Текст книги "Опасный защитник (СИ)"
Автор книги: Тэя Ласт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)
Глава 17. Родион
В ожидании пытаюсь сообразить, есть ли вариант договориться с Ветровым на иных условиях.
Слишком уж хороша, малышка, чтобы малость попользоваться и отдать.
К тому же…есть в ней нечто дикое и необузданное, и жуть, как хочется добраться.
Деньги, что предлагал ему в клубе не сработали. Знаю, чего хочет засранец. Район другой отхапает, не глядя. Да только ради очередной пассии слишком много трат. К тому же, убежден, виды то у Макара были свои, а тут ведь подпорченной вернется…
Но надо отдать должное, вчера она была, поистине, Умницей.
Черт, и прозвище приелось.
В мыслях только она, а член колом стоит только подумаю.
– Милый…– стук в дверь отвлекает и уже раздражает.
Молчу, надеясь, что поймёт уже наученная.
– Я хотела кое-что показать… – томные ноты в голосе наводят на идею, а почему бы и нет.
В конце концов, разрядку ждать еще долго, потому как не намерен отпускать Умницу так скоро, а тут, считай, глубокий минет задаром.
– Входи.
Юля с соблазнительным взглядом входит, тут же скидывая какую-то тряпку.
Идеальное тело. Грудь третьего с половиной, талия, округлые бёдра, а жгуче черные волосы убраны в высокий хвост. Добавить раскрашенное лицо в лучших традициях съема в клубе, пока еще была там на шесте.
Готовилась ведь.
– Я забыла про белье.
Усмехаюсь на эти глупые выходки и подзываю пальцем.
Ей остается лишь только ползти на четвереньках, потому как знаю этот взгляд предвкушения и ощущения, что она важна.
Указываю на ремень, а она тут же садится между ног и расстегивает ширинку.
А сам откидываю голову назад, стараясь включить в голове, что это не новая подопечная. Да перед глазами только ее светлый взгляд, подернутый желанием.
Это, блядь, фантастика какая-то.
Юля с нежностью поглаживает торчащий член, а я посылаю громкоговорящий взгляд, что это малого. Тогда девушка облизывается и, не спуская глаз, принимается играться с головкой.
Впрочем, упускает, что мне не до прелюдий.
Рука тут же тянется к ее затылку, наталкивая на плоть глубже.
Черт. Вот так.
Приподнимаю бедра, трахая ее податливый рот. Давится, и вместе с тем, шире раскрывает, чтобы взять больше плоти.
Показывает, что все знает. Вопрос на хрена.
– Быстрее. – рыкаю.
А сам закрыв глаза, представляю, как вчера малышка не желая, стонала. Чувствовала и хотела. Как сжимала своей узенькой плотью и, мать ее, доводила до безумия, которое не мог выпустить.
Иначе бы к чертям сорвался, и оставил бы крайне неприятные воспоминания о сексе.
Рука все агрессивнее помогает девушке, а я прокручивая картинки прошлой ночи готов уже спустить напряжение. Только в ушах будто слышится скулеж Умницы вперемешку с всхлипами, и тут же хочется остервенелого секса.
Отрываю девчонку от себя, резко разворачивая и нагибая на полу, а сам встаю на колени сзади и жестко вхожу. Стоны девушки разносятся по комнате, но их слишком много. Чересчур громко и не так.
Вчерашние тихие и отчаянно сдерживаемые будоражили куда больше.
Импульсивно двигаюсь, ускоряя темп и буквально схожу с ума, представляя, что это чертова Умница. Хватаю за волосы брюнетку, оттягивая ее голову, и держу за плечо, чтобы не двигалась, чтобы до конца. Чтобы, черт возьми, наконец, закончить.
Однако, отвлекает от разрядки едва заметная полоска света от коридора, что становится все больше. Тут же щурюсь и рассматриваю силуэт.
Умница ошарашено застывает, а я уже не в силах остановиться. Ухмыляюсь, ожидая реакции и ищу эмоции в ее глазах.
Это какой-то новый вид одержимости.
Вижу как хмурится, наблюдая, а потом и вовсе смотрит в мои глаза, и это, мать его, пускает короткое замыкание по телу.
Кончаю, не сводя взгляда с нее и чувствую небывалое удовлетворение.
Хотя никогда такого с брюнеткой не было.
Она резко разворачивается и захлопывает дверь, не давая продлить мне эти ощущения, а я, в конце концов, позволяю себе издать шумный выдох.
Это было чертовски сильно.
И это было только от одного ее взгляда.
Юля тут же ластится по полу, привлекая меня к себе. Однако, не разрешаю и скидываю руки девушки.
– Душ примешь у себя. – чеканю, поднимаясь и возвращая себе нормальный вид.
Она молчит, ясно еще где-то там в своей Вселенной. Только сегодня наплевал на ее наслаждение.
Оставляю ее, как есть, уверенный в том, что послушается. А сам удаляюсь, двигаясь в комнату новой цели.
– Выйди. – стучусь и приказываю.
С пару секунд ничего не происходит, а затем появляется она.
– Помешала? – приподнимает брови.
Твою мать! Будто не было только что быстрого секса!
– Скорее помогла…
Ответ ставит девушку в тупик, но она не тушуется.
– Тогда на сегодня план выполнен. – улыбается уродской фальшивой улыбкой.
– Как бы не так… – стараюсь звучать грозно, хотя насмешка так и рвется наружу.
– Я не уверена, что были презервативы. Поэтому допустить себе какую-нибудь заразу не могу. – задумывается, постукивая пальчиком по подбородку: – Ну и, самое главное, какие бы у Вас правила не были, у меня тоже есть.
Это даже становится интересно…
Удивлен и сам, но зверь внутри будто спокоен и не готов указывать ей свое место.
– Там… – указывает головой; – требуется, как минимум, уборка, а мой рабочий день закончен. К слову, удобнее было бы составить график, когда Ваше высочество хочет разнообразия.
А дальше она и вовсе наглеет и захлопывает дверь.
Усмехаюсь, хотя должен бы раздражаться. Но нет, это что-то новенькое, и от того более желанное.
Хорошо, Умница…сегодня твой день.
Хрен его знает, от чего повеселевший, спускаюсь на кухню перехватить чего-нибудь у Игоревны.
– Как дела? – задаю вопрос женщине, которая уже и не сосчитаю сколько лет со мной.
– Хорошо, сынок. – устало отвечает, сидя за островком с чашкой чая: – За девочку спасибо, а то года уже не те.
– Ты живее всех живых, знаешь ведь. – сажусь напротив: – Может что нужно? Врач? Лекарства? Деньги?
Хмурюсь, рассматривая, очевидно, самого близкого человека.
– Нет, Родион, всего хватает. – смотрит в ответ, но как-то изучающе что ли: – Я сейчас скажу, но ты не злись…
Хмуро смотрю на женщину, не имея представления, что взбрело ей в голову.
– Ты не обижай, молодая ведь совсем…– с какой-то материнской теплотой говорит: – Я с мальчишкой за завтраком говорила, тяжелая жизнь у них была. Знаю, тебе плевать, но вспомни себя…
Невозмутимо слушаю, скрывая, что как бы то ни было внутри отклик есть.
– Не гони лошадей…
– Родион. – строго говорит она: – У тебя же тут навалом…
Знаю, Игоревна, знаю, но сейчас эту хочу.
Остервенело и дико.
С первого дня стала проблемным наваждением, которое не выходит из головы.
Только вместе с тем, договор есть договор.
Макар придет за своим и я должен буду отдать.
Глава 18.
– София! Соня! – слышу Марию Игоревну и бросаю тряпку в гостиной.
– Нужна помощь? – подхожу к женщине.
– Ой, нам надо все успеть! Родион приказал убрать дом и приготовить ужин.
Нахмурив брови смотрю на женщину.
– И это значит…?
– Значит довести до идеального состояния, потому что сегодня встреча.
Ответ не объясняет, а я продолжаю пялиться на нее в недоумении.
За эти несколько дней узнать ничего не удалось. Ну не считая того, что Алый спит со всем, что движется. Своими глазами не видела, сей факт мне поведала Игоревна.
В тот раз, когда я застала его с брюнеткой, думала сойду с ума от отвращения и…злости. Да, это вероятно, была злость, потому что иначе свои реакции я объяснить не берусь. Признаться, думала, что за наглость получу от Юматова.
Но все оказалось совсем не так. Тем не менее, я все еще жду его ответный ход.
– Встреча в доме? – между делом задаю вопрос.
– Помнишь, я тебе говорила….
– Подвал? – тут же смекаю о чем говорит женщина: – Тогда беру верх и низ, а вы готовьте спокойно.
– Но…
– Я имею в виду первый и второй этажи, Мария Игоревна. Я помню, что мне можно, а что нет. – она поджимает губы.
– Спасибо, Соня. – слышу тихое в спину.
Наши отношения с женщиной вполне уважительные. И можно даже сказать, что она к нам с Артемом относится гораздо лучше, чем собственная мать.
Ему тоже, к слову, здесь очень нравится. Да и немудрено, большая комната, горячая вода без ограничений, стол для уроков… это ли не мечта после вагончика, где втроем не разойтись. Ну а тоже, потому как Мария Игоревна души не чает в брате, и это, на самом деле, вызывает забытую теплоту в душе.
Мамаша его пропала и после той встречи на холмах пока не объявлялась.
По сути столько времени прошло, а я не нашла ни один ответ на свои вопросы. И это удручает, так как просто расслабиться и довольствоваться кровом у меня не получается. В конце концов, я поплатилась за него своей честью…
Беру швабру и поднимаюсь по лестнице, тут же протирая тряпкой перила. Двигаюсь сразу в хозяйскую спальню, чтобы побыстрее разделаться с этим.
Форму мне не дали, поэтому я выбрала из своего скудного гардероба темные легинсы и безразмерную потертую футболку. На макушке гулька и челка выпущенная вперед, что скрывает, по моему мнению, высокий лоб.
Зная, что Юматов выходил из дома, я без зазрения совести захожу в его спальню без стука. Только вот резко останавливаюсь, замечая полусидящего мужчину в своей кровати с планшетом в руках.
Он вздергивает бровь и смотрит исподлобья.
– Пр…простите… – пячусь назад, собираясь исчезнуть.
– Стоять. – останавливает мои попытки: – Можешь заниматься своей работой.
И он вновь сосредоточенно обращает взор в гаджет.
Не знаю как быть, но все же остаюсь. Ставлю ведро, и первым делом, двигаюсь в ванную.
В груди сердце непрерывно бьет в грудную клетку, а сама я отчего-то волнуюсь. Руки подрагивают, и я нервно тру сантехнику, стены душевой и стекло самой кабины.
Мысли хаотично бьются друг о друга, но стараюсь не зацикливаться, желая лишь побыстрее разделаться и, наконец, дышать в полную меру. Страх, что он прямо сейчас скажет раздеваться темным облаком висит над головой, и поэтому нужно скорее убрать и бежать.
Спустя час закончив в ванной, по-хорошему, нужно протереть пыль, но это…
Глубокий вдох.
Ничего такого, я просто должна выполнить свою работу.
Решительно двигаюсь в комнату, стараясь не обращать внимания на тестостероновое чудовище, что лежит на кровати.
Окно, подоконник, задергиваю обратно шторы. Подхожу к выходу на террасу…
Вид отсюда захватывает дух. Пару дней назад, убираясь, позволила себе насладиться.
Кругом выстриженная зелень газона, выложенные камнем дорожки, бассейны, шезлонги. Элитные дома один другого круче. Беседки, балконы…
Сказка, та самая, которую я рассказываю Артему. Вероятно, именно эти ассоциации дарят ему трепетный восторг к этому месту.
Когда окна раздвижных дверей протерты, меняю тряпки и принимаюсь за мебель в комнате.
Сначала небольшой стол, потому как позволяет стоять спиной к наблюдателю. В который раз удивляюсь идеальному порядку, кажется, все предметы перманентно стоят под девяносто градусов.
В принципе, даже несмотря на то, что он присутствует, все не так плохо, как я думала. Юматов не отвлекает, даже не говорит. Правда, порой я все же чувствую некое покалывание и не знаю, что это…правда, догадки одна похлеще другой.
Подхожу к прикроватной тумбе, сдувая челку с глаз. Присаживаюсь на корточки, не открывая ящики. Аккуратно поднимаю телефон, часы, и что-то вроде записной книжки. Интересно, здесь черный список тех, кто ему насолил?
Когда держу предметы у себя в руках, чувствую его взгляд. Он словно прихлопывает меня сверху. Рука слегка подрагивает, но глаза я не поднимаю.
– Тебе повезло… – а теперь, все таки сами собой они устремляются в него.
Мужчина с задумчивым выражением лица, словно он вообще не здесь, прожигает цветом океана.
– Что это значит? – хмуро спрашиваю, возвращаясь к уборке, иначе меня хватит удар.
– А то, что у меня было слишком много дел, но сегодня…
– Сегодня ведь вечеринка! – звонко восклицаю быстрее, чем думаю и обратно раскладываю его вещи.
Собираюсь встать, только рука Юматова резко притягивает к себе, заставляя чуть ли не свалиться на него.
– Оттого и увлекательнее будет наша ночь. – ухмыляется он, а я с ужасом застываю.
– Может быть сегодня смена Юлии? – без надежды тихо звучит риторический вопрос.
Он приподнимает уголок своих губ, и громко цокнув, касается пальцами моего подбородка.
– Следующая неделя полностью твоя. – заявляет с триумфом и довольный наблюдает, как мои глаза становятся все шире: – Ты же честная, Умница, надо отрабатывать долги. – слегка отталкивая от себя, отпускает.
А я рвано дышу, про себя матеря этого циничного гада, и тут же собираю инвентарь, чтобы спрятаться на ближайшую неделю.
– Кстати, подготовься. Сегодня твой первый выход. – когда уже дергаю ручку двери, летит в спину безапелляционным тоном.
Оборачиваюсь, прикидывая то, как выгляжу, и сопоставляя с тем, что он говорит. – Не поняла…
– Поняла. – лениво тянет, тыкая в свой планшет: – Твоя одежда в комнате.
Прищуриваюсь, совершенно не догадываясь, что он делает. В баре меня спрятал, а здесь выставит на всеобщее обозрение?
Стойкое ощущение, что где-то подвох.
Только не могу взять в толк, где конкретно он может быть. И для чего я должна присутствовать там, о чем мне было даже запрещено слышать. Еще и наверняка в вульгарном наряде от барина.
Закрываю дверь, оставляя удивление и ворох вопросов самой себе, и тут же заглядываю в нашу с Темой комнату. На кровати действительно стоит бумажный пакет, а рядом с ним коробка.
Захлопываю дверь обратно, посылая взгляд в дверь в конце коридора будто он может его увидеть. Что ж, ладно. Правила я приняла в тот момент, как согласилась. Вопрос лишь в том, а существуют ли они поистине…
Глава 19.
Уже как минут десять смотрю на черное платье, что аккуратно разложено на кровати.
В открытой коробке босоножки с тонкими ремешками.
Все это выглядит инородно.
Но безусловно, переливающаяся ткань, что мерцает на свету, так и манит взгляд. К слову, оно даже почти не короткое. То есть, с одной стороны асимметричное удлинение, а с другой ткань заканчивается чуть выше колена.
Я, конечно, не мерила, только лишь строю догадки.
Верх такой же лаконичный, и со стороны короткого подола полностью закрытый рукав, а с другой, напротив, лишь тонкая лямка.
Голову уже сломала думать для чего это и зачем. Даже прикидывала вариант ослушаться, что он сможет сделать в присутствии, наверняка, тучи людей…
Правда, до конца ведь не разобралась в этом человеке. Все еще не могу сказать, на что он готов по своей прихоти.
Вздыхаю, отворачиваясь от платья, как раз в тот момент, как в мою дверь стучат.
Хмурюсь, уборку я закончила полчаса назад, а Игоревна, в принципе, со своим колпаком вертится юлой на кухне и от помощи отказывается.
Подхожу к двери, открывая. Передо мной стоит бритоголовый и еще несколько человек.
– Вот эта. – выдает он, указывая подбородком.
А в комнату тем временем вальяжно заходят две женщины. Точнее, выглядят они женщинами, но взгляды отнюдь не женские.
– Волосы – ужас! – одна дотрагивается до волос, кривя лицо: – Маникюр эти ногти точно не видели! – хватает за руку, пока я таращусь на них, как душевнобольная.
– Сорок второй не больше. Грудь мелковата, но сделаем пуш-ап, как любит Алый. – тут же смеясь, озвучивает вторая, делая круг возле меня: – Наряд конечно, космос! – вытягивает голову в сторону кровати.
– Но этой чего-то не хватает, слишком простовата.
Делаю глубокий вдох, ощущая, как мое терпение лопается.
– Я, конечно, дико извиняюсь, но какого черта происходит?! – скрещиваю руки на груди, испепеляя обеих куриц взглядом.
– А то деточка, что тебя напоказ надо приготовить, а ты…кхм…не очень.
– Во-первых, за деточку и отхватить можно! А во-вторых, обойдусь без ваших услуг, готовьте остальных. – подхожу к двери, вновь открывая ее.
Однако, там открыто ухмыляясь все еще стоит бритоголовый.
– Про полное подчинение ведь помнишь? – я прямо вижу, как он едва сдерживается от смеха.
Буквально рычу и с силой захлопываю дверь, поворачиваясь на этих особ.
Может быть в другой ситуации я была бы рада почувствовать себя настоящей девушкой, да еще и к тому же со всеми этими женскими штуками. Но только, черт возьми, не в моей.
Спустят пару минут с гримасой сдаюсь, озвучивая.
– Что нужно делать?
Эти тираны в юбках тут же хватают свои сумки.
– Молчать и слушаться.
– Это прям проще простого… – бурчу в ответ, принимая свою участь на ближайшие часы.
А дальше происходит немыслимое. Эти женщины словно фурии, отточенными движениями приводят в порядок форму ногтей, волосы, орудуют щипчиками с бровями. Заставляют обмазать все тело невероятно нежным и вкусно пахнущим средством. Затем что-то делают с ресницами и накладывают, кажется, с десяток слоев на кожу лица.
Это все не обходится без причитаний и каких-то разговоров между собой.
А я за все это время не могу расслабиться ни на минуту. Мозг генерирует новые вопросы, и по сути, должна бы наслаждаться…
Да только ведь, когда все происходит по принуждению, наслаждение отходит на второй план…
Правда, одного это не коснулось. И вновь вспоминая, ругаю себя за ту проявленную слабость. Одновременно, стараясь успокоить страх того, что ждёт меня после того, как выхоленное тело выставят на полку и покажут миру.
Наконец, спустя не знаю сколько времени, одна из женщин помогает влезть в платье, предварительно приказав надеть белье. К слову, вытащенное из того же пакета, и заставляет обуть эти жутко неудобные босоножки.
– Готово. – горделиво осматривает свою работу одна из них.
– Другое дело. – тут же подхватывает вторая.
Указывают пройти в ванную, чтобы увидеть себя в полный рост. Кое-как ковыляю до помещения, а когда встаю напротив, не могу узнать себя в отражении.
– Конечно, ей бы походить еще…свалится ведь.
Сквозь собственный шок, слышу как они переговариваются. Но даже это отходит на второй план.
На меня сейчас смотрит красивая молодая девушка. Уложенные волосы в прическу на затылке отдают блеском, а идеальная кожа лоснится уходом. Макияж, совсем легкий: немного блеска на веках, тушь на глазах, румяна и алая помада на губах.
Никогда бы не подумала, что мне пойдет этот цвет.
Платье, сидящее словно вторая кожа смотрится и соблазнительно, и в то же время довольно элегантно. Ногти украшает лак в тон помаде, как на руках, так и на ногах.
Осматриваю себя, откровенно, желая тут же расплакаться и смеяться. Макияж конечно жаль, но я ни разу в своей жизни не выглядела подобным образом.
Когда хочу повернуться и сказать хоть что-то этим двум женщинам, понимаю, что нахожусь в комнате одна.
Снова возвращаюсь к зеркалу, уже позволяя себе вдоволь покрутиться, чтобы запомнить каждую мелочь. А услышав хлопок двери тут же выхожу обратно.
– Вау! – Артем стоит разинув рот, что вызывает у меня смех.
– Нравится?
– Ты красивая, Сонь! – говорит он все еще рассматривая: – Не похожа на себя!
И это полная правда, ощущение, что это не Соболева Соня, а кто-то другой.
И честно говоря, кажется, мне уже хочется, чтобы этот вечер случился. Чтобы просто на секунду представить, что моего того мира не существует. Что вот она я, красивая молодая девушка, которая не встряла так, что боится каждой новой ночи.
– Ты надолго, да? – спустя пару секунд ребенок задаёт вопрос.
– Нет, Тем. Я постараюсь пораньше.
– Мария Игоревна сказала, что посидит со мной и почитает мне. – улыбаюсь, зная, что женщина готова делать это ежедневно.
– Сонь, а Сонь?
– Да?
– Может быть останемся здесь навсегда?
Смотрю в глаза мальчика, и только хочу опять объяснить, что это невозможно, как меня отвлекает стук в дверь.
– Тем…
– Ладно. Я помню, что ты говорила.
Тереблю волосы на его макушке, наклоняясь и оставляя невесомый поцелуй, а затем иду к двери. Открыв, вновь вижу своего поставленного пса, который на пару секунд застывает.
– Идем. – хмурится, оживая по своему.
Киваю и молча следую за ним, стараясь удерживать равновесие на каблуках.
Глава 20. Родион
В задымленном помещении уже все собрались. А я лениво принимаю приветствия, наблюдая всех тех, кто по ночам творит в городе все, что заблагорассудится.
Ветров тоже здесь, что мне и было нужно. Лишний раз показать, что все наши договоренности будут соблюдены.
Почти.
Но об этом он узнает позже. Если бы не тот факт, что он был мне должен за прошлое, скорее всего Умницу пришлось бы оставить на улице или более того привести самому.
Но тут играет на руку, что его казино и вся деятельность скрывающаяся за ним, жива только благодаря мне.
В свое время, он мог бы остаться ни с чем. Однако, я посчитал главарь такой банды, что раньше привносил в жителей страх, должен быть у меня на коротком поводке.
Приветствую одну из девчонок, что когда-то передал одному из мелких торговцев оружием. Улыбка девушки так и кричит, чтобы я соизволил разложить ее прямо тут.
Да только взгляд то и дело возвращается ко входу. У меня сегодня ночка гораздо интереснее, чем то, что уже попробовал.
Вижу как дверь открывается, и Серый тут же ищет глазами, метко попадая в меня.
Короткий кивок и он открывает дверь шире.
В проеме сначала появляются изящные щиколотки, точнее мой взгляд перво-наперво ползет по ним. Поднимается выше к платью, обтягивающему тело, а затем и к растерянным глазам.
Она окидывает помещение взглядом, в то время как Серый практически толкает ее внутрь. Руки девушки сцеплены на уровне бёдер, но нет желания прикрыться, как я предполагал.
Да и, чего врать, выглядит она потрясающе. Как алмаз, грани которого, наконец, привели в порядок.
Замечаю, что несколько мужских взглядов нацелены на нее, но быстрая ответная реакция девушки заставляет усмехнуться.
Она как ежик, который тут же старается выпустить все иголки, хотя, на самом деле, является безобидным зверьком.
В конце концов, ее глаза встречаются с моими, и она слегка выдыхает. Подзываю к себе, не двигаясь с места, а она послушно, несмелыми шагами, начинает движение.
Если знать ее в кедах, то можно увидеть как она аккуратно ступает, стараясь держать осанку, и верит в то, что ее лицо излучает невозмутимость.
Но я видел эту малышку в разном виде…
Когда до меня остается шаг, я протягиваю ей руку, прищуривая взгляд. Снова бросает в меня растерянными нежными глазами, но руку осторожно тянет. Двигаю к себе, чуть наклоняясь, чтобы сказать на ухо:
– Дыши, Умница.
Кивает, а я обнимаю талию девушки, уже испытывая дискомфорт в брюках.
Черт.
Хватает только одного взгляда на нее, чтобы задымиться и плюнуть на все это действо, закрывшись в комнате.
Она снова рассматривает гостей этого вечера, покерный стол, бильярд, и несколько дверей, что ведут в разные комнаты. Одна из них переговорная, а остальные как придется.
По левую руку организованный бар, и с десяток диванов, на которых восседают те, кто пришел порезвиться, зная, что здесь это возможно. Полуголые девицы уже обслуживают этих животных, а часть только лишь присматривается.
Чувствую как спина девушки напрягается, и по направлению ее взгляда понимаю с чем это связано. В дальнем углу стоит тот, кто ее хочет.
Помимо меня.
Мысль заставляет усмехнуться.
– Зачем… – поворачивается, стараясь сделать шаг в сторону от меня.
Впрочем, я не даю ей эту шалость, прижимая крепче к себе.
– Ты еще сомневаешься в моих словах? – задаю вопрос, намеренно задевая ее ухо.
Ей неловко и она ерзает, а я, черт возьми, забавляюсь ее реакциям.
– Не то, чтобы сомневаюсь… – задумывается она со страхом в глазах: – Но и не верю, что вы в какой-то момент не бросите меня перед ним на пол.
Прищуриваюсь являя ей усмешку, а сам скрываю то, насколько она зрит в корень.
– Не сейчас.
Все, что отвечаю.
– Это меня устроит. – парирует в ответ, загадочно отворачиваясь.
– Он должен понять, кому ты принадлежишь.
Сам не секу зачем это следом озвучиваю. Но раздумывать не привык, а лишний раз показать ей ее место, не упущу.
– Телом?
Усмехается.
В ответ слишком громко молчу.
– Хорошо. – соглашается, но я читаю то, что она продолжила бы препираться, дай я ей такую возможность.
– Идем, поздороваемся. – толкаю вперед, касаясь ее спины.
Снова это движение телом, которое говорит вместо слов, и черт возьми, это какой-то отдельный вид наслаждения.
Послушно шагает, а я не замечаю, как делаю то, что мне несвойственно. Беру ее за руку, сцепляя ладони. И ощущается так…ново и логично, что сам теряюсь.
Но не имею права на слабости.
Слабость – это то, что способно убить без раны и болезни. Слабость – это то, что позволяет управлять тобой.
А я не поддаюсь управлению.
И как бы то ни было, хоть и одержим ее телом и реакциями, этого себе никогда не позволю.
Однажды в жизни, я хотел быть тем, кто живет иначе. Тем, кто имеет за спиной людей, которых можно считать родными и идти за ними в огонь и воду. Однако, именно эти люди показали, что такое манипуляция и слабость.
Урок усвоен слишком хорошо, чтобы допустить повторения своих ошибок.
– Как вечер, Ветер? – подаю голос, предварительно взяв бокал, и все еще держу хрупкую ладошку.
Он оборачивается, простреливая глазами Умницу. Она даже немного пятится, но легкое движение большим пальцем, заставляет ее перевести внимание на меня.
Сам же смотрю прямо в Макара.
– Однако, здравствуй. – усмехается тот: – Неожиданный сюрприз.
– Не могу скрывать свои алмазы. – вторю с ответной ухмылкой, обводя рукой помещение: – И тебе достанется…
Имею в виду совсем не то, о чем думает София рядом. Она должна почувствовать себя и под защитой и вне ее.
– Хм…– ржет ублюдок: – Не сомневаюсь, что ты щедр, Родион.
Поднимает бокал, чокаясь в воздухе, и опустошает многозначительно глядя на меня.
– Ты ведь знаешь. – повторяю его движение.
– Как тебе здесь, милочка? – обращается к ней театрально доброжелательным тоном.
Она скукожена и напряжена, явно не хочет отвечать. И вновь касание большим пальцем.
– Шикарно. – сквозь зубы отвечает с гримасой, что должна бы быть улыбкой.
– Не научил еще разговаривать со старшими? – снова ко мне обращается Макар.
– Подчинение относится только ко мне, Ветер.
– Пока…
На его последнем слове девушка даже дергается.
– Как знать…Понятие времени растяжимо, тебе ли не понимать.
Отпускаю ее руку, снова касаясь талии со спины. Взглядом даю понять официанту, чтобы принес напитки, и сию секунду перед нами поднос с шампанским.
Она не берет бокал, тогда я это делаю за нее. Дрожащей рукой принудительно забирает, тут же делая глоток.
Ветров наблюдает, не сводя взгляда, и это откровенно вызывает противоречия.
Хочется тут же, мать его, сделать ублюдка слепым, или увести ее отсюда в таком наряде.
Однако, раз уж затеял, значит, идем до конца.
– Хорошего отдыха, еще поговорим. – бросаю, напоследок, двигая девушку в сторону.
– Жду с нетерпением, Алый.
Слышу уже в спину.
И не нужно быть эмпатом, чтобы почувствовать его эмоции.
Умница явно задумавшись в поисках ответов на свои вопросы, даже не обращает внимания ни на кого вокруг. Я же, как истинный джентельмен, сопровождаю ее, направляя к одному из диванов.
– Долго я здесь буду? – как только усаживает свою изящную попку уверенно задаёт вопрос.
Хмыкаю, не давая никакого вразумительного ответа. А самому хочется касаться этой шелковой кожи, которая сегодня пахнет чем-то, черт возьми, вызывающим повышенное слюноотделение.
– Ладно… – скрещивает руки на груди и выглядит злой, сердитой и задумчивой.
– Кажется, кто-то слишком напряжен… – насмешливо выдаю в ответ.
– Поверьте, в ваших услугах по расслаблению, не нуждаюсь. – парирует колючка, только повышая мой азарт.
Глупая, ведь не понимает, что охота от того и интереснее, когда жертва не поддается.
Без слов решительно кладу ладонь на оголенное колено, немного сжимая. Она вздрагивает и тут же касается моей руки.
Снова смотрю на хрупкую ладонь, отмечая какая-же она миниатюрная. Давлю сильнее и скольжу выше.
Она резко оборачивается, и хочет возразить, но замечая лед в глазах, закрывает рот. Рука ведет свою игру, смещаясь к внутренней стороне ее бедра.
Умница пытается остановить движение своими пальчиками, но ясное дело, что силы неравны.
Да и я, без усилий считываю, что это нелепая показуха. Ее глаза уже блестят, и вряд ли от глотка шампанского. Обвожу пространство ленивым невозмутимым взглядом, продолжая свои действия.
Наконец, подбираюсь выше, ощущая тепло ее тела, и отмечаю насколько удобное платье ей выбрал.
Умница снова ошарашено смотрит в глаза, приоткрывая рот, и пытается соединить колени. А я едва дотрагиваюсь до уже влажного кружевного белья с чертовым стояком в штанах.
Адреналин, страх, желание, которое она до конца даже не понимает, противоречия – все это на ее лице.
И этот гребаный коктейль ее эмоций, мать его, заставляет меня вдруг почувствовать кислород в этом прокуренном подвале.
