![](/files/books/160/oblozhka-knigi-malenkaya-volshebnica-2.-nasledniki-si-382146.jpg)
Текст книги "Маленькая волшебница 2. Наследники (СИ)"
Автор книги: Татьяна Гуркало
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 31 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Практически в то же время еще несколько человек собирали свои компании, собираясь решить ту же проблему, не представляя как, но мечтая о выгодах.
И только один сидящий под защитой от смерти Гальшан со-Яруна, которому уже доложили последние новости, подумал, что в этой ситуации неплохо было бы предложить свою помощь императору Ромулу. А потом можно было бы потихоньку увеличить свое влияние, стать правой рукой и счастливо править империей из тени увенчанного властью мальчишки. Но, к сожалению, в данный момент Гальшану предложить было уже практически нечего. Разве что свой опыт и умение управлять людьми, морочить им головы, заставлять себе верить и служить…
– А ведь это не так и мало, – задумчиво сказал со-Яруна. – Вряд ли ему кто-то предложит больше. И можно будет что-то выторговать для семьи, взамен на помощь в удержании трона.
Гальшан потер подбородок, позвонил в колокольчик и, дождавшись верного слугу, потребовал бумагу и письменные принадлежности. Он решил сочинить письмо.
Лиин, держась за руку Юмила, наблюдала за ритуалом, который проводили в круглом зале, пустом и гулком.
Находился зал в школе для огненных магов. Где-то глубоко в ее недрах, потому что кроме овальной застекленной дыры в куполе, других окон в нем не было. Зато в этот зал вели аж пять дверей. Купол поддерживался колонами, стоявшими попарно у каждой из них. А между колонами и дверьми, под самым потолком были обзорные, ученические, как сказала Мелана, балконы, на которые можно было попасть, пройдя по сложной системе переходов и лестниц. С ловушками, как намекнула все та же Мелана. Впрочем, в коридорах, которые вели в этот зал, тоже были ловушки. Не смертельные, а так, чтобы задержать, а то и усыпить излишне любопытных детей, способных сбить какие-то настройки.
Магический круг, собравшийся внизу, стоял неподвижно. Узнать людей не получалось, они все были в темно-синих плащах с глубокими капюшонами. Юмил сказал, что это нужно для того, чтобы боковое зрение не отвлекало от плетения общего узора. На белом овальном камне, похожем на жертвенник, к которому маги стояли лицом, лежала россыпь обыкновенных серых камешков, собранных на берегу моря.
И, если просто смотреть, казалось, что ничего не происходит. А вот если смотреть на формирующееся плетение, то сразу становилась заметной и резонирующая барабаном защита, и тонкие нити силы, постепенно оплетающие серые камешки и впитывающиеся в них, и отблески дара, колышущиеся языками над магами в такт барабану-защите. А еще чувствовалась, как закручивается и постепенно сжимается невидимая пружина, очень мощная. И если круг магов ее не удержит, то она снесет и их, и балконы с наблюдателями, которым вменялось что-то понять и чему-то научиться, и купол.
И, если честно, Лиин было жутковато. И при этом она смотрела с жадностью, пытаясь разобраться в сложном плетении взаимодействующих магов, едва не приплясывала от нетерпения и понимала, что задаст целую тысячу вопросов. Всем, кого поймает. Сначала Юмилу, потом Мелане, потом Микалу, который наверняка поймет больше, чем сама Лиин, потом наверняка и Валаду, затеявшему этот странный ритуал.
А закончилось все совсем неожиданно. Барабан-защита застыл, словно онемел. Огромное плетение, раскинувшееся на пол зала, разлетелось серыми бабочками и истаяло. Пружина просто развернулась, превратившись в полосу, и словно нырнула в белый камень-жертвенник. А сила, коконами оплетающая серые камешки, уплотнилась, истончилась и стала похожа на тоненькую кожицу, от которой веяло мощью и могуществом.
– Вот так и создаются «древние артефакты», – проворчал Юмил.
А Лиин только кивнула, понимая, что теперь вопросов у нее еще больше.
Как превращали «древние артефакты» в мелких коричневых пичуг непонятного вида, Лиин не видела. Она в то время как раз спускалась по многочисленным лестницам с балкона. Зато за тем, как их отпускали, шепча имя адресата, вплетая его образ в направляющую нить к столице, понаблюдала.
– А кто-то другой их поймать не может? – спросила Лиин.
От птичек все так же несло мощью, и девушка понимала, что любопытные маги мимо такого не пройдут.
– Не смогут. Разве что эти птички сами в море упадут или их демоны сожрут. А так, в руки они не дадутся, ту же ловчую сеть поглотят. Так что хоть часть, но долетит, – уверенно сказал Юмил.
– Ага, – задумчиво отозвалась Лиин. – А император Ромул откуда узнает, что это за птички и для чего они нужны?
– А ему я скажу, – ворчливо произнес почти невидимый при дневном свете Мален. – Вот сейчас немного подпитаюсь силой и отправлюсь. Заодно посмотрю, что там во дворце происходит, пока птички не долетели. Понаблюдаю за жизнью моих бывших подданных. Одного хитроумного советника навещу, а то ему там, наверное, скучно сидеть в защитном круге. Да, так и сделаю.
Лиин почему-то улыбнулась и посмотрела на небо, в котором давно растворились мелкие пичуги. И представила, как они летят дальше. Слишком быстро для обыкновенных птиц, потому что спешат. Но это и не важно. Кто их там заметит? И птицы действительно летели. Над спокойным морем и над чужими островами. Над поднявшимися волнами и над рыбацкой лодкой, спешащей вернуться на остров с уловом. Пролетели стрелами шторм, потом опять тихие воды, а потом пролетели над кораблем, на палубе которого стояли две молодые женщины, обе светловолосы и задумчивы.
Женщины птиц, сотворенных из камешков, не рассмотрели, но обе повернули головы в их сторону, потому что почувствовали пронесшуюся в небе большую силу. Потом та, что была ниже и чья красота была теплее, зябко повела плечами, и посмотрела на далекое марево щита, прикрывавшего корабли сопровождения.
– Не понимаю, – сказала тихо. – Зачем их прятать, если даже я все равно вижу, что там что-то есть.
Та, что была выше, холоднее и величественнее, улыбнулась и покачала головой.
– Видишь ты только потому, что в тебе тоже есть сила. Даже если не обнаружили стихийный дар, ты все равно маг, хоть и своеобразный. Откуда-то же твои видения будущего берутся, – объяснила спокойно. – А возможно, если тебя поучить, то и с какими-то простенькими плетениями сможешь работать. Сила – всегда сила, какое бы у нее ни было направление.
Маялина вздохнула, погладила теплую доску борта и все-таки задала следующий вопрос:
– Но, если их видят маги, зачем прятать?
– Вот глупышка, – беззлобно и необидно сказала Сорра. – На чужих кораблях может и не быть магов. А если и есть, то что они там рассмотрят? Увидят, что кто-то что-то прячет. А кто и что, не поймут. И сколько там кораблей на самом деле, не узнают. А это уже преимущество, большое.
Маялина только вздохнула, но решила, что, наверное, муж Фиалки лучше разбирается в том, как маскировать охрану жены. Он ее любит. Маялина видела, как он на нее смотрел.
А сама Фиалка только ворчит. Глупая.
Глава 10
Блеф, сражение и благородное искусство шантажа
Люди, которых собрал адмирал Будиви, в отличие от других групп, долго не заседали и виноватого нашли быстро. Этот виноватый у них сразу же стал тем самым человеком, которому теперь ситуацию и исправлять. Некоторые горячие головы даже стали требовать его наказать за нерасторопность, но остальные решили, что это уже будет несколько слишком.
Подогрев свою решительность вдохновенными речами об обленившейся молодежи, причиненном ущербе и спасении столицы, а заодно, и империи, компания почти в полном составе отправилась взывать, требовать и угрожать. И даже дошла, не встретив ни единого препятствия на пути. Стражники то ли решили, что так оно и надо, то ли не захотели вмешиваться в дела делящих власть придворных. А дверь кабинета, в котором Ромул слушал новости, принесенные Меженом, попутно играя с ним в карты, заперта не была. И на компанию, ввалившуюся без стука и проигнорировавшую вскинувшегося помощника, сортировавшего документы, Ромул посмотрел больше со скукой, чем с удивлением. Если честно, он скорее бы удивился, если бы никто не пришел.
Приветствовать эту компанию Ромул не стал, просто отложил карты и посмотрел на них с интересом. А компания, видимо, наконец, вспомнила, что он здесь все еще император, а они все-таки благородные мужи и вести себя как торговки, решившие отомстить толстому стражнику за сожранную его лошадью морковку, не должны.
– Что-то случилось? – спросил Ромул, когда молчание затянулось, а компания стала несмело переступать с ноги на ногу, пихаться локтями и корчить странные рожи друг другу.
Откуда-то из глубины толпы, так и не осмелившейся отойти от двери, вытолкали немолодого и хромого мужчину. Ромул, точно его уже видел во дворце, но кто он такой, не помнил. А представляться он почему-то не стал. Вместо этого визгливо воскликнул:
– Мы требуем!
– Да? – Ромул удивленно приподнял бровь, посмотрел на Межена, на что он только пожал плечами, и задал вполне логичный вопрос: – Что вы требуете?
Парламентер потоптался, видимо, пытаясь собраться с мыслями, а из толпы на него нетерпеливо зашипели.
– Мы требуем, чтобы вы убрали чудовищ! – наконец нашелся со словами мужчина.
– О, – только и сказал Ромул. Получилось у него совершенно равнодушно. – Я их туда не ставил и убрать вряд ли смогу.
– Это ваша обязанность!
– Правда? – искренне удивился Ромул. – А мне казалось, что обязанность сражаться с угрозой дворцу и городу возложена на стражу, воинов, некоторых магов… У нас там даже чей-то флот перед дворцом маячил, вот пускай тоже поучаствует.
– Нет тех кораблей больше, – печально проворчал кто-то в толпе.
– Вы должны их вдохновить и… – опять собрался с мыслями парламентер.
– Я их вдохновлю, – спокойно пообещал Ромул. – Мне для этого даже выходить во двор не обязательно. Могу с балкона всех благословить.
Парламентер задумался, а толпа зашепталась.
– Но вы должны личным примером! – яростно воскликнул кто-то.
– Разве? – удивился Ромул.
– Если вы не желаете исполнять свои обязанности, зачем нам такой император? – с угрозой спросил адмирал Будиви, растеряв остатки терпения.
– А действительно, зачем вам император? – задумчиво спросил Ромул. – Вероятно, для того, чтобы скормить чудовищам. Я ведь правильно вас понимаю, вы уверены, что я должен в одиночку на них наброситься с мечом в руках, и надеяться, что за мной кто-то последует. А вы в это время попрячетесь как крысы по норам и будете ждать, чем все закончится. Так вот, не хочу вас огорчать… хотя о чем это я? Конечно же хочу! Вот и огорчаю: в тот момент, когда я умру, щит, удерживающий этих чудовищ вдали от города и дворца, исчезнет. И не думаю, что после этого голодные чудовища не найдут попрятавшихся во дворце крыс.
– Да как вы… – Будиви даже шагнул вперед, сжав кулаки, видимо решив набить несносному мальчишке морду.
Кто-то его придержал. Парламентер неуверенно оглянулся. А в толпе уверенно сказали:
– Да он блефует!
– Желаете проверить эту теорию? – полюбопытствовал Ромул и демонстративно вернулся к картам.
– Точно блефует! – настаивали в толпе.
– Вы должны выйти к воинам и сказать им чтобы… – опять собрался с мыслями парламентер.
– Я ничего не должен делать с воинами. Для этого у меня есть офицеры и даже генералы с адмиралами, – перебил его Ромул. – А генералов я благословляю на борьбу с чудовищами. Если не верят, могут придти сюда, я подтвержу.
– Да мы тебя сейчас погоним и проверим, что будет, когда тебя сожрут! – разозлено рявкнул адмирал Будиви. – Думаешь, кто-то бросится спасать императора, у которого ни волков, ни другой поддержки?! Мальчишка!
– Зачем вам проверять? Я и так могу сказать, что после смерти Ромула щит исчезнет, – вмешался в разговор новый голос и из стены вышел призрачный Мален. – Вот неучи. Дворец и город императоры строили для себя, и позволяли другим строить дома, только если хотели этого. И защита в этот город вплеталась тоже для императоров и их семей. А Ромул сейчас единственный, кого эти щиты защищают от демонов. Не будет его, не будет щитов. Я бы на вашем месте пылинки с него сдувал и следил, чтобы он нигде не поранился. Он ваша единственная защита. А вы его к демонам, глупцы.
Адмирал Будиви застыл на месте, ловя ртом воздух и став похожим на огромную рыбину. Парламентер попытался ввинтиться в толпу, но его не пустили. Все остальные затихли.
– Развели бардак во дворце, как не стыдно? – проворчал Мален. – Мне приходится возвращаться из посмертия, потому что ребенок ничего учить не хотел, а все остальные почему-то возомнили, что могут запросто избавиться от последнего императора и ничего им за это не будет. Так вот, будет. И я бы на вашем месте проблему с демонами решал как-то иначе, причем, быстро. Вплетенные в стены артефакты уже год не заряжали целенаправленно, похоже, новый главный придворный маг настолько слаб, что они его даже не позвали, и он их не почувствовал. Так что щиты могут рухнуть в любой момент. А вы здесь глупостями занимаетесь, пытаетесь угадать, блефует или нет этот неразумный мальчишка. Не блефует, поняли? И относиться к нему нужно бережно, как к ценной вазе. Или бежать отсюда при первой же возможности. Хотя куда вы побежите? Демоны могут появиться где угодно. А все почему? А все потому, что кучка идиотов возомнила, что может безнаказанно нарушать равновесие, проклинать императоров, красть артефакты, изгонять сильных магов с мест силы и никому ничего за это не будет. Теперь расплачивайтесь и надейтесь, что боги снизойдут и выслушают Ромула. Больше они все равно никого слушать не станут.
Толпа молчала.
– Убирайтесь! – устало велел призрак, и его на удивление послушались. – А ты сиди, – сказал Ромулу, когда все ушли, а Межен был отправлен проследить и узнать, чем займутся решительные придворные дальше. – Сказку тебе сейчас расскажу.
Ромул только вздохнул и приготовился слушать.
А благодарить пришедшего столь вовремя призрака, Ромул ведь действительно блефовал и понятия не имел, почему раскрылись щиты, император не собирался. Потому что понимал, Мален пришел только потому, что ему это почему-то понадобилось. А так бы его ненастоящему сыну пришлось как-то выкручиваться самому. Например, парализовать всех с помощью уведенного из сокровищницы амулета, а потом по одному выбросить из окна.
Более разумного плана Ромул так и не придумал, как ни старался.
На самом деле все началось с отца императора Малена, а может и раньше. Этот отец сильно хотел наследника, сына, мечтал о нем, а жена родила двух девчонок, на чем и умерла, видимо, решив, что свой долг исполнила. Вторая жена тоже родила девчонку, и бедный император даже заподозрил какое-то проклятье, но его не нашли. И вот когда он уже совсем отчаялся, забыл о сыне и увлекся какими-то магическими порошками, случилось то, чего не ждали – императрица взяла и забеременела. А потом еще и оказалось, что долгожданным мальчиком.
Ну, император некоторое время порадовался, как полагается, отпраздновал рождение наследника, на чем к нему окончательно остыл. Магические порошки ему были уже интереснее, значительно, ходили даже слухи, что он ищет тот, который может даровать бессмертие, хотя эти слухи, конечно же, лгали. Император не искал бессмертие, он просто изучал свойства камней и веществ, и пытался понять, где их можно применить.
Мальчишка тем временем рос, и надо сказать, он был вовсе не глупым ребенком, поэтому довольно быстро понял, что может делать все, что заблагорассудится, может оскорблять учителей и сбегать с уроков, которые не нравятся. Все равно пожаловаться могут только отцу, а он привычно отмахнется и потребует не мешать. Ну, максимум, прочтет лекцию о том, что так делать нельзя. И даже когда императрица уговаривала мужа повлиять на отпрыска, длилось это влияние недолго. А когда умерла, и этого уже не было. Зато было множество развеселых друзей, а потом и доступных женщин. И уверенность в том, что как только возложат на голову императорский венец, так сразу все зауважают и станут подчиняться, тоже была.
И в последнем ему предстояло разочароваться довольно скоро. Отец, все так же продолжавший мешать и изучать свои магические порошки однажды намешал что-то такое, что его разнесло на мелкие кусочки вместе с башней, в которой он этим занимался. И самоуверенный мальчишка в семнадцать лет получил венец.
Друзей у него сначала стало даже больше, причем, не тех, кому лишь бы погулять, поохотиться и побегать за придворными, якобы невинными девами. Эти друзья были гораздо серьезнее, раздавали обещания, жаловались на советников и намекали на свою полезность. Мален сначала даже растерялся от их наплыва. Но был он все-таки не глупым, сумел смирить гордость и даже попросить помощи у одного из учителей, мужчины терпеливого и незлопамятного.
Вот благодаря ему Мален с удивлением узнал, что совершенно не понимает, что такое император и зачем он нужен, а чуть позднее и о том, что является обладателем магического дара, хоть и слабенького. А не рассказывали ему об этом потому, что вел он себя отвратительно и вряд ли был способен воспользоваться этим знанием правильно.
И бедному императору пришлось чуть ли не с самого начала учить все то, что он уже должен был знать. В первую очередь работать с амулетами и артефактами, предназначенными только для императора. Во вторую – разбираться в людях, хотя в этом деле он особо так и не преуспел. В третью – управляться с советниками, готовыми в любой момент перегрызться между собой и блюдущих в первую очередь интересы своих семей. В четвертую…
В общем, оказалось, что тратя жизнь на никчемных приятелей, он упустил слишком многое. Но ему повезло, ему в наследство от отца достались верные люди, хотя доказать им, что эту верность стоит распространять и на бестолкового отпрыска, оказалось непростым делом.
И когда у Малена самого появился сын, он сам себе поклялся, что заставит этого ребенка все делать вовремя, даже вопреки его воле. Правда, не рассчитывал, что бедного Ромула будет защищать мать, а вести с ней бесконечную войну оказалось делом непростым. Да и ребенок не стремился учиться. И в какой-то момент Мален стал откладывать и откладывать важное. Сначала ждал, пока сын поумнеет и сможет понять, что ему втолковывают. Потом едва не случился дворцовый переворот, и пришлось увлеченно вылавливать демонопоклонников. Потом он словил неснимаемое проклятье, и уделять время сыну стало еще сложнее. А потом пришел тот день, в который Мален решил, что ребенок достаточно взрослый и пора ему объяснить, что делать с одним из артефактов. А этот ребенок взял и даже не почувствовал, что держит артефакт, да и признаков какого-либо магического дара у него позже не обнаружили, хотя искали целенаправленно и…
Да множество этих «и» произошло.
– И вы поняли, что я вовсе не ваш сын, – сказал Ромул.
Мален кивнул.
– Правда, чей, даже не догадывался, да и никто не догадывался. Не рискнули выяснять и привлекать внимание. Решили просто проучить тех, кто хотел захватить империю столь оригинальным образом. В том, что это именно так, мы не сомневались. Слишком уж много высоких и достойных пользовались силой демона и вели загадочные переговоры. По крупицам даже удалось выяснить, что они уже поделили между собой несколько архипелагов, принадлежащих моим верным людям, – сказал Мален.
Ромул хмыкнул, потер пальцами подбородок и осторожно спросил:
– Значит, я с амулетами и артефактами ничего сделать не смогу?
– С некоторыми сможешь. С теми, которые не заговаривались на кровь. А таких немало. И щиты держат именно такие, иначе придворные маги не могли бы вливать в них энергию. Я потом составлю список вещей и того, для чего они нужны. Но проблема не в этом. Проблема в том, что ты гораздо глупее меня. Сидишь здесь, как красавица в башне, и ничего не делаешь, ждешь, похоже, что тебя кто-то спасет.
– У тебя были верные люди твоего отца, – напомнил Ромул. Говорить о том, что верные люди Малена сбежали из столицы следом за ведьмой Ловари, он не стал. И так было это понятно.
– Болван, – задумчиво произнес призрак и покачал головой. – Так ничего и не понял. Да если бы они здесь остались, что бы ты стал делать? Уверен, ровно то же, что ты делаешь и сейчас. Сел бы и ждал, пока эта древняя ведьма приведет их к тебе, уверяя, что ты можешь полностью им доверять. А она бы не привела, потому что им есть кому служить и без тебя. А если бы она не привела их, ты с блаженным видом засел бы со своим шутом играть в карты и стал ждать кого-то другого. Болван.
– Но… – Ромул хотел напомнить о том, что фактически он никто, что его могут попросту убить, что…
– Ты болван, – жестко припечатал Мален. – И глупец. Почему кто-то там должен воспылать к тебе верностью и желанием служить? Ты вообще ничего не делаешь. Да ты ничем не отличаешься от статуй в саду. Те тоже сидят с грустным видом, ждут чего-то.
– Но…
– Работать надо с тем, что есть, а не ждать чего-то получше. Иначе ты просто бездельник, ищущий оправдания, – сказал Мален. – У тебя, в конце концов, есть деньги. Давно бы нанял себе телохранителей, раз настолько не доверяешь страже.
– Их могут перекупить.
– А за этим прекрасно бы проследила эта мертвая ведьма. Но ты ничего не делаешь. И если ты ничего не сделаешь и сейчас, тебя очень скоро убьют и твою смерть даже заметят немногие.
– Предлагаешь мне броситься с мечом на демонов? – полюбопытствовал мрачный Ромул.
Сейчас он готов был даже признаться, что сожалеет о том, что предпочитал слушать квохчущую вокруг него мать, а не мрачного «отца», но подозревал, что от этого только отмахнутся.
– Нет, предлагаю вручить малую печать очередной любовнице, и пускай она кем-то себя назначит, – с долей ехидства сказал Мален.
У Ромула запылали уши, но он сжал зубы и не стал ругаться, хотя и хотелось.
– Похоже, с тем, что что-то следует делать, ты все-таки согласен, – задумчиво сказал призрак. – Уже неплохо. Теперь слушай и не перебивай, а то меня кто-то вызывает, надо будет пойти, посмотреть, кто, и узнать, что им надо. Хотя я и так догадываюсь.
Ромул тоже догадывался. Хотят уточнить, правда ли щит держится благодаря тому, что молодой император еще жив. Ведь именно вызванные призраки не лгут, а не те, которые пришли сами.
– Слушай, – повторил призрак и даже стал ярче. – И постарайся воспользоваться. Первое, демонов можно отпугнуть огнем, хоть магическим, хоть самым обыкновенным. Еще их можно ранить гарпунами. Собственно, изначально это оружие придумали для борьбы с демонами, а для захвата кораблей противника его приспособили несколько позже. Так же достаточно умелый воин в паре с магом сможет отогнать такого демона с помощью меча. Один человек вообще говорил, что демоны, которые приходят сюда, очень слабы на самом деле. Но воину нужен очень хороший щит, который маг должен держать в движении… Как понимаешь, здесь нужны тренировки, а еще, зелья, которыми пользуются ночные волки. Эти зелья не такая и тайна на самом деле, в городе полно специалистов, умеющих их варить, правда, не каждый организм такую помощь выдержит, да и пользоваться часто ими нельзя, и тренироваться опять же нужно, а то мышцы порвешь… В общем, захочешь – разберешься. Второе, я напишу тебе список амулетов и артефактов, но позже, сейчас нет времени. Третье, скоро к тебе прилетят мелкие птички, которые превратятся в камни. Если кто-то на этих камнях принесет клятву, нарушить ее он не сможет. Воспользуйся ими, чтобы не бояться собственной стражи. Попутно они могут выявлять ложь, да и маги ничего кроме этого умения не заметят, не знают они кое-чего. Еще ты можешь пожелать, чтобы щит над городом кого-то или что-то пропустил. Этот щит слушается того, у кого венец. В обязательном порядке. Но щит необходимо срочно зарядить, а значит, тебе нужен сильный маг на посту главного. Пока это все. Надеюсь, ты сумеешь этими знаниями воспользоваться, иначе грош тебе цена.
Ромул кивнул, и призрак исчез, словно его и не было.
А Ламара взамен так и не появилась.
– Нужно думать самому, – пробормотал Ромул и попытался уложить в голове новые сведения.
Они были определенно ценными. Но как ими воспользоваться, Ромул пока не понимал, а понять следовало, причем, срочно.
Обещанные Маленом птички прилетели следующим утром. Залетели в приоткрытое окно и упали на постель камнями. Неприметными и совершенно обыкновенными с виду. Ромул камни поворошил, потом вылез из-под одеяла и положил их сверху на лист бумаги – список артефактов, вмурованных в стены дворца, видимый только Ромулу. Кто-то другой там разглядел бы всего лишь любовное послание не очень умной красавицы, ну или не красавицы, тут уж как повезет.
Что со всем этим делать, Ромул по-прежнему не знал. Но именно этим утром что-то делать хотелось.
А еще была одна идея, настолько странная, что Ромул решил рискнуть и посмотреть, что из нее выйдет.
Ближе к обеду молодой император, насвистывая какую-то мелодию, как деревенский парень, шел по коридору в сопровождении шута. Встреченным по пути юным элана он широко улыбался. Мужчинам отвечал кивком на поклоны. А попытки заговорить что одних, что других игнорировал.
И закончился его путь у синей гостиной, в которой играли в карты и обсуждали что-то загадочное шестеро мужчин.
– Адмирал Будиви! – жизнерадостно воскликнул император, едва переступив порог. – Как я рад, что нашел вас столь быстро! Вы знаете, наш разговор не давал мне покоя. Я его тщательно обдумал и решил, что вы правы.
Адмирал Будиви вытаращился на Ромула, как на восставшего из могилы отца. Но так ничего и не сказал, просто не понял, что можно сказать. Несмотря на то, что император выдержал паузу, давая мужчинам заговорить.
– Какое-то странное у вас выражение лица, – сказал Ромул, не дождавшись даже приветствий. – Не заболели? Нет, ну и хорошо. А я пойду в музей, подберу оружие и попробую убить демона. Даже интересно, получится или нет.
И обрадовав присутствующих этой новостью, Ромул развернулся и ушел. В музей, как и обещал.
Адмирал недоверчиво переглянулся с партнерами по игре, неожиданно задрожавшей рукой, отложил карты, а потом неуверенно спросил:
– Мне показалось?
– Нет, – поспешно разочаровали его.
– Вот сейчас сожрет демон нашего императора… – задумчиво произнес седой мужчина.
– Щит пропадет, и остальные демоны сожрут нас, – с непонятным оптимизмом в голосе закончил самый молодой.
– Надо его остановить, – понял адмирал и первым бросился к двери.
О том, как компания высоких сановников и просто уважаемых людей неслась по коридору, потом рассказывали многие и все утверждали, что видели этот забег лично. Хотя по пути высоким и уважаемым так никто и не встретился.
Ромула, ушедшего в музей коротким путем по тайным переходам, они, естественно, не догнали и нашли его уже тогда, когда он вдвоем с шутом пытались снять со стены церемониальный бронзовый меч, огромный, тяжелый и совершенно бесполезный. Разве что использовать его как дубину.
– Что вы делаете? – изумленно спросил запыхавшийся адмирал. Остальные бегуны стояли у него за спиной и пытались отдышаться.
– Подбираю оружие, – невозмутимо ответил император и одарил всех жизнерадостной улыбкой. – Демоны большие, логично, что и оружие следует брать побольше.
Адмирал от этого заявления на некоторое время впал в задумчивость. Попытался понять, серьезно Ромул это говорит или издевается.
– Они же вас убьют! – напомнил седой, опомнившийся быстрее всех.
– Я это говорил, но уважаемый адмирал Будиви заверил меня, что за мной пойдет толпа и поможет не погибнуть столь бесславно. Вот и проверим эту теорию. Пожалуй, разрешу Межену ставки принимать, так будет веселее.
Шут радостно закивал, а адмирал переглянулся с партнерами по игре.
– Но это безумие! – сказал он.
– Вчера вы так не считали, – напомнил Ромул и все-таки вытащил проклятый меч из держащих его на стене скоб. Меч упал на пол с таким грохотом, словно это рухнули щиты.
А они обязательно рухнут, как только этот дурной мальчишка умрет. Мален это вчера подтвердил, дважды. И когда пришел сам, и после того, как его вызвали по всем правилам.
– Вы не можете так поступить, в городе множество невинных людей, – сказал седой.
– Ой, да не беспокойтесь вы о них, – отмахнулся Ромул. – Сбегут и попрячутся, как только увидят, что демоны разносят дворец по камешку. Они ведь магией питаются в первую очередь. А где у нас больше всего магии?
Больше всего магии было действительно во дворце. А сбежать прямо сейчас из него адмирал с компанией не могли себе позволить, это, если дворец устоит, наверняка лишит их с таким трудом отвоеванных позиций.
– Неплохой меч, – задумчиво сказал Ромул, с трудом подняв огромную дуру. – Гарпун подошел бы больше, но что с ним сделаешь без установки? А ее я точно не унесу.
– Вы не можете! – рявкнул адмирал, пытаясь вернуть дурного мальчишку во вменяемое состояние.
– Могу, – спокойно сказал Ромул. – Это вы ничего в этой ситуации не можете. Даже удержать меня. Попробуете, и я сниму щиты.
Мужчины переглянулись.
– Но…
– Впрочем, вы, если пожелаете, можете мне помочь, – спокойно сказал Ромул, вручив меч пошатнувшемуся из-за его тяжести шуту. – Мне нужны гарпуны, с установками. Их здесь семь разных, думаю, подойдут все. Чем больше, тем лучше. Еще мне нужны люди, умеющие попадать гарпунами в цель. И нужно, чтобы меня сопровождало несколько магов, умеющих работать с огнем, желательно, бросаться огромными огненными шарами.
Адмирал, да и все остальные изумленно на Ромула вытаращились.
– У нас мало времени, – сказал Ромул. – Щиты ближе к вечеру рухнут в любом случае. И я либо прогоню демонов, либо нет. Ах, да, и найдите сильного мага на пост главного дворцового, а того недоумка, который таковым сейчас считается, уберите из дворца куда-то туда, где я его при всем желании не найду. Иначе его придется казнить за неисполнение обязанностей, подвержение дворца и города опасности, обмана о своей силе и квалификации и… Ну, я потом подумаю и вспомню еще несколько причин, уверен, они есть. Пока у меня все. Жду людей умеющих работать с гарпунами и тех, кто будет перетаскивать установки. Недолго жду. Потом пойду и красиво умру. Лучше так, чем быть заваленным камнями.
Высказавшись, Ромул оглянулся, подошел к старому деревянному трону с треснувшей спинкой, и сел, явно настроившись немного подождать. Шут подтащил меч поближе к нему и расселся у ног.
А адмирал опять переглянулся с партнерами по игре, немного потоптался у выхода из музея, а потом хмыкнул и отправился искать гарпунщиков и объяснять племяннику, почему ему лучше немедленно убраться из дворца. Остальные потянулись за ним.
– А мальчик-то, шантажист, – с долей восхищения сказал седой, когда компания отошла от музея достаточно далеко. – Теперь так и будет дергать нас, да и не только нас, этим щитом и демонами. И уверен, даже если этих монстров он прогонит, появятся новые. Хоть бери и столицу переноси.