже не горели огнём – это были просто усталые, больные глаза раненой женщины. Хотя, честно говоря, сейчас, когда я очутился вблизи, то ощутил идущий от нее сильный звериный запах, заставлявший… напрягаться. Я видел насколько она опасна и быстра.

Она выпила отвар одним глотком. Я протянул второй, и его она тоже в секунду проглотила.

– Спасибо. – выдавила она.

Я ничего не ответил, а просто вернулся к Грэму.

– Дед, нужно перенести тебя в дом.

– Сам дойду…

– Нет, не дойдешь.

– Эта… – старик кивнул на лиану, – Она…

– Она не тронет. – ответил я. – Об этом потом.

Он кивнул и не стал спорить. Либо он считал, что сейчас не лучшее время и место для выяснения подробностей, либо у него банально не было на это сил.

Я подхватил его под руку и помог подняться. Грэм попытался сделать шаг и едва не упал, а я еле его удержал. Только сейчас я понял насколько он ослаб и чего ему стоило это недолгое использование живы и способностей охотника. Всё из-за решения идти и помогать Морне. А ведь судя по тому как проходил бой, эта тварь не пошла бы за нами следом, что-то мне подсказывало, что ее интересовала только Морна и что она тут не случайно.

Мы медленно двинулись к дому Морны. Седой уже спрыгнул с моей спины и семенил рядом, не отставая ни на шаг, и его тревожный писк не прекращался ни на секунду. Я же бросил взгляд на убитого Измененного и порванную изгородь.

– Всё будет хорошо, дед, – сказал я, толкая дверь плечом. – Не волнуйся.

– Я и не волнуюсь, – он попытался усмехнуться. – Просто… немного устал. Ну, зато подрался неплохо.

Внутри было темно и пахло травами. Я усадил Грэма на небольшую лавку у стены и быстро огляделся. Знакомая обстановка: полки с бутылками и склянками, пучки сушеных трав под потолком и стол по центру комнаты со стульями.

Следом, пошатываясь, в дом вошла Морна. Она держала за руку Лиру – то ли вела её, то ли сама на нее опиралась, вторую руку держала Майя.

Морна тяжело и со вздохом опустилась на стул все так же прижимая руку к ране.

– Надо промыть. – сказал я, кивнув на рану.

– Ничего не надо. Просто дай мне ту бутылку. – указала Морна на полку справа от окна.

Я не стал спорить, она лучше знает пределы своего организма. Поэтому просто взял бутылку и поднес ей.

– Открой. – попросила она.

Я откупорил пробку и в нос ударил резкий спиртовый запах с примесью каких-то трав.

Морна выхватила бутылку из моих рук и, не колеблясь, вылила содержимое прямо на рану. Ее тут же скрутило болью, а кровь в ране запузырилась. Так, похоже, что это совсем не обычная спиртовая настойка, как я подумал сначала, а что-то помощнее. Нужно будет проанализировать. Такая вещь мне точно пригодится.

Жидкость зашипела еще сильнее и я видел как все тело Морны напряглось, мышцы снова чуть увеличились, и она тихо зарычала – ей было больно.

Через десяток секунд всё прошло и ее тело снова расслабилось. Я присмотрелся к ней и понял, что дело даже не в ране, вернее, ранах. Хоть их было много, но все они были мелкие, только три крупных рваных раны, которые она уже залила настойкой. Похоже, что именно использование звериной ипостаси и истощало ее сильнее всего. И сейчас она выглядела откровенно плохо: испарина на лбу, непривычная бледность и тяжелое дыхание.

Она отложила бутылку в сторону и попыталась встать. И тут же начала заваливаться, я едва успел сделать шаг, подхватить ее и усадить обратно на стул.

– Спасибо, – кивнула она, – Можешь дать мне мазь? Вон там лежит, коричневая банка.

Я нашёл банку и открыл её. Знакомый запах – что-то похожее на мазь, которую я сам делал, только сильнее. Собственно, рецепт этой мази у меня уже был.

– Давай помогу. – предложил я глядя на все ее раны.

Она только молча кивнула, ее руки просто опустились и она устало сидела на стуле.

Я начал наносить мазь на её раны. Старался быть осторожным, но она всё равно шипела при каждом прикосновении.

– Откат, – пробормотала она, когда я закончил с плечом. – Откат за использование способностей. Каждый раз… каждый раз всё хуже.

Я молча продолжал работу, поглядывая на Грэма, который был в сознании и внимательно смотрел за моими действиями. Может он думает, что после того использования изгороди и лианы я потеряю рассудок?

Когда я закончил, Морна указала на мою руку, где обвилась Виа. Не знаю почему, но сейчас мне было спокойнее, когда она была со мной, поэтому и не отпустил ее. Все равно и Морна, и Грэм уже всё видели. Что тут скрывать?

– Помощница. – коротко ответил я.

– А это не та лиана…что я видела тогда?.. – прищурила она глаза.

Я не ответил. Вместо этого я подошёл к Грэму, положил руку ему на грудь и передал несколько капель живы – всё, что мог сейчас выделить. Нет, этого слишком мало. Нужно срочно идти и заниматься Поглощением – без этого я бесполезен и это просто потеря времени.

– Мне нужно ненадолго уйти, – сказал я, глядя на деда. – Но я скоро вернусь. Нужно… восполнить запасы.

– Понял, – кивнул Грэм. – Иди.

Лира сидела на полу возле матери, прислонившись к её ноге. Майя, тем временем, носила какие-то бутылочки с полок – Морна молча указывала на них пальцем.

Я обернулся уже у двери.

– Морна, тут больше нет таких тварей?

Она покачала головой.

– Таких точно больше нет. И Майя заметит, если кто-то приблизится, не беспокойся.

Я кивнул и вышел наружу, где на пару мгновений застыл, глядя на разрушенную изгородь, как-то подозрительно тихо лежащего падальщика и вообще всё место, где происходила драка.

Но, конечно, взгляд дольше всего остановился на теле Измененного. Оно лежало там же, где его прикончила Морна. Хотя легкий страх, что и этих ран подобной твари окажется недостаточно, все-таки оставался.

Седой вполз на меня своими цепкими коготками и, усевшись на плечо, начал тыкать в Измененного и возмущенно пикать.

– Ага, Седой, знаю. Эта тварь чуть нас всех не убила. Но волноваться больше не о чем.

– Пи!

Я вздохнул. Ладно, пора начинать. Я подошёл к ближайшему кусту и положил на него руку.

Поглощение.

Жива потекла в меня медленно и неохотно. Куст сопротивлялся, и хоть я быстро продавил его волю, сопротивление было ощутимым и думаю дело не в том, что сам куст был сильным, а скорее я слишком истощенным после боя. Пожалуй, впервые с момента пробуждения Дара я ощутил, что силы моего Дара просто не хватает. Изгородь требовала слишком много сил, что уж говорить о растениях помощнее, с которыми мне рано или поздно придется столкнуться.

Зато был и плюс: Дар вырос на четыре с половиной процента за раз.

ВИА. ЕСТЬ.

Я ощущал, что после ранений лиана хочет есть, ей нужны питательные вещества для восстановление собственного тела, поэтому я и отпустил ее к Измененному, что она с радостью и сделала. Заскользила по земле и через пару секунд уже присосалась к телу Измененного. Малик уже сидел на большом камне с закрытыми глазами. Похоже свое любопытство он утолил и теперь вернулся в свое обычное состояние.

Пока Виа восстанавливалась телом Измененного, я продолжал поглощение, переходя от одного растения к другому, и быстро откачивая живу. Даже больше обычного.

С каждым мгновением боль от ран Виа, которую я всё это время ощущал, становилась всё слабее – она восстанавливалась.

Шаги я услышал даже несмотря на то, что был полностью погружен в процесс, но поскольку они шли от дома, то не прерывался. От того, что Морна или дети увидят, что я прикасаюсь к растениям и те увядают ничего страшного не случится. На фоне управления изгородью и лианой-симбионтом это всё мелочи.

– Что ты делаешь?

Я обернулся. Это была Майя.

– Чтобы кому-то помочь, мне нужно сначала забрать немного живы из растений.

– Любопытная способность, – сказала она, склонив голову набок.

– Не намного любопытнее, чем ваши.

Она не ответила. Вместо этого её взгляд переместился на Виа, которая возилась с телом Измененного.

– Это твоя питомица?

– Да.

– Она красивая.

Я хмыкнул, вот уж последнее, о чем думаешь глядя на эту хищную лиану, так это о том, что она красивая.

Я вспомнил про падальщика. Никто так и не посмотрел, что с ним.

– Угрюму можно помочь?

Майя подошла к нему, потрогала, перевернула и покачала головой:

– Ему уже не помочь. Он мертв.

Я ничего не ответил, взглянул на него еще раз и отвернулся. Не сказать, что я испытывал к нему какие-то эмоции. Я и видел-то его всего лишь пару раз. А вот почему девочка так холодно реагирует было непонятно. Все-таки это их питомец.

Ладно, нечего об этом думать.

Я продолжил поглощение.

Седой снова слез с меня и начал подбирать какие-то палочки и листочки с земли. Честно сказать, его присутствие странным образом успокаивало меня. Сложно было уже представить себя без Седого. Этот старый мурлык, несмотря на то, что между нами не было особой связи как с растением-симбионтом, или между приручителем и питомцем, прекрасно понимал меня. А я его.

Я перешел к следующему растению.

Духовный корень уже побаливал сильнее и каждое последующее поглощение только усиливало эту боль. Вот только у меня не было вариантов. Я должен передать Грэму, а затем девочке живу, и как можно скорее.

Поэтому я почти не делал перерывов и ходил от растения к растению безостановочно.

Грэм с закрытыми глазами полулежал на лавке в доме. Я тихо подошел и без лишних слов начал передавать ему живу, положив руку на плечо.

Он тут же очнулся и сел.

– А?

– Сейчас станет полегче. – сказал я.

За нами наблюдали Морна, которая сидела уже с обработанными ранами и с залитыми в себя отварами, и Лира, которая не отходила от нее. Майя по-прежнему была снаружи.

Я влил в Грэма почти шесть единиц живы. Ради этого пришлось попотеть, но оно того стоило – дыхание старика стало ровнее, взгляд стал осмысленнее, и его перестало клонить в сон.

– Полегче… – сказал он. – Спасибо, Элиас.

– Ага, нужно еще. – кивнул я, – Потерпи.

После этого я подошёл к Лире и присел рядом с ней. Девочка подняла на меня усталые глаза.

Я прикоснулся к ней и передал немного живы, полторы единицы, но даже этого ей хватило. Бледность исчезла с лица, дрожь в руках утихла, а сама она перестала выглядеть так, будто не спала неделю.

– Спасибо. – кивнула она.

– Не за что.

Я молча вышел наружу и продолжил Поглощение живы из растений.

Еще одна ходка за живой, на которую ушло почти двадцать минут – и сразу после этого возвращение обратно. Передача основной части живы Грэму, остатки – Лире, и потом снова поглощать растения.

Я переходил от растения к растению, выжимая из них по капле энергии.

Даже после четырех таких ходок я понимал, что еще недостаточно. Тело Грэма поглощало живу сегодня как не в себя – он слишком много потратил за этот бой. Да и Лире тоже нужно было больше живы, чем я давал. Но я был вынужден делить.