Текст книги "Как стать продюсером 4 (СИ)"

Автор книги: Вадим Фарг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 6

Бывают моменты, когда лучше просто промолчать и улыбнуться, особенно если перед тобой стоит существо, способное стереть тебя в порошок одним движением брови.

Съёмочная площадка замерла, и даже Чак Драйдер, который обычно орал громче сирены, замолчал с открытым ртом. По площадке шла Она. Госпожа двигалась медленно, разглядывая декорации с видом хозяйки, которая пришла проверить свои владения. Тёмное платье облегало фигуру, а чёрные очки скрывали лицо, но я и так знал, что под ними прячутся алые глаза.

– Это главный инвестор проекта, – громко объявил Саракэ, нервно поправляя галстук и улыбаясь всем вокруг. – Прошу любить и жаловать, она решила лично посмотреть, как у нас тут идут дела.

Люди вокруг закивали и тут же сделали вид, что очень заняты работой. Я активировал зрение и едва не ослеп, потому что вместо обычной ауры от неё исходила пульсирующая тьма. Она не просто светилась, а пожирала всё вокруг, как голодная бездна. Это было самое опасное существо, которое я встречал в этом мире.

Госпожа остановилась напротив меня и склонила голову набок, разглядывая меня как редкий экспонат в музее.

– Таката Кацу, – произнесла она, и её голос прозвучал прямо у меня в голове. – Пойдёмте в ваш трейлер, нам нужно обсудить пару производственных вопросов, которые не терпят отлагательств.

Я вежливо улыбнулся, хотя внутри всё сжалось от напряжения.

– Конечно, я с радостью провожу вас, – ответил я, указывая рукой в сторону своего скромного жилища на колёсах.

Мы шли через площадку, и люди расступались перед нами, как море перед пророком. Никто не смел поднять глаз, даже братья Бару смотрели в пол, изучая свои ботинки. Я чувствовал, как её аура давит на плечи, но старался держать спину прямо.

Когда дверь трейлера закрылась с металлическим щелчком, температура внутри мгновенно упала. Я увидел, как изо рта вырывается пар, а пальцы начали неметь от холода. Госпожа медленно сняла очки, и на меня уставились два пылающих глаза. Воздух стал таким плотным, что дышать стало тяжело.

– Ну вот мы и одни, – произнесла она, и её губы растянулись в пугающей усмешке. – Наконец-то можно поговорить без лишних ушей и всей этой суеты вокруг.

Я с трудом сглотнул и выдавил улыбку, хотя внутри всё дрожало от страха.

– Вы правы, без свидетелей намного удобнее, – я прошёл к креслу и вальяжно плюхнулся в него, закинув ногу на ногу. – Так что же вас привело ко мне, госпожа главный инвестор?

Она тихо рассмеялась, и от этого звука стены в тесном помещении будто задрожали.

– Оставь эти игры, Кацу, – она сделала шаг ко мне, и её аура стала давить сильнее. – Я прекрасно знаю, что ты видишь канжо и что ты совсем не человек. Ты уже в курсе, как устроен наш тайный мир, так зачем притворяться?

Я не стал спорить и просто развёл руками с максимально невинным видом.

– Допустим, вы меня раскусили, – я наклонил голову, глядя ей прямо в глаза. – И что теперь? Вы пришли прочитать мне лекцию о правилах приличия среди духов или просто решили похвастаться своей проницательностью?

Госпожа снова усмехнулась и медленно обошла трейлер, лениво проводя пальцами по спинке дивана.

– Я пришла предложить тебе сделку, Кацу, – её голос стал мягче, но от этого он казался ещё опаснее. – Ты создаёшь эмоции очень высокого качества. Страх и интриги, конечно, это неплохо, но твои многоходовые схемы делают настоящий деликатес. Кимура собирает обычный фастфуд, а ты готовишь изысканные блюда.

– Приятно, что мои таланты оценили по достоинству, – я усмехнулся, хотя мышцы всё равно были напряжены.

– Не перебивай меня, – она резко повернулась, и её алые глаза вспыхнули. – Ты ведь помнишь больницу и ту ночь, когда я пришла к тебе в облике медсестры? А бассейн, где ты так откровенно рассматривал мою фигуру?

По спине пробежал холодок. Теперь стало понятно, почему та медсестра казалась мне знакомой, и почему зеленоволосая красотка в бассейне так странно себя вела. Она всё это время следила за мной и играла, как кошка с мышью.

– Вы очень наблюдательны, – я постарался, чтобы голос не дрожал. – Но если вы думаете, что я куплюсь на такие фокусы, то вы глубоко ошибаетесь.

Госпожа подошла вплотную и наклонилась, опираясь руками на подлокотники моего кресла. Её лицо оказалось в паре сантиметров от моего, и я почувствовал запах духов, смешанный с могильным холодом.

– Я предлагаю тебе место по правую руку от меня, – прошептала она, обжигая кожу дыханием. – Просто предай Кимуру, и я дам тебе власть. Помогу вернуть силы, которые ты так долго копишь. Ты станешь моим партнёром, а не обычной марионеткой.

Я молчал, глядя в её горящие глаза. Она говорила уверенно, но я чувствовал, что где-то здесь закралась фальшь.

– И какие условия? – спросил я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Госпожа улыбнулась, но взгляд остался холодным. Она подошла ближе, обдав меня запахом старой пыли и чего-то приторного.

– Всё очень просто, Кацу. Тебе нужно выкинуть из головы эту жалкую человеческую эмпатию, – она обвела рукой пространство вокруг, словно говоря о чем-то грязном. – Разорви связи с людьми и духами. Йоко, Юко, даже те дети из приюта. Они тянут тебя вниз, делают слабым. А в нашем мире слабость означает только одно, тебя просто сотрут в порошок.

Внутри меня закипал гнев. Эта женщина всерьёз предлагала мне предать всех, кто стал мне дорог. Я вспомнил Ай с её розовыми кудрями и Анжи, которая играет свою странную, волшебную музыку.

– Знаете, что я вам скажу? – я медленно откинулся в кресле, глядя на неё с иронией. – Настоящий продюсер никогда не продаёт свои активы на пике. И уж тем более не отдаёт контрольный пакет акций кому-то вроде вас.

Госпожа замерла, а её аура вспыхнула так сильно, что стены трейлера затрещали. Она выпрямилась, и на губах появилась пугающая усмешка.

– Что ж, – прошептала она, медленно отступая к выходу. – Значит, игра на выживание началась. Посмотрим, помогут ли тебе твои игрушки, когда придёт время платить.

Она растворилась в тени, и дверь с тихим скрипом закрылась. Я остался в тишине, чувствуя, как сердце бешено колотится в горле. (Кстати, если вы сейчас думаете, что я герой, то нет. Мне было чертовски страшно). Но отступать я не собирался, ведь я слишком привык побеждать.

* * *

Знаете, читатели, в Дзигоку я мог не спать веками, и мне было норм. А тут, стоило паре демонических баб по очереди вынести мне мозг, как моя человеческая тушка взбунтовалась и потребовала отдыха. Позор, честное слово.

Квартира встретила меня запахом пыли и одиночества. Я скинул ботинки, бросил пиджак на стул и рухнул на кровать прямо в одежде. Потолок был в трещинах, а за окном гудели машины, но мне было плевать. Тело ломило, будто по мне проехался грузовик, а в голове всё ещё крутился ледяной голос Госпожи. Её предложение и алые глаза ворочались в мыслях, как какой-то тяжёлый камень. Я закрыл глаза, надеясь на пару часов забытья, но сон оказался новой пыткой.

Меня выдернуло в странное место. Вокруг клубился серый туман, а я не чувствовал своего тела, просто висел в пустоте. Вдалеке проступил силуэт высокого мужчины, который смотрел на меня с абсолютно пустым лицом.

– Таката Кацу, – голос прозвучал прямо в моей голове, холодный и ясный. – Наконец-то ты меня слышишь.

Я попытался усмехнуться, но губы не слушались, поэтому просто подумал в ответ, что не очень-то и рад такому вторжению в мой сон.

– Ты можешь звать меня Хатиманом, – продолжил он, даже не заметив моего недовольства. – Я Хранитель Равновесия и уже давно наблюдаю за тобой со стороны.

– Ну конечно, – пронеслось у меня в голове. – Ещё один тайный поклонник. Может, автограф оставишь или селфи сделаем?

Хатиман не улыбнулся, его лицо осталось непроницаемым, как маска. Он сделал шаг ближе, и туман вокруг него начал расступаться.

– Сейчас не время для твоих шуток, Кацу, – он посмотрел на меня серьёзно, сложив руки на груди. – Ты должен знать, что Юко зашла слишком далеко. Её тайное расследование и то самое яйцо, которое она берегла для удара по Кимуре, почти созрели.

Я почувствовал, как внутри всё сжалось. Юко. Эта рыжая лисичка всё-таки влезла в самое пекло.

– И что с того? – я попытался звучать спокойно, хотя в груди уже поднималась тревога. – Она умная девочка, сама разберётся, что делать.

– Она играет с высшими хищниками, – отрезал Хатиман, и его голос стал жёстче. – Кимура и его Госпожа не прощают тех, кто суёт нос в их дела. Если Юко нанесёт удар сейчас, её просто сотрут в порошок, и ты это прекрасно понимаешь.

Я хотел возразить, но слова застряли в горле. Перед глазами всплыло лицо Юко, её огненные волосы и упрямый взгляд, когда она уверяла, что справится сама. Она всегда была такой, слишком смелой и безрассудной.

– Почему ты говоришь это мне? – наконец выдавил я, чувствуя, как закипает злость. – Ты же сам втянул её в эту войну, Хранитель хренов.

– Я лишь показал ей путь, – спокойно ответил он, слегка наклонив голову набок. – А вот выбор она сделала сама, и теперь её жизнь висит на волоске. Если ты не вмешаешься, она погибнет.

Туман начал сгущаться, а силуэт Хатимана стал таять, как утренняя дымка.

– Проснись, Кацу, – донёсся до меня его удаляющийся голос. – Проснись и реши, кто ты на самом деле: демон, который плюёт на всех, или тот, кто готов бороться за дорогих людей.

* * *

Я резко открыл глаза и сел на кровати, жадно хватая ртом воздух. Сердце колотилось в груди, а по лицу тёк холодный пот. В комнате было темно, и только бледный свет фонарей пробивался сквозь окно.

– Чёрт бы всё это побрал, – прошептал я, ероша волосы пятернёй и пытаясь унять дрожь в руках.

Юко. Эта девчонка действительно влезла в самое пекло, и теперь её жизнь висела на волоске. Я понимал это и без подсказок Хатимана, но его слова сработали как триггер. Внутри поднялась странная волна, которую я раньше не чувствовал. Это не был гнев или привычный азарт, скорее что-то тёплое, что буквально разрывало меня изнутри.

Я сжал кулаки, уставившись в потолок. Тысячи лет я правил в Аду, и мне было плевать на всех вокруг. А теперь какая-то рыжая кицунэ заставляет меня ощущать вещи, которые я всегда считал человеческой слабостью. Кстати, вы заметили, как быстро я превратился из великого демона в обычного влюблённого идиота? Поздравляю, читатели, вы стали свидетелями моего падения.

– Ну уж нет, так дело не пойдёт, – пробормотал я, сбрасывая одеяло на пол. – Если эта дурочка решила поиграть в супергероиню, то мне придётся её вытаскивать. Иначе какой из меня, к чёрту, продюсер, если я не могу спасти даже собственную женщину?

Я подошёл к окну и посмотрел на ночной город. Где-то там, среди неоновых вывесок и бетонных коробок, Юко шла по очень тонкому льду. Выбора у меня не осталось, придётся вмешаться. Даже если для этого мне нужно будет снова выпустить наружу того монстра, которым я был когда-то.

– Держись там, лисичка, – тихо сказал я, прижимаясь лбом к холодному стеклу и прикрыв глаза. – Теперь я всё знаю…

* * *

В одной не особо далёкой, но суровой стране есть такая поговорка: «Не буди лихо, пока оно тихо». Но что делать, если лихо уже проснулось и решило разнести твою квартиру изнутри? Правильно, выйти на балкон и надеяться на чудо.

Я стоял у окна и смотрел на ночной Токио. Город мерцал тысячами огней, но мне было не до красоты. Внутри всё кипело, буквально. Сначала я списал это на злость, потом на усталость, но когда вены на руках начали чернеть, стало понятно: дело плохо. Моя демоническая сущность, которую я так старательно прятал, решила, что человеческое тело ей надоело.

– Только не сейчас, – прошептал я, хватаясь за подоконник.

Боль накатила волной. Кровь будто превратилась в кипящую лаву, а кожа начала дымиться. Я видел, как от ладоней поднимается пар, и чувствовал запах палёной плоти. Тёмно-красная аура вырвалась наружу, заполняя комнату, и стены затрещали от напряжения. Меня скрутило так, что я едва не заорал в голос.

– Чёртово тело, – прохрипел я, сгибаясь пополам. – Ты же не можешь просто взять и сдохнуть, у нас ещё куча дел.

Ноги стали ватными, но я заставил себя двигаться. Добрался до балконной двери, рванул её на себя и вывалился на свежий воздух. Ночной ветер ударил в лицо, но не принёс облегчения. Огонь внутри разгорался всё сильнее, и я понял, что ещё немного, и моя маскировка полетит к чертям вместе с телом.

Я осел на холодный пол, прижимаясь спиной к перилам. Перед глазами плыли круги, а в ушах стоял гул, похожий на рёв адского пламени. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что вот так глупо я ещё не умирал. Даже в Дзигоку было как-то поприличнее.

– Ну и видок у тебя, сосед, – раздался вдруг спокойный голос сбоку.

Я с трудом повернул голову. На соседнем балконе стояла Мэй. Она была в одном тонком белом халатике, который едва прикрывал бёдра, и смотрела на меня с лёгкой усмешкой. Её светлые волосы развевались на ветру, а в глазах плясали отблески моей полыхающей ауры.Знаете, читатели, есть такая поговорка: «Не буди лихо, пока оно тихо». Но что делать, если лихо уже проснулось и решило разнести твою квартиру? Правильно, выйти на балкон и надеяться на чудо.

Я стоял у окна, глядя на огни ночного Токио, но любоваться видом было не до чего. Внутри всё буквально кипело. Сначала я списал это на злость или усталость, но когда вены на руках начали чернеть, стало ясно, что дело плохо. Моя демоническая сущность, которую я так долго прятал, решила, что человеческое тело ей окончательно надоело.

– Только не сейчас, чёрт бы тебя побрал, – прошептал я, сжимая подоконник до треска.

Боль накатила волной, кровь превратилась в лаву, а кожа начала дымиться. Я видел, как от ладоней поднимается пар, и чувствовал запах палёной плоти. Тёмно-красная аура вырвалась наружу, заполняя комнату, от чего стены затрещали. Меня скрутило так, что я едва не заорал на весь дом.

– Чёртово тело, ты не можешь просто взять и сдохнуть, у нас ещё куча дел в этом офисе, – прохрипел я, сгибаясь пополам и пытаясь отдышаться.

Ноги стали ватными, но я заставил себя двигаться, добрался до двери и вывалился на балкон. Ночной ветер ударил в лицо, но облегчения не принёс. Огонь внутри разгорался, и я понял, что маскировка скоро полетит к чертям вместе с моей оболочкой. Я осел на холодный пол, прижимаясь спиной к перилам. Перед глазами плыли круги, а в ушах стоял гул, похожий на рёв пламени. Даже в Дзигоку всё было как-то поприличнее, чем эта нелепая ситуация.

– Ну и видок у тебя, сосед. Ты что, решил устроить здесь филиал ада или просто перебрал с энергетиками? – раздался вдруг спокойный голос сбоку.

Я с трудом повернул голову. На соседнем балконе стояла Мэй в одном тонком белом халатике, который едва прикрывал бёдра. Она облокотилась на перила и смотрела на меня с лёгкой усмешкой, а её светлые волосы медленно развевались на ветру.

– Мэй, сейчас не самое подходящее время для шуток, – выдавил я, стараясь скрыть дрожь в голосе и не выпустить струю огня в её сторону.

– Ой, да брось, ты выглядишь так, будто сейчас либо взорвёшься, – она тихо рассмеялась, прищурив глаза и с интересом разглядывая мою полыхающую ауру.

– Не сейчас, Мэй, – прохрипел я, пытаясь оттолкнуться от пола и встать на ноги. – Лучше уйди отсюда, пока цела.

– Ты серьёзно сейчас это говоришь? – Мэй с лёгкостью перекинула ногу через перила и запрыгнула на мой балкон, даже не пошатнувшись. Она сложила руки на груди и с иронией посмотрела на меня. – Думаешь, я просто оставлю тебя тут поджариваться, как кусок бекона?

Я хотел что-то ответить, но тело снова пробила сильная судорога, и я согнулся пополам. Лицо Мэй мгновенно стало серьёзным, вся её весёлость куда-то исчезла. Она выпрямилась, и её фигура начала странно мерцать, становясь почти прозрачной. Я с интересом наблюдал, как её кожа словно потекла, превращаясь в живую воду, и сразу понял, что она задумала.

– Просто держись за меня, Кацу, – тихо сказала она, и её голос теперь напоминал шум прибоя.

В следующую секунду она буквально облепила меня всем телом. Прохладная влага окутала мою горящую кожу, и я громко зашипел от облегчения, чувствуя, как жар уходит. Это было похоже на то, как если бы в раскалённую пустыню вдруг хлынул сильный ливень. Мэй направляла свою энергию, чтобы погасить моё внутреннее пламя, и я ощутил, как жуткая боль постепенно отступает.

– Ты вообще соображаешь, что сейчас делаешь? – прошептал я, крепко вцепившись в её плечи.

– Спасаю твою глупую задницу, чтобы ты не превратился в уголёк, – ответила она, и я заметил лёгкую улыбку на её губах. – Не надо меня благодарить, просто постарайся больше не умирать у меня на глазах.

Её тело было прохладным и податливым, а прикосновения мягкими, как морская пена. Я чувствовал, как её сущность смешивается с моей, и это было не просто физическое слияние. Наши энергии сплетались в один поток, и я ощущал, как её вода тушит мой огонь, а мой жар согревает её воду. Это было то самое равновесие, которого мне так не хватало.

– Ты слишком силён, Кацу, даже для демона, – прошептала Мэй, уткнувшись лбом в мою шею. – Если бы я не вмешалась, ты бы просто сгорел изнутри за пару минут.

– Значит, теперь я твой должник, – я усмехнулся, чувствуя, как дрожь в мышцах наконец утихает.

– О, ещё какой, – она тихо рассмеялась, и её дыхание приятно пощекотало кожу.

Мы так и лежали на балконе, сплетённые в объятиях, и я впервые за долгое время почувствовал настоящий покой. Её вода проникала в каждую клетку, смывая остатки боли и усталости. Я закрыл глаза и позволил себе расслабиться, просто наслаждаясь моментом.

* * *

Утро было тихим, и я проснулся от того, что в комнате стало слишком светло. Рядом, зарывшись в подушку, мирно сопела Мэй. Она укрылась одеялом до самого подбородка и выглядела сейчас совсем по-детски, без всей этой своей соблазнительной уверенности. Я осторожно поправил край простыни, чтобы она не замерзла, и тихонько сполз с кровати, стараясь не создать ни единого шороха.

Странно, но тело больше не ломило, и я чувствовал себя так, будто с меня сняли тяжелый бетонный блок. Энергия внутри текла спокойно, а в голове наконец-то прошла эта противная муть. Я размял пальцы и посмотрел на ладонь, проверяя, не осталось ли там черных вен или дыма после вчерашнего кошмара, но кожа была чистой. Только легкое покалывание напоминало о том, что я вообще-то демон в теле офисного планктона.

– Спасибо тебе, Мэй, – прошептал я, глядя на неё с какой-то непривычной теплотой. – Ты даже не догадываешься, как сильно меня выручила.

Она что-то пробормотала во сне, смешно сморщила нос и перевернулась на другой бок, окончательно игнорируя мои излияния. Я усмехнулся и подошел к окну, глядя на просыпающийся город. Где-то там, в своих кожаных креслах, Кимура и Кагеяма наверняка пили дорогой кофе и думали, что я уже присмирел. Наивные. Я больше не собирался играть в их корпоративные прятки, теперь пришло время самому стать тем, кто расставляет капканы.

– Ну что, господа директора, – я улыбнулся своему отражению в стекле, и эта улыбка мне самому не очень понравилась. – Охота открыта. И молитесь своим богам, потому что я точно не буду вас жалеть.

Я развернулся и побрел на кухню, чтобы сварить себе крепкий кофе. Впереди маячил длинный день с бесконечными интригами и разборками, но я чувствовал, что готов к этому дерьму. Знаете, читатели, это было чертовски приятное чувство, когда ты точно знаешь, что в этой игре именно ты держишь все карты.

Глава 7

После премьеры я наивно думал, что дети хотя бы неделю посидят спокойно, порисуют или просто порадуются славе. Но нет, маленькие чудовища во главе с Ай уже на следующее утро устроили настоящий военный совет. Репетиционный зал детского дома гудел, столы сдвинули в угол, а на полу расстелили огромный ватман, который Ай завалила фломастерами. Она сидела на корточках, высунув язык от усердия, и рисовала что-то, напоминающее демона в короне.

– Нет, Анжи, корона должна быть чёрной! – возмутилась Ай, сердито тыча пальцем в набросок. – Демон не может ходить в золотом, он же не принцесса из какого-нибудь глупого мультика!

Анжи стояла рядом, прижимая к груди папку с нотами, и тихо пыталась объяснить, что чёрный цвет просто сольётся с фоном, если сцена будет тёмной.

– Тогда мы просто сделаем фон светлым, а корону оставим чёрной, – упрямо заявила Ай, поднимая на неё серьёзный взгляд и складывая руки на груди. – И вообще, это мой спектакль, так что решаю здесь я.

Я стоял в дверях и с интересом наблюдал за этим конфликтом. Дети забавные, ведь взрослые за такой спор давно бы перегрызли друг другу глотки, а эти просто ругаются из-за цвета аксессуара.

– Кацу-сан! – Ай заметила меня и вскочила на ноги, чуть не опрокинув банку с водой. – Ты как раз вовремя, быстро скажи, что корона должна быть чёрной!

– Пусть будет серебряной, – предложил я, заходя в зал и присаживаясь на край стола. – Это будет компромисс, как делают настоящие дипломаты.

Ай нахмурилась, явно недовольная тем, что её идею не поддержали сразу. Анжи же благодарно улыбнулась мне и начала что-то быстро записывать в блокноте.

– Ладно, пусть будет серебряная, – сдалась Ай, тяжело вздохнув, будто сделала мне огромное одолжение. – Но я соглашаюсь только потому, что ты попросил.

Я усмехнулся и потрепал её по розовым кудрям. Девочка тут же расплылась в улыбке, хотя и пыталась сохранить важный вид главного режиссёра.

* * *

Приглашения прилетели внезапно. Сначала позвонили из Осаки, потом из Нагои, а к вечеру на почту детского дома упало письмо из Саппоро. Слухи о нашем спектакле разлетелись быстрее, чем сплетни о моих интрижках с Йоко, так что взрослые засуетились, и мы все собрались в кабинете Асано-сан.

Заведующая сидела за столом, сложив руки. Её серый костюм выглядел безупречно, а круглые очки поблёскивали под лампой, из-за чего она напоминала строгую учительницу, которая сейчас начнёт проверять мои ошибки в тетрадке.

– Итак, у нас есть три предложения: Осака, Нагоя и Саппоро, – она обвела нас взглядом и добавила, – давайте говорить по существу, без лишней воды.

Сараке и Нооро сидели напротив, разложив распечатки. Эти двое в своих дорогих костюмах выглядели как манекены, которые вдруг ожили и решили заняться логистикой.

– Осака ближе всего, – Сараке постучал пальцем по бумаге, – дорога займёт минимум времени, а площадка уже подтвердила, что готова принять нас в конце месяца.

– Но в Нагое условия по жилью куда лучше, – Нооро поправил очки, – нам предлагают гостиницу прямо рядом с театром, так что детям не придётся таскаться по городу.

Асано-сан поджала губы и внимательно изучила один из листов.

– А кто будет присматривать за детьми в пути? – спросила она, не поднимая головы, – и сколько часов займут репетиции на месте? Я не позволю превращать детей в гастролирующих артистов, им нужен нормальный отдых и сон.

Я откинулся на спинку стула и просто наблюдал за ними. С одной стороны, Асано-сан была права, дети не должны выматываться. С другой – упускать такой шанс было бы глупо, ведь спектакль мог получить вторую жизнь и принести приюту хорошие деньги.

– Мы можем просто сократить маршрут, – предложил я, когда в комнате повисла тишина, – оставим только Осаку и Нагою, а Саппоро отложим на следующий сезон, если всё пройдёт успешно.

Асано-сан посмотрела на меня, и в её глазах промелькнуло одобрение.

– Разумно, – кивнула она, откладывая бумаги, – но мне нужно, чтобы в договорах чётко прописали сопровождающих и время на перерыв. И ещё, каждый ребёнок должен иметь право отказаться от поездки, чтобы взрослые на них не давили.

– Это само собой, всё сделаем, – согласился Сараке, быстро делая пометку в блокноте.

Нооро вдруг нахмурился и пододвинул к себе один из документов, вчитываясь в мелкий шрифт.

– А это что за шутки? – он ткнул пальцем в нижнюю часть страницы, – тут написано, что исключительные права на запись выступлений принадлежат корпорации «Кимура». Мы такого точно не согласовывали.

В кабинете стало тихо. Я медленно выпрямился, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Опять эти корпоративные игры.

– Дай-ка глянуть, – я забрал лист у Нооро.

Пробежав по тексту, я усмехнулся. Кто-то в юридическом отделе решил, что детский дом – это лёгкая добыча, и вписал кабальное условие. Записи принесли бы компании кучу денег, а детям не досталось бы ни иены.

– Ну что ж, – я отложил бумагу и посмотрел на братьев, – похоже, у нас появился повод навестить юристов. Им придётся объяснить, почему они решили обокрасть сирот.

Сараке и Нооро переглянулись с усталым пониманием, что без боя не обойдётся.

– Я сам этим займусь, – Сараке поднялся со стула, – Нооро, останься с Асано-сан и добей смету. А ты, Кацу, лучше предупреди Ай, что её гастроли могут немного задержаться.

Я кивнул и вышел из кабинета. Ну что ж, господа из «Кимуры», вы сами напросились. Посмотрим, как вы запоёте, когда я прижму вас к стенке вашими же бумажками. (Кстати, читатель, если вы думаете, что в корпорациях работают честные люди, то вы просто никогда не видели наш отдел кадров).

* * *

Вечером я нашёл Ай в репетиционном зале. Она сидела на полу, обняв колени, и пыталась дорисовать афишу, хотя глаза у неё уже совсем слипались. Девочка упрямо тёрла их кулачками, стараясь не уснуть прямо на листе бумаги.

– Ай, ты чего тут до ночи сидишь? – я присел рядом и заглянул в её рисунок. – Всё, хватит, пошли спать, завтра с утра доделаешь.

– Не могу, я должна всё закончить, – пробормотала она и громко зевнула, прикрыв рот ладошкой. – Если афиша будет плохая, на наш следующий спектакль никто не придёт, и всё будет зря.

Я усмехнулся и аккуратно вытащил фломастер из её пальцев, чтобы она наконец перестала мучить бумагу.

– Придут, куда они денутся, – я легонько щелкнул её по носу. – А вот если ты сейчас свалишься от усталости, то спектакль точно никто не увидит, потому что режиссёр будет спать в обмороке.

Ай что-то недовольно буркнула, но спорить не стала, потому что сон всё-таки победил. Она привалилась ко мне плечом и через пару секунд уже тихо сопела. Я сидел неподвижно и смотрел на её работу. С бумаги на меня глядел демон в серебряной короне, и в его нарисованных глазах мне почудился какой-то немой укор.

– Ладно, маленькая зануда, – прошептал я, осторожно подхватывая девочку на руки. – Сейчас отнесу тебя в кровать, а потом разберёмся и с твоими гастролями, и с этими вредными юристами.

Ай не ответила, только уютно уткнулась носом в моё плечо. И знаете, читатели, в тот момент я вдруг понял, что готов порвать любого, кто попробует испортить этим детям их маленькое чудо. Даже если ради этого придётся снова стать тем чудовищем, которым я был когда-то.

* * *

Репетиционный зал детского дома сейчас больше напоминал штаб маленькой армии. По стенам висели ватманы с детскими рисунками, где были изображены рогатый демон, девочка с фонариком и картонный дракон. В воздухе стоял запах клея и гуаши, смешанный с ароматом мандаринов.

Ай сидела на полу и сосредоточенно водила кисточкой по листу, игнорируя розовые кудряшки, которые лезли ей в глаза. Она рисовала новую афишу и вдруг, не поднимая головы, серьезно заявила:

– Тут обязательно должна быть корона, потому что демон же почти король.

Анжи, стоявшая у старого пианино, недовольно поморщилась и поправила рукав светлой кофты.

– Он совсем не король, Ай, – возразила она, глядя на подругу. – Он просто очень одинокий, а одиноким короны не носят, это будет выглядеть глупо.

– Но он же самый главный в этой истории, – упрямо ответила Ай, продолжая мазать краской. – А всем главным по закону положено носить что-то блестящее на голове.

Анжи только вздохнула и повернулась к инструменту. Её пальцы коснулись пожелтевших клавиш, и по залу поплыла тихая, ищущая мелодия. Я стоял у двери и наблюдал за ними. Это место всё меньше напоминало приют и всё больше превращалось в настоящую студию. Даже воздух стал каким-то другим, насыщенным предвкушением чего-то важного.

– Кацу-сан, – Ай наконец подняла на меня свои глаза. – А вы на самом деле демон?

Я усмехнулся, глядя на неё сверху вниз.

– С чего ты вдруг это взяла, малявка?

– Вы всегда смотрите на нас так, будто заранее знаете, что произойдёт в следующую минуту, – она хитро прищурилась.

– Это просто называется жизненный опыт, – парировал я, хотя внутри стало немного смешно.

– Нет, это точно называется «демон», – она довольно улыбнулась и снова уткнулась в свой рисунок.

Анжи перестала играть и строго обернулась к подруге.

– Ай, хватит уже приставать к Кацу-сану с этими вопросами, дай человеку спокойно постоять.

– Я не пристаю, а уточняю важные детали для афиши, чтобы всё было достоверно, – буркнула девочка.

Я прошёл в центр комнаты, стараясь не раздавить разбросанные фломастеры. У окна заваленным бумагами столом заняли братья Баро. Нооро внимательно листал распечатки, а Сараке крутил в руках очки, с интересом поглядывая на Асано-сан. Та стояла напротив, сложив руки на груди, и выглядела как учительница, которая собирается объявить о внезапной контрольной.

– Нас приглашают выступить в четыре города, – сообщил Нооро, постукивая пальцем по листу. – Осака, Киото, Нагоя и Фукуока. Все готовы принять нашу труппу, но условия везде разные.

Сараке перехватил инициативу, активно жестикулируя.

– В Осаке нам предлагают огромный зал, но аренда там просто грабительская. В Киото сцена совсем крошечная, зато рядом есть отличный парк и недорогая гостиница. В Нагое вообще просят выступить на открытии городского фестиваля, а в Фукуоке…

– В Фукуоке они просят полный эксклюзив, – перебил его Нооро и с важным видом подвинул документы Асано-сан.

Она взяла бумагу, поправила круглые очки и пробежала глазами по строчкам. Длинные смоляные волосы были собраны в тугой пучок, из которого не выбивалось ни единого волоска. Серый деловой костюм сидел на ней безупречно, но при этом она умудрялась выглядеть не холодно, а по-домашнему строго. Как человек, который очень любит порядок, но не ради власти, а ради спокойствия.

– Эксклюзив? – Асано-сан недоуменно приподняла бровь, глядя в бумаги.

– Ну, запись выступления, права на распространение и использование лиц детей в рекламе фестиваля, – Нооро начал загибать пальцы, перечисляя пункты. – По идее, всё это должно принадлежать «Кимуре», чтобы не было проблем с законом.

– Но мы вообще ничего такого не обсуждали, когда договаривались, – женщина заметно напряглась и сжала край стола.

– Вот именно, – Нооро снял очки и медленно протёр их краем рубашки, глядя куда-то в сторону. – Поэтому я и говорю, что тут надо во всём разобраться, пока мы не подписали что-то лишнее.

Сараке хмыкнул и с любопытством посмотрел на меня, ожидая реакции.

– Кацу, ты же у нас спец по таким делам, что думаешь?