Текст книги "Мила. Принцесса легкого поведения (СИ)"
Автор книги: Тина Солнечная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)
Глава 11
– Это какое-то безумие, – выдохнул Эл, нервно проводя рукой по волосам. – Ну, ладно, Дрейк украл твой первый поцелуй…
– Я ничего не крал! – резко перебил его Дрейксар, глядя на него с раздражением.
– И тем не менее, – усмехнулся Эландор. – Почему у тебя такая реакция на меня?
– А у тебя на меня? – парировала я, глядя прямо ему в глаза.
Он на секунду замолчал, словно пытаясь сформулировать ответ.
– Ну… ты очень привлекательная. И такая настоящая… – хмыкнул он, глядя на меня так, что мне стало жарче. – И ходишь перед нами полуголая… – добавил он с лёгким смешком, будто между делом.
– Хочешь сказать, что наша принцесса тебе просто нравится? – в голосе Дрейксара прозвучала едва уловимая насмешка.
Эл хмыкнул, но отрицать не стал.
Дрейк же вдруг взял мою руку, развернул её ладонью вверх и поднёс к губам.
Но не поцеловал.
Он замер.
Я посмотрела вниз, туда, где на моей коже была эта странная татуировка – тонкий, едва заметный волосок в форме месяца.
Но теперь…
Я прищурилась.
– А это что?
Волосок стал чуть толще.
Но самое интересное – рядом с ним зажглась крошечная звёздочка.
Я провела по ней пальцем.
Не стирается.
– Раньше её не было, – пробормотала я, всматриваясь в едва различимое сияние.
Эландор шагнул ближе, тоже глядя на метку.
– Это что-то значит?
– Я не знаю, – сказала я, но внутри уже чувствовала – да. Значит. Очень многое. И это пугало.
Дрейксар не сводил взгляда с моей руки, пока Эландор пристально разглядывал появившуюся звезду.
– Ты даже не знаешь, что у тебя на теле?
– Ну… это месяц и звезда, – пожала я плечами, будто ничего особенного не происходило.
Они переглянулись.
– А принц тебя привлекает? – неожиданно спросил Дрейксар.
Я моргнула.
– Вроде нет, – задумалась вслух. – Но мы с ним не целовались же.
– Хочется?
Я прищурилась.
– Ревнуешь?
Он фыркнул.
Я фыркнула в ответ.
А потом неожиданно для себя зевнула.
– Ложись спать, – выдохнул Эландор, качая головой.
– Ты тоже мне указываешь теперь?
– Да, – усмехнулся он. – Иначе ты всю ночь будешь либо заставлять нас целоваться, проверяя твои теории, либо приводить тебе мужчин. И я уже не знаю, что хуже.
– А ведь не самый плохой эксперимент, – я хитро посмотрела на обоих, но Дрейксар только качнул головой и подтолкнул меня к кровати.
– Ты слишком много говоришь.
– А вы оба слишком серьёзные, – пробормотала я, забираясь под одеяло.
Месяц и звезда на моей коже слегка покалывали, но мне уже было всё равно.
Я уже засыпала.
Утро началось с разочарования.
Нет, не потому что я проснулась в одиночестве – я была к этому привыкшей. А потому что у кровати стоял Гаарон.
Конечно же, он.
– Доброе утро, Ваше Высочество, – ровный голос, идеальный поклон, ни тени эмоций на лице.
Ну конечно. Только ему и не хватало здесь, чтобы стереть все остатки ночных грёз.
– Ты дежуришь? – спросила я, потянувшись и медленно скидывая с себя одеяло.
– Да.
– Значит, Дрейк и Эл отдыхают?
– Они сменили пост.
Мои губы сами собой изогнулись в лёгкой улыбке.
Как хорошо, что их пост теперь не у моей кровати. Иначе…
Я задержалась на этой мысли чуть дольше, чем следовало.
Воспоминания прошлой ночи захватили меня.
Жаркие губы, уверенные руки, дыхание, смешанное с моим, их жадные прикосновения, пробирающие до дрожи.
Это было приятно.
Нет, чертовски приятно.
Я знала, что значит быть с несколькими мужчинами одновременно. В моём прошлом мире это не было чем-то удивительным.
Но эти двое…
От одной мысли, что Дрейксар и Эландор могли бы сделать со мной вдвоём…
Жар волной прошёлся по телу, заставляя меня незаметно сжать бёдра.
Хватит.
Я резко встала с кровати.
– Я в душ.
– Хорошо, Ваше Высочество.
Голос Гаарона был всё таким же безупречно ровным.
Вот почему с ним невозможно даже поиграть.
Горячая вода смыла с меня сонливость и остатки ночного безумия.
Пусть только на время.
Я выбрала платье без лишних рюшек и кружев – просто лёгкую, удобную ткань, подчёркивающую фигуру, но не сковывающую движений.
Гаарон, конечно, осуждающе покосился.
Именно за это я его и не любила.
– Куда направимся, Ваше Высочество? – спросил он, когда я вышла из покоев.
Я задумалась.
Если король доволен моими успехами, а принц заинтересован, значит, пора продолжить игру.
Но я не собиралась делать это обычным способом.
– Мне нужно увидеть принца, – сказала я, глядя на Гаарона.
Ни тени удивления.
– Я передам посыльному, чтобы он уведомил принца о встрече.
Я усмехнулась.
– Нет, мы сделаем по-другому.
Он даже не вздохнул.
– Как?
Я приблизилась к нему, заглядывая в его строгие карие глаза, в которых не было ни капли веселья.
– Найди для меня вход в его покои. Я хочу увидеть, чем он занимается утром.
На этот раз он всё-таки вздохнул.
– Это не самая разумная идея, Ваше Высочество.
– Но самая интересная, – я уже спускалась по лестнице, зная, что он последует за мной.
Принц явно не ожидал меня утром.
Тем лучше.
Я шагала быстро, весело, задорно – настоящая принцесса на задании, пока рядом, сдержанный и безмолвный, шагал Гаарон.
Он держался чуть позади, выпрямившись как струна, словно одним своим видом мог внушить мне необходимость соблюдать придворные приличия. Временами мне казалось, что он пытается не вздыхать слишком громко, но даже если так, он, конечно, не подаст виду.
– Ваше Высочество, – заговорил он ровным голосом, в котором едва угадывалось напряжение. – Вам следует быть осмотрительнее.
Я обернулась к нему, на мгновение замедлив шаг.
– Иначе что? Меня заклеймят как непригодную к управлению страной?
– Я лишь надеюсь, что ваш пыл не приведёт к неприятностям.
Я хмыкнула, но ответить не успела.
Впереди, у поворота коридора, появился мой брат.
Родной брат.
Будущий король.
Маленький, надменный, окружённый своей свитой, которая потакала каждому его слову. Он держался с той самоуверенностью, которую, должно быть, привили ему с самого детства. Выражение лица было таким, будто дворец уже принадлежал ему.
Если он увидит меня здесь…
Я не стала медлить.
Резко свернув в ближайшую нишу, я юркнула туда, как тень, и, жестом, не терпящим возражений, велела Гаарону следовать за мной.
Он задержался лишь на секунду, прежде чем скрылся рядом.
Я затаила дыхание, наблюдая, как брат проходит мимо, не замечая моего присутствия.
Когда его фигура скрылась за поворотом, я медленно выдохнула.
И только сделала шаг, чтобы выйти, как до меня донёсся знакомый голос.
– Это просто немыслимо, – сказала мачеха.
Я застыла, пальцы невольно вцепились в ткань платья.
За спиной Гаарон напрягся, но остался недвижим.
– Муженек собрался оставить всё этой мелкой дряни, – с отвращением продолжала мачеха.
Её голос был низким, наполненным раздражением и плохо скрытой яростью.
Я замерла, не веря своим ушам.
– Я уже пробовала с ним говорить, – продолжала она. – И уговорами, и хитростью… но он ни в какую. Не слушает.
Второй голос был приглушённым, мужским, но разобрать слова я не смогла.
– Ничего. – Голос мачехи стал холодным, почти деловым. – Если короля вдруг не станет, то и передачи власти не будет. Вступит регент.
Холод прошёлся по моей коже.
Ноги вдруг стали ватными, а сердце пропустило удар.
Она…
Она не просто желает моей отставки.
Она хочет убрать отца.
Рядом послышался резкий вдох.
Гаарон.
Я почувствовала его движение. Почти ощутила, как напряглись его плечи, как пальцы сжались в кулаки. Он не издал ни звука, но его ярость висела в воздухе, осязаемая, как приближающаяся гроза.
Шаги мачехи удалялись.
Мы оставались в тени ниши, не двигаясь, осознавая каждое слово, что прозвучало несколько мгновений назад.
Я повернула голову, встречаясь взглядом с Гаароном.
Что теперь?
Я собиралась спросить его об этом.
Я даже уже открыла рот.
Но в этот момент…
Меня предало собственное тело.
Щекотка в носу сначала была лёгкой, почти незаметной. Но она нарастала, превращаясь в неприятное жжение.
Я сжала губы, зажмурилась, пытаясь подавить рефлекс.
Нет.
Нет, только не сейчас!
Но было поздно.
Я чихнула.
Громко.
Резко.
Сочно.
Тишина.
Ступающие по мраморному полу шаги замерли.
Я почувствовала, как воздух рядом сгустился.
Гаарон выругался сквозь зубы.
А я просто закрыла глаза, понимая, что мы попались.
Глава 12
Время словно остановилось.
Я слышала, как за поворотом замерли шаги.
Как воздух сгустился от напряжения.
Как напрягся рядом Гаарон, едва не выдавая себя глубоким, тяжёлым вздохом.
Меня охватил холодный страх, но он тут же сменился лихорадочной работой мыслей.
Что делать?
Показать, что я всё слышала?
Сказать мачехе прямо, что знаю о её заговоре?
Слишком рискованно. Даже с ронами рядом вероятность не пережить следующую ночь просто непозволительно высока.
Но если сделать вид, что я та самая глупая, взбалмошная принцесса, за которую они меня считают?..
Единственный выход.
Пока Гаарон напряжённо ждал моего решения, я, не теряя ни секунды, бросилась в игру.
Под его ошеломлённым взглядом схватилась за рубашку, одним рывком расстегнула её, обнажая его крепкую грудь, затем с такой же быстротой дёрнула ремень на его брюках, заставляя их чуть сползти с бёдер.
Он замер, потрясённо уставившись на меня, но я не остановилась.
Быстрым движением спустила свои бретельки, оголяя плечи и верх груди, а затем прошептала приказ, который не подлежал обсуждению:
– Целуй меня. Немедленно. Как в последний раз.
Ещё секунда – и гобелен, скрывавший нишу, отдёрнулся.
– Что здесь происходит⁈ – мачеха буквально вплыла в проём, взгляд её сузился, губы исказила гримаса отвращения.
И то, что она увидела, только усилило её презрение.
Я, полуобнажённая, прижатая к стене своим роном, который, судя по виду, вовсю задирал мои юбки.
Паника. Возмущение. Позор.
Я испустила пронзительный, жалобный писк, театрально закрывая грудь руками, будто только сейчас осознав, в каком положении меня застали.
– Ваше… Ваше Величество! – мой голос сорвался на леденящий ужас. Я согнулась, судорожно натягивая ткань на плечи, впиваясь в Гаарона взглядом, который умолял подыграть.
Рон стоял, как изваяние.
Я чувствовала, что внутри него бурлит нестерпимое негодование, но он уже понял. Понял, что я делаю.
И потому не возразил.
– Ты… Ты непотребная тварь! – процедила мачеха, её глаза метали молнии.
Я затряслась, как испуганный воробей, губы дрожали.
– Прошу… Прошу, не говорите папеньке… – захныкала я, делая шаг назад, будто собиралась упасть в обморок от стыда. – Я… Я сделаю всё, что угодно… Только не рассказывайте ему!
Её взгляд впился в меня.
Я видела, как она оценивает ситуацию.
Как соображает.
Как осознаёт, что я точно ничего не слышала.
Потому что какая политическая интрига, если принцесса занята тем, что трахается со своей охраной?
Мачеха сжала губы, глаза вспыхнули злым торжеством.
– Ты – та, кого он вырастил, и это неудивительно. – Её голос был ядовитым. – Я всегда знала, что в тебе нет ни капли достоинства. Вся в мать.
Я потупила взгляд, играя свою роль до конца.
– Пожалуйста…
Она изучала меня ещё мгновение, затем хмыкнула.
– Я сохраню твою тайну. Но ты теперь у меня в долгу, девочка.
Я дрожащими пальцами поправила ткань на груди, уронив взгляд.
– Да, Ваша Величество.
Её взгляд метнулся к Гаарону, в котором кипела праведная ярость, но он не мог ничего сказать.
– И ты… – её голос был ледяным. – Позоришь всех ронов.
Гаарон сжал челюсти, но молча опустил голову в поклоне.
Она ещё раз смерила меня уничтожающим взглядом, затем развернулась и ушла.
Я стояла, не двигаясь, пока её шаги не растворились вдалеке.
А затем, когда тишина окутала нас, перевела взгляд на Гаарона.
Он молчал.
Глядя на меня так, словно хотел прочесть мою душу.
И, кажется, был в ярости.
Я с шумным вздохом привела себя в порядок, подправляя одежду и стряхивая с юбки невидимые пылинки. Затем повернулась к Гаарону и лучезарно улыбнулась.
– Ты молодец.
Он пыхтел от злости, но я продолжила, будто ничего не замечала:
– Конечно, мог бы подыграть и получше… Больше страсти, больше увлечённости, так сказать… но и так вполне неплохо.
Я чуть наклонила голову, ожидая его реакции.
И она последовала.
Гаарон не взорвался – нет, он был слишком дисциплинирован для этого. Но его взгляд стал таким, будто он всерьёз подумывает нарушить присягу и собственноручно меня задушить.
– Вы… – его голос был срывающимся от ярости шёпотом. – Вы… безответственная, безрассудная, непозволительно глупая…
Я вздохнула.
– Прекрасные комплименты, Гаарон. Просто волшебно.
– Вы погубили мою карьеру, Ваше Высочество! – наконец не выдержал он. – Всё, к чему я стремился! Всё, что значило для меня больше всего! Вы думаете, мачеха забудет это? Думаете, она не использует? Не разрушит всё, что я строил годами⁈
Его глаза горели праведным гневом.
И в этом был свой ироничный контраст – ведь ещё минуту назад они горели по совсем другой причине, когда я буквально запихнула его в это представление.
Я закатила глаза.
– Зато мы спасём короля.
Он замер.
Его злость на мгновение застыла, а затем уступила место недоумению и растерянности.
– Что?
Я наклонилась чуть ближе и прошептала, чтобы он точно услышал:
– Ты же тоже всё слышал.
Теперь его гнев приобрёл новое направление.
Гаарон выпрямился, его руки сжались в кулаки.
– Они… – его голос дрожал от ярости. – Они замышляют измену.
– Угу.
– Значит, они хотят…
– Именно.
Гаарон медленно провёл рукой по лицу, словно осознавая масштаб происходящего. Затем метнул на меня взгляд, полный отчаяния.
– И вы, конечно же, собираетесь с этим что-то сделать.
Я лукаво улыбнулась.
– О, да.
Он вздохнул, как человек, который понял, что назад пути нет.
Гаарон выглядел так, будто всерьёз подумывает прямо сейчас меня связать и посадить в комнате, чтобы я не натворила ещё чего-нибудь безумного.
Но я лишь невинно улыбнулась и сказала:
– А теперь отведи меня к принцу.
Он замер, будто не веря своим ушам.
– Вы… что?
– К принцу, Гаарон. Веди.
– Но… – он зажмурился, явно стараясь не закатить глаза. – Вы вообще осознаёте всю серьёзность того, что только что узнали? Вам нужно немедленно поговорить с королём! Или хотя бы с вашим…
– Король будет в безопасности. Пока. А вот принц, возможно, в опасности.
Гаарон тихо застонал, понимая, что со мной бесполезно спорить.
– Вы безнадёжны.
– Ты говоришь это так, будто это новость.
Я изящно повела плечом, давая понять, что моё решение окончательное.
– Ладно, Ваше Высочество… – он вздохнул, подавляя желание снова прочитать мне лекцию о здравомыслии. – Следуйте за мной.
И, как оказалось, Гаарон прекрасно знал, как пробраться к принцу незамеченными.
Я шла за ним по неосвещённым коридорам, стараясь не делать лишних звуков, пока он ловко ориентировался в узких проходах и тайных лестницах.
В какой-то момент я невольно подумала:
«Может, принцу тоже не помешали бы роны для защиты?»
Но эта мысль быстро затерялась в темноте и вопросах, которые рвали мой разум.
Я осторожно выглянула из-за колонны, скрываясь в тени массивного каменного свода. Просторная зала с высокими окнами наполнялась мягким утренним светом, а в центре, у самого окна, стоял он – принц.
Но к моему удивлению, он не листал документы, не вел беседу с советниками, не занимался чем-то, что свойственно будущему королю. Он писал картину.
Я замерла.
Его рука легко и уверенно скользила по холсту, кисть оставляла за собой плавные мазки цвета. Он работал сосредоточенно, с той особой задумчивостью, что бывает у людей, полностью погружённых в творчество. Я ожидала увидеть скучную работу, не более чем благородное хобби. Но то, что он создавал, было красиво. По-настоящему.
Какое-то время я просто наблюдала за ним, поражённая этим неожиданным открытием.
«Вот уж не думала, что принцы бывают художниками.»
Это было… мило.
Он был хорош. Его сосредоточенный взгляд, лёгкий изгиб губ, движения кисти, идеально выверенные. Видно было, что это не просто забава, а что-то более глубокое, что-то, чем он действительно живёт.
Мои глаза скользнули по его лицу, а затем, сами того не желая, спустились к его губам.
«Интересно, а каким будет поцелуй с ним?»
Дерзкая мысль, случайная, неуместная.
Но, чёрт побери, заманчиво интересная.
Я вздохнула, отвернувшись к колонне, пытаясь отогнать ненужные фантазии.
«Нет, ну правда. Может, дело не в клятве?»
До этого я была уверена, что моя реакция на Дрейксара и Эландора – это влияние принесённой ими клятвы. Но поцелуй с Гаароном развеял эту теорию в пух и прах. Он тоже давал клятву.
И ничего.
«А вот эти двое… сносят крышу.»
Мысль о том, как я теряю голову рядом с ними, заставила меня усмехнуться.
«Будь я собой – никто бы мне крышу не снес.»
Я знала себя. В моей прошлой жизни не осталось места для чувств, для искренних эмоций, для необдуманных желаний.
Но это тело…
Юное, горячее, чувствительное ко всему, наполненное жаждой ощущений, оно будто пробуждало во мне ту, что я давно похоронила.
«Настоящий клад для экспериментов.»
Я подняла глаза, и в этот момент принц потянулся за кистью, а затем, не глядя, расстегнул завязки рубашки и стянул её одним плавным движением.
Ох.
Я замерла, невольно задержав дыхание.
На него падал мягкий свет из окна, очерчивая каждую линию его тела. Сильный торс, рельефные мышцы, безупречно очерченные ключицы. На коже местами остались следы краски – тёмные мазки, случайно размазанные во время работы. Этот контраст делал его ещё более привлекательным.
Мои пальцы сжались на складке платья, пока я разглядывала его.
«Определённо, надо будет его поцеловать.»
Но затем в голове вспыхнула холодная мысль.
Поцелуй с принцем – это почти помолвка.
Я резко моргнула, возвращая себя в реальность.
Я не знала, готова ли к такому.
Я была уверена, что если бы у меня действительно был выбор, я бы выбрала…
Дрейксара и Эландора.
Да.
«Кому нужны эти принцы… когда рядом те, кто действительно может свести с ума?»
Глава 13
Я тихо отступила от колонны, оставляя принца наедине с его искусством. Гаарон тут же появился рядом, словно тень, недовольно поджав губы.
– Ваше Высочество, – почти прошипел он, – и что теперь? Какой у нас план?
Я улыбнулась, пытаясь смягчить его раздражение.
– Теперь нам предстоит спасти моего отца, – твёрдо сказала я, не давая ему ни секунды на возражения. – Гаарон, насколько реально выведать планы мачехи так, чтобы она ничего не заподозрила? Нам нужно знать заранее, если королю что-то угрожает.
Он нахмурился, задумавшись, и я заметила, как на мгновение его взгляд стал стеклянным – он явно прикидывал все возможные варианты.
– Это будет непросто, Ваше Высочество, – наконец сказал он. – Мачеха слишком осторожна. Если она действительно замышляет что-то подобное, все её действия будут тщательно скрыты.
Я нахмурилась.
– А если она решит его отравить?
Гаарон вздрогнул и побледнел, как мел. Я даже почувствовала укол вины за такую грубую догадку, но ведь я не могла это игнорировать.
– Я… Я проверю всё возможное. Это займёт время.
– Хорошо. Сделай всё, что сможешь. Мне нужно быть уверенной, что отец в безопасности.
Он коротко кивнул, его лицо снова стало каменным, но я видела – внутри него что-то сломалось, какая-то привычная уверенность в собственной непогрешимости дала трещину.
– Гаарон, – тихо позвала я. – Я верю в тебя.
– Спасибо, Ваше Высочество. Я не подведу.
Я проводила его взглядом, пока он уходил, зная, что если кто и сможет выяснить правду – так это он. Упрямый, целеустремлённый и честный до последней капли крови.
Когда шаги затихли, я развернулась и направилась обратно в свои покои.
Мне нужно подумать.
Слишком много всего обрушилось на меня за последние дни. Я неожиданно оказалась в центре не только дворцовых интриг, но и собственной жизни, с которой ещё предстоит разобраться. Я всё ещё ощущала на губах привкус недавнего поцелуя с Эландором. А ещё раньше – с Дрейксаром.
Мои пальцы коснулись губ, и я улыбнулась краешком рта, пытаясь уловить разницу между этими двумя. Страсть, которая вспыхивала рядом с ними, была такой мощной, что казалась нереальной.
Но вот с Гаароном…
Ничего. Пустота.
Это тело, это проклятие, эта магия или что-то ещё… Я не знала. Но почему-то рядом с этими двоими я теряла голову.
Пытаясь привести мысли в порядок, я зашла в свои покои и опустилась на мягкое кресло у окна. За окном ветер играл с лепестками цветов, а я только сейчас поняла, как сильно устала.
От поцелуев, от тайн, от загадок.
Но больше всего – от неизвестности.
Что дальше? Как найти доказательства против мачехи? И как защитить отца, если она действительно планирует убийство?
Я положила ладонь на грудь, ощущая неровное сердцебиение.
Нужно придумать план. Но для этого надо немного успокоиться.
Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, надеясь хотя бы на короткий миг найти тишину в этом бесконечном водовороте эмоций и опасностей.
Не успела я окончательно погрузиться в свои мысли, как дверь тихо приоткрылась, и в комнату вошла моя служанка – женщина в годах с добрым лицом и уверенными руками, которые умело превращали даже самую скромную ткань в нечто изысканное.
– Ох, голубушка моя, что ж ты вся взъерошенная сидишь? – встревоженно произнесла Агалья, подбежав ко мне и привычным жестом пригладив мои волосы. – На прогулке, небось, была?
– Да, Агалья, – улыбнулась я, даже не пытаясь возражать её заботливым хлопотам. – Проветривала голову.
– Так и вижу, как принцесса наша ветром наигралась, – хмыкнула она, выуживая из складок платья пару листиков и покачивая головой.
– А что ты думаешь, Агалья… – задумчиво спросила я, подняв глаза на её доброе лицо. – Если бы я захотела стать королевой?
Агалья замерла, сложив руки на коленях, и посмотрела на меня с неожиданной строгостью.
– Правду сказать?
– Ну, конечно.
Она тяжело вздохнула и уселась на пуфик рядом, нервно теребя край передника, и в глазах её мелькнула тень воспоминаний.
– Никогда моя маленькая девочка не хотела себе такой судьбы, – ответила она со смесью гордости и тревоги.
Я тихо рассмеялась.
– Оттого теперь все эти проблемы, – пожала я плечами, но улыбка не пропала с моего лица.
– Да какие же это проблемы, родненькая! – всплеснула руками Агалья. – Скажи «да» принцу – и забудь всё, как страшный сон.
Я не стала с ней спорить. Объяснять, что всё намного сложнее. Что отдать трон принцу хотела не я. Да и судя по всему, сама принцесса тоже не хотела – иначе бы не отказывала всем тем принцам до этого.
Агалья вздохнула и вновь принялась поправлять мои волосы, словно это могло привести в порядок мои мысли. Я молча наблюдала за её привычными движениями, а в голове крутились слова, которые никак не хотели складываться в нужные фразы.
– Агалья… – позвала я её, и она остановилась, настороженно глядя на меня. – А если я всё-таки решу стать королевой… Ты будешь рядом?
– Да разве я тебя брошу, дитятко? – улыбнулась она, проводя рукой по моей щеке. – Хоть королевой, хоть крестьянкой – всё одно родная.
Я потянулась и обняла её за талию, уткнувшись носом в мягкую ткань передника. Хоть у меня и не было матери, но Агалья была такой теплой, что сил сопротивляться не было.
– Спасибо, – прошептала я, стараясь не показать, как на глаза наворачиваются слёзы.
– Не грусти, милая. Что бы ни случилось – мы с тобой справимся, – прошептала она, гладя меня по волосам. – Вот увидишь, всё образуется.
Я кивнула, хотя в голове по-прежнему стояла путаница мыслей и тревог.
– А еще принц передал вам записку, – сказала Агалья, продолжая хлопотать возле меня.
– Записку? – Я удивленно подняла бровь. – Интересно. Дай сюда.
Она достала аккуратно сложенный листок из своего передника и протянула мне. Я развернула его, и сразу в глаза бросилось красивое ровное письмо. Даже буквы у него аристократичные, прямые, уверенные.
"Ваше Высочество,
Прошу вас принять мое приглашение на завтрашний променад в южном саду. Я буду счастлив вновь провести время с вами.
Принц Гилберт."
Гилберт. Значит, его зовут Гилберт. Странно, что я только сейчас узнала. Обычно имена таких важных гостей объявляют еще на входе, но видимо, я была слишком поглощена своими мыслями и разбирательствами.
Я свернула записку и задумалась. Совсем не вовремя эти принцевы заигрывания, когда у нас на горизонте заговор и покушение на отца. Но выдавать своего раздражения нельзя.
Согласиться на помолвку, позволить Гилберту взять на себя все обязанности и не заморачиваться ни о чем больше – конечно можно.
Но проблема в том, что именно я так поступать не собираюсь. Пусть принц и неплох сам по себе, но отдавать трон, который, возможно, мне и предназначался… Не думаю.
И если я на что-то и решусь – это будет моё решение.
– Агалья, оставь меня наедине. Мне нужно подумать.
– Конечно, Ваше Высочество. Я подготовлю платье для завтрашней прогулки.
Когда служанка ушла, я посмотрела на записку еще раз и покрутила её в руках.
Гилберт… Ну, по крайней мере, у него хватило смелости хоть как-то проявить себя. Это уже приятно.
Дверь в покои приоткрылась, и внутрь вошёл Эландор. Он замер на мгновение, оценивая обстановку, и, заметив меня у окна, прищурился.
– Я нигде не видел Гаарона, – сообщил он сухо, явно недовольный.
Я не отрывалась от размышлений, но всё равно бросила через плечо:
– Он ушёл по моему поручению.
Эландор напрягся, его глаза сузились, и он сделал шаг вперёд, словно желая убедиться, что я в порядке.
– Ты отпустила его и осталась одна? Без охраны? – хмуро уточнил он.
– Гаарон и есть охрана, – напомнила я с лёгкой улыбкой. – И вообще, не надо на меня так смотреть. Всё под контролем.
Эландор недовольно качнул головой, явно не согласный с моей лёгкостью.
– Ты понимаешь, что оставаться одной – опасно?
Я лишь пожала плечами и решила перевести тему:
– Зато теперь мы знаем, что Гаарон плохо целуется.
Эл замер, осмысливая сказанное, а затем приподнял бровь, не зная, как реагировать на моё заявление.
– Это сейчас к чему? – наконец выдохнул он. Я посмотрела на него и все рассказала. И про мачеху, и про поцелуй, и про визит к принцу.
– Просто теперь… мне срочно нужен позитивный опыт для поднятия настроения и боевого духа, – с явной наигранной грустью произнесла я, сделав вид, что мне действительно плохо от неудачного эксперимента с Гаароном.
– Какой опыт? – скептически уточнил Эландор, складывая руки на груди.
Я подошла к нему ближе, обвивая руками его шею, и заглянула в глаза с самым невинным выражением лица.
– Хочу поцелуй, от которого ноги подкашиваются, – сказала я тоном, будто это единственное средство спасения.
Эл закатил глаза и попытался отодвинуть меня, осторожно схватив за талию.
– Нет, Мила, сейчас вообще не время для поцелуев. Ты понимаешь, в какой ты опасности? И не только ты. Это уже совсем не смешно.
– Но ты же всегда учишь меня быть смелой и не бояться. – Я всё равно не собиралась его отпускать и только сильнее прижалась к нему, ощущая его тепло через ткань рубашки.
– Легче сказать, чем сделать, – пробормотал он, и я почувствовала, как его пальцы сжимаются на моей талии.
– И что теперь? Будешь отказывать даме в её просьбе? – поддразнила я, не сводя с него взгляда.
И тут дверь снова распахнулась, и на пороге появился Дрейксар. Он скрестил руки на груди, нахмурив брови, и оценивающе посмотрел на нас.
– Развлекаетесь, значит? А всё время мне лекции читал, – бросил он с усмешкой в сторону Эландора.
– Вот кто тебе никогда не отказывает в поцелуях, – Эл кивнул на Дрейка, а я не смогла сдержать улыбку.
– Что происходит? – спросил Дрейк, явно сбитый с толку происходящим.
– Я пытаюсь получить позитивный опыт, – заявила я с вызовом, бросив мимолётный взгляд на Дрейксара.
– Это у тебя всегда получается, – фыркнул синеглазый рон и подошёл ближе, уже готовый вмешаться в моё маленькое театральное представление.
– Да? – Я чуть приподняла бровь, оборачиваясь к нему.
– Вот только твоё позитивное настроение порой смахивает на настоящее бедствие, – усмехнулся он.
– А ты против? – Я потянулась к нему и, не дожидаясь ответа, быстро поцеловала его в уголок губ.
Дрейксар улыбнулся и тут же поймал меня за подбородок, прижимая к себе так, что мои ноги чуть не оторвались от пола.
– А тебе мало недавних экспериментов с поцелуями? – хрипло произнёс он, не давая мне даже перевести дыхание.
– Уж точно не достаточно, – поддела я, когда он прижался к моим губам более жадно, требуя ответа.
Эландор вздохнул, покачав головой:
– Вы неисправимы. Всегда знал, что не стоит воровать первые поцелуи.
– Зато теперь мне намного лучше, – пробормотала я с лёгкой усмешкой, наконец отрываясь от губ синеглазого рона.
– В отличие от некоторых, – заметил Дрейк, бросив мимолётный взгляд на Эландора, который продолжал стоять в стороне с таким выражением лица, будто ему всю душу выворачивали.
– Ну и кто теперь у нас не в духе? – усмехнулась я, не отстраняясь от Дрейка.
– Я в порядке, – хмыкнул Эл, но глаза всё равно выдавали его желание. Наша связь была поистине странной. И действовала на мужчин опьяняюще. Да и на меня саму. Я видела, что Эл хочет сдержаться и контролировать себя. Но я могла позволить себе пять минут слабости и позволяла.
– Зато я еще не до конца, – ухмыльнулась я и, покачав головой, подошла к нему снова.
Эл прищурился, но на его лице мелькнула улыбка.
– Ты просто неисправима.
– Это же моя сильная сторона, – подмигнула я.
– Честное слово, когда-нибудь ты нас в гроб вгонишь, – пробормотал он и, наконец, прижался к моим губам в поцелуе – настойчивом и одновременно нежном, словно боялся сломать что-то хрупкое.
Я углубила поцелуй, заставляя его потерять контроль. Эл сначала напрягся, но потом, будто решившись, сжал меня сильнее, притягивая к себе.
– Вот видишь, – выдохнул Дрейксар где-то позади нас, когда я наконец оторвалась от Эландора. – Я же говорил, она тебя тоже достанет.
– Я не против, – усмехнулся Эл, обхватив моё лицо руками. – Но всё равно… сейчас вообще не время.
– Вот ты зануда, – поддела я его, и он только закатил глаза. – Но поцелуй был хороший, – подмигнула я Эландору.
– Какая же ты не обычная принцесса, – улыбнулся он в ответ, не сводя с меня взгляда.
– А почему не время для поцелуев? – недовольно уточнил Дрейксар, приподняв бровь и бросив на Эландора косой взгляд.
Эл выдохнул и, наконец, разжал руки, позволяя мне чуть отступить назад. Его лицо снова стало серьёзным.
– Потому что наша дорогая принцесса встряла в крупные неприятности, – холодно ответил он.
– Что? – Дрейксар нахмурился, сразу напрягшись. – Что произошло?
– Мачеха строит заговор против короля, – пояснила я, опуская руки и сложив их на груди. – Я слышала её разговор. Если король умрёт, она станет регентом при брате и получит всю власть.
Дрейксар явно напрягся ещё сильнее, его лицо помрачнело.
– Ты уверена?
– Абсолютно, – кивнула я. – Она обсуждала это с кем-то в коридоре. Я пряталась за нишей, а Гаарон был рядом. Он тоже всё слышал.
– Чёрт побери, – выругался Дрейк, потирая подбородок. – Эл прав, Альмила. Это действительно серьёзно.
