444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Валентина Элиме » Невеста Севера (СИ) » Текст книги (страница 5)
Невеста Севера (СИ)
  • Текст добавлен: 19 ноября 2026, 18:30

Текст книги "Невеста Севера (СИ)"


Автор книги: Валентина Элиме



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10. Слово конунга

Глава 10. Слово конунга

* Фрейя *

– Тогда я хочу сделать свой последний выбор, – довольно улыбнулась я, глядя на бывшую невесту. – Ингвара! – уверенно и громко произнесла после. – Она войдет в мой хирд.

Вся долина, где собрались мужи и жены Туманного фьорда, словно вымерла. Варвары шумно выдохнули и затаили дыхание, замерев там, где стояли. Такого они не слышали никогда.

Я стояла напротив мужа и перевела свой взгляд с Ингвары на Хальдора. Ничего не сказала, лишь без страха посмотрела ему в глаза. А пусть знает! Нечего было унижать меня перед своей бывшей невестой и своим народом. Если не поставить ее на место сейчас, то и потом она мне жизни не даст. Любая другая на месте Ингвары давно бы покинула Туманный фьорд и вернулась к отцу, едва я ступила на земли викингов. Чего она ожидала? Что сумеет сместить меня не только с места кюны, но и займет постель моего мужа?

Хальдор молчал. Вокруг нас начали перешептываться. Тишина разрушилась и разлетелась на осколки. Кто-то был за меня, кто-то недоволен моим выбором. Ингвара же…

– Фрейя, – выдохнул мое имя Хальдор. – Я правильно тебя услышал?

– Я не отказываюсь от своих слов, конунг, – чтобы слышали все, произнесла я. – Последним воином моего хирда на сегодняшний день станет Ингвара. И никто больше, – продолжая смотреть в глаза мужу, стояла я на своем.

Врага нужно держать близко. Да и клятва на крови не даст ей навредить мне. Это главное. Ярл Торвальд этого не допустит. Он будет за ней следит в оба глаза. Кто знает, что Ингвара начнет вытворять уже завтра, чтобы отомстить мне? Хотя я ей ничего не делала. Это конунг отказался от нее и выбрал Фрейю и золото.

– Хальдор! – Ингвара подскочила к конунгу. – Ты же не дашь своего согласия на это безумие!

Бывшая невеста конунга была вся белая. Голос ее дрожал, как и руки. Теперь от нее ничего не осталось от той девушки, которая нагло говорила со мной, уверенная не только в своей победе, но и в преимуществе.

– Конунг! – Ингвара вцепилась в край мехового плаща варвара. Если бы не железная застежка на груди с мордой волка, она бы упала на землю. Голос бывшей невесты сорвался на визг. – Я – твоя невеста!

– Бывшая, – спокойно проговорила я, перебив ее. – Не забывайся, Ингвара!

– Ты обязан меня защитить. Ты дал слово моему отцу! – Ингвара сползла на колени. – Хальдор! Только не в хирд!

Конунг стоял как каменный идол. Он крепко сжимал челюсть, стиснув зубы. Он смотрел на меня, но я не могла угадать его чувств. В его взгляде была такая смесь ярости и в то же время бессилия, что будь другая ситуация, может быть, я и уступила. Но не сейчас и не по отношению к Ингваре.

Бывшая невеста продолжала верещать и умолять конунга не идти на поводу чужачки. Я начинала уставать от визгов Ингвары. Разве воин может показывать свой страх и слабость, пусть она и женщина?

– Встань! – приказала я девушке, но меня не услышали. – Встань, Ингвара! Не позорь себя!

Девушка поднялась, но встала рядом с конунгом, все еще продолжая жалобно скулить.

– Скажи свое слово, Хальдор! – голос ее уже охрип, но она все не могла угомониться. – Я не хочу в хирд к кюне! Я должна была стать твоей женой!

– Но не стала! – перебила я ее яростно. – И уже не станешь!

По толпе прошел ропот. Все больше шепотков я слышала, что воины не одобряют поведение Ингвары. Она вела себя недостойно.

– Мой конунг, – более мягко обратилась я к мужу. – Ты перед своим народом во всеуслышание заявил, что слово кюны, мое слово отныне – закон на землях Туманного фьорда. Или ты заберешь свои слова обратно?

Хальдор все еще молчал, сверля меня тяжелым взглядом. Между нами шел молчаливый бой, но я не собиралась сдаваться.

– Она назвала тебя, Ингвара, – произнес он чуть погодя. – Ты пойдешь в хирд кюны и будешь служить ей верой и правдой. Это мое последнее слово.

Конунг произнес свои слова и, развернувшись, пошел прочь. Ингвара было дернулась за ней, но я остановила девушку.

– Торвальд! – крикнула я своему хёвдингу, следя за Ингварой. – Позови вёльву. Пусть все воины моего хирда принесут клятву прямо сейчас. До пира.

Я бы не хотела быть отравленной во время пиршества или заколотой ночью в постели мужа, когда буду ждать его. Ингвара пойдет на многое, лишь бы освободиться от своей участи. От яда в питье Торвальд не сможет защитить меня, как и любой другой воин.

– Остальные могут идти, – проговорила я, обведя толпу глазами. – Готовьте столы! Конунг женился. У Туманного фьорда появилась хозяйка. Так уважьте свою кюню и встретьте ее достойно!

Многие действительно ушли. Остались воины моего хирда и несколько любопытных. Уверена, они потом донесут во всех красках моему мужу. Да и пусть. Но я не собиралась бежать за конунгом. Мне было важнее обезопасить себя, прежде чем садиться за стол и пить за здоровье Хальдора и процветание Туманного фьорда.

Ингвара всхлипнула и шмыгнула носом, вытерев лицо рукавом. Затем развернулась в мою сторону. Ее глаза полыхали ненавистью. Дай ей волю, она бы накинулась на меня прямо сейчас. И движения ее рук это подтверждали.

– Не советую делать этого, – произнесла я, пытаясь образумить девушку, руки которой легли на секиру.

Но уже в следующую секунду я смогла убедиться в слаженной работе своего хирда, как и в том, что сделала правильный выбор. Они тут же образовали вокруг меня плотное кольцо.

Я удивилась, но улыбнулась довольно. Значит, я не ошиблась в своем выборе. Ингвара выглядела растерянной. Не ожидала, что мой хирд начнет исполнять свои обязанности до принесения клятв? Неужели она готова была пойти на преступный шаг, но лишь бы не стать воином моего хирда? Или это из-за чувств к конунгу?

Подумать об этом я не успела. Явился Торвальд, ведя за собой вёльву. Хельгу я была рада видеть. То ли хёвдинг успел объяснить ей в чем дело, то ли женщина знала обо всем сама, но провидица начала свое дело сразу, как только подошла к нам. Она поманила нас за собой, к огню. Достала мешочек и высыпала на землю кости.

– Хочу связать свой хирд клятвой на крови, нерушимой, – произнесла я, встав рядом с вёльвой. – Такой, что не даст поднять руку на меня, не даст предать или убить. Чтобы зло не могло достичь меня.

Хельга не ответила. Ее лицо дрогнуло улыбкой, словно она одобряла мои действия. Затем она принялась кидать в огонь кости, траву, при этом что-то напевая. Слов из ее уст я не понимала, но терпеливо ждала вместе с другими. Потом она взяла топор, который был у каждого викинга за поясом, и протянула мне. Я узнала то оружие, что преподнес мне Торвальд. Пригодился.

– Кровь не смыть дождем. Слово не съесть червям, – выдала она, глядя на меня одобрительно. Значит, я поступала верно. – Кто клянется?

Первым к вёльве шагнул Ульв. Он действительно был огромен. Мне приходилось задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Режь ладонь и сожми его над огнем, – Хельга протянула викингу кинжал. – Смотри в глаза своей кюне, не отводи глаза, и произнеси клятву.

Ульв без тени сомнения провел кинжалом по ладони, сжал ладонь в кулак и протянул ее к огню, уверенно глядя в глаза мне.

– Я – Ульв, сын Эгиля, прозванный Медведем, клянусь тебе, кюна, своим мечом и своим топором, что отныне моя сила – твоя сила, твоя смерть – моя смерть, – произнес он без запинки.

Ульв замолк, затем шагнул ко мне и провел ладонью по металлу секиры, оставляя на нем след. После он встал за мной. Один за другим и остальные воины подходили к огню, проводили по ладони и произносили клятву. Пламя шипело, вёльва все это время, пока мой хирд вставал за моей спиной, пела свои песни. Последним из викингов напротив меня встал Торвальд.

– Отныне твой враг – мой враг, твой дом – мой дом. Я и мои воины клянемся не отступать ни перед чем, защищать тебя ценой собственной жизни, верить каждому твоему слову, не оставлять тебя, кюна Фрейя. Твоя честь – наша честь.Теперь у нас одна дорога, лаэлли, – слова Торвальда отличались от остальных, но значения это не меняло.

И вот осталась только Ингвара. Бывшая невеста конунга не торопилась давать нерушимые слова. Она стояла в сторонке и все также смотрела на меня с ненавистью.

– Ингвара, осталась только ты, – позвала ее вёльва.

Девушка делала вид, что не слышит слов Хельги. Но против шаманки у нее не было ни шанса. Женщина приблизилась к Ингваре и протянула той кинжал.

– Не клятва, так смерть, – проговорила она, указывая на меня.

Я напряглась. Вперед шагнул Торвальд, показывая всем, что он не допустит нападения на меня.

– Не получается, когда глаза в глаза? – ухмыльнулась вёльва, забирая кинжал из рук. – Под покровом ночи всегда легче.

Хельга подвела Ингвару к огню, сама провела кинжалом по ее ладони. Правда девушка не торопилась сжимать ладонь и держать ее над огнем. Время шло. Наши переглядывания затягивались.

– Я – Ингвара, дочь ярла Западного фьорда, клянусь своим мечом и своим топором, что отныне моя сила – твоя сила, твоя смерть – моя смерть, – проговорила бывшая невеста конунга с дрожащим голосом, став воином моего хирда.

Чтобы она оставила свой след на моей секире, Торвальд сам шагнул к ней с моей секирой.

– Я принимаю ваши клятвы, – обряд завершала я, проделывая то же самое, но ладонь пришлось резать не кинжалом, а своим топором. – Отныне мой дом – ваш дом. За моим столом всегда найдется стул для вас, – провела я по холодному металлу.

Затрубил рог, едва я договорила.

– Теперь вы связаны одной нитью, одной кровью, одной судьбой, – провозгласила вёльва. – Горе тому, кто встанет на вашем пути.

Я выдохнула. Теперь многое позади.

– Благодарю, Хельга, – повернулась я к вёльве, которая собирала свои кости.

Провидица ничего не ответила, лишь слегка повела головой, затем ушла.

Я обвела глазами свой хирд. Они смотрели на меня в ожидании.

– Чего стоим? – улыбнулась я. – Клятвы произнесены и приняты. А значит нам есть что праздновать. Эй, наливайте меда! – крикнула я любопытным, что стояли поблизости. – Где мой рог? Где скальд? Сегодня мы будем пировать до утра. Ешьте, пейте в свое удовольствие, мои воины. За конунга! За меня. Торвальд, проводите меня к мужу, – попросила я в конце.

Все же сегодня у нас была свадьба, значит надобно выпить за наш союз.

– Рог я приму только с твоих рук, Торвальд, или с рук своего хирда, но только не их рук Ингвары. Проследи за ней, – попросила я своего хёвдинга, прежде чем войти в дом, где меня ожидал конунг.

Глава 11. «Огненный» путь кюны

Глава 11. «Огненный» путь кюны

* Фрейя *

Свадебный пир в честь конунга и мою гремел только так. Столы ломились от яств, терпкий мед лился рекой. Многие викинги уже захмелели. На весь дом стоял гул мужских голосов. Но, тем не менее, мой приход конунг заметил. Хальдор тут же поднялся на ноги, ожидая, когда я подойду к нему. В его взгляде не было ни холода или неприязни. Казалось, мужчина был в предвкушении.

Сделала глубокий вдох, расправила плечи и шагнула вперед. Теперь я уже не чужачка. Теперь я – жена конунга, хозяйка этого сурового края. Едва я встала по правую руку от конунга, Хальдор поднял руку. Ему тут же поднесли рог, окованный серебром. Ритон до краев был наполнен медовым напитком.

– За здоровье новой хозяйки! – произнес конунг. – За ее находчивость! За ее силу! За ее ум!

Все гости за столом поддержали своего конунга. Хальдор отпил из рога и протянул его мне.

– В этот день муж и жена пьют из одного рога, – сообщил он, ожидая, пока я возьму в руки ритон. – Отныне мы с тобой становимся единым целым. Ты – моя поддержка, я – твоя опора.

Приняла и сделала пару глотков. После улицы хотелось согреться. Да и вряд ли кто стал бы травить своего конунга. Потому я была спокойна.

Все ели и пили. Хальдор по-своему ухаживал за мной, подкладывая мне на тарелку лучшие куски мяса. Также он все время просил наполнять наш рог. Сам он только пригублял, редко делая несколько глотков. Я делала то же самое. Я не была в курсе того, сколько должен был продлиться пир в честь нашей свадьбы. Мне еще нужно было пережить первую брачную ночь, а не лежать в беспамятстве от терпкого меда.

– Всем ли ты довольная, жена моя? – обдав меня горячим дыханием, поинтересовался Хальдор. Его лицо было слишком близко от моего.

Я повернула голову и встретила его взгляд. Если бы я подалась вперед, то наши губы соприкоснулись бы. Так и хотелось сделать это и проверить реакцию мужа. Несмотря на его неоднозначное поведение, Хальдор волновал меня. Не зная традиций викингов, не стала рисковать. Вдруг меня снова на поединок вызовут. Я устала и мне хотелось банального отдыха. От шума пирующих у меня разболелась голова.

– Стол твой ломится от еды, мед твой крепок, – облизнула я губы и сглотнула, все еще продолжая смотреть в глаза мужу. – Народ твой принял меня, пусть и не все, у меня свой хирд. Чего еще можно желать? – немного уклончиво ответила я.

Недовольна была я многим, но не озвучивать же свои претензии вслух, еще и перед всеми гостями. Да и у каждого народа имелись свои традиции, которые чтили из года в год. Против них я никак не могла пойти. Теперь я – дочь Севера, и должна буду уважать их обычаи.

– И то верно, – ответил Хальдор и отвернулся, но прежде будто невзначай коснулся моих губ своими.

Мимолетное касание вызвало во мне бурю эмоций. По всему моему телу прошла дрожь. Разве такое бывает? Хотя мама всегда мне говорила, что если я встречу своего человека, то узнаю об этом сразу. Такое нельзя пропустить. Неужели это случилось?

Пока я приходила в себя, в нашу сторону один за другим начали подтягиваться воины. Торвальд тоже стоял среди них.

– Это мои ярлы, – объяснил мне Харольд. – Твой хёвдинг еще не передал свои обязанности ярла. Найдет место себя достойного преемника и после он весь твой.

Я хмыкнула от того, как двусмысленно прозвучали последние слова конунга. Харольд одарил меня строгим взглядом, чем еще больше рассмешил меня. Ревнует?

– Да будут боги благосклонны к вашему союзу! – прогремели слова рыжебородого ярла Янсона, когда он преподносил нам дары.

– Пусть они пошлют вам столько сыновей, сколько звезд на небе! – продолжил ярл Йокит.

– И дочерей, столь же прекрасных, как наша кюна! – слащавая улыбка ярла Астора мне не понравилась. Не любила я подхалимов.

Остальные варвары тоже были кратки в своих словах. Все ярлы преподнесли подарки и дары. Кто украшения, кто меха, кто заморские ткани, кто оружие. Подношения множились, заполняя скамью позади нас. Торвальд подарил всего лишь мешочек. Что внутри? Никто не знал.

– Не обессудь, конунг, но мой дар только для кюны. Все у тебя есть, чего пожелаешь. Уверен, в моих дарах ты не нуждаешься. Пусть у твоей жены будет что-то свое.

Я взглянула на мужа. Могла ли я принять такое подношение от чужого мужчины, пусть и ярла конунга, пусть и своего хёвдинга? Конунг, на удивление, дал добро. Даже казалось, что он остался доволен. Мешочек оказался увесистым, но внутрь заглянуть я не решилась. И привязала я его к своему поясу, не решившись положить ко всем остальным дарам.

Подарки были вручены и пир продолжился дальше. Чем больше пенились ритоны с медом, тем громче и вольнее становились разговоры и шутки. Брачная ночь тоже приближалась, заставляя меня волноваться.

– Еще недолго, лаэлли, – шепнул мне Торвальд в какой-то момент, когда я уже начала клевать носом. – Осталось только исполнить традиционный танец, и вас проводят в опочивальню.

И тут музыка сменилась. Хальдор поднялся на ноги и протянул мне руку.

– Потанцуй со мной, жена моя. Пусть народ мой увидит, как легка их кюна, и какая у нее стать! Всем на зависть!

Я уверенно вложила руку в ладонь мужа. Он тут же притянул меня к себе.

– Скоро мы останемся наедине, жена моя. Жду не дождусь этого момента, – прошептал он с жаром, рождая бабочки в животе, и закружил в танце.

Ни насладиться танцем, ни запомнить движения я не успела.

– Пора! – крикнул только из гостей.

И в лонгхаусе стало тихо.

Гул пиршества затих так же неожиданно, как конунг внезапно завершил наш танец, отчего меня повело в сторону. Хальдор удержал меня и прижал к себе.

– Не бойся, не обижу, – прошептал мой муж.

Гости за столом зашевелились. Первыми на ноги поднялись ярлы.

– Пора, – молвил Борги. – Обычай того велит.

– Пора! Пора! – радостно вторили за ним остальные. – Пора!

Мне показалось, что земля уходит из-под ног. Я понимала: когда-нибудь этот миг настанет. Сознавала, что придется лечь в постель с мужчиной, которого перед всеми назвала своим мужем. Но к такому скорому повороту событий я не была готова. Ведь по сути мы оставались друг другу чужими. Я знала конунга всего один день, ровно как и он меня. Но судя по загоревшимся глазам, Хальдора это нисколько не тревожило. В отличие от меня.

Я и не заметила, как вцепилась в рукава его рубашки.

– Выдохни, кюна. Силой брать не буду, – проговорил конунг, проводя второй рукой по моей спине. – Но обычаи соблюсти надобно. Не стоит гневить Одина.

Викинги уже все поднялись со своих мест. Ярлы окружили нас с Хальдором. Ко мне шагнула одна из пожилых женщин, имени которой я не знала, как и видела ее впервые.

– Огня тебе в новой жизни, дочка, – шепнула она, всучив мне в руку лучину. – Пусть твой дом всегда будет в тепле.

– Пусть первым будет сын, – шепнула вторая, укрывая меня платком. – Пусть богиня любви и красоты будет благосклонна к тебе, подарив наследника в первую же ночь, – в моих руках оказался ритуальный кинжал.

Женщины ушли. Ярлы образовали круг, больше никого не подпуская к нам.

– Факелы нам! – крикнул кто-то из них.

Им тотчас принесли горящие факелы. Я не понимала, зачем они нужны. Мы находились в доме Хальдора. Неужели первую брачную ночь мне предстояло провести где-то в другом месте?

– В опочивальню! – услышала я и вздрогнула.

Наша процессия двинулась. Впереди шел один из ярлов, второй, Торвальд, замыкал шествие, идя за нами. По бокам от нас шагали еще по двое ярлов, тоже с факелами. Хальдор крепко держал меня за руку, ведя за собой.

– Всех молодых провожают на брачное ложе с огнем, – заговорил он. – Это означает твой высокий статус. Ты – кюна. Иначе никак нельзя. Твой путь засвидетельствовали все. Твои сыновья будут моими наследниками. Они с гордостью станут носить мое имя. И никто не посмеет в них усомниться, что они принадлежать моему роду.

Я кивнула, принимая слова конунга. Придумали же такое! Для чего тогда подписывали официальные бумаги? Но спорить не стала. Ритуал так ритуал. Обычаев следовало придерживаться.

– Огонь еще означает, что наш союз принят моим народом и ничего тайного между нами нет, – продолжил конунг, заставив меня нервно усмехнуться. Главное, чтобы все остальное не потребовали показать публично. – Проводы на брачное ложе для моего народа не просто обязательный ритуал, но один из самых важных.

Шли мы недолго. Вскоре все остановились возле двери, искусно украшенной узорами. Такую ни с чем не спутаешь. Значит, за ней находилось главное брачное ложе, куда нас провожали всем честным народом.

– Пусть боги дадут вам крепких сыновей!

– Пусть ночь будет долгой и сладкой, как мед в этом роге! – нам сунули в руки ритон.

– Пусть достаток сопутствует вам! – нас обсыпали зерном.

– Да будут полны ваши закрома, как будет полно страсти ваше ложе этой ночью! – от этих пожеланий у меня вспыхнули уши.

– Слава конунгу! Слава его жене!

Первым в опочивальню шагнул Хальдор. Внутри горел огонь, а на полу были разложены шкуры. Меня подтолкнули следом за мужем. Стоило переступить порог, как за спиной заулюлюкали и застучали мечами о щиты. Гомон стих, но ярлы не ушли. Они один за другим вошли в опочивальню конунга.

«Не подсматривать же они собрались?» – ужаснулась я.

– Выпей, – Хальдор приподнял рог в моих руках, отвлекая меня от страшных мыслей.

Мои руки дрожали. Я все еще во все глаза смотрела на мужчин, заполнивших собой комнату.

– Пусть молот Тора освятит ваше ложе! – один из ярлов, кажется Йокит, чертил какие-то знаки над белой шкурой, что лежала на постели. И оставил молот под шкурой.

– Пусть завтра кюна проснется с гордо поднятой головой! – произнес Торвальд и положил на стол широкий пояс с ключами. – Утром пусть все увидят тебя в нем.

– Не посрами честь своего рода, Хальдор, сын Бьярна! – сказал Астор, поглядывая в мою сторону.

Я поморщилась. Это не укрылось от конунга. Хальдор притянул меня к себе и снова приподнял ритон, заставив отпить терпкого меда. Затем склонился и поцеловал. Я не дергалась, не зная, был ли это очередной ритуал или конунг проявил нетерпение. Но и расслабиться от поцелуя мужа не получалось. А целовался он умело! Однако я понимала, что в опочивальне находятся люди. Даже поцелуи мужа, от которых кружилась голова, не давали забыться. Когда Хальдор углубил поцелуй и принялся расстегивать мое платье, я вырвалась из его объятий

– Они… – мое дыхание сбилось. – Они что, не уйдут? – выдавила я из себя, стыдясь даже взглянуть в сторону ярлов, устроившихся на шкурах у стены.

Я думала, они проводят нас, пожелают всего, что можно и нельзя, и оставят нас с конунгом наедине. На этом и завершится ритуал, и закончатся обычаи.

Хальдор ответил не сразу. Прежде чем заговорить, он шумно выдохнул.

– Таков обычай, Фрейя, – произнес он. – Из-за отсутствия старейшин моего рода консумацию брака будут свидетельствовать ярлы. А после убедят остальных, что все свершилось по правилам и законам нашим, – ошарашил меня муж.

Говорил он спокойно. Словно сообщал о какой-то мелочи, а не о том, что эти люди во все глаза будут смотреть на нашу первую ночь. И на меня, обнаженную!

«Это же просто дико! Даже звери уединяются в такой миг», – слезы едва не катились из моих глаз.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю