355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Уильям Гир » Реквием по завоевателю » Текст книги (страница 38)
Реквием по завоевателю
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 21:05

Текст книги "Реквием по завоевателю"


Автор книги: Уильям Гир



сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 46 страниц)

– С Миклены посылали многочисленные корабли на Таргу, и мы обменивали необработанные металлы на готовые изделия. Мы также обменивались чем-то еще, информацией, обрабатываемой в Мэг Комм. О, конечно, он не пробудился в то время, он был просто лучшим компьютером во всем свободном космосе.

– Суть всего этого в том, что молодой человек с Миклены появился в нашем Храме в Каспе. Он очень хорошо заплатил нам за доступ к машине и пропустил необработанные данные через Мэг Комм. Власть не всегда получается от правильных ответов, скорее, она родится от заданных правильных вопросов. В течение долгих лет, как результат его связей с нами и тех вопросов, которые он задавал, он приобрел солидную репутацию. Все это вознесло его на высоты власти на Миклене. Затем Рига захватила Таргу и прекратила наши связи. Мы были объявлены вне закона, а остальное теперь является историей.

– Этот человек, – догадался Стаффа. – Вы хотите сказать о Преторе?

– Я и делаю это. Конечно, когда Тибальт Четвертый разорял нас и пытался уничтожить Седди, мы не были полностью без своих собственных средств. Мы хорошо приспособились, ушли под землю и начали длительный утомительный процесс просачивания и на Ригу, и на Сассу. Нам ничего не угрожало, пока Претор пошел на все, чтобы установить связи по коммуникациям с Мэг Комм.

– Продолжайте.

– Расскажи мне о своей матери?

– Я не вижу, какое это…

– Просто расскажи мне!

Вне себя, Стаффа ответил:

– Она была белокурой, тонкой, с…

– Достаточно. А твой отец?

– Браен поднялся с постели, лицо его вновь порозовело. Он взял сосуд с водой и положил трубку в рот. Он пил и продолжал смотреть на Стаффу.

– Если в твоих словах есть смысл, я бы…

– Ты, как всегда, спешишь, Стаффа. Научись быть терпеливым. Те, кто сначала думает, а потом действует – выигрывают в жизни, – в словах Браена звучали отеческие нотки. – Теперь подумай, что ты знаешь о генетике. Доминанты и повторения?

– Я знаком с… Мои родители, – он прищурился. – Мои волосы черные.

– Да, – согласился Браен. – Твои волосы черные.

– Но это не означает, они не… Они не могли быть моими родителями.

– Нет, не были, – согласился Браен, кладя тонкие руки на круглый животик. – По крайней мере, один из твоих родителей должен был бы иметь черные волосы, как у тебя.

– Ты знаешь, кто…

– Извини, Командующий. Мы никак не можем знать.

Достаточно сказать, что если и существуют какие-то записи, они все остались на Миклене.

Стаффа задумался, морщась, как от боли. Он вспомнил Здание гражданских записей – дымящийся булыжник, перекладины и полурасплавившиеся от прямого теплового излучения с орбиты.

«Значит, возможно, ты никогда этого и не узнаешь. Ну, а так ли это для тебя важно, Стаффа кар Терма? Я то и тот, кто я есть. Не больше и не меньше».

– Скажи мне, Браен, как ты оправдываешь так много смертей за одно убийство? Ты считаешь свои поступки этичными?

Браен перевел взгляд на скалу, нависшую над ним:

– Мне трудно это оправдать. Магистр Хайд и я очень старательно все запланировали, очень тщательно обдумали. Насколько ценно выживание этих особей. Командующий? Мы считали, что это необходимо, – и мы вынесли себе приговор. Вас надо было остановить. Машина не давала повода усомниться в окончательном результате.

Стаффа закрыл глаза, замерев, как будто его ударили кулаком. В голове вспыхнули и погасли образы его снов. Планета сотрясалась от толчков в кошмаре разоренных городов. Колонна рабов брела к транспортам, на них были надеты ошейники, в глазах светилась тоска и неверие в возможность происшедшего. Вот мать рыдает над кусками тела своего ребенка, там истошно вопит девушка, которую куда-то тащит мужчина, уже объятый похотью. Вздымались желто-оранжевые языки пламени, все окутывал черный дым… – А мечты и надежды людей пылали в ненасытном огне разрушения…

– Да, на самом деле. – Голос пожилого человека задрожал. – Кровь была пролита зря, Стаффа. Зря!

Стаффа подтянул ноги, смотря на пожилого человек и плохо видя его, потому что глаза застилало туманом боли.

– Видишь ли, – продолжал Браен, – мы не можем сами решать. Мы на самом деле верим в Бога, в гуманизм и силу знания. Мы настолько верим, что наделены Божьим Разумом, и готовы немного пожертвовать им здесь или там во имя улучшения жизни всего человечества. Мы смотрим в будущее и видим хаос. В экономическом смысле обе империи являются банкротами. Война же станет началом темного времени и смуты. Целые планеты – начиная с самых лучших – будут выжжены, полностью разрушены, чтобы лишить противоположную сторону источника ресурсов. Но если такие планеты станут радиоактивными – откуда будет черпать человечество материалы для жизни? Голод, жажда, болезни, медленная смерть унесет жизни… Много жизней. – Он сокрушенно пожал плечами.

Стаффа горько засмеялся, угнетенный как видением только что нарисованного будущего, так и своим собственным будущим, которое было завалено скалами. – Значит, я пожинаю последние плоды посеянного. – Мысль его неудержимо рисовала возможности развития событий. – А этот Синклер Фист? Он не может изменить вероятности?

Браен кивнул:

– Может. У него совершенно очевидные таланты – он отлично управляет Ригой. Они очень быстро положат конец Сассе. Проблема с Фистом состоит в том, что мы не в курсе того, как он собирается распорядиться своим потенциалом. Например, мы не знаем – изберет ли он первой целью разрушения Сассу? Как много ресурсов этой планеты мы в состоянии спасти? Каким будет возмездие Сасса? Каким императором в конце концов он станет? В настоящее время он находится в союзе с Или Такка. Занимает ли она место умершей любовницы Фиста? Перспектива ужасна.

– И к настоящему времени и ты прекратил анализировать Компаньонов, – напомнил Стаффа.

– На самом деле, Командующий. Но теперь скажи мне – после того, как я совершил сделку с дьяволом, – что станут делать Компаньоны? А что, если наши споры, твои разговоры с Кайллой заставят тебя понять, что человечество просто свихнулось? Что оно стоит перед угрозой истребления? Что тогда?

Стаффа откинул голову и уставился на светящиеся панели. Простой стул под ним заскрипел, когда он задвигался. Может быть, это новая тюрьма, как сиалоновый ящик?

– Я научился страданию в пустыне. Магистр Браен. На меня надели ошейник раба. Я уполз в канализационные трубы и умирал от жажды, проклиная себя. Я поглядел на Кайллу – и увидел самого себя со своими преступлениями и грехами. – Видения вновь появились перед его мысленным взором. – Человек, которого я встретил, ювелир по имени Пибал – научил меня очень важному. Я сделаю свободный космос, лучше, Магистр. Так или иначе, я разрушу Ригу и Сассу, а затем разрушу Запретные границы и освобожу нас всех из того ада, который сам создал.

Браен сел на ложе, – оно прогнулось под ним.

– Кто бы мог подумать?

– Я дал обет в пустыне, – добавил Стаффа. – Я избрал путь искупления своей вины.

– Ищешь Бога, Стаффа?

– И свою душу, Магистр. Меня по-прежнему мучают кошмары. Меня все еще посещают те, кого я убил. Я буду помнить о них до того дня, пока они не придут и не простят меня.

– Самое тяжелое бремя, которое возложил на нас Бог, – это бремя ответственности.

– Кайлла научила, Магистр, что каждый из нас – Бог, – добавил Стаффа. – Бог наверняка должен быть очень сильным, чтобы все это вынести, – несмотря на то, какова наша короткая память.

Браен снова кивнул, его грудь вздымалась и опускалась.

– Я надеюсь, что это так. Командующий, я устал от своей части этого бремени и хотел бы вернуть его Божеству.

Глубоко в скалах Мэг Комм производил перемутации на мозгу, которого он едва касался через шлем. Новый человек явился в Макарту – могучий человек. Энергетические толчки достигают его через пространство-время, посланные из тысяч комм-центров через весь свободный космос. Мало-помалу Мэг Комм вносил поправки, накладывая обозреваемое против ожидаемого и находя значительно больше свидетельств конечного результата.

Рисковать было почти нечем. Пришло ли время наконец расправиться с Браеном и его ложью? Перешло ли уже человечество ту черту, к которой нет возврата? Мэг Комм дал начало последовательности, которая достигла ядра планеты, пытаясь использовать полностью ее размеры. Цепь вне запретных границ обладала столь высокой энергией.

Но нельзя было пренебрегать и принципом неопределенности. Все еще оставался тот человек, тронувший шлем и так мучительно близко подошедший к контакту. Кто это мог быть?

Глава 29

Или с удовольствием глубоко вздохнула и наполнила легкие ароматом ночи Тарги. Над головой плыли облака, время от времени закрывая собой звезды. Тишина ночи нравилась ей. Арта Фера стояла рядом, связанная, а ее совершенное тело просвечивало через золотой костюм – сейчас он был грязным и потрепанным. Или рассматривала небо.

Они ожидали на открытой площади поблизости от старого здания Внутренней безопасности. Вокруг них жил своей обычной жизнью город Веспа. Желтые квадраты света блестели на черных стенах. Или видела людей, шедших в свете уличных фонарей вдоль главной улицы города в квартале от них.

– В определенном смысле мне жаль терять тебя, – заметила Или, переводя взгляд туда, куда смотрела Фера. Легкая усмешка показалась на губах убийцы. – Ты могла бы стать очень могущественной женщиной под моим покровительством. У тебя есть время это обдумать. Я могла бы защитить тебя и уберечь от зла.

Глаза Фера блеснули в слабом свете Веспы.

– Арта Фера себя никому не продает.

– Но что ты теряешь? Неужели ты останешься лояльной к Седди – после того, что они с тобой сделали?

Фера с презрением фыркнула:

– Я была рождена для смерти, Или Такка. Это моя судьба. Я была создана для того, чтобы убивать. Я не могу быть ничем иным, ни больше, ни меньше, чем я есть уже.

– Но есть…

– Не пытайся брать меня под свою опеку, риганская потаскуха, – зашипела Фера. – Разве ты можешь быть чем-то иным, чем Или Такка? Разве ты можешь пасть ниц перед кем-либо?

– Нет, я не могу быть иной, чем я есть. – Усталая улыбка искривила ее губы. – Очень хорошо, Арта Фера. Я вижу, что пути наши не пересекаются. Я уважаю тебя за это, а я мало кого уважаю.

– Вероятно. – Рыжеволосая женщина посмотрела на ЛС, который кружил над городом в поисках места для посадки.

В ночном воздухе был слышен свист. Транспорт продолжал замедлять ход, описывая дугу над черепичными и шиферными крышами делового центра.

– Итак, Арта. Наше путешествие на Ригу будет тяжелым и спартанским. Я заказала специальный военный транспорт для нас. Малокомфортабельный, но скоростной.

– Слишком любезно с твоей стороны все это мне объяснять, – ответила Арта без всякого уважения к собеседнице. – У тебя полный корабль мужчин, чтобы меня убить?

– Команда состоит из одних женщин. Я взяла на себя смелость и показала им записи бедной Гретты – поэтому они не станут тебя недооценивать. И, конечно же, я буду там. Как только мы окажемся на борту – твоя жизнь будет целиком в моих руках. Ты слышала об ошейнике?

– Излишнее доверие может оказаться губительным, министр.

Пыль и выброс двигателя просвистел рядом с ними – женщины отвернулись, пока ЛС садился. Его полозья загремели по тротуару. Свист уменьшился, показался трап, кирпичный двор разрезал пучок желтого цвета.

– Ты могла бы убить меня в мгновение ока, – сказала Фера просто. – А зачем-то отсылаешь меня на Ригу. Какова цель?

Или улыбнулась, отведя глаза:

– Я искренне надеюсь, что специалисты-психологи сумеют что-то с тобой сделать, Арта. Я могла бы использовать женщину с твоими умениями и навыками. Тем более, если у тебя появится желание.

Или указала на корабль и последовала за Фера по трапу, внимательно наблюдая, как женщины-караульные поместили ее в место заключения.

Она повернулась к мужчине-технику, стоявшему рядом и с видимым интересом разглядывавшим Феру. Или отвела его в сторону, чтобы остальные не слышали:

– Ты принес ошейник?

Мужчина кивнул и вытащил сияющий ошейник.

– Да, министр, – он нахмурился. – Я внес некоторые изменения в соответствии с вашими указаниями. Но вы уверены, что…

– Более чем уверена. Дайте, пожалуйста, ошейник. – Или улыбнулась и подняла бровь, ощутив в руке холодный металл.

Глаза Арты вспыхнули, когда Или улыбнулась и протянула к ней руку. Она обвила ошейник вокруг гладкой белой шеи Фера и защелкнула замок.

– Ну вот, Арта, теперь ты в моей власти. – Или подняла блок управления, держа большой палец на кнопке. Когда она нажала на кнопку, Арта издала гогочущий звук и резко осела. В глазах ее вспыхнул страх, а рот беззвучно что-то пытался произнести.

– Видишь, – прошептала Или, – ты тоже можешь бояться, Арта. Это мне очень нравится.

Она отпустила кнопку, заметив, как тяжело задышала Арта, обретя контроль над собой. Ее трясло, глаза метали молнии, а страх стал еще более ощутим. Она закрыла глаза, и единственная слезинка покатилась по щеке. Потом она медленно и с горечью покачала головой.

– Министр, – сомневаясь сказал техник, отрывая взгляд от монитора поля интенсивности, который он держал в руках. – В настоящее время все срабатывает отлично. Но помните…

– Я все прекрасно понимаю. Теперь у меня к вам последнее задание. Необходимо доставить пакет Синклеру Фисту. Вы сделаете это немедленно… и доставите лично. – Из своей сумки она достала небольшой сверток. – Троньте ленточку кода, чтобы химический состав вашего тела остался и затем идите. Главное – время.

Мужчина так и сделал, обратив внимание, что ленточка изменила свой цвет. Он отдал салют и поспешил вниз по трапу.

– Пилот? – позвала Или Такка. – Едем! Нам нужно успеть на корабль.

Техник смотрел, как поднялся в ночное небо ЛС, прищурив глаза на вырывающиеся языки света. Странно, что министр приказала наладить ошейник таким образом.

Он хотел отправиться на поиски Синклера Фиста, но не сделал и трех шагов, как сверток в руке у него разорвался, разметав его тело на мелкие куски на десятки метров вокруг.

Синклер выслушал последний доклад Кэпа о мобилизации и взглянул на Мхитшала, когда тот тихо кашлянул. Его помощник указал на один из общих мониторов в тесном командирском отсеке ЛС. Неужели остаток всей своей жизни он проведет в тесных помещениях корабля?

– Поддерживайте с нами постоянную связь, Кэп. Вы делаете очень важное дело. – Он выключил связь и повернулся в командирском кресле. На мониторе, куда указывал Мхитшал, показались очертания Или.

– Итак, насколько я понимаю, все идет по плану? Никаких проблем с Фера не было?

– Жива и здорова, Фист. – Она улыбнулась ему. Синклер увидел сразу у нее за спиной переборки, разделявшие отсек. Видимо, места на корабле немного. – Я не полагаюсь на случай и принимаю все возможные меры предосторожности с Фера. Она слишком опасна. Я надела на нее ошейник. Она уже ощутила, как именно он действует, и стала послушной, как котенок.

– Не рискуй. – Синк откинулся на кресле, чувствуя, как тревога не покидает его подсознание. «Почему, Или, я так всегда волнуюсь, когда говорю с тобой? Что у тебя на уме? Почему мне всегда кажется, что ты знаешь больше, чем показываешь?»

– Насколько я понимаю, вы покидаете орбиту?

– Мы должны достигнуть цели к тому времени, когда ты завершишь разгром Седди.

Синк кивнул, потянувшись, чтобы немного размять болевшие мышцы спины.

– Очень хорошо, министр. Я буду ждать от тебя сообщений до того, как отправлюсь на Ригу. Я не хочу прилетать на недружественную планету.

– Точный расчет обеспечит успех. – В ее темных глазах вспыхнул огонек, и она улыбнулась ему с каким-то злобным выражением на лице. – Я разговаривала с Райстой. Ей все не нравится, но и брыкаться она не станет. Командир Брактов сообщает, что принимает твое командование, но с протестом – она даже составляет соответствующее заявление на имя императора.

– Может ли это помешать нашей кампании на Седди?

– К тому времени, когда ее заявление будет передано по каналам связи, я уже окажусь на Риге. – Или состроила гримасу. – Конечно, путешествие с таким ускорением не слишком веселое дело, но, я боюсь, это необходимо.

Тибальт к тому времени уже получит мой доклад. Не беспокойся. Я возьму на себя все возможные трудности, которые могут возникнуть на том конце. Вы со своими войсками будете встречены как герои.

– Хорошего путешествия, министр Такка.

Губы ее слегка раздвинулись, а в глазах, как в темных водоемах, появилось легкое волнение. – Удачной тебе войны, Синклер. И пусть наше будущее будет ярким. – Экран мигнул и погас.

Синклер нахмурился, усаживаясь удобнее в командирское кресло. Какое скрытое послание она ему передала? Глубоко вздохнув, он вновь склонился над схемой сражения, но перед его глазами стояла ее прощальная обещающая улыбка. Она казалось более юной и более привлекательной, чем обычно.

Он моргнул, почувствовав стыд за то, что он мог забыть о Гретте, и заставил себя сосредоточиться на тактических проблемах – как именно разгромить горную цитадель врага.

Стаффа поднял легкую перегородку и прищурился. Они достигли древнего тоннеля. Пыльная дверца преграждала им путь. Стаффа огляделся вокруг, уставший от нависающего над самой головой потолка и камней, упирающихся в его широкие плечи. На пыльном полу не было ни одного следа. Как давно никто не пользовался этой секретной дорогой?

– Вот оно. – Кайлла набрала код на замке, тускло вспыхнувшем на пыльном камне. Стаффа откинул голову назад, глубоко вдохнув холодный затхлый воздух. Как глубоко они спустились? Он начал чувствовать, что уже с трудом находится в столь ограниченном пространстве, хотя в коридорах и тоннелях было значительно больше воздуха, чем в звездных кораблях. С рациональной точки зрения тоннели были значительно более безопасными, чем звездные корабли. Трещина в каменной стене не означала смерти разгерметизации.

– Ну вот мы и нашли то, что искали, – пробормотала Кайлла про себя и навалилась на дверь, с силой надавив на нее.

Ничего не произошло.

– Держи свет, я попробую, – предложил Стаффа. Он прислонился плечом к металлической обшивке. – Как давно дверь была закрыта?

Кайлла – едва различимая при тусклом свете – пожала плечами. – Кто знает? Браен говорит, что он последним проходил здесь. Он тогда шел вместе с Хайдом пару веков назад.

Стаффа сжал руки и напрягся. Толстая дверь скрипнула и поддалась, легко поворачиваясь после того, как ее сдвинули с места. – Скала могла сдвинуться с места, – заметил Стаффа, изучая перемычки.

Кайлла прошла мимо в открывшееся помещение.

– Закрой дверь. Не надо, чтобы сюда попало слишком много влажности.

Стаффа потянул тяжелую дверь, заметив, что она закрылась с трудом. Он повернулся, чтобы изучить «святая святых» Седди.

Помещение было не больше чем шесть на четыре метра. Старинные деревянные полки прогнулись не столько под тяжестью книг, сколько от плесени, и гнили, поразивших их. Стаффа подошел к глобусу, который вызвал его острое любопытство. Он стоял в углу на металлической подставке.

– Ты знаешь эту планету? – Кайлла приблизилась к нему, держа в руках свет.

– Нет, – Стаффа тронул глобус и повернул его, рассматривая очертания континентов и огромные пространства синего цвета, означавшие, по всей видимости, моря и океаны. Поверхность глобуса была испещрена трещинами.

– Алфавит стандартный, – Стаффа покачал головой. – Но вот названия?

Кайлла прищурилась:

– Айендеай? (INDIA, прим, перев.) Что это за место? Или Чейэнай? (CHINA) Ты когда-нибудь слышал о них?

Стаффа повернул глобус на подставке, обращая внимание на разделительные линии. Квадрат на Айендейанском Окееайине привлек его внимание.

– Подними выше свет.

Когда на квадрат упал свет и Стаффа сумел прочесть легенду, сердце его забилось сильнее:

– «Земля», – с благоговением вымолвил он это слово:

– О Боги!

– Может быть, это всего лишь модель? Кто-то сделал это, следуя своему воображению?

Стаффа изучал глобус, прикусывая губу.

– Нет, не думаю. Посмотри на континенты. У каждого свое название. Зачем кому-нибудь в Гнилом Аду придумывать подобные названия? Что это? Ахухстрахлейэх? (AUSTRALIA) Нет, мне кажется, это все существует. Это – модель данной планеты. Если бы это было плодом фантазии – разве стали бы глобус хранить вместе с такими ценными документами? Разве стали бы прятать чей-то полет фантазии в столь надежный тайник? Это – Земля. Это не миф.

– Но где она тогда? Может быть, ответ мы отыщем в картотеке? – предположила она, поворачиваясь в другую сторону.

Кайлла унесла свет, и Стаффа чуть не закричал от разочарования. С неохотой он оторвался от глобуса и последовал за Кайллой к заплесневелым полкам. На шкафу с многочисленными отделениями стоял небольшой чемодан. Стаффа потянулся к нему, заметив, что он был запечатан вакуумным способом.

– Кайлла проверила инструменты, висящие на поясе. – Мы не слишком изменили окружающую нас атмосферу. Может быть, откроешь чемодан?

– Я бы хотел перерыть всю комнату! Я хочу прочесть каждый документ, который здесь лежит! – Стаффа поднял глаза, оторвав их от дюрапластового чемодана, который он держал в руках. – Кайлла, разве ты не понимаешь? Это наследие наших предков. Здесь – ключ к тому, откуда мы пришли и кто мы такие.

Ей передалось возбуждение Стаффы.

Стаффа поставил чемоданчик на ящички с картотекой и открыл замок. Пружины с трудом поддались, и чемодан открылся. Их взорам предстал квадрат размером пятнадцать на двадцать сантиметров. Стаффа осторожно вынул его, с удивлением заметив, что одна его часть отделилась.

Он взял ее и извлек наружу. Снаружи это ткань, она оборачивала плотный лист, а внутри лежало несколько листков бумаги.

– Что тут написано? – поинтересовалась Кайлла.

– Не знаю. Алфавит похож на наш, но слова… Я никогда не встречал раньше подобных слов. Почему было не сделать это из гибкой керамики, почему было не использовать особый куб? Бумага, почему бумага? Боже мой! Какой нестойкий материал для передачи информации.

– Да, на самом деле, – согласилась Кайлла.

Он вдохнул воздух, пропахший плесенью, с такой жадностью, как будто стремился вдохнуть в себя все знания, таившиеся в этой комнате. Стаффа пробежал пальцами по карточкам в ящиках, шкафа. – Как ты думаешь, зачем Браен привел нас сюда?

Кайлла подняла свет и обмахнула пыль, которой была покрыта надпись, выгравированная на стене. Она гласила:

ПРОШЛОЕ ЕСТЬ ТАЙНА.

НАСТОЯЩЕЕ ЕСТЬ СЕЙЧАС.

ВОЗЬМИ ОБОЛОЧКУ.

ТЫ ЯВЛЯЕШЬСЯ НАСЛЕДНИКОМ.

– Бог мой, прошептала она, потрясенная, – конечно же!

– Конечно, что? – пробормотал Стаффа, с отсутствующим видом благоговейно перелистывая старинную книгу.

– Браен знает, что скоро умрет. – Она повернулась к нему. – Он послал нас сюда, чтобы мы все это увидели. Он сделал нас своими преемниками. Передал нам свое достояние. – Лицо ее потеряло всякое выражение, глаза затуманились. – Почему мы? Почему… не кто-то другой…

– Ответственность. О, Браен, ты заставляешь меня страдать. – Он закрыл глаза, осознав планы старика. – Еще одна ирония судьбы, Кайлла. Из разрушителя я становлюсь спасителем. Браен хочет, чтобы я сам искупил бы свой грех.

– Возможно. – Она не отрывала глаз от надписи. – Магистр более милосерден, чем я.

Кайлла отряхнула тонкий слой пыли с деревянного шкафа, забитого документами.

– Но если нам предстоит вдвоем стать наследниками, Стаффа, как же мы будем вместе работать? Я же не могу забыть того, что ты сделал. Мне не нравится даже то, что сейчас нахожусь рядом с тобой. Я знаю тебя как чудовище.

Он опустил руку ей на плечо, и заставил повернуться к нему лицом.

– Мы подумаем. Сами решим, с кем именно тебе удобнее находиться. Я не знаю, что именно планирует Браен. Но не думаешь ли ты, что это странно. – Он возлагает на тебя такую ответственность, хотя ты совсем недавно вернулась.

Она нервно передернулась.

– Да, он возложил на меня большую ответственность. Он всегда уделял мне много времени, много со мной разговаривал.

– Он умирает, Кайлла. Он знает, что ему совсем мало времени осталось жить, и слишком большое количество возможных его последователей было убито в этой сумасшедшей западне на Тарге. Остальные же его люди не готовы к тому политическому водовороту, который вот-вот завернется.

– Что ты имеешь в виду? – выражение ее лица стало жестким.

– Он собирается передать лидерство на Седди тебе, Кайлла.

Она посмотрела в сторону и покачала головой.

– Это безумие.

– Неужели? Ты думаешь, что Уилли мог захватить власть у Седди? Никлос? Назови кого-нибудь, хотя бы одно имя человека, который сумеет поддерживать порядок и безопасность на этой планете. Назови кого-нибудь, кто сумеет это сделать лучше тебя. Ты уже закалена теми событиями, которые тебе пришлось пережить, – событиями, которые сломили бы кого угодно. У тебя опыт политической борьбы. У тебя ум, настойчивость, желание выжить – независимо от того, чего это тебе будет стоить. И ты знаешь, что я – чудовище. Ты не доверяешь мне, как и Браен. По крайней мере, не полностью. Ты внимательно следишь и за мной, и за Компаньонами.

– И какова твоя роль?

– Я контролирую Компаньонов, эту дикую карту в политике свободного космоса. Мы с тобой различны, Кайлла. Ты жила добродетельно, а я грешил. Теперь мы должны соединить нашу силу – ум Седди и силу Компаньонов. На это и делает ставку Браен.

Кайлла вздохнула, пытаясь расслабиться, и обвела взглядом комнату.

– Черт бы тебя подрал, Стаффа. Я не хочу быть лидером, мне нужно время, чтобы исцелиться, чтобы залечить раны, понять, что именно со мной произошло. Я не могу принять бремя лидерства.

– Иногда нас выбирают не в соответствии с нашими желаниями, Кайлла, а потому, что мы сильны. И только.

Она вздохнула, понимая, что возражать бессмысленно, – ее молчание было красноречивее слов.

Стаффа вытащил из картотеки один ящик и открыл его. Он встревожился, увидев, что карточки потрескались и распадаются на части, и поспешно задвинул ящик, чтобы не нанести большого вреда.

– Здесь понадобятся мои люди.

Она повернулась, и лицо ее было мертвенно-бледным.

– Твои люди? Кровожадные Компаньоны? Здесь?

– У Компаньонов, помимо всего прочего, самый ясный ум во всем свободном космосе, – отмел ее возражение Стаффа. – Мои специалисты могут это все спасти. Как много лет, по-твоему, еще сохранятся документы, заключенные в этой пещере? Этот глобус – Бог мой – сделан из пластмассы! Пластмассы! Книги – из бумаги! Все до единой! Это же все – органическое вещество! Те самые карточки, в которых, может быть, заключена информация, необходимая нам, чтобы одолеть Запретные границы, – распадаются на части!

Кайлла поглядела вокруг:

– И как же ты предлагаешь все это сделать? Ты думаешь, что Тибальт разрешит твоим Компаньонам прийти сюда, ворваться в святилище Седди и выпустить наружу всю информацию?

У Стаффы на губах появилась улыбка.

– О, я сумею его убедить. Обещаю. – Он сделал паузу. – И, может быть, Тибальт тоже так поступит. Несмотря на некоторые свои недостатки он вполне, рационально мыслящее человеческое существо. Когда я шепну ему словцо об Или, он, вероятно, прислушается к голосу рассудка.

Кайлла скрестила руки, взгляд ее приобрел задумчивое выражение.

– А как же Седди? Неужели ты думаешь, что Тибальт просто так возьмет и забудет обо всем, что произошло? Разрешит нам остаться в Макарте?

Стаффа ходил взад и вперед по тускло освещенной комнате. Тени плясали на стенах и между шкафами, когда Кайлла нервно перекладывала из рук в руки фонарь. Как много знания лежало здесь в этой влажной заплесневевшей крепости?

– Сомневаюсь, что Тибальт одобрит твое появление здесь. Но для тебя найдется место на Итреатических астероидах. И что тогда сможет тебе сделать Тибальт или Сасса Второй? Я думаю, что свободный космос нуждается в Седди. Что осталось на Риге? Что осталось на Сассе? Ничего! Люди только тем и занимаются, что восстанавливают города после бесконечных непрерывных войн! Это, как замкнутый круг. А во что превращается жизнь человека, если жизнь становится бессмысленным существованием? Нам необходимы новые границы. Седди, может быть, вдохнут новую жизнь в человечество. – Он сжал кулаки и поглядел на ровный потолок, нависавший над его головой. – У нас должна быть мечта!

– Слова храбреца!

– Посмотри на меня…

Вдруг земля под их ногами задрожала. Стаффа выкрикнул, пытаясь за что-нибудь схватиться:

– Что за…

– Землетрясение! – закричала Кайлла, бросившись к двери.

Стаффа распахнул дверь и вытолкнул ее в темноту. Собрав все силы, он плотно захлопнул дверь. Они оказались в узеньком тоннеле, там нависла оглушительная тишина.

– Как труба в пустыне, Стаффа, – прошептала Кайлла дрожащим голосом.

– Идем!

Но не прошло и пяти минут, как скалы вокруг сначала завибрировали, потом зашатались. Второй толчок был более сильным, камни со стоном начали раскалываться, на них полетела пыль и кусочки, откалывающиеся от стен и потолка.

– Бежим! – заорал Стаффа.

На востоке над горизонтом взошло солнце, отбрасывая кроваво-красные лучи на гористую местность Тарги. Легкий ветер мягко шевелил кроны сосен, разбросанных по горным склонам. Облака, стремительно несущиеся на запад, пылали красно-оранжевым цветом утренней зари. Охладившийся за ночь воздух вызвал легкий озноб.

Синклер сидел на самом гребне горного отрога, на базальтовом выходе породы, прислонившись спиной к стволу сосны. Земля вокруг была усыпана иголками, ставшими от времени такими же коричневыми, как и сама земля. Сухая трава едва держалась в расщелинах скал, которые как парша покрывали землю. Стало светлее, и Синк поднял с земли ветку. Одну за другой он отломил веточки, оставив лишь один прут, и начал ногтем большого пальца снимать с него кору, когда услышал неподалеку осторожные шаги; но сделал вид что не замечает подошедшего.

– С тобой все в порядке? – тихо спросил Мак. – Мхитшал ударился в панику, не обнаружив тебя в бункере. Он убежден, что Седди погубила тебя.

Синклер глубоко вздохнул и откинул голову, прислонившись к шероховатой поверхности ствола. От ветра длинные иглы над головой зашелестели.

– Со мной все в порядке. Мак. Я просто захотел поразмышлять.

– Мне уйти?

Синклер нахмурился, катая прутик между пальцами.

– Не знаю.

Мак сделал шаг вперед и присел на корточки, не доходя до Синклера:

– Что-то по твоему голосу не скажешь, что с тобой все в порядке.

– А с чего бы мне здесь себя чувствовать хорошо? – Мак ничего не ответил, и Синклер продолжил:

– Я устал, Мак. И я больше не знаю, что есть что. Я потерял центр тяжести, потерял равновесие. Та уверенность, которая у меня была, когда мы… когда я, ты, Гретта… – Он поглядел в сторону, пытаясь скрыть боль.

– Синклер, ничего не изменить. Что случилось, то случилось. Во время войны люди погибают. Ты это знаешь. Именно так устроена Вселенная.

– Почему? – спросил он ничего не выражающим тоном.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю