Текст книги "Как стать продюсером 4 (СИ)"

Автор книги: Вадим Фарг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Я медленно убрал руки с клавиш и повернулся к ним, чувствуя, как в пальцах всё ещё вибрирует остаток мелодии.

– Ну да, – я усмехнулся, глядя им в глаза. – И вот что забавно, девочки. Мы ведь оба знали о магии друг друга ещё тогда, в ту нашу безумную ночь. Но почему-то никто не захотел признать это вслух. Просто сделали вид, что всё идёт по плану, и молчали.

Сёстры переглянулись. Анне слегка нахмурилась, словно пыталась вспомнить детали, а Теа прикусила губу и задумчиво посмотрела в сторону.

– А ведь ты прав, – медленно произнесла Теа, подходя ближе. – Это действительно странно. Мы чувствовали твою силу, она буквально била по нам волнами, но мы просто… проигнорировали это. Будто кто-то аккуратно стёр этот момент из нашей памяти или заставил нас забыть.

Я мысленно рассмеялся. Конечно, они не знали, что это была моя маленькая работа с их восприятием. В прошлой жизни сирены подчинялись мне беспрекословно, и их сущности до сих пор помнили этого хозяина, даже если разум забыл. Но выкладывать такие подробности я не собирался, зачем портить интригу?

– Ладно, хватит философствовать, – я поднялся с банкетки и сладко потянулся, чувствуя, как хрустят позвонки. – Давайте уже к делу. Учите меня своим музыкальным фокусам, пока у меня есть настроение.

Сёстры тут же оживились. Они обступили меня, и их голоса слились в один ритмичный поток. Они начали объяснять, как с помощью музыки можно буквально «цеплять» канжо, направлять эти потоки эмоций и выстреливать ими в зал, чтобы зрители рыдали или смеялись по щелчку пальцев.

Сначала всё шло из рук вон плохо. Звуки выходили какими-то рваными, а энергия просто рассеивалась в воздухе, как дым от дешёвой сигареты. Я чувствовал, что что-то делаю не так, но через десять минут всё вдруг встало на свои места. Я поймал этот ритм, и дело пошло на лад.

Анне и Теа следили за каждым моим движением с нескрываемым интересом. Я видел, как в их глазах разгорается настоящий азарт. Когда я наконец выдал короткую импровизацию, от которой по студии прокатилась мягкая, обволакивающая волна тепла, они одновременно захлопали в ладоши.

– Ты учишься пугающе быстро, – Анне подошла сзади и мягко положила ладони мне на плечи, слегка сжав их. – Даже слишком быстро для человека.

– Это всё мой природный талант, – я ухмыльнулся и откинул голову назад, чтобы видеть её лицо. – И немного природного упрямства.

Теа в это время присела на край рояля, закинув ногу на ногу. Её короткое платье задралось, открывая вид на стройные бёдра, а взгляд стал откровенно голодным. Она смотрела на меня так, будто я был самым вкусным десертом в этом городе.

– Знаешь, Кацу, – она наклонилась вперёд, почти касаясь губами моего уха, и её голос стал низким, с хрипотцой. – Мне кажется, мы могли бы совместить приятное с полезным. Практика ведь должна быть полноценной, верно?

Я тихо рассмеялся и откинулся на спинку банкетки, разглядывая их обеих. Эти две были как стихийное бедствие, только очень красивое и в дорогих нарядах.

– Вы, девочки, как всегда, предлагаете то, от чего просто невозможно отказаться. У вас вообще есть хоть одно предложение, которое бы меня оттолкнуло?

Они переглянулись и синхронно улыбнулись. В следующую секунду Анне уже сидела у меня на коленях, обхватив шею руками, а Теа прижалась сбоку, запуская пальцы в мои волосы и слегка оттягивая их. Их лазурные ауры вспыхнули и переплелись с моей, создавая вокруг нас настоящий вихрь из света и музыки.

Мы занимались сексом прямо на белом рояле. Это было дико, неудобно, но чертовски возбуждающе. Каждый случайный звук, который издавали струны под нашими телами, казался частью какой-то безумной, грязной симфонии. Сёстры двигались слаженно, как один организм, и я снова почувствовал ту самую древнюю связь, которая когда-то была между нами. В такие моменты я почти забывал, что я теперь в теле какого-то клерка.

Когда всё закончилось, мы просто лежали на полу, раскинувшись среди сброшенных подушек и разбросанной одежды. В студии воцарилась тишина, которую нарушал только отдалённый гул вентиляции.

– Это было… – начала Анне, но замолчала, пытаясь подобрать подходящее слово. Она выглядела совершенно измотанной и счастливой.

– Неплохо, – закончил я за неё, лениво усмехаясь.

Теа приподнялась на локте и посмотрела на меня с лёгкой, почти нежной улыбкой.

– Ты всё-таки очень странный, Кацу. Но с тобой точно не соскучишься. Наверное, поэтому мы и застряли с тобой в этой комнате.

– Я знаю, – я потянулся и закрыл глаза, чувствуя приятную тяжесть в мышцах. – Поэтому вы и не сможете от меня отказаться. Я слишком хороший учитель.

Они тихо рассмеялись. В этом смехе было что-то искреннее и тёплое. Наверное, впервые за долгое время эти две дивы почувствовали, что нашли кого-то, кто не боится их силы и не пытается использовать их как инструмент для славы. Ну, или я просто очень хорошо притворяюсь.

Глава 20

– Война без ресурсов, это просто красивый способ самоубийства, – сказал я, обводя взглядом всех, кто собрался в переговорке.

Честно говоря, я сам иногда удивляюсь, как быстро привыкаю к этой корпоративной суете. Раньше я повелевал легионами в Аду, а теперь обсуждаю сметы в комнате, которая пахнет дешёвым кофе и старым пластиком. Но, признаться, эта игра в «бизнесмена» затягивает даже больше, чем пытки грешников.

Рио сидел во главе стола. Он то и дело поправлял очки и нервно стучал пальцем по дереву, создавая какой-то раздражающий ритм. Чоу замерла у окна. Она скрестила руки на груди и смотрела на меня так, будто я предложил ей прямо сейчас выйти в окно без страховки. Братья Баро устроились напротив. Они синхронно закинули ноги на ноги, выглядя как две одинаковые куклы в дорогих костюмах. Эти их идентичные очки бесили меня больше всего.

– И что ты предлагаешь, Кацу? – спросила Чоу, даже не повернув головы. – Собрать банду уличных музыкантов и пойти штурмовать совет директоров с гитарами наперевес?

Я усмехнулся и с размаху разложил на столе карту Токио, едва не смахнув стакан с водой.

– Почти угадала, но без штурма, – я подмигнул ей, заметив, как она едва заметно повела бровью. – Мы просто построим свою сеть площадок. Такую, которая вообще не зависит от инфраструктуры «Кимуры». Свои залы, своя студия, свои люди. Если наш великий босс решит нас придушить, мы просто перейдём в автономный режим.

Рио медленно снял очки и с тяжёлым вздохом потёр переносицу. Он выглядел так, будто не спал неделю, и моя идея, кажется, добавила ему ещё пару седых волос.

– Звучит как план какого-то безумца, – тихо произнёс он, глядя на карту. – Но, чёрт возьми, в этом что-то есть. Если мы реально сможем собрать пару площадок и десяток артистов, мы перестанем быть заложниками одного канала. Нам больше не придётся кланяться каждому встречному из руководства.

– Именно, – я довольно кивнул и ткнул пальцем в район Сибуи. – Начнём с того заброшенного павильона. Я уже переговорил с владельцем, он парень простой, его легко убедить. Потом подключим независимую студию звукозаписи, а финальной точкой станет малая сцена того театра, где мы ставили мюзикл с детьми. У нас там уже есть репутация, осталось просто собрать всё это в одну систему.

Чоу наконец повернулась ко мне. В её глазах вспыхнул тот самый огонёк азарта. Я знал этот взгляд – так она смотрит, когда понимает, что ставка высокая, но куш может быть огромным.

– Ладно, уговорил, – она подошла к столу и оперлась на него руками, подавшись вперёд. – Я беру на себя все договоры и цифровую безопасность. Если кто-то из «крыс» попытается влезть в наши серверы, я узнаю об этом раньше, чем они успеют нажать кнопку «Enter».

– А мы, – Сараке лениво поднял руку, поправляя солнцезащитные очки, – поднимем старые связи. У нас есть пара знакомых, которые держат небольшие клубы и залы. Они давно мечтают свалить из-под гнёта «Кимуры», просто боялись сделать первый шаг.

– Вот и отлично, – я с силой хлопнул ладонями по столу, от чего Рио даже вздрогнул. – Тогда начинаем прямо сейчас. Времени у нас мало, а Кимура-сама не из тех людей, которые будут вежливо ждать, пока мы развернёмся.

Я посмотрел на них и подумал, что эта команда – самое странное сочетание людей, которое я когда-либо собирал. Но, знаете, в этом и весь кайф. Когда ты демон в теле офисного клерка, обычная работа кажется скучной, а вот строить теневую империю прямо под носом у своего босса – это уже настоящий отдых.

* * *

Заброшенный павильон выглядел паршиво. Знаете, как те места из фильмов про конец света, которые просто забыли снести. Окна почти все выбиты, по полу гуляет пыль, а в воздухе стоит стойкий запах старого бетона. Но я смотрел не на грязь, а на каркас. Стены были крепкие, и в голове сразу сложилась картинка: здесь легко поставить модульный зал на пятьсот человек, а если поднажать, то и больше.

Владельцем оказался какой-то дедок по имени Гото-сан. Невысокий, весь в морщинах, с таким взглядом, будто он видит меня насквозь и уже решил, что я ему не интересен. Он долго молчал, обходя помещение и периодически поглядывая на меня с явным сомнением.

– Ты серьёзно хочешь арендовать эту рухлядь? – Гото-сан хмыкнул, обвёл рукой обломки кирпичей и скрестил руки на груди. – Послушай, парень, ты либо слишком смелый, либо у тебя денег столько, что тебе просто некуда их девать.

Я спокойно улыбнулся и достал из сумки папку с расчётами.

– Ни то, ни другое, Гото-сан, – я протянул ему бумаги, стараясь поймать его взгляд. – Я предлагаю вам партнёрство. Мы сами оплатим весь ремонт, обновим проводку и сделаем из этого места современный зал. А вы будете получать фиксированный процент с каждого мероприятия. Плюс, я бесплатно прорекламирую вашу площадку в своём блоге. А там, к слову, сотни тысяч людей, которые любят такие места.

Старик медленно взял папку, открыл её и начал изучать цифры. Я видел, как его брови поползли вверх, а взгляд стал более сосредоточенным. Он несколько раз перечитал один и тот же абзац, постукивая пальцем по бумаге.

– И зачем тебе всё это? – спросил он, не поднимая глаз. – Такие молодые и успешные обычно не копаются в руинах. Им подавай готовые залы с красными дорожками, кондиционерами и официантами в белых перчатках.

Я пожал плечами. Честно говоря, мне было плевать на красные дорожки.

– Мне нужны независимые площадки, – ответил я, глядя на облупившуюся краску на потолке. – Без посредников, без дурацких корпоративных лицензий и без людей, которые могут отключить мне свет одним звонком, если я им не понравлюсь. Я строю свою сеть, и ваше здание может стать первой точкой.

Гото-сан наконец поднял на меня глаза. Мы молчали секунд десять, и в этой тишине было слышно только, как где-то вдалеке капает вода. Потом он вдруг коротко усмехнулся и покачал головой, будто нашёл меня забавным.

– А ты наглый, малый, – он с хлопком закрыл папку и протянул мне свою сухую, как пергамент, ладонь. – Но мне нравится такой подход. Давай попробуем, всё равно здание только пыль собирает.

Я пожал его руку и почувствовал, как внутри разливается приятное чувство победы. Первый камень в фундамент был заложен, и теперь оставалось только превратить эту свалку в нечто приличное. Кстати, читатели, если вы думаете, что всё будет легко, то вы плохо меня знаете. Впереди нас ждало столько проблем, что даже мой демонический оптимизм чуть не дал сбой.

* * *

Студия звукозаписи принадлежала какому-то Такахаси. Раньше он писал музыку для «Кимуры», но, судя по всему, расстались они не на самой доброй ноте. Мужик оказался лысым, лет пятидесяти, с таким лицом, будто он только что съел лимон. Пальцы у него были все в чернилах, а сам он встретил нас с Чоу в тесной комнатке, где повсюду валялись старые синтезаторы и какие-то коробки с проводами. Честно говоря, место выглядело так, будто здесь живут привидения старой техники.

– Я с корпорациями не работаю, – отрезал он сразу, даже не поздоровавшись. Он скрестил руки на груди и посмотрел на меня с таким презрением, будто я принёс ему предложение помыть полы. – После того как Кимура вышвырнул меня на улицу, я поклялся, что больше никогда не буду иметь с ними ничего общего. Даже если они предложат мне золотой унитаз.

Я спокойно устроился на единственном свободном стуле и закинул ногу на ногу. Чоу рядом стояла с каменным лицом, но я видел, как она едва сдерживает раздражение от такого приёма.

– А я и не предлагаю вам работать на корпорацию, – я слегка улыбнулся, глядя ему прямо в глаза. – Давайте будем честными: вам нужны деньги и работа, а мне нужно место, где не будут задавать лишних вопросов. Я предлагаю вам стать частью независимой сети. Ваша студия, ваши правила и ваши артисты. Мы просто обеспечим вам поток клиентов и сделаем рекламу, чтобы о вас снова вспомнили.

Такахаси нахмурился и начал медленно обходить меня кругом, скептически осматривая с ног до головы. Он выглядел как старый пёс, который пытается понять, не пытается ли его обмануть молодой щенок.

– Звучит слишком сладко, чтобы быть правдой, – он прищурился, остановившись прямо передо мной. – И что вы за это хотите? Процент с каждого трека? Или хотите контролировать, что я пишу и кого записываю? Если вы думаете, что я стану вашей марионеткой, то вы ошиблись адресом.

– Всё гораздо проще, – я пожал плечами, демонстрируя полное отсутствие интереса к власти над ним. – Небольшой процент с коммерческих записей и право иногда использовать студию для наших личных проектов. Всё остальное остаётся вам. Мне не нужен ваш бизнес или управление вашим временем, мне просто нужна надёжная точка опоры в этом городе.

Знаете, в такие моменты я чувствую себя как в старой игре, где нужно подобрать правильный ключ к замку. Одно верное слово, и человек перед тобой превращается из стены в союзника.

Он долго молчал, глядя на меня тяжёлым взглядом, а потом вдруг громко рассмеялся. Смех у него был хриплый, надрывный, как у человека, который за всю жизнь выкурил целый склад сигарет.

– Чёрт возьми, а ты мне нравишься, парень! – он с силой хлопнул ладонью по заваленному бумагами столу, отчего несколько листов разлетелись по полу. – У тебя есть стержень, это редкость для нынешних офисных крыс. Ладно, давай попробуем поработать. Но предупреждаю сразу: если я увижу здесь хоть одного идиота из «Кимуры» с этим их дурацким бейджиком на шее, я вышвырну его отсюда лично, вместе с его амбициями.

– Договорились, – я кивнул и поднялся со стула. – Людей с бейджиками здесь не будет. Только творческие души и пара очень уставших продюсеров, которым просто хочется, чтобы всё работало.

Я развернулся и пошёл к выходу, чувствуя, как Чоу наконец-то расслабила плечи. Ещё одна галочка в списке дел, ещё один союзник в моей маленькой войне. Главное, чтобы этот старик не передумал, когда увидит, сколько работы я на него свалю.

* * *

Театр встретил нас запахом свежей краски и блеском паркета. Директор, пожилая дама с высокой причёской, которая выглядела так, будто её зацементировали лаком, лично провела нас в малый зал. Она с явной гордостью похлопала ладонью по новым мягким креслам.

– Знаете, я до сих пор под впечатлением от вашего мюзикла, – она остановилась и посмотрела на меня через очки. – У нас теперь аншлаги каждые выходные, люди буквально штурмуют кассы. Дети даже спрашивают, когда снова приедет тот самый «дядя-демон».

Я усмехнулся, обводя взглядом помещение. Зал был уютным, акустика – отличной. В общем, место подходящее для чего-то камерного, где не нужно орать в микрофон, чтобы тебя услышали на заднем ряду.

– Приятно слышать, что детям зашло, – ответил я, подходя к краю сцены. – Но давайте будем честными: мы здесь не для того, чтобы обсуждать мои успехи в роли демона.

Директор заинтригованно приподняла бровь и чуть подалась вперёд.

– И чего же вы хотите, Таката-сан? Вы ведь понимаете, что наш театр сейчас на подъёме, и мы можем предложить вам очень выгодные условия, чтобы вы перенесли свои постановки к нам на постоянной основе.

Я посмотрел на неё, прищурившись. Эта женщина была опытным игроком, но сейчас она была слишком заинтересована.

– Именно об этом я и думаю, – я облокотился на сцену, глядя на пустые ряды. – Я хочу сделать этот зал одной из наших основных площадок. Будем ставить детские спектакли, проводить небольшие концерты или творческие вечера. Всё то, что не влезет в огромные залы, но всё равно соберет свою аудиторию.

Директор всплеснула руками и закивала так энергично, что её причёска опасно качнулась.

– О, это было бы просто чудесно! – она прижала ладони к груди, и в её глазах вспыхнул настоящий азарт. – Мы давно мечтали о постоянной программе, а не о разовых заездах. И, признаться, после вашего успеха у нас появилось несколько новых спонсоров, которые готовы вложиться в развитие малых форм.

– Ну, раз мы так быстро договорились, то лишние слова ни к чему, – я протянул ей руку.

Она с радостью пожала её, и я почувствовал, как она буквально светится от счастья. Похоже, я снова нашёл способ превратить чужое восхищение в полезный актив. (Кстати, читатели, если вам кажется, что я слишком легко договариваюсь, то знайте – дело не только в харизме, но и в том, что люди обожают тех, кто приносит им деньги).

* * *

Репетиция в павильоне шла полным ходом, и вокруг творился настоящий хаос. Братья Баро, в своём репертуаре, притащили с собой каких-то уличных музыкантов, которых откопали в переходах Сибуи. Компания подобралась странная: парень с потрёпанной гитарой, девушка с электроскрипкой, пара битмейкеров и какой-то чудик, который с энтузиазмом лупил по самодельным барабанам из пластиковых вёдер. Звучало это всё максимально дико, но в этом и был прикол.

Анжи, сосредоточенно надув губы, сидела за клавишами и наигрывала свою новую мелодию. Она была полностью в своём мире, и только Ай возвращала всех в реальность. Мелкая носилась между рядами, размахивая своим картонным рупором и раздавая указания с таким видом, будто она тут как минимум генеральный директор корпорации «Кимура».

Сёстры Олсен стояли у края сцены и что-то бурно обсуждали с Чоу. Они активно жестикулировали, и по их лицам было видно, что они пытаются втиснуть в этот детский проект хоть немного своего звёздного пафоса.

Я стоял в стороне, прислонившись к колонне, и просто наблюдал за всем этим балаганом. Знаете, в моей прошлой жизни я сжигал города и заставлял тысячи существ дрожать от одного моего имени. А сейчас? Сейчас я стою в пыльном павильоне и радуюсь тому, что какая-то девочка правильно поставила акцент в музыке. Странно, да? Наверное, если бы мои старые подданные увидели меня сейчас, они бы решили, что я окончательно сошёл с ума. Но, честно говоря, мне было плевать. Впервые я чувствовал, что делаю что-то действительно стоящее. Не ради того, чтобы вылизать задницу какому-нибудь жирному боссу или заработать лишний миллион, а просто потому, что этим ребятам хотелось творить.

– Ты чего такой кислый? Выглядишь так, будто сейчас расплачешься от умиления, – раздался за спиной знакомый голос.

Я обернулся. Юко стояла рядом, прислонившись к стене. Она смотрела на меня с этой своей понимающей улыбкой, а в глазах плясали весёлые огоньки. Она всегда видела меня насквозь, и это одновременно бесило и притягивало.

– Просто пыль в глаза попала, не придумывай, – я усмехнулся, стараясь вернуть лицу привычное безразличие, и снова посмотрел на сцену. – Знаешь, иногда я вообще забываю, что я демон. А тут дети, эта их искренняя музыка, все такие воодушевлённые… Прямо тошнит от этой приторной милоты.

Юко тихо рассмеялась, подошла ближе и почти вплотную прижалась к моему плечу.

– Перестань притворяться, Кацу. Ты же сам этого хочешь. Я вижу, как ты на них смотришь, когда думаешь, что никто не замечает. Тебе нравится быть их защитником, признай это.

Я покосился на неё, чувствуя, как внутри что-то ёкает. Чёрт, эта женщина слишком опасна для моего имиджа.

– Ну, может, самую малость, – я едва заметно улыбнулся. – Но если ты хоть кому-нибудь об этом проболтаешься, я всё буду отрицать до самого конца. Даже под пытками.

– Конечно, – она игриво подмигнула мне, поправляя прядь рыжих волос. – Твоя репутация самого злобного и холодного демона в этом городе останется в полной безопасности. Пока что.

Мы замолчали, слушая, как Анжи переходит на более высокую ноту. В этот момент в павильон зашёл какой-то мужчина в дорогом костюме, который с явным интересом рассматривал музыкантов и детей. Я сразу понял, кто это. Представитель другого театра, который уже давно пытался переманить нашу команду к себе, предлагая золотые горы и лучшие залы.

Я невольно сжал кулаки. Пусть только попробует подойти к ним со своими контрактами. Я, конечно, теперь работаю в офисе, но привычка вырывать языки тем, кто лезет не в своё дело, всё ещё была при мне. Юко заметила мой взгляд и тихонько сжала мою ладонь, как бы говоря: «Спокойно, демон, не порти момент».

* * *

На репетиции в этом новом театре я решил проверить на практике всё то, чему меня учили сёстры Олсен. Место было пафосное, с золотыми занавесами и огромной люстрой, которая, казалось, вот-вот рухнет на головы музыкантов. Руководство этого заведения очень хотело переманить нашу команду к себе, поэтому они старались выглядеть максимально впечатляюще.

Я прикрыл глаза и попытался сосредоточиться на потоках канжо, которые висели в воздухе. Сначала всё было как в тумане, но постепенно я начал различать разные оттенки энергии.

Вот светлый, почти прозрачный отклик детей, он был приятным и тёплым. Рядом вибрировало напряжение музыкантов, плотное и колючее. А вот энергия рекламщиков, которые пришли нас оценивать, была какой-то липкой и серой, прямо как старое масло на сковороде.

Я попробовал аккуратно разделить эти потоки, чтобы понять, кто здесь главный, но в какой-то момент меня просто накрыло. В голове словно взорвалась петарда, перед глазами поплыли яркие пятна, а ноги стали ватными. Я пошатнулся и едва не растянулся на дорогом паркете.

– Кацу! – Юко среагировала мгновенно. Она буквально влетела в моё личное пространство и крепко подхватила меня под руку, не давая упасть. – Ты чего творишь? Ты вообще в порядке?

Я попытался улыбнуться, но, кажется, получилось что-то среднее между гримасой боли и попыткой съесть лимон.

– Всё нормально, – прохрипел я, стараясь выровнять дыхание. – Просто немного переоценил свои способности. Слишком много информации обрушилось на голову за один раз.

Юко недовольно цокнула языком и, придерживая меня, помогла дойти до ближайшего стула. Она буквально впихнула меня в сиденье и сложила руки на груди, глядя на меня своим фирменным строгим взглядом.

– Идиот, ты настоящий идиот, – сказала она, хотя в её голосе слышалось больше беспокойства, чем злости. – Хватит на сегодня с этими экспериментами. Ты не железный, Кацу, даже если очень хочешь казаться таким перед всеми.

Я слабо усмехнулся и откинул голову на спинку стула, глядя в высокий потолок.

– Но я же демон, – тихо произнёс я. – По идее, нам положено быть неуязвимыми и вообще не знать, что такое головокружение.

– Ага, конечно, рассказывай это своим рогам, – Юко закатила глаза, но тут же смягчилась. Она достала из сумки бутылку воды, открутила крышку и протянула мне. – Пей молча и не смей больше спорить со мной в ближайший час.

Я взял бутылку, чувствуя пальцами холодный пластик. Вода была ледяной и приятно освежила пересохшее горло. Пока я пил, я смотрел на Юко. Она стояла рядом, всё ещё немного напряжённая, и я поймал себя на мысли, что это чертовски странно. Впервые за очень долгое время кто-то заботится обо мне не потому, что я могу решить проблему или принести выгоду, а просто потому, что я сейчас выгляжу как побитый щенок.

Это чувство было непривычным и даже немного пугающим. Я не привык быть объектом искренней заботы.

– Спасибо, – сказал я, глядя ей прямо в глаза.

Юко удивлённо моргнула, её брови приподнялись. Она явно не ожидала от меня такой прямолинейности. Затем она вдруг улыбнулась и легонько, почти по-детски, щёлкнула меня по носу.

– Ого, смотрите-ка! Наш грозный демон умеет благодарить? Надо обязательно отметить этот день в календаре, а то вдруг это было разовое явление.

– Только попробуй, я тебе этот календарь сожгу, – я усмехнулся, чувствуя, как внутри становится теплее, и снова расслабился в кресле.

Кстати, если вы сейчас думаете, что я окончательно размяк, то спешу вас расстроить. Я всё ещё демон, просто даже демонам иногда полезно, чтобы кто-то подал им бутылку воды, когда мир начинает вращаться вокруг своей оси.

* * *

Репетиция наконец-то закончилась. Дети с шумом разбежались, а я остался стоять посреди сцены, пытаясь переварить весь этот хаос. В этот момент ко мне подбежала Ай. В руках она сжимала какой-то измятый лист бумаги, который явно успел побывать в кармане или даже в рюкзаке.

– Кацу-сан, глянь скорее! – она с энтузиазмом ткнула листом мне в грудь, едва не ткнув бумагой в нос. – Я тут набросала схему, как мы всё соединим. Это будет наша секретная сеть!

Я взял рисунок, стараясь не смять его ещё сильнее. На бумаге красовались кривые кружочки, соединённые ломаными линиями. В самом центре, чуть жирнее остальных, был нарисован человечек с забавными рожками. Вокруг него в каком-то безумном танце кружились дети, музыканты и пара существ, которых я даже не смог опознать.

– О, а это кто? – я приподнял бровь, указывая на центр композиции.

– Ну ты же не слепой, это же ты! – Ай хихикнула и с силой ткнула пальцем в рогатого парня. – А вот это мы все. Смотри, линии идут от тебя ко всем остальным. Мы будем как большая паутина, понимаешь? Чтобы нас никто не смог разорвать и разбросать по углам.

Я посмотрел на этот детский рисунок и вдруг почувствовал, как в груди что-то неприятно сжало. Знаете, это чувство, когда кто-то видит тебя настоящего, хотя даже не подозревает, кто ты на самом деле. Эта мелкая снова попала в самую точку. Я, демон из Преисподней, теперь стал центром какой-то детской «паутины». Ирония судьбы, прямо как в плохом сериале.

– Слушай, Ай, а почему именно паутина? – я постарался, чтобы голос звучал спокойно, хотя внутри всё перевернулось. – Разве пауки не пугают людей?

Девочка задрала голову и посмотрела на меня с таким серьёзным видом, будто объясняла основы квантовой физики.

– Паутина – это же самая крепкая штука в лесу! Если один ниточка порвётся, остальные всё равно будут держать. Вот и мы так: если кто-то один загрустит или испугается, остальные его подтянут. Это же просто, Кацу-сан!

Я не выдержал и тихо рассмеялся. Мягко погладив её по розовым кудрям, я слегка прищурился.

– Ладно, убедила. Будем паутиной. Обещаю, что никто нас не разорвёт, – я сказал это почти шёпотом, но сам себе дал клятву.

Ай радостно взвизгнула, развернулась на пятках и с криком «Анжи, смотри, что я придумала!» умчалась в другой конец зала. Я долго смотрел ей вслед, чувствуя, как по лицу расплывается глупая улыбка.

Честно говоря, я всегда считал себя выше человеческих привязанностей. Но глядя на эту маленькую девчонку, я понял одну вещь: ради таких моментов можно рискнуть даже своей шкурой, даже если эта шкура принадлежит высшему демону. В конце концов, быть центром чьей-то поддержки куда приятнее, чем править в пустом Аду.

* * *

Кагеяма выплыл в павильон так тихо, что я заметил его, только когда он оказался совсем рядом. Стоял у входа, засунув руки в карманы своего идеально выглаженного серого костюма, и смотрел на нас с этой своей дежурной, пустой улыбкой. Если присмотреться, вокруг него клубилась чёрная пустота, которая медленно растекалась по бетонному полу, напоминая грязную лужу нефти.

– Впечатляет, Таката-сан, – произнёс он, когда я подошёл ближе. Его голос был ровным, почти механическим. – Вы тут прямо целую империю строите. Декорации, люди, бюджеты. И всё это, насколько я понимаю, в полной тайне от совета директоров.

Я остановился в паре шагов от него и с самым невозмутимым видом пожал плечами.

– Я просто развиваю творческие проекты, Кагеяма-сан. Разве в нашей компании запрещено проявлять инициативу? – я чуть приподнял бровь, стараясь выглядеть максимально наивно.

Кагеяма улыбнулся ещё шире, но глаза при этом остались холодными, как лёд в стакане виски. Он слегка наклонил голову набок, изучая меня, словно какой-то интересный экземпляр в банке с формалином.

– Конечно, нет. Инициатива – это прекрасно, – он сделал небольшую паузу, смакуя момент. – Но вы же понимаете, что рано или поздно об этом узнают. А когда бумаги попадут на стол к руководству, вам придётся отвечать на очень неприятные вопросы. И поверьте, ответы «я просто творил» обычно не работают.

Я посмотрел ему прямо в глаза, не отводя взгляда. Внутри меня закипало раздражение, но внешне я оставался спокойным.

– Я всегда готов к любым вопросам, – ответил я, сложив руки на груди. – Главное, чтобы они были правильными и по существу. А если вопросы будут глупыми, то я, скорее всего, просто над ними посмеюсь.

Кагеяма тихо рассмеялся, прикрыв рот ладонью, и медленно покачал головой, будто искренне удивляясь моей наглости.

– Вы действительно опасный человек, Таката-сан. Или, может, вы вообще не совсем человек? – он прищурился, и в этот момент его аура на мгновение вспыхнула, попытавшись пробить мою защиту.

Я промолчал. Мы стояли друг напротив друга, и воздух между нами буквально вибрировал от напряжения. Я чувствовал, как эта чёрная дыра пытается поглотить мои эмоции, но я лишь крепче сжал кулаки, удерживая свою суть внутри.

– Что ж, – он наконец отступил на шаг и вежливо, почти по-королевски поклонился. – Я обязательно доложу о ваших успехах. Но, думаю, вы и сами понимаете, что игра становится всё интереснее. Теперь ставки выросли.

Он развернулся и ушёл, чеканя шаг по павильону. Я остался стоять на месте, глядя ему в спину. Этот тип знал гораздо больше, чем пытался показать, и это меня всерьёз напрягало. Он не просто проверял сметы, он охотился. Но отступать было уже поздно, я слишком глубоко залез в этот омут.

– Ну что, читатели, – я усмехнулся, глядя куда-то в пустоту за пределами страницы. – Похоже, мы ввязались в самую большую авантюру в моей жизни. И, честно говоря, мне это чертовски нравится. Главное, чтобы нас не прихлопнули раньше, чем мы дойдём до финала.