![](/files/books/160/oblozhka-knigi-malenkaya-volshebnica-2.-nasledniki-si-382146.jpg)
Текст книги "Маленькая волшебница 2. Наследники (СИ)"
Автор книги: Татьяна Гуркало
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 31 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Да еще и союзники, похоже, большей частью вымрут.
– Вот неразбериха будет… – растерянно сказал со-Яруна и неожиданно понял, что на самом деле не умнее того мальчишки, которого отправил спасать империю. Тоже возомнил себя избранным и лучшим. И оказался ни с чем. Так мальчишка хотя бы сбежал. А сбежать от демона вряд ли получиться. Разве что какую-то защиту поискать, пока время есть. А потом дождаться смерти большей части союзников и собрать их подчиненных себе под крылышко.
А там что-то может и выйдет.
Чем какой-то ублюдок демонопоклонника лучше прима? Да ничем. И в империи ему не место, не говоря уже о троне этой империи.
Интересно только, а если ведьме Ловари честно предложить союз, она согласится?
Хотя вряд ли, Мален ей, видимо, давно обрисовал ситуацию, еще задолго до своей смерти. Иначе она бы не успела столь вовремя сбежать, не желая вмешивать своих волков в свару за трон.
Кто бы в итоге на этом троне ни оказался, услуги ее подчиненных будут нужны любому.
– Умная женщина, – пробормотал со-Яруна и скривился так, словно у него разболелись все зубы разом.
Глава 6
Дети для бога
В день традиционного сбора яблок императорскими невестами происходило множество странных вещей. Собственно, невестин праздник чуть вообще не отменили, обнаружив, что во дворце разом, по непонятным причинам, умерло более двадцати человек. Но Ромул, которому доложили об этом чуть ли не последним, потребовал провести тщательное расследование и запретил отменять праздники. Население столицы и без того волнуется, а если их еще и лишить традиций, по которым они пытаются угадывать будущее, станет гораздо хуже.
И с молодым императором пришлось согласиться. Несмотря на то, что внезапно умершие без видимой причины люди обнаружились и в городе. И не только на столичном острове.
Впрочем, как потом оказалось, решение императора Ромула было правильным. Продолжение праздников людей хоть немного успокоило. Да и умирали в большинстве случаев люди, заподозренные в связях с Золотыми Туманами и кровавым богом. Так что некоторые сочли эти смерти еще и хорошим знаком. Мол, боги не совсем отвернулись и очищают мир от зла.
Прозорливый император Ромул наблюдал за сбором яблок с балкона, стоя за колоной. Невесты, как это обычно и бывало, потерянно бродили среди яблонь и удивленно смотрели на плоды, висящие на самых вершинах. Правда, выглядели девы даже более странно, чем обычно. Они опять нарядились кто во что горазд и обвесились драгоценностями. Почти все. Только трем девушкам хватило ума на то, чтобы не наряжаться в тяжелые платья и не рисковать потерять в саду семейные ценности. Среди этих разумных девушек оказалась и Радда со-Верто, та самая, что предпочитала крепкие напитки в качестве успокоительного.
Как удалось выяснить, род со-Верто давно разорился, распродал земли и, по сути, ничего, кроме титула, не сохранил. Так что эта невеста, несмотря на свою знатность, была не особо популярна среди женихов. Титул девушка все равно не унаследует, у нее трое старших братьев. Приданого практически нет. Воспитана так, что мужчины, мечтающие о нежной и покорной жене, натурально шарахались. Она мало того, что была практикующим магом, даже не целителем, так еще и мечом владела столь хорошо, что могла многих мужчин заткнуть за пояс.
Одевалась эта прекрасная дева тоже не так, как положено. Упорно бродила по дворцу в костюме для верховой езды. На приемы являлась в совсем простых платьях. А в сад вообще вышла в мужском костюме.
Зато Радда давно нарвала себе яблок, просто взобравшись на дерево, помогла справиться с заданием двум образовавшимся во дворце подругам, и теперь эта троица сидела в тенечке, что-то обсуждая и хихикая.
Несмотря на все недостатки, к которым императрица Кадия в первую очередь причислила умение, не морщась, пить те самые крепкие напитки, девушка была на самом деле на редкость хороша. Нет, ее лицо вовсе не являлось эталоном классической красоты: ни тебе модных в последнее время синих глаз, ни черных кудряшек, ни прелестного мягкого овала. Но из кареглазой и русоволосой Радды хотелось ваять воинственную богиню. Она просто великолепно себя держала, во что бы ни была одета. И умела посмотреть так, что Ромулу захотелось поклониться и начать лепетать какие-то оправдания.
Радду со-Верто даже Ларама одобрила. И при этом, эта чудесная девушка совсем не понравилась императрице, и, возможно, только потому Ромул изначально решил к ней присмотреться.
Как оказалось, не зря.
Радда действительно была хороша.
А еще вряд ли была во что-то замешана – слишком прямолинейна, да и с ее родом никому связываться не захотелось бы. Что с этого рода теперь возьмешь, кроме титула? А титул без земель и денег – достояние сомнительное, годится только для взращивания гордости и чести.
В общем, молодой император с удовольствием наблюдал за прекрасной девой, одетой в мужской костюм, и даже начинал подумывать о том, что женитьба может быть не такой уж плохой идеей.
Правда, в этом славном деле было множество препятствий, начиная от любимой мамы, продолжая разными отцами расчудесных дочерей с их намеками на то, что девушкам пора уж замуж, и заканчивая тем, что счастливую жену могут попросту отравить те же отцы. А может и не они, может кто-то похуже.
В правом крыле дворца в это же время происходили еще более странные вещи. Еще три дня назад сказавшийся больным советник по садоводству медленно и осторожно шел вдоль стены, проверяя целостность выведенного карандашом и практически невидимого на фоне обоев рисунка. Это следовало обязательно сделать после того, как в комнате побывала горничная со своими метелками и амулетами. От целостности этого рисунка зависела жизнь советника.
Нашел он этот рисунок в старинной книге и по всему выходило, что лучшей защиты от демонов человечество не придумало. Собственно, изначально это вообще была клетка для демонов, и только гораздо позже кто-то додумался, что в ней же можно от этих демонов прятаться.
– И долго ты намерен заниматься этой ерундой? – спросил призрак императора Малена, повисший под потолком и смотревший вниз с непередаваемой брезгливостью.
– Я тебя не вызывал, – отозвался советник, подводя одну из линий.
– Не страшно. Ты меня вызвал однажды, теперь я могу тебе являться хоть каждый день, – жизнерадостно сказал призрак и, опустившись пониже, посмотрел на стены. – Ну и глупость, – сказал он, прищурившись. – Эта дрянь сначала выпьет всю твою магическую силу, так выпьет, что дар перегорит и исчезнет. А потом станет пить жизнь. Так что невелика разница – что демон сожрет, что она, перерождения у тебя не будет.
Советник мрачно выругался.
– Дурни вы, – сказал император. – Ничего не знаете, а туда же, править. Если бы все было так просто, кто бы богов звал? Собственно, и клетки для демонов строили поверх силовых жил мира. Ну, или сначала создавали грандиозные накопители, которые довольно долго напитывались. Правда, и в том, и в другом случае долго демонов в клетках не держали. Отправляли туда, откуда они являлись, раньше, чем клетка начинала распадаться. Наверняка это очень весело было. И да, ловили демонов достаточно редко. Эти твари, даже сидя в клетке, умудрялись силу и жизнь из магов тянуть. Такая вот пакость.
– Замолчи! – потребовал советник.
– Зачем? Мне скучно. А тут такая возможность объяснить человеку, в чем он не прав, и чем закончится его нелепая попытка спастись. Ничем, понимаешь? Тем, кто отдал себя демону, спасения нет. Король Туманов умен. Его богу-демону нужны жертвы. А нет ничего лучше, чем жертвы добровольные. Вот он и обещает кому молодость, кому власть, кому еще какую-то ерунду. В обмен на пустячок. Всего лишь надо заключить договор, фактически стать отложенной жертвой. Вы ведь все пообещали платить соразмерно. Вот почему никто из вас не подумал, что демону от вас не нужны ни деньги, ни услуги? Он просто хочет жрать.
– Заткнись!
– Какой-то ты нервный. Ладно, пойду, посмотрю, что другие жертвы делают.
И пакостно улыбнувшись, призрак пропал. А советник закончил проверку целостности клетки и уселся на пол. Ему надо было очень сильно подумать. Собственно, до единственного возможного решения он и так додумался – если убить демона, жертвы ему уже будут не нужны. Но кто же его сумеет убить?
Значит, следовало из этой ситуации получить хоть что-то, чтобы не было все столь нелепо и глупо.
А что тут можно получить?
Правильно, разве что моральное удовлетворение от того, что удалось отплатить лживому королю его же монетой. Королю следовало как-то отомстить. Но советник пока не мог придумать, как. Для этого и нужна была клетка. Она хотя бы давала время на размышления.
А пока советник размышлял в своей клетке, с островов Золотых Туманов вышло множество кораблей и дружно отправились в сторону едва мерцающего посреди океана огонька – маяка, удачно прилепленного на артефакт вызова огненной птицы. Правда, вскоре капитаны этих кораблей убедились, что миссия по поиску артефакта не так проста, как казалось. Огонек перемещался без какой либо системы. Упорно не желал приближаться к островам. А дважды, словно дразнясь, умудрялся проскользнуть между кораблями ловцов и с безумной скоростью умчаться. После этого у кое-кого из капитанов даже появилась мысль, что маяк носится сам по себе, в виде рыбины, хотя бы. Но они свое мнение оставили при себе. Лучше гоняться за рыбой, чем рисковать тем, что тебя за малейшую провинность потащат на алтарь в дар богу.
Богу именно сейчас очень нужны дары. Потому что чуть ли не в его храмы уже трижды врывались другие боги. И их удалось выгнать с большим трудом.
И это было очень странно.
Не могло так быть.
Хоть бери и верь в грядущее божественное сражение, предсказанное каким-то безумцем. Правда, это сражение не сулило людям ничего хорошего и никому даже в голову не приходило помочь чужим богам вместо своего. Вряд ли эти чужие будут так уж благодарны за помощь.
А к землям практически на границе с Золотыми Туманами медленно и осторожно подкрадывался корабль, на борту которого стоял маг, невидяще смотревший в неведомые дали.
– Похоже, нам нужно на Медвежий остров, – наконец сказал он, насмотревшись. – Сила оттуда.
– Ну, и ладно, – сказал стоявший рядом великан.
– Но там не только огонь. Похоже, там хозяйничает демон. Возможно, даже божественный. Так что…
– Так что будем предельно осторожны, – сказал великан и тяжко вздохнул. – Впрочем, чему удивляться? Оттуда такие сведения приходили, что волосы дыбом становятся. И не проверишь же. Сведения стали появляться в последние пять лет, как раз тогда, когда нам нельзя было распылять силы и показывать свою осведомленность. Владетели земель ведь утверждали, что все там в порядке.
– Ну, вот и проверим сведения, – сказал маг и печально улыбнулся.
В тот день, когда на далеком столичном острове императорские невесты должны были печь яблочные пироги и раздавать их кавалерам, обещая танцы, «Гордость Ловари», наконец, вернулась домой. И никто не был этому рад так, как Лиин, уверенная, что еще немного, и она бы возненавидела весь мужской род. Мало ей было Валада, норовившего при каждом удобном, а тем более неудобном случае повспоминать былое. Мало было Юмила, который широко улыбался, говорил, что все в порядке, но бросал на блондина такие взгляды, что становилось понятно: не кидается на него с мечом только усилием воли, очень большим усилием. А тут еще морячки повадились делать ставки, то ли от скуки, то ли по привычке. И ставили они как на то, что капитан Веливера не выдержит и начистит рожу пришлому магу, так и на то, что молодая жена взбрыкнет и либо сбежит с этим магом, либо сбежит и от мага, и от мужа. И Лиин, услышавшей об этом, очень захотелось утопиться, вместе с кораблем, мужем, учителем и любящими дурацкие ставки морячками.
– Развлекаются они, – мрачно бормотала девушка, стоя у борта и глядя на приближающуюся землю. – Скучно им… Интересно, если я возьму и оборву паруса, им будет так же скучно?
Берег приближался. Лиин старательно смотрела на воду, на чаек, на облака, на что угодно, лишь бы не на двух мужчин, подчеркнуто вежливо разговаривающих всего в паре шагов от нее.
Лучше бы они вообще не подходили друг к другу. Потому что Лиин казалось, сейчас они перестанут фальшиво улыбаться и вцепятся друг другу в глотки. И не одной ей так казалось, потому что морячки обходили их по широкой дуге.
Если честно, Лиин даже не сильно понимала, почему так остро реагирует на создавшуюся ситуацию.
Ей ведь хотелось отомстить Валаду? Хотелось. Так теперь возьми, дождись момента, когда Юмил действительно начнет его бить по наглой роже, подойди сзади и хорошенько врежь по затылку. Чтобы понял. Что-то. Ну, хотя бы то, что она будет помогать тому, кто ее не обманывал, что бы там Валад о себе и своих учительских талантах ни возомнил.
С другой стороны, если Юмил действительно станет быть Валада, это будет равносильно признанию, что он ей не верит. Не верит, что она способна устоять перед обаянием учителя. Не верит, что влюбленность прошла. Не верит в желание мстить. Вообще ни во что не верит, словно она какая-то дура, не способная в себе разобраться. Ну, или дура, для которой смазливая физиономия перевешивает любые обиды. Или…
Нет, умом Лиин понимала, что Юмил скорее не верит Валаду и подозревает его в чем-то невнятном, но нехорошем, но от ощущения, что именно ее считают лгуньей, избавиться не могла. И это злило еще больше.
– Мужчины, – проворчала Лиин, когда Юмил и Валад, наконец, разошлись в разные стороны.
И ведь она переживала за них. За обоих, даже за лгуна Валада. Потому что, несмотря на желание мстить, смерти ему вовсе не желала. Да и не считала, что натравить мужа равносильно свершившейся мести. Мстить нужно самостоятельно, иначе никакого удовольствия не получишь.
Да, а еще Лиин не могла понять, почему другие женщины получают удовольствие, когда за них дерутся мужчины. Может с ней что-то не так? Или все дело в том, что те женщины к тем мужчинам абсолютно равнодушны?
А тут, как ни крути, один муж, наверное, любимый, хотя Лиин в этом поклясться бы не смогла. Валада ведь она тоже любила. Вроде бы. А потом как-то быстро разлюбила, хватило всего лишь обиды.
Другой, несмотря ни на что, друг и учитель. И даже если обманул, обидел и воспринимал ее как неразумное дитя, он же и помог, спас, не позволил наделать смертельных глупостей. Да и повзрослела она его усилиями. Нет, благодарить его Лиин не собиралась. Не та ситуация. Но все-таки, и зла ему не желала. Даже мстить собиралась изящно и так, чтобы пострадало только его самомнение. Придумать бы еще эту изящную месть.
– И почему у них такие скверные характеры? – спросила Лиин у воды.
Да, было бы гораздо проще, если бы можно было разрешить ситуацию всего лишь пообещав Юмилу больше не разговаривать с Валадом.
Но этого делать тоже нельзя. Юмил не тот мужчина, которому можно уступать в столь серьезных вещах. Ладно бы какая-то мелочь. Но если ему уступишь, позволишь выбирать людей, с которыми можно общаться, а с которыми нет, не успеешь опомниться, как вернешься к той мелкой зареванной девчонке, чьей жизнью управлял дядюшка.
Такая вот ерунда.
Еще один корабль в тот же день заходил в крошечную бухту между Медвежьими Лапами. Медвежьи Лапы были частью Медвежьего же острова, и заходить в бухту между ними могли либо какие-то самонадеянные самоубийцы, либо те, у кого на борту были очень умелые маги, способные пронести корабль чуть ли не по воздуху.
Медвежьи Лапы были скалами, полукольцами выступающими далеко в море. И казалось, остров-медведь пытается кого-то поймать. Или обнять, как считали романтичные барышни. На самом же деле эти лапы появились в результате магической катастрофы. В результате нее же погибло всем составом семейство прима со-Моларан, после чего его земли были поделены между менее родовитыми, но более достойными подданными императора.
А Медвежий остров, вместе с его лапами и бухтой, заполненной обломками, между ними, так и остался частью земель императора, с назначаемыми временными владетелями и перспективой рано или поздно кому-то достаться. Кому-то несчастному, потому что репутация у этих земель была не очень. Мало того, что находятся практически на границе с Золотыми Туманами, так еще и после гибели со-Моларан с владетелями вечно что-то случается. Поговаривали даже, что это из-за того, что мертвый прим с семейством так и не были похоронены, как оно положено. Но кто же их похоронит и как, если они, вместе с домом и частью острова провалились под землю, оставив на своем месте бухту между Лапами?
– Думаешь, это была хорошая идея? – спросил Айдэк, помогая Марку собирать развешанные по бортам подъемные амулеты и накопители.
– Здесь корабль точно не найдут, да и случайно вряд ли увидят, даже если с иллюзией без моего присмотра что-то случится, – спокойно сказал маг. – А в крайнем случае Войка сможет его вывести в море. Он амулетами умеет пользоваться не хуже, чем я.
На остров отправлялись сравнительно небольшой группой, обвешаные оружием так, словно собирались осаждать замок.
– Там есть проход, – рассказывал Марк, когда воины и маги плыли на лодках по чистой от обломков воде под нависшими над головами скалами. – Думаю, когда-то это был потайной ход, тот самый, благодаря которому воины тогда еще короля умудрились зайти за спины войску императора. А когда замок исчез вместе со скальной основой, рвом, двором и своими жителями, часть потайного хода, прорубленного в скалах, никуда не делась. Да еще и выход из него стал заметен, маскировка исчезла, видимо, была привязана к замку. Но один из магов огня, которые приплыли на остров расследовать, что именно случилось с примами, этот выход замаскировал заново, так, на всякий случай. Остров ведь приграничный и случиться здесь могло что угодно. Особенно после того, как связанное с этим островом семейство окончательно вымерло.
Проход действительно нашелся – начинался в небольшом гроте и практически полностью состояли из лестниц. Последняя и самая длинная, наконец, довела до выхода, и группа оказалась между двумя огромными камнями, опирающимися вершинами друг на друга.
Никакого поселения рядом не было. Места вблизи Медвежьих Лап считались проклятыми. Группа вернулась к морю, и убедилась, что корабля из-за нависавших скал не видно даже Марку, видящему сквозь иллюзии. Потом маги посидели над картой, определились куда идти и отправились на поиски младенца, которому повезло появиться на свет обладателем огненной стихии.
– Демоны то ли ушли, то ли затаились, – мрачно пробормотал один из магов, когда группа дошла до небольшой рощи и села пообедать и отдохнуть.
Местность вообще поменялась. Исчезли громадные камни и высохшие, ломкие травинки, торчащие из щелей в оголенной скальной основе. Чем дальше от берега, тем зеленее был остров. Потом попалась мелкая и широкая речка. А дальше стали появляться деревья, сначала по одному, а потом и кучками.
– Странный остров, – пробормотал один из воинов, настороженно оглянувшись на крик какой-то птицы.
– Обыкновенный, – не согласился с ним Марк. – Просто кто-то из семейства прима, а может наемный маг или вообще слуга, видимо, экспериментировал с силой, с которой не смог справиться. Вот замок с частью скалы и обрушился, просто исчез, нырнув под воду. Часть острова сжег магический огонь, так сжег, что пропеченный грунт смыло первым же сильным дождем. Это сейчас те скалы понемногу оживают. Если верить книгам, раньше там ни травинки не было и камень блестел, словно покрытый стеклом.
– Интересно, что же там надо было сотворить? – задумчиво спросил один из младших магов, на чем разговор и завял.
До вечера группа не успела дойти до селения, в котором находился огненный маг. Заночевали в очередной небольшой роще, в которой подлеска и кустов было больше, чем больших деревьев, а с рассветом отправились дальше. Демоны, к счастью, вернуться не спешили, и Марк всех подгонял, пока это не произошло. И к деревеньке они вышли как-то неожиданно. Вроде спешили, спешили, и вдруг оказались на краю долины-чаши, на дне которой синело озеро, а на его берегу раскинулось селение. Небольшое совсем, домов на двадцать. Посреди этого селения поднимался густой белый дым. А возле ближних к пришельцам домов стояли люди и что-то невнятно кричали.
– Интересно, что у них там горит? – пробормотал воин, стоявший справа от Марка.
Айдэк ругнулся и ничего не объясняя скомандовал бежать вниз.
– Похоже, нашили виноватых в пришествии демонов! – на ходу выкрикнул один из магов.
Как потом оказалось, прибыли маги и воины очень вовремя. Крошечное селение у озера было успевшим немного разрастись хутором. Причем, что вообще казалось странным, хутором, разросшимся рядом с храмом богов равновесия. Горел именно этот храм, и подожгли его мстители, прибежавшие из соседнего большого села. Еще эти мстители пытались выбить дверь дома, в котором заперлись учитель и ученик – жрецы богов, и какая-то дурная девка, сбежавшая пару месяцев назад в это селение из другого, большого. Почему она сбежала, даже Марк не сразу понял, но уж когда разобрался, едва не придушил папашу девки.
– Так, – сказал он мрачно, глядя на селян, понуро стоявших в окружении воинов.
Жители хутора продолжали тушить храм.
Сбежавшая девка стояла чуть сбоку от селян и воинов с ребенком на руках. Бледная и испуганная. А от ребенка так несло огненной стихией, что казалось чудом то, что он, когда мстители начали ломиться в дом, не сжег все и всех. Просто испугавшись. Или почувствовав испуг мамы. Говорят, дети это очень хорошо чувствуют.
Марк еле удерживался от того, чтобы немедленно подбежать к младенцу и повесить ему на шею замыкающий дар амулет. Находиться рядом с не умеющим себя контролировать столь сильным огнем было откровенно страшно.
С другой стороны, подобное поведение наверняка бы привлекло внимание. И тогда этих несчастных мстителей пришлось бы убить. Всех до единого. Да и хуторян наверняка через одного. Марку этого не хотелось.
– Так, – мрачно повторился маг. – Значит, девушка забеременела без мужа и, вместо того, чтобы отдать своего ребенка демону, сбежала под защиту храма богов равновесия?
– Не демона, а бога Золотых Туманов… – не менее мрачно поправил один из мужиков.
– Это все она виновата! – заголосила какая-то тетка.
– Молчать! – рявкнул Айдэк так, что огненный младенец закряхтел и начал плакать, а его матушка поспешно спряталась за спину старшего жреца богов равновесия.
– Вы идиоты! – грозно и почти не понижая голоса, продолжил Айдэк, который в отличие от Марка не отличался добротой и вообще был человеком жестким и прямым. – Вы, недоумки, за пару золотых отдавали в жертву демону своих детей. Отдавали свою плоть и кровь, младенцев, которые не могли сами принимать решение, а значит, отдавали демону и самих себя. Это было дело времени. Рано или поздно он бы вспомнил, что здесь бегает целая толпа несожранных жертв, решивших таковыми стать добровольно, и сожрал бы вас. А когда это случилось, вы, недоумки, решили мстить единственной девушке, которая посчитала, что парочка золотых не стоит жизни ее ребенка?! Да вас убить мало!
– Ничего-ничего, демон вернется и их доест, – благодушно сказал один из воинов. – Так этим убийцам младенцев и надо.
– Мы не убийцы младенцев! – вызверился все тот же говорливый мужик. – Это были дети, рожденные для бога. Их отвозили в храм и растили…
– Недоумки! – припечатала Айдэк.
– Ну, можете считать, что вас тоже забирают в храм и растят, – проворчал окончательно расстроившийся Марк.
– Когда моя сестра умерла, где стояла, я сразу поняла, что это все из-за этой девки. Она отказалась отдавать богу предназначенное ему дитя… – вскинулась одна из женщин.
– Старшая сестра, которая была одной из первых, кто отдал своего ребенка за парочку золотых? Приданное ей получить захотелось, да? – ласково поинтересовался Айдэк, а потом злобно припечатал: – Вот так он вас и будет жрать. По очереди. Кто первый себя ему пожертвовал, того первого и сожрал. Но очередь до всех дойдет.
– Но мужчины детей не отдавали, это все бабы! – возмущенно закричал какой-то плешивый мужичок.
– А бабы у вас умеют беременеть без участия мужчин, – устало проворчал Марк, изо всех сил пытаясь не дать проснуться одаренному огнем младенцу. – Идите все домой, мы вам, даже если бы хотели, ничем не поможем. Вы принесли себя в жертву демону. Продали свои жизни за несколько золотых. Вас при всем желании спасти невозможно. Не в человеческих это силах. А демону сейчас нужны ваши жизни. На его территорию стали прорываться другие демоны, так что ему нужно много жрать, чтобы оставаться сильным. И сожрет он сначала тех, кто бесполезен. А для него бесполезны все, кто находится далеко от его земель. Он даже кого-то из послов случайно сожрал. Видимо совсем не умеет различать людей.
Какая-то женщина тоненько завыла. То ли поверила, то ли просто поняла, что умрет в любом случае.
– А те, кто не отдавал демону своих детей? – осторожно спросил старший жрец богов равновесия. – Говорил я им, что так нельзя поступать, но мало кто меня послушался.
– Это вам еще повезло. В одном селении вашего коллегу камнями забили до смерти, – сказал Айдэк. – Наверное, эти жаждущие золота сейчас тоже не могут понять, почему мрут как мухи.
– Так им и надо, – проворчал воин справа от Марка.
– Так что делать тем, кто не отдавал младенцев? – повторил вопрос упорный жрец.
Марк поворошил волосы.
История, на его взгляд, получалась жуткая. Просто однажды, чуть ли не десять лет назад, в селе появились люди, которые уговорили одну гулящую особу отдать ненужного ей младенца в храм богу. Еще и заплатили. Правда, только после того, как она торжественно, при свидетелях, сказала, что именно богу Золотых Туманов свое дитя отдает.
Потом, эта же особа, чуть ли не сама повезла очередного ребенка в «дар богу». А за ней потянулись и другие девы нетяжелого поведения.
А потом, как-то так получилось, что и более целомудренные девы последовали их примеру, став вдруг из бесприданниц завидными невестами. А года четыре назад уже считалось честью родить ребенка в жертву демону. И село стало богатым. И все было бы хорошо, если бы жрец богов равновесия не пугал всех страшными карами, за что его и выгнали. А он взял и поселился возле озера. А потом собрал вокруг себя и других «ненормальных и не чтящих доброго бога, действительно помогающего людям».
И наверняка на этом острове такое селение было не одно. И не только на этом острове.
– Как же вам объяснить, – проворчал Марк, посылая очередной усыпляющий импульс в закряхтевшего младенца. – Даже самые бедные жители Золотых Туманов не стали бы отдавать своему богу-демону младенцев, понимают, что это все равно, что отдать самих себя. Там только взрослых приносят в жертвы. Тех, кто сам за себя отвечает. А вы, наивные идиоты, устроили здесь кормушку для демона. Вот и радуйтесь, утешайте себя тем, что несколько лет пожили богато, – устало закончил маг.
– А кто не стал… – опять вскинулся жрец.
– Кто не стал, подходите ко мне по одному. Если вы не лжете, мы заберем вас с собой. Боюсь, здесь любым людям оставаться опасно. Вскоре могут появиться демоны воплоти. Почуют, что тут жертвенные земли бога-демона и придут подъесть пищу более удачливого собрата.
И это, наверное, было правильное решение. Ценный младенец легко маскировался менее ценными людьми. Но как же Марк устал. А умение отделять правду ото лжи было только у него.
Обратно, к Медвежьим Лапам, группа возвращалась, ощетинившись мечами и выпив все укрепляющие зелья. Потому что отдыхать было нельзя. Зельями же напоили немногочисленных взрослых и целую кучу детей, которые, как догадались не такие и глупые родители, точно никого никому не отдавали.
Взрослые, правда, ушли не все. Кто-то отправился предупреждать вроде бы ни в чем не виноватых родственников о том, что с острова надо бежать. Кто-то решил упрямо остаться. Марк никого переубеждать даже не пытался. Если их не убедило то, что ни с того, ни с сего прямо в очереди к магу стали умирать молодые женщины и мужчины, то кто он такой, чтобы их уговаривать?
А спешить, обвеситься щитами и не прятать в ножны оружие требовал Айдэк, уверенный, что как только группа обремененная кучей детей уйдет, кому-то обязательно придет в голову, что именно эта группа и есть злодеи, причем, злодеи с золотом и драгоценностями в кошелях.
Так что они почти бежали. По очереди неся самых младших и поя старших детей все теми же укрепляющими зельями.
Ночью группу попытались обстрелять из луков какие-то всадники, но один из и без того раздраженных магов их попросту смел ураганным порывом.
Потом Марк почуял где-то недалеко демона и стал подгонять всех еще больше. И все то время, пока уставшие люди спускались по многочисленным лестницам в потайном переходе, а потом по очереди отправлялись на лодках к кораблю, стоял как памятник на верхней ступени и старался сделать этих людей невидимыми и неслышимыми. И надеялся, что демон предпочтет не обращать внимания на каких-то почти невидимок, а отправится к более заметной добыче. Из-за чего чувствовал себя малодушной сволочью.
Как корабль переносили через обломки и поспешно уходили подальше от Медвежьего острова, Марк уже не помнил, находился тогда в полуобморочном состоянии. А когда ценный младенец, наконец, успокоился и крепко уснул, это состояние превратилось в полностью обморочное, и Марк уплыл в счастливые дали, где катался на зеленом морском змее.