Текст книги "Опасный защитник (СИ)"
Автор книги: Тэя Ласт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)
Глава 23. Родион
Смотрю на нее и вижу, как пугается из-за сложившейся ситуации.
Сам, откровенно сказать, охреневаю.
Во-первых, потому что незапланированный визит еще одного гостя оторвал меня от шелковистой кожи и томных взглядов Умницы. А во-вторых, еще один посетитель, что сейчас стоит за дверью, явно не вписывается в мои планы.
И сколько раз говорил, чтобы не дергала со своими глупыми затеями.
– Оставайся на месте. – приказываю девчонке, двигаясь к двери.
– Но ведь…
Посылаю взгляд, обрывая ее на полуслове.
Открываю дверь, замечая, что Соня отворачивается к прикроватной тумбе, и присаживается на край кровати.
– Что-то случилось? – прожигаю недовольным взглядом Юлю.
– Нет, я просто подумала…
– Тебе не надо думать. – цежу в ответ.
А она тем временем, проходится взглядом по торсу, и я прекрасно понимаю почему пришла.
– Не хочешь развлечься? – вздергивает бровь, не обращая внимания на то, что я зол.
Частенько так делает, потому что пользуется популярностью в моей постели.
– Нет. Свободна. – хочу закрыть дверь.
Только она не дает, касается кожи, и проводит ладонью ниже к резинке штанов.
– Я могла бы…
Тут мы оба слышим грохот, и я не могу сдержать усмешку.
Неисправима.
Оборачиваюсь, в то время как брюнетка нахмурившись, косится в сторону и смотрит за мою спину.
Умница судорожно ставит обратно поднос и подбирает разбросанную еду, даже не поворачиваясь в нашу сторону. Уверен, что она сейчас вся красная и злая сама на себя.
А может быть не только на себя…
– Понятно… – слышу язву в голосе своей подопечной: – Ты видимо занят.
– Именно. – не скрываю и отвечаю правду.
В глазах вижу злобу, и даже на секунду кажется, что ей больно.
– Позже поговорим. – завершаю этот никчемный разговор и захлопываю дверь.
Подхожу ближе к девчонке, которая мечется глазами по полу.
– Извините.
Бормочет, явно не желая выдавливать это слово.
– Кажется, ты перешла на ты, нет? – ехидно замечаю, на что она, наконец, вскидывает свои яркие глаза.
– То, что было вчера…
– Повторится и завтра, и послезавтра…– перебиваю с усмешкой.
Она тут же занимает воинственную позу, собирая руки на груди.
– Боюсь, твоя девушка не оценит.
Улыбка тянется сама собой, потому что ее глаза говорят совсем не это.
Девочка на крючке.
И осознавать это, черт ее дери, крайне приятно.
– Тебе это важно? – задаю вопрос, вздергивая одну бровь.
– Я не стану спать с мужчиной, у которого есть женщина.
Ух, какие мы грозные. Прожигает взглядом. Наклоняюсь чуть ближе к ней.
– Ты уже это сделала, детка. – насмешливо заявляю.
Черт, это подобно наркоте.
Так и хочется вызывать в ней бурю эмоций, даже если и самому порой от этого тошно.
– Хватит. – встает с кровати: – Я заплатила.
Озвучивает то, что вводит меня в бешенство. Хватаю ее за руку, врезая в свое тело.
– Сумма недостаточна. – хрипло рычу прямо в лицо: – Это чистый секс, ничего личного. – добавляю, чтобы поняла, что от меня не деться.
Глаза расширяются и зрачки вместе с ними, и она будто подтверждая себе, кивает.
– Хорошо, Родион. – слишком легко соглашается, а я прищуриваюсь: – Но если твоя… эм… В общем, если она меня тронет, то получит ответ.
Командует, нахохлилась.
А мне прямо в эту секунду хочется ее нагнуть, чтобы умоляла, как минутами ранее. Чтобы просила, и тонула в ощущениях моей власти.
– Забыла, кто хозяин? – уточняю предостерегающе.
– Это не забыть. – парирует в ответ: – Но как хозяин уже осведомлен, я не кроткая овечка.
Вырывается из объятий, и прыгающими шагами идет к двери.
Футболка гуляет ходуном, оголяя аккуратные ягодицы. И я уже потираю руки, чтобы взять ее сзади, и наблюдать, как это аппетитное сердечко двигается навстречу мне.
Вчерашний секс, это приятный сюрприз. Как для меня, так, полагаю, и для нее самой. До последнего не думал, что поведется. Но, не разочаровала.
Как только расставила шире ноги, позволяя чувствовать насколько сильно она готова для меня, уже знал, что трахну.
Терпел из последних сил.
А в комнате, когда ее стоны наполняли пространство, думал с ума сойду от желания, черт возьми, вобрать ее в себя.
Это необъяснимо.
Она неумеха, вчерашняя девственница, но, мать ее, колпак рвет капитально.
И я уже нарушил первое правило.
Никто не спит со мной в этой постели. Никто не остается до утра.
Но благодаря долгим беседам и разговорам вчера в закрытой комнате, не смог оставить себя без утреннего десерта.
А то, что было сейчас… Идея пришла, как только понял, что она вся словно камень. И не прогадал, наблюдая в зеркале, как она кончает. Думал, что член порвет белье к чертовой матери. Стоило титанических сил, чтобы не наплевать на ее оргазм, приподнять и насадить прямо в моменте.
Но цель другая.
А когда я иду к цели, могу быть крайне терпеливым. Даже если у самого мозги кипят от желания оказаться в этой киске.
Вот и сейчас, просто думая, вижу колом поднимающийся член.
Это, блядь, болезнь.
Включись в рабочий режим, в конце концов.
Вчерашние переговоры принесли еще одну нишу, которую никогда не рассматривал. Однако, крышевать несколько известных в городе отелей, чем бы не повод поразмять кулаки, да и выхлоп огого. А в случае, если мой новый партнер решит свалить, то веселье и отступные обеспечены.
Выхожу из комнаты, в тот момент, когда из спальни Умницы выходит малой. Оглядывается, боится. Щурюсь не понимая, что он делает.
– Эй! – окликаю, а у того отваливается челюсть, и он даже не дышит: – Куда крадешься?
– На кухню…– от страха высоким голосом выдает.
– Голодный? – хмурюсь.
Какого черта ребенок не накормлен?!
Игоревна ведь прекрасно знает, как ревностно к этому отношусь. Сам нередко ни крошки во рту не держал в этом возрасте.
– Нет. – мотает головой: – Я Соне.
Смотрю на него, понимая, что есть некое сходство.
– Попросила? – снова спрашиваю, потому что видел.
Поднос, даже не тронут. Не считая ее неуклюжести.
– Нет, просто ее не было долго. Наверное голодная, деньги себе на еду она никогда не тратит. – пожимает плечами мальчуган.
И мать его, что-то в душе от этих слов всколыхивает. Ее эта жертвенность вызывает самые противоречивые эмоции.
То ли глупая, то ли сильная. То ли хрен его пойми, какая.
Но определенно, подобных я раньше не встречал. А было их слишком много, чтобы суметь сосчитать.
– Иди попроси приготовить её любимое блюдо, идет?
– Она всегда так радовалась макаронам… – задумывается мелкий: – Нет, мясо! Точно! Она наверное захочет!
Радуется, что смог придумать, а я снова испытываю гребанное сострадание.
– Это будет наш секрет, идет? – решаю, что лишний раз об этом говорить не стоит.
Он кивает, показывая рот на замок, а потом двигается в сторону кухни, но резко останавливается.
– Можно спросить? – киваю, не ожидая ничего сложного.
– Соня сказала, что нам нельзя. Но может быть вы разрешите остаться нам подольше?
Сжимаю зубы, смотря на то, как обреченно он это выдает.
– Почему она сказала, что нельзя? – даже не пытаюсь смягчить тон.
– Не знаю… – пожимает плечами совсем сникнув.
– Я поговорю с ней. – не меняя сосредоточенного лица в поиске догадок, отвечаю.
Он тут же яростно кивает, а затем срывается по коридору к лестнице.
Интересно, что же ты задумала. Планируешь сбежать или уже себе что-то надумала…
Пытаюсь предположить другие варианты, но эти маячат неоном перед глазами. Причем последний ярче. Далеко не глупая малышка ведь, и уверен, выкрутится…
Только вот забывает, что здесь решаю я.
Глава 24.
Что я творю?
Это вопрос крутится в голове со вчерашнего дня. И вытекающее из него, как это все остановить.
Только сама себя обманываю.
– Сонь? – Тема отвлекается от своего поезда: – А мы можем погулять?
Задумываюсь над вопросом.
А действительно, почему мы все время сидим в этом доме? В последнее время бритоголовый появляется только иногда, когда следует прямой приказ хозяина.
Господи, как это ужасно звучит. И в то же время, как-то…покровительственно.
– Да. – раздумав, отвечаю, не считая, что мы должны быть заперты в этом общежитии Алого.
Брат подскакивает, тут же натягивая легкую куртку, я же иду в ванную переодеть домашний облик, который использую для уборки.
Через десять минут, мы оба уже выходим из комнаты. Не наблюдаю пса Юматова, что должен меня охранять.
Спускаемся, и я прошу Тему дождаться, иду к Марии Игоревне.
– Мария Игоревна, я сделала все, что вы просили. Выведу Артема погулять. – озвучиваю ей, пока женщина старательно мешает что-то в кастрюле.
Запахи невероятные, а вчерашнее мясо, которое Артем раздобыл мне, до сих пор вызывает вкусовое удовольствие.
– Сонечка, конечно. – отмахивается: – В конце концов, отдохни, начальства нет.
Подмигивает, а я улыбаюсь ей и киваю.
Беру Артема за руку и мы движемся к выходу из дома. Только в момент, как я собираюсь открыть дверь, она распахивается и передо мной оказывается Юля.
Вот незадача.
– Добрый день. – озвучиваю, все же манеры никто не отменял.
Она окидывает меня брезгливым взглядом, и смахивая свои блестящие черные локоны, переводит взгляд на Артема.
– Здравствуйте. – тот тут же реагирует.
– Ты выйди пока, постой у дверей. – говорит моему брату, а я уже недовольно щурю глаза.
Артем стоит в замешательстве, но я посылаю ему легкую улыбку, кивая.
Сама отхожу с прохода, пропуская ее внутрь, и скрещиваю руки на груди.
– Что-то хотели мне сказать?
Девушка ухмыляется.
– Не бери на себя много. – выдает в ответ: – Родион всегда возвращался ко мне.
– Есть вопросы, задай их ему. – вежливость остается в прошлом.
– Тебя разве устраивает? – вздергивает бровь: – Сама ведь понимаешь, что попользует и выкинет никчемную уборщицу.
Зубы сжимаются, а рука прямо дрожит от желания схватить ее за шевелюру и приложить пару раз к полу. И плевать, что ростом я проигрываю.
– Согласна, я не настолько жалкая, в отличие от тебя. Если сможешь уладить этот вопрос, была бы благодарна. – с фальшивой улыбкой выдаю: – Тогда будет хорошо обеим.
Она прищуривается и явно задумывается над словами.
– Послушай, бродяга. Я говорю в первый и последний раз, если ты не…
– Сделаешь так, чтобы я смогла избавиться от этого и исчезнуть, будешь только в выигрыше. – не обращая внимания на ее никчемные выпады с вызовом бросаю ей.
Она склоняет голову и хмурится.
– Ты подумай, и дай ответ. А я, когда мне нужна будет помощь, сообщу. – оставляю ее позади, и выхожу к Артему.
У входа внизу лестницы стоят несколько человек и один даже с Артемом что-то обсуждает. Узнаю в этом ком-то, того охранника из клуба.
– Тем? – зову его, указывая в сторону.
– О, привет! – парень тут же оживает, являя мне свою улыбку: – Макс, помнишь?
– Помню. – коротко отвечаю: – Что ты тут делаешь?
– Скажем, рост по карьерной лестнице после одного инцидента. – со своей улыбкой отвечает.
– Соня, а мы можем поехать в парк?
Перевожу взгляд на Артема, и снова на этого охранника.
Не знаю, можем ли мы… Да и, наверное, это не самое лучшее решение, учитывая то, что есть, заинтересованные в нас, люди.
Парень поджимает губы отрицательно качая головой. Вздыхаю и присаживаюсь на корточки перед братом.
– Тем, пока нельзя…
Он расстраивается, рассматривая идеальный газон у дома, и я понимаю, что ему хочется хотя бы на детскую площадку. Игрушек у него здесь практически нет.
Это тут же выводит из себя и я пытаюсь в уме просчитать сколько денег у меня есть, чтобы хоть что-то купить ребенку. Еда сейчас не проблема, тратить не придется. А на свой побег, я предполагаю, что еще получу.
Хотя, конечно, сомневаюсь, что здесь есть ежемесячная зарплата.
–Ладно, тогда пойдем, погуляем…– говорит он тускло.
В тот момент, когда я поднимаясь с корточек, во двор въезжает черная махина, и я узнаю ее владельца. Автомобиль останавливается у въезда в гараж, а с водительского сидения выходит Алый.
– Идем, Тем.
Тяну брата, не знаю сама, почему хочу скрыться.
– Что происходит? – мужчина хмурит брови и переводит глаза на каждого из нас.
– Все в порядке. – отвечает ему Макс тут же подобравшись.
Родион хмурится, и явно не шибко верит, я же вообще стараюсь смотреть в другую сторону.
– Привет. – подходит ближе к мальчику, протягивая руку: – Куда идешь?
– Я погулять хотел, сестра сказала можно. – испуганно выдает ему: – Но если нет, мы пойдем обратно. Только не ругайте Соню.
Вижу, как Юматов усмехается и ведет глазами на меня.
– Куда погулять? – снова спрашивает Тему, но взгляд с меня не сводит.
– Тут, в город же нельзя.– отвечает ему брат.
Он склоняет голову.
– Артем хотел на детскую площадку. – тихо отвечаю, сама не знаю зачем: – Мы сейчас здесь походим и вернемся. Работу я выполнила.
Кому-то кивая, Алый качает головой и откуда ни возьмись появляется бритоголовый.
– Запрыгивай в машину. – говорит он Артему.
Тот тушуется, раскрыв глаза.
– Мы куда-то поедем?! – ребенок от шока восклицает.
Родион пожимает плечами, и когда Артем осторожничает и несмелыми шагами двигается к джипу, он делает шаг ко мне.
Вижу, как подопечный мужчины открывает ребенку дверь, и тот с радостью запрыгивает.
– Тебе тоже нужно ехать, Умница. – в этот же момент хрипит мужчина, прожигая голубыми глазами.
Буквально проходится с головы до пят, что заставляет переминаться с ноги на ногу.
– Это не опасно?
Страшно и хочется. Я же не знаю, вдруг Ветров только и ждет, что мы вылезем из убежища. Алый хмурится, и тут же касается двумя пальцами моего подбородка.
– Со мной нет.
Жестко и уверенно высекает словами, а у меня глаза из орбит лезут.
Он что, поедет с нами?!
Это же невозможно. У него ведь дела.
– Вижу, как ты счастлива. – усмехается, и указывает головой на машину.
Сглатываю, послушно двигаюсь, наблюдая, как счастливый брат уже похлопывает по заднему сидению.
– Пару машин еще возьми. – слышу как Юматов говорит бритому, прежде чем сесть в машину.
Глава 25.
Артем радостно смотрит в окно, не скрывая счастливой улыбки, я же задумчиво кошусь в сторону Алого, что расслабленно ведет машину.
Знаю, что за нами едут еще машины, и мы по сути двигается кортежем.
Забавная ситуация, для того, чтобы вывезти ребенка поиграть на детской площадке.
Однако, вместе с тем и слишком страшная.
Мысль о том, что он позволил и сам поехал стараюсь гнать из своей головы, потому что не хочется чувствовать вот этого разливающегося тепла где-то в душе.
В салоне фоном играет музыка, а я даже не могу расслабиться. А когда ловлю его взгляд в зеркале заднего вида и вовсе теряюсь.
Он смотрит как и всегда с пробивающим напором, каким-то подтекстом, или может быть мне это так видится.
Но будто не моргает.
Выдерживаю взгляд, а когда ему уже сигналят его же подчиненные, вижу недобрый прищур, который он бросает в боковое зеркало. Это вызывает скованную улыбку, и я сама отворачиваюсь.
Спустя полчаса езды мы оказываемся в каком-то дворе. Алый останавливает машину и объявляет всем выходить.
Артем ерзает и не может усидеть на месте, поэтому как только ступает на асфальт, озирается в поисках площадки.
– Идем. – Алый останавливается около меня.
В своей кожаной куртке и с устрашающим видом он выглядит комично в обычном дворе. Я несмело шагаю за ним, а Артем уже несется впереди.
– Разойдитесь. Не привлекайте внимание. – озвучивает бритому, что тут же оказывается рядом.
Тот кивает, посылая в меня странный взгляд.
– Если у тебя дела, необязательно… – мямлю, хотя себе пообещала не говорить с ним.
– Боишься моей компании? – вздергивает он бровь.
– Нет, просто это странно.
Говорю, нервно дернув плечами.
Проходим какой-то дом и перед нами открывается вход на огромную детскую площадку.
Артем тут же подскакивает.
– Сонь! Смотри! – указывает пальцем, а глаза горят.
Улыбаюсь, испытывая неимоверную радость за ребенка.
– Можно? – топчется на месте в нетерпении.
Я киваю.
– Только никуда не уходи и будь на виду. – уже пяткам мальчика кричу в след.
С радостаю смотрю, как он тут же забирается на горку и с беззаботным весельем скатывается с нее.
Отчего-то в этот момент накатывают слезы.
Я ведь не даю ему такой жизни. И снова чувствую, как грузом на плечи валится реальность.
– Эй. – Алый тут же хмурится, вставая напротив: – В чем дело?
Тон становится резче, а я скидываю печаль и отвечаю.
– Все хорошо. Даже лучше. – смотрю с искренней благодарностью: – Спасибо.
Последнее выходит шепотом, и мужчина чуть расслабляет напряженное лицо, но, уверена, все еще пытается понять.
– Умница…– хрипит Родион: – Не все зависит от тебя.
Многозначительно звучат его слова.
– То, что касается него, зависит. – отвечаю, желая уже пойти ближе и разделить с ним радость, только мужчина задерживает схватив за руку.
Останавливаюсь, глядя на него снизу вверх, а он переводит глаза на губы.
– Никуда не уходите, я вернусь.
Почему-то от этих слов становится еще печальнее. Пытаюсь скрыть разочарование и киваю.
Ну кто мог подумать, что он останется здесь с нами?! Только я.
Разве у человека, который делает не пойми какие вещи, есть желание сидеть на детской площадке…
Он отпускает руку и двигается обратно к автомобилю. А я вяло иду к детской площадке.
Осматриваюсь по сторонам, вычисляя тех, кто останется за нами следить, и ненароком оборачиваюсь на черный джип, что заводится и уезжает.
Не знаю, заметил ли он, но я видела только машину, благодаря начисто тонированным стеклам.
Двигаюсь к скамейке, а в голове тем временем, очарование и морок сходят, и мозг пытается обдумать идею уйти отсюда и пропасть.
Но как это возможно, если с собой ничего, кроме телефона. Да и по периметру якобы ходят случайные люди, только я знаю, что они не случайны.
Артем веселится, сходя с ума. Вижу, что уже подружился с ребятами, и они играют во что–то. Улыбаюсь смотря на брата, и одиноко сидя на лавочке, пытаюсь не принимать близко этот жест человека, который временно спасает нас.
Спустя два часа Артем практически без сил прибегает ко мне и валится на скамейку. Я, откровенно говоря, и не заметила этого времени, потому что блуждала в закромах своих мыслей.
– Наверное, пора Тем. – смотрю на него, взъерошивая волосы.
– Так не хочется… – канючит, поглядывая на площадку.
– Воды хочешь? – спрашиваю, потому что наверняка ведь умотался.
Брат судорожно кивает и я оглядываюсь по сторонам, не понимая, надо ли мне кого-то предупреждать.
Выходим с площадки, почему-то не наблюдаю тех мужчин, что тусовали тут почти все время…
И ему не могу сказать терпи. К тому же денег у меня с собой нет. Как купить ему воды?
Выходим за пределы двора, я оглядываюсь в поиске машин. Но ни одной из тех, что ехали с нами, не вижу. Даже вездесущего бритоголового нет.
Странно. Разве бы они нас оставили…
Идем дальше в поисках хотя бы кого-нибудь. Но тут лишь только прогуливающиеся жители, дети и родители.
– Сонь. – спрашивает мальчик, пока я оглядываюсь, как дурная: – А где тот человек?
– Не знаю, Тем. У меня даже кошелька с собой нет… – досадно выдаю.
– У меня…– роется в карманах: – Ты давала в школу, я их не потратил.
Достает из кармана пятьдесят рублей, а у меня сердце кровью обливается.
Прикрываю глаза, глубоко вдыхая.
Ладно, на воду хватит, а дальше разберемся.
Если они нас действительно оставили… Может, уехали за Родионом?
Но удивительно, что почти все время никто не показывался и не требовал вернуться.
Страх и паника медленно разгоняются по телу, и я откровенно сказать, не понимаю, что делать. Номеров телефона у меня нет, не с кем связаться.
Место того дома, я, может, наглядно и вспомню. Да только как туда добраться, имея деньги, которые сейчас мы потратим на воду.
– Пойдем в магазин. – указываю вперед, наверняка есть какие-нибудь продукты двадцать четыре часа или маркет.
Заворачиваем за угол, проходим метров триста, и я вижу едва заметную вывеску.
– Сейчас попьешь. – указываю с улыбкой, а сама все же пытаюсь понять, как быть.
И стоило довериться, расслабиться.
Позволила себе подумать, что все схвачено, а по итогу… оказалась не пойми где, без денег, без возможности знать, что делать дальше.
Дура ты, Соня. Дура.
Корю себя за эту слабость, помешательство и веру в то, что меня спасают. Меня защищают…
Злюсь и хочу прямо увидев этого защитника накинуться на него с кулаками.
Спокойствие и умиротворение в моей жизни возможно только во снах.
Глава 26. Родион
– Какого, мать вашу, хрена?! – рычу на этих идиотов: – Где девушка с ребенком?!
Серый стоит, осматривая свой отряд с недовольством на лице.
Я же напрочь взбешен.
Мы отъехали буквально на пару часов, оставив этих остолопов, и теперь я не вижу никого похожего на Умницу и ее брата в округе.
– Найти, блядь. – цежу сквозь зубы, смотря на каждого из них.
На самом деле сейчас отчаянно сдерживаю себя, чтобы не приставить пушку к их вискам. Чтобы, мать их, наконец дошло, что значит охранять как зеницу ока.
Разворачиваюсь, осматривая двор, и пытаясь выцепить два нужных силуэта.
Отморозки.
Пытаюсь сделать вдох, чтобы хотя бы немного прийти в норму.
– Босс! – рядом оказывается Серый.
– Это, черт возьми, так сложно?! – оборачиваюсь на него: – Вышвырну каждого, сука.
Отвечаю ему, он кивает с согласием, потому что понимает, сейчас бесполезно спорить и защищать.
Двигаемся к машине, и я не в силах успокоить чудовище, что сейчас буквально готово кинуться на каждого.
Серый вдруг толкает, указывая в сторону.
Машинально оборачиваюсь, и вижу, как они вдвоем идут.
Облегчение накатывает вместе со злостью теперь уже на нее.
Она озирается, а когда, в конце концов, ловит мой прямой взгляд, прищуривается.
Эмоция Умницы вводит в замешательство, и я даже замечаю, как она ускоряет шаг, и как по-боевому двигается.
Это вызывает раздражение, удивление, злость, желание.
Сука, столько эмоций, что я не готов их все опознать.
Ее брат с бутылкой воды весело подпрыгивает увидев нас, улыбается широко. Довольный и усталый.
Чего, впрочем, не скажешь о его сестре.
– Было глупо мне надеяться на то, что все схвачено! – шипит словно кошка, оказываясь рядом.
Склоняю голову, глазами показывая Серому нас оставить.
– В чем вопрос?
– В чем вопрос?! А что если бы здесь был тот человек?! Никого вокруг! Никто ничего не сказал, я одна без денег, без связи! Наивная, думала, что ты можешь все, что Артем в безопасности!
Смотрю на нее даже не злясь на то, что сейчас она позволяет себе много больше, чем дозволено.
– Остынь, девочка. – озвучиваю ей пряча эмоции.
– Остынуть?! – глаза буквально сверкают, и больное эго вновь наслаждается.
– Именно… Иначе я подумаю, что ты испугалась без меня… – вздергиваю бровь.
Вижу как ее рот открывается и закрывается, а она ищет слова для того, чтобы снова вывалить их на меня.
– Испугалась?! – почти визжит шепотом: – Да, я испугалась, Родион! Только не без тебя, а благодаря тебе! Говоришь, что нет никакой опасности…а по итогу здесь все бросили…
Встаю ближе, пока она пытается облачить свою тираду в слова. Резко прижимаю к себе и целую.
Кто бы объяснил, что за чертовщина.
Другая бы на ее месте уже получила по первое число только за тон, с которым говорит со мной.
Но здесь все иначе.
Я, как больной готов прямо здесь взять ее, питаясь этим ярким огнем ее чувств.
Это пламя будто соединяясь с моим, творит пожар такой мощи, что ты не сможешь вынести.
В наглую раскрываю ее губы, она на минуту замирает, а потом я буквально чувствую, как она льнет ближе и аккуратно кладет ладони на плечи.
Моя отзывчивая Умница.
Позволяю страсти разыграться, лаская ее языком, а потом резко прекращаю и выдыхаю в ее губы.
– Сделаем вид, что это был выброс панической атаки. И я тебя прощу.
Вижу, что она все еще с закрытыми глазами.
– Мне просто стало страшно за Артема.
Шепчет так уязвимо, что это откладывается в душе.
Я не понаслышке знаю, что такое бояться каждый день и каждый час. А здесь, она ведь даже не одна, у нее куда больше ответственности за еще одну жизнь.
И черт возьми, я все понимаю.
Каждую эмоцию и слово, как и то, что творится в ее душе.
Когда увидела радость пацана на площадке, когда радовалась вместе с ним, когда…
Сука. Это набирает обороты. И это плохо.
– Договоримся, – поглаживая подбородок кончиками пальцев уверенно заявляю: – Я поставлю вам личную охрану.
Смотрю на то, как распахиваются ее глаза.
– Не надо… – качает головой, выходя из морока: – Мы все равно не часто выезжаем.
Прищуриваюсь…реакция не совсем ожидаемая.
Значит, все же у малышки план.
Кот с мышкой, как и в старом мультфильме, готовы на все, чтобы выиграть, верно, Умница?!
– Не понял… – всматриваюсь в лицо: – Только что, что за тирада была?
Вздергиваю бровь, а она опускает глаза.
– Это из-за нервов. – теребит руки, чувствует неловкость.
– Первое правило еще помнишь? – чеканю, не понимая, мать ее, почему это вдруг раздражает.
Вскидывает взгляд и молчит, закусив губу.
– Садись в машину. – не меняя тона озвучиваю: – Малого накормить и доставить домой.
Отдаю приказ повышая голос и открываю заднюю дверь. Вижу испуг в ее глазах, но даже не пытаюсь успокоить.
Она залезает на переднее сидение, а сам бросив взгляд на парней, сажусь на водительское.
– С Артемом ничего…
– Соня.
– Прости… – снова опускает глаза, а я не понимаю что с ней.
В тот момент, как пытаюсь вырулить с узкой улицы во дворе, замечаю, что девушка судорожно трет глаза.
– В чем дело? – бросаю, выезжая на дорогу.
– Все нормально… – чуть ли не гундосит носом.
Стремительно разгоняюсь, чтобы как можно быстрее оказаться на трассе.
Что с ней? Пмс?
Разгон от разъяренной кошки до милого котенка секунда.
Когда только съезжаю на нужный поворот, проехав круговое движение, торможу на обочине.
– Умница, что случилось? – всерьез хмурюсь, потому что еще никогда в моей жизни такого не было.
Одно дело они плачут, когда их выгоняешь. Но другое дело сейчас.
– Я могу выйти подышать? – сипит, едва сдерживая рыдания.
Киваю, молча и сам тоже открываю свою дверь.
Отворачивается, обнимает себя, и я отчетливо вижу, что все еще плачет.
Как дятел стою сзади, не смея подходить. Да только ноги будто несет к ней. Подхожу со спины.
– Тебя кто-то обидел? – не нахожу ничего умнее для вопроса.
Слышу как она смеется сквозь слезы, и отрицательно качает головой.
– Тогда в чем дело? – обхожу ее.
Глаза, немного покрасневшие, но все еще невероятно красивые, смотрят с такой тоской и печалью, что мать ее, внутри что-то щемит.
Будто нерв зацепило меж ребер, и вдохнуть не получается.
– Я устала…– говорит она сдерживая слезы: – Просто перенервничала и расклеилась…ничего страшного.
То, как звучат слова, то, как ей все-таки приходится показать свою уязвимость, сейчас не вызывает собственного триумфа. Напротив, хочется прижать к себе и помочь.
И это опасные ощущения.
Молчу в ответ, а она снова резко закрывается, прищуриваю взгляд и изумляюсь этой хрупкой девочке.
Как должно быть сложно девушке скрывать, что она ранимая душа.
К тому же, еще сложнее оставаться с такой душой, учитывая все то, что она прошла. Бросив взгляд мимо меня, она отходит обратно к машине и тихонечко садится.
А на меня в этот момент накатывает то ее одиночество, и я, будто с другой стороны смотрю на сегодняшний провал своих людей. По крайней мере, теперь я отчетливо осознаю, как это было для нее.
