Текст книги "Я беру тебя с собой (СИ)"

Автор книги: Уля Броскина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Глава 14. Украли

Я вернулась домой. В голове ульем жужжала смесь противоречивых мыслей, чувств и эмоций. Винила ли я себя за то, что уехала? Да, безусловно. Поступила бы я так еще раз? Ответа у меня не было.

Первым делом мне хотелось обнять дочь. Но в дверях меня встретила Светлана Дементьевна. Не в кресле, а на ногах и без бокала. Ее всегда идеальная укладка сейчас была помята. Это пугало больше любой истерики.

– Что случилось? – едва слышно спросила я.

– Забрали Мирослава! – без предисловий, ответила свекровь. Она, глухо всхлипывая, рассказала, что в дверь позвонили. На пороге стояли двое неизвестных мужчин. Вежливо, но не оставляя выбора, они сказали, что приглашают Мирослава «на беседу». Светлана Дементьевна звала Ростислава, но он был в наушниках и не слышал. Мирослав вышел сам. Женщина пыталась грудью блокировать дверь, но эти двое просто отодвинули ее и забрали парня.

– Оля, где ты была? Что нам теперь делать? – спрашивала меня свекровь, а я не знала, что ей ответить.

– Где Маша? – только и смогла сказать я.

– Она с отцом, – кивнула женщина в сторону спальни, – Оль, он очень виноват! И чувствует себя скверно! Прости ты его! Ведь такая семья у вас замечательная, всем на зависть! Нам сейчас нужно объединиться перед таким горем и придумать вместе, как помочь вашему брату! – в ее глазах были слезы надежды, что я дрогну и не стану разводиться с Ростиславом, что все будет по-прежнему.

Я тихо приоткрыла дверь в нашу с мужем спальню. Передо мной открылась редкая картина: муж читал дочери книгу, она лежала у него на плече и задавала вопросы, тыча пальчиком в картинки. Ростислав никогда раньше не читал Машеньке сказки! Его голос был напряженным, неестественно ровным. Наверное, муж пытался заглушить чтением вслух гул своей паники и собственного бессилия. Он знал, что он нужен дочери. И сейчас старался для нее сделать все. Это был громогласный аргумент в его арсенале убеждений.

Теперь максимально скверно себя почувствовала я. Закрыв дверь, я прислонилась к ней и беззвучно заныла. Нет, я не смогу разрушить этот маленький, детский мир, просто по своей эгоистичной прихоти! Я не смогу!

– Что делать-то, Оля? – послышалось за спиной.

Свекровь глядела на меня глазами побитой собаки. А я знала только одного человека на свете, который смог бы сейчас помочь. И набрала его номер.

– Сейчас приедет один человек. Это с моей работы! Он нам поможет, – пояснила я.

Через сорок минут Тимофей был у нас дома. Его массивная фигура заполнила дверной проем. Мужчина приветственно кивнул мне, холодно скользнул взглядом по Ростиславу и бегло, оценивающе посмотрел на Светлану Дементьевну.

– Приветствую! – сказал Тимофей.

– Это Тимофей Кармацкий. Мой коллега, – представила я гостя.

Все почему-то надеялись на помощь этого мужчины! Светлана Дементьевна с выпученными глазами стояла прямо, вцепившись в полотно двери побелевшими костяшками пальцев. Мой муж, который только усыпил дочь, почесываясь, стоял спокойно. И я, слегка смущенная, жестом пригласила гостя пройти на кухню.

Расположившись за столом, мы все испытали легкую неловкость. Затем я кратко рассказала, что случилось с Мирославом. Светлана Дементьевна не перебивала. Она молча встала и достала из холодильника запотевшую бутылку с прозрачной жидкостью.

– Это сейчас лишнее! – сказал, обратившись к ней, Тимофей. Женщина послушно убрала горячительное и села на свое место.

Тимофей немного помолчал и весьма обстоятельно рассказал нам все, что знал.

– Когда я вытащил Мирослава из клуба, понял, что парень ищет легких денег. Я предупреждал его, что связываться с этими ребятами – последнее дело. Но он был не в себе и не слушал. Недавно он взял партию на реализацию. Деньги продул или проиграл – не суть сейчас. Теперь он должен крупную сумму людям, которые не прощают долгов! – пояснил мужчина.

– И вы, зная об этом, не сочли нужным оповестить семью? – отозвалась Светлана Дементьевна.

– Какую семью? Ни вас, ни его брата рядом не было в тот момент. Пострадала в этой ситуации только Ольга, – смерив мою свекровь взглядом, ответил Тимофей. – Я стал присматривать за Мирославом, так сказать, по-дружески.

– Вы нас в чем-то хотите упрекнуть? – удивилась Светлана Дементьевна.

– Хватит! – резко оборвала я женщину. Сейчас не время для выяснений! Время – наш главный враг! Тимофей, что они с ним сделают? – спросила я.

– Сначала будут пытаться выбить деньги из вашей семьи. Пока убивать его никто не собирается, – ответил он.

– Какие деньги? У нас ничего нет! – закричал мой муж и осекся, глянув на мать.

– А что значит «пока»? – спросила побелевшая свекровь.

– Если поймут, что денег нет, то предложат отработать. То есть, втянут во что-то еще более грязное, откуда ему не выпутаться. А если он не справится – избавятся от балласта, – мрачно пояснил Тимофей.

– И откуда вы владеете такой информацией? – подозрительно подбоченилась Светлана Дементьевна. – Ольга, ты хорошо знаешь этого человека? Может быть он сообщник! – не унималась свекровь.

– Да перестаньте же! Нам пытаются помочь! – ответила ей я. Затем обратилась к Тимофею:

– Как нам помочь Мирославу?

Тимофей достал телефон, пролистал галерею и показал всем фото. На нем был Мирослав. Он брал из рук неизвестного мне мужчины какой-то конверт.

– Как я уже говорил, я и один мой хороший знакомый присматривали за ним. Он получил оплату. То есть у него было довольно много наличных денег. Вопрос в том, куда они делись? Кому он их передал? Когда успел?

Ростислав закашлялся и заерзал на месте. Все резко посмотрели на него.

– Что? Я ничего не знаю! – замешкался он.

Мы все продолжали смотреть в упор на него.

– Ростик, ты что-то знаешь об этом? – спросила мать мужа.

Муж поморщился и сказал:

– Да! Я взял у него деньги! Мне нужно было срочно отдать долги! Я же не знал, что все так обернется и откуда у него эти деньги. Я думал, что быстро отыграюсь и отдам ему обратно…

Светлана Дементьевна медленно поднялась. Она посмотрела на старшего сына не с гневом, а с леденящим душу разочарованием.

– Ты предал своего брата! Ты предал свою семью! – ее глаза окончательно потухли, лицо словно состарилось лет на пять, а голос был тих, как шелест погребального савана.

Возникла пауза. Я закрыла лицо руками.

– Ну что ж! Ситуация прояснилась! Они просто взяли не того парня! Надо поменять ребят и миссия по спасению Мирослава будет завершена! – наигранно весело произнес Тимофей.

– Ты же это не всерьез сейчас? – переспросил Ростислав.

– Очень даже всерьез! – ответил Тимофей и встал. – Вот номер! Звони им и говори, кому отдал деньги, – Тимофей швырнул моему мужу какой-то клочок бумаги.

Ростислав с минуту покрутил в руках листок с наскоро записанным номером телефона.

– То есть ты знаешь, кто сейчас удерживает Мирослава? – спросила я Тимофея.

– Я догадываюсь, город у нас небольшой, ребята в клубах орудуют одни и те же, – ответил мужчина. – Всего сейчас сказать не могу, это лишь мои предположения. Но уверен, если Ростислав сейчас наберет номер и расскажет, кому передал деньги Мирослава, парня могут отпустить.

– А если не отпустят? – переспросил Ростислав.

– Ты можешь предложить себя для обмена, – хмыкнул мужчина. – По крайней мере, на том конце будут знать, что деньги не у вас, – уже серьезно добавил Тимофей.

– Подождите! – замотала головой Светлана Дементьевна. – Если я правильно понимаю, вы знаете, где находится Мирослав и кто конкретно стоит за этим? Почему мы не звоним в полицию, а должны связываться с преступниками?

– Очень хороший вопрос! – поддержал мать Ростислав.

– Я не знаю, где конкретно сейчас Мирослав. Повторю, есть лишь мое предположение. Парень сам, возможно, совершил серьезное преступление и первое, что заинтересует органы – это степень его вины во всем этом. Не думаю, что кто-то кинется немедленно его искать, даже трех суток не прошло с момента его исчезновения, – ответил Тимофей. – Что вы можете сейчас сообщить полиции, кроме того, что ваш сын сам ушел с приятелями из дома? Что вам кажется, что его похитили? Что он, возможно, торговец? Или что у вас есть номер телефона и догадки? – резонно заметил мужчина.

– Может быть и правда попробовать позвонить и договориться? Мы ничего не теряем! – отозвалась я.

– Ой, а тебе лишь бы мужа насолившего спихнуть поскорей! – хлопнула себя по бокам Светлана Дементьевна.

– Ну, я вижу, начались семейные разговоры. Я предложил вам вариант, если понадобится еще помощь, обращайтесь! – с этими словами Тимофей развернулся и направился к выходу.

– Мне так жаль и так стыдно, Тимофей! – я встала вслед за ним.

– Все будет хорошо, Оленька! Это почти развязка, вот увидишь, – ответил мужчина, глядя мне в глаза.

– Я готов позвонить! – выпалил муж. – Я и правда в последнее время наломал много дров, мне и выпутываться!

Ростислав достал телефон. Он еще пару минут жевал губы, вздыхал, чесал затылок. Мы напряженно ждали.

– Да звони уже, не томи! – прикрикнула на него мать.

Муж перевел телефон на громкий режим и нажал кнопку вызова. Через пару гудков мы услышали короткое: «Да?»

– Мое имя Ростислав, я звоню на счет своего брата, – муж назвал его полное имя и фамилию. – Вам известен такой человек?

– Известен! – коротко ответил мужской голос из динамика.

Светлана Дементьевна закрыла рот рукой и выпучила на меня глаза. Я осторожно помотала головой, давая ей понять, что нельзя произносить не звука.

– Эээ... а где он? – замешкался муж.

– Это мне тоже известно! Вот чего я не знаю, так это где деньги и товар, которые были у него, – отозвался собеседник.

– Он отдал деньги мне, – уверенно произнес муж.

– Деньги у вас?

– Дело в том, что денег у меня нет, но я могу сказать, кому я их передал, – неуверенно произнес муж.

– Очень хорошо! А где товар?

– Этого я не знаю!

– Вот и брат ваш также говорит. Моя фамилия Рогозин, я занимаюсь расследованием уголовного дела о незаконном обороте запрещенных веществ. Мирослав Станиславович сейчас находится у нас, его допрашивают. Вы можете подъехать к нам для дачи показаний?

– Я что-то не понял, – Ростислав вопросительно поднял глаза на Тимофея.

– А что тут непонятного? – ответил Кармацкий. – Я же сказал, что мы присматривали за ним. Рогозин – мой добрый товарищ. Следователь. Задержали ребят, с которыми связался ваш братец. И Мирчик ваш там же сейчас. Может, если повезет, прицепом зацепят и тех, кому ты проигрываешь постоянно и относишь все семейные деньги.

– Так вы сейчас сможете подъехать? – переспросил голос из динамика.

– Сможет-сможет! – ответил за мужа Тимофей, не сводя с него взгляд.

– Спасибо за помощь следствию, Тимоха! – раздался голос из динамика и послышались короткие гудки.

Мы со свекровью ошалело смотрели на телефон. Ночка предстояла длинная.

Глава 15. СК

В моем воображении здание следственного комитета должно было бы выглядеть максимально монументально, быть высоким, в стиле сталинского ампира или носить современный «нео-тоталитарный» облик. Оно должно словно бы ментально уничижать всякого в него входящего. По моим представлениям, это могла бы быть облицовка грязно-серым или даже лучше черным гранитом, окна – узкие, как бойницы, большинство из них замурованы. Но нет. Здание вышеуказанного комитета в нашем городе было малоэтажным, неприметным, скорее, оно давило на землю, стараясь особенно не высовываться. У входной группы был максимально казенный вид, над невысокой лестницей горел тусклый фонарь, отбрасывающий от любого посетителя длинную искаженную тень в темное время суток. Здесь же имелась вывеска с гербом и наименованием ведомства. У меня промелькнула мысль, что это место не нуждается в представлении, его статус понятен без слов, как надгробие для человеческой воли.

В сопровождении дежурного смены мы вчетвером (Тимофей, Ростислав, его мать и я) прошли в серое помещение, преодолев бесконечные прямые, как стрелы, коридоры, выкрашенные в болотный цвет. Нам было сказано ждать в небольшом холле, где было тусклое освещение от ламп дневного света, некоторые из которых моргали и издавали тихий гул. Здесь был старый пол из кусочков мрамора, вымытый до залысин. Были железные стулья вдоль стен и полумертвый цветок на подоконнике, который точно был намерен молчать до последнего. Вокруг витал запах старых деревянных окон, остановившегося времени и подавленности. Не было ничего лишнего, ничего человеческого. Я поежилась. Через некоторое время послышался звук открывающейся двери, шаги и мы увидели пошатывающегося нетрезвого человека.

– Ого! А вы к кому? – заплетавшимся языком спросил появившийся из кабинета мужчина.

– Это и есть ваш знакомый следователь? – резко вскочила со стула и зашипела на Тимофея Светлана Дементьевна. Она тут же грузно наклонилась поднять упавшую с ее колен массивную сумку с леопардовым принтом.

Тимофей не успел ответить.

– Какая женщина! – зацокал мужик, пошатываясь.

– Беляев, кто там? – из кабинета вышел второй мужчина средних лет, в форме, вполне трезвый и адекватный. Его легкая проседь придавала лицу некоторую усталость и, одновременно, благородство. Он подошел ближе, кивком поприветствовал всех, представился следователем Рогозиным и пожал руку Тимофею.

– Прошу вас, проходите, – приглашая нас жестом в кабинет произнес мужчина и остался что-то говорить нетрезвому персонажу в коридоре.

Наша группа послушно устроилась в кабинете. Через открытую дверь было отчетливо слышно, о чем переговариваются в холле:

– Нет, ну ты видел? Там же просто клад, а не женщина! Вся с изгибами, богатствами, – пьяно восхищался Беляев. Его пытался вразумить и спровадить вышеуказанный Рогозин, но не тут то было. Мужик вырвался и подбежал к Светлане Дементьевне.

– Извиняюсь, конечно! Но вы очаровательны, – икая, отрапортовал он. Светлана Дементьевна заулыбалась и поправила бусы. От мужика несло дешевым одеколоном и коньяком. Он был не агрессивно пьян, скорее находился в состоянии развязной эйфории.

– Мне очень приятно, но позвольте, это слегка неожиданно, – заговорила, кокетничая, свекровь. Я смотрела на происходящее и не верила глазам.

Меня легонько толкнул в бок Тимофей и сказал тихо:

– Смотри, ей нравится! – он улыбнулся кончиками губ.

– Похоже на то, – ответила я.

Следователь Рогозин уверенной походкой прошел по кабинету и сел за свой стол. Все понимали, что разговор предстоит серьезный.

Однако у моей свекрови и поддатого мужчины зрительный диалог снова вывалился в словесный:

– Ой, я же вижу, что вы влиятельный мужчина! Помогите мне спасти моего сына! – картинно взмолилась мать мужа.

Поддатый оппонент громко втянул ноздрями воздух и ответил:

– Хищница! Я так и думал!

– Да какая уж хищница, – поправив обеими руками прическу, затем пышный бюст, ответила Светлана Дементьевна, – Я просто мать, у которой сердце разрывается от боли за сына, вот-вот выпрыгнет! – женщина быстро-быстро заморгала, наклонившись к Беляеву поближе.

– А я вот знаете, что думаю, – еле шевеля языком, проговорил тот. – У такой женщины сын не может быть преступником! Дело-то пустяковое, решим! – с этими словами мужчина опустился на стул. Светлана Дементьевна кокетливо сверкала глазами, словно позабыв, где и для чего находится.

Рогозин прервал сцену зарождающейся страсти.

– Мой коллега не в полной мере смог вас проинформировать, позвольте мне изложить обстоятельства дела, – серьезно начал мужчина. – Мирослав Станиславович был задержан сегодня вечером в двадцать часов сорок минут по подозрению в приобретении запрещенных веществ. При личном досмотре у него был обнаружен и изъят сверток с порошкообразным веществом. Подозреваемый может являться частью группы, занимающейся сбытом. Мы устанавливаем личности и местонахождение его предполагаемых подельников.

Слова «подельники» и «подозреваемый» повисают в воздухе, как уже оглашенный приговор. Они звучат страшнее, чем просто оступившийся парнишка, которого мы приехали спасать.

Следователь Рогозин продолжил.

– Имеются основания полагать, что ваш сын может помогать своим сообщникам. Пока он молчит. Но улики против него веские. Чем раньше он начнет давать показания, тем лучше для него и для всех вас. У вас есть какая-либо информация в отношении вышесказанного? Судя по нашему сегодняшнему разговору, один из присутствующих знает что-то о сообщниках Мирослава? – поднял одну бровь мужчина.

– Да, мне есть, что сказать, – с глубоким вздохом ответил мой муж. Следователь кивнул.

Дальнейшая беседа продолжалась уже без сопровождающих. Нас быстро выставили за дверь и начался бесконечно долгий допрос моего все еще супруга.

В холле, устав от ожидания, я изводила себя мыслями о Машеньке, которой за последние дни уже второй раз пришлось остаться с добродушной соседкой. Радовало одно – на этот раз дочь осталась в нашей квартире, хоть и не под материнским, а соседским присмотром. Не могла же я взять ее с собой в такое место, как следственный комитет.

Допрос мужа был окончен. Нас с Тимофеем попросили более не задерживаться, а Светлану Дементьевну пригласили в кабинет. Скорее всего, за закрытыми дверями предполагалась особенно приватная сцена, при которой мы были лишними. Я подумала, что такого разговора в семейном кругу, хоть и в присутствии следователя никогда бы не произошло, если бы не Тимофей и его связи. Ему было важно, чтобы дело уладилось как можно скорее. Это было важно и для меня.

Через несколько минут мы с Тимофеем услышали крики в кабинете следователя. Не сговариваясь, мы оба открыли дверь и увидели следующую картину: свекровь поправляла лиф платья, сдувая сбившуюся красную челку со лба. Ростислав сидел в полном шоке, глядя на мать, а следователь уже набирал номер по внутреннему телефону своего кабинета.

– Палыч, немедленно забирай обоих! – коротко бросил в трубку следователь Рогозин.

– Что произошло? – поинтересовался Тимофей, заслонив мне обзор, потому что перекрыл своим телом весь проем двери. Я осторожно выглянула из-за плеча Тимофея.

– Взятку мне совать посмела! – тыча пальцем в мою свекровь, возмутился мужчина.

И действительно. Одна грудь Светланы Дементьевны была заметно больше другой, а на столе валялся смятый круглый пакет. Какое позорище!

Кабинет следователя Рогозина был примером бюрократического порядка, тем комичнее в нем смотрелась моя грузная, запыхавшаяся свекровь с разными по размеру грудями и высоко начесанной челкой. Рогозин явно не ожидал такой прыти от кроткой поначалу женщины. Они со следователем были смущены, сбиты с толку и смотрелись такими разными, как бронепоезд и фарфоровый чайник. Молчание нарушили вошедшие люди в форме. Светлану Дементьевну с моим мужем задержали. Нам с Тимофеем нужно было уходить.

Вскоре мы уже ехали по шоссе к моему дому на моем неизменном фордике. Тимофей наотрез отказался от предложения подбросить его до дома.

– Я хочу убедиться, что ты дома и все в порядке! К тому же я припарковал свой байк в твоем дворе. Обещаю, ты отдохнешь от всех и от меня тоже, – убеждал меня по дороге мой спутник.

– А что будет с ними? – устало спросила я.

– Дементьевну задержали на сутки, ей полезно побыть на перевоспитании, потом замнут этот инцидент и заберем твою бунтарку, – улыбнувшись, ответил Тимофей. Я согласно кивнула. – А вот ее сыновья пробудут там до выяснений обстоятельств. Сегодня вскрылось много нового и Рогозину нужно будет все проверить, – пояснил мужчина.

– Вы давно знакомы со следователем? – уточнила я, перестраиваясь в правый ряд. До дома оставалось минут пять.

– Более чем. У меня есть тетка. Такая же сумасшедшая, как твоя Дементьевна. Только отчество Архиповна, – усмехнулся мой пассажир. – Так вот, ее сестра – это супруга Игоря Петровича Рогозина. Мы с ним почти родственники. По несчастью, так сказать, – мрачно добавил Тимофей.

– А я ведь почти ничего не знаю о твоих родных, – заметила я.

– Это потому что никого не осталось. А с теткой еще познакомитесь, когда я на тебе женюсь, – буднично сказал Тимофей и мы с ним переглянулись. Он не шутил. Мы уже подъезжали к моему дому, и я спешно перевела тему.

– Ты мне очень помог сегодня, спасибо тебе большое, – сказала я. – Надеюсь, что все решится и твой родственник по несчастью отпустит мою семейку.

– Вот уж не дождешься! Я планирую надолго засадить твоего муженька, – рассмеялся Тимофей. Увидев, что мне не до смеха, он поднял руки вверх и сказал:

– Ладно-ладно, сделаю, что смогу, ты не переживай! Там эти два братца просто пешки. Их скоро отпустят, вот увидишь.

– Даже не знаю, как тебя благодарить! – я посмотрела на Тимофея.

– Для одиноких мужчин давно изобретена благодарность, – продолжил веселился он. А я изменилась в лице.

– Я имел ввиду домашнюю еду! Накормишь меня как-нибудь ужином? Или ты о чем-то другом подумала? – картинно удивился он.

– Конечно, обязательно что-нибудь для тебя приготовлю! – ответила я и смутилась.

Тимофей поцеловал меня в щеку и вышел из машины.

Я вошла в свою квартиру, отпустила соседку, искренне поблагодарив за то, что присмотрела за Машенькой. Дочка мирно спала в детской, даже не подозревая о том, что сегодня произошло в нашей семье. Я приняла душ и налила себе чай. Спать не хотелось. Все мои мысли были сейчас с теми, кто этого не заслуживал.