Текст книги "Единственная для Хана (СИ)"

Автор книги: Валерия Ангелос

Соавторы: Рина Каримова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 49

Теперь даже не верится, что еще недавно я дрожала от холода. Сейчас меня окатывает жаром. Волна за волной. Снова и снова.Дыхание предательски сбивается. Под обжигающим натиском губ Хана словно совсем не дышу. Глотнуть кислород не выходит. Ощущения такие, словно по моим легким разливается жидкий огонь.По ногам разливается трепет. Колени подгибаются. Больше не чувствую каменную поверхность под стопами. Будто улетаю. Утекаю следом за потоком воды, которая сейчас кажется раскаленной. Как и все пространство вокруг.Хану точно не может быть холодно. От него жаром пышит.Согреваюсь за считанные секунды. Но того, что происходит сейчас, я совсем не хотела. Даже не думала об этом.Пульс дико лупит по вискам. В ушам поднимается рокот. Сердце бьется все чаще Рвется на волю, нервно ударяясь о ребра. Раз за разом. И кажется, еще немного выпрыгнет из горла. Грудь сдавливает от переполняющих меня эмоций. Острых.Противоречивых. Отчаянно стараюсь подавить непривычные чувства. Ho они оказываются куда сильнее.

Пробую оттолкнуть Хана. Честно – пробую.Хотя наверное, со стороны это выглядит так, будто мои пальцы сами по себе льнут к его широкой груди. Буквально приклеиваются. Не отлепить.Вскидываю ладони. Упираюсь в Хана. Но не то, что отодвинуть его от себя не могу, у меня вообще ничего сделать не получается.Он весь будто каменный. Железный. И можно было бы принять его за статую, если бы не тот огонь, который ощущается под пальцами. Наощупь Хан словно раскаленный. Очень твердый. Мощный. Сильный. Наверное, проще сдвинуть с места скалу, чем его хоть немного пошатнуть.Что я делаю?Слишком поздно замечаю, как мои пальцы скользят по его рельефному телу. Как сперва застывают на широкой груди, а после движутся по раскачанным плечам.Снова замирают.Само по себе выходит.Считай – против воли.И...Что я ему позволяю? Даже не пробую остановить, не пытаюсь. Цепенею под напором нахлынувших на меня эмоций. Очнуться нереально. Будто тягучий морок на мой разум накатывает.Это все стресс. Паника. Форс-мажор. Наверное, так действует выброс адреналина.Мы же в ловушке оказываемся. Повсюду вода. Холод.А так теплее. Вместе проще согреться.Множество аргументов проносится в голове. Умудряюсь выстроить сразу несколько логических цепочек. Но уже в следующую секунду любые мысли сгорают дотла.Хан опаляет меня. Он точно огромный костер. Полыхает. Его руки свободно скользят по моему телу. Без малейшего намека на стыд. Будто языки пламени охватывают. Пожирают остатки самообладания.Еще не поздно очнуться. Да?Поздно.Хан подхватывает меня на руки. Перемещается немного в сторону. А я если и делаю попытку вырваться, то она настолько вялая, что едва ли можно ее теперь заметить. Сама с трудом осознаю происходящее. Тело плавится. Из ледяного озноба бросает в жар. Будто сама реальность накаляется.Отстраненно понимаю, что Хан укладывается на массивный выступ в расщелине. А меня не выпускает из рук. Укладывает поверх себя.Он заставляет раздвинуть ноги. Обхватить его крепкие бедра своими.Большие ладони скользят по моей спине. Движутся ниже. Накрывают ягодицы.Стискивают, вжимают еще крепче в железное тело.Чувствую его целиком и полностью. Всего! Очень горячий. Стальной. И наше тесное соприкосновение будто жалит меня. Вынуждает нервно задергаться.А еще это, наконец, отрезвляет от нахлынувшей бури ощущений, в которых не могу разобраться. Не хочу разбираться. Мне попросту страшно.Хан отрывается от моих губ. Потому что начинаю дергаться, вырываться из его рук.Но он не отпускает до конца. Так и держит.Напугал тебя? – спрашивает хрипло, вглядывается в мои глаза, через секунду заключает:

– Дрожишь. Опять в напряге вся.Пусти, – только это и получается выдохнутьВдвоем теплее, – невозмутимо замечает он.В полумраке его взгляд пылает так, будто там разгораются угли. Теплее. Да. Намного теплее. Но я чувствую слишком много того, чего чувствовать не хочу. И как ему это сказать?Слова совсем не идут с языка.– Тише, Василиса, – прибалтывает меня Хан. -Успокойся. Вода сюда неподступит. Подождем отлив. Выберемся. Поверь. Все под контролем.У него – под контролем.А у меня?Даже пискнуть не успеваю, когда он жадно впивается в мои губы. Опять. Еще жарче. Еще острее. И я не могу не ощутить, как твердеет тело Хана. Там, где теснее всего прижато ко мне. Как он становится будто еще горячее, крупнее.Нужно остановиться. Нужно. Но...Пока что я лишь краем затуманенного сознания отмечаю, как развязываются веревки на плавках, как нижняя часть моего купальника съезжает прочь.

Глава 50

– Нет, ты что делаешь? – бормочу гораздо тише, чем хочу.Получается почти беззвучно. Голос предательски срывается, и у меня совсем не получается возразить так, как я собираюсь.– Ничего не делаю, – нагло лжет Хан.

– Нормально все.А сам уже и низ моего купальника полностью стягивает. За верх берется. Легко меня от него избавляет, дергая за тесемки.– Нет, нет, – мотаю головой.Напрасно пробую задержать его, помешать движению рук. Хан действует четко, уверенно. Ничем не сбить, не переключить его внимание.– Мне же холодно! – выпаливаю.Не то, чтобы купальник мог сильно согреть. Да эти два маленьких клочка ткани едва ли тепло добавляют. И все-таки попробовать стоит.Сам тебя согрею, Василиса, – заявляет Хан.

– Не мешай. Не отвлекай меня от дела.Я бы и рада отвлечь, но не похоже, будто хоть что-то из моих действий работает.И ладно бы только это...Холод больше не пугает. Холода теперь практически не ощущаю. Моя кожа вспыхивает под пальцами Хана. Впечатление, будто все мое тело в момент воспламеняется. Кажется, огненные змейки бегают от груди к животу. Ниже разливаются, струятся по бедрам, оплетают икры, обхватывают лодыжки, а после снова вверх. Будто потоком. Мощным рывком. Обжигают. Опаляют.Везде, где пальцы Хана дотрагиваются до меня, чувствительность обостряется до предела. Нервы оголяются на максимум.Большие ладони скользят по моей груди. Проходятся по рукам. Поглаживают. И пусть едва дотрагиваются, меня все равно начинает потряхивать.Дрожь пробегает по телу. Теперь не от холода. Крупная дрожь, раскаленная.Он прижимается ко мне теснее. Снова. Так тесно, что невольно вскрикиваю. А после осознаю, что не только я теперь без одежды. Он тоже. Бесстыжий.– Хватит, – выдыхаю нервно.Упираюсь ладонями в его грудь. Стараюсь от себя отодвинуть. Но голос опять звучит совсем тихо, с трудом различимо. А движения получаются вялыми. Он кажется, даже не замечает моих жестов. Или не хочет замечать.

В любом случае, Хан даже на миллиметр не сдвигается.Все, все, – шепчу.

– Не надо.Что – не надо?Он дышит тяжело и шумно. Его глаза буквально впиваются в мое лицо. Жадно изучают. Совсем как его пальцы – мое тело.

Скользят все более уверенно, без тени стеснения. Прикасаются везде.Чувствую крупные ладони на ребрах. На животе. На бедрах. И на ягодицах. Хан буквально притискивает меня к себе. Жарче. С животной алчностью.Ничего не надо, – выдаю сквозь судорожный выдох.Ты же сама хочешь, – заявляет он хрипло.Почти касается моих губ, когда произносит это.– Не хочу, – замечаю взволнованно.– Прекрати.Лгунья.Нет, я правда не...Я же чувствую.Вяло качаю головой, потому что разум совсем затуманенный, мысли будто из свинца, все сильнее спутываются, тяжело подобрать осмысленный ответ.– Да, Василиса, да, – низкий голос Хана действует будто ушат кипятка.

– Ну ты и обманщица. Всегда такая мокрая была, когда тебя целовал? А ну давай.Признавайся.Он двигает бедрами.Моментально дергаюсь. Поясница рефлекторно прогибается, словно бы в такт его движению.Отчаянно стараюсь подобрать достойный ответ или хоть что-то подходящее вымолвить, однако в следующую секунду Хан накрывает мои губы поцелуем. Будто финальный аргумент.Мысли – в пепел. Тело вспыхивает еще сильнее.Чувствую его. Горячего. Твердого. Непреклонного. И с ужасом ловлю себя на том, что протестовать совсем не выходит. Уступить хочется. Подчиниться.И так тянет продолжить. Не только поцелуй. Больше.

Глава 51

Хан продолжает меня целовать. Жарко. Глубоко. Страстно. Даже немного жестковато. Потому что дыхание перехватывает от его неистового напора.И то, что между нами происходит, заходит намного дальше обычных поцелуев. Его движения будто с ума сводят. Он продолжает толкаться в меня своими бедрами, вжиматься крепче, мощнее.

Дает прочувствовать всю силу и мощь своего возбуждения. Весь накал.Твердость кажется раскаленной. Пульсация от него словно бы и мне самой передается.

Заражает чем-то острым, ядовитым. Чем-то таким, что не удается контролировать.Прогибаюсь под ним. Подаюсь вперед. Открываюсь навстречу его сводящим с ума движениям.Впечатление точно расплываюсь. Плавлюсь под стать воску. Разум затуманивается настолько, что забываю, где нахожусь.На ледяных скалах. Посреди шторма.Больше не чувствую никакого холода. Горю. И вода кажется мне жидким огнем, который охватывает все мое тело. Пожирает мысли. Подавляет волю.Теряюсь в этом бурлящем водовороте. Сама себя не узнаю.Разве это могу быть я?Обвиваю широкие плечи Хана руками. Обнимаю его мускулистые бедра своими ногами. Прижимаюсь к нему. Сама тянусь. Льну и целиком отдаюсь порыву.Он отрывается от моих губ, смотрит прямо в глаза.Дыхание все равно сбивается. Будто он все еще меня целует, неистово впиваясь в мои губы.– Я тебя чувствую, – хрипло произносит он.

– Ты готова для меня.Наверное, в этот момент еще можно ему отказать. Пробормотать короткое «нет».Но у меня не выходит даже звук выдать, не говоря уже о чем-то более осмысленном.Похоже, все в моем виде дает Хану четкий ответ. Без слов. Без лишних подтверждений.Мое тело ему полностью сдается.А ум попросту выключен. Очнуться уже не пытаюсь. Глубже ныряю. Ощущение будто уношусь в самое сердце бездны. На полной скорости. Мчу без тормозов. Отдаюсь моменту.Отдаюсь ему.Буду осторожен, – говорит Хан.

– Тебе понравится. Будет круче. Жарче, чем сейчас. Ты улетишь, прекрасная моя. Обещаю.Он толкается вперед.Вспышка боли обдает мои бедра. Короткая, ранящая. Заставляет дернуться и вскрикнуть.Слезы подступают к глазам.Тише, выдает Хан.Тише, моя маленькая. Сейчас. Надо время. Надо привыкнуть.

Пока тяжело представить, что к такому можно привыкнуть.Его плоть ощущается очень сильно. И я осознаю, что он проникает в меня полностью. За единственный толчок погружается до предела.Плоть упирается в плоть.Не могу сделать вдох. И выдохнуть тоже не могу. Кислород обжигает легкие. Пульс приходит в бешенство. Напряжение овладевает каждой клеткой.Издаю нервный хныкающий звук.Тихо, родная моя. Хорошая моя. Василиса, тише, – продолжает прибалтывать меня Хан.Больно... – выдыхаю сдавленно.

–Скоро пройдет, шепчет Хан.Но он слишком крупный. Везде. Кажется, там – особенно. Для меня. Настолько крупный, что тело сопротивляется против такого вторжения.Однако Хану известны запрещенные приемы. Как из одной искры выжечь одержимый отклик.Он целует меня. Накрывает мою грудь горячими ладонями. Ласкает. Нежно, медленно, оголяя нерв за нервом. Не двигает бедрами. Дает возможность приноровиться.Сначала боль затихает. Отпускает. А после появляется возбуждение. Сперва едва ощутимое, слабое, оно захватывает все стремительнее. Заряжает. Берет под свой контроль. И вот уже натянутые мышцы расслабляются. Нервы все меньше искрят. Вернее совсем другие искры мною овладевают.Кончики пальцев поджимаются. И на стопах, которые скользят по твердому камню, не замечая никакого намека на холод. И на ладонях, которые вцепляются в плечи Хана.Стон вырывается из горла.Бросает в дрожь.Совсем не от того, что я заледенела.От тяжести его тела, от близости, от ощущения подавляющей мощности. От жара смуглой кожи. От диких поцелуев. От неистово нежных ласк, когда он дотрагивается до моей груди. Сжимает соски, перекатывает их между пальцами. Потом склоняется. Втягивает сосок в рот. Ласкает уже языком. Обводит. Надавливает.Отрывается не сразу. Лишь вдоволь позабавившись, доведя меня до накаленного состояния.– Хочу тебя, – заявляет Хан так, будто... заявляет свои права.

– Хочу пиздец как.Выдает это короткое признание. И снова накрывает мой рот своими жадными губами.А у меня мелькает мысль, что хотелось бы услышать нечто другое, но вскоре это все сгорает под напором искушения. Близость захватывает. Захлестывает.Забываю, в чем сомневалась, чего желала, чего мне тут не хватало.Пока Хан целует меня, оставаясь глубоко внутри, чувство возникает, будто все правильно. Так и должно быть.И сейчас ничего не важно. Даже то, что все может оказаться просто красивой иллюзией. Ранить меня.

Глава 52

Хан начинает двигаться. Очень медленно. Плавно. И мои бедра подаются вперед в ответ на каждый его будто намеренно растянутый толчок.Инстинкт включается на глубинном уровне. Сама не замечаю, как это происходит.Движения Хана тягучие. Пробирающие до трепета, до знобящей дрожи.Он заполняет меня без остатка. И чувство такое, словно хочет проникнуть глубже.Не только в тело. Дальше. В душу. Хочет каждую клетку собой заполнить.И что-то внутри меня отзывается очень мощно. Бурно. Что-то буквально взрывается от нашего тесного контакта.Ощущение будто всполохи искр переполняют изнутри. Кожу покалывает. Точно жидкий огонь разливается внизу живота, а после по бедрам, по икрам. И вверх проносятся раскаленные стрелы. Под ребра. К груди. Так, что воздуха резко перестает хватать.Пробую глотнуть кислород – не получается.Теперь нереально поверить, что совсем недавно меня всю колотило от холода.Сейчас от другого потряхивает. И температура вокруг ни причем.Меня всю прошивает насквозь этими новыми, ни с чем не сравнимыми ощущениями.Боли не чувствую. Острая пульсация переполняет. И я невольно прогибаюсь под Ханом. А потом еще плотнее к нему льну. Обвиваю его плечи. Крепче. Впиваюсь ногтями. Царапаю. И приглушенно всхлипываю, ведь его рот накрывает мой. Еще жарче, жестче. Он мои всхлипы пьет. Пожирает стоны.Мы сливаемся. Снова и снова. Момент накаляется. И уже кажется, все вокруг воспламеняется. Нет. Даже полыхает.Трудно понять, как посреди разыгравшейся непогоды, в сырости и холоде, я сгораю в пепел.Толчок за толчком. Все ближе к самому краю.Пульсация внутри нарастает. И я настолько запутываюсь, что уже не могу разобрать, где мой пульс, а где его. Все вибрирует. Содрогается. Трепещет.Раскалывается.Застываю на грани. Между темнотой и светом. Между пламенем и льдом. Все сливается. Переплетается.Хан до жути горячий. Очень твердый. Мощный. И он толкается в меня все сильнее.Будто разгоняет скорость. А я и так с трудом успевала. Теперь меня и вовсе будто размазывает под ним.Зажата между разгоряченным мускулистым телом и ледяной скалой.Еще толчок. Еще. Быстрее. Резче. Это чувствуется уже почти болезненно. Внутри саднит. Удовольствие спадает. Блекнет.Дергаюсь. Нервно, судорожно. И так получается еще больнее, чем прежде.– Хорошая моя, – хрипло выдает Хан, отрываясь от моих губ.А у меня слезы из глаз. Не только от боли. Наверное, вообще не от боли. Тут совсем другое срабатывает.– Извини, разогнался, – заявляет Хан.

– Нельзя так.

Рано тебе.Он считывает мою реакцию.

Снова застывает.

Дает паузу.И опять целует. Ласкает.

Одна его ладонь так и скользит по груди, пальцы перемещаются от одного соска к другому, а вторая рука накрывает меня внизу живота. Трогает так, что щеки вспыхивают.Хан слегка надавливает на чувствительную точку, а у меня уже такое ощущение, будто позвоночник горит.Вся содрогаюсь. Жаркие судороги сводят мышцы.Заставляют мускулы натягиваться от напряжения.Новый толчок.

Ощущается сокрушительно. Будто в бездну сталкивает.

Хан снова двигается. И не перестает ни трогать меня, ни целовать.Утопаю в новых ощущениях. Электрические импульсы пробегают под кожей.В один момент Хан вдруг отодвигается от меня. Покидает мое тело. И еще через несколько секунд нечто горячее выплескивается на живот, на бедра. Крупная ладонь тут же растирает жидкость.– Моя Василиса, – будто припечатывает Хан.

– Моя любимая.Ничего сказать не дает. Жадно впивается в мой рот. Но кажется, я уже в таком состоянии, что не смогла бы заговорить при всем желании.Почти отключаюсь от этого накала.

Глава 53

Хан укладывает меня поверх собственного тела. Помогает устроиться как можно удобнее. Его крупные ладони на моих ягодицах. Слегка поглаживают, удерживают, не позволяя соскользнуть.Чувствую жар его кожи. Чувствую мерный пульс, тяжелые удары сердца буквально бьют в мою щеку, ведь я прижимаюсь лицом к его груди.Лежать так намного удобнее, чем на камне. И мягче, как будто бы, хоть тело у Хана твердое, по мощности словно и не уступает скале. И теплее, наверное, даже горячее, ведь от него полыхает точно от пылающего костра.Мое тело ломит. Слегка саднит внизу живота. Тяжесть разливается в мышцах.Тягучая, свинцовая.Пытаюсь собраться, сосредоточиться, однако сознание будто дымовая завеса застилает. Ни одну мысль толком ухватить мне совсем не удается.Подвисаю на грани реальности.И в сон не проваливаюсь, слишком напряжена, слишком многое испытала.Ослеплена своими чувствами, эмоциями. И трезво размышлять не могу. Без алкоголя пьяная.Соображаю с трудом.Хан кажется, засыпает. Он ничего не говорит. Его ладони застывают на моем теле.Дыхание становится еще более тяжелым, глубоким.Вот как ему удается отключиться? В такой момент?Мы же застряли неизвестно где. Тут бы еще разобраться, как выбраться и... кажется, меня саму не слишком это заботит.Честно признаться, куда больше теперь мыслей о другом.Что дальше? Что будет после?Какая-то горечь внутри. Что-то липкое, неприятное. И пусть я стараюсь не залипать на этом, все равно не выходит.Стоп. А это что еще за звук?Такой странный, гудящий. Сначала мне чудится, это завывания ветра. Грозовые порывы. Или шум вновь подступающих волн.Но потом понимаю – нет, это не что-то природное.Гудение нарастает с каждой прошедшей секундой. Громче становится, интенсивнее. Напрягаюсь настолько, что даже не замечаю, как тяжелая ладонь Хана снова скользит по моей спине, проходится вдоль позвоночника.Не волнуйся, Василиса, – раздается его хриплый голос.

– Это за нами. Сейчас заберут.А? – встревоженно смотрю на него.

– Заберут?Полетим ночевать в нормальных условиях, – говорит Хан.

– Или ты думала, что мы тут до утра торчать будем? Пока вода не отступит? Нет, я прикидывал, что мои люди сообразят, где нас искать. Прибудут через несколько часов.Он поднимается, набрасывает на меня что-то. И я растерянно понимаю, что это его одежда. Рубашка, которая на мне больше похожа на платье. Ткань влажная, но я этого почти не чувствую. Механически отмечаю.Сознание все равно как в тумане.Однако наконец до меня доходит, что это за звук такой пронизывает пространство.Вертолет. Именно его широкие лопасти создают гудение вокруг.Хан помогает мне забраться внутрь. Вскоре мы уже летим над скалами. А я рассеянно думаю, что если бы еще немного подождать, совсем чуть-чуть, то можно было бы и не греться тем порочным образом. Набраться терпения и... нас бы в любом случае забрали из каменной ловушки.Но теперь сожалеть поздно. Упущенного не вернуть.Все происходит быстро – перелет, посадка, после Хан подхватывает меня на руки, несет в сторону дома. И кажется, это уже совсем другое место, не то, куда мы приезжали изначально.Или я путаю? Днем все выглядело иначе. Теперь потемнело.А вообще, не важно. У меня такое чувство, будто я смотрю кино. Со стороны наблюдаю, и это не со мной.Лишь когда мы с Ханом остаемся наедине, меня словно обжигает, ведь он опять крепко обнимает меня, вплотную притягивая к себе.– Давай продолжим, Василиса.Вопросительно смотрю на него.– То, где остановились, – замечает Хан.

Глава 54

Хан накрывает мои губы своими. Разрешения не дожидается. Просто берет.Сначала его прикосновение нежное, ласковое. Однако напор быстро идет по нарастающей. И вот он уже буквально впивается в меня. Чуть ли не душит.Вдавливает свой рот в мой. Будто воедино сливает. Его язык врывается глубже.Толкается дальше. Переплетается с моим. Практически душит своим хищным натиском.Отклониться у меня не получается. Про то, чтобы отстраниться или хотя бы немного отодвинуться даже речи нет.Хан отбирает любую свободу. Делает так, как сам считает нужным.Его ладони уже накрывают мои плечи, стягивают рубашку, обнажая тело. Легкий холодок моментально сменяется жаром, исходящим от его пальцев.Мою кожу покалывает. По рукам разливается мелкая дрожь. Колени слабеют, подгибаются.Ощущение, словно меня подхватывает бурный поток. Куда-то уносит. Все глубже, все дальше.Разум опять застилает предательская пелена. Сверкающее марево обволакивает.Опутывает, окутывает, мешает думать.И вскоре я окончательно теряюсь.А ладони Хана уже движутся по моей голой спине, перемещаются на ягодицы, сжимают. Резко, крепко. Стискивают так, что невольно взвизгиваюОднако этот звук глушит поцелуй, ведь Хан так и не отрывается от моих губ.Наоборот, еще сильнее напирает. Набрасывается на меня так, что нельзя разорвать контакт.Но решительность его действий все же помогает очнуться.Выныриваю на поверхность из забытья. Мигом упираюсь ладонями в широкие плечи. Протестующе мычу. Даже пробую его ногой лягнуть. Вырываюсь из этого жаркого захвата сильных рук.Ты чего брыкаешься? – хрипло спрашивает Хан, все же отпуская меня, в глаза заглядывает. – Что на тебя нашло?Ничего, – головой мотаю, стараюсь сбросить остатки одурманивающих эмоций.Мне нужно в душ. Пусти.Да не спеши ты так, – скалится.

– Вместе в душ сходим.Нет, мне... нехорошо.– В смысле? – хмурится.

– Не понял.Пользуюсь моментом, пока Хан хоть немного сбит с толку, выпутываюсь из его рук.Не важно, – говорю.

– Мне просто в душ надо.И чего? В душе тебе легче станет?Да.Ускользаю от него. Хвастаюсь за ручку двери. Поворачиваю, и наверное, мне везет, ведь я сразу попадаю в ванную комнату.Ну хорошо.Вот только Хан уже надвигается, идет следом за мной.Но я вовремя захлопываю дверь. Защелкиваю замок изнутри. Поворачиваюсь и прижимаюсь спиной к твердой поверхности.– Ты чего заперлась? – слышится хриплый вопрос.Молчу.Если надолго там застрянешь, я и дверь могу выбить. Смотри. Осторожно. Не нравится мне, что ты там одна.Ну конечно, не нравится ему. Он же собирался вместе со мной пойти. И понятно, чем бы все закончилось.Стоит нам вдвоем остаться, как Хан на меня сразу набрасывается.Василиса? – зовет мрачно.Я в порядке, – бросаю нервно.

– Мне... нужно искупаться.Открой замок, чеканит.

– Проходить не буду.Не могу открыть, – выдаю.

– Я вся продрогла. Мне согреться надо.Я бы тебя сам согрел, – замечает тут же.

– Как полагается.В этом даже не сомневаюсь. У него только одно на уме. Ничего не меняется в этом смысле.Больше ничего не отвечаю. Шагаю вперед. Включаю воду, и далеко не сразу забираюсь в ванную. Некоторое время просто смотрю, как льет из крана.Наконец, заторможенно закрываю сливное отверстие, чтобы все же принять ванну.Наливаю туда какой-то гель для душа. Пахнет приятно. Соображаю с трудом.До сих пор тяжело осознать происшедшее.Получается, так легко отдала всю себя Хану? Да что на меня вообще нашло?Неужели стресс настолько губительно подействовал?Жутко признавать, но кажется, дело совсем не в стрессе.Меня и раньше к нему как-то странно тянуло. Мы уже целовались. Не раз. Эмоции при этом возникали самые противоречивые. А сегодня все границы были пересечены. Все правила нарушены.Я же хотела потерять невинность с любимым мужчиной. Мечтала встретить своего единственного. Рисовала себе в голове идеальную картинку.И вот. Мои фантазии разбиваются о жестокую реальность.Ужасаюсь происшедшему. И стыдно, и страшно.Как я могла до такого дойти?Хан преступник. Жестокий человек. Коварный. Опасный. Он похитил меня, удерживает рядом насильно.А я... поплыла. Растеклась под его напором. Причем такое впечатление, будто сама чего-то подобного ждала.Иначе как объяснить мою совершенно дикую реакцию?Отдалась ему на камнях. Посреди бушующей стихии. Считай – в пещере. Мы с ним вообще как какие-то первобытные люди были.Чем больше о случившемся размышляю, тем ярче картинки в моей голове. Чаще мелькают порочные кадры недавнего прошлого.Щеки горят от смущения.Закрываю лицо руками.Ладно Хан. С ним все понятно. У него ни стыда нет, ни совести.Но я? Где мой разум был? В полной отключке? Хотя о чем это я... да я в тот момент вовсе не думала.Льнула к нему сама. Тянулась. Прижималась. Открывалась ему навстречу.Обнимала его бедрами. Отдавалась ему без остатка.Ничего не соображала.Наверное, все это можно объяснить логически. Выброс адреналина. Пиковая ситуация на грани жизни и смерти. Все-таки прилив воды сильно меня напугал.Но какой смысл что-то объяснять? Что это поменяет?Все уже случилось. Поздно размышлять.Очень долго принимаю душ. Стараюсь протрезветь от нахлынувших эмоций, очнуться по-настоящему. Немного собраться, упорядочить собственные путанные рассуждения.Наконец, выхожу.Прежде тщательно вытираюсь, обматываюсь полотенцем и набрасываю поверх халат. Никакой одежды не нахожу, поэтому приходится действовать так.И вот, приведя себя в порядок, выскальзываю из ванной. Почти уверена, что Хана уже нет. Он отошел куда-то.Но не тут-то было.– Лучше стало? – низкий голос вынуждает дернуться, повернуться. Хан стоит возле двери, провалившись к стене. Но теперь резко от нее отталкивается. Шагает ближе ко мне. Нависает будто ястреб.Ты от чего так долго вымывалась? – спрашивает он.

– Больше часа там проторчала.Я всегда так, – отвечаю тихо, невольно дергаю плечами.Ясно.Хищно прищуривается. Склоняется. И... я едва успеваю отступить в сторону от него.Нет, – говорю твердо.Что – нет? – интересуется Хан с расстановкой.Все – нет.И как это понимать? – скалится.Случившееся между нами больше не повторится, – говорю.Ты что за херню городишь? – резко бросает он.

– Перегрелась там?На ванную кивает.Грубый. В своем привычном репертуаре.Мои нервы не выдерживают.А ты почему так со мной разговариваешь? – спрашиваю.Как? – хмурится.Веду головой.Если надо объяснять, то... не надо. Бесполезно. Все равно до него не дойдет. У него вообще судя по взгляду мысли работают в единственном направленииХан уже жадно меня оглядывает. В черных глазах опасный блеск загорается.Если ты думаешь, что все повторится, что мы снова, – судорожно сглатываю и решительно мотаю головой.

– Ошибаешься.Да что на тебя накатило? Нормально же все было, – кривится.

– На пустом месте накрыло, как погляжу.Нет, а как ты хотел? Решил, что я буду, – снова запинаюсь, стараясь подобрать слова.

– Опять?– А почему нет? – хмыкает.

– В чем проблема? Тебе зашло, Василиса. Не делай вид, будто не понравилось. Трахаться я умею. Никто не жаловался. Да бабы сами на мой член прыгают. Просятся.Ой, ой, все.Кошмар.Мрак.Хочется зажать уши руками, но кажется, все мое тело немеет, и я даже шевельнуться теперь не могу. Просто стою и слушаю его. МолчаНо надолго меня не хватает.– И в качестве кого я здесь буду? – спрашиваю.В смысле?– его брови приподнимаются словно бы в недоумении.Ты моей будешь.

– Твоей – кем?

Моей, – выдает невозмутимо.Будто этого достаточно.Это не определение, – говорю.

– Ты вот даже слово подобрать не можешь.«Моя» – всего лишь прилагательное. Восьмая размытое, неопределенное.– Да с чего бы? Определено все!Ну хорошо, иначе поясню, – киваю.

– Ты можешь сказать – моя машина, моя папка, моя... да что угодно! Так вещи называют. Моя, моя. Вещи. Ты меня слышишь? Не людей.Василиса, не нагнетай, – морщится.Знаешь, я твоей подстилкой быть не собираюсь.Теперь он молчит. Мрачнеет.А я не в силах остановиться.– Да, – говорю.

– Подстилкой не буду. Не было у меня такого плана в жизни.Чтобы какой-то бандит меня поматросил и... все. Куда подальше послал.– Ты что несешь?Хан за плечи меня хватает. Встряхивает. Да это же полная херня, Василиса. Как тебе вообще такое в голову пришло?Откуда ты бредни берешь?Внутри все переворачивается.Ты специально это подстроил, да? – спрашиваю. Притащил меня на побережье. Рассчитал заранее. Ты же тут бывал раньше.

Понимал, что прилив начнется, вода подступит. Вот и спланировал. Намеренно все рассчитал, чтобы получилась такая ситуация.

А про то, что твои люди нас будут искать, прилетят на вертолете, ты мне ни словом не обмолвился. Хотя отлично знал. Просто так тебя не оставят.Повисает тишина.Нервно всхлипываю.А я-то дура поверила, – горечь под сердцем поднимается.

– Купилась на все это. И вот результат. Какая же я идиотка.Хан снова меня встряхивает. Резко. Рывком.Нет, – заявляет.

– Тебе точно башку перемкнуло. Такую хуету накрутить. Из ничего, блять. Это еще постараться надо. Сильно постараться, блять. Ну не пиздец? Ты что мне тут городишь?Вот, – всхлипываю.Что? – ревет Хан.
Оскорбляешь, выдаю сдавленно.

– Кричишь. И это только начало. Это раньше ты иначе себя вел, пока в доверие втереться хотел. А теперь...Наверное, меня и правда перемыкает. Как он говорит.Потому что еще секунда – и прорывает.Больше ничего сказать не могу. Слезы вырываются наружу. Сначала пара слезинок срывается с ресниц. Потом еще и еще. Пока это все не становится бурным потоком.Начинаю реветь. Не получается остановиться. Но кажется, я и не пытаюсь. Просто нет сил терпеть.Эмоции просятся на волю.Выпускаю.Отпускаю себя, потому что внутри так слишком много напряжения. Нет сил держаться, подавлять чувства.– Эй, Василиса... – начинает Хан. Что-то говорит. Но я не слышу. Не различаю слова. Он отпускает меня. Потом начинает гладить по спине, по плечам.От каждого его нового прикосновения становится только хуже.Накрывает истерика.Хан пробует меня приобнять.Отталкиваю его.Опять говорит мне что-то. Но я воспринимаю все словно через пелену. Очень отдаленно.Наконец, Хан понимает, что лучше меня сейчас оставить в покое и просто уходит.Обессиленно падаю на кровать. Утыкаюсь лицом в подушку. Продолжаю рыдать.Нет сил. Нет и все. Устала я. И страшно. Вот просто до чертиков страшно из-за всего, что вокруг происходит. Из-за собственных чувств. Оголенных эмоций.Как быть? После всего...