Текст книги "Изменивший империю. Последний рубеж. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Вадим Фарг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 7

Императорский кортеж прибыл в Змееград. Это было не триумфальное шествие победителя, а скорее приезд врача к очень больному человеку. Всё происходило тихо, без лишней помпы, но чувствовалась холодная и твёрдая решимость. Красивые и дорогие лимузины, чёрные и блестящие, ехали по улицам, которые специально для них расчистили от снега. Рядом с машинами шагал эскорт – лучшие гвардейцы в тёмной, почти чёрной броне. Простые жители города, когда видели флаги Империи, молча отходили в стороны. Они опускали головы, но не от уважения, а скорее от страха, который уже давно сидел у них внутри. В город приехала сама власть, а такая власть не любит, когда вокруг суетятся.

Срочно собрали экстренное заседание. Оно проходило в здании городской ратуши, в большом зале. Совсем недавно в этом же зале громко кричал Пастырь, и здесь же бушевала толпа, которую он обманул. Теперь за длинным столом сидели самые важные люди княжества. Во главе стола сидел сам Император. На нём была простая военная форма, сшитая идеально по фигуре, но без всяких медалей и знаков отличия. Его лицо ничего не выражало, оно было как маска. Но его глаза смотрели так холодно и пронзительно, что даже самые богатые и влиятельные аристократы начинали нервничать и ёрзать на своих стульях.

Справа от Императора сидел Верховный князь Гордеев. У него был такой вид, будто его, такого хорошего, кто-то сильно обидел. Слева сидела княгиня Нина Сергеевна Савельева. Она всегда держалась очень холодно и элегантно, и это было её защитой, её бронёй. В зале были и другие важные персоны: генерал Ромадановский, который всегда выглядел хмурым, Семён Смирнов, который ко всему подходил с практической точки зрения, и боярыня Морозова, с тонкой и хитрой улыбкой.

Император не любил тратить время зря и сразу перешёл к делу.

– Господа, – сказал он. Его голос не был громким, но в нём чувствовалась такая сила, что он, казалось, заполнил собой весь зал. Все, кто сидел за столом, невольно выпрямили спины и напряглись. – Я приехал сюда не для того, чтобы разбираться в ваших мелких ссорах и кто кого пытается обмануть. У Империи сейчас есть дела поважнее.

Он замолчал на мгновение и обвёл всех своим тяжёлым, пронизывающим взглядом.

– Наша разведка сообщает, что у юго-западной границы княжества собираются вражеские силы. И это не просто какая-то банда грабителей. Это настоящая армия наёмников, очень хорошо организованная и вооружённая. Их там около десяти тысяч человек. Мы пока не знаем точно, чего они хотят, но ясно, что ничего хорошего. Они готовятся напасть на нас.

В зале стало очень тихо. Так тихо, что, казалось, можно было услышать, как падает пылинка. Все эти местные разборки, борьба за влияние, хитрые планы – всё это вдруг показалось таким мелким и глупым по сравнению с настоящей войной, которая стояла у порога.

– В связи с этой угрозой, – продолжил Император, – я объявляю в княжестве военное положение. Это значит, что вся власть в городе и окрестностях временно переходит ко мне. Я буду всем управлять лично. Для того чтобы организовать оборону, мы создаём чрезвычайный штаб.

Он снова сделал паузу, и в этот момент стало понятно, что он начинает свою настоящую игру.

– По закону, штаб должен возглавить официальный представитель власти в этом регионе. Поэтому главой штаба назначается Верховный князь Гордеев.

На лице Гордеева появилась едва заметная улыбка. Он считал, что так и должно быть, что это его законное право.

– Его заместителем по военным делам я назначаю генерала Ромадановского, – сказал Император.

Лицо сурового генерала никак не изменилось, он остался совершенно спокоен.

– А вот за внутреннюю безопасность, за то, чтобы собрать все необходимые ресурсы и поддерживать порядок в самом Змееграде, – Император медленно повернулся к Савельевой, – будете отвечать вы, княгиня.

По залу пролетел тихий шёпот, но он был положительным. Вся аристократия поддерживала княгиню, конечно, за исключением самого Верховного князя.

– Я прекрасно знаю, что в городе сейчас, скажем так, непростая ситуация, – сказал Император, и в его голосе послышался металл. – И я также знаю, что у вас, Нина Сергеевна, есть свои люди. Люди, которые могут навести порядок там, где официальные власти ничего сделать не могут. У вас есть, можно сказать, своя собственная «армия», и я хочу, чтобы вы использовали эту армию для защиты Империи.

Это был очень ясный намёк. Император не произнёс имя Мора ли Филатова. Он не сказал, что люди «тени» теперь действуют по закону. Он просто дал понять, что знает об их силе, и ввёл эту силу в общую игру, но сделал это через аристократа, которому доверял. Он заставил Гордеева и Савельеву, которые ненавидели друг друга, работать в одной команде. Теперь оборона княжества превратилась в большую шахматную партию, и Император мог видеть каждый их шаг.

– На этом заседание окончено, господа, – сказал Император и встал со своего места. – Можете приступать к своим новым обязанностям. По хожу дела я буду давать новые указания, но необходимо начать прямо сейчас. Времени у нас почти нет.

Аристократы начали молча вставать. На их лицах было замешательство, тревога и непонимание. Они ещё не совсем осознали, что именно сейчас произошло и как сильно изменилась их жизнь. А Император, проходя мимо своего помощника, тихо сказал ему:

– А теперь позовите ко мне господина Филатова. Он должен ждать в коридоре. Кажется, пришло время поговорить с нашим главным «оружием» с глазу на глаз.

* * *

Я стоял в длинном и пустом коридоре городской ратуши. Мои шаги гулко отдавались в тишине, когда я подошёл к стене и прислонился к ней спиной. Холодный мрамор неприятно холодил кожу даже через одежду. Меня, конечно же, не пригласили на важное заседание, которое проходило за этими дверями. Я ведь не был знатным аристократом или каким-нибудь важным военным. Для них я был всего лишь полезным «ресурсом». Кем-то, кого можно вызвать строгим приказом, а потом просто заставить ждать в коридоре, словно вещь. Такое положение дел было ужасно унизительным, и внутри у меня всё кипело от злости… наверное, так бы сказал кто-то другой, но не я. Я прекрасно понимал, что не стоит лезть на рожон. Всему своё время. А ждать я научился ещё в той жуткой кибернетической жизни.

Наконец, послышался тяжёлый скрип, и массивные двери из тёмного дуба распахнулись. Из зала один за другим стали выходить разодетые аристократы. Они выглядели очень серьёзными и чем-то обеспокоенными, переговариваясь тихими голосами. Когда мимо меня проходил Гордеев, он не удержался и бросил в мою сторону короткий взгляд. В его глазах я увидел неприкрытое, ядовитое торжество. Он был абсолютно уверен, что одержал сегодня победу надо мной. Но следом за ним шла Савельева. Она посмотрела на меня совсем по-другому. Поймав мой взгляд, она едва заметно кивнула, и этот маленький жест сказал мне больше всяких слов. Он означал, что ещё ничего не кончено, и наша игра только-только начинается. Это дало мне слабую надежду.

Вскоре коридор почти совсем опустел. И тогда из зала вышел тот, кого я ждал и боялся увидеть больше всего. Сам Император. Я видел его раньше только издалека, на парадах. Когда он оказался так близко, я заметил, что он не такой уж и высокий ростом. Но это было неважно. От всей его фигуры исходила настолько мощная аура власти, силы и абсолютной уверенности в себе, что мне тут же захотелось опустить глаза в пол, чтобы не встречаться с ним взглядом.

– Илья Филатов? – спросил он. Его голос звучал совершенно спокойно, но в нём было столько металла, что я сразу понял: это не вопрос, на который можно ответить «нет». Это был приказ представиться.

– Да, Ваше Величество, – ответил я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

– Прогуляемся, – так же коротко бросил он и, даже не посмотрев, дождусь ли я, развернулся и пошёл по коридору к выходу из ратуши. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

* * *

Мы вышли на улицу. Вокруг ратуши был разбит небольшой сквер, который сейчас был полностью покрыт белым снегом. Снежинки медленно кружились в холодном воздухе. Мы шли по узкой, расчищенной дорожке. Чуть позади нас, на приличном расстоянии, молча шагали два его личных гвардейца, закованные в чёрную, как уголь, броню. Они были похожи на две безмолвные тени. Император всё это время не говорил ни слова. Он просто шёл вперёд, а я шёл рядом, и это молчание было очень тяжёлым. Оно давило на меня гораздо сильнее, чем любые крики или угрозы. Я отчаянно пытался угадать, о чём он думает и зачем я ему понадобился.

Наконец, он остановился возле старой деревянной скамейки, которую почти полностью покрывал серебристый иней. Он на мгновение задержал на ней взгляд, а потом произнёс слова, которые я никак не ожидал услышать.

– Я знал твою мать, Илья.

Я замер на месте, как вкопанный. Его слова пронзили меня, словно удар электрического тока. Я не мог поверить своим ушам.

– Что? – только и смог выдавить я из себя.

– Я знал её, – спокойно повторил Император, переводя взгляд на далёкие городские крыши, укрытые снежным одеялом. – И её звали не так, как ты думаешь. Не просто Елена Филатова. Её настоящее, истинное имя было Элара. И она была не просто женщиной. Она была последней представительницей древнего рода Хранителей Баланса.

У меня внутри всё будто заледенело от этих слов. Хранительница Баланса. Я ведь уже где-то слышал это словосочетание. Точно! Я вспомнил странное видение, которое мне недавно показала Цао. Там тоже говорилось о них.

– Я знаю и о твоей силе, – продолжил он, и на этот раз он резко повернулся и посмотрел прямо на меня. Его взгляд был таким пронзительным, что казалось, он видит меня насквозь, читает все мои мысли. – Я знаю о той тьме, которую ты носишь в себе, которую ты принёс из самой Преисподней. Да, я умею чувствовать потусторонние силы. И всё это наследие твоей матери. Эта сила была дана тебе не для того, чтобы ты строил здесь свою подпольную империю и управлял городом из тени. Она предназначена для того, чтобы защищать равновесие в мире.

Он сделал один шаг в мою сторону, и я, сам того не желая, инстинктивно отступил назад. Его близость пугала.

– У меня есть все ответы, которые ты так долго ищешь, – сказал он, понизив голос. – Я знаю правду о том, почему убили твою мать. Я даже знаю имя того, кто отдал этот приказ. Мне известно, почему за тобой охотились с самого твоего рождения. Вся эта информация может стать твоей. Но, как ты понимаешь, я не отдам её просто так.

Моё горло пересохло.

– Что… что вы хотите взамен? – с трудом, хриплым голосом спросил я.

– Мне нужна твоя лояльность, – чётко и твёрдо ответил он. – Но не спеши с выводами. Лояльность не лично мне, как человеку. Мне нужна твоя верность Империи. Совсем скоро начнётся большая война. И для победы в ней мне не нужны какие-то бандиты, которые прячут свои лица за масками. Мне нужны настоящие воины. Нужны лидеры, способные вести за собой людей. Я не спорю, ты смог навести в этом городе свой порядок, и это нельзя отрицать. Но теперь пришло время доказать всем, и в первую очередь себе, что твоя огромная сила может служить не только созданию хаоса, но и защите настоящего порядка. Порядка, который установлен Империей.

Он снова отвернулся от меня и стал смотреть на светящиеся окна ратуши.

– Я прекрасно знаю, что мой любимый братец, Гордеев, плетёт интриги у меня за спиной. Он всегда мечтал о власти. Он не просто хочет убрать меня с дороги, он хочет сам сесть на мой трон. Я уверен, что он попытается использовать грядущую войну в своих целях. Он захочет подставить и тебя, и меня, чтобы выйти сухим из воды. Проблема в том, что я до сих пор не понимаю, каким будет его главный, финальный удар. Он что-то задумал, но пока скрывает это очень хорошо.

Император снова посмотрел мне прямо в глаза. На этот раз в его взгляде не было приказа, как раньше. Это было настоящее предложение. Он предлагал мне стать его союзником. Возможно, даже его секретным оружием в этой борьбе.

– Помоги мне защитить это княжество от врагов, – сказал он уже тише. – Докажи, что ты не просто носитель тёмной силы, а достойный сын своей матери. Сделай это, и ты получишь то, чего желаешь. Свою правду. Я расскажу тебе всё, что знаю, до самого конца.

После этих слов он коротко кивнул, завершив этим жестом наш разговор, развернулся и, больше не сказав мне ни единого слова, зашагал обратно к зданию ратуши. Его тёмные телохранители тут же последовали за ним, и вскоре их фигуры скрылись в дверях. А я остался стоять один, посреди этого тихого, заснеженного сквера. В ушах у меня до сих пор звучали его слова. В мыслях всплывал образ матери, о которой я почти ничего не знал. А на плечи давил невероятно тяжёлый груз выбора, который мне только что предложили сделать. Выбора, от которого теперь зависела вся моя жизнь.

Глава 8

Я вернулся на арену, направляясь прямиком в свой кабинет. Ноги шли сами, а голова была где-то далеко. В ушах до сих пор стоял гул от слов Императора, каждое из которых весило тонну. Да, наш разговор был коротким, но император сказал так много всего, что мысли путались и не хотели складываться в одну понятную картину. Мать… Моя мама, оказывается, была не просто обычной женщиной, а Хранительницей Баланса. Да, об этом я был в курсе, но пока не мог понять сути. Потом – наследие. Какое-то таинственное наследие, которое теперь свалилось на мою голову. И вроде бы логично, но демоны в Преисподней не особо делились со мной информацией. Скучно им там? Любят загадки? Вот же черти…

Невольно усмехнулся этому глупому каламбуру.

И в центре всего этого – заговор Гордеева, который оказался не просто бандитскими разборками, а чем-то гораздо, гораздо более опасным. Все эти мысли крутились в голове, как бешеные, и от них начинала болеть голова.

Когда я наконец толкнул дверь своего кабинета, то увидел, что моя команда уже была там. Они не сидели на своих местах, а стояли небольшой кучкой посреди комнаты, явно ожидая только меня. По их лицам я сразу понял, насколько сильно они встревожены. Они чувствовали, что произошло нечто из ряда вон выходящее, и это было написано на их лицах так отчётливо, что не нужно было и слов.

– Босс! Ну что? – Лёша тут же шагнул мне навстречу. Его глаза горели любопытством и тревогой. – Что он тебе сказал? Мы теперь в законе или наоборот, на нас объявили охоту?

Я посмотрел на остальных. Саша нервно теребила дужку своих очков, её умные глаза внимательно изучали моё лицо, пытаясь прочитать ответ ещё до того, как я его произнесу. Егор стоял чуть поодаль, сложив руки на груди. Его лицо, как обычно, было похоже на каменную маску, но даже он не мог скрыть напряжения, которое сквозило в его напряжённой позе. Линда, стоявшая рядом с ним, положила руки на рукояти своих верных кинжалов, которыми обзавелась совсем недавно – забавная привычка, которая проявлялась всегда, когда она чувствовала опасность. Они все смотрели на меня и ждали. Моя команда. Моя семья.

Раньше, ещё вчера, я бы, наверное, попытался скрыть от них всю тяжесть этой информации. Сказал бы что-то вроде «всё сложно, я потом объясню». Попытался бы защитить их от той правды, что обрушилась на меня самого. Но сейчас, глядя на их преданные и встревоженные лица, я понял, что не имею на это права. Император втянул нас всех в такую игру, где ставки высоки как никогда. В этой игре мне понадобится их помощь, их полная отдача и доверие. А какое может быть доверие, если я начну что-то скрывать? Врать тем, кто готов пойти за тобой в огонь и воду – это самое последнее дело. Они заслужили знать всё.

– Всё очень запутанно, – наконец выдохнул я, проходя к своему столу. Налил в стакан воды из графина, заметил, что руки слегка подрагивают. Сделал большой глоток, собираясь с мыслями. – Присаживайтесь. Разговор будет долгим. И он вам не понравится.

Они молча расселись на диване и креслах, превратившись в слух.

– Насколько всё серьёзно? – тихо спросила Саша, когда я помолчал ещё несколько секунд.

– Настолько, что на кону не просто наш город, а всё княжество целиком. А может, и не только оно, – я обвёл их тяжёлым взглядом. – Дело Гордеева, которое мы расследовали… на данный момент это мелочь. Просто пыль. Появились другие могущественные силы. Их цель – не просто захватить власть, а устроить такой хаос, который уничтожит всё княжество. Император считает, что это угроза государственного масштаба.

Я сделал паузу, давая им переварить услышанное. Лёша присвистнул.

– Ничего себе… – пробормотал он.

– Но это ещё не всё, – продолжил я, и мой голос стал тише. – Есть и кое-что личное. Это касается моей семьи. Моей матери. Оказывается… она была Хранительницей Баланса. Я сам пока не знаю всех деталей, но это какой-то древний и очень важный статус. И теперь это наследие… оно перешло ко мне. Император сказал, что я теперь не просто Илья, а фигура, от которой зависит очень многое.

На этот раз в комнате повисла абсолютная тишина. Саша сняла очки и уставилась на меня так, будто видела впервые. Егор заметно нахмурился, а Линда даже отняла руки от кинжалов, поражённо глядя на меня.

– Вот такие дела, – подытожил я. – Мы в самом центре заговора, княжество и империя на грани войны, а я, ко всему прочему, получил в наследство какую-то магическую должность. И в одиночку я со всем этим точно не справлюсь. Нам нужны союзники.

– Ты имеешь в виду аристократов? – догадалась Саша. – Но ведь они тоже в курсе происходящего. Разве нет?

– В курсе, – устало кивнул я. – Но после встречи с императором мы не общались. Мне нужно связаться с ними. Немедленно. И обсудить всё, что сегодня вскрылось.

Я ввёл длинный код доступа и нажал кнопку вызова. На голографическом экране замерцала надпись: «Защищённое соединение установлено. Ожидание ответа». Теперь оставалось только ждать, что скажут те, кто играет в политику по-настоящему.

* * *

На огромном голографическом экране, занимавшем почти всю стену, одна за другой, словно по волшебству, возникли три фигуры. Первой появилась княгиня Савельева. Она сидела в своём строгом, почти стерильном кабинете в школе, и её вид, как и всегда, был безупречен и холоден, словно у ледяной статуи. Затем изображение сменилось, и перед моими глазами предстал Семён Смирнов. Он находился в своём кабинете в поместье. Лицо у него было хмурое, а взгляд – очень сосредоточенный, будто он мысленно подсчитывал убытки или прибыль. И последней на экране возникла боярыня Морозова. Она была в роскошной, утопающей в золоте и бархате гостиной своего особняка, но лицо у неё было такое кислое, как будто её заставили съесть целый лимон без сахара.

Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоить нервы, и начал свой доклад. Я старался говорить максимально спокойно и отстранённо, не показывая бурю, что творилась у меня внутри. Коротко и по делу я пересказал им всё, о чём мы только что говорили с Императором. Они же поведали мне о главном: о том, что скоро начнётся настоящая война, о том, что Император для этого хочет создать чрезвычайный штаб, и о его неожиданном предложении. Да, я был в курсе этого, но разве подробности кому-то мешают? А ещё – и это было важно – я передал, что он сильно подозревает Гордеева в предательстве и прочих нехороших делах.

Когда я закончил, в эфире повисла тишина. Она была такой густой и тяжёлой, что, казалось, её можно было потрогать руками.

– Война… – первым нарушил молчание Смирнов. В его голосе не было ни капли страха, только холодный, трезвый бизнес-расчёт. – Это всегда очень плохо для текущих дел и стабильности рынков. Но с другой стороны… любая война – это контракты, поставки, логистика. Это совершенно новые, колоссальные возможности для заработка.

– Он просто играет с нами, как с безродными котятами! – зло прошипела Морозова, но тут же усмехнулась. – Он специально стравливает нас друг с другом, а сам сидит на своём троне и смотрит, кто кого прикончит. Это же его любимый приём, все об этом знают.

– Это не просто игра, Мария, – спокойно ответила ей Савельева. Её взгляд был острым, как скальпель, она будто препарировала ситуацию. – Это большая проверка. И он проверяет не только Илью. Он проверяет всех нас. Император хочет посмотреть, кто на самом деле сможет управлять княжеством, когда начнётся настоящий, а не игрушечный кризис. Гордеев, у которого есть официальная власть и титул, или мы – те, у кого в руках реальная сила.

– И что же нам теперь делать? – растерянно спросила Морозова. – Мы же не можем ему отказать. Если мы откажемся, это будет то же самое, что добровольно признаться в предательстве!

– А мы и не будем отказываться, – твёрдо, стараясь, чтобы голос не дрогнул, сказал я. Все три голограммы тут же, как по команде, повернулись в мою сторону. – Мы согласимся на его условия. Мы будем защищать это княжество. И мы покажем ему, на что мы на самом деле способны.

Я внимательно посмотрел на каждого из них, пытаясь заглянуть им в самые глаза.

– Но вы должны очень хорошо понимать. С этой минуты мы начинаем играть по-крупному. Гордеев пойдёт на всё, чтобы нас уничтожить. Он попытается сделать это прямо во время войны, под шумок. Он бросит против нас армию, все свои связи, все свои грязные деньги. Он постарается выставить нас предателями, дураками или просто некомпетентными выскочками. Поэтому нам придётся быть в два, а то и в три раза осторожнее, чем раньше. Любая, даже самая маленькая ошибка, может стать для нас последней.

Они снова замолчали, но по их глазам я понял, что они всё осознали. Наша маленькая локальная война за город Змееград только что закончилась. И в тот же миг началась новая битва, намного больше и опаснее – битва за всё княжество. И на этой новой шахматной доске мы были уже не единственными фигурами. А главным судьёй, который решит, кто победил в этой партии, был сам Император.

Голографические изображения моргнули и исчезли, оставив меня в тишине кабинета. Но я был не один. Рядом, затаив дыхание, стояли мои самые верные люди – моя команда. Лица у всех были бледные, глаза – широко раскрыты от услышанного. Они были обескуражены и откровенно шокированы. Одно дело – вести подковёрные интриги и бороться за власть в городе, и совсем другое – готовиться к настоящей войне с армией, пушками и кровью. Я увидел, как Саша, наш лучший аналитик, мелко дрожит, обхватив себя руками. Признаться, такого я от неё не ожидал. Мы же столько всего с ней пережили, а сейчас… с другой стороны, её можно понять. Всё стало намного серьёзнее.

– Настоящая война… – прошептала она, и в её голосе был неподдельный ужас. – Они ведь… они ведь убьют нас всех.

Несмотря на страх, который сейчас, без сомнения, испытывал каждый, никто не отвёл взгляд. В их глазах я видел не только шок, но и решимость. Они не собирались сдаваться или разбегаться. Они были готовы идти вместе со мной до самого конца, каким бы он ни был.

Алексей медленно обвёл всех тяжёлым взглядом, задержался на дрожащей Саше, подошёл к девушке и легко приобнял её за плечи, а потом посмотрел прямо на меня.

– Так и что же мы будем делать дальше, босс?

– Спасать империю, – с простой улыбкой ответил я.

– То есть, делать то, что всегда делали? – робко подала голос Саша, но я услышал в её словах нотки азарта, который просыпался в нашей неформалке, когда она готовилась к бою.

– Именно, – кивнул в ответ я. – Мы продолжим своё дело. И на этот раз доведём его до конца!