Текст книги "Челнок Предтеч (СИ)"
Автор книги: Валерий Кобозев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)
– Так Дик, это уже Заречье, пригород Сусумана, давай на север к сопкам лети – скомандовал я. Хоть и было пасмурно, но все равно засечь летящий объект можно было издалека.
– Дик, вот по этому распадку снижайся до верхушек деревьев и выходи в пойму реки Берелех. Так, теперь поворачивай на юго-восток, так, теперь на юг, медленно, снижай скорость… Дождь нам помогает скрыться… Так видишь – это дома на моей улице – сажай дрон на эту поляну, отсюда я пешком дойду до дома.
Дрон плавно приземлился, я вышел из него, прихватив рюкзак. Дрон тут же поднялся в воздух и исчез в вечерних сумерках и тумане в высоте.
Я накинул рюкзак на плечи и пошел по тропинке домой. По этой тропинке мы на речку бегали рыбачить. Через пять минут я зашел домой.
– Костя вернулся! Ну как рыбалка? – спросила мать.
– Привет Ма, здравствуйте дядя Миша – поздоровался я с отчимом. – Дождь со снегом пошел, Генка один вперед меня уехал. А я решил переждать дождь и утром уехал. Генка вернулся? Не появлялся? – спросил я.
– Нет, я думала, что вы оба на рыбалке – ответила мать. – Садись поужинай, я недавно борщ сварила, еще горячий.
Мы уселись с мамой на кухне, рюкзак я с собой прихватил. Мама налила мне тарелку борща и с улыбкой наблюдала, как я мгновенно смел его.
– Спасибо Ма, очень вкусно! – искренне поблагодарил я.
– Чайник вскипел – сказала мама и налила мне заварку в чашку, а затем кипяток – она знала, какой чай я люблю.
– Ма, тут есть одно секретное дело – сказал я маме. – Я самородок золотой нашел, надо бы завтра сдать.
– Ничего себе! – воскликнула мама. – Килограмма на три тянет! Миша, иди сюда!
Я сделал круглые глаза, показывая матери, что это она зря сделала.
– Миша, чай будешь? – мгновенно сообразила мать.
– Да я пил его уже – отмахнулся он и ушел в свою комнату.
– Ма, давай это будет лично моей добычей – попросил я.
– Ну хорошо, добытчик ты мой – улыбнулась мама.
– Ма, я не только самородок нашел, я там нашел целое месторождение! Я оказывается чувствую прямо, где золото есть. Представляешь! Вот как это использовать с пользой… Артель старательскую надо тебе организовать – предложил я.
– Не выгодное это дело – вздохнула мама. – Цена золота один рубль за грамм не окупает затрат.
– В этой россыпи примерно двести пятьдесят килограммов золота, глубина залегания до трех метров. Причем там два слоя – верхний с самородками, достаточно бедный, там килограммов пятьдесят всего. А под ним, после метра грунта залегает слой золотого песка, содержание до ста граммов на тонну грунта – сообщил я.
– Да как ты знать-то это можешь? – удивилась мать.
– Ну я же сказал тебе, что видеть стал я золото и сразу в голове цифры щелкают, вычисляют, сколько его – ответил я.
– Хм, надо бы сначала проверить это – сказала она.
– Ну я подумал, что меня заставят показать, где я нашел самородок. Вот я и объявлю о том, что вижу золото под землей и скажу о запасах этой россыпи. А они пусть проверят – шурф ведь недолго пробить – предложил я.
– Да, наверно заставят тебя показать место – согласилась мама. – Хорошо, надо это обдумать. Если сначала эти пятьдесят килограммов вытащить лотками, а на заработанные деньги купить бульдозер и другую технику… Тогда может получиться!
– Ма, только надо сдать этот самородок государству и с ингушами не связываться. Мы сможем золота добыть очень много, зачем нам проблемы с законом? – попросил я.
– Да я и не собираюсь… Это Мишка все ищет, где выгоднее, не обращая внимания на закон – хмыкнула мать. – Он завтра в рейс уезжает в Усть-Неру на неделю как минимум, вот и займемся твоим золотом.
Уважаемые читатели! Прошу вас не забывать ставить сердечки, если книга понравилась.
И писать свои доброжелательные комментарии.
Приятного чтения!
Глава 5
– Хорошо Ма. Пойду к Генке схожу. Ма, только никому не говори – он первым нашел самородок килограмма на два и как сдурел – с топором в руках кричал мне, чтобы я к нему не подходил. И ушел, хотя погода испортилась. Я предлагал ему вместе идти, но он категорически был против – боялся, что я его убью из-за самородка. Он наверно свой самородок ингушам потащит, вот они-то и убить его могут, шутка ли – по их ценам десять тысяч, целое состояние.
А я остался там, чтоб мне было делать? Переночевал в шалаше у костра, утром поискал самородки в том же месте, где Генка шарил и нашел этот камень. Сначала ходил, пинал все камни подряд, что под водой цеплялись к сапогам, обычные легко отлетали. А потом как прояснилось у меня в голове – стал видеть золото! И увидел этот камень, в метрах пятнадцати от того места, где Генка свой самородок нашел – сказал я маме.
– Не надо к нему тебе теперь ходить, ни к чему это. И никому не говори про его самородок, пусть он на его совести будет – мать помрачнела, услышав эту историю от меня. – Значит будет у нас еще один претендент на это месторождение, скорее всего черные старатели от ингушей, а с ними связываться опасно.
– Может тогда честно сообщить властям все как есть? Я Генке ничего не обещал – спросил я. – Он скотина, бросил меня одного в тайге! Предатель!
– Может быть так лучше будет. Пусть сам выкручивается, коли бросил тебя одного в тайге – сказала мать решительно.
На следующее утро мы пошли с мамой на ее работу – она работала бухгалтером в СМУ (Строительно-монтажном управлении) Сусуман-золота, отпросилась там и мы пошли с ней в пункт приема золота ЗПК (золото-приемная контора).
Мы там провели целый час, оформляя документы, я писал объяснительную записку, где подробно изложил свою историю, включая Генкин самородок. Приехали серьезные люди из какой-то конторы, вновь меня опросили и уехали за Генкой. Самородок у меня забрали, выдали нам бумагу о его приеме. Мы хотели идти по своим делам, но за нами вновь приехали и мы поехали в райотдел КГБ – он занимался проблемами с золотом. В райотделе КГБ, который был на втором этаже здания райотдела милиции, уже сидел Генка с потерянным видом и большим синяком под глазом. Его завели в кабинет и нас туда пригласили.
– Ну что, будешь дальше запираться? – спросил следователь. – Где самородок?
– Ингуши отобрали – захныкал Генка. – Нет его у меня!
– Ну давно бы так… Тогда вы товарищи свободны, совесть твоего друга заела, вот и признался, когда увидел тебя – усмехнулся следователь.
– Не друг мне больше этот предатель! – сказал я и вышел из кабинета вместе с матерью. Из КГБ мама пошла на работу, а я двинулся домой. До школы была еще неделя каникул, хотел покопаться с коммуникатором.
Через час пришла мама на обед, мы пообедали вместе, потом пошли в ее контору – надо было обозначить место на карте, где я нашел самородок, это уже для золотодобытчиков была нужна информация.
– Ну рассказывай счастливчик, где ты нашел такую ценность – с улыбкой попросил Манишев Сергей Петрович, главный геолог Сусуман-золота.
Я посмотрел на карту, нашел мост через Аян-Юрях, прошел по карте по руслу реки на северо-запад.
– Вот примерно тут, на месте точнее покажу – сказал я. – Там еще много более мелких самородков лежит, килограммов пятьдесят – выдал я.
– О! Ты их и взвесить успел! – засмеялся Манишев.
– Да нет, оказывается я теперь могу золото под землей видеть и сразу оценивать его количество – улыбнулся я в ответ. Такая версия была выработана нами с мамой.
– Хм, интересно. А как глубоко они лежат? – спросил Манишев.
– На глубине метра примерно – ответил я. – А можно будет получить старательскую лицензию на промывку этого участка?
– Ну не знаю, ты же еще несовершеннолетний – задумчиво произнес Манишев.
– Я зато совершеннолетняя – с улыбкой сказала мама, присутствующая при разговоре.
– Наталья Ивановна, вы хотите заняться старательством? – удивился Манишев.
– Да, почему бы нет. Возьму отпуск на работе, денег на квартиру заработать не лишнее будет – ответила мама. – Пятьдесят килограммов золота дорого стоят, и на квартиру, и на технику для добычи золота хватит.
– Ну это меняет дело, вы наш сотрудник, можно будет решить этот вопрос положительно – сказал Манишев. – Но надо бы на месте проверить слова вашего сына. Завтра поедем туда, возьму рабочих, они пробьют пробные шурфы, чтобы определиться с содержанием золота. Там еще золото не промывали, обычно старателям выделяют отвалы, где уже драга прошла. Сравним данные вашего сына и наши анализы – улыбнулся Манишев. – Я сам с вами поеду – очень любопытно мне, как ты будешь показывать границы россыпи.
– Хорошо, я тоже поеду – сказала мама.
– Тогда в восемь утра жду вас у конторы – сказал Манишев, и мы вышли из управления. Мама пошла на работу, я пошел домой.
Прошел по мостику через речку, подошел к дому. У дома стоят трое ингушей, один в годах и двое молодых, недалеко от них стоял задрипанный «Москвич». Я хотел пройти в подъезд, меня остановил молодой ингуш – Ты Костя Корбин?
– Ну я, а что? – спросил я настороженно.
– Проедешь с нами, поговорить надо – сказал ингуш в годах.
– А то больно будет – сказал молодой ингуш и показал мне нож.
– Дик, ты проконтролируй, чтобы мы не убили их – попросил я искин.
– Не беспокойся, я тебе помогу с ними расправиться! – обрадовался Дик.
– Пожилого трогать не будем, вырубим молодых – сказал я Дику мысленно.
После этого я ударил ребром ладони по сонной артерии этого резвого джигита, он осел, закатив глаза. Ко мне подскочил второй молодой, выхватив нож. Удар ноги и нож вылетел из его руки, второй удар кулаком в челюсть и джигит упал, закатив глаза.
– Ну поговорим? – спросил я пожилого ингуша со злой улыбкой, сжимая кулаки и двигаясь к нему.
Тот растерянно смотрел на лежащих без сознания телохранителей или боевиков.
– Да мы просто поговорить хотели, ты неправильно понял – сказал он, выставив руки вперед, ладонями ко мне, и начал отступать он к машине.
– Стоять! – приказал я. – А то рядом ляжешь и милицию вызову.
– Да нет, мы просто поговорить хотели, нее надо милицию вызывать – он вновь выставил руки ко мне ладонями вперед.
– Ну говори, чего ждешь-то? – спросил я.
– Да тут неудобно – сказал ингуш озираясь вокруг.
– Ну пойдем ко мне домой – предложил я.
– Нет-нет! Давай, помоги затащить ребят в машину, а то внимание привлекаем – попросил ингуш. – Милицию соседи могут вызвать. Давай быстрее!
– Тебя как зовут-то? – спросил я.
– Ибрагим я – ответил он.
– Ну давай открывай дверь машины – я поднял за плечи второго джигита и потащил к машине. Ибрагим открыл пассажирскую дверь с другой стороны машины и оттуда помог мне затащить его в салон, но он свалился с сиденья на пол.
– Давай второго затащим – попросил Ибрагим и я также притащил следующего джигита в машину, и мы вместе с Ибрагимом уложили его на диван заднего сиденья.
– Садись на первое сиденье – предложил Ибрагим, захлопывая пассажирскую дверь. Я сел впереди на место пассажира, он сел за руль.
– Ну слушаю тебя – сказал я.
– Давай отъедем отсюда – предложил Ибрагим.
– Давай – езжай к реке, проедешь – предложил я. – Метров пятьдесят отсюда.
– Хорошо – согласился Ибрагим и проехал по грунтовке в лес. Выехав на поляну, он заглушил мотор.
– В общем мы хотели, чтобы ты нам показал место, где Генка самородок нашел. Мы бы тебе за это хорошо заплатили – сказал Ибрагим.
– Для начала надо бы рассчитаться – сказал я. – Самородок мы с Генкой нашли, ты его у него отобрал. С тебя не только деньги за самородок, но и штраф двадцать процентов – сказал я.
– Да ты чего? Сдурел? – вылупил от удивления Ибрагим.
– Ибрагим, я шутить не люблю. Я тебе сейчас все ребра переломаю, и ноги, и руки, чтобы ты забыл, что такое людей обманывать – сказал я, угрожающе смотря на него. Конечно, пацан, лет восемнадцати, субтильного телосложения угрожает крепкому мужику – наверно со стороны было бы просто смешно смотреть. Но двое крепких бойцов, лежащих без сознания на заднем сидении, говорили сами за себя.
– Ну зачем мне угрожать, давай договариваться – предложил он примиряюще.
– Я сказал свое слово – сначала долг верни. И компенсацию мне за нападение в размере тысячи отдай – ответил я, схватив его за кисть правой руки и зажав его большой палец в болевой прием.
– Ой больно! Отпусти! Не надо, давай поговорим! – попросил Ибрагим морщась от боли, и я отпустил его руку.
– У меня нет с собой таких денег, сам понимаешь – сказал Ибрагим, растирая палец.
– Ну давай тысячу как компенсацию за нападение на меня, и мы расходимся до следующего раза – разрешил я милостиво.
– Хорошо, столько я найду – облегченно вздохнул Ибрагим, достал из кармана портмоне и отсчитал мне десять сотенных купюр, испуганно поглядывая на меня. Там у него в портмоне еще раза в три больше денег осталось.
– Ты мне отдаешь эти деньги в качестве компенсации ущерба, нанесенного при нападении на меня, так? – спросил я.
– Да, так, совершенно верно – сказал он, передавая мне деньги.
– Ну я тогда облечу тебе жизнь. Генка сам по себе нашел этот самородок и сам будет с тобой договариваться. Я к этому не причастен – сказал я, открывая дверь машины.
– То есть тебе не надо отдавать двенадцать тысяч? – переспросил Ибрагим изумленно.
– Нет, тебе не за что их отдавать мне. Но мои правила ты теперь знаешь. Где тебя найти, если понадобишься? – спросил я.
– В кафе «Дорожном» я постоянно обитаю – сказал Ибрагим. – Давай договоримся насчет месторождения!
– Нет, я сам там буду мыть золото, лицензию получу. Но я могу тебе помочь оценить твое месторождение – это будет тебе стоить четверть добытого золота – предложил я.
– Ну посмотрим… А ты что – золото можешь видеть под землей? – спросил он.
– Да, поэтому и предлагаю свои услуги. А куда потом ты будешь девать золото, меня не касается – это пусть КГБ об этом заботится – усмехнулся я.
– Ой, да мы с тобой тогда такой бизнес замутим! – воскликнул Ибрагим обрадованно.
– Ну пока Ибрагим. Как соберешься – письмо мне бросишь в почтовый ящик с предложением оценить россыпь. И свой адрес оставишь для ответа – я попрощался и ушел домой. Знал же, что скоро КГБ возьмет Ибрагима за шкирку – заберет у него и Генкин самородок, и деньги, поэтому я их-то и не собирался брать – просто припугнул ингуша, чтобы отстал от меня. Ну а компенсация за нападение с ножами на меня – имею право взять, все вполне законно. Никаких претензий ко мне милиция предъявить за это не может. Ну это я так думал.
Дома
Дома я попил чай, наконец-то добрался до коммуникатора, начал возиться с ним. Снимаю видео и транслирую на стенку – красота! Максимум метра полтора экран может быть – в большем размера яркость резко падает и аккумулятор быстро разряжается. Но все равно здорово! Только вот никому не продемонстрируешь, к сожалению. Начал тестировать коммуникатор на предмет обнаружения металла – просветил кухонный стол, сделал фото вилок и ложек в ящике стола – вид снизу и сбоку.
Пришла мама с работы.
– Костя, у мне был разговор с начальником Сусуман-золота, Прокофьевым Семеном Аркадьевичем. Его очень заинтересовала твоя способность видеть золото в земле, правда не верит еще в это – завтра ты это докажешь им. Он готов принять тебя на работу консультантом, чтобы ты помогал приискам разрабатывать россыпи – сообщила мать.
– Ма, нафиг мне это надо? За копейки им миллионы экономить? Лучше старателям помочь, они могут долю от добычи отстегнуть! – возразил я.
– Ну не забывай, что решение о выдаче лицензии принимает он. А там, по твоим словам, лежит двести пятьдесят тысяч рублей – усмехнулась мама.
– Шантажисты! – возмутился я.
– Ну а что ты хотел? Бесплатно такое богатое месторождение получить? – улыбнулась мама. – Если бы ты этого не мог – сомневаюсь, чтобы лицензию нам выдали. Там своих людей у них хватает.
– Как это? – удивился уже я. – Это же нечестно!
– Ну что поделаешь, в жизни не все идеально – грустно улыбнулась мама.
– Я тут с ингушом Ибрагимом встретился, хотели, чтобы я показал место, где самородок Генка нашел. Кинулись драться на меня, но я быстро приемчиками его бойцов утихомирил и предложил ему услугу по оценке россыпи за четверть золотодобычи. Ему это понравилось, и он мне выдал тысячу рублей в качестве компенсации за нападение своих бойцов – выдал я адаптированную версию для матери. – Нам-то все равно, куда он или старатели золото будут девать, пусть об этом у КГБ голова болит.
– А не опасно с ними связываться? – насторожилась мама.
– Опасно, но я буду контролировать ситуацию. Оценивать месторождение и россыпи буду без их участия – ответил я. – На этом наши совместные дела закончатся.
– Тогда может и отдать нам эту россыпь другим старателям за четверть добычи? – спросила мама.
– Посмотрим, как дело пойдет. Сейчас Ибрагима КГБ сцапает – заберет у него самородок Генкин, и наверно его посадят. Но у них там мафия, другие от него придут люди за этим же. Да и старателям надо сообщить, что поможем более оптимально построить золотодобычу. Ты же можешь добыть списки старателей и их участки? Я бы их оценил заочно, а потом предложил им изменить район добычи, если есть богаче жила.
– Если Ибрагим глава этой шайки, то он сам золото не берет, для этого он может даже бичей нанять. Ну или своего кого-то в жертву принесет. Но самородок уже не найдут, тут к гадалке ходить не надо. Так что придет он к тебе, насчет этого даже не сомневайся – вздохнула мама. – Но может тебя обмануть, не заплатить. Ты-то ему покажешь карту, а платить он тебе не будет.
– Ну так я только по одному месторождению ему буду отдавать. Как рассчитается – тогда следующее. Или полностью сразу пусть оплачивает – предложил я.
– Ну посмотрим, месторождений у нас очень много, может сразу брать фиксированную сумму? – предложила мама.
– Ну давай по тысяче рублей за консультацию брать – предложил я.
– Это не реально – вздохнула мама. – Нашей организации придется бесплатно отдать в обмен на лицензию. Не думаю, что тебе стоит оформляться на постоянную работу к нам, зачем тебе брать на себя какие-то обязательства? А следующим летом ты уедешь на полгода в отпуск, зимой отказывайся работать, скажешь, что не можешь зимой оценивать месторождения.
– Хорошо, буду работать медленно, месяц буду оценивать одно месторождение – согласился я.
– Ну посмотрим, как дела пойдут – ответила мама. – Давай поужинаем. Я кисель брусничный сварила – пей его, он полезный.
– Хорошо Ма – согласился я. А у самого сразу мысль возникла, как маме наниты закачать – кисель самое то для этого.
– Дик, как сделать, чтобы порция нанитов у меня оказалась? – спросил я у искина.
– Сейчас сходи в туалет, освободи мочевой пузырь. И через полчаса там будет двойная порция нанитов – как раз на один стакан киселя в двести граммов – ответил Дик.
– Иду – сказал я и выполнил все, как он сказал. Через полчаса у меня в рюмке плескалась серебристая жидкость двадцать граммов. Я вылил ее в бокал, из которого мама пила кисель, налил туда киселя, потом себе в чашку и пошел в зал, где мама что-то шила.
– Ма, я кисель тебе принес – сказал я и поставил бокал на стол. Сам стал демонстративно прихлебывать кисель, хотя я его не очень люблю.
– Молодец, пей сынок! – улыбнулась мама и отпила половину из своего бокала. Я тоже выпил половину и смотрел на нее с ожиданием. Она, подавая пример, выпила кисель до конца, и я допил свою порцию, забрал у нее бокал и унес на кухню. Есть! Через две недели у нее должна развернуться нейросеть. Я также, как у себя, задал ей усиление мышц и костей, но это будет долго развиваться, месяц до полной силы и прочности. Через две недели, когда развернется нейросеть, споим ей еще нанитов, чтобы ускорить процесс.
На следующий день я вместе с мамой пошел в управление – у нас была намечена поездка на место, где я нашел самородок. Нам предстояло ехать на вездеходе ЗиС-157, с будкой вместо кузова, которая кунгом называется. Я сел в кузов, мама с Манишевым в кабину. Полтора часа до свертка на Аян-Юрях, затем еще два часа до моста, а от моста та еще скачка была по бездорожью – девять километров мы преодолевали почти три часа! Итого мы провели почти семь часов в дороге, вышли из машины, начали разминаться, кто как может. Природа там красивая – сопки, поросшие стлаником и лиственницами, залысины покрытые ковром брусники. Толстый слой хвои под лиственницами, который расцвечивают белым цветом пятна мха-ягеля, коричневые шляпки грибов маслят, вездесущих мухоморов.
– Костя, я тут грибы пособираю, что время терять! – сказала мама и пошла к сопке. Я присоединился к ней, делать пока нечего – рабочие сразу стали натягивать палатки, разжигать костер, в кунге затопили железную печку – сразу с ночевкой ехали.
Мы бродили по лесу, собирали маслята, молча размышляли каждый над своими проблемами. Я обошел вокруг своего шалаша, оставшегося с моей неудачной ночевки, вышел к реке, посмотрел на пещеру – ее не было видно, была видна была только каменная осыпь, такая же, как и вся структура этого скалистого склона сопки. Маскировка работала на все сто процентов. После этого я вернулся в лесок и продолжил собирать грибы.
Через час лагерь был разбит, мы с мамой набили молодыми маслятами ее хозяйственную сумку, Манишев пригласил нас заняться золотом.
Глава 6
Демонстрация способностей
Мы с мамой и Манишевым пошли на место добычи золота. Я показал протоку – в ней до сих пор торчала тычка, установленная Генкой.
– Вот там Генка свой самородок нашел – сказал я. – А я свой чуть дальше, метрах в пятнадцати от него – показал я место. Манишев отметил на карте указанные места.
– Костя, покажи, где ты видишь границы этой россыпи – попросил он.
Я прилежно показал границы россыпи, на которой расположены самородки. Россыпь с золотым песком имела почти такую же границу, но расширяясь уходила под островок.
Манишев обозначил колышками указанные границы, наметил места пробивки шести шурфов. Поскольку я указал глубину залегания самородков до метра, то и шурфы решили бить полтора метра в глубину, этого будет достаточно для выдачи лицензии на промывку золота – сказал Манишев. А месторождение золотого песка залегало на глубине от двух до трех метров.
– Костя, а ты не можешь мне показать, ну на примере нахождения хоть какого-то самородка тут, на островке?Должны же они быть тут? – спросил Манишев с хитрецой.
– Давайте попробую – согласился я и начал ходить по островку, размахивая руками в перчатках – было прохладно, и тонкие перчатки были как раз по сезону. Ну а под перчатками у меня были спрятаны коммуникаторы. Хотя мы приготовили для показухи целый куст на глубине метра, но его я хотел обнаружить поторговавшись, чтобы его на мой счет записали, там было золота килограммов пять. Ну а пока мы с Диком искали мелкие самородки, они тут действительно были и не мало. Походив с полчаса, я локализовал нахождение под слоем песка трех достаточно крупных самородков – граммов по десять-двадцать.
– Дайте лопату – попросил я.
– Нет уж, ты говори, где копать, а рабочие будут копать – усмехнулся Манишев.
– Вот тут лежит самородок на глубине полметра, вес примерно десять граммов – показал я и воткнул палочку в песок.
– Так, Коля, снимай песок по слоям, чтобы края четкие оставались, как в шурфе – приказал Манишев и Коля стал аккуратно копать ямку. Попадалось много гальки, Манишев скептически смотрел на меня. Обнаружить тут самородок такого маленького размера было очень трудно. Но я увидел, что самородок уже лежит в куче песка, сверху – выкинуло его с очередной лопатой.
– Стойте – он уже наверху кучки – сказал я и начал палочкой разгребать песок. Изображение самородка у меня было перед глазами, и я быстро расчистил вокруг него песок и гальку. – Вот он, смотрите!
– Ну да, точно! – протянул удивленный Коля. И Манишев приник к куче, достал пинцетом самородок – он был плоский, как монетка.
– Ну что – грунт был основной? – спросил Манишев у Коли.
– Да, вы же сами видели – ответил Коля.
– Убедил – коротко резюмировал Манишев. – Давай следующих показывай – сказал он, убирая самородок в бумажный пакетик.
Также извлекли два других самородка, довольный Манишев рассовал их по пакетам.
– Пойдемте обедать – пригласил нас Илья, бригадир рабочих. Мы прошли к кунгу и рассевшись у стола начали есть гречневую кашу с тушенкой. Потом попили чаю и вновь вернулись на островок. Рабочие начали бить шурфы – заложили сразу четыре на четверых рабочих.
– Нет, чтобы сразу ты нашел килограммов на пять золота – подначивал меня Манишев.
– Вот получим лицензию, тогда и будем золото искать – просто ответил я. – Зачем мне на ваш карман работать?
Манишев засмеялся. – Ну ты тот еще жук! Ничего даром делать не хочешь! Ну давай, что сейчас сам добудешь – то твое будет, сдашь как свой металл – предложил он.
Я посмотрел на маму – она кивнула головой.
– Заметано! По рукам? – я протянул ему руку.
– Заметано! – засмеялся Манишев, пожимая мне руку.
Я взял лопату, воткнул ее в песок и начал бродить по островку, приближаясь кругами к своей бочаге на самом краю островка. Потом остановился, замер в медитации, снова походил кругами и наконец воткнул колышек.
– Тут на глубине метра около пяти килограммов золота – мелкие самородки и песок, между каменными плитами породы – сообщил я.
– Ну вот сам и добывай свой урожай – усмехнулся Манишев, явно не веря мне.
Я взял лопату и начал копать яму, по сути, шурф, метр на метр размером. Работал я быстро – суперсила в моих мышцах помогала мне работать без усталости и через час я освободил верх плиты. Затем я стал аккуратно снимать слои песка вокруг нее, пока не дошел до следующей плиты породы – золото было между ними. Еще полчаса работы и плиты были освобождены от песка, я поднапрягся и вытащил обе плиты на поверхность из ямы. Затем вставил лопату между плитами и разъединил их. Открывшаяся картина заставила всех ахнуть – чистое золото, самородки с золотым песком лежали на плите как в кармане.
– Ну добытчик, собирай урожай! – мама подала мне специальный мешок для перевозки золота, который она взяла в своей конторе.
Я стал собирать золотой песок отмытой в речке лопатой и пересыпать его в мешок. Затем мне принесли из машины маленькую лопатку и жесткую кисть для этого, и я стал ими собирать золотой песок в мешок. Вокруг камня были расстелены еще несколько мешков для хранения золота, чтобы ни одна крупинка не улетела в песок. Когда весь золотой песок был собран, мешок завязал и опечатал Манишев.
– Ну поздравляю! Тут точно килограммов пять будет! Теперь я не сомневаюсь в твоих способностях видеть золото – сказал удивленный главный геолог.
Тем временем рабочие закончили копать шурфы и приступили к промывке добытого грунта. Через час эта работа была закончена, рабочие сдали добытое золото Манишеву. Тот его взвешивал на весах, заносил данные в блокнот, золото упаковывал в отдельные пакеты.
После этого пошли ужинать – рабочий день был окончен. Добытое золото Манишев поместил в сейф в кунге, опечатал его своей печатью. Все правила тут строго соблюдаются, однако!
На следующий день была уже рутина – еще четыре шурфа, промывка и сборы домой. Вечером были дома, устали, после ужина улеглись спать.
Утром мама ушла на работу, я продолжил возиться с коммуникатором, изучая его возможности с помощью Дика.
Через пару дней надо было идти в школу, я с радостью ждал этого события – в наш класс собрали остатки из двух других классов – очень много восьмиклассников выбрало учебу в училищах. Многие мальчишки поступили в мореходные училища – бредили морской романтикой и не только – моряки торгового флота ходили за границу и хорошо зарабатывали.
Я начал раздумывать над своими действиями – чего я хочу добиться в жизни. Ну насчет заработка денег я, кажется, нашел свою золотую жилу. Кстати, надо проверить почтовый ящик, а то вдруг Ибрагим проснулся.
Так и есть – конверт без подписи, написано только Константину Корбину. Открываю, читаю.
'Костя, здравствуй.
Это Ибрагим тебе пишет.
Хотим с тобой посоветоваться насчет россыпи на прииске Мальдяк, которую нам предлагают взять для разработки золота'. Ну и дальше он описал россыпь. Лучше бы карту приложил – подумал я. Оделся и отправился по указанному адресу – ага, в кафе «Дорожное», там он сидит.
– Здравствуй Ибрагим! – поздоровался я, он сидел за столиком у окна.
– Здравствуй дорогой! – встал он, приветствуя меня. – Поможешь?
– Помогу, карта россыпи нужна. В следующий раз карту присылай – вам же ее выдают – попросил я.
– Хорошо, но вот копию снять у нас проблема в Сусумане – сквасил он свое лицо.
– Захочешь – найдешь, где копию сделать. Хоть фотографию карты присылай, я на ней тебе буду отметки ставить. Понятно? Сейчас просто покажи, посмотрю, где это находится – попросил я.
Ибрагим открыл папку с бумагами, лежащую на столе, и показал карту – я скопировал ее в своей памяти, а также таблицы с содержанием драгметалла по зонам россыпи.
– Мы тебя туда отвезем и обратно привезем дорогой! – лил елей Ибрагим.
– Сам доберусь, не маленький – отказался я. – Пришлешь карту, начну работать. Тариф мы согласовали – четверть добычи.
– Постой, за что четверть добычи? Если бы ты мне дал месторождение с лицензией – я бы понял твой тариф. А так нет смысла нам связываться. Консультация – ты просто даешь свою оценку этого месторождения. А я исходя из этого либо беру этот участок, либо отказываюсь. Давай сойдемся на ста рублях – хорошие деньги!
– Я тебя понял, но меньше чем за тысячу рублей я не буду давать консультации. Если месторождение того не стоит, тогда ты и спрашивать меня не будешь, так ведь? – спросил я Ибрагима.
– Ну да, ты прав. Если жалко тысячу потратить, то там делать нечего – хохотнул Ибрагим. – Заметано! Ты даешь свою оценку, я тебе за это плачу тысячу рублей.
– Ну по рукам – я подал свою руку, Ибрагим ее пожал. – Жду от тебя карту.
Через час раздался звонок в дверь, я открыл ее. Там стоял молодой ингуш и протягивал мне конверт. Я забрал его и закрыл дверь. Расположившись за столом, разложил карту участка, Дик привязался к общей карте и дал задание дронам провести разведку участка и его окрестностей – мало ли там что можно еще обнаружить. Мне было очень интересно сделать эту работу, а еще и обнаружить более богатую россыпь и продать ее Ибрагиму.
В обед пришла мама, я ей рассказал про Ибрагима.
– А почему ты не захотел ехать с ним? – спросила она.
– Опасаюсь. Да и не хочу зависеть от него – сам смотаюсь завтра с утра – сказал я.
– Молодец, зависеть от кого-то постороннего не стоит, особенно от ингушей – похвалила она меня. – Костя, то золото, что мы вчера привезли, приняли, вот выдали пять тысяч рублей – она достала пачки денег из сумки.
– Положила бы на книжку – удивился я.
– Нет, ты сам положи на свою книжку – это твой заработок, а я же замужем, мне делить его с мужем надо – смущенно улыбнулась она.
– Хорошо, после обеда схожу и положу. Мне справку какую-то дали? – спросил я.
