Текст книги "Опасный защитник (СИ)"
Автор книги: Тэя Ласт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
Глава 35. Родион
Неделя. Семь, мать ее, дней.
И ни единой зацепки, кроме того, что вышли они через заднюю дверь.
Всю неделю, как заведенный бесом, не могу успокоить паранойю, что Ветер уже ее уже ищет.
Именно по этой причине, качу сейчас в сторону его казино.
Надо как-то выяснить, что за планы. Надо разнюхать, что он думает и где по итогу сейчас мамаша Соболева.
Конечно, вряд ли она подалась к ней, но может быть хоть что-то удастся выяснить.
В доме находиться невыносимо. Комната из которой была вынесена вся мебель, закрыта. И порой я в одиночестве стою там часами, гадая и пытаясь залезть ей в голову.
Далеко не глупая ведь, и в какой-то мере, отчаянная.
Поэтому стопроцентно захотела быть подальше.
Вокзал уже проштудировали на предмет поездов и автобусов, аэропорт бред. Иначе бы уже знал каким рейсом и куда они полетели.
Но что-то не вяжется.
Она как сквозь землю провалилась, а мне невыносимо нужно чтобы она рядом была. Колючая, смущающаяся одновременно. Стояла и прожигала своим яростным взглядом.
Черт.
Останавливаюсь у казино, подходя к черному входу, и отстукивая нужное количество ударов.
Дверь тут же распахивается, а охранник с удивлением смотрит на меня.
– Ветер на месте? – чеканю, а он высматривает один я приехал или нет.
Кивает проходить, и я тут же следую к комнатушке, которую Макар именует своим кабинетом.
– Какие люди…– как только открываю дверь, тянет он: – И без охраны.
Улыбка этого седого бандита отдает ехидством.
– Неужто мой товар привез? – щурится.
Вальяжно прохожу к столу и сажусь напротив.
– Срок еще не вышел. – чеканю, подпирая кулаком подбородок.
– Значит завтра я, наконец, увижу маленькую бестию… – потирает руки.
Сука.
– Посмотрим. Все зависит от сегодняшнего разговора. – смотрю прямо и невозмутимо.
Макар вскидывает брови.
– Хочешь мне что-то предложить, малой?
– Хочу узнать зачем тебе она? – отзеркаливаю его бровь, вальяжно откидываясь на спинку кресла.
– Раз пошли такие вопросы, стало быть…
– Не более, чем любопытство. – пресекаю попытки высказать свои догадки. – Хм…
Он задумывается, стараясь распознать так это или нет.
Однако, мы слишком хорошо знаем друг друга, чтобы научиться скрывать истинное лицо.
– Ну…– озвучивает он: – У меня есть планы на девчонку, – потирает подбородок: – А пацан станет неплохим бойцом на передовой. – ржет ублюдок.
Отчаянно стараясь не хрустеть челюстью.
– Что за планы? Развлечься уже не с кем? – с сарказмом выдаю.
– Брось. Здоровое нетронутое тело нынче в дефиците.
Внутри нерв клокочет так, что я тут же готов размазать его лицо по столу.
– К тому же… – продолжает как ни в чем не бывало: – Когда цыпочка обретет нужные навыки…
– Что?! – вскидываю взгляд, старательно удерживая эмоции.
– Я неплохо с нее поимею.
Заканчивает, оставляя, мать его, интригу.
– Не понял. – хмурюсь, потому что если это то, что я думаю, то удержать себя едва ли получится.
– Ну, Алый…ты не ведешь некоторые дела, которые принесли бы тебе больше денег, а мы не брезгуем торговать…
– Ты, блядь, свихнулся?! – наклоняюсь ближе к столу: – Ты собрался продать ее?!
На затылке шевелятся волосы и я сдерживаю целую лавину эмоций. Непонятных, диких и разрывающих сознание.
– Ну почему же сразу продать… – театрально этот отморозок задумывается:
Еле сдерживаю рык.
– Что-то ты слишком яро интересуешься девчонкой… – озадаченно выдает он.
– Потому что сейчас она работает на меня. – озвучиваю, стирая зубы в пыль.
– И что же ценный сотрудник? – усмехается Ветер, с изучающим взглядом.
– Слишком много сил вложено.
Макар усмехается, а я пытаюсь придумать, что мать его делать.
– Ее участь слишком давно решена, Алый. – тянет он с серьезным видом.
– Что это значит? – хмурюсь.
А в мозгу кажется шестеренки крутятся со скоростью света.
– Мать продала ее мне. – смотрит прямо: – Чтобы малышка деньги в семью приносила. – ржет: – Однако, все пошло не по плану.
Блефует или нет?
– Почему тогда так просто пошел на сделку со мной? – вздергиваю бровь.
– Терпение хорошая черта, Родион. Я ждал полгода до того момента, как появился. Хотя, непутевая мамаша должна была решить вопрос и отправить девчонку на работу. Покупатель, что должен был забрать девственницу, уплыл, оставив несколько проблем, которые мне нужно было решать. Однако, тот что нашелся после, дал мне три месяца за кукольное личико. Поэтому твои выкрутасы показаться хреновым защитником…
– Я тебе говорил прекратить это. – цежу сквозь зубы.
Этот разговор между нами был достаточно давно.
– Хочешь жить, умей вертеться. Ты забрал город, оставив мне ошметки. – взгляд Ветрова становится жестким, а я усмехаюсь.
– Если ты не прекратишь рабство, я заберу не только город. – резко встаю с кресла, оставляя его позади себя.
Сам же отчаянно воплю внутри. Давай, София, ты должна проколоться, чтобы я тебя нашел и спрятал. Чтобы, черт возьми, защитил без всяких игрищ.
Выхожу в машине, набирая Серого.
– Есть новости? – извечный вопрос последние дни.
– Нет. – шумно выдыхает.
– Твою мать! – выругиваюсь, не представляя где искать: – Прочешите пригороды. Чтобы в каждый, черт его дери, дом заглянули.
Отключаюсь не дожидаясь ответа и смотрю в зеркало заднего вида, наблюдая невзрачный седан.
Что-то ты Ветер совсем плох стал… Думал, не пойму, что отправишь своих остолопов.
Глава 36.
Набираю воду в колодце, по привычке озираясь по сторонам.
Мы засели в одной деревне, на которую приходится порядка пяти домов. Дом обветшалый и явно заброшенный, стоит чуть в стороне от жилых. Что довольно неплохо, учитывая, что соседи могли бы пожаловаться на горящий фонарик и лампочку.
На удивление электричество и газ есть.
В предыдущей деревне нам пришлось переночевать там, где не было вообще ничего, кроме то ли мышей, то ли крыс.
По моим подсчетам, мы ушли от города километров на четыреста. И этого катастрофически мало. Если вдруг они узнают наше местоположение, то доберутся часа за четыре. Если не меньше, учитывая, какие у них машины.
Вздыхаю, оттаскивая ведро с более менее чистой водой. Продукты, что я взяла в магазине в соседней деревне, уже заканчиваются.
Но и я не намерена дольше находиться здесь. Надо снова удалиться, и может быть найти что-то более менее подходящее для жизни не на пару дней.
Прошло уже больше недели, может быть стоит надеяться, что они уже не ищут. Не бросит же Юматов все силы на поиски двух беспризорников.
– Тем, чай будешь? – вхожу в дом, бросая взгляд на мальчика.
– Да. – вяло отвечает он.
Настроение у нас обоих не к черту, и с ободранной крышей, признаться, спать очень холодно. Но, пока иных вариантов я предложить не могу. Укрываю Тему всеми одеялами, которые есть. Сама же укутываюсь в куртку и сверху накрываюсь небольшим ковриком с пола.
Хотела бы я увезти его в лучшую жизнь. Однако, подобным мыслям запрещаю плодиться в своем мозгу, иначе расклеюсь.
В сравнении с моим пленом, это конечно, в сотни раз хуже, однако, я же не знаю насколько быстро бы плен сменился на ужасающую реальность с Ветровым.
Наливаю в кастрюлю воду, чтобы вскипятить и попить чая. Тема на кровати играет с поездом.
Разговор о нашем побеге мы больше не поднимали, и я надеюсь, что когда-нибудь смогу ему объяснить, что и кто эти люди на самом деле.
Откашливаюсь, зажигая на маленькой плитке конфорку. Голова раскалывается второй день. И я не представляю, есть ли здесь где-нибудь аптека.
Телефон я отключила, как только мы оказались рядом с вокзалом и включать его опасно. Я не знаю все возможности Алого, а найденной в связи с такой глупостью, быть не хочу.
Сажусь рядом с Артемом, посылая улыбку мальчику. Укрываю ноги, как-то сегодня особенно холодно.
– Соня? – подает Тема голос, как только я прикрываю глаза.
– Да, малыш. – мямлю, ощущая и усталость и слабость.
– Тебе не хорошо? – встревоженный голос мальчика заставляет открыть глаза.
– Все хорошо, я полежу чуть-чуть. Ты воду выключи, ладно? Не забудь. – взъерошиваю ему волосы, и натягиваю одеяло до плеч.
– Умница… Ты нужна мне.
Слова так отчетливо слышны в голове, а улыбка, что тянется на лице, окрыляет. Что-то необъяснимое и нереальное чувствую. Подхожу к мужчине, а он тут же берет меня на руки. Кружит, а я смеюсь ощущая полное счастье.
– Соня! Соня! – сквозь купол этих ощущений слышу голос.
Но мне так не хочется уходить. Так не хочется расставаться с Родионом. Терять тепло его рук.
Мне сейчас так хорошо. Так безопасно. Кажется, как никогда не было.
– Соня! Соня, очнись! – чувствую, как меня трясет.
Резко открываю глаза и не понимаю, что происходит и где я. Размытый образ Артема маячит перед глазами.
– Соня, что с тобой? Ты заболела? – мальчик со страхом смотрит на меня.
Пытаюсь подняться с кровати, но руки будто не держат.
– Наверное, простыла… – сиплю голосом, а ощущение, что схожу с ума.
– Вода уже остыла. Я хотел тебя разбудить, но не получилось. – Артем пытается держаться и не плакать.
– Все хорошо будет, Тем. – пытаюсь убедить его, хотя состояние крайне паршивое: – Мне надо поспать. Во сне все пройдет.
– Но ты и так долго спала, а лучше не стало. – не унимается он.
Приносит еще покрывало и укрывает им. А я не могу понять, мне жарко или холодно. Тело будто не чувствую, а кости ломит.
– Соня.
– Там есть еще колбаса Тем… – указываю на окно, на котором лежат наши скудные продукты: – Сколько я спала?
Задаю вопрос натужно стараясь быть в сознании.
– Я не знаю.
Тема дает свою подушку, подкладывая под голову и садится рядом с кроватью.
– Прости меня, Тем. – шепчу снова уплывая куда-то в забытье.
– Ничего. – шмыгает носом и гладит по спине: – Ты выздоровеешь.
Слова от брата звучат так убежденно, что даже в таком состоянии, я уверена, это моя черта.
Глава 37. Родион
– Родион! Есть!
Влетает в кабинет Серый.
Хмурюсь, протирая глаза. Бессонные ночи дают о себе знать.
– Что?
– Сигнал! Есть! – тут же поворачивает экран своего телефона.
Встаю в секунду оказываясь возле него.
Смотрю на точку, километров четыреста тридцать.
– Вы искали там?
– Нет. Там и не было ничего, пустырь какой-то. – виновато озвучивает он.
– Сейчас активен? – внутри бешено колотится сердце.
– Да.
Достаю трубку, на свой страх и риск набирая номер.
Гудки идут, а я нервно встаю у окна, отворачиваясь спиной к подопечному.
Слышу как они прекращаются, но на том проводе тишина.
– Черт, Умница! – выдыхаю сквозь зубы.
– Вы кто? – голос пацана заставляет резко остолбенеть.
– Малой? Артем? – тут же спрашиваю: – Где твоя сестра?
– Она…она не просыпается. – слышу всхлип ее брата, а у самого будто все органы перестают качать кровь.
– Что ты сказал?
– Я пытался разбудить, и никак.
Слова вызывают оглушительную тишину в самом себе.
– Где вы? – рявкаю и хватаю ключи со стола.
Вылетаю из кабинета, в ожидании ответа.
– Я не знаю. – он плачет, хоть и держится.
Твою мать! Сука!
– Я уже еду, слышишь… – хоть как-то хочется дать ему понять, что он не один.
Он ничего не говорит, и не попадая в чертов замок зажигания, матерюсь на всю округу.
– Собери людей, едьте по геолокации, живо! – ору из машины, срываясь с территории особняка.
Еду так, что если меня и остановят, тупо затормозить не смогу.
Четыре часа езды, но мне надо быстрее.
У меня, сука, нет этого времени:
У меня вообще его нет.
Знаю, что вереница наших машин тянется сзади. Кто-то ближе, кто-то дальше.
Но и это, мать его, не успокаивает.
Внутри интуиция орет, что что-то произошло. А слова пацана стучат в голове ежесекундно.
Она просто не может так поступить и оставить брата.
Это не в ее характере.
Прикрываю глаза, стараясь, дышать и не думать о том, что это конец.
Не прощу ведь себе никогда.
Топлю на тапку так, что кажется двигатель уже скоро задымится и пытаюсь не свихнуться от такой долгой поездки.
Ну и забралась же ты, София.
Дурная.
Сжимаю зубы, кроша из в пыль только от одной мысли, что с ней что-то серьезное.
Серый периодически сверяет где я, и насколько далеко умотал. Знаю, что они в пятнадцати километрах от меня.
Когда остается буквально пара километров до мигающего значка, понимаю, почему мы не нашли. Заброшенные дома за пустырем и лесополосой. Учитывая отсутствие дороги, хрен кто поймёт, что там вообще есть жизнь.
Ориентируюсь на мишень на экране, едва ли повышая скорость до десяти километров в час.
Вижу почти обвалившийся с одной стороны дом.
Бинго!
Бросаю машину, и вылетаю на территорию, дверь буквально отлетает от силы удара, и я, черт возьми, их вижу.
Парень сидит на краю кровати, рядом кипячёная вода и тряпка.
А она… Она будто спит, накрытая какими-то дряхлыми тряпками.
– Артем, что с ней? – подхожу ближе, а он пожимает плечами.
– Температура… – дотрагиваюсь до лба девушки.
Черт! Да она как, мать его, печка.
– Собирай вещи. Ей надо в больницу. – беру на руки хрупкое тело, не давая эмоциям прорваться.
Малой должен видеть силу, даже если внутри хочется ее разбудить, просто, чтобы осознать она в порядке, а потом наорать за такую беспечность.
Заботится обо всем, кроме себя.
Выношу девушку, раскладывая на заднем сидении.
– Положи ее голову себе на колени, – командую, а ее брат собран как солдат.
И это тоже заслуга одной хрупкой малышки.
Вижу, как рядом останавливаются машины.
– Ближайшая больница. Всех туда. – громогласно рычу, запрыгивая обратно в джип.
Тачки тут же разворачиваются, а я гоню на всех скоростях попутно просматривая куда податься.
Не представляю, что с ней, но почему-то кажется пневмония. Если они спали в том доме, то немудрено. А учесть, что мелкий в относительном порядке, значит, она все средства для тепла отдала ему.
Еще раз убеждаюсь, что теперь никуда не отпущу. Их обоих.
Правда, придется наверное постараться, чтобы доказать ей свою мощь защитить ее.
Спустя минут сорок более менее нормальный поселок с сельской больницей встречает нас дождем. Останавливаюсь прямо у входа одиноко стоящего здания.
Вновь беру на руки девушку и заношу внутрь.
– Врача! – ору на весь приемный покой: – Срочно!
Тут же откуда-то вываливается молодая девчушка, видно медсестра и видя мою ношу, раскрывает ширму.
– Девушка без сознания, около часов семи-восьми. Если не больше. Температура тела…
– Снимите все это. – командует медсестра, раскупоривая молнию на ее куртке.
– Где врач? – начинаю раздражаться.
В этом богом забытом месте, есть хоть один врач?!
– Здесь. – пожилой мужчина уже подходит к нам: – Вышли отсюда.
Закрывает ширму, толкая нас с пацаном.
Сажусь на стул, нервно дергая ногой.
А мальчуган сидит ниже травы.
– Ты ей снился… – говорит он тихо: – Она с тобой разговаривала.
Поворачиваюсь на него, смотрю как на несущего бред. А в груди тем временем будто что-то становится больше и сдавливает ребра.
– Что говорила? – хриплю, на пару секунд опешив от его слов.
– Что скучала… – посылает легкую улыбку.
А я снова сжимаю челюсти.
Сказочный долбоеб.
Иначе назвать себя не могу.
Складываю руки в замок.
Мне надо показать ей.
Права была Игоревна. Надо дать понять и больше никогда не выпускать.
До того, как Макар начнет охоту, я уже должен раньше решить эту проблему и освободить ее от всего этого дерьма.
Глава 38.
Чувствую себя так, будто по мне проехал камаз.
Пытаюсь открыть глаза, но резко зажмуриваюсь. Слишком светло, в доме так не было. Или мы оказались в другом месте, или я совсем схожу с ума.
Непрерывно моргаю, пытаясь рассмотреть место. Бежевые стены, выкрашенные единым полотном грязные и явно древние, тем не менее напоминают больницу. Веду глазами дальше и резко подскакиваю на месте.
У окна, сложив руки за спиной, стоит никто иной как Юматов. Собственное недомогание тут же отлетает в стену, разбиваясь.
В этом светлом помещении с обшарпанными стенами выглядит, скажем, иррационально.
– Думала, не найду тебя? – звучит угрожающий голос явно напряженного бандита.
Черт. Как такое может быть, я же все продумала.
– Где Артем? – сипло задаю вопрос, но мужчина не отвечает.
А я не намерена оставаться здесь. Пытаюсь выдернуть иглу из вены, чтобы найти брата.
– Тебе сейчас нельзя дергаться. – наконец поворачивается предостерегающе глядя на меня.
Посылаю в него безразличный взгляд. Хотя, по правде, за ним кроется слишком много эмоций. Я не могу их все определить. Это и злость, и даже наверное девичья обида и разочарование.
Родион не сводит нахмуренного взгляда, а я демонстративно вытаскиваю трубки и пытаюсь слезть с кровати.
– Умница… – чеканит, раздувая крылья носа.
– Вали обратно. – цежу сквозь зубы: – Оставь нас в покое. – понимаю, что звучит по-детски.
Он легко может сейчас достать пушку и пригрозить мне. Но эмоции бьют ключом.
– София. – делает шаг ближе, когда я уже оказываюсь на полу.
– Не подходи. – выставляю руку, не пряча вдруг эмоций: – Приехал, чтобы передать Ветрову?
Усмехаюсь, качая головой.
– Знаешь, Родион… – вижу как мужчина сжимает челюсть: – Одного понять не могу, зачем столько телодвижений, если все равно собирался вернуть нас ему?
– Мы поговорим… – отвечает, ступая еще ближе: – Но позже, когда ты восстановишься.
Отрицательно мотаю головой, стоя босиком на полу. Сейчас даже болезнь ослабела под напором тех чувств, что я испытываю.
– Нет, Алый. – и почему такой раздрай в душе, я ведь знала на что шла, только войдя в его дом: – Не будем говорить, ни позже, ни когда-либо вообще.
Он разминает шею, ощутимо раздражаясь.
– Ты сейчас возьмешь и уйдешь. Оставишь нас здесь. – выговариваю четко слова, пытаясь не дать прорваться горечи наружу: – Потерял ту ношу, которую взял на хранение. Так можешь и сказать своему компаньону.
– Считаешь, что я буду тебя слушать? – являет холодную ухмылку.
– Да. – дарю ему ответную: – Иначе тебе придется меня убить.
Прожигаем друг друга взглядами, и он явно не ждал этих слов, однако, вид не подает. Но моя решительность сейчас достигла апогея. Я уже ничего не хочу, просто исчезнуть, взяв брата с собой.
И больше никогда не вспоминать эти леденящие душу глаза лазурного цвета.
– Окей. – озвучивает он спустя паузу и достает оружие.
Сглатываю, все же не теряя своего настроя.
– Артема пристрой в хорошую семью. – наблюдаю как он перезаряжает свою пушку и наставляет на меня.
Делает шаг ближе. А я стою и не свожу взгляда. Стопам холодно, но сейчас мне лишь жаль, что из-за моей болезни я профукала идеальный шанс на счастливую жизнь.
– Ты этого хочешь, София? – двигается ближе, играя желваками.
– Нет. – отвечаю правдой: – Я хочу свободы.
Он прикрывает глаза.
– Это невозможно. – хрипит чуть тише.
– Там… – поднимаю палец вверх, имея в виду небо: – Я испытаю это в полной мере.
Усмехаюсь печально улыбаясь.
– Знаешь, а ты ведь мог быть героем…– слезы двумя дорожками скатываются из глаз: – Не моим, но чьим-нибудь точно.
Юматов делает резкий вдох грудью, и становится вплотную ко мне. Я вижу, что он не воспринимает мои слова всерьез, снова играет, только мой порыв очевидно отличается от его.
Беру его руку, в которой оружие, и направляю на себя. Так, чтобы чувствовать в груди давление металла.
– Давай, Алый. – улыбаюсь: – Освободи меня.
Он прикрывает глаза, но молчит. Буквально вижу с какой силой он сжимает зубы.
– Что ты творишь? – хрип мужчины проникает в каждую клетку, потому что стоим мы слишком близко.
– Избавляюсь от всех вас. – также отвечаю.
Он молчит, а затем резко хватает за шею, притягивает к себе и целует.
Нестерпимо жадно, кусает, и напористо сминает губы.
Пытаюсь освободиться, но хватка на шее даже причиняет боль и я уже не чувствую оружие, нацеленное на меня.
Мысль приходит мгновенно, и я позволяю себе прочувствовать его соблазнительные и страстные поцелуи. Обвиваю его шею, отвечаю так, будто это единственное чего я хотела.
Себе не признаюсь, что это то, чего мне, со стопроцентной уверенностью, не хватало. Что я видела эти поцелуи в своих снах.
Родион рычит, приподнимая меня в воздух, а я обхватываю его ногами, двигается спиной к кушетке.
А когда садится, страсть разгорается между нами заполняя пространство хриплыми стонами, вздохами и желанием. Чувствую его эрекцию, ощущаю, как молниеносно наливается его член. И знаю, что даже сама бы не отказалась сейчас на минутку раствориться в неге после его ласк.
Однако…
Валю его на кушетку, забираясь руками под футболку, а он прижимает шею к себе, и целует пульсирующую венку. Сквозь приоткрытые глаза, вижу как он отложил оружие.
Вот он. Мой звездный час.
С груди вырывается стон, и крайне сложно остановиться. Точнее не так, я не хочу останавливаться, потому что отчаянно хотела бы продолжить. Напоследок.
Но и этому не бывать. Слова сказанные тогда в разговоре с бритоголовым, теперь надолго засели в моей голове.
Я никому не могу доверять. И никогда не могла. Это пора высечь себе в мозгу.
Чувствую, как руки мужчины лезут под кофту, сминая кожу до боли. И прикрыв глаза, целую его.
Медленно. Нежно. И кажется, даже вкладывая больше, чем должна бы. Но и этот порыв загасить не могу. Он шумно дышит, отвечая также.
Это…так трепетно, что на секунду все, что было там во внешнем мире, будто не касается нас. Будто есть что-то, что само собой зародилось, вопреки нашим стараниям и желаниям.
Ловлю момент, хватая пистолет и отрываясь от его губ, направляю на мужчину.
Вероятно выглядит комично, я сижу на эрекции, вся наполненная вожделением и ненавистью, с направленной пушкой на мужчину, который по идее когда-то спас меня.
– Умница… – так нежно говорит он, качая головой: – Я даже не знаю, чего хочу сейчас больше… Получить пулю от тебя, трахнуть, или обнять и прижать к себе.
