Текст книги "Последнее дело графа Аминова (СИ)"

Автор книги: Татьяна Ренсинк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

Глава 37

-Вы не хотите спросить этого Яшку, где подруга? – спросил наконец-то после завтрака и долгого ожидания Алексей.

–А что это Вы имени её назвать опасаетесь? – заметила она с хитрой улыбкой и кивнула на Софью. – Жены боитесь?... Спрошу, – не стала она дожидаться ответа переглянувшихся собеседников.

–Не говори ничего, – сразу тихо сказала Софья любимому. – Это задание секретное, я понимаю и не спрашиваю ведь.

Алексей промолчал. Он взял её руку в свою и, поглаживая, стал наблюдать, как Канна ушла в сторонку говорить с тем самым половым Яшкой. Их беседа длилась недолго. Довольная ответом, Канна вернулась и села обратно за стол:

-Варька, как узнала, что я бежала, так просила передать, что рада за меня, но теперь должна сама спастись. Яшке сказала, что по реке уехать сегодня же собралась с каким-то хахалем!

–Что? – насторожился Алексей. – Куда уехать?

Канна же пожала плечами и улыбнулась:

-Удача с Вами, не слышите? Нам надо к реке! Я знаю, где они.

Не понимая, как и куда судьба вдруг стала вести или под чьей-то властью приходится находиться, Алексей отправился с Софьей за Канной. На городской карете, по адресу, который назвала Канна извозчику, они прибыли вскоре к берегу широкой реки, пересекающей город. Спустившись к ней, Алексей и Софья шли за довольной перед ними спутницей.

Воодушевлённая скорой встречей с подругой та чуть не прыгала, торопливо перебирая ногами, чтобы быстрее оказаться в нужном месте. Заглянув в окно небольшого рыбацкого домика, Канна помахала рукой и позвала спутников идти с нею...

В доме пахло рыбой и была ужасная влажность. Вышедший в сени старик позвал всех пройти в дом, и Канна сразу вопросила:

-Мы Варю ищем. Она уже была здесь?

–Как не быть? Была. Барку нашли, – сообщил тот и понял, что гости не задержатся. – Спешите?

–Да, – оглянулась Канна на Алексея с Софьей. – Какая барка?

–Валерки, – ответил дед и махнул рукой на окно. – Спешите, уедут же вот-вот.

Алексей сорвался с места. Он выбежал на улицу и глазами отыскал молодую пару, удаляющуюся к отдыхающим у берега небольшим судам. Молодой человек и девушка держались за руку, весело ступая подле друг друга. То спешили, то кружились на месте... Обменявшись же поцелуями, смеялись открытой душой и устраивались на борту барки...

–Счастливые. Свободные, – с умилением молвила Софья, глядя на них.

Она остановилась рядом с любимым, и Алексей сорвался с места, побежав остановить влюблённых.

-Может обождём здесь? – улыбнулась Софья Канне, и та пригласила рукой сесть на скамью под окнами домика, откуда только вышли.

Дед сел подле них, и втроём стали наблюдать, как Алексей подбежал к барке и предстал перед заключившей друг друга в объятия юной парой...

-Начало любви красиво, – улыбалась Софья.

–Может быть, – пожала плечами Канна. – Надеюсь, Варька не обманется, как я. Не знаю, с кем она, но видно,... счастлива...

–Это некий Краевский, – сказал дед.

–Что?! – поразилась Канна, с тревогой взглянув в ответ. – Друг моего... Этого... архаровца?! Боже, нет! – вскочила она.

–Не горячись уж, – остановил её дед, видя желание броситься к Варе. – Парень хороший. Друга не поддержал. В ссоре они из-за тебя.

Канна будто немного успокоилась. Она села обратно и взглянула на Софью, так и наблюдающую за супругом, беседующим с Варей и Краевским. Софья чувствовала на себе её взгляд, но делала вид, словно не замечает... Что было в голове Канны, о чём думала, – не знала, как и та насчёт неё...

-Ваш муж пока не предал, или Вы простили? – вопросила вдруг Канна.

–Мне жаль, что у Вас получился печальный опыт любви. Вы кажетесь ещё юной, – догадливо посмотрела Софья в ответ.

–Я поняла, что Ваш благоверный занимается чем-то со своим другом, что мне жутко напоминает работу архаровцев, – прищурила глаза Канна.

-Архаровцы снуют по улицам, – заявил дед. – Жестокие расправы, аресты без разбора.

–Разве архаровец явится сюда с женой вот так? – удивилась Софья.

–Мой архаровец мог явиться как угодно... Уже не мой, – ухмыльнулась Канна и отвела взгляд вновь на подругу, прижавшуюся в объятия любимого, пока Алексей им что-то убедительно говорил...

Глава 38

Нагнав усаживающихся в барку Варю и её кавалера, Алексей тут же позвал:

-Варвара Николаевна?

Оглянувшаяся девушка прильнула в объятия своего юного, как и она, возлюбленного. Словно испугалась чего, она смотрела в ответ и молчала.

-Прошу Вас, задержитесь, – попросил Алексей. – Я граф Аминов, Алексей Петрович.

–Александр Краевский, – представился парень и сразу с подозрением улыбнулся. – Что Вам нужно от нас, сударь?

–Разрешите обратиться к Варваре Николаевне, – взглянул с уважением Алексей сначала на него, потом на Варю, которая так и оставалась в объятиях милого. – Манера, с которой Вы покинули родителей, дом, никак не делает Вам чести.

–Я напишу матушке потом, – несмело молвила она и надела капюшон, прижавшись к любимому крепче.

Он обнимал её, словно защищал не только от поднявшегося прохладного ветра, но и от всех бед.

-Вы напуганы? Вас кто-то удерживает от беседы с родными? – Алексей смотрел так, что Варя не понимала, как противостоять.

Наблюдая за нею и Краевским, Алексей понимал, что видел перед собою людей, души которых наполнены чистой юной любовью друг к другу. Уже начиная догадываться о происходящем, он сказал:

-Ваши родители могут всё понять. Я не могу заставить Вас вернуться домой. Вижу, защита у Вас сильная, – слегка улыбнулся он Варе с намёком на Краевского. – Но прошу, подумайте, не исчезайте от них столь внезапно и необдуманно. Мало того, Ваша подруга до сих пор в опасности и без помощи настоящих друзей ей не вернуться в нормальную жизнь.

–Так той нормальной жизни и не было, – невольно молвил Краевский, а Варя забеспокоилась:

–Она же смогла бежать из доллгауза!

Алексей специально оглянулся на сидевшую у домика вместе с Софьей и стариком Канну. Варя с любимым тут же посмотрели туда же и будто всё поняли. Широко раскрывшиеся глаза... Участившееся дыхание... Взволнованные лица...

-Анечка? – прозвучал голос переживающей Вари.

Она бросилась бежать к подруге. Увидевшая такую её реакцию та так же кинулась навстречу. Крепко заключив друг дружку в объятия, подруги расплакались...

-Ты спаслась! Ты здесь! Как так? Как ты? – плакала Варя, а Канна через слёзы отвечала:

–Спаслась, да деться некуда... Ведь назад отправят! Словят всё одно!

–Я ж думала, всё теперь будет у тебя хорошо! – переживала Варя и прошептала. – Кто этот господин и... та женщина? – кивнула она в сторону Софьи, оставшейся стоять у дома.

-Этот человек спас меня со своим другом. Вытащили из доллгауза, чтобы тебя помогла найти. Как видишь, я им помогла. Я предала тебя? – вытерев слёзы, призналась подруга. – Подозреваю теперь, что посланы они кем-то.

–Нет, ты не предала. А посланы,... мне кажется, моими родителями, – еле слышно сказала Варя и оглянулась на подошедшего с Алексеем любимого.

–По просьбе Николая Петровича Архарова, – сообщил Алексей, слыша её последние слова. – Не хотите навестить его, кстати?

–Сам приедет, коль надобно, – отвела Варя взгляд, в котором показалась глубокая обида.

-Сослан он сидеть без выезда в усадьбе у Тамбова. Лишён дел,... должности, – добавил Алексей, веря, что сможет подействовать на юные души. – И крайне переживает за Вашу судьбу.

–Я так и знала, что Вы – архаровец, – усмехнулась Канна. – Ваш друг тоже.

–Наслышаны о том, что агенты принимают порой жестокие меры, – признался Алексей. – Однако не стоит бояться ни меня, ни моего друга. Прошу Вас, Варвара Николаевна, – обратился он снова к Варе. – Навестите его или напишите. Ну, а к матушке... Вы уж вернитесь. Без родительского благословения...

-Его не дадут, – уверенно выдала она, не дав договорить. – Вы не знаете ни мою матушку, ни отца! Да отцу что? Ему всё равно... Они же даже не вместе!

–Жизнь не всегда складывается так, чтобы можно было создать настоящую семью, – молвила медленно подошедшая Софья, понимая переживания юной души. – В наш век, увы, люди разных сословий, а тем более по долгу службы, часто не могут выбрать любовь.

–А я выбираю! – гордо заявила Варя.

–Любимая, – тихо молвил Краевский, коснувшись её руки.

Она тут же прильнула в тепло его объятий и зарыдала... Уткнувшись лицом в её волосы, возлюбленный стал приговаривать:

-Я тоже говорил и теперь настаиваю... Давай кинемся в ноги твоей матушке... Да и отцу. Всё же отец.

–Спасите Анечку! – будто опомнившись, Варя взглянула на Алексея.

–Не надо, – сразу отозвалась Канна, но подруга не унималась:

–Вы, Вы служите моему отцу, верно?... Вы имеете связи с агентами. Там есть среди них ужасные люди! Один из них жестоко обошёлся с Анечкой!

–Варя! – прикрикнула Канна, но подруга взволнованно продолжала речь, глядя в глаза внимательно слушающего Алексея:

-Именно из-за него всё! Из-за него Анечку упрятали к умалишённым! Из-за него я бежала, чтобы Анечку спасти! Из-за него все беды, вся неудача наша!

–Это мой друг... Бывший теперь друг, – добавил Краевский. – Любил Анну, а родители как прознали, кто Анна да откуда, сразу запретили все встречи. Он с лёгкостью предал Анну, пусть она и служила у мадам Флор, но ведь полюбила! Родители его и посодействовали тому, чтобы Анну упрятали в доллгауз.

–И угрожали, что там останется, что не позволят выйти! – взволнованно добавила Варя.

Алексей взглянул на Канну, смотревшую в землю, словно сдалась судьбе в руки. Она понимала, что признание подруги уже не остановить, молчала,... а о том, что творилось в голове, – можно было лишь догадываться.

Софья прикоснулась к её плечу, видно сожалея о произошедшем, но Канна сделала шаг назад...

-Что ж, – вздохнул Алексей, указав на ожидавшую карету. – Давайте поедем к нам в гостиницу, и там составим план действий. Только всё равно придётся поговорить с родителями прежде, чем вы совершите бездумный побег...

Глава 39

По прибытии в гостиницу, Алексей оставил Варю и Краевского с Софьей. Он поспешил в комнату к Антону узнать, как прошла встреча с Василием Степановичем и известно ли что о расследовании убийства Щепотьева...

Антон уже был у себя и, пригласив пройти, выглянул в коридор, словно проверял, есть ли там ещё кто. Алексей понял неладное и молчал, пока друг не запер дверь...

-Посетили мы с Василием Степановичем то благотворительное общество, – тихо сообщил Антон, указав на кресла сесть для беседы. – Под иными именами пришли, понаблюдали, а потом я возвращался сюда и за мной явно следили.

–Что вы выяснили?

–Пока ничего подозрительного, кроме того, что некоторые уединялись где-то в ином кабинете и надолго... Но тот факт, что меня выследила пара офицеров, заставляет подозревать ещё больше. Чую, боятся.

–Остаётся быть настороже, – сказал Алексей. – Нынче может кто проберётся сюда, надо ждать.

-Я тоже хотел предложить позабавиться, – улыбнулся Антон.

–Я предлагаю ожидать с двух сторон. Я буду следить в коридоре, ты – здесь. Незаметно. Уверен, если хотят что предпринять, сделают это, когда стемнеет.

–Согласен.

Договорившись о действиях, друзья с верою на успех расстались. Алексей вернулся к любимой и позаботился, чтобы Варе с Краевским выделили свободную комнату. После этого он сообщил Софье о планах с Антоном... Как ни стала переживать, но видела она, что ничего не изменится, что бы ни сказала, как бы ни была полна страха за его жизнь.

Софья перекрестила милого на удачу и осталась одна... Алексей вышел в коридор... Дождавшись, когда стемнеет, он незаметно укрылся за шторы окна в конце коридора. Именно там было темнее всего. Именно оттуда можно было наблюдать за происходящим и здесь, и у балкона.

Балкон был открыт... От главного входа пока никто больше не приходил... Воцарившаяся тишина наступившей ночи затянулась, когда прекратился доносившийся с улицы щебет птиц, утих ветер и шторы у балкона застыли без движения... Всё словно замерло и ждало...

Прозвучавший звонкий звук заставил Алексея насторожиться. Он заметил, как с улицы на краю балкона виднелся появившийся крюк, а по веревке от него кто-то явно планирует взобраться...

Алексей напрягся. Он приложил руку к висевшему на боку пистолету и с замиранием наблюдал в щель. Двое в офицерских костюмах и белокурых париках были молоды, что было понятно по их ловким движениям. Они взобрались на балкон и прокрались в коридор.

Достав пистолет, Алексей дождался, когда офицеры пройдут к комнате Антона. Он улыбнулся, видя их, приготовивших ножи и пистолеты, готовых напасть в любую минуту. Только открыли дверь, Алексей, словно внезапно появившаяся молния, подбежал сзади и оглушил рукояткой оружия одного из них. Напарник от неожиданности оглянулся, а резко появившийся из-за двери Антон оглушил точно так же и его.

Мельком бросив взгляд на коридор, где по прежнему было тихо, друзья затащили бесчувственных парней в комнату. Антон скорее запер дверь и помог Алексею: они посадили парней спинами друг к другу, связав вместе толстой верёвкой...

-Что ж, – улыбнулся Антон и взял один из двух графинов, наполненных водой. – Я их рожи узнаю. Они были в обществе.

Алексей последовал примеру, взяв второй графин. Засмеявшись, друзья выплеснули на лица схваченных воду и с ухмылками наблюдали, как те стали приходить в себя. Взглядами, полными презрения, смотрели парни в ответ...

-Ничего, – кивнул Антон. – Скоро окажетесь со своим дружком Рядовым в одной камере.

–Это с вашим дружком, – огрызнулся один из них, дёрнувшись и поняв, что так просто освободиться не удастся.

–Так, – взяв стул, Антон сел напротив него и наклонился ближе к лицу. – Какого чёрта пробрались сюда? Признаёмся быстро и домой, по люлькам!

–За нами придут, тогда и поглядим, кто в какую люльку отправится, – выдал второй. – Ответите ещё за убийство нашего друга!

–Это какого, позвольте узнать? – наклонился к нему Алексей. – Уж не нас ли обвиняете?!

-Щепотьева... Собаки вы Рядовы, – плюнул первый в Антона, за что тут же получил от него удар кулаком в лицо.

–Тихо, – схватил за волосы Алексей и, наклонив голову парня назад, чтобы встретиться с глазами, спросил:

–Дружки Щепотьева?

–Щепотьев с такими, как вы никогда бы не связался, – выдал хрипло тот, терпя боль. – Мы отомстим за него! Мы не одни!

Алексей сразу отпустил его, встретившись с удивлённым взором Антона.

–Вы же все из одного общества, – усмехнулся Антон. – Не из-за Рядова ли припёрлись по моим стопам, чтобы я не препятствовал и его смогли оправдать?

Парни выдержали паузу. Они будто так же осмысливали то, что ошиблись в своих убеждениях: что находящиеся перед ними – вовсе не те, кто думали...

-Мы друзья Щепотьева Семёна, – сказал один из парней. – Рядова можете и прибить, коль понадобится, иначе мы сами до него доберёмся.

–Не жить ему, – добавил друг, и Алексей выпрямился, набрав в лёгкие воздуха.

Он посмотрел на друга, понимая чувства, и обратился к допрашиваемым:

–А почему вы уверены в том, что Рядов виновен в убийстве Щепотьева? Он ведь под арестом.

–Они давно враждовали. И давно мы пытаемся препятствовать Рядову. Они явно занимаются не тем, для чего было открыто благотворительное общество, – выдал один из парней, став спокойнее.

Он смотрел с уверенностью, что перед ним оказались люди чести и занимаются своим личным расследованием, а не поддерживают сторону врага...

-Рассказывайте, – кивнул Алексей, подтверждая всем видом доброжелательность...

Глава 40

Когда Алексей закрыл дверь за парнями, которых отпустили, Антон скрутил верёвки и отложил их на стол:

-Может зря отпустили.

–Я им верю, – был уверен Алексей, сложив письмо, которое держал в руках, и спрятал его на груди. – Верю, что всё расскажут Василию Степановичу о том обществе, как рассказали нам. И потом... Они всё записали. Александру сможем оправдать.

–Как сами в руки к нам попали, – улыбнулся с гордостью Антон.

–Удача, как никак. Она ещё с нами! – подмигнул довольный друг, но он усмехнулся:

–Да уж. Особенно со мной.

Сев в кресло, Алексей не стал углубляться в тему, от которой другу лишь больнее, и выдохнул:

-Слишком эти парни юны,... порывисты. Интересно одно из их рассказа... Если уж такие верные подданные, то зачем навлекают на себя подозрения? Зачем в том обществе тайные встречи, беседы шёпотом, пока находятся все вместе ради благого дела? Они правы, что подозревают... Не всё ладно там и, действительно, похоже на секту мартинистов, выступающую под видом благотворительного общества.

–Попалась Александра, поверив в благое дело, делая такие денежные взносы, – сел напротив Антон. – Мне дела нет до мартинистов, лишь бы оправдать её... Не ради нас... Ради сына. Да и не виновата она, что говорить, – развёл он руками, а по глазам видна была боль души.

-Думаю, её потому и пытались отправить за границу под видом путешествия, чтобы таким образом иметь связь с иностранными ложами и приобрести важные сведения. Следует её спросить побольше.

–Смысла не вижу, – устало откинулся на спинку кресла Антон. – Надо убийцу найти... Рядов сидел, когда Щепотьева обнаружили. Василий Степанович сказал, что люди из деревни рассказывали, что там кто-то ругался, что Александра там была с двумя молодыми людьми. Щепотьева убили, а кто второй?...

-Я не согласен, – сел прямее Алексей. – Я лично смотрел на раны убитого. Он умер задолго до произошедшего. Те, кто рассказывал, явно что-то путают или упускают. Может им заплатили за ложные сведения.

–Ты уверен? – улыбался с сомнением друг, но Алексей знал точно, что говорил:

–Я на месте происшествия всё это говорил в присутствии Василия Степановича.

–Да, именно потому он и не стал арестовывать Александру, а заключил пока под домашний арест и охрану. И всё же следует ещё взглянуть на тело убитого.

–Я тоже так считаю, – согласился Алексей. – И в присутствии Василия Степановича...

Только рассвело, друзья отправились в полицию. Застав Василия Степановича там, они рассказали о случившемся и предложили вместе ещё раз взглянуть на тело Щепотьева прежде, чем успеют похоронить.

Спустившись в подземелье, где в одной из комнат хранилось несколько тел, прикрытых простынями, они закрыли носы от царствующего здесь неприятного запаха. Врач, который находился там же, подвёл к телу Щепотьева и откинул простыню:

-Порез, действительно, совершён зубчатым предметом, – сообщил он, и Василий Степанович подтвердил:

–И да, убит он был до того, как закололи. Осталось выяснить, как, где и кто это сделал.

–Вполне вероятно, сам Рядов, – понимал Антон.

–Во рту убитого, – указал рукой врач. – Странные следы, словно ожог... Между зубов же был осадок густой смеси, образовавшейся из-за порошка, который его, видимо, заставили употребить.

Алексей подошёл ближе к телу Щепотьева, плотнее закрывая платком нос, и врач открыл щипцами рот убитого, указав на то, о чём говорил...

-Выходит, был сначала отравлен, потом его для вида закололи, – кивнул Алексей и взглянул на Василия Степановича. – Может то орудие было самодельным. Такие зубчатые концы, – указал он на рану на груди. – Они не ровные... Потому и думается, что предмет особый.

–На месте убийства был найден кусок ткани, висевший на гвозде у входа, словно кто зацепился одеждой, – сообщил Василий Степанович. – Стоит сравнить с платьем баронессы, – взглянул он на Антона. – Но, если мне не изменяет память насчёт её наряда, боюсь, сей материал принадлежит всё же иному человеку.

–Разрешите взглянуть? – спросил Антон.

Василий Степанович пригласил вернуться в его кабинет, и там, достав из стола кусок ткани, о котором говорил, протянул Антону.

-На вид кусок одежды, – согласился Алексей.

–Женской, – согласился Антон и обратился к Василию Степановичу. – Сохраните пожалуйста его. Может именно это и поможет отыскать убийцу.

–Мне кажется странным, что люди из деревни обвинили во всём баронессу, – задумался Алексей. – Они не могли слышать или видеть иного мужчину, общающегося с ней, когда она утверждает, что была там одна и Щепотьев был уже мёртв... Предлагаю всё же допросить тех крестьян.

-Их уже допрашивали. Вы верите словам баронессы? – кивал Василий Степанович. – В нашем деле...

–Понимаем, – перебил его речь начавший волноваться Антон. – Однако, прошу Вас ещё раз, разрешите и нам поучаствовать в расследовании.

–Только в моём присутствии, – был настойчив тот. – Поймите и меня...

Глава 41

-Они так свободно сидят и милуются! – поразился Алексей, встав к окну его гостиничной комнаты с Софьей.

Любимая подошла... Она прильнула в его объятия и улыбнулась. Оба теперь смотрели, как Варя с Александром Краевским сидела на качелях в саду. Ласково обнимаясь, эта юная парочка мило о чём-то беседовала. Столько любви было в них! Влюблённые ласково касались то лбами, то губами друг друга и верили: не потеряют сей идиллии...

-Они ещё совсем дети, – нежно молвила Софья.

–Она – да, – согласился строго Алексей. – Он уже мужчина.

–Она юна, – согласилась Софья, поглаживая милого по груди и желая видеть не строгость во взгляде, а снисхождение. – Только раскрылась для любви... Вспомни нас?

–Тебе было сколько лет?! Семнадцать, восемнадцать! Ей же, считай, вот-вот четырнадцать! – широко раскрыл глаза Алексей. – Я понимаю заботу её родителей. Мысли детские её бежать.

–Но Краевский постарше, мудрее, побег не одобряет! Он и без нас просил её вернуться домой да поговорить с родителями. Они теперь не убегут. И потом, невестами часто становятся уже в тринадцать, – говорила милая, но Алексей мотал головой:

-Я, конечно, всё понимаю, но...

–Краевский за то, чтоб просить руки Вари да по-честному жить вместе, – договорила Софья.

–Отвезём их к матери и пусть сами разбираются, – обнял Алексей в ответ, но продолжал быть строгим. – Я своё выполнил. Её нашли. Осталось разобраться с убийством Щепотьева Степана.

–Сашеньку подозревают. Есть ли надежда на её спасение? – беспокоилась Софья, и любимый взглянул в глаза, от тепла которых тут же стал нежнее.

Поцеловав губы ласково, он кивнул:

-Да, уверен, как и Антон, она оказалась не в том месте, да её использовали, как только могли.

–Она слишком доверчива и податлива.

–Да, податлива, – усмехнулся Алексей и дал любимой договорить:

–Её легко обмануть.

–И сама научилась легко обманывать, – взглянул он в глаза, а Софья с подступившей грустью молвила:

–Не будь так строг.

–Строг?! – вновь усмехнулся он, но уже с большим раздражением. – Она предала мужа, которого любила! О чём это может говорить?! Поясни мне, как,... как такое вообще могло случиться?! Всё! – не стал он ждать ответа и махнул рукой.

Схватив камзол, который висел на спинке стула, Алексей направился к выходу:

-Я пошёл. Пора в деревню, там будем расспрашивать свидетелей.

–Алёшенька, – прильнула в его объятия встревоженная Софья.

Они долго посмотрели в глаза друг друга и, заключив в силу любящих рук, жарко и долго поцеловались. Снова успокоился Алексей, глубоко вздохнув от наслаждения быть любимым и любить именно её – свой ненаглядную Софью, как когда-то увидел впервые. Одарив друг друга ласковыми взглядами и обещаниями скорее быть вместе, они вновь расстались...

Алексей вышел на двор гостиницы, где его уже ждали в карете Антон с Василием Степановичем. Скоро их увозили из Москвы к тому месту, к той заброшенной усадьбе, где недавно было обнаружено тело Щепотьева Степана.

Остановившись в деревне рядом, они сразу обратились к её жителям, чтобы рассказали подробнее о том дне, когда произошло убийство. Только все, как один, указали на дом, где живёт некая Гликерия:

-Именно она прибежала от усадьбы с криками, что там убивают, что там двое мужчин и женщина, – сообщил пожилой крестьянин, а другой поддержал:

–Мы все и помчались на помощь! Да там барыня с ножом в руках стояла...

–Дальше мы знаем, – остановил его речь Василий Степанович.

–Только Гликерии сейчас дома нет... Сладкой нашей, – засмеялся молодой парень, со вкусом поедая яблоко. – Да вы не бойтесь. Она на долго не отлучается. Глядишь, к утру вернётся. Дела – они ж такие... Сладкие...

По его весёлому взгляду можно было лишь догадываться, о каких таких сладких делах идёт речь. Заплакавшая же вдруг девушка побежала скрыться в сарае рядом, а женщина, поглядев ей вслед, строго погрозила пальцем тому парню с яблоком:

-Тебе лишь бы сердца девичьи разбивать! Гликерия падшая, так а ты что, лучше?

Люди медленно стали расходиться, не желая продолжать никаких бесед, как и парень, бросивший к сараю недоеденное яблоко. Заметив в тот момент, как к лесу побежала от одного из домов будто знакомая девица, Антон положил руку на плечо Алексею. Тот тоже заметил намеревающуюся скрыться особу и понял, что друг отправится следом...

-Разрешите, Василий Степанович, – сказал Алексей, направив шаг к сараю.

Он оставил его одного, продолжающего расспрашивать о злополучном дне нескольких крестьян. Подойдя к плачущей на сене в сарае девушке, Алексей сел напротив. Она понимала, что её хотят о чём-то спросить, съежилась, как от холода, и платком с плеч подсушила слёзы на щеках:

-Простите, барин.

–Эта Гликерия давно живёт у вас в деревне? – с сожалением смотрел Алексей, и девушка кивнула:

–Она живёт то здесь, то у своих зажиточных... друзей... Властная она, красивая. Столько мужчин с ума сводит, – стала девушка снова заливаться слезами. – Любимого увела...

Сглотнув подступившую жалость, Алексей произнёс:

-Любил бы истинной любовью, не поддался бы на соблазн, поверьте, барышня.

Выдержав паузу в надежде дать собеседнице слегка успокоиться, он скоро задал ещё вопрос:

-А что знаете о Гликерии? Откуда она родом?

–Не знает никто, – пожала плечами девушка, снова пытаясь высушить платком слёзы. – Падшая она... И дружбу ведёт с такими же девками... А нам, – плакала она. – Простым...

–Маш, – позвал появившийся на пороге молодой крестьянин. – Пошли домой. Матушка беспокоится.

Алексей встретился с обратившимся к нему печальным взглядом душевно разбитой девушки и кивнул в поддержку:

-Благодарю...