Текст книги "Тайна Африканского Колдуна"

Автор книги: Валерий Роньшин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)

Глава V
КОМНАТА № 13

Хотя гостиница и называлась «Привокзальная», около вокзала я ее на обнаружила. На соседних улицах ее тоже не было. Я стала спрашивать у каждого встречного, никто о ней даже не слыхал! Наконец какая-то бабка вспомнила, что вроде бы есть такая гостиница, но не рядом с вокзалом, а на другом конце города. Так оно и оказалось.

В общем, когда я подошла к серой задрипанной пятиэтажке, на улице уже стемнело.

В холле, за стеклянной перегородкой, сидела женщина.

– У вас свободные места есть? – спросила я у нее.

– Нет, – отрезала она.

– Странно. А следователь Емелин говорил, что…

– А, так ты от Емелина, – перебила дежурная и протянула мне чистый форму-мир. – Заполняй. Я тебя поселю в тринадцатом номере…

Вот уж чего я не люблю, так это цифру "тринадцать".

– Ой, а можно какой-нибудь другой номер?

– Нельзя. Все номера заняты. Я посмотрела на стенд.

– Как же заняты? Вон у вас все ключи на гвоздиках.

– Девочка, – начала раздражаться дежурная, – эти места забронированы. Ясно?

Я поняла, что спорить с ней бесполезно:

– Ясно. Давайте ваш тринадцатый.

– Тихо! – неожиданно вскрикнула она. – Слышишь?.. Музыка!

Я прислушалась, но музыки не услышала.

– Зачем ты приехала в Задонск?! – внезапно спросила дежурная резким тоном.

Я обалдело уставилась на нее. Определенно, у этой тетеньки был сдвиг по фазе.

– В гости к дедушке. А что?

– Ничего. Просто интересуюсь. А кто твой дедушка?

– Бывший капитан дальнего плавания.

– А, знаю! – засмеялась дежурная каким-то искусственным смехом. – Это старик, который зимой и летом ходил в плаще и в морской фуражке. Да?..

Я кивнула, добавив:

– И еще с трубкой.

– Он, кажись, умер в прошлом году.

"Вот дура!" – мысленно обозвала я ее. Но вслух вежливо сказала:

– Вы что-то путаете.

– Нет, не путаю. Он еще называл себя странно. Капитан… капитан…

– Кэп, – подсказала я.

– Да, да, – закивала дежурная. – Капитан Кэп. А меня Кирой звать,

– Очень приятно, – буркнула я и, заполнив формуляр, пошла в тринадцатый номер.

Отперев дверь, я обнаружила, что машинально сделала это не гостиничным ключом, а своим собственным. От квартиры в Москве. Он прямо-таки идеально подошел к замку.

Я вошла в номер и включила свет.

Бах!.. Бах!.. Бах! – тотчас загремели вы стрелы со стороны открытого окна.

Ни фига себе заявочки!

Я, будто заяц, прыгнула к столу и, схватила стакан, кинула его в люстру с одной горящей лампочкой. Стало темно.

Так-то лучше. При свете я представляла с бой отличную мишень,

В темноте я заметила красную точку. Она перемещалась по стене. Я с ходу врубилась, что это лазерный оптический прицел. Вот блин! Если снайпер меня увидит – мне крышка.

В коридоре раздались торопливые шаги. В дверь забарабанили.

– Девочка, что там у тебя происходит?! послышался голос дежурной.

– Отойдите от двери! – крикнула я. Вместо того чтобы меня послушать, Кира

влетела в номер. Красная точка тотчас перескочила со стены на Кирин лоб. Я невольно жмурилась, ожидая выстрела.

Но выстрела не последовало.

Как видно, дежурную убивать не собирались. Убийце нужна была только я.

– Быстро зашторьте окно, – приказал я. – На крыше соседнего дома сидит снайпер!

До Киры, видимо, дошло, что происходит!

– Сейчас, сейчас, – залепетала она, задергивая шторы, – Лампочку в люстре я тебе заменю.

– Вы мне лучше номер замените. И чтоб окна на пустырь выходили.

Дежурная страшно разволновалась. IIока мы шли к другому номеру, она безостановочно тараторила:

– Эммочка, я тебя умоляю, не обращайся в милицию…

Нет, она точно чокнутая.

– Как это не обращаться?! Меня же хотели убить!

– Но ведь не убили же. Обошлось. Я думаю, это недоразумение. Зачем кому-то убивать десятилетнюю девочку?

– Мне уже почти четырнадцать.

– Ой, да какая разница… – отмахнула дежурная и предложила: – Хочешь, я тебе молочка кипяченого принесу?..

Не дожидаясь моего ответа, Кира убежала. А я внимательно осмотрела свой новый номер. Окно выходило на пустырь. Я чуть-чуть успокоилась.

– Эммочка, открой, – раздался через минуту голос дежурной, – я молочка принесла

– Оставьте под дверью. Мне не хотелось разговаривать с этой прибабахнутой. Но она не уходила.

– Так мы договорились?.. Договорились?..

– Ладно, – лишь бы только отвязаться, ответила я. – Договорились.

Она тут же исчезла. А я, выпив молоко, улеглась на кровать. Зарядив пистолет, положила его под подушку.

Уже засыпая, я подумала, что у молока был какой-то странный сладковатый привкус.

Глава VI
ЗАГАДОЧНЫЙ ПОСЕТИТЕЛЬ

Утром меня разбудило радио. Речь шла о наркотике «Привет из Африки».

"Несколько лет назад, – говорил диктор. – этот наркотик стремительно завоевал наркорынки всех континентов. Однако в последнее время "Привет из Африки" невозможно достать. Он куда-то пропал…"

Дверь начала тихонечко приоткрываться. Хотя с вечера я заперла ее на ключ… Меня так и жар и бросило. А моя рука молниеносно нырнула под подушку и сжала рукоятку пистолета.

В номер вошел человек в черном. Черный пиджак, черная рубашка, черные брюки… Ну и так далее.

– Господин Шульц, – церемонно представился он. – Старинный друг капитана Кэпа!

Что-то я не помнила, чтобы у дедушки были друзья в Задонске. Тем более старинные.

В этот момент влетела запыхавшаяся Кира.

– Что вы себе позволяете?! – накинулась она на человека в черном. – Претесь, как в собственный дом!..

– Видите ли, в чем дело, Эмма, – слов не замечая дежурную, продолжал господин Шульц. – Я владелец магазина похоронных принадлежностей "В добрый путь"…

– Ну и что? – пожала я плечами.

– Расценки на венки, гробы и ленты моем магазинчике на десять процентов ни государственных…

Я ничего не понимала.

– Ничего не понимаю, – так прямо и сказала я.

– А я вам сейчас все объясню, – пообещал господин Шульц и, покосившись на Киру, добавил: – Только не здесь. Я вас на улице подожду.

Он вышел из номера. За ним вышла и дежурная, продолжая что-то недовольно бубнить. Я чувствовала себя совершенно разбитой, словно не спала, а всю ночь занималась карате.

Решив как-то взбодриться, я приняла душ. Но это не помогло. Наоборот – дико разболелась голова.

На улице меня ждал господин Шульц. Мы зашли в бар неподалеку от гостиницы. Взял по чашечке кофе и сели в дальний угол.

Господин Шульц достал из кейса пачку фотографий и кинул на стол.

– Полюбопытствуйте, Эмма…

На фотках были изображены какие-то люди.

– Тут около сотни человек, – пояснил господин Шульц. – Все они бесследно исчезли. Причем в одном и том же месте. У городского кладбища.

С одного из снимков смотрела улыбающаяся Кира. Я ткнула в нее пальцем.

– Как же исчезли? Вот дежурная из гостиницы…

– Те, что помечены на обороте черным крестиком, – вернулись, – многозначительно произнес господин Шульц.

Я перевернула Кирино фото. В нижнем правом углу стоял черный крест.

У меня вдруг зазвенело в ушах. Я широко открыла рот, надеясь, что звон прекратится. По не тут-то было.

– Когда мы с капитаном Кэпом узнали об этом, – перешел на таинственный шепот господин Шульц, – мы решили провести эксперимент. Капитан ночью отправился на кладбище и… тоже исчез.

Я слышала его как сквозь вату. В ушах звенело. В висках ломило.

– Ничего не понимаю, – пробормотала я, обхватив голову руками.

– Скоро поймете, Эмма, – загадочно усмехнулся господин Шульц. – До свидания.

И он ушел. А со мной творилось что-то странное.

Глава VII
АЛ-ЛЕ ГОП!

– Не верь ему, Эммочка, – раздался вдруг шепот, – я никуда не исчезала…

Я обернулась. И увидела Киру.

– Он сам исчезал, – продолжала она шептать. – А потом появился. Хочешь, я тебе это докажу?.. Хочешь?!

Схватив меня за руку, дежурная потянул, за собой. Я пошла как во сне. Мы брели по каким-то безлюдным переулкам, улицам… Дул порывистый ветер. Моросил дождь…

Наконец мы пришли на кладбище.

Гасла и снова загоралась неоновая вывеска над входом в магазин похоронных принадлежностей "В добрый путь". "В добрый путь"… "В добрый путь"…

Кира толкнула дверь.

Господин Шульц сидел за столом и играл карты с двухметровым верзилой.

Вместо электрических лампочек горели свечи. На полу стоял гроб. С потолка свешивались веревки с петлями на концах. Из стеклянных витрин, расположенных вдоль стен, скалили зубы маски уродов.

– В "дурака" будете играть? – спросил! господин Шульц.

– Нет, спасибо, – отказалась я.

– Жаль… А это Алик, – кивнул он на верзилу. – Мой помощник.

– Здравствуйте, Алик, – поздоровалась Кира.

Господин Шульц захихикал.

– Зря стараетесь, дорогуша. Он глухонемой… Хотите кипяченого молочка?

"Бред какой-то", – подумала я. Господин Шульц сделал знак глухонемому, тот принес чашку с молоком.

– Пейте, Эмма, – сказал господин Шульц. Я машинально сделала один глоток, второй… И вновь ощутила странный привкус, как тогда – в номере. Я отставила чашку. Господин Шульц тут же ее схватил, и она в его превратилась в букет алых роз. – Артист! Артист! – захлопала Кира в ладоши.

– Да, я артист, – согласился господин Шульц. – Правда, бывший. До того, как приобрести этот магазинчик, я работал в цирке. Волшебником.

– Ах, вы волшебник? – прищурилась Кира. – Сейчас мы это проверим. Ну-ка, сотворите какое-нибудь волшебство.

– Сей момент, – ответил господин Шульц и посвистел: – Фьюти фьють… Розы превращаются в саблю.

И точно – в руке у него теперь была сабля.

Кира разочарованно поморщилась.

– И это все волшебство?.. Я-то думала…

– Не спешите, Кирочка! Главное чудо впереди… Смотрите мне в глаза. Раз! Два! Три!.. Ал-ле гоп!!

С этими словами господин Шульц взмах-мул саблей и… отсек Кире голову!

В первое мгновение я даже ничего не поняла. Лишь потрясение глядела, открыв рот.

– Закройте рот, Эмма, – со смешком сказал господин Шульц, – а то муха залетит.

Кира как стояла, так и продолжала стоять на прежнем месте. Только без головы.

– Подсадка, – коротко бросил господи! Шульц.

– Что?.. – растерянно прошептала я.

– Я их называю "подсадками". Ну этих, которые вернулись. Неужели вы, Эмма, не поняли из нашего разговора, что они уже – не люди.

– Н-нет, – пролепетала я.

– Идите-ка вы спать, – похлопал он меня по плечу. – Алик вам постелит.

На дрожащих ногах я подошла к… Кире и заглянула через ее шею вовнутрь.

Там было пусто и темно.

Перед глазами у меня все поплыло, и я по теряла сознание.

Глава VIII
СЫСКНОЕ АГЕНТСТВО "ТЕТУШКА АГАТА"

Когда я очнулась, то с удивлением обнаружила, что лежу на кровати в своем гостиничном номере. В окно светило солнце.

Неужели это был сон?..

Я быстро оделась и побежала вниз. Кира сидела на прежнем месте. Естественно, с головой. Доброе утро, Эммочка, – приветливо сказала она. – Как спалось?

– Прекрасно, – осторожно ответила я.

– И ты не слышала, как вчера вечером какие-то пьяницы песни под окнами горланили?

Я округлила глаза.

– Какие пьяницы, Кира?! Вчера в меня стреляли из снайперской винтовки.

Дежурная громко рассмеялась.

– А из пушки в тебя, подруга, не стреляли? Изумление мое нарастало.

– Кира, вы что, не помните вчерашнего происшествия?

– Во-первых, вчера я не работала…

– Как же не работали, если вы меня поселили?

– Я тебя поселяла позавчера.

– Здрасте. Вы дали мне тринадцатый номер, а потом…

– Какой тринадцатый?! – перебила дежурная. – Я тебе дала двадцать седьмой номер. Вот гляди, если не веришь. – Она протянула мне заполненный формуляр.

И правда – там стоял двадцать седьмой номер.

– Убедилась, подруга?

В полном обалдении я вышла из гостиницы.

Шагая по пустынным улочкам, я размышляла. Если Кира поселяла меня позавчера, то в таком случае что я делала вчера? Ходила в гости к господину Шульцу? Выходит, это был не сон? Но тогда – что это было?.. Глюки, продолжавшиеся целые сутки?.. Хорошенько! дельце… А как же выстрелы?.. Или это тоже глюки?.. Бот блин! Ни фига не понятно…

Эх, Воробья бы сюда! Он бы мигом во все! разобрался.

На стене одного из домов я увидела рекламный плакат:

СЫСКНОЕ АГЕНТСТВО «ТЕТУШКА АГАТА»

(расследования, розыск, слежка)

Я тотчас вспомнила, как следователь Емелин настойчиво отправлял меня в это агентство. Порывшись в кармане, я нашла бумажку с телефоном детектива Микстурова. И из ближайшего таксофона позвонила.

– "Тетушка Агата" на проводе, – раздался в трубке мужской голос.

– Извините, могу я поговорить с Микстуровым?

– Вы с ним уже говорите.

– У меня для вас есть запутанное дельце.

– Приходите. Распутаем. Мой офис находится рядом с краеведческим музеем.

И трубку положили.

Я задумалась. Правильно ли я поступила! позвонив детективу?.. И решила: да, правильно. Как любит повторять мой дедушка: "Кашу маслом не испортишь". Чем больше народу, будет искать капитана Кэпа, тем лучше.

С этими мыслями я и отправилась к "Тетушке Агате". Вначале нашла краеведческий музей – большой старинный дом с белыми колонии ми. А рядом с ним – и сыскную контору.

Вы к Дмитрию Петровичу? – спросила у меня секретарша. Я кивнула.

Она щелкнула тумблером "переговорки". Дмитрий Петрович, к вам девочка.

– Давай ее сюда! – раздался в ответ жизнерадостный голос.

Я вошла в кабинет. Детектив Микстуров оказался высоким мужчиной с тонкими усиками.

– Ну что, с ума сошла? – весело спросил он, потирая руки.

– Я?!

– Ну не я же! – расхохотался детектив. "Что все это значит?" – лихорадочно соображала я. А вдруг я и вправду шизанулась. И это уже заметно по моему виду…

– Ну что там у тебя? – подмигнул мне Микстуров. – Тебе кажется, что ты лошадь-вампир?

– Вообще-то, у меня дедушка пропал, – осторожно сказала я. Детектив нахмурился.

– Вот это плохо. Покажи язык.

– Зачем вам мой язык?

– Покажи, покажи.

– Доктор, к вам еще один пациент, – сообщила по "переговорке" секретарша.

– Доктор?! – изумилась я. – Так вы не детектив Микстуров?

– Нет, деточка, я психиатр Микешатьев. А к Микстурову – в соседнюю дверь.

"Вот блин!" – подумала я.

– Извините, перепутала.

– Ничего, бывает, – посмеиваясь, сказа! психиатр. – Если с ума сойдешь – обязательно но заходи. Не стесняйся.

– Зайду, – пообещала я и выскочила из кабинета.

Глава IX
"ПРИВЕТ ИЗ АФРИКИ"

Когда я вошла в соседнюю дверь, там не оказалось ни секретарши, ни даже стола. Вообще ничего не было. Пустая комната. Лишь у окна стоял немолодой мужчина.

– Вы частный детектив Микстуров? – решила я сразу уточнить.

– Он самый. А ты Эмма Мухина?

– Да. А откуда вы знаете?

– По твоему внешнему виду определил, усмехнулся он. – А если серьезно, то мне про тебя говорил следователь Емелин,

– Так вы найдете моего дедушку?

– За хорошие деньги я тебе сто дедушек найду.

Я скорчила кислую гримасу.

– А-а, за хорошие деньги…

– А ты как думала? За бесплатно только птички чирикают… Ладно, рассказывай там посмотрим.

Я рассказала ему о зашифрованной открытке, о двух бандитах, о том, как ходила в милицию… О дедушкиных записях я решила пока не упоминать. Ничего я не сказала и о покушении на мою жизнь. Зачем все сразу выкладывать незнакомому человеку?..

Детектив Микстуров выслушал меня с довольно безразличным видом.

– Это все? – спросил он, закуривая.

– В общем, да. Правда, прошлой ночью со мной произошел странный случай.

И я буквально в двух словах изложила свой то ли сон, то ли глюк.

Безразличие с Микстурова как ветром сдуло. Распахнув дверь, он зычно закричал:

– Дмитрий Петрович, можно вас на минутку?!

Когда появился психиатр Микешатьев, Микстуров попросил меня все повторить. Я повторила. Детектив впился глазами в психиатра.

– Что скажете, док?

– "Привет из Африки", – отрывисто бросил Микешатьев.

– Я тоже так подумал. Но откуда ему взяться в нашем захолустье?..

Психиатр пожал плечами.

– Понятия не имею. Его сейчас и в Штатах днем с огнем не сыщешь, А тут – в каком-то Задонске…

– Может, все же не он? – засомневался Микстуров. – Насколько мне известно, от "Привета" не бывает головных болей…

– Здесь есть своя специфика, – пояснил Микешатьев. – "Привет из Африки" – мощнейший наркотик. Марихуана и героин ему в подметки не годятся. Для детского организма он крайне опасен. Странно, что девочка вообще осталась жива.

– Вы хотите сказать, – встряла я, – что меня накачали наркотиком?

– Без всякого сомнения, – подтвердил психиатр. – Все симптомы налицо.

Детектив пожевал сигарету.

– Эмма, припомни-ка: ты что-нибудь пила перед сном?

– Да вроде нет… хотя постойте. Я выпила молока!

– Привкус у молока был?!

– Да… сладковатый.

– Все сходится! – воскликнул Микешатьев. – Это "Привет из Африки"!

– Кто дал тебе молоко? – спросил Микстуров.

– Кира.

– Какая Кира?

– Дежурная в гостинице.

– А до этого ты ничего не пила?

– Нет, ничего.

– А после этого?

– После только у господина Шульца. В его магазинчике. Но вы же говорите – это глюк.

– В его магазинчике, – задумчиво повторил детектив. – Ладно, давай вернемся к бандитам. Ты поняла, о чем они говорили?

– Да не очень. Они ж по-блатному болтали.

– Но, может, называли какие-то имена, клички?..

– Да, называли! – вспомнила я. – Хозяин!..

– Ага-а! – встрепенулся Микстуров. – это же кличка владельца ночного клуба "Сивка-Бурка"!

– Свинарского?! – вскинул брови Микешатьев. – Я был уверен, что он порядочный человек.

– Ваш "порядочный" человек – главарь преступной группировки, – отчеканил детектив. – А в его "ночнике" собирается вся местная братва… – Микстуров повернулся ко мио. – Эмма, а ты бы узнала Червяка с Карасем, если б их увидела?

– Может быть, – поколебавшись, ответили я. – Вообще-то, я их только через щелку видела.

Детектив выплюнул сигарету на пол и загасил ее носком ботинка.

– Окей. Иди сейчас в гостиницу и как следует выспись. Сегодня ночью мы посетим "Сивку-Бурку".

Глава X
РАССКАЗ ДИРЕКТОРА МУЗЕЯ

Не успела я выйти из детективного агентства, как начался жуткий ливень. Спасаясь от дождя, я забежала в краеведческий музей.

И решила от нечего делать осмотреть его.

В полном одиночестве я стала бродить по заставленным разной ерундой залам. И в одном из залов увидела… Льва Толстого.

– О-о, посетитель, – обрадовался он. – Здравствуйте, здравствуйте, посетитель.

– Вы очень похожи на Льва Николаевича, – сказала я.

– А я и есть Лев Николаевич. Только не Толстой, а Курицын. Директор этого музея.

– Что-то у вас народу не густо, – заметила я.

– Ничего не поделаешь, – сокрушенно вздохнул он. – Люди не интересуются историей родного края. А между тем здесь родился Крузенштерн. Ты знаешь, дитя мое, кто такой Крузенштерн?..

– Конечно, знаю, – не моргнув глазом соврала я.

– Похвально, похвально. – Старик разгладил свою пышную бороду. – А вот скажи, почему наше озеро называется Богатое?

– Без понятия, – на сей раз честно призналась я.

– Хочешь расскажу?! – загорелся директор. – Весьма любопытная легенда.

– Ну расскажите, – из вежливости согласилась я.

И Курицын начал рассказывать:

– Давным-давно жил в этих краях один русский барин, сказочно богатый. Звали его Порфирий Дормидонтович Скуратов. Больше всего на свете он любил острые ощущения. Поэтому каждый год отправлялся путешествовать по диким, неизведанным местам. И вот однажды, когда Порфирий Дормидонтович путешествовал по Африке, решил он из русского удальства искупаться в Лимпопо. Причем именно в том месте, где водилось множество крокодилов. Скинул Скуратов одежду да и бросился в мутную воду. А крокодилы, в свою очередь, бросились на Порфирия Дормидонтовича. И если б не африканец Мадунга, к счастью оказавшийся неподалеку, остались им от Скуратова одни воспоминания.

Смелый негр дикими воплями распугал всех крокодилов и вытащил русского путешественника на берег. Тут-то и обнаружилось, что прожорливые твари успели откусить Скуратову ногу. А какой путешественник без ноги?.. Вот и пришлось Порфирию Дормидонтовичу возвращаться в Россию. А в благодарность за спасение он взял с собой Мадунгу и назначил ему хорошее жалованье.

По приезде в Россию Скуратов поселился в Задонске. Как раз в этом самом доме. А у соседей была дочка на выданье, Лизавета. Вскоре Скуратов и Лизавета познакомились, подружились и обвенчались. И все бы хорошо, да, на беду, пошла как-то Лизавета в озере искупаться и – утонула… Тебе не скучно, дитя мое? – прервал свой рассказ Курицын.

– Ну что вы, Лев Николаевич, – ответила я, с трудом сдерживая зевок, – очень интересно.

– …Горю Порфирия Дормидонтовича не было границ. Он так убивался по несчастной Лизавете, что прислуга начала опасаться за его рассудок. И, как выяснилось, не зря. Сошел Скуратов с ума. Продал свои имения, а вырученные деньги обратил в слитки чистого золота. Сложил он все это золото в громадный сундук, вывез на середину озера и бросил в воду. А затем и сам туда бросился. С тех поп наше озеро и стали называть "Богатое". Директор умолк.

– А сундук с золотом никто не искал? – поинтересовалась я.

– Еще как искали. Но не нашли.

– А негр?

– Что негр?

– Куда он-то делся?

– На родину вернулся. В Африку.

– А-а… Ну продолжайте.

– Собственно, я уже почти закончил. Сразу после того, как Лизавету похоронили, Скуратов пригласил из Петербурга скульптора, и тот сделал мраморное надгробие в виде ангела с крестом. Если у тебя будет желание, дитя мое, сходи как-нибудь на кладбище, посмотри. Замечательная скульптура.

– Вы же говорили – это легенда, – напомнила я.

– Легенда, конечно, – не спорил директор. – Но всякая легенда частично основана на реальных событиях.

Я поглядела в окно. Дождь перестал.

– Пойду, пожалуй.

– Ой, а я еще хотел тебе рассказать об истории развития животноводства в нашем крае.

– Как-нибудь в другой раз, Лев Николаич. Мне пора на боковую.

Курицын улыбнулся.

– Не рановато ли, дитя мое?

– В самый раз, – заверила я его. – Сегодня ночью я иду в "ночник".

– Куда?.. – не понял директор.

– В ночной клуб "Сивка-Бурка". Чудаковатый старик всерьез расстроился.

– Это ж настоящий притон. Там собираются, мягко говоря, плохие люди, А ты ведь еще совсем маленькая.

– Маленькая, да удаленькая, – бойко отметила я и потопала в гостиницу. Спать.