Текст книги "Единственная для Хана (СИ)"
Автор книги: Валерия Ангелос
Соавторы: Рина Каримова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
Глава 39
Какой может быть балет, когда он такое вытворяет?Изо всех сил стараюсь задержать его бесстыжие руки. Пытаюсь сделать так, чтобы он прекратил облапывать меня. Нагло. Бесстыже. По-хозяйски. Будто имеет все права вести себя подобным образом.Но кажется, проще удержать скоростной поезд, мчащийся по рельсам без тормозов, чем заставить Хана хоть немного сбавить обороты.Кровь приливает к щекам от смущения.Вцепляюсь в его кисть изо всех сил. Но и это не помогает. Даже как будто наоборот подстегивает.– Василиса, ты чего буянишь? – его хриплый шепот будоражит, окончательно сбивает с толку.Он умудряется спутать все. Мои мысли. Чувства. Эмоции. И радует пока только одно. Здесь слишком темно. Потому он не может увидеть насколько сильно сейчас полыхают мои щеки.А иначе бы..Хан пробуждает во мне что-то совершенно неправильное. Нехорошее. И незнакомое. Такое, чего прежде никогда не ощущала.Бабочки порхают в животе.Раньше не понимала это выражение. А теперь суть доходит очень отчетливо.Получается все прочувствовать на себе. Буквально.Под ребрами словно искры полыхают.До чего же эти бабочки... предательские.Так не должно быть. Я не должна все это испытывать. Не должна!– Убери руку, – выдаю глухо.Вроде и стараюсь тихо сказать. Надо – тихо. Вокруг же столько людей. Да и представление идет. Неприлично.А то, что вытворяет Хан и вовсе выходит далеко за все разумные рамки.Его ладонь скользит по внутренней стороне моего бедра. Свободно. Вольготно. А мое сопротивление никак его не задерживает. Скорее даже раззадоривает двинуться еще дальше. Выше и выше. Пораженно охаю.– Все, – приглушенно шиплю.
– Прекрати. Все, я сказала, хватит.Хан ничего не прекращает.Дотрагивается до меня так дерзко и резко, что дыхание окончательно перехватывает.– Алихан, – выдыхаю нервно.Называю его по имени. Само собой так получается.И казалось бы, подобное обращение может Хана отрезвить, как-то сдержать. Но нет. Надежды на это развитие событий моментально рушатся.– Кайф, – выдает он.И почти до моего уха губами дотрагивается. Обжигает горячим дыханием, заставляя поежиться.А в животе уже не просто бабочки. Огненные змейки. Расползаются по бедрам.Устремляются к груди. Резво, опаляюще. И я чуть дышу. Едва могу держаться за край реальности. Ускользаю. Все ниже. Куда-то совсем не туда, куда надо. Не представляю, как можно все это остановить.Давай, еще повтори, – требовательным тоном прибавляет Хан.Почти жестко. Будто приказ.Еще миг – он прикусывает мочку моего уха. И мурашки моментально устремляются по моим плечам. Горячие. Ледяные. Жгучие. Колючие.Нет, Алихан, – вырывается у меня.Тише, Василиса, тише.– да ты...– Не мешай людям спектакль смотреть– HO...– Что ты как дикая?Не вижу, но чувствую, в этот момент он широко ухмыляется.– А ты что делаешь? – бормочу возмущенно, как могу стараюсь приглушить голос, но мое возмущение звучит слишком громко.Женщина из ряда перед нами поворачивается. Возмущенно шикает. Как и мужчина откуда-то сбоку.Слышится несколько явно осуждающих возгласов.– Беспредельщица, – замечает Хан.А мне и плакать хочется. И от стыда сквозь землю провалиться. Сгораю от смущения. Меня всю разрывает от гремучей смеси совершенно непривычных эмоций.Хан мне уже практически в нижнее белье залез. Касается кружевной ткани. Но ощущения настолько острые, будто ничего его от меня не отделяет. Будто он уже дотрагивается до меня прямо ТАМ!Какой ужас...И мне бы стоило испытывать отвращение. Негодование. Страх.Однако совсем другие эмоции пронизывают все мое тело. Острые, токсические Ядовитые эмоции, от которых никакого спасения нет. Закрыться не получается.Бесполезно даже пытаться.Сколько ни пробую. все оказывается напрасно.Хан все сильнее прижимается.Здесь у меня нервы и сдают. Не нахожу ничего лучше, чем врезать ему локтем.Пихаю изо всех сил.И...Как-то резко все обрывается.Его рука застывает на мне. Хан странно пригибается. Замирает. Наконец, сипло бросает:Ну пиздец, ты врезала.А? – выдаю не слишком осмысленно.Аж дыхание сперло... охренеть у тебя удар, Василиса. Прекрасный, блять, удар.Прямо как ты.Да я, – запинаюсь. – Ты сам виноват.Ну еще бы, – хмыкает, откашливается.
– У тебя всегда я виноват. И показания сам против себя дал, в тюрьму сам сел. И теперь вот – тот же номер. Ну а ты всегда не при делах.Кажется, тебе гораздо лучше, – замечаю.– Да охуеть лучше, – хрипит. – Куда там.Ты столько всего мне выговорил, – парирую. – Точно лучше становится. И вообще, разве такой крепкий боец как ты не должен быть... М-м-м, крепче?
А тут всего лишь один маленький толчок – и все.Толчок? Да ты мне засадила так, что, – начинает он и замолкает.Секунда – к моему уху ртом прижимается.Теперь и я бы тебе засадил, – заявляет.
– Как полагается. Как ты у меня давно напрашиваешься.Ну теперь у меня сомнений нет.– В чем?Отпихиваю его от себя. Потому что опять начинает прилипать ко мне. Нависает все сильнее, прижимаясь плотнее.Эй, у тебя что, совсем совести нет? По больному? – явно издевается надо мнойХан, снова прислоняясь ближе.Это у тебя совести нет. И стыда. И вообще, ты...Запинаюсь.Но не из-за Хана. Из-за людей вокруг.Мы оба забываемся настолько, что говорим громче положенного. Хотя говорить тут в принципе не положено. Не принято.Кажется, на нас оборачивается чуть ли не весь зрительный зал.Ну справедливости ради, только ближайшие к нам люди, разумеется.Однако чувство, будто множество взглядов направлено именно на нашу пару, сохраняется.– Мы больше не будем, – выдаю по-французски. – Будем, – уверенно заключает Хан.Смело хватает меня за бедро.Алихан!Ударяю его по руке.Все-таки убирает.Подозрительно. Даже слишком легко это происходит. Не верится, что он так просто прекратил.Но позже, я кажется, начинаю понимать, почему так вышло.У меня возникает странная реакция. Абсолютно ненормальная реакция, если честно.Впечатление, будто не хватает его прикосновений.Знаю, что выглядит чудовищно. Прогоняю эти странные ощущения. Во всяком случае, стараюсь прогнать, но выходит не слишком успешно.Перевожу взгляд на сцену. Настолько расшатанная, что требуется время, чтобы собраться и понять – а что же там, собственно, вообще происходит?Потом получается переключить внимание. Однако спутанное сознание не позволяет полностью насладиться разворачивающейся на сцене картиной.Делаю над собой усилие. Снова и снова.Прочь мысли о Хане. Прочь все эти смешанные ощущения.Вторая половина представления проходит спокойно.Хан больше не пристает. А я...Стоп, я что чувствую разочарование?Нет, просто непонятно, почему так. Резко поменял тактику, перестал атаковать.Безотчетно напрягаюсь в ожидании нападения, которого так и не происходит.Может, в этом и есть его коварный план? Заставить меня думать об этом, метаться, недоумевать и сомневаться.Похоже, его план отлично работает.Лишь под самый финал выступления у меня получается полностью погрузиться в историю. Балет потрясающий. И музыка, и танец. Все на высшем уровне. Иногда включают просто аудиозапись. А здесь живое исполнение.Падает занавес. Зал взрывается аплодисментами.У меня слезы стоят в глазах. Настолько сильно пробирает. Задевает за живое.– Ты чего? – слышится хриплый голос Хана над ухом.
– Что тебя до слез довело?Поворачиваюсь к нему.– Опять я виноват? – мрачно интересуется он.Хмуро сдвигает брови.Нет, говорю.Это балет.Блядь, – кривится.
– Что, настолько херово отработали?Что? – невольно повторяю, а потом мои губы сами собой растягиваются в улыбке, и я отрицательно мотаю головой, поясняю: – Ты не понял. Наоборот.Очень хорошо. Ты же слышишь, как люди реагируют? Все в восторге– Да похер мне на «всех», – отрезает он.
– Меня ты волнуешь.Мне понравилось, – отвечаю чистую правду. – Я бы еще раз хотела сюда прийти.Ну да, – оскаливается он. – Было неплохо.Но только я бы одна пришла, – замечаю, прищуриваясь. – Или можно с тобой, но чтобы между нами кто-то еще сидел.На черта это? – кривится.А чтобы ты руки не распускал! – выдаю.Василиса, – он выразительно ухмыляется.
– Ты правда думаешь, что если я вдруг захочу тебя облапать, то меня хоть что-нибудь остановит?Отвечать на такое? Не стоит. Лучше промолчать.Отворачиваюсь. Хлопаю артистам. Как могу, стараюсь скрыть неловкость, которая меня по рукам и ногам сковывает.Ну да, верно.Его никто не остановит. Хану вообще никто не указ.Но хуже всего то, что я сама не особо хотела бы его притормаживать. А это уже совсем безумно. Что со мной творится?Мы выходим на улицу. Ночная прохлада немного отрезвляет. Но мысли все равно хаотично мелькают в голове, путаются сильнее.Подъезжает машина. Водитель открывает нам дверцу.– Присаживайся, – говорит Хан, придерживаясь меня за талию.И как только я оказываюсь на сиденье, он сам явно не собирается следом, достает телефон, направляется в сторону.– А ты? – вырывается у меня уже совсем дурацкий вопрос.Стоп. Стоп!Но конечно, поздно.Хан убирает телефон от уха. Оборачивается ко мне. Внимательно изучает. В его глазах появляются откровенно лукавые искры.Что такое? – спрашивает он.
– Стоит мне отойти – сразу заскучала?Эм, нет, – выдаю, и губы невольно сжимаются в тонкую линию, пока я лихорадочно стараюсь придумать разумный логичный ответ. – Просто мне надо понимать, что дальше.Да. Очень «разумно».Дальше? – интересуется Хан с ухмылкой, которая не обещает мне ничего хорошего. – Продолжения хочешь?Нет, – отрицательно качаю головой.
– В целом. Ты меня сюда привез. А теперь все так… непредсказуемо.Ну по ситуации действуем.Хорошо.Я несколько дел решить должен, – задумчиво произносит он. – А ты пока вещи собери. На завтра. Мы уедем из Парижа.Ты говорил, завтра какое-то серьезное мероприятие, невольно. – Я думала, это будет здесь.вспоминается мне– Нет, планы поменялись, – замечает Хан, пристально глядя на меня.
– Это мероприятие подождет. Тут каждый день какие-нибудь мероприятия проходят.Успеем посетить. А пока... есть у меня идея получше.Телефон Хана вибрирует. Он отвлекается, смотрит на экран. И вид у него довольный. Усмехается, будто сытый кот облизывается.А меня будто что-то царапает изнутри.Это что за дела у него такие? Ночью. И кому это он так выразительно улыбается, когда на свой мобильный смотрит. Кто это его так радует?Почему-то становится неприятно.Ладно, – бросает он, не глядя на меня.
– Ехать пора. Ты давай, Василиса, готовься в поездку. Утром приеду – и сразу выезжаем.Утром...Это что же значит, он до утра где-то шататься будет?Хан закрывает мою дверцу, отходит от машины, не оборачиваясь назад. Все его внимание на телефон направлено.Что можно делать в Париже ночью? – вылетает у меня в сердцах.Боюсь, босс не разрешит нам разьезжать посреди ночи, – отвечает водитель на мой рефлекторно вырвавшийся вопрос. – Хотя ночная жизнь в Париже очень бурная. «Мулен-Руж». «Крейзи Хорс». Столько кабаре. А ночные клубы... ну есть куда заглянуть. Парижские вечеринки самые отвязные. Это вам любой подтвердит.Ненавижу свою бурную фантазию, которая услужливо подбрасывает мне яркие кадры того, как именно Хан может организовать себе ночной досуг.
Глава 40
Всю ночь разгребаю дела.Пиздец, сколько всякой херни за время моего отсутствия накопилось. Но я хочу выходные на природе провести. Только я и Василиса. Чтобы никто не отвлекал, чтобы ни одна сучара мне мозги не ебала.У Аверина все откладывается. Это выходит удачно. Вот и пользуюсь моментомРазбираю вопрос за вопросом. До утра торчу в своем парижском офисеПара часов сна. На диване. Прямо в кабинете.Лучше бы, конечно, в отель. И Василису под боком. Но тут я себя придерживаю, на цепь усаживаю.Нельзя ее спугнуть. Пусть расслабится. Пусть привыкнет. Так ее и возьму. Сама не заметит, как на мой хуй запрыгнет.Примерный план действий я еще на балете набросал.Прямо идея в башке сверкнула. Зацепился за нее. Раскрутил – ну и вот. Уже отдал распоряжение помощникам. Пускай организуют все, что потребуетсяБалет вроде зашел. Понравилось Василисе. А я торчал на этом блядском спектакле и только об этом думал.Не то. Все не то, блять.Пафос вокруг. Все разодетые. Атмосфера – херня полная.А мне бы ее голую. Зажать, потискать. В укромном месте. Мне бы ее...Тут я и задумался. Как бы мне Василису голой заполучить? Ну помимо очевидного, помимо того, чтобы самому с нее шмотки содрать.Бассейн? Сомнительный вариант. В отеле СПА-центр есть. Можно там что-то на вечер устроить. Но чую, что это не то, другое нужно. Василиса в напряге будет.Подвоха ждать. В любой момент может улизнуть.Надо ее чем-то впечатлить. Отвлечь. Как на балете, только с другим уклоном. В романтику. Ну вот же оно. Бабы романтику любят. Должно сработатьЗдесь меня и осенило.На природу надо. К морю. На побережье.Виды во Франции пиздец красивые. Надо этим воспользоваться. И не в какую-нибудь затертую всеми Ниццу поехать, а в реально особенное место. Уникальное даже. Найди мне жилье в Этрете, – распорядился помощнику.
– На выходные. Самое лучшее, что есть. Первая линия побережья.Будет сделано, босс.Василиса увидит всю эту охуенность, и сама не заметит, как с нее лишние шмотки слетят. Искупаться захочет.А вода там прохладная. Шутка ли.
Считай – Атлантический океан.Короче, план идеальный. Должно выстрелить все, как задумал.Солнце. Море. Чайки горланят.Ну….. романтика же?Сначала все работает четко. Заезжаю за Василисой. Забираю вместе с вещами.Выезжаем в Этрету.Ей ничего не поясняю. Пускай сюрприз будет. Пускай сама все те виды увидит и охренеет.Но охреневаю я.Один из моих помощников выехал еще раньше. С охраной. Подготовить все к нашему приезду.А когда мы на месте, он вылетает на порог. Бледный.– Нет, босс, вам сюда не надо, – выдает.Что за херня?Я... мы сейчас разберёмся. Другое место подберем.А с этим что не так?Не знаю, как это вышло. Цена высокая, а внутри такое, что...А ну отойди.Босс...Отошел! Дай гляну.Это что, вообще, блядь такое?Оу, тут... мило, – протягивает Василиса, осматриваясь и проходя следом за мной.
– Мебель такая….. хм, необычная. Мебель постарше ее бабки будет. Разваливается все. На соплях держится. Зашли сюда и будто на сотню лет назад перенеслись.И ладно бы только этот раритет вокруг.Одиноко здесь точно не будет, – выдает Василиса.Вон сколько соседей у нас.Ну да.Охренеть тут толпа... постояльцев.Муравьи по кровати ползают. Наверное, прямо здесь где-то и муравейник есть.Постельное белье хуже, чем в тюряге, где я срок отбывал.Ай! – взвизгивает Василиса, резко подпрыгивая и вжимаясь в меня, пальцем в сторону тычет.
– Там... там...Вижу.Дохера там всего. Жуки всех мастей. Ну целый зоопарк.А можно я в машине переночую? – спрашивает.Нельзя, – выдаю.
– Отставить панику, Василиса. Сейчас. Все решу.
Глава 41
Босс, тут все жилье примерно одинаково выглядит, вот так, – заявляет мой помощник.Это же курортный район, блядь.Что за пиздец здесь творится?– Мы изучили все доступные варианты и... везде картина примерно одинаковая.Можно заказать клининг и дезинфекцию. Но на это потребуется время.Ненавязчивый европейский сервис.Ясно.А недоступные? – спрашиваю.Там ранняя бронь. На данный момент, все занято.Из этих «недоступных» хоть что-то нормальное есть?Честно говоря, нет, босс. Тут примерно одинаковый уровень размещения. Но поверьте, мы сможем сделать конфетку из... хм, того, что есть.Сколько времени нужно?Сутки.Не пойдет.Мы уже изучаем альтернативные варианты. Другие населенные пункты, где условия могут быть более подходящими.Сам прикидываю, как быть.Ну с одной стороны я привык, что здесь часто так. Фасад эффектный. А внутри творится такое, что ебнуться можно.Но для Василисы хочу сказку устроить. Тут.Сейчас к морю пойдем. Там ей все понравится. Знаю. Но под вечер-то вернемся, надо будет где-то заночевать. Нормально заночевать.Другой район не хочу. Даже если рядом.Частные виллы смотрите, -обращаюсь к помощнику.– Те, которые не под сдачу. Найдите такую, чтобы мне зашло. Чтобы никакой вот этой хуйни. Уборок, блять. Дезинфекции. Понял, босс, но.. – Время – до вечера, – отрезаю.
– Похер мне, как вы это устроите. Кому и сколько заплатите. Найдите нормальный дом. И пусть его освободят к нашему возвращению.Ладно, пора исправлять впечатления Василисы про наш отдых.– Давай, – говорю ей.
– Пройдемся.
Мы же можем обратно вернуться? – спрашивает.
– Ну тут не так уж и далеко до Парижа, да?– Можем, конечно.Только мне надо все так устроить, чтобы ей ни в какую возвращаться не захотелось.Ты солнцезащитный крем взяла? – интересуюсь.Да, но тут прохладно, – замечает.Кутается в накидку.Гребаный Север. Тут всегда так. Погода может вообще за считанные секунды поменяться. Моргнуть не успеешь – и все.Ничего. Прогноз я изучил. Должно распогодиться.На небо смотрю. Пока правда не сильно на это похоже. Ветер поднимается. Но климат здесь реально непредсказуемый. Заранее не просчитатьВеду Василису на побережье. Так веду, чтобы главное не сразу увидела. Еще и разговором отвлекаю.Это Север, – говорю. – Пусть тебя прохлада не обманывает. Тут сгореть за пару минут можно. Особенно когда ветер поднимается. Вот как сейчас.Да? – протягивает с сомнением.Надо тебе солнцезащитным кремом натереться, когда придем.Хорошо.Я помогу.Вспыхивает. В напряжении на меня смотрит. А то, что впереди показывается, еще не замечает.– Ну чего? – выдаю. – Как тебе?В сторону киваю. Поворачивается Василиса. Застывает. Пораженно выдыхает, глядя перед собой. Ну вот, вроде сработало. Не зря столько художников эти самые скалы малевали.Видно, в старину так баб клеили.Рабочая тема. У меня дух захватывает от той красоты, которая нам открывается. Сначала вообще кажется, это что-то нереальное.Лазурные воды омывают белоснежные арки скал, которые вздымаются над побережьем будто резные колонны готических соборов.Только все это не дело рук человека. Все это вытесано и создано самой природой.Такие величественные скалы. Массивные. И в то же время они кажутся хрупкими, какими-то сюрреалистичными.Воздух пронизан запахом соли и свежести. Ветер растрепывает мои волосы окончательно, от чего локоны закрывают глаза, но я их перехватываю, собираю в пучок позади. Безотрывно смотрю вперед.Выходит солнце. Его сверкающие лучи отражаются в бирюзовой воде. Плещутся волны, ударяются о берег.И кажется, слышу голос... Моря? Океана?Знаю, что это Ла-Манш, пролив, часть Северного моря, и можно сказать, частьАтлантического океана.Какая же это все красота.Впечатление, будто время остановилось. И ты прикасаешься к чему-то вечному, древнему. Дотрагиваешься до истории, которая оживает в камне и воде.Смотрю и оторвать взгляд не могу.Затягивает.
Глава 42
Меня настолько увлекает открывшийся вид на море и скалы, что я даже не сразу замечаю, насколько бесстыже себя начинает вести Хан.Вот только стоит чуть потерять бдительность.Он уже снимает с меня накидку. Тянет лямки моего платья вниз, а после и вовсе раздеть пытается. Лишь в последний момент успеваю прихлопнуть его ладони своими.
Получается так, что задерживаю их на своих бедрах. Верх оголен.Ну хорошо, конечно, что я в купальнике. Но все же раздеваться так быстро не собиралась. Тут вообще прохладно. Ветер бешеныйХотя...Как-то уже и ветра нет. Во всяком случае, он не чувствуется. Зато безжалостно палит солнце. Выходит из-за облаков.Ну надо же, погода будто за пару минут проясняется.От этих скачков от пасмурности до ясного неба голова идет кругом. Сам Хан тоже сильно меня сбивает. И ощущения от того, как он меня касается очень странные.Рассыпаются огненными всполохами по всему телу.Прекрати, – выдаю.Что? – будто не понимает.Все это.Да я еще ничего не начинал.Алихан! – вырывается.А дальше вовсе дыхание перехватывает. Ведь Хан начинает облапывать меня, абсолютно не зная стыда. По всему моему телу проходится. Такое ощущение.Резко вверх – к плечам. Потом – в сторону. Опускается по груди. После – вновь резко – вниз. Сжимает бедра. Перемещается на ягодицы, причем так хватает, что я невольно взвизгиваю.– Ты что делаешь, – бормочу с возмущением.
– Все! Хватит!..И сама на себя злюсь за то, что даже толком не могу его оттолкнуть. Не получается у меня это сделать. Сколько не пытаюсь.Или я не пытаюсь?Похоже, мои движения слишком заторможенные. Вялые. А вот он времени даром не теряет. Кожа горит от того, как Хан ко мне прикасается.Bce, – выдыхаю.
– Ну все, прекращай.Ну сперва сделать надо, замечает он. – А иначе как я могу прекращать?Ты бы хоть людей постыдился.Каких людей?Верчу головой.Ну тут он опять прав. Будто по закону подлости поблизости действительно никого не видно.Пляж пустой. Люди вдалеке.Это ты постарался? – вырывается у меня нервно.Думаешь, мне под силу целый пляж освободить?Не знаю, – мотаю головой, безуспешно стараюсь отлепить от себя его руки.Но ты должен прямо сейчас остановиться.Согласен.Тогда почему твои руки до сих пор на мне?Должен, но не хочу.Хан умеет обезоружить.Отпускает он меня настолько же резко, как и захватил. И я на всякий случай, шагаю в сторону от него. Будто пытаюсь выстроить безопасное расстояние между нами.Но получается это все не слишком успешно.Хан подступает ближе. А у меня заплетаются ноги.– Жарко здесь, – говорит.Неопределенно качаю головой.Солнце палит, – добавляет.Я – от него.Он – за мной. – Солнцезащитный крем нужен, – заключает Хан.В этот момент чуть не плюхаюсь вниз, просто потому что слишком резко от него отшатываюсь. Но он меня вовремя перехватывает за талию.– Резвая ты у меня, – замечает.Глаз да глаз за тобой нужен.Теперь не понимаю, почему мне казалось, будто тут прохладно. На самом деле, солнце палит просто нещадно.Или это все так ощущается из-за близости Хана?Его ладони опускаются на мое тело. И... ну так кремом точно не намазывают!
