![](/files/books/160/oblozhka-knigi-malenkaya-volshebnica-2.-nasledniki-si-382146.jpg)
Текст книги "Маленькая волшебница 2. Наследники (СИ)"
Автор книги: Татьяна Гуркало
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 31 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Глава 7
Настоящие мужчины
– Мелана, что мне делать? – устало спросила Лиин, с большим трудом отыскав подругу.
Нет, Мелана вовсе не пряталась. Просто выстроенная впопыхах школа для огненных магов оказалась немаленькой, с запутанными коридорами, поворачивающими куда попало, раздваивающимися и заводящими в тупики. Видимо, предполагалось, что эти коридоры станут подмогой, если на школу нападут враги и сумеют прорваться в середину. Кроме коридоров в школе было множество комнат, лекционных залов, лабораторий и вообще непонятных помещений.
Но это еще ничего. Самое страшное, что в школе было множество учеников. Разновозрастных, но одинаково шумных, выскакивающих откуда попало, норовивших отправить куда-то не туда и дружно видевших Мелану, но не помнящих где.
Лиин ходила по школе, чувствуя себя неупокенным призраком. Младшие ученики смотрели на незнакомую женщину с опаской. Парни постарше пытались заигрывать, а девушки завистливо рассматривали платье, которое Лиин-то и надела только для того, чтобы соответствовать статусу.
Самое забавное, что хозяйку островов ни один из учеников так и не узнал. А учителя словно вымерли, и найти их было не проще, чем Мелану.
Лиин, пока бродила, успела устать, захотеть пить и задуматься о том, почему не подождала подругу дома? Мелана там бы точно появилась, как только узнала, что душечка Юмил вместе с женой благополучно вернулись.
А потом, когда Лиин совсем отчаялась, Мелана взяла и нашлась. Она сидела в одной из странных комнат, больше похожих на оранжереи, столько в них было различных растений, и ощипывала листочки с чего-то древовидного. Напротив Меланы и растения прямо на полу сидели двое мальчишек, одинаково белобрысых, круглолицых и улыбчивых. Увидев Лиин, они дружно изобразили легкий поклон, не вставая, и стали улыбаться еще шире. Мелана обернулась и тоже заулыбалась.
– О, Лиин, вы вернулись! – воскликнула обрадовано. Потом посмотрела на мальчишек и торжественно сказала: – Мальчики, это Лиин со-Ялата, Драконья хозяйка. Лиин, это мои сыновья. Тот, что пониже – Калеб. Тот, что повыше – Койвен.
Мальчишки опять неглубоко поклонились, на этот раз, правда, встав. А Лиин так и не поняла, кто из них ниже, а кто выше. Выглядели сыновья Меланы абсолютно одинаково и ростом если и отличались, то не сильно.
Прибыли мальчишки на остров совсем недавно, в отличие от тех, кто был постарше. И Мелана практически сразу стала пропадать в школе. Соскучилась и, наконец, получила возможность чаще видеть своих детей. Лиин даже подозревала, что будь ее воля, она бы выпросила себе должность учительницы и осталась в школе жить, но, к сожалению, у Меланы были обязанности, от которых никак не откажешься.
– Рассказывай, – велела Мелана, отведя Лиин в комнатку заставленную шкафами, столами и стульями. В этой же комнате обнаружились чай и амулеты, мгновенно кипятящие воду в небольшом чайнике.
Лиин села, с благодарностью взяла чашку и рассказала. О том, как ни с того, ни с сего появился Валад в компании рыбаков, а Юмил как раз неудачно разозлил жену. О том, что, несмотря на возникшую ситуацию, кипящий от гнева Змей ограничился словесной перепалкой и даже не попытался бить Валаду морду, не говоря уже о попытке убить. О том, что, как оказалось, Юмил Валада знал, а потом еще рассказал Лиин, что на самом деле блондин вовсе не неудачливый ученик, что он один из тех, кому достался дар и память воплощения бога. И как Лиин не бросилась после этого убивать бывшего жениха, она и сама не знает. И о состоявшемся разговоре-объяснениях рассказала. И о том, что Валад развлекается, дразня Юмила, Юмил развлекается, завуалировано обещая его убить, а несчастной девушке, оказавшейся между двух баранов, хочется утопить обоих. Потому что раздражают неимоверно и чем дальше, тем сильнее. И при этом, зла она им не желает, она всего лишь хочет, чтобы они успокоились и стали вести себя как взрослые умные люди. Ладно бы отпускали друг другу колкости, но они же только и делают, что ведут странные разговоры, запугивают команду и делают вид, что не понимают, почему злится бедняжка Лиин. Особенно Валад хорош со своими облаками, похожими на чаек и, как оказалось, уймой прошлых жизней.
– Рыбаков куда дели? – спросила Мелана, сбив распаляющуюся Лиин с мысли.
– А? – переспросила Лиин. – Никуда, с собой забрали. Вместе с их лодкой. Валад им заплатить обещал, а потом еще и пообещал защиту и помощь в перевозе семьи, говорит, что они хорошие люди, а там их могут вычислить и убить. А еще они талантливые и если их немного подучить…
– Опять учеников нашел, значит, – проворчала Мелана. – Всегда он так.
И задумчиво помешала чай в чашке.
– Мелана, – с нажимом сказала Лиин, намекая, что не за рассуждениями об учениках пришла.
– Лиин, я не знаю, что тебе сказать. Тут даже не совсем в тебе дело. А именно в том, что твой Валад, в ком бы ни воплотился, вечно собирает вокруг себя учеников и наживает врагов. На самом деле, даже если бы не было тебя, Юмила бы все равно не обрадовало его возвращение. Потому что твой Валад в предыдущем воплощении сделал три вещи. Сначала познакомил его маму с отцом, решив, что ей нужно утешение после практически загубленной карьеры, и что молодой и симпатичный ученик для этого вполне годится. Потом, когда ученик проявил характер и едва не загнал столь одаренную особу на кухню, печь рыбные пироги и воспитывать дитя, Валад же настоял на том, что деве надо попробовать возобновить карьеру, тем более, император женился и возобновлять ее можно с охраны молодой жены. А потом этот человек, практически сразу после того, как Юмил узнал об этих вехах в его биографии, взял и умер, успев перед этим назвать душечку ничего не понимающим щенком. А ему тогда было тринадцать лет, как раз тот возраст, в котором взращивают и лелеют обиды, и от таких обид потом никакими доводами разума не избавиться. Так что…
Лиин глубоко вдохнула. Отпила из чашки, не чувствуя вкуса напитка. Попыталась собраться с мыслями и предположила:
– И Валад отлично понимает, что дело даже не во мне. И зачем-то подбрасывает дров в костер.
– Возможно, – не стала спорить Мелана.
– Зачем ему это?
– Кто его знает? Лиин, твой Валад носит память самого первого воплощения. На самом деле он старше нас всех. И, подозреваю, не говорит и половины того, что нам бы следовало знать. Может, опять учит, может, развлекается, может…
– И что теперь? Для меня сейчас проблема тоже не только в Валаде. Я не могу делать вид, что не знаю его, именно потому, что этого потребовал Юмил. Не могу. У меня такое чувство, что это будет поражение. Совсем поражение. Что я сейчас стою на какой-то тонкой грани и если поддамся, отступлю, то обратно вернуться уже не смогу. А эту грань следует переступить, чтобы идти дальше. Понимаешь?
– Понимаю, – сказала Мелана и, открыв шкаф, достала конфеты в вазочке. – Скушай сладкого, оно улучшает настроение и помогает думать. И если чувствуешь, что нельзя отступать, не отступай. Потому что будет хуже. Потому что тогда Валад вполне может заявить, что очередной Веливера пытается загубить очередную талантливую девочку…
– И у меня не останется выбора. Придется либо с ним соглашаться и бежать от Юмила, либо признавать, что я глупая овечка, которой место в доме у камина, с вышивкой на коленях.
– Возможно. А может, Валад пытается доказать Юмилу, что это он глупый баран, от которого скоро жена сбежит. Или все проще.
– Проще? – переспросила Лиин.
– Да, проще. Может, для Валада как раз все дело в тебе, а твой муж всего лишь досадная помеха. И тут неважно, в чем помеха. Ты извини, но твой Валад и в прошлой жизни отлично совмещал личное с полезным, а уж заполучить обратно хорошенькую женщину и талантливую ученицу…
– Я его убью, – мрачно пообещала Лиин. – И Юмила убью. Всех убью. Ненавижу мужчин. Почему они у меня не спрашивают, что нужно мне?!
– Уверены, что ты можешь передумать. Если уж стойкая Кадмия, искренне любившая отца Юмила, сумела наплевать на эту любовь и сбежать из клетки, то кто тебе помешает?
– А? – не поняла Лиин.
– Юмил ведь думает, что если бы не влияние учителя Сорано, его мама бы отца не бросила и в столицу от него не сбежала. Ну, частично он даже прав, так быстро она бы не сбежала, но и счастливой семьи у этих эгоистичных деток бы не получилось. Это сейчас они способны уступать друг другу, каждый со своей стороны, без просьб и уговоров, а тогда только искры летели. Из-за любого пустяка. Каран упирался, Кадмия тоже упиралась, и сдвинуть их было невозможно. Зато сейчас так приятно на них смотреть. Повзрослели.
– А? – удивилась Лиин, едва не пролив себе на колени чай, сообразив о чем говорит Мелана.
– Лиин, у душечки есть одна изумительная способность. Он не видит очевидного. Не думала, что она есть и у тебя. Нет-нет, огонь страстей, как в юности, между ними не пылает, они скорее похожи на счастливую супружескую пару, сумевшую подружиться и сохранить тепло отношений. Забавно так. И сволочь Сорано был абсолютно прав, думаю, если бы тогда они поженились, на данный момент могли бы превратиться хорошо если не во врагов. А так, у них было время подумать наедине с собой, посмотреть на себя со стороны, соскучиться, пожалеть. И, в конце концов, они оба умные люди, причем, люди научившиеся добиваться того, чего хотят, а не бездумно его отталкивать, пытаясь удержать. Вот и думай, чего же сейчас добивается твой Валад. Понимаешь, он на самом деле очень стар, он старше меня раза в три. И все наши страсти, желания, непонимание для него открытая книга. Он много раз видел подобное и отлично знает, что будет дальше. Так что…
– Так что добиваться он может чего угодно. Начиная от – вернуть ученицу. И заканчивая – научить чему-то душечку.
– Может. – Мелана вздохнула. – А может, он ничего не добивается, а просто развлекается, считая, что щенок Веливера очень забавно его облаивает.
Лиин тоже вздохнула.
Простого решения на этот раз так и не нашлось. Единственное, что она поняла – лучше сбежит от обоих, потому что ни сидеть в клетке, ни быть ученицей Валада ей не хотелось.
Но лучше бы этого побега избежать, как-то. Не везет ей с побегами. Да и убегать от душечки пока совсем не хочется.
– Ненавижу мужчин, – опять проворчала Лиин. Потом съела конфету и решительно встала. – Мелана, как думаешь, как отреагирует «мой Валад» если я сейчас пойду, оторву мужа от дел, и потяну его купаться в гроте с теплым озером? Наедине купаться, точнее, в компании вина, свечей и с охраной у самого входа, которая будет там сидеть, загадочно улыбаться и никого не пускать.
– Хм, – только и сказала Мелана, а потом загадочно улыбнулась, не хуже охраны.
Грот был небольшой, но красивый, с жилами розового кварца, рисующими таинственный узор на почти черных стенах, с полупрозрачными и белыми наростами на камнях и кружевом мелового узора вокруг мелкого озерца. Озерцо было почти круглое и теплое. Один из магов говорил, что это из-за того, что у него есть сообщение с какими-то горячими подземными источниками, да и сам грот когда-то был полностью затоплен. А потом вода опустилась, оставив пещеру, кварцевые жилы и озерцо.
Вода в озерце была странная на вкус, и, по словам лекарей, пить ее вообще не следовало. Зато она была очень полезна для кожи, из-за чего в пещеру постоянно бегали не желающие терять красоту девушки и женщины, а иногда и мужчины, потому что на старые, не шибко хорошо залеченные раны вода тоже оказывала полезное воздействие.
А бывало, там уединялись парочки, о чем все знали, но вряд ли думали, что туда же рассерженная хозяйка Драконьего Хребта потащит мужа. Практически силой потащит, ошарашенного первым напором, скороговоркой извинений для его собеседников, решавших стоит ли ремонтировать некоторые из добытых кораблей, и присутствием чем-то смущенных воинов за спиной жены. Потом муж несколько опомнился, попытался вырвать из ее ладошки свою руку, но был обозван упрямым бараном и напуган обещанием спать с Айдэком. Причем, это обещание было сказано так, что Юмил на некоторое время задумался, пытаясь сообразить, кто с этим Айдэком спать пойдет. Прозвучало так, что иметься в виду мог как он, так и Лиин. Вот воображение и рисовало картины того, как, наконец, вернувшийся великан с воплями и руганью отбивается от сумасшедшей волшебницы, пугая женой, стараясь ее не ударить и не сильно оскорбить. Зрелище получалось занятное, но вряд ли его следовало демонстрировать в реальности.
– Что ты задумала? – наконец спросил Веливера, решив, что для начала лучше поговорить.
– Романтическое свидание! – злобно сообщила со-Ялата и одарила мужа далеким от ласкового взглядом. – Я тебя с утра ищу! А ты даже не соизволил никому сказать, куда идешь. Вот когда не надо, он всегда маячит рядом, а как только надо… мужчины!
– У тебя не романтичное настроение, – сказал Юмил.
– О да, я так рада, что ты заметил, – отозвалась Лиин, ускоряя шаг. – Но я задумала это проклятое свидание и никуда оно от меня не денется, несмотря на то, что драгоценного мужа пришлось искать полдня. Я же тебе даже зов отправляла, а ты не отреагировал, да я чуть Малена не попросила тебя поискать.
– Прости, – так неожиданно выдохнул Змей, что Лиин споткнулась и повисла у него на руке. – Я не хотел, чтобы меня отвлекали, и поставил блок, от всех, не став его усложнять допусками.
И улыбнулся гад. Виновато так улыбнулся, кривовато, обаятельно и по-мальчишески.
Лиин мрачно пробормотала, что это его не спасет, и пошла дальше.
К гроту пришлось ехать на лошадях. С поднятыми щитами. Потому что у кого-то была паранойя, Лиин так и не выяснила, у кого именно. И этот кто-то был уверен, что рано или поздно на острова Хребет Дракона начнут засылать разнообразных убийц, как наемных, так и мечтающих о понятной только им справедливости. Поэтому щиты приходилось держать, как только выезжаешь за город, чтобы привыкать. А в городе чуть ли не на каждое здание навесили такую защиту от разных недоброжелателей, что стражники уже замаялись бегать то к женщине, искренне пожелавшей смерти вернувшемуся нетрезвым мужу, то к обиженному кем-то мальчишке, а то и вовсе к пьянчужке, которому дерево дорогу отказалось уступить. С защитой продолжали работать маги, пытаясь вписать в нее всевозможные исключения, и Лиин подозревала, что работа эта будет продолжаться, пока существует город. И все равно страже придется бросать все дела и мчаться освобождать очередного «недоброжелателя».
Пока ехали, Лиин немного успокоилась, полюбовалась пейзажами, бабочками, Юмилом и даже успела решить, что злиться на самом деле не на что. Все заняты, и Змей чуть ли не в первую очередь.
Да и какое это романтическое свидание, если мужа насильно пихаешь в озеро, велишь сидеть, а потом, злобно хохоча, разбрасываешь по гроту разноцветные огоньки? Это скорее будет похоже на подготовку к жертвоприношению.
С коня Юмил снимал жену по всем правилам и даже не забыл легонько прижать к себе, прежде чем опустить на землю. Послушно отвязал от седла две сумки и пошел в пещеру. Лиин задержалась, отдала распоряжения воинам, а потом развернула у входа полог тишины. Односторонний. А то мало ли, случится что-то, и несчастные воины будут кричать у входа в пещеру столь же бессмысленно, как сама Лиин сегодня, отсылала к мужу зов.
– Не злиться, – напомнила себе элана, гордо вскинула голову и пошла следом за Змеем.
Оказалось, время он не терял. И пока Лиин ставила полог, успел развесить под сводом те самые разноцветные огоньки, разуться и усесться у озера, опустив ноги в воду. Огоньки превратили грот в что-то сказочное и нереальное, окрасили выбеленные камни, заставили сверкать кварцевые жилы, а вода в озере казалась черным зеркалом, отражавшим огоньки едва ли не ярче, чем они были на самом деле.
– Права была Мелана, – пробормотала Лиин. – Свечи хуже.
И нерешительно пошла к Юмилу. Почему-то именно сейчас затея стала казаться глупой. Юмил, это Юмил и, возможно, он попытку доказать, что именно он нужен и важен, сочтет забавной. И это будет очень обидно.
Лиин замерла, посмотрела на озеро-зеркало, тряхнула головой и улыбнулась.
– Все равно, – прошептала довольно мрачно. – Мне хотелось побывать в этом гроте с любимым мужчиной, еще когда в школе училась. И все будет правильно.
Глубоко вдохнув, Лиин подошла к озеру и села рядом с Юмилом, потом прижалась к нему плечом и стала наблюдать за огоньками, отражающимися в озере. Они там медленно плавали, как волшебные рыбы, и почему-то успокаивали.
– Юмил, в сумке вино есть, – прошептала девушка.
Отражение Змея в озере улыбнулось, и мужчина потянулся к сумке.
– И сюда купаться приходят, – напомнила Лиин. – Вода целебная, да и приятно.
Неуверенность опять вернулась, и голос звучал тихо-тихо, словно сам себя боялся.
Юмил подтянул сумку ближе, вытащил из нее полотенца, сложив их на один из камней, нашел бутылку в соломенной оплетке, чтобы не звякала и не разбилась при перевозке, а потом и серебряные стаканы, покоящиеся на синем бархате внутри деревянной коробки.
Вино Юмил открывал зубами, как заправский пират из тех романов, которые любила читать Анэ. И ему это почему-то понравилось, потому что улыбался он искренне и открыто. От Лиин даже часть неуверенности сбежала, и стакан с вином элана взяла легко, без неуместного дрожания рук. Да и оказалось это вино отличным, терпким и тягучим, без излишней сладости, темно-красным, со смородиновым запахом.
– Лиин, не сердись, – попросил Юмил, отпив немного из стакана. – Я просто… мне этот человек не нравится, тебе я верю, ему нет.
– Ч-ш-ш-ш. – Лиин прижала палец к губам мужа. – Этого человека сейчас не существует, хорошо?
Юмил кивнул, потом поцеловал пальчик, потом ладонь, а потом Лиин уперлась руками ему в грудь и напомнила о купании. После чего не без удовольствия наблюдала за тем, как он раздевается и бултыхается в воду, подняв со дна тысячи скопившихся там пузырьков и заставив вскипеть спокойную поверхность озера. А еще Юмил улыбался, мечтательно и предвкушающее. Похоже, против романтических свиданий возражений у него не было.
– Прекрасная элана будет с берега наблюдать? – спросил Змей, усевшись поудобнее на краю чаши и откинув голову на этот самый берег.
Лиин встала, поставила поближе к улыбающемуся Юмилу вино со стаканами, картинно потянулась и стала разоблачаться. Совершенно мужские куртку и штаны она бросила, где стояла, потом шагнула к мужу, на ходу распуская завязку горловины шелковой сорочки, и когда подошла совсем близко, та соскользнула к ногам.
– Нет, прекрасная желает, чтобы ее кожа была юна и цветуща, – сказала, когда вставший Юмил подхватил ее под колени.
Змей загадочно улыбнулся и, ослабив объятья, позволил соскользнуть в воду. Со дна поднялись очередные пузырьки. А вину пришлось подождать, потому что отпускать жену ради какого-то вина Юмил не собирался.
А потом они просто сидели, молчали, пили вино и наблюдали за тем, как в успокоившейся и опять почерневшей воде плавают рыбы-огоньки. И было спокойно-спокойно. И верилось, что все будет хорошо.
Все и всегда.
– Давай здесь жить, – предложил Юмил.
– О, – удивленно отозвалась Лиин.
– Да. Поверх шумопоглощающего полога растянем щит, который не будет пропускать никого.
– Тут кушать нечего, – напомнила Лиин, которой стало весело-весело.
– Ну, тогда пускай корзинки с едой пропускает, – сказал Юмил, нахмурился и со вздохом признал: – Только боюсь, они очень скоро перестанут нам их носить, намекая, что пора выходить.
И Линн все-таки рассмеялась, ткнувшись носом мужу в шею и случайно набрав в свой стакан целебной воды.
– Может, грибы будем выращивать? – спросила, отсмеявшись.
– А ты умеешь? – удивился Юмил, не став говорить, что здесь негде, на камне грибы особо не растут.
– Нет.
– И я не умею, – с грустью признался Змей.
– Какой несовершенный мужчина, – капризно сказала Лиин.
– Ха-ха, зато я могу полчища врагов сразить, – отозвался Змей.
– И что мне с твоими врагами делать? Суп варить?
– Людоедка, – восхитился Юмил.
Бутылка с вином все-таки опрокинулась, но это они заметили, когда что-то там спасать было поздно. Зато из пещеры выходили счастливые и отдохнувшие. Словно целебная вода и смех смыли все накопившиеся проблемы, обиды и недопонимание. А взамен добавили сил для предстоящих сражений и работы.
– Юмил, пожалуйста, попробуй меня не злить, – попросила Лиин у самого выхода. – Мне не нравится на тебя злиться.
Он печально улыбнулся и признался, что ему тоже не нравится. И пообещал попробовать. А в том, что сделает, клясться не стал.
Змей.
Впрочем, как бы Лиин ни хотелось, она отлично понимала, что настоящие мужчины от противников не бегают. А Валад для него противник. И избежать его, не убегая, вряд ли возможно.
– Как все сложно, – прошептала Лиин, снимая полог тишины.
Впрочем, это ведь была демонстрация того, что в этой войне она поддержит мужа. Хотя вряд ли Валад вздохнет и отступит.
А к городу ни шли пешком.
Юмилу хотелось растянуть неожиданный свободный от дел день, ну половину дня.
Лиин просто думала, ни о чем, и любовалась бабочками, листьями, травинками.
А воины, едущие следом на идущих шагом конях, хмурились и явно желали побыстрее оказаться в городе. Но подгонять супругов не смели. И даже намекать не стали, смирившись с потерей времени и своим беспокойством.
Впрочем, идти было не так и далеко. И растянуть половину дня до вечера у Юмила не получилось.
– Где вас носит?! Мы вас ждем! Наконец-то все собрались, так тут вы пропали! Вот такие слова велела сказать ваша матушка, если мы вас увидим, – довольно жизнерадостно отчитался стражник на воротах Верхнего города.
– Что еще произошло? – искренне удивился Юмил.
– Не знаем. Но вас велено отправить во внутренний арсенал.
Юмил тяжело вздохнул, посмотрел на кротко сидевшую на лошади Лиин, которой явно ни в какие внутренние арсеналы не хотелось, и на всякий случай уточнил:
– Только меня?
– Нет, что вы. Вас обоих, – браво ответил стражник.
Лиин тихонько вздохнула.
К дворцу Пламенеющих Крыльев, они ехали медленно-медленно. Лиин рассматривала дома, словно впервые их видела. Юмил о чем-то старательно думал.
Вообще дворец, когда Лиин, наконец, вернулась на свои острова, выглядел старой развалиной, уродующей Верхний город – фактически крепость внутри столицы земель со-Ялата. Внешне выглядел. На самом деле все оказалось вовсе не так плачевно. Защитные и укрепляющие плетения не успели рассыпаться из-за отсутствия подпитки. Крышу быстро заново перекрыли. Фасад, с обвалившимися барельефами и посеревшими белыми девами, отремонтировали. Вернули в окна стекла. И даже частично срезали разросшийся плющ.
Внутренние помещения оказались вообще целы и словно нетронуты временем. Внешние тоже выглядели неплохо, если не учитывать куда-то пропавшую мебель и те самые окна. Так что все было неплохо. Несмотря на то, что семья Лиин в этом дворце не жила уже лет двести, только изредка приезжая, на праздники. И дворец давно превратился едва ли не в казарму, у которой было много пустых, изукрашенных комнат. Семья почему-то предпочитала жить в небольшом, по сравнению с дворцом, доме. Почему, Лиин не знала. Да и знать, откровенно говоря, не хотела. А на проклятья и прочую пакость дворец проверили.
Может он изначально не понравился чьей-то жене старомодностью. А следующее поколение попросту поленилось переезжать обратно.
Впрочем, дворец тоже был крепостью, крепостью в крепости. И именно этим сейчас Лиин нравился.
– Интересно, зачем мы кому-то понадобились? – тихонько спросила Лиин саму себя, когда доехала до ворот дворца.
Она подозревала, что «все собравшиеся» испортят такое хорошее настроение. И совсем не хотела к ним идти. Хотелось, словно маленькой инфантильной девочке, притвориться больной и медленно убрести в свои комнаты. Но она, к сожалению, давно не была маленькой и поступить так не могла. Потому что если будет перекладывать все проблемы на других, даже не пытаясь в них разобраться, какая она будет хозяйка? Да скорее всего – вообще не хозяйка. Так, вывеска. Красивая кукла, обязанность которой – блистать на балах.
– Приручаешь песика? Умная девочка, – голос Валада прозвучал столь неожиданно, что Лиин шарахнулась.
Она задумалась, глядя на окна, за многими из которых уже горел свет, и, дожидаясь мужа, который решил лично отвести лошадей в конюшню. Просто стояла и любовалась закатом над морем. Желто-алым, с черными росчерками перистых облаков. Словно небо и само не могло решить, что напророчить на завтра любителям погадать по закатам.
И, наверное, увлеклась, как закатом с окнами, так и своими мыслями, позволив Владу подкрасться.
– Что? – недоверчиво спросила девушка.
– Умница, говорю. – Валад улыбался, несколько самодовольно, словно она, наконец, сделала что-то такое, чего он очень долго от нее добивался. – Этого песика надо сначала приручить. Добром и лаской. Ласку он любит. И вообще, полезный песик, породистый.
– Что? – повторила Лиин, понимая, что теперь можно смело идти во внутренний арсенал, потому что настроение безнадежно испорчено.
– Ну, и ему, думаю, понравилось. Надеюсь, ты поступила как истинная женщина и поставила, завуалировано, условие, при котором ты его опять приласкаешь…
– Ах ты…
Нет, Лиин всего лишь хотела отвесить оплеуху этому гаду, от которого еще и алкоголем воняло так, словно он искупался в чане, в котором местные умельцы готовят мерзкую, но очень крепкую гадость из синих медвежьих ягод. А вместо этого со злости получился удар ветром, и летел Валад очень красиво, жалко только, что вниз – в этом месте скальный выступ, на котором стоял Верхний город, обрывался к Нижнему довольно глубокой пропастью.
– Эй! – воскликнула Лиин и, прежде, чем эта сволочь размозжила голову об каменную мостовую, сумела подхватить его в объятья ветра и практически зашвырнуть обратно.
А Валад, скотина, еще и смеяться стал.
– Ненавижу. Вот тебя я ненавижу все-таки немного больше. Идиот! Придурок!
Валад лежал и хохотал и вставать, видимо, не собирался.
– Гад!
А потом Лиин его пнула и гордо ушла. Хотя хотелось запинать его до смерти. В первую очередь за то, что испортил такое настроение. А во вторую за то, что так легко просчитал ее реакцию на провокацию, как она теперь понимала. И за то, что сказал об этом в такой форме. И за то, что оскорбил Юмила.
– Эта сволочь меня слишком хорошо знает, – грустно признала Лиин, отойдя достаточно далеко. – И теперь совсем непонятно, чего же он добивается.
Юмила на этот раз она ждала у лестницы. Улыбнулась ему в ответ, вполне себе искренне, потому что неожиданно для себя сообразила, что лицо у него действительно породистое, и целеустремленность с уверенностью очень этому лицу идут.
Так что и во внутренний арсенал она заходила почти успокоившись.
И даже не отреагировала на то, что Валад пришел следом, все еще посмеиваясь и распространяя вокруг себя сивушный запах. Она просто стояла, держась за предплечье мужа, как и полагается хорошей жене, и смотрела. Сначала смотрела на присутствующих, с удивлением отмечая, что помимо хорошо знакомых людей, в арсенале, у огромной карты на стене, стоят и совершенно незнакомые личности. Потом отвечала на приветственные кивки от Меланы, Микала, Кадмии Ловари и многих прочих. Потом не без любопытства наблюдала за тем, как Валада приводят в порядок каким-то отрезвляющим амулетом, из-за которого он схватился за живот и наклонился так, что только чудом не свалился. А потом и за тем, как Микал степенно, но довольно быстро накладывает шумопоглощающие защитные щиты и наверняка те, которые могли уберечь от подглядывания. Микал вообще был мастером защиты. Он с одинаковой легкостью что создавал ее, что ломал.
И только после этого Кадмия Ловари подошла к карте, со всеми официально поздоровалась от имени разведкорпуса и сообщила, что несколько дней назад, наконец, вернулся человек, который может много рассказать о сложившееся ситуации. И теперь пришла пора собраться всем вместе оценить обстановку и вероятные силы противников и попытаться спрогнозировать, что они будут делать дальше.
После чего предоставила слово Валаду, уступив небольшое возвышение возле карты.
– Началось, – прошептал Юмил.
И Лиин только кивнула.
А еще как-то неожиданно оказалось, что до Валада ей в данный момент нет никакого дела, как и до его интриг и провокаций. Разноцветные пятна, которые появились на карте после того, как он обвел кончиком длинной указки участки океана, то захватив острова, а то и нет, интересовали ее гораздо больше. Потому что они были важнее.
– Возле наших любимых болот уже идет драка, полномасштабная, – в первую очередь сказал Валад, ткнув указкой в светло-зеленое пятно в правом нижнем углу карты. – За золото воюют. Кто явно, кто тайно. Все пытаются выбить из болот наших партизан, попутно прореживая войска друг другу, чтобы в нужный момент оказаться самым сильным. Мои птички даже видели, как три корабля адмирала бол-Абории потопили, причем точно люди Дореби. Там был его адъютант. И выживших добивали веслами. А еще туда, пока молодой император не опомнился и не попытался помешать, спешит флот Кабира, наплевав на очистку торговых путей от пиратов. Так что скоро будет еще веселее.
Валад помолчал, задумчиво водя указкой по карте.
– Так, – сказал, откашлявшись. – Другая драка назревает возле островов Северной Стрелы. Там близнецы наследство не могут поделить и по очереди подкупают храмовых магов, а те то одного называют старшим, то другого. И там тоже полно желающих поучаствовать. А под шумок накопать себе рубинов на Оконечнике. Думаю, все закончится тем, что убьют обоих братьев, кто-то женится на их сестре и станет раздавать в аренду шахты, за бесценок, якобы из дружелюбия.
– В столице вообще кто-то остался? – спросила Кадмия Ловари, с интересом глядя на карту.
– Остались. Самые умные и осторожные. Затаились и ждут, что будет дальше. Адмирал Ковин, кстати, отправился ловить пиратов, то ли нейтралитет решил держать, то ли пережидает бурю. Умный, зараза. Его приятель еще умнее, но чем он занимается, выяснить не удалось. Затаился где-то. Впрочем, к счастью, флота и солдат у него нет. Другие…
Валад продолжал указывать на зеленые пятна и объяснять, кто и с кем там решил повоевать, пока император не опомнился и не взял власть в свои руки. Ну, или пока императора не сместил кто-то сильный, способный проделать то же самое.
И Лиин казалось, что все сошли с ума. Что на всех так подействовало сместившееся равновесие. А еще прорвавшиеся демоны. А может, это так действует древнее проклятье, гласящее, что однажды империя прекратит свое существование.
– Синим обозначены места прорыва демонов. Как мы и ожидали, пока они довольно слабые и с ними справляются даже стражники. Но когда наберется критическая масса, обязательно полезут те, что мощнее. В королевстве Золотых Туманов картина иная, судя по донесениям. Туда стремятся самые сильные из прорвавшихся. Причем, процентов девяносто восемь от общего количества. И да, лично я уверен, что король уже переродился, хотя донесений пока не было. Ждать ему больше нечего. Кстати, если обратите внимание, заметите, что на северо-востоке империи демонов все-таки больше. Видимо кто-то там практиковал темные искусства, несмотря на запрет. Надеюсь, этого умника уже сожрали.