Текст книги "Попова М.Ф. Страшная сказка"

Автор книги: Вадим Мархасин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Мэйми снова посмотрела на исцарапанные руки подруги и подумала, что их неплохо бы перевязать.

– Странно, а ведь в домике уже не темно, – заметила вдруг Марта.

И вправду. Никто не зажигал свеч – их здесь не было. Но случайное их жилище уже не было залито мраком, а светилось внутри каким– то удивительным таинственным светом, похожим на фосфорическое свечение, матово– белое, мягкое, окутывающее туманом. Источник этого света был совсем рядом: в углу лежал шар размером с кулак.

Да, шар размером с кулак лежал в углу и матово светился. Вероятно, он закатился или влетел, когда Мэйми приподняла дверь. За стенами по-прежнему визжало, выло и стонало, но девочкам было ничуть не страшно. Они верили, что их маленький домик из толстых бревен, врытых в землю, обязательно выстоит. И пусть вокруг летают чудища с железными крыльями и острыми клювами – девочки спокойно улягутся спать, потому что им надо хорошенько выспаться перед дальней дорогой. И таинственный шар будет охранять их покой и сон от темных сил.

Глава 22

ГЛАВА XXII .

Утром, прежде чем покинуть бревенчатый домик, давший ночлег и спасший от верной гибели, Марта осторожно выглянула наружу: вокруг было тихо и спокойно, можно было продолжать путь домой.

Мир был такой же. Как и вчера: та же голая равнина с реденькими кустиками, камни (кто мог бы поклясться, что вчера они лежали в других местах или, раскаленные, носились по ночному небу наперегонки с чудовищами?) и далеко-далеко горы.

– Самые обычные камни, – пожав плечами, заявила Марта и легонько подтолкнула ногой буроватый камень.

– Как хорошо, что всегда после ночи приходит день. Особенно после такой жуткой. Зная о том, что все равно придет утро и снова будет все хорошо, можно переждать, перетерпеть ночь с ее чудовищами. Кстати, Марта, мы забыли про наш светящийся камень! – закончив философствовать, вспомнила Мэйми и побежала за ним.

Камень был все тот же: круглый, с гладкой полупрозрачной поверхностью, такой правильной формы, что казался выточенным чьей-то умелой рукой. Но он не светился.

– Ничего – сказала Марта, – мы все равно возьмем его с собой. Может, он светится только ночью.

– Вот здорово! – обрадовалась Мэйми. – Не люблю засыпать в темноте. А теперь рядом с нами ночью будет огонек.

Марта думала о другом:

– Если он светится по ночам, тогда мы сможем идти и ночью.

– Идти ночью? – расстроилась Мэйми.

– Мы потеряли слишком много времени, а дом еще так далеко, Мэйми – тихо сказала Марта. – Я знаю, что ты боишься темноты. Да и кто ее не боится? Когда вокруг не стены родного дома, обклеенные знакомыми обоями в цветочек, а пустота и в ней леса. Горы. Океаны – все чужое. Таящее угрозу. Кто ж не испугается? Но мы пойдет быстрее, реже будем делать привалы и скоро, очень скоро окажемся дома.

– Да-да, конечно! – у Мэйми заблестели глаза. – Я готова идти и ночью, лишь бы скорее попасть домой, к моей милой бабушке, в мою любимую комнатку…

– Думаю, за день мы пройдем остаток пути и окажется у подножия гор, – бодро заявила Марта, сделав вид, что не замечает слезинок, готовых вот-вот брызнуть из глаз Мэйми.

… Произошло именно так, как рассчитывала Марта. Когда по небу разлились лучи заката, девочки стояли у подножия горы. Было время между днем и ночью, и чудесный камень– шар уже начинал немножко светиться. Оставалось решить, как поступить дальше: заночевать здесь среди нескольких невзрачных кустиков, или же продолжать идти ночью по горам.

– Ночью в горах, наверно, очень страшно! – восклицала Мэйми. – А здесь уже знакомое место: земля, травка…

– Да, место знакомое! – ехидничала Марта. – Видно, уже соскучилась по ночным чудищам?

Мэйми сразу прикусила губу то ли обиделась, то ли действительно вспомнила о недавнем приключении.

– Не сердись на меня, – виновато улыбнулась Марта. – Я не хотела тебя обидеть, но, пожалуй, все же лучше идти вперед. Если повторится ночная история с чудищами, нам несдобровать: никакого жилья поблизости нет и укрыться негде.

Мэйми кивнула. Иногда этого бывало достаточно, чтобы мирным путем решить проблему.

Глава 23

ГЛАВА XXIII .

Да, карабкаться в сумерках по горам – небезопасное занятие. Хорошо еще, что склон пока был не слишком крутой и шар светился достаточно ярко. Девочки шли медленно, осторожно. Если бы кто-то следил за ними издалека, то увидел бы толь медленно плывущую вверх светящуюся точку.

Сумерки незаметно сменились непроглядной тьмой, и на расстоянии двух шагов уже ничего не было видно. Да и склон стал круче – карабкаться по нему ужасно трудно. Но маленькие путешественницы упрямо ползли вперед, радуясь каждому кусочку отвоеванного пути, остающегося за спиной.

Стало холодать. Тонкие шелковые наряды и расшитые шлепанцы совсем изодрались об острые камни. Шли молча. Потому что очень устали, но из гордости ни одна не желала в этом признаваться. И остановку решили сделать только тогда, когда Мэйми споткнулась и, упав, разбила колено. Хорошо еще Марта не дала ей скатиться вниз – вовремя схватили за руку. Вот тогда и стали искать поблизости место для ночлега. Это оказалось неразрешимой задачей.

– Даже индийский йог не смог бы здесь уснуть, – заявила Марта, оглядываясь вокруг, – одни острые выступы! Придется пройти еще немного, может, нам повезет, и мы встретим очаровательный ровный "пятачок", покрытый мягкой травкой, где можно свернуться калачиком и чуточку поспать.

Мэйми тихонько подвывала, давая знать подруге, что долго идти не сможет и «пятачок» желательно найти как можно скорее.

– Безвыходных ситуаций не бывает! – гордо произнесла Марта, показав на маленькую пещерку, найденную наконец после долгих поисков. – Ну, почти не бывает, – уточнила она, взглянув на измученную и побледневшую Мэйми.

Но та почему-то не разделяла оптимизма подруги.

– А вдруг в этой пещере живет какой– нибудь дракон и мы прямиком попадем ему в пасть?

– Мне кажется, для дракона она маловата, – прикинула Марта. – Мы уже давно идем по горам, но никаких драконов не встречали. На равнине ночью было куда опасней!

Что было спорить? Идти дальше Мэйми все равно не могла, потому девочки забрались в пещеру. Которая как раз пришлась им в пору.

– Если здесь кто-то и живет, то уж, конечно, не дракон, а скорее дракончик, – пошутила Марта, но Мэйми смотрела вглубь пещеры довольно испуганно.

– Смотри, – прошептала она, указав в самый дальний угол.

Там было приготовлено нечто вроде постели: настил из веток, а сверху свежая трава.

–Может быть, хозяин пещеры не такой уж злой, как ты думаешь? – неуверенно спросила Марта.

Мэйми этого не знала. Чтобы принять меры предосторожности, обшарили всю пещеру: пусто, стены глухие – ни отверстия, ни лазов. Единственный вход (он же выход) – тот, через который они сами попали сюда. Пристроив светящийся шар посреди пещеры, девочки решили спать по очереди. Но они переоценили свои силы: сон сморил их сразу, как только они прилегли на маленький настил. Драконы и прочие хищники были мгновенно забыты. Только однажды среди ночи Мэйми проснулась (ныло разбитое колено), и тогда– то ей привиделось странное: будто прямо возле светящегося шара сидит небольшой человечек, смотрит на них желтоватыми глазами и тихонько напевает какую– то песенку. Мэйми даже показалось сквозь сон, что она внятно слышит слова:

Спите, спите – поздний час.

Утром Гор разбудит вас…

"Кто такой Гор? " – успела подумать Мэйми и снова уснула.

Первой пробудилась утром Марта. Ей показалось, что где-то негромко позвякивает маленький колокольчик. Но когда она открыла глаза, колокольчик исчез. Марте захотелось подремать еще немного. Но как только она закрыла глаза, снова зазвенел колокольчик. Пришлось подниматься. Каково же было удивление Марты, когда она увидела на каменном полу пещеры, около шара, разложенные на листьях какого– то неизвестного растения угощение: ягоды, нанизанные на прутик и зажаренные грибы, орехи. Удивленная девочка толкнула в бок сопящую во сне подругу.

– Вставай, соня! Завтрак на столе!

Мейми заворчала что-то недовольное, но глаза зажмурила еще крепче.

–Вставай! Нам пора идти! И завтрак давно ждет!

Мейми сонно потянулась и потерла глаза кулачком.

–Ты специально говоришь про завтрак, чтобы я еще больше мучилась? И нога болит, и в животе урчит от голода…

– Да я не шучу! Раскрой свои заспанные глаза и посмотри! – засмеялась Марта.

Мэйми села на постели, но прежде заметила не еду в листьях, а … повязку на своей больной ноге. Рана была заботливо перевязана холщовой полоской ткани поверх компресса из неизвестных трав.

– Спасибо, Марта, – поблагодарила она подругу, совсем растрогавшись.

– За что спасибо? – удивилась Марта. – Когда я проснулась завтрак уже был подан.

– Да я не о завтраке, а о моей ноге, – показала Мэйми повязку.

Марта призадумалась, потом вспомнила утренний звон колокольчика. А Мэйми рассказала про маленького человечка и его песенку.

– Понимаешь, – Марта, я решила, что это сон. А теперь выходит – правда.

– Кто же такой этот гор? И кто собрал для нас ягоды и орехи и зажарил грибы? Добрый он или злой?

– Ты думаешь, грибы ядовитые? – заволновалась Мэйми. – Может, мы, заняли пещеру человека, а он нас за это хочет отравить?

– Я ничего не знаю, Мейми. У меня столько же вопросов, сколько и у тебя. Только ответить на них некому. Придется принимать решение самим.

И тут из самого темного уголка пещеры послышалось хихиканье. Девочки замерли. Но кто-то продолжал хихикать, а потом уже просто залился смехом, и снова нежно зазвенел колокольчик.

– Кто там? – строго спросила Марта, не теряя самообладания.

– Всего лишь я! – ответил смешливый кто-то и вышел из темноты.

Мэйми сразу узнала его.

– Это же человечек, которого я видела ночью!

– Я не человечек, – обиделся тот. – Я дух горы!

– А где остальные? Ты ведь здесь не один? – выспрашивала Марта.

– Я один здесь живу. Это моя пещера.

– Но ведь ночью ты пел про какого-то Гора! – напомнила Мэйми.

– Я и есть Гор! – закипал человечек. – Разве я нарушил обещание разбудить вас утром? – удивился он и снова зазвонил в колокольчик.

Девочки рассмеялись, и маленький человечек смеялся вместе с ними. Потом они ели ягоды, орехи и грибы. И человечек тоже уплетал за обе щеки.

– А разве духи едят? – спросила Марта, причем без всякого ехидства. Просто чтобы расширить круг своих познаний.

– А что же нам, духам, помирать с голоду прикажете? – прочавкал в ответ язвительный человечек.

Когда завтрак был съеден и девочки засобирались в дорогу, поблагодарив хозяина за приют и забору, время уже близилось к полудню. Но маленький человечек надул губы и всем своим видом демонстрировал недовольство. Вероятно, и завтрак он организовал, чтобы задержать путниц.

– Почему ты не хочешь чтобы мы уходили? – прямо спросила Марта, разгадав его планы.

– Мне скучно! – отрезал человечек и отвернулся.

– Скучно? Но ведь ты здесь полный хозяин! Все эти горы – твои. А надоест бегать по горам – есть маленькая пещерка, постель из мелкой травы.

– Да, пещерка моя очень уютная, и постелька мягкая, – капризным голосом отвечал человечек, – но мне одиноко и скучно. В горы теперь никто не ходит. Люди стали другими: они разлюбили приключения, опасности и теперь сидят дома, толстеют, глупеют, стареют. Да еще на равнине поселились чудовища. Они совершенно испортили репутацию этим местам. Теперь в горы никого не заманить ни историями о кладах, ни рассказами о чудесной стране цветов, раскинувшейся за горами…

– На свете есть такая страна? – не поверила Марта.

– Конечно, есть! Но людям с их недалеким умишком и неумением верить в сказки и фантазии свойственно все отрицать, – ворчливо заметил человечек.

Марта и Мэйми. Переглянувшись, засмеялись. Впервые они встречали духа горы, который любил вкусно поесть и поворчать. А тот продолжал рассказывать, и в глазах его засияла мечта:

– Страна цветов прекрасна. Представьте себе бескрайние сады, луга, леса … И везде полно цветов. И аромат такой, что голова идет кругом…

– И кому принадлежит эта страна? – поинтересовалась Марта.

– Кажется, одной зловредной фее, – буркнул дух и отвернулся.

Марта кивнула понимающе: видимо, дух горы повздорил с хозяйкой соседних земель и по совместительству феей, но явно не хотел об этом говорить и сидел теперь надувшись, как пузырь, на весь белый свет.

– Ты же любишь свою пещерку, – робко начала Марта, – и у нас тоже есть то к чему мы привязаны: дом, родные, друзья. Нам бы хотелось скорее попасть туда.

– Если бы ты знал, как давно мы отправились на поиски дома и какие ужасные приключения нам пришлось пережить! – воскликнула Мэйми. – Если бы ты это знал, ты бы не задерживал нас, а наоборот помог.

– А я ничего не знаю о ваших приключениях! – заявил человечек и еще больше надулся. – И если бы вы не были такими бездушными эгоистками, то давно бы уже развлекли страдающего от тоски и одиночества горного духа своей историей!

Марта вздохнула. Придется рассказывать. На это уйдет уйма времени, день почти уже прошел, а ночью будет так трудно идти. Но ничего не поделаешь – упрямый дух ни за что не уступит. И она начала:

– Однажды, а это было много недель назад или даже месяцев назад – не помню точно когда, мы с Мэйми сели в желтый автобус и с другими учениками нашей школы поехали к Лебединому озеру …

Марта была замечательной рассказчицей. Речь ее, плавная и неспешная, заворожила горного духа. Не забывала она пояснять непонятное. Гор совершенно не мог представить себе желтый автобус. Зато легко воспринял историю о поселении звероподобных. Когда Марта уставала от речи сказительницы, повествование подхватывала Мэйми. Более эмоциональная, она часто упускала детали, и любопытному человечку приходилось переспрашивать. Иногда устраивали небольшой отдых, и тогда, словно по мановению волшебной палочки, посреди пещеры на листьях появлялись нехитрые, но вкусные дары леса – ягоды, грибы, орехи, сладкие коренья. А в горах тем временем темнело, и Марта, подавив тяжелый вздох, продолжала рассказ.

Наконец прозвучал финал истории. Горный дух утирал слезы.

– Никогда не слышал ничего печальнее, – признался он.

– Ну нам пора, – не стала пускаться в обсуждение Марта и, схватив Мэйми за руку, потащила ее из пещеры.

Дух гор перехитрил глупых девчонок. Слезы высохли на его сморщенном личике. Он стоял у входа в пещеру рядом с растерянными путешественницами и хихикал.

– Перестань сейчас же смеяться! – строго приказала Марта. – Это совсем не смешно! Ты украл у нас целый день пути.

Марта надеялась пуститься в дорогу хотя бы на закате, но горы окутала настоящая ночь, девочки не заметили ее прихода. А дух гор радостно потирал ладошки.

– Как тебе не стыдно! – рассвирепела Марта. – Ты знал, что мы спешим, и все– таки обманул нас! Коварный колдун! Мы с тобой по человечески, а ты…

– А я вовсе не человек! – запыхтел недовольно дух. – Почему я должен поступать подобно глупым людям, еси мне скучно?

– Я думала, что ты нас пожалел, поверила в твои слезы, а ты, оказывается, просто прикидывался, – вздохнула Мэйми.

– Нет, не прикидывался! – запротестовал оскорбленный дух. – Я действительно проникся сочувствием к вам, но было уже поздно – темнело, а мне очень хотелось дослушать рассказ, – признался он.

Пришлось вернуться в пещеру для принятия решения. Марта упрямо рвалась в дорогу, но тут выяснился еще один интерес непредсказуемого горного духа. Как только Марта взяла в руки светящийся шар, маленькие глазки человечка жадно заблестели, и он, протянув морщинистые ручки к шару, выпалил на одном дыхании:

– Если вы оставите мне солнечный шар, я не стану больше чинить вам препятствия и рано утром отпущу. Клянусь!

– Зачем тебе шар? Ты же волшебник! Наколдовал быстро наступившую ночь, наколдуешь себе и солнце! – поддразнивала Марта Человечка, спрятав шар за спину.

– Ну, пожалуйста, оставь шар! В моей маленькой пещере без него будет так одиноко! – умолял дух.

Девочкам стало его жалко и, посовещавшись, они решили: шар останется в пещере, если на рассвете дух разбудит их, даст с собой еды и отпустит. Горный дух со вздохом согласился.

Еще одна ночь в аленькой пещере подкрепила силы девочек перед предстоящим походом. Утром человечек был невесел, но ничего не сказал на прощание, невольно протянул маленькие ручонки за шаром. У входа в пещеру был приготовлен холщовый мешочек с едой. Не обращая внимания на молчаливое недовольство духа, девочки дружелюбно попрощались с ним, прихватив обещанный провиант и двинулись вверх по склону горы. А когда, не сговариваясь, обе враз обернулись, увидели стоящего на маленьком выступе маленького человечка с печальной мордочкой. Одной рукой он прижимал к груди драгоценный подарок, а другой махал, прощаясь.

Глава 24

Глава XXIV.

Переход оказался страшно трудным даже для таких бывалых путешественниц. За полдня пути прошли не так много, как мечтали. И когда к полудню солнце поднялось совсем высоко, девочки окончательно обессилели. Тела их покрывали ссадины и царапины, а некогда роскошные восточные наряды полностью завершили процесс превращения в лохмотья. Подъем с каждым шагом становился все мучительнее, уступы гор – острее, склоны – круче. Без боязни нельзя было смотреть ни вверх, ни вниз. Казалось невозможным как подняться на вершину, так и спуститься к подножию. Возможно, это была та самая середина, когда уже так много пройдено и еще так много осталось. Добравшись до выступа, чуть шире других, девочки плюхнулись на него, пытаясь отдышаться и успокоиться. Полдня они карабкались от камня к камню, рискуя потерять опору и скатиться вниз.

Мэйми, ужасно боявшаяся высоты, каждый шаг делала с огромным трудом. Сколько раз она была готова сорваться, но идущая следом за ней Марта всегда успевала подхватить, поддержать. Марта замечала, куда лучше поставить ногу, а на какой камень не стоит надеяться. Ее спасительное шипение за спиной не раз останавливало Мэйми в нужный миг: "Правее! Осторожно! Стоять! Держись!"

Полежав на выступе, девочки съели часть провизии и, вздохнув, поползли дальше.

– Еще немного, – лгала Марта. – До вершины осталось совсем чуть-чуть. Ты только не останавливайся, не смотри вниз и не думай ни о чем, кроме дома. Так легче.

Мэйми понимала, что Марта врет, но кивала головой, будто соглашаясь. Это несложно – сделать вид, что веришь в сладкую ложь, когда вершины гор в сплошном тумане, густом и вязком.

А потом еще больше похолодало, теперь все чаще попадались острые выступы, припорошенные снегом. И вскоре подруги очутились в царстве вечного холода и снегов. Сюда не ступала нога смертного, Марта и Мэйми первыми нарушили покой вершин. Если бы только на них были теплые одежды, переносить тяготы пути было бы куда легче, а так…

– Марта, я больше не могу… Мне холодно, – посиневшими губами шептала Мэйми.

– А ты постарайся не думать о том, что тебе холодно.

– Я не могу думать ни о чем, крое того, что мне холодно. Я замерзаю…. Я скоро упаду и умру…

– Не говори ерунду, Мэйми, – подталкивая измученную подругу, уговаривала Марта. – Думать надо о хорошем, даже если тебе очень плохо. Думай о том, какая красота кругом. Ты нигде больше такого не увидишь!

– Не вижу никакой красоты. Здесь холодно и мрачно. А скоро станет еще и темно. Давай остановимся, Марта, ну пожалуйста…

– Глупенькая! Мы не можем остановиться. Во-первых, негде, во– вторых, холодно, мы замерзнем в снегу и камнях, – Марта рассуждала как всегда умно и обстоятельно.

– А в третьих? – нашла в себе силы съехидничать Мэйми.

– А в третьих, нас ждут дома, – отрезала Марта, и спорить с ней было бесполезно.

И они снова ползли и карабкались, раздирая в кровь руки, потеряв ощущение усталости и холода. Стемнело быстро и незаметно. Третья ночь в горах.

– Здесь ночь не приходит, а подкрадывается, – стонала Мэйми. – Я не могу идти в темноте!… Я ничего не вижу дальше своего носа и вот-вот сорвусь в пропасть! Ты спустишься вниз за моими косточками? – пугала она Марту. – Если бы у нас был светящийся шар…

– А ты иди так, будто у тебя в руках светящийся шар, – предложила Марта и сама улыбнулась изобретенному рецепту ночного видения.

А потом они увидели вершину – острый пик. Весь в снегу, словно пронзающий небо. Но до него были еще тысячи шагов. И девочки шли, пораженные этой мрачной и величественной красотой. А по черному небу кто-то уже разбросал звезды. И казалось они так близко, совсем рядом – протянешь руку, и звезда уже в ладони. А рядом плыл белый, как снег на вершине, месяц. И еще долго девочки медленно, очень медленно поднимались по крутому склону, оставляя месяц и звезды где-то внизу, не ощущая тяжести, словно под властью какой-то неведомой силы, сделавшей их вдруг выносливее, мудрее, терпеливее.

В какой-то миг Марта поняла, что над ними ничего больше нет – только черная бездна неба. Все остальное внизу. Гора была под ними!

– Мы победили, Мэйми! Ты слышишь? Мы победили гору! Но Мэйми ее не слышала. Пока Марта упивалась своим триумфом, Мэйми наслаждалась одиночеством и покоем, пришедшим наконец в ее измученную душу. Забыв о холоде, она слушала музыку звезд, рассыпанных под ногами. Она была одна в целом мире. Ей казалось, что живет она уже сотни, а может и тысячи лет и ей понятно все, что есть в этом мире: и горы, и море, и снег, и звезды. Потому она и не слышала восторженных воплей Марты. Ну и что? Иногда ведь человеку просто необходимо побыть наедине с самим собой.

Притихла и Марта. Долго стояли они на самой вершине неприступной горы, побежденной ими. Каждая думала о своем, не замечая, что безжалостный холод все сильнее охватывает тело.

– Мы должны идти, – пришла в себя Марта. – Мы должны непременно идти, иначе останемся здесь навсегда.

А Мэйми уже хотелось остаться здесь навсегда. Ощущение покоя лишило всяких человеческих желаний. Осталось одно: тысячи лет стоять на вершине горы, в полном одиночестве, скованной величественным холодом, и любоваться звездами…

– Интересно, в жаркий день, когда палит солнце, здесь так же холодно? – Марту как всегда, интересовала практическая сторона дела.

– Что? – словно проснулась Мэйми, музыка неба перестала для нее звучать.

– Ты уже побелела от холода. Пора уносить отсюда ноги и все остальные части тела, – решительно заявила Марта и сделала шаг вниз, но тут же поскользнулась, упала и поехала, покатилась громко ворча:

– Кто сказал, что спуск легче подъема? Достойный уход – ничего не скажешь! Нет, все-таки когда поднимаешься, чувствуешь себя гордым покорителем, завоевателем…. А когда вниз… Ой!… да еще вот так… Ой-ой!… Это не спуск, а унижение человеческого достоинства!…

Наконец ей удалось притормозить, при этом больно ушибив ногу. Поднималась с опаской, боясь снова свалиться и продолжить столь унизительный путь. "Слава богу, – радовалась Марта, – этого никто, кроме Мэйми не видел!" А Мэйми тем временем медленно и осторожно, крошечными шагами приближалась к пострадавшей подруге.

Спуск продолжили вместе, поддерживая друг друга. Стало ясно, что двигаться вниз будет в тысячу раз труднее, чем вверх. А еще дольше и опасней. Приходилось часто отдыхать. На одном из привалов доели оставшиеся раздавленные и замороженные ягоды и неплохо сохранившиеся орехи. Они наслаждались неприхотливой едой, мысленно подсчитывая время, которое придется затратить на спуск и ощущали себя счастливее от мысли, что дом становится еще ближе.

Если бы человеку было дано предугадать, что с ним произойдет вскоре! И как часто случается подобное: судьба оказывается в неловких руках какого-нибудь пустякового случая. Так вышло и на этот раз.

Они не пытались рисковать, нет! Гора не была гладкой, как хорошо выструганная доска, – все в неровных уступах, на каждом шагу торчали каменные наросты, да еще то и дело попадались вмерзшие обломки, а то и целые льдистые глыбы. На самом верху поверхность горы была ровнее, но чем более плоским становился спуск, тем он делался и более опасным: каменные отломыши не задерживались на круче, скатывались с ужасным грохотом и задерживались там, где им удавалось за что-то зацепиться, а, примерзнув, обледенев, оставались навсегда на случайно доставшейся территории, угрожая неосторожным путникам. Хватаясь замерзшими руками за каменные шипы, стараясь поставить ногу так, чтобы не соскользнуть вниз, Марта и Мэйми с огромным трудом преодолевали каждый сантиметр упрямой горы, как вдруг…

Ну почему в подобной истории непременно вмешивается это самое вдруг?! Неужели без него никак не обойтись? Пусть бы все шло счастливо и гладко и история без всякой суеты приблизилась к счастливому финалу. Так нет же! – Появляется это сумасбродное "вдруг" и нарушается тихое течение событий: и рушатся мосты, и штормит море, и вековые снега сходят с гор, и все надо начинать сначала. Что ж, наша история не исключение. Да ведь в ней совершенно все происходит вдруг: вдруг заблудился желтый автобус, вдруг Мэйми решила разузнать дорогу…. Но не будем заниматься перечислением событий. Хотя, возможно, именно об этом самом "вдруг" и подумала Мэйми, когда неловко поставила ногу не рядом с выступом, а прямо на него. Она соскользнула с камня и легко покатилась вниз. Марта, растерявшись, бросилась было на помощь подруге, но тоже упала и покатилась следом, больно ударяясь о все неровности, встречающиеся на пути, и остановилась только тогда, когда на полном ходу врезалась в обледеневшую глыбу.

От встречи с камнем Марта какое-то время пыталась оправиться, потом, оглянув себя, подсчитала возможный урон – количество ссадин и шишек. Держась за гудящую колоколом голову, она посмотрела вниз. Потом посмотрела по сторонам. Мэйми нигде не было. Забыв об осторожности, Марта вскочила, бросилась в одну сторону, в другую. Ее полный отчаяния крик "Мэйми! " разнесся по горам, а ответило равнодушное эхо. Похоже здесь действительно никого не было.

Марта искала и звала Мэйми, пока совсем не охрипла. Она побрела вниз, надеясь найти несчастную Мэйми там. "Может она тоже ударилась об острый камень, но потеряла сознание. Я непременно должна найти ее", – говорила сама себе Марта и шла, уже не разбирая дороги. В глазах у нее темнело, и снег в камнях казался черным. И она думала что пришла ночь. Но это была не ночь, это боль и страх раздирали ее сердце, это усталость поднималась темной пеленой в глазах. Немудрено, что Марта не заметила расщелину, показавшуюся ей просто черным пятном, ступила в нее и стремительно полетела вниз. Под ногами теперь не было даже самой зыбкой опоры – не было ничего. Опять вниз! Ну сколько можно падать?! – хотела завопить Марта, ощутив обволакивающую пустоту, но из горла вырвалось только "А-а-а!!! " Она неслась на огромной скорости в полной темноте и потому не знала, где в конечном счете окажется. "Я могу плюхнуться сейчас в океан, кишащий акулами, или в огнедышащее жерло вулкана, в мерзкое вонючее болото или джунгли, где всюду с деревьев свисают ядовитые змеи и мохнатые пауки. Но я ничего не могу изменить, и поэтому лучше просто успокоиться", – так решила для себя умница Марта. Она закрыла глаза и приняла все как есть.

Глава 25

Глава XXV.

Марта открыла глаза, когда поняла, что самое страшное позади и вряд ли может случиться еще более неприятное, чем падение в расселину горы и сверхскоростной полет в неизвестность. Да, она открыла глаза, привыкшие за последние дни, недели, а возможно, и месяцы к разным картинам. Эти замечательные карие глаза повидали многое, но сейчас в них плескалось удивление. Марта почти забыла, что есть на земле такие места: тихие уютные комнатки в старинных небольших домах с камином, в котором словно потрескивают горящие дрова, и свечами, создающими таинственный полумрак. В комнате стояла та тишина, которую принято у нас называть тишиной. Тикали часы, не прерывая ни на миг свой размеренный бег, негромко потрескивало в камине. Казалось, здесь никого нет. Но между тем Марта чувствовала, что она не одна, и приглядевшись, обнаружила в кресле качалке у самого камина человека неопределенных лет (разглядеть его получше мешал полумрак), ноги его были укрыты толстым клетчатым пледом. Этот лохматый красно-коричневый плед напомнил Марте о доме, и тогда она совершенно успокоилась и стала разглядывать жилище, куда попала самым невероятным образом.

Это была не просто комната, а очень уютная комната, чья-то теплая, хорошо устроенная нора, где можно дремать под пушистым пледом, листать какую-нибудь замечательную толстую книгу, лучше с картинками, или же просто смотреть на огонь и думать о чем-то приятном. Темные шторы с вышитыми на них золотом рисунками, полностью скрывали окна, и Марта не смогла бы ни за что сейчас ответить, какое время суток за глухими ставнями. И чем дольше она сидела на мягком клетчатом диване, тем сильнее верила в то, что за стенами вообще ничего нет и вообще весь мир – это комнатка с камином и странным человеком в кресле-качалке. А он словно и не замечает девочку, – а ведь не спит вроде, смотрит куда-то, будто сквозь кирпич разглядеть что-то может, и загадочно улыбается одними уголками губ. О чем задумался, этот таинственный незнакомец? Но глаза понемногу привыкали к полумраку, и Марта продолжала разглядывать жилье молчаливого господина.

Кроме камина, кресла и уютного дивана, здесь было много интересных предметов, безделушек, хотя на первый взгляд они казались совершенно обычными. Например, книжный шкаф: темного дерева, упирающийся в потолок, сияющий украшенным золотом переплетами. Книги в кожаных переплетах, книги в бархатных переплетах…

Да как же их много! "Наверно, это замечательные книги о разных странах, о звездах и планетах, о войнах и героях, о путешествиях и богатых кладах", – догадалась Марта, но присмотревшись, с удивлением обнаружила что на всех переплетах непременно встречается слово "Сказки". "Неужели на свете столько сказок?" – поразилась она и повернула голову влево. Камин и полки резной этажерки уставлены странными вазочками, статуэтками: там были и белые мраморные слоники, и фарфоровые красавицы с бледными личиками, и усеянные цветами серебряные вазочки с длинными горлышками, и деревянные фигурки, изображавшие охоту, катание на лошадях и игру на арфе. Марта смогла все это рассмотреть, потому что этажерка на гнутых ножках стояла совсем рядом в простенке между двумя окнами, куда уже стали проникать тусклые лучи света. Девочке даже показалось, что где-то она все это уже видела. Конечно же, в чудесном домике Мэйми были похожие вещицы.

Марта сразу погрустнела. И сидеть на мягком диване, в жарко натопленной комнате было уже не так приятно. Хотелось домой. Может быть, незнакомый господин знает, как туда добраться? Марта посмотрела на незнакомца. Он тоже повернул голову и посмотрел на девочку, все так же загадочно улыбаясь и чуть прищурив глаза. Не дожидаясь вопроса, он сказал совершенно спокойным голосом: