Текст книги "Найденыш 5. Чужемирец (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

– Жора, я тебе накидал простейшие приемы самообороны, – желая сгладить неприятный момент расставания, Никита поймал мальчишку накануне отъезда в парковой зоне, где тот в одиночку пытался сконструировать какие-то магоформы. – Здесь ты найдешь самое необходимое и сможешь отработать по схемам вместе с Иваном. Я уже поговорил с ним, он не против.

– Разве можно научиться по схемам? – пробурчал Георгий, нехотя листая толстую тетрадку с зарисовками приемов. – На практике быстрее и эффективнее вышло бы.

– Согласен с тобой, – приобняв мальчишку, Никита неторопливо прогуливался с ним по лужайке. – Но, увы, не могу исполнить свою работу. Воля государя сильнее твоих желаний. Понимаешь?

– Понимаю, но все равно неправильно, – шмыгнул носом пацан. – Я даже лучше стал контролировать выход Силы, построение скриптов и надежно укрывать их.

– Двигаешься в правильном направлении, – похвалил его молодой волхв. – Так и дальше продолжай. Кстати, несколько страниц в конце тетради я отвел боевым скриптам… Ты парень с головой, но вот что я скажу: будь очень осторожен. Насколько я смог узнать, боевая магия не допускается в родах, чей Глава состоит на службе Великого князя. Но вся проблема в твоей сестре.

– А что не так с Маринкой? – выпучил глаза Георгий.

– Ты знаешь, что она Заклинатель, ведь так?

– Знаю, секретов в доме нету.

– А ты представляешь, насколько эта ипостась одаренного опасна? Нет, не знаешь. Заклинатель – очень сложный ранг мага, и весьма неудобный для тех, кто является вашим недоброжелателем, – вздохнул Никита, тщательно подбирая слова. – Вот подумай на секунду, что кто-то захочет неприятностей твоему отцу. Гипотетически, не бойся. Между родами всегда существуют трения, приводящие к конфликтам. Если кому-то из врагов станет известна специализация Марины – ее постараются убрать со сцены, как ненужный реквизит…

– Убить, что ли? – простодушно спросил Жорка. – Наставник, я же не дурак, понял все. Заклинателя надо беречь. Сам он как боец – никчемен, слаб.

– Правильно мыслишь. Поэтому я пытался обучить Марину не боевым приемам самообороны, а построению скриптов. Каждый из них может дать твоей сестре защиту.

– Ты ей тоже тетрадку изрисовал?

– Не без этого, – рассмеялся Никита и потрепал волосы мальчишки. – В общем, что я могу тебе посоветовать? Не пренебрегай тем, что я тебе нарисовал. Потому что не из головы выдумал, а сам все испытал, прошел через это. Адаптировал для легкости. Остальное все от тебя зависит.

Марина, в отличие от брата, аналогичную тетрадь получила раньше, и теперь с маниакальным упорством рисовала в воздухе бледно-сиреневые линии, спрятавшись от Алфера в дальней беседке парковой зоны.

– Уезжаете? – тихо спросила девушка, пунцовея от присутствия молодого волхва.

– Приходится, – развел руками Никита. – Как продвигается учеба? Не трудно?

– Очень легко! – воскликнула Марина, разом забыв о грусти. – Вы так все понятно нарисовали! Я уже штук сорок магоформ выучила!

– Алфер не шипит от злости? – Никита усмехнулся.

– Нет, – засмеялась дочка графа. – Представляете, вчера сам подошел и попросил показать, как строить «волну», «сосульку» и «сверло». Это вы сами названия придумали?

– Да так, дурачился в свое время, – отмахнулся Никита, задумавшись о поведении мага. Значит, дошло до старого, зачем гость пытается навязать в обучение принципы боевой магии. Тоже решил освоить некоторые компоненты. Что ж, похвально. Есть надежда, что Марина в кругу семьи найдет настоящую защиту. На графа, если честно, Никита не надеялся. Валуев просто боится афишировать Дар девушки и получить полноценную защиту великокняжеского клана. А еще лучше – рассказать государю, что за ценный специалист растет в его семье. Князь Юрий просто обязан будет взять в свой род девушку, найти ей мужа и надежно спрятать так, что никто и знать не будет, чем ценна графская дочь. Теневая разведка. О таком только и мечтать.

Осторожно выяснив у графа, что он никогда не разговаривал с государем о Марине, Никита предложил по приезду в Тверь раскрыть инкогнито девушки, на что Валуев ничего не ответил, но аргументы своего гостя выслушал внимательно.

– Если у тебя возникнут вопросы по магоформам, можешь обратиться ко мне, – Никита продиктовал номер своего телефона. – Не стесняйся. Дальше пойдут более сложные конструкции, и без консультации не сориентируешься. Ошибок наделаешь, разрушишь все вокруг. Знаешь, как меня мой первый учитель воспитывал? Подзатыльник за неправильный скрипт!

Марина улыбнулась и кивнула согласно.

– Вы очень хороший человек, Никита, – вдруг сказала она. – Я так благодарна, что вы поговорили с отцом насчет моего Дара. Мне и самой уже хотелось выжечь Искру. Бесполезная и никчемная…

– Ну, что ты… Не слушай никого, развивай его на Буське. Вредная скотина, я скажу. Вот и воспитывай его, влезай в кошачий мозг.

Девушка рассмеялась, тряхнула головой.

– А что… Отец с тобой говорил насчет перспектив? – осторожно спросил Никита, не веря своим ушам.

– Немного, – хмыкнула Марина. – Создалось впечатление, что он слегка был растерян, словно никогда не думал о таком варианте моего будущего. Думаю, здесь ваше влияние сказалось.

– Хм. Тогда я рад за тебя, – улыбнулся Никита. – Значит, тебе никто не будет запрещать обучаться. Считай, это подарок.

Он показал на тетрадь. И тут Марина неожиданно неловко клюнула его в щеку и выбежала из беседки.

– Надеюсь, что мы встретимся в Твери! – крикнула она и умчалась в дом, оставив волхва сидеть в глубокой задумчивости.

***

– Скажите, княгиня, что подвигло вас неожиданно бросить свои дела и вылететь в столицу? Мне кажется, вы скрываете важную информацию. Возникли проблемы с опальными соседями?

– Ничего подобного! – фыркнула Колычева. – Муж оценивает ситуацию как благоприятную. Ну, есть небольшие эксцессы вроде мелкого вредительства на периферии. Деревню сожгут, лесные кордоны разорят, да чародеи Тучкиных или Кошкиных устроят представление для запугивания. В целом, обычная ситуация для пограничного удела.

– Значит, вы не наблюдаете никаких странностей? – Валуев очень внимательно посмотрел на княгиню. – А по моим данным, между Захарьиными и Кошкиными идут интенсивные переговоры о создании какого-то магического инструмента, могущего переломить ситуацию в противостоянии старого и нового боярства.

– Политикой не занимаюсь, дорогой Егор Александрович, – улыбнулась Колычева. – Мне дочь надо пристраивать. Девочка созрела для замужества.

– Поэтому возник вариант с Тверью? Очень правильное решение. Молодежь организует великосветскую вечеринку, где есть реальный шанс засветиться. Не хотите, чтобы дочь оставалась жить в глухомани?

– А кто этого хочет? – взгляд княгини стал жестким и цепким. – Вам хорошо рассуждать, имея под боком княжескую армию и поддержку Ярославля. Начни Кошкины войну – первым делом они уничтожат наш Род. Юлию, конечно, не тронут, но как носительницу Трех Стихий. Будь она пустышкой, ничто бы не спасло. Тверь или Москва – наилучший выход.

– Но там Новгород, – напомнил Валуев.

– Да ладно! Новгород или Тверь – не суть важно! – махнула рукой Колычева раздраженно. – Неужели не замечаете, как качается политический маятник? Куда повернется Великий князь? Какую стратегию развития выберет? Сейчас ненормальная ситуация. Купеческая Сибирь сама по себе, свободный Новгород насаждает свои ценности, Россия раскорячилась между бунтующими землями и чего-то выжидает. А я, как мать, в первую очередь волнуюсь за будущее детей. Нужно выбрать правильное место, где в тебя не прилетит смертельный заряд магического свитка.

– Как все пессимистично, – удивился Валуев. – Не преувеличиваете свои страхи?

– Ни в коей мере! – выпрямилась в кресле женщина. – Инстинкты матери всегда правильные. Если бы мужики прислушивались к нам почаще – меньше слез было бы.

– Вам виднее, – не стал спорить граф и посмотрел на часы, словно намекая, что не хочет продолжать эту тему.

Но Колычевой хотелось общаться дальше.

– Вы в самом деле настаиваете, что ваш молодой спутник из рода Назаровых? Как такое может быть? Мы же читали циркуляр по выморочным родам! Ошибки не должно было случиться!

– Разве я похож на пустослова, княгиня? – удивился Валуев. – В конце концов, я не враг себе везти самозванца к Великому князю. У него есть такие специалисты, что враз раскусят самую затейливую игру. А еще я лично присутствовал при оглашении результатов генетических тестов. Никита действительно кровный родственник Назаровых. Насчет Валентины я не совсем уверен. Слишком много странных и не сходящихся логических концов. Может, кто-то из внуков Патриарха погулял хорошо на стороне…

– Почему вы не уверены насчет девушки? Ведь именно она убегала из дому, – понизила голос Колычева. По ее загоревшимся глазам граф понял, насколько женщине интересна давняя история, давно, казалось бы, забытая.

– К сожалению, я пока не могу обнародовать некоторые факты, – сдержался Валуев, хорошо зная княгиню. Язык она за зубами держать будет, но кто знает, куда уйдет информация? Проживая в приграничном княжестве, легко поддаться на соблазны. А ведь там рядышком опасные противники… – Только после встречи с Юрием Ивановичем появится какая-то определенность.

– Меня от этой истории слегка потряхивает, – призналась княгиня, поведя плечами. Она вцепилась в бокал с белым вином и изредка к нему прикладывалась. – Мальчик так похож на Патриарха Анатолия Архиповича. Когда первый раз его увидела, признаюсь, испугалась.

«А есть чего пугаться, дорогая княгиня? – с усмешкой подумал Валуев. – Ну, да… Старая история покоя не дает. С кем Белозерские, из чьего Рода происходит княгиня, конфликтовали все время? Не с Назаровыми ли? Когда потеряли земли между Кемью и Белым озером в результате вялотекущего конфликта между обоими кланами, куда рванули? Ладно, повезло красавице Ариадне встретить князя Колычева, взявшего проигравшую семью под свое крыло. Не допусти боги, чтобы Никита влюбился в дочку княгини. Совсем худо будет парню»

Валуев стал вспоминать, какой сейчас расклад по силам у Колычевых. Как-то через его руки проходил циркуляр о состоянии княжеских вассальных дружин. У устюжан на тот момент было около двух сотен гридней, десятка два колдунов всех рангов, от младших до архимагов. Для пограничных земель маловато, но для одинокого безземельного дворянина хватит, случись неожиданный союз между Никитой и Юлией. Не верил граф в какую-то мифическую силу своего молодого гостя. Да, неожиданно силен в обычных боевых искусствах. Да, Алфер подтвердил о мощном Даре. Но ведь Назаров совсем мальчишка! Откуда у него такие способности? И станет ли он вмешиваться в политику? У него совершенно иная задача.

– У вас очень красивая дочь, княгиня, – Валуев захотел проверить реакцию Колычевой, но и так понятно, что она змеей взовьется, правильно поняв намек. – А Никита никакой уже не мальчик, кстати. Вполне себе самостоятельный юноша.

– Не пытайтесь, граф, меня разозлить, – усмехнулась Ариадна Сергеевна. – Я сразу сообразила, куда пошла Юлия. Молодой человек недурен собой, хорошо сложен, и к тому же овеян ореолом тайны. Моя дурочка никак не выветрит из своей головы романтические бредни, вложенные в нее свекровью. Вы же знаете историю князя Колычева?

– Когда он привез из Испании в русскую зиму знойную красотку? – улыбнулся Валуев. – Да, наслышан. Но я не предполагал, что княжна Юлия настолько великолепна. Воспользуйтесь моментом, когда будете в Твери. Вдруг повезет, и княжич Владимир обратит на нее внимание.

– Думаете, я потакала интересам Юли? – усмехнулась Колычева, довольная своей хитростью. – Конечно, я сразу подумала о неженатом княжиче.

– Великие княгини уже составили список потенциальных невест. Торопитесь, – предупредил граф. – Будет очень трудно вклиниться в ряды претенденток.

– Моя дочь затмит весь этот список, – горделиво выпрямилась женщина. – Я уверена.

– А если ваша затея провалится? – Валуев кинул взгляд на Никиту. Тот безбожно дрых, и это было хорошо. Значит, не слушает, о чем речь. Как поведет себя парень – один Сварог знает. Может, у него тайные мысли о кровной мести? Сейчас соберет информацию о заклятых врагах, и что потом произойдет? В одиночку пойдет искать справедливости? Что он сможет сделать против Захарьиных? Или Кошкины? Да ничего. Там силища, с которой считаются по обе стороны Каменного Пояса.

Валуев не любил подковерные игры, которые вели аристократические Роды, поднаторев в искусстве лгать, обманывать, объединяться в союзы ради одномоментной выгоды, а потом продавать своих же партнеров. И жизнь в Вологде подальше от хитростных комбинаций вполне удовлетворяла графа. Но вот стихийное бедствие в виде мальчишки из рода Назаровых опрокидывала все спокойствие. Решение отдать Никиту в руки Великого князя было наилучшим из всех вариантов. Фактор риска на чаше политических весов. Куда бросят чужака, туда и они склонятся. Не жалел ли он о судьбе парня? Нет, своя жизнь дороже. А Рюриковичи никогда не отпускали на самотек ситуацию с потенциальной угрозой своему существованию.

Главы 3, 4, 5

Глава третья

Тверь, август 2011 года

Андрей Спиридонович Вяземский в системе Опричной Службы занимал один из руководящих постов, и по своей должности вообще не должен был брать на себя обузу обустройства молодежного фестиваля – будь он неладен.

Красавец-мужчина, давняя любовь Великой Княгини Лидии, тщательно разгладив пышные темные усы (дурацкая и щегольская привычка) и оглядел место будущей вечеринки. Не выражая своих эмоций, он с ленцой спросил стоявшего рядом с ним молодого человека, в чертах лица которого проглядывали именно те, которые князя Вяземского пленили много лет назад.

– Княжич, идея неплохая, но место очень дурное. Уверены, что хотите поставить павильоны и палатки именно здесь?

– А чем плохо-то? – удивился Владимир, старший сын государя. – Обширная поляна, лес не мешает. Пологий спуск к Волге, мелководье, чтобы никто ненароком не утонул. Ха-ха! Смотри, Андрей Спиридонович, что можно сделать: дальние подступы отдать под стоянку автомобилей, оттуда же вниз застлать досками площадку. Павильоны и киоски развести на безопасное расстояние друг от друга. Я уже подключил парней к поиску спонсоров. Думаю, ради рекламы многие не откажутся поучаствовать в мероприятии.

– Потехин, – слегка повернув голову, сказал Вяземский.

– Я, Ваша светлость, – откуда-то вынырнул бравый вояка с автоматом через плечо и с болтающимся на поясе жезлом, в навершии которого был вмонтирован черный кристалл – парализующий боевой амулет, позволявший эффективно обездвиживать непутевых и непонятливых без ущерба здоровью.

– Нужно организовать охрану по периметру лесной зоны, – приказал князь Андрей Спиридонович. – Сейчас нужно провести топографию места, отметить все направления, откуда можно ожидать неприятностей… Ну, сам понимаешь. Дальше. На время подготовки создать передвижные патрули, которые будут наблюдать за строительством фестивальной площадки. Всех жителей близлежащих деревень и сел предупредить о недопустимости появления в этом месте. Пусть грибы в другом месте собирают.

– Ясно, Ваша светлость, – кивнул Потехин, даже не делая попытку записать распоряжения. За это его и ценил Вяземский. Помощник был не только секретарем-помощником, но мог выступить и в качестве телохранителя. – Еще будут приказания?

– Когда намечаете свою молодежную вечеринку? – поинтересовался князь у молодого наследника, хотя уже знал дату. А на что тогда обширный штат стукачей и доглядчиков?

– На следующий выходной, – княжич Владимир, сощурившись, глядел на блестящую гладь Волги. – Дядя Андрей, у меня идея появилась. Хочу подогнать к берегу две яхты, стилизованные под старинные ладьи, а на каждой из них по одной музыкальной группе. Соревнования устроим. Кто больше понравится гостям – тот и получит приз симпатий.

– Ох, княжич, разорительно все это, – покачал головой Вяземский. – С отцом обсуждал? Деньги ведь пойдут из казны, а не из твоего кармана.

– Можно частично погасить за счет рекламы, – бойко ответил Владимир, – частью – из благотворительности. Деньги все равно поступят за пару-тройку дней до события. Отобьем затраты.

– Как хочешь, – пожал плечами главный опричник. – Моя задача обеспечить вашу безопасность. А то перетопчете друг друга, или кому-то захочется испортить праздник.

– Да ну, дядя Андрей! – засмеялся княжич. – Нужны мы кому!

– Первым делом запомни, Владимир Юрьевич, – сделал строгое лицо Вяземский. – Пустяков в таких делах не бывает. Слишком много противников у твоего отца. А Новгород рядом, не забывай. Там Борецкие спят и видят, как пошатнуть позиции вашей Семьи. Вот представь, соберутся здесь представители очень богатых, важных семей и родов. И произойдет нечто плохое… Задумался? Вот о чем я и говорю. Любая масштабная акция – головная боль наших служб.

– Да, глупость сказал, извини, дядя Андрей, – смутился княжич. – Не подумал, а следовало бы.

Андрей Спиридонович мысленно похвалил мальчишку. У Владимира присутствует самокритичность, а это важно для правителя. Иначе рано или поздно, увлекшись своими идеями, можно похоронить все, что делали предки Рюриковичи, как пытались объединить княжества в единую страну. Пусть не получилось до конца завершить процесс, но рано или поздно все, кто говорит на русском языке, пойдут друг другу навстречу. И купеческая Сибирь, и бунташный Новгород, и Литва, и Север. Вяземский даже допускал, что в будущем руководить процессом могут не Рюриковичи (опасные мысли следовало бы загасить в зародыше, иначе на плахе живо окажешься), а кто-то другой. Далекая перспектива его не пугала. Он жил здесь и сейчас, и его все устраивало.

А княжич учится на ходу. Хороший государь будет. Надо только ему невесту найти подходящую. Он как-то разговаривал с Великим князем Юрием на эту тему, и хозяин с досадой рассказал о кудахтанье своих жен по поводу выбора. Список какой-то выдумали, отчего по всей Твери великое возбуждение началось. Каждый клан мог предоставить до десяти претенденток с Даром, но не каждая Семья была желанной в доме Рюриковичей. Вот в чем парадокс. Будь воля Вяземского, он бы присмотрелся к Одоевским, у которых как раз появилась сильная воительница. Машка – забавная и умная девушка, играючи разбивает на тренировках многочисленные и изощренные магические плетения, и уже подбирается к рангу Ратника. А это серьезный задел. Для княжича будущая жена-воительница станет защитой и опорой, а там глядишь, и по наследству своим детям передаст значительные возможности. Но, как водится, его мысли не интересуют княгинь. Они, конечно, думали почти так же, и внесли Марию Одоевскую в «список невест», но внимание обратили на Румянцевых и Посевиных. В общем, фаворитки определились.

Вяземский покосился на Владимира, мечтательно оглядывающего место будущего веселья как полководец перед битвой. Надо же, еще и яхты ему подавай! Теперь и экипажи проверять на лояльность.

– Потехин! – снова раздался возглас Вяземского.

– Я тут!

– За Волгой какие у нас крупные села?

– Покровка самая большая, – мгновенно ответил помощник-секретарь. – Туда можно попасть по мосту. Он в пяти верстах отсюда. Что-то там нужно?

– Передай приказ Артамонову. Пусть пошлет две патрульных машины в Покровку. Найдут там старосту и обяжут его показать списки жителей. Всех поголовно, – Вяземский призадумался. – Все вновь прибывшие должны быть отмечены. В общем, контроль по «красному варианту». Объявить о запрете перемещений в следующий выходной. Пусть дома сидят от греха подальше.

– Понял, исполняю, – Потехин испарился мгновенно.

Княжич покачал головой. Как удается этому проныре быть одновременно во всех местах? Не иначе, чародейский амулет по ускорению использует.

– Далековато местечко-то выбрали, – с легкой досадой проговорил Вяземский. – Может, пока не поздно, сменим? Есть и поближе подходящие площадки.

– Не-не, дядя Андрей, уже все решено, – твердо произнес Владимир. – Молодым же надо подальше от контроля взрослых, где народу поменьше, природа дикая…

Главный опричник про себя тяжело вздохнул. Жизнь, бившая его не раз по хребту и по соплям, всегда оказывалась права. И княжич должен пройти через все свои ошибки и просчеты. Нет, Вяземский не хотел, чтобы с молодыми ребятами что-то произошло. Здесь другое: нежелание прислушиваться к мудрым советам, именно – мудрым, а не скоропалительным выводам. Вот еще одно качество правителя: умерять свою гордыню, но не идти на поводу советчиков. Как поступить? А вот… думай. Только бы не через кровь.

Все же на месте Великого князя он бы в приказном порядке перенес намечающийся праздник ближе к Твери.

– Подрядчики, строительные бригады, музыканты, развлекательные компании – все это уже выбрано? Список готов? – князь посмотрел на часы. Пора возвращаться. С мероприятием все ясно. Можно засылать людей. За неделю управятся, подготовят городок.

– Да, сегодня вечером предоставлю, – кивнул Владимир. – Пришлю по Сети.

– Отлично, – Вяземский приобнял княжича. – Поехали домой. По вопросам финансирования обратимся к главному казначею… Ох, вспомнил! А кто-то из удельных княжеств будет? Или ты никого не приглашал?

– Колычевых, – вдруг расплылся в улыбке парень, но тут же погасил ее. – Княжича Сергея и его сестру Юлию. И еще человек десять прибудут.

Колычевых назвал, а остальных даже не удосужился, – промелькнула мысль у опричника. – Это оговорка или намеренный намек? Колычев… Надо узнать, чем этот Род заинтересовал наследника. Давненько князь не заглядывал в досье родов, живущих на окраинах государства. Не его профиль, если честно, но сейчас мелочи важны как никогда.

– Хорошо, что спросил, – выдохнул Вяземский. – А то был бы конфуз… Ладно, встретим.

Кортеж княжича свернул на Никольское, в резиденцию Рюриковичей, а Вяземский поехал в Тверь в сопровождении двух машин с группой прикрытия. Обычно сам он, а также Басманов и Зайцев работали в здании, построенном еще в далеком восемнадцатом веке на набережной Волги. Оно и сейчас поражало своей фундаментальностью, крепостью стен терракотового цвета, словно намекая, что Опричная Служба не гнушается крови. Массивное четырехэтажное здание с высокими узкими окнами, способными при чрезвычайной ситуации превратиться в бойницы для защитников, имело много секретов, один из которых заключался в подземных казематах, где человек, попавший в цепкие руки «кромешников», мог исчезнуть для общества навсегда. А еще Государева Палата имела несколько тайных ходов, ведущих из города в разные стороны, и один из них – под Волгой. Разветвляясь на несколько отнорков, один из них – самый древний – уходил на Никольское, где жила семья Великого князя и люди его клана. Да, и Вяземские тоже, впрочем, как и Басмановы с Зайцевыми. Слуги должны быть подле своего хозяина.

Машины въехали на территорию Государевой Палаты и остановились возле гранитной лестницы, где бессменно торчали несколько охранников. У всех, кроме огнестрельного оружия, в комплекте были магические жезлы, амулеты-отражатели, чтобы воздействие чужой магии оказалось незначительным.

Вяземский прошел в свой кабинет, кивнул вскочившей секретарше в строгом деловом брючном костюме и деловито приказал:

– Чай с лимоном, Светочка.

– Хорошо, Андрей Спиридонович, – кивнула девушка в спину князя.

Первым делом Вяземский включил системный блок, и пока он загружался, мигая на мониторе грозной заставкой в виде собачьей пасти, скинул пиджак, ослабил галстук на шее, и только потом уселся на свое рабочее место. Тут же подоспела Светлана, цокая каблучками по янтарного цвета паркету. Поставила перед начальником поднос с чаем, где плавал кружок лимона, сахарницу и розетку с печеньем.

– Приказать с обедом, Андрей Спиридонович? – девушка осталась стоять в двух шагах от стола.

– Через час, – подумав, ответил Вяземский. – Ты мне лучше принеси списки тех, кого княжич Владимир пригласил на фестиваль из других городов. Всех поголовно, вместе с охраной, сопровождающими. Если его нет в базе, тогда спроси у Басманова или Зайцева. Кто-то все равно в курсе.

– Я поняла, – девушка развернулась, и покачивая бедрами, вышла из кабинета. Князь покачал головой. Что поделать, Света была из вассального рода, младшая дочь мелкого дворянина. Хочешь – не хочешь, а заботиться о своих людях нужно, помогать их детям. У него единственного была молодая секретарша, о чем знали его жены и подозревали об отношениях, далеко выходящих за рамки служебных. Ну, да, девчонка симпатичная, фигуристая. И, как подозревал князь, не прочь исполнить желание своего патрона. С этими желаниями надо быть поосторожнее. Причины есть: заиметь бастарда-полукровку от аристократа с Даром мечтают многие мелкопоместные дворяне. Не хотел Вяземский кидать семя, куда попало. Есть свои дети, законные, каждый со своим Даром, который укрепляет силу Рода. А полукровки не нужны. Они как бомба с механизмом замедленного действия. Не знаешь, когда и где рванет.

У Андрея Спиридоновича был доступ к базам всех боярских родов, и выяснить, кто такие Сергей и Юлия Колычевы, для него не представляло труда. Этот княжеский род Вяземский хорошо знал. Что-то копать про них он не собирался. Интересовали его отпрыски князя Василия, с которым нынешний глава ОС был в хороших отношениях. Дети… Ну, им тогда было лет десять-восемь, когда они вместе с отцом последний раз приезжали в Тверь. Дочка – да, уже тогда подавала шансы вырасти в красотку. Интересно…

Когда Вяземский увидел фотографию повзрослевшей Юлии, он сначала выпил чай, машинально выдавил ложечкой лимонный сок, стекший на дно чашки, и минут пять смотрел на экран. Как княжеские жены пропустили такой экземпляр? Дело даже не в умопомрачительной внешности девушки, а в ее одаренности! Обладательница трех Стихий с трансформацией в боевую ипостась! Да это же готовый ранговый боец, как и Маша Одоевская, только с более глубокой проработкой своих навыков!

Вот как бывает! Вся аристократическая, боярская знать проживает в Твери, наперебой предлагает свои услуги, старается породниться – а Колычевы вырастили в далекой глубинке такой самородок! Справедливости ради, и в столице есть девушки такого уровня, что мама не горюй! Оторвы, отчаянные Ратницы, головная боль Магической Палаты. Но Юлия… Ценитель красоты, князь Вяземский мысленно снял шляпу с головы. Настоящая жемчужина русского Севера. Недаром княжич Владимир использовал свою власть и пригласил девушку на празднество. А заодно, как прикрытие, еще с десяток мелких персонажей. Хм, надо бы с Великим князем поговорить. Мальчишка-то головастый, сообразил, как завуалировать приезд девицы, чтобы не было подозрений в излишних симпатиях. А то начнутся здесь куриные бои!

Шанс поделиться некоторыми мыслями, пришедшими Вяземскому в голову, появился уже на следующий день. Государь приехал в Тверь, отчего в Кремль к полудню стали стягиваться просители разнообразного толка, начиная от бояр и гильдейских старшин, и заканчивая мирянами.

Кремль являлся главным зданием административного управления в столице. Построенный в тринадцатом веке, он неоднократно горел, пока высочайшим распоряжением не был возведен из белого камня. На территории располагались приказные избы, воеводский двор, караулка, тюрьма и житный двор (где хранился стратегический запас продовольствия).

От старого Кремля мало что осталось. Бушевавшие клановые войны, интервенции беспокойных соседей вроде литовцев и поляков существенно изменили его облик. Укрепляли стены, досыпали валы, достраивали бастионы. Свое оборонное значение Кремль утратил к концу восемнадцатого века, когда Тверь значительно продвинулась в расширении русских земель под своим началом.

Единственное, что напоминало о древности, так это ворота. Мощные, чугунные решетчатые створки до сих пор носили свои исконные названия. Восточные звались Владимирскими; с юга – Васильевскими, с запада – Тьмацкими.

Главные – Владимирские – сейчас были распахнуты, и через них въезжали небольшим регулируемым потоком машины разных цветов и моделей. Вяземский со своей личной дружиной проскочил без всяких проволочек, так как великокняжеский герб в виде шильдика на капоте (привилегия, доступная не всем) был лучше любого пропуска.

Великий князь Юрий Иванович, правитель России (или как ее называли по старой памяти – Руси), уже работал в своем кабинете. В обширной приемной сидели просители-челобитцы, иностранцы из различных компаний, жаждущих получить разрешение на разработку ресурсов или на открытие своих офисов в Твери (на худой конец – в Москве, имеющей статус второй, вернее, старой столицы). На Вяземского взглянули с трепетом. Появление одного из главных опричников (Змей Горыныч – как называли опричную троицу в стране. Осторожно, и только за закрытыми дверями кухни) вызвало тихую приливную волну трепета и напряжения. Чего он приперся в начале дня?

Князь Юрий сидел, как и положено правителю – нет, не на троне – а за своим солидным столом из палисандрового дерева и что-то размашисто подписывал. Папка с указами и распоряжениями лежала открытой, и правитель вытаскивал по одному листу, внимательно прочитывал и только потом ставил резолюцию или роспись.

Косо поглядел на вошедшего Вяземского. Привилегия есть привилегия. Если зашел – есть нечто интересное и заслуживающее внимания. Вяземский на всякий случай поглядел на свои роскошные наручные часы, где золота, наверное, было больше, чем на кольцах, нанизанных на пальцы. Время приема еще не началось.

– Десять человек ждут, – сказал Вяземский, но садиться не стал.

– Зачем пришел? Говори кратко и по делу, – пробурчал Юрий Иванович. – Сам знаешь, почему я просителей мариную по часу. Чтобы шелковые стали.

– Я по «списку невест», – кротко пояснил Андрей Спиридонович.

Князь Тверской, Московский и прочая застонал, словно от зубной боли.

– Ты-то куда полез, друже? Вот тебя не хватает для полного счастья в этой бабской суете!

– Выслушай, а потом выскажешь свое мнение, – хмыкнул Вяземский. – Твой старший сын, кажется, выбрал себе предпочтение. Ты знаешь, что в столицу скоро прибывает княжна Колычева? Ее Владимир пригласил.

– Ну и что? В его воле распоряжаться своими слугами, – проворчал государь. – Но ты же не просто так меня от работы отвлекаешь?

– Нет. Я как раз хочу тебе помочь в выборе кандидатки в жены княжичу, – улыбнулся Вяземский. – Отвлекись на минуту. Зайди в базу Дворянских родов. Посмотри на Юлию Колычеву.

Великий князь недовольно втянул в себя воздух, провел несколько манипуляций с клавиатурой. С интересом поглядел на своего верного опричника.

– Сам додумался, или княжич подсказал?

– Мне показалось странным, что Владимир обратил внимание на девушку, которая не появлялась в столице несколько лет. Оказывается, твой сын активно переписывается с Юлией.