Текст книги "Невеста Севера (СИ)"
Автор книги: Валентина Элиме
Жанры:
Альтернативная история
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)
Глава 26. Встреча
Глава 26. Встреча
* Фрейя *
– Я согласна, – выпалила я тут же, даже не раздумывая.
В пещере вёльвы наступила тишина.
– Не торопись, дочь Севера, – провидица повернулась ко мне, словно хотела отговорить от этого шага. – Если та самая нить, что связывает твою душу с телом, порвется, никто не сможет тебе помочь. Ни я, ни боги, ни души наших предков. Ты останешься там, в мире теней, навсегда. Готова ли ты рискнуть жизнью ради того, чтобы просто поговорить с мужем?
– Готова, – ответила я твердо. – Если это поможет мне спасти его.
– Глупая, – покачала головой вёльва, но в ее голосе не было ни осуждения, ни насмешки. – Отчаянная, как и подобает истинной дочери Севера.
– Кюна! – Ингвара схватила меня за руку. – Вы хоть понимаете, на что идете? Если душа не вернется в тело, то…
– Понимаю, – перебила я ее, не глядя в сторону бывшей невесты конунга. Мои глаза были прикованы к вёльве. – Но если Хальдор умрет, мне тоже не жить. Вы же сами все понимаете. Без него здесь я чужачка. Меня тут же выдадут замуж за другого викинга, если не продадут в рабство. И это из самых лучших вариантов. Про худшие я и думать не хочу. Только рядом с Хальдором я кюна. Да и не только поэтому, – добавила я тише. – Конунг нужен своему народу. Я не могу бросить его там, – признаться в том, что этот мужчина запал мне в душу, я так и не осмелилась.
Хельга смотрела на меня долгим непроницаемым взглядом. В ее глазах не было одобрения, но и отговаривать она не стала. Вёльва вздохнула и махнула рукой, указывая на ритуальный камень в центре пещеры.
– Ложись. Ингвара, поможешь мне.
Ингвара на мгновение замерла, словно не веря, что провидица позвала ее, но затем кивнула и подошла к полкам, принимая из рук Хельги пучки сухих трав, какие-то кости, мешочек с рунами. Я, как мне и велели, легла на камень. Холод пробрал до костей, но я не шелохнулась. Смотрела в потолок пещеры, где плясали тени от очага, и слушала, как вёльва тихо начала напевать на гортанном и уже знакомом мне языке.
Ингвара подожгла травы. Дым был густым, едким, щипал глаза и горло. Я закашлялась, но Хельга строго прикрикнула:
– Не двигайся, дочь Севера! Дыши глубже и думай о конунге.
Я послушалась, представляя ту самую ночь, когда была в объятиях Хальдора, и смотрела ему в глаза. Через какое-то время на меня словно навалилась усталость, голова закружилась и мир перед глазами поплыл. Казалось, стены пещеры начали расходиться в стороны, теряя свои очертания. Голоса вёльвы и Ингвары становились все тише, словно они говорили из глубокого колодца. А потом я перестала чувствовать свое тело.
Я увидела себя со стороны. Лежала на камне, бледная, с закрытыми глазами. Хельга водила надо мной дымящимся пучком трав, Ингвара замерла у изголовья, сжимая в руках какой-то амулет. Мое тело было неподвижно.
Долго любоваться с собой не получилось. Меня куда-то потянуло. Туда, где не было ни звуков, ни запахов. Только бесконечная пустота и серый, вязкий туман, который окутывал меня со всех сторон. И тени, которые кружили вокруг меня, но не приближались.
– Хальдор! – позвала я конунга, оглядываясь, но голоса своего не услышала.
Я плыла в этом тумане, казалось, вперед, не зная, куда двигаться. И вдруг почувствовала, что рядом со мной кто-то есть. Я шагнула вперед, и туман расступился. Я наконец увидела своего мужа. Он сидел на камне, опустив голову и обхватив ее руками. Такой же, каким я запомнила его в последнюю ночь: широкие плечи, темные волосы, только теперь они были спутаны и грязны, а вместо дорогой одежды на нем висело рваное тряпье. И нисколько его не портило.
– Хальдор! – на этот раз я прокричала его имя, и он меня услышал.
Конунг медленно поднял голову и посмотрел на меня. Его лицо было бледным, в синяках и кровоподтеках, под глазами залегли глубокие тени, губы потрескались. И взгляд совершенно пустой, потерянный. Такой, словно он уже попрощался с жизнью и не ждал ничего.
– Фрейя? – голос его был хриплым, едва слышным. – Уходи. Ты не должна была приходить сюда.
Я шагнула к нему, протягивая руку. Он отшатнулся.
– Не надо.
– Хальдор! – я замерла на месте, не ожидая такого отношения. – Что с тобой? Я пришла, чтобы сказать тебе, что мы знаем, где ты. Мы идем за тобой. Осталось потерпеть еще немного. Только держись!
Он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья, а только горечь.
– Зачем ты это делаешь, огненная женщина? Ты же вернулась к отцу. Зачем притворяешься и заставляешь гореть мое сердце в огне?
Я замерла, не веря своим ушам.
– Кто сказал тебе такую чушь? – возмутилась я, а затем вспомнила посланников отца. – Я не возвращалась в Миргард! Я все это время была в Туманном фьорде! Я искала тебя, собирала воинов, придумала, как пройти через Ледяные пустоши! Я…
– Не надо громких слов, Фрейя, – перебил он меня, и в его голосе прозвучала усталость. – Мне уже передали твое решение. Твой отец лично явился и сказал, что ты согласилась вернуться в отчий замок. Он с радостью сообщил мне о том, что ты с легкостью отказалась от меня, что наш брак более не существует.
– Это ложь! – закричала я, топнув ножкой и чувствуя, как гнев поднимается внутри меня, как и слезы обиды. – Посланники отца действительно приходили, но я прогнала их! Я сказала, что мой дом теперь рядом с тобой! Что я жена конунга и не покину Туманный фьорд. Ты мне не веришь?
Хальдор поднял на меня глаза, глядя с недоверием. Но постепенно его взгляд прояснился, словно до него начало доходить мои слова.
– Ты сейчас не в своем теле. Души не лгут.
– Тогда почему ты сомневаешься? – я шагнула к нему, заглядывая в лицо. – Почему ты перестал бороться? Почему сдался? Неужели из-за якобы моего возвращения в Мидгард?
Хальдор ответил не сразу. Он молчал долго. Так долго, что мне начало казаться, что я слышала биение своего сердца. Или его?
– Потому что только здесь понял, что без тебя мне незачем жить, – произнес он наконец, и от этих слов у меня перехватило дыхание. – Я думал, что ты меня предала, что я тебе больше не нужен. Что ты с самого начала хотела избавиться от меня, а теперь просто воспользовалась возможностью. Я до конца не хотел верить, ведь в ту ночь между нами, казалось, все было правдиво и по-настоящему. Но твой отец был очень убедителен.
– Глупец! – произнесла я. – Я рискнула своей жизнью, чтобы прийти к тебе сейчас. Я согласилась на ритуал, и ради чего, спрашивается? Чтобы ты сомневался во мне?
– Прости, – Хальдор поднялся на ноги и шагнул ко мне. Прижал к груди, где билось его сердце, но я ничего не почувствовала. – Прости меня, Фрейя. Я не знал, меня заставили поверить, убедили.
– Теперь знаешь, – я почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза, но их не было. Неужели можно влюбиться в человека на расстоянии, так и не успев узнать друг друга поближе? – И теперь ты должен держаться. Ты слышишь меня, Хальдор? Ты должен жить. Ради меня. Ради своего народа. Ради всего, что мы можем испытать вместе.
Он притянул меня к себе, обнял, зарылся лицом в мои волосы, но вряд ли что-то почувствовал.
– Я дурак, – прошептал он. – Я должен был догадаться, что ты не из тех, кто сдается. Ты же огненная Фрейя. Моя женщина. Огонь не утихает, пока его кто-нибудь не усмирит.
Я обняла Хальдора в ответ. Представила его тепло, его запах, его силу. Мне было так спокойно в его объятиях, что мне не хотелось отпускать его. Никогда.
– Фрейя, – прошептал он. – Я не знаю, как искуплю свою вину перед тобой за то, что усомнился в тебе, но больше не позволю усомниться в тебе ни разу.
– Тогда борись! – ответила я просто. – Выживи и дай мне возможность вернуть тебя домой. Мы поговорим обо всем остальном там. Времени у нас будет много.
Конунг отстранился от меня и взглянул в глаза. Его взгляд изменился, потемнел. Его лицо приблизилось к моему. Хальдор хотел поцеловать меня, как вдруг мир вокруг нас начал меняться. Туман начал сгущаться, голоса умолкли, повеяло холодом. Я почувствовала, что меня куда-то тянет, отрывая от Хальдора.
– Нет! – закричала я, пытаясь удержаться за него. – Нет! Еще немного!
– Фрейя! – Хальдор кинулся было за мной, но он пропал в мареве тумана.
Его голос становился все тише. Туман заволок все, и я перестала видеть его лицо. А потом я услышала другой голос. Громкий, требовательный, полный страха.
– Возвращайся! Кюна, возвращайся сейчас же! Кюна!
Голос был знакомый, но мне не хотелось откликаться на этот зов. Я сопротивлялась. Мне хотелось остаться с Хальдором хотя бы еще на мгновение. Но что-то было не так. В меня что-то ударилось, подтолкнув в сторону голоса, который уорно звал меня.
“Если я останусь здесь, то умру, – поняла я вдруг. – И тогда Хальдор тоже умрет.”
– Ну же, кюна! Боритесь! – снова тот же голос.
Я перестала сопротивляться, потянулась в сторону зовущего голоса и позволила себя вытянуть. Очнулась я все также на холодном камне. Надо мной склонились две женщины. В глазах провидицы было облегчение, бывшая невеста конунга смотрела на меня испуганно.
– Ты вернулась, – выдохнула Ингвара, устало опускаясь на пол и переходя на “ты”. – Мы думали, что уже все, что потеряли тебя.
– Вернулась, – прошептала я, с трудом садясь на камне. – Я не могла иначе.
Тело не слушалось, голова кружилась, а перед глазами все плыло, но я была полна решимости.
– Он жив. Я говорила с ним. Хальдор жив. И теперь он знает, что я скоро вызволю его из плена.
Хельга подала мне чашу с отваром.
– Пей, – велела она. – Ты истончила свою душу. Тебе нужны силы, чтобы восстановиться.
Я послушно отпила горький и терпкий на вкус напиток. Отвар обжег горло, но внутри меня разлилось тепло. Опустошила чашу и попыталась встать с холодного камня. Нужно было еще многое сделать, некогда разлеживаться, но ноги подкосились. Ингвара подхватила меня, помогла присесть.
– Вам нужно отдохнуть, кюна.
– Некогда отдыхать, – упрямо мотнула я головой. – Каждый день на счету. Созывайте ярлов. Мы выйдем в море сразу же, как только будут готовы полозья для драккаров.
– Кюна, – Ингвара попыталась меня отговорить.
– Проводи меня вниз! – резко оборвала я ее. – Хальдор не продержится долго. Он уже был на грани, и только мое появление дало ему надежду, но она быстро угаснет. Враг не дремлет. Мы должны успеть вызволить конунга раньше, чем его снова доведут.
Ингвара не посмела возразить. Путь вниз был трудным. Ингвара поддерживала меня, почти неся на себе. Я едва переставляла ноги, но упрямо шла вперед, не позволяя слабости взять верх. В деревне нас встретил Торвальд. Его лицо, обычно невозмутимое, исказилось тревогой, когда он увидел меня.
– Лаэлли! Что с вами? – тут же кинулся он ко мне и подхватил.
– Я в порядке, – ответила я, пытаясь стоять ровно. – Торвальд, готовьте драккары. Через три дня мы выступаем в сторону Ледяных пустошей.
– Но пластины не готовы, кюна. Кузнец сказал, что нужно минимум пять дней, чтобы все успеть.
– Пусть работают до победного. После отдохнет и получить золото. У нас мало времени. Освободите для них воинов из охраны, если нужно, но через три дня драккары должны быть готовы.
Торвальд посмотрел на меня долгим взглядом, затем перевел глаза на Ингвару. Та чуть заметно кивнула, подтверждая, что спорить со мной в данном случае бесполезно.
– Будет сделано, лаэлли, – произнес хёвдинг и склонил голову, но далеко уйти не успел.
– Кюна! – услышала я полный беспокойства голос Ингвары, прежде чем у меня в глаза потемнело и сильные руки подхватили меня.
Глава 27. Не вовремя
Глава 27. Не вовремя
* Фрейя *
В себя я приходила медленно, словно поднималась со дна моря и никак не могла выплыть на поверхность. Сознание возвращалось обрывками. Сначала были звуки приглушенных голосов и потрескивания огня в очаге, затем начал чувствовать запахи. И только потом пришли ощущения. Тело было тяжелым, ватным, но при этом мне было жарко. Слишком жарко. Я нашла в себе силы откинуть с себя шкуры.
– Кюна? – голос Ингвары прозвучал где-то рядом. Что же она не оставит меня в покое? – Кюна, вы слышите меня?
Я с трудом разлепила веки. Надо мной склонились две женщины. Ингвара смотрела на меня с напряженным лицом, а у Йорин лицо было мокрым от слез.
– Слава богам! – воскликнула тира и тут же схватила меня за руки. – Кюна, вы нас так напугали! Столько времени без сознания! Мы уж думали…
– Йорин, оставь ее! – резко оборвала ее Ингвара. – Ты задушишь ее своей заботой.
Я попыталась приподняться, но голова закружилась, и пришлось снова лечь на шкуры.
– Сколько? – прохрипела я, с трудом ворочая языком. Мне бы воды. – Сколько я была без сознания?
– Больше суток, кюна, – ответила Ингвара. – Хельга сказала, что вы спите и набираетесь сил. Мы не посмели вас тревожить, только охраняли ваш сон.
– Все переживали за вас, – продолжила Йорин, все еще всхлипывая словно я была неизлечимо больна. – Торвальд каждый день приходил, справлялся о вашем здоровье, а Торир вообще у дверей ночевал.
Я провела рукой по лицу, прогоняя остатки сна и все же присела. Я потеряла сутки времени, пока Хальдор там, в плену, находился на грани жизни и смерти.
– Нужно навестить кузнеца, – сказала я, делая новую попытку подняться.
Но тело не слушалось. Руки дрожали, ноги были ватными. Ингвара и Йорин тут же подхватили меня, не давая упасть.
– Никуда вы не пойдете, – твердо заявила Ингвара. – Торвальд приказал сообщить ему, как только вы придете в себя. Торир! – крикнула она в сторону двери. – Беги к хёвдингу, скажи, что кюна очнулась!
За дверью послышался топот. Торир, не мешкая, умчался выполнять поручение.
– А теперь, кюна, – Ингвара чуть ли не с силой заставила меня лечь. – Вы будете лежать и набираться сил. Йорин принесет еды и меда.
– Я должна проверить, как идут дела в кузнице, – упрямо сказала я, пытаясь высвободиться из кольца рук Ингвары. – Полозья для драккаров нужны как можно скорее.
– Кюна! – Йорин всплеснула руками и засуетилась вокруг меня, поправляя шкуры. – Вы и думать не смейте о кузнице! Вам нужно тепло и покой. Вот выпейте отвар, Хельга велела давать вам его каждое утро и каждый вечер.
Она сунула мне в руки глиняную кружку с напитком. Я послушно отпила. Вёльва плохого не посоветует. От немного горького и терпкого отвара внутри разлилось тепло.
– И потом, – Йорин понизила голос, наклонившись ко мне. Тира покосилась на Ингвару, словно проверяя, не подслушивает ли та. – Кюна, может, вы понесли от конунга? Слабость в теле женщины – это первый признак того, что вы носите наследника конунга.
Я чуть не поперхнулась отваром.
– Йорин!
– А что? – тира нисколько не смутилась. – Вам сейчас нужно беречь себя, а не по кузницам бегать. Если внутри вас растет наследник конунга…
Ответить я не успела, как и опровергнуть слова Йорин. В опочивальню без стука ворвался взъерошенный Торвальд. За его спиной маячил Торир. Хёвдинг выглядел уставшим: под глазами залегли темные круги, щетина стала гуще, но взгляд оставался твердым.
– Ты, лаэлли, будешь лежать, – сказал он, глядя на меня хмурым взглядом. – И набираться сил. Я сам прослежу за всем, что нужно.
– Торвальд, мне нужно…
– Не спорь, лаэлли, – голос хёвдинга был полон беспокойства. – Ты нужна нам живой и здоровой. Иначе когда мы вернем конунга, он нам всем головы поотрубит.
Я хотела возмутиться, но он поднял руку, останавливая меня.
– Варлард и его ученики работают день и ночь. Полозья для трех драккаров почти готовы. Завтра к вечеру, если ничего не случится, мы сможем их установить. Еще день на проверку, и можно выходить в море.
– Еще день? – я сжала шкуру, в которую была укутана. – У нас нет этого дня, Торвальд.
– Оставьте нас, – приказал Торвальд.
Ингвара и Йорин беспрекословно послушались хёвдинга. Торир закрыл за всем дверь.
– Лаэлли, – выдохнул викинг. – Жители Туманного фьорда уверены, что ты понесла от конунга.
– Но… – хотела возразить, но Торвальд снова перебил меня.
– Не отнимай у них надежду, даже если в ту ночь вы не были близки с Хальдором. Конунг в плену, не все верят в его возвращение. Так пусть живут в надежде на появление наследника. Как только мы освободим Хальдора, это дело поправимое.
От слов Торвальда я покраснела. Обманывать свой народ не хотелось, но решила послушаться викинга.
– Отдыхай и набирайся сил. Как только драккары будут готовы, нас ждет долгий путь. Ледяные Пустоши крайне опасны. Если ты намерена сама отправиться за конунгом, то в таком состоянии ты не справишься с дорогой до острова.
Я откинулась на шкуры и закрыла глаза. Рука привычно потянулась к амулету. Он едва ощутимо отдавал теплом.
– Хорошо, – произнесла я через силу. – Без меня в море не выходить.
– Как скажешь, лаэлли, – кивнул Торвальд и вышел. – Присмотрите за ней, – обратился он к Йорин и Ингваре, которые тут же прошмыгнули в опочивальню.
– Чем желаете перекусить? – спросила Йорин, поправляя на мне шкуры.
Я обреченно вздохнула, понимая, что тяжело мне будет усидеть на одном месте и набираться сил.
Моего терпения надолго не хватило. Я продержалась в постели только до вечера. Уговоры Йорин и строгие взгляды Ингвары не помогли. Когда за окном начало темнеть, а в опочивальне зажгли факелы, я не выдержала.
– Мне нужно встать, – заявила я, откидывая шкуры.
– Кюна! – Йорин всплеснула руками, отложив рукоделие. – Торвальд приказал вам набираться сил.
– Торвальд не мой отец, чтобы указывать мне, что делать, – перебила я, с трудом поднимаясь на ноги. Чувствовала я себя прекрасно, тело только немного затекло от долгого пребывания под шкурами. – Мне нужно пройтись. Если я пролежу в постели до завтрашнего дня, то окончательно раскисну.
Ингвара, стоявшая у очага, насмешливо хмыкнула.
– Она права, Йорин. Кюне нужно двигаться, чтобы восстановить силы. А ты не смотри на меня так, – обратилась она ко мне. – Я не одобряю твоей затеи, но и спорить не буду. Бесполезно.
Я оделась с помощью Йорин. Ужинала в просторном зале. Из дома меня все равно не выпустили. Ну хоть какое-то движение. Утром я проснулась и привела себя в порядок до того, как ко мне заглянула Йорин.
– Кто со мной? – спросила я, направляясь к выходу.
– Как же завтрак? – замерла Йорин с подносом в руках.
– Потом, – уверенно ответила я. – Проведаю кузницы и обещаю, что все съем после.
Мы вышли из дома конунга. Утренний воздух был морозным и колючим. Звезды все еще сияли на небе. Я глубоко вдохнула, чувствуя, как легкие наполняются свежестью. Голова прояснилась, в теле появилась бодрость.
– Идем в кузницу, – сказала я, направляясь в нужную сторону.
У входа в кузницу нас встретил Торвальд. Его хмурое лицо не обещало ничего хорошего.
– Лаэлли, – обреченно произнес он. – Ты должна отдыхать.
– Я уже наотдыхалась и набралась сил, – уверенно произнесла я. – Что тут у нас?
Я вошла в кузницу. Внутри было жарко. Варлард сидел на низкой скамье и шлифовал обсидиановую пластину, доводя ее до идеальной гладкости. Рядом с ним лежали уже готовые полозья.
– Завтра утром закончим последнюю, – сказал кузнец, заметив нас. – Тогда же установим на драккары. Послезавтра можно будет выходить в море.
На его слова я только кивнула. Осталось потерпеть всего ничего. Побыв в кузнице еще немного времени, я решила вернуться домой. Не могла же я все время простоять там. Как и обещала Йорин, плотно позавтракала. В тот день я больше не покидала опочивальню, только по требованию организма.
Ночь прошла спокойно. Я спала крепко, без сновидений. Утром проснулась в нетерпении отправиться на причал.
– Сегодня вы выглядите лучше, кюна, – заметила тира, помогая мне одеться.
– И чувствую себя лучше, – ответила я, затягивая пояс. – Где Торвальд?
– На причале, кюна. Сегодня спускают драккары на воду. Он просил передать вам, чтобы вы спустились туда.
Спешно позавтракав, я вышла из дома. День был пасмурным, но безветренным. Мороз слегка отпустил. Я направилась к причалу, чувствуя, как внутри нарастает волнение.
На причале кипела работа. Три драккара готовили к спуску на воду. На их днищах уже виднелись крепления для обсидиановых полозьев. Торвальд руководил процессом, отдавая короткие команды воинам.
– Лаэлли, – заметив меня, хёвдинг подошел ближе. – Выглядишь прекрасно.
– Все готово к испытаниям? – вместо ответа спросила я, наблюдая, как первый драккар с помощью бревен и канатов столкнули в воду.
– Осталось только спустить на воду и проверить на деле.
Я кивнула и продолжила наблюдать. Драккары один за другим оказывались в воде, покачиваясь на мелких волнах. Викинги проверяли их устойчивость, крепления, весла. Все делалось быстро и слаженно, без лишней суеты.
– Лаэлли, – заговорил Торвальд, как все было готово. – На этот раз испытания пройдут без тебя. Не уговаривай и не настаивай. Если придется, то я сам отведу тебя в опочивальню и запру.
Я хотела возразить, но, встретившись с твердым взглядом Торвальда, поняла, что спорить бесполезно. Впервые за все время я видела его таким непреклонным.
– Хорошо, – нехотя согласилась я. – Я останусь на причале.
Торвальд кивнул, затем развернулся и зашагал к драккарам, отдавая последние распоряжения. Воины занимали места на драккарах. На носу одного из них я заметила Ингвару. Торвальд встал на носу моего драккара с волчьей мордой, взмахнул рукой, и корабли один за другим начали отходить от причала.
– Да помогут вам боги, – прошептала я, провожая их взглядом.
Драккары скользили по воде легко и быстро. Вскоре они скрылись за скалистым мысом. Я осталась стоять на причале, вглядываясь вдаль, хотя уже ничего не могла разглядеть.
– Пойдемте в дом, кюна, – предложила Йорин. – На ветру не место женщине в интересном положении.
– Я хочу убедиться, что все пройдет хорошо, – с берега я не сдвинулась.
Время тянулось медленно. Мы молча стояли на причале, вглядываясь в море, пока наконец вдали не показались драккары.
– Идут! – воскликнула тира.
Я облегченно выдохнула. Корабли приближались быстро. Еще немного, и я смогла разглядеть Торвальда на носу одного из них, как и Ингвару.
– Ну? – спросила я, не в силах скрыть нетерпение, когда хёвдинг спрыгнул на причал и оказался рядом со мной.
– Все прошло удачно, лаэлли, – ответил он, и в его глазах я увидела удовлетворение. – Драккары скользят по льду даже лучше, чем я ожидал. Мы прошли дальше, чем в прошлый раз.
– А что с полозьями? – спросила я, заметив, что воины вытаскивали один драккар из воды.
Торвальд помрачнел.
– На одном из драккаров крепления ослабли. Придется заново прикрепить полозья. Но это недолго. К вечеру управимся.
– А с остальными?
– В полном порядке. Выдержат и не такое.
Я кивнула, чувствуя, как напряжение начинает отпускать.
– Хорошо. Пусть мастера займутся починкой сразу же. И скажи Варларду, чтобы проверил еще раз все крепления на каждом драккаре. Мы не можем рисковать.
– Будет сделано, лаэлли, – Торвальд кивнул и ушел отдавать распоряжения.
Когда солнце начало клониться к закату, я решила навестить вёльву. Мне хотелось услышать от нее слова, что все будет хорошо, что у нас все получится.
Хельга была в пещере. Она сидела у очага, перебирая руны, и, казалось, ждала меня.
– Знаю, зачем пришла, дочь Севера, – сказала она, не поднимая головы. – Садись.
Я опустилась на шкуры напротив нее.
– Завтра мы отплываем, Хельга. Я хочу знать, что нас ждет в пути.
Вёльва молча высыпала руны на камень перед собой. Некоторое время она вглядывалась в них, шевеля губами, словно разговаривала с кем-то невидимым. Я затаила дыхание.
– Путь ваш будет труден, – наконец произнесла она. – Ледяные пустоши не прощают ошибок. Но если будете держаться вместе, если не позволите страху и сомнениям затуманить разум, то достигнете цели.
– А Хальдор? – спросила я. – Мы успеем?
Я машинально коснулась груди. Камень, казалось, стал чуть теплее, чем в прошлый раз.
– Он ждет тебя.
Вёльва снова склонилась над рунами, перекладывая их, шепча что-то на непонятном языке. Потом резко подняла голову.
– Выходите в море завтра вечером.
– Вечером? – удивилась я. – Но мы планировали на рассвете.
– На рассвете вас будут ждать, – твердо сказала Хельга. – Те, кто пленил конунга, не глупы. Они знают, что рано или поздно вы придете за ним. Если выйдете утром, они увидят вас задолго до того, как вы приблизитесь к острову.
Я задумалась.
– К ночи туманы сгущаются над Ледяными пустошами, – продолжила Хельга. – Вы сможете пройти незамеченными. К рассвету охрана станет сонной и медленной. А теперь ступай, – провидица начала собирать руны. – И пусть боги хранят тебя и твоих воинов.
Я спустилась в деревню, когда уже начало темнеть. В бражном зале собрались ярлы и воины, готовые к походу. Они ждали меня.
– Выступаем завтра вечером, – сообщила я.
– Вечером? – удивился Борги. – Но мы думали, что на рассвете.
– В море выходим вечером, – повторила я твердо. – Вёльва подтвердила – такова воля богов.
Ярлы переглянулись, но спорить не стали. Все уже знали, что мои решения не обсуждаются, как и не стоило сомневаться в словах Хельги. Викинги согласились и начали расходиться. Я осталась стоять у очага, глядя на пламя. Рука снова потянулась к амулету. Он был теплым.
– Держись, Хальдор, – прошептала я. – Мы идем за тобой, и снова будем вместе.




























