Текст книги "Охотники за космояйцами (СИ)"
Автор книги: Татьяна Кривецкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)
Глава 8
– Так значит, марсианин? – удивлённо вопросил майор Пискун. – Ну ничего себе поворот! Как же ты, Посейдонов, будучи на Марсе, не отыскал этого типа, не допросил, не взял анализ?
– У нас же была версия, что отец ребёнка – младший Шульц, – попытался оправдаться Лёва. – Кому может прийти в голову, что такая роскошная девушка свяжется с марсианской обезьяной? Я бы на её месте даже смотреть на этого йети не стал!
– Ты, Посейдонов, будь на своём месте! – прикрикнул майор. – Никогда нельзя ограничиваться одной версией! Башкой надо думать! Эх, молодо-зелено! Надо было вам вдвоём лететь, Вадим всё же поопытней. Что же теперь делать, второй раз командировку выписывать? Как я начальству объясню?
– Давайте подождём, – попробовал разрядить обстановку Сырников. – Дождёмся результата ДНК-экспертизы Шульца. Что-то чересчур фантастично выглядит связь Эльзы с марсианином. Возможно, дворецкий пытается выгородить хозяйского сына. А может сама девчонка наплела дяде небылиц.
Пискун, почесав в затылке, согласился:
– И правда, как-то странно: красавица и чудовище! Хотя, чего не сделаешь ради денег! Но так и быть, подождём немного.
На работе наступило временное затишье. Неделя заканчивалась, приближались долгожданные выходные, и все мысли Лёвы были о предстоящей встрече с Петунией. Свидание с такой девушкой должно было пройти на высшем уровне, никак иначе. Посейдонову нельзя было, как говорится, ударить в грязь лицом. Он решил посоветоваться с Сырниковым, как с умудрённым жизненным опытом товарищем. Как завоевать сердце гордой красавицы?
– Ты должен её удивить и обаять! – сказал Сырников. – И не дрейфь, будь понапористей. Уверенность в себе – это главное в любовных делах. Перед кавалерийской атакой никто не устоит.
– Всё же я ей не пара! – вздохнул Посейдонов.
– Да с чего ты взял? – возмутился Сырников. – Ты в зеркало давно смотрелся? Ты же красавец, каких поискать! И физическая подготовка неплохая. Думаешь, Петуния этого не замечает? А если ты имеешь в виду материальное положение, так ты ещё молодой, карьера только начинается, и в перспективе можешь дослужиться до генерала, до начальника полиции, а может быть и до министра внутренних дел.
– Что-то наш майор Пискун не дослужился, – грустно заметил Лёва.
– Что ты сравниваешь! Для Пискуна и этого достаточно, а ты ставь планку повыше. Если удастся повести дочку Шульца под венец, то деньги и связи тестя сделают всё за тебя. Конечно, и самому не надо быть дураком. И как ты думаешь, Петунии при её капиталах приятнее иметь мужем красивого и здорового мужика или какого-нибудь изнеженного богатенького задохлика? Если бы она не положила на тебя глаз, неужели бы согласилась на свидание?
– Как-то ты меркантильно рассуждаешь, – с сомнением в голосе произнёс Лёва.
Вадим похлопал его по плечу:
– Слушай, что старшие говорят! И мотай на ус! Любовь без расчёта обречена на гибель. Это всё сказки для легковерных дурачков. Слушай свой разум, а не только сердце.
– Ты сам, наверное, так поступал? – с улыбкой спросил Посейдонов.
– Э-эх! – рассмеялся Сырников. – Если бы я в своё время включил мозги, наверное, был бы твоим начальником я, а не Пискун! Просто мне никто не давал таких ценных советов! Так что пользуйся!
Чтобы произвести хорошее впечатление на Петунию, Сырников посоветовал Лёве пригласить девушку в «Золотой Октопус». Он связался со своим приятелем Кухареком и забронировал столик на субботу. Посейдонов едва дождался судьбоносного дня. Весь вечер накануне он готовился к предстоящему свиданию: мылся, брился, отпаривал свой лучший (он же единственный) костюм, начищал до блеска туфли. Всё приходилось делать самому, поскольку на универсального робота-помощника он ещё не заработал, но эти хлопоты были молодому человеку в радость.
Связавшись утром с Петунией и получив подтверждение её согласия на встречу, Лёва купил великолепный букет экзотических цветов и, взяв космотакси, на крыльях любви полетел к дому Шульцев.
Петуния вышла к нему в белом, простого кроя, но, очевидно, очень дорогом платье с открытыми плечами, выгодно оттеняющем загорелую кожу. Пышные белокурые волосы были слегка растрёпаны по последней моде. На руках у неё были серебряные браслеты, шею украшала нитка жемчуга, изящные ножки были обуты в лаковые лодочки. Хоть сейчас под венец! Посейдонов, преодолевая охватывающее его каждый раз при виде Петунии смущение, протянул ей цветы и поцеловал руку. Петуния опустила лицо в букет.
– Ах, как мило! – прощебетала красавица. Глаза её сияли среди орхидей.
Космотакси взмыло за облака и унесло влюблённых на орбиту.
Внутри заведения звучала весёлая музыка. Цефалоиды самозабвенно играли вальсы Штрауса. Кухарек встретил гостей лично. Столик на двоих был расположен у самого иллюминатора, за которым проплывала в белом кружеве облаков прекрасная Земля.
– Рекомендую космояйца! Свежайшая партия, только вчера доставили. Особенно хороши под соусом бешамель.
– Знаем, пробовали! – с видом знатока важно кивнул Лёва, передавая Петунии сенсорное меню. – Выбирайте, пожалуйста!
Разумеется, она выбрала космояйца, ну и ещё кое-что, много кое-чего. Посейдонова охватил лёгкий страх, он начал в уме прикидывать свои финансовые возможности. Вроде бы хватало, но сомнения оставались. Вдруг ей захочется добавки. Он решил, что в крайнем случае попросит у Кухарека отсрочки платежа, а пока заказал всё, что пожелала Петуния и половину космояйца себе.
Крылатое блюдо, заполненное изысканной снедью, выпорхнуло из кухни и, описав в воздухе полукруг, плавно приземлилось на столик. С другого конца зала, от барной стойки, прилетела бутылка шампанского в ведёрке. Робот-червячок, извиваясь всем крошечным телом, аккуратно снял с горлышка фольгу и мюзле и, включив красный огонёк сигнала, зафиксировался на пробке, ожидая команды.
– Пли! – смеясь, приказала Петуния. Раздался громкий хлопок, пробка улетела в потолок, струя шампанского вырвалась из бутылки, Лёва едва успел подставить бокалы.
– Виноват! Виноват! – сконфуженно повторял червячок. Петуния, не переставая смеяться, щёлкнула его по замигавшему часто-часто огоньку. Огонёк стал зелёным и через несколько секунд погас. Червячок свалился в ведёрко со льдом.
– Весёлое начало вечера! – воскликнула Петуния и внезапно предложила:
– А давайте на брудершафт!
Лёва был слегка ошарашен такой смелостью, но разумеется, принял предложение с радостью. Они осушили фужеры с шампанским и поцеловались. Поцелуй получился долгим и совсем не братским, но прервать его никто из них не спешил. Цефалоиды, по-видимому, что-то не так поняли и дружно грянули марш Мендельсона.
Сказать, что Посейдонов был счастлив – значит не сказать ничего. Теперь они были с Петунией на «ты», и еда была превосходна, и Земля за стеклом иллюминатора казалась лучшей из планет, и будущее было сияющим и счастливым.
Хорошенько выпив и закусив деликатесами, они разговорились, как будто были давними друзьями, хотя знали друг друга совсем немного времени. Хотя больше говорила Петуния, а Лёва любовался её красотой и наслаждался нежными звуками голоса.
– У нас скоро будет своя ферма по производству космояиц, – рассказывала она. – На Марсе уже всё готово для этого. Поскольку сила тяжести там меньше, чем на Океаниуме, то и яйца будут крупнее и тяжелее раза в два, а то и в три. Главное, хорошо кормить этих птиц. У нас так произошло с ящерицами с планеты Рекс.
Петуния взяла с блюда копчёный хвостик ящерицы и повертела им перед носом Посейдонова.
– Видишь, какой маленький! А на Марсе – ого-го! И они там даже дышат самостоятельно. А вот несушкам яиц нужен купол, но, возможно, они тоже со временем приспособятся. Между прочим, у меня тоже доля в фирме, хотя она и называется «Шульц и сыновья».
«Зачем она мне всё это рассказывает?» – подумал Лёва. – «Разве мне нужны её деньги? Да будь она даже нищей, я бы не перестал любить её!»
Он сообщил, что был недавно на Марсе и видел этих ящериц.
– Они действительно огромных размеров!
– А главное, очень полезны! – подчеркнула Петуния. – Как для человечества, так и для нашего бизнеса. Птички с Океаниума, я надеюсь, тоже принесут немало пользы. Надо только всех их поймать.
– Как поймать? – не понял Лёва.
– Ой! – Петуния прикусила язычок. – Папа просил никому не говорить. У нас случилось небольшое ЧП. Но это между нами. Короче, отловленные птицы были сначала доставлены на Землю. На Марсе, кажется, ещё не всё было построено для них. Впрочем, в детали я не вникала, этим занимается брат. Вольер, где они содержались, оказался недостаточно прочным, и птицы смогли улететь. Было два самца и четыре самки для начала. Их удалось недавно обнаружить, кажется, на побережье Турции. Или в Крыму, точно не помню. Из-за неправильных действий ловцов один самец, к сожалению, погиб, остальные разлетелись кто куда. Где они теперь – одному богу известно! Всё это не так критично, ведь птицы обошлись нам практически бесплатно, не считая расходов на транспортировку. Но наши компаньоны хотят подать в суд за нарушение условий контракта. Вот это очень неприятно. Репутация фирмы под угрозой. А тут ещё этот несчастный случай с моим андроидом, то есть, с этой девушкой… Я уверена, что садовник не замышлял убийство человека, он действительно думал, что Эльза – робот, и просто хотел его сломать. Ты ведь тоже так считаешь?
Её васильковые глаза смотрели на Посейдонова с надеждой.
– Садовник пока ни в чём не признался, – пожал плечами Лёва. – Покарано делать выводы. Но следствие идёт, ты не беспокойся.
– Я так боюсь скандала в прессе! – печально вздохнув, призналась Петуния. – Это может привести нашу фирму к краху!
Посейдонов со всей ответственностью заверил её, что дело будет раскрыто и лично он приложит все усилия к тому, чтобы сохранить честное имя семьи Шульц. Петуния сразу повеселела, и они продолжили трапезу.
Солист-андроид под аккомпанемент оркестра спел несколько песен, все сплошь о любви. В ресторане были и другие посетители, но казалось, что музыканты играют только для Лёвы и Петунии.
– Идём танцевать! – воскликнула вдруг она. Лёва был так себе танцор, но, видно, космояйца так благоприятно подействовали на него, что молодой человек не стал отнекиваться, и пара пустилась в пляс под звуки вальса и аплодисменты присутствующих. Тут же к ним присоединились ещё несколько пар, среди них двое марсиан, находящийся в командировке собакоголовый обитатель системы Сириуса с местной девушкой, вездесущие китайцы, слепая гидра, танцующая без кавалера, и другие.
Внезапно выключилась искусственная гравитация, и на некоторое время внутри спутника возникло состояние невесомости. Длилось оно не более полутора минут, никто из посетителей даже не успел испугаться, наоборот, всех охватило чувство радости, граничащее с восторгом. Танцующие пары продолжали кружиться в воздухе, вместе с ними по залу летали тарелки с едой, ложки, вилки, ножи, бутылки, рюмки и салфетки. Цефалоиды, потеряв точку опоры, каким-то непостижимым образом продолжали играть весёлую полечку. Лёва, воспользовавшись ситуацией, обнял свою партнёршу покрепче и прижал к себе. Петуния, притворяясь, что ей страшно, обхватила его за шею. И они снова поцеловались. И это был счастливейший момент.
Потом гравитация вновь заработала, все опустились на пол, кто удачно, а кто и не очень. Собакен с Сириуса придавил гидру, один из китайцев влетел на кухню и упал в кастрюлю с солянкой, цефалоид, ударившись о барную стойку, сломал клешню. Сверху посыпались столовые приборы и еда с тарелок, кого-то облило вином, кого-то супом, кто-то получил по голове бутылкой. К счастью, серьёзно никто, за исключением музыканта, не пострадал. Впрочем, для цефалоидов такие травмы не представляют большой опасности, у них всё заживает в течение двух-трёх дней, даже без применения лизардия.
Лёва с Петунией совершили мягкую посадку на спину очень лохматого марсианина. Вилки и ножи пролетели мимо них, так что эта маленькая авария не вызвала у влюблённых ничего кроме радостных чувств. Они вернулись за свой столик, сервировка которого, как и на соседних столиках, подверглась разгрому.
Кухарек в сопровождении роботов-уборщиков бегал по салону, извиняясь перед каждым посетителем и сообщал о тридцатипроцентной скидке на всё, включая алкоголь. Лёва вздохнул с облегчением, теперь-то уж он сможет расплатиться без проблем. Он заказал ещё шампанского и десерт. В общем, вечер прошёл замечательно.
Орбитальный ресторан успел обогнуть Землю уже пять раз, когда они наконец собрались домой. В такси Петуния, положив голову на плечо Лёвы, мечтательно смотрела на звёзды, сияющие в чёрной безвоздушной пустоте, а он то и дело целовал её волосы, нежные мочки ушей с бриллиантовыми серёжками и пухлые губы, пахнущие клубникой.
У дома Шульцев они ещё раз крепко поцеловались на прощание.
– Я поговорю с папой, – сказала она. – Надеюсь, он не будет против наших отношений. Ты понимаешь, о чём я?
Лёва был готов на всё.
Глава 9
– О, братец кролик, да ты весь сияешь! Что, сделал предложение фрейлейн Шульц? Признавайся! – встретил в понедельник пришедшего на службу Посейдонова Сырников.
– Кажется, не я ей, а она мне, – попытался отшутиться Лёва. – Вот думаю, соглашаться или нет.
– Как-то быстро всё у вас, – с сомнением в голосе произнёс Вадим. – Может быть, и вправду стоит подумать. Я бы до конца не доверял этим Шульцам. Уж больно гладко всё идёт. Что, если тебя используют?
Счастливый Посейдонов только отмахнулся от коллеги:
– Да ну тебя!
– Кто тут кого использует? – поинтересовался тихонько вошедший в комнату майор Пискун. – Про меня, что ли, болтаете? Ужо я вас!
– Бог с вами, товарищ майор! – отшутилсяВадим. – Это мы про баб!
– Отставить посторонние разговорчики на работе! – приказал майор. – Дело прежде всего! У меня для вас новость – из лаборатории прислали анализ молодого Шульца.
Следователи уставились на Пискуна в ожидании оглашения результата анализа. Тот выдержал театральную паузу и торжественно сообщил:
– Действительно не он!
Довольный произведённым впечатлением, майор добавил:
– Решайте, кому лететь на Марс! А то и вдвоём отправляйтесь, может быть, больше толку будет! Насчёт командировочных я договорюсь. Думаю, это финал нашего дела. Найдите этого голубчика живым или мёртвым и привезите сюда.
– А вдруг не он? – выразил сомнение Сырников.
– Он! Нутром чую – он, сволочь! Больше некому!
– А вдруг нет? Он большой человек, неприятности могут быть! – настаивал Сырников, которому не очень-то хотелось лететь на Марс.
Пискун разозлился:
– Какой такой человек? Обезьян натуральный! И не таких сажали! Если что – извинимся, чай, не первый раз! Так что собирайтесь – и шагом марш на космодром!
Майор ушёл в свой кабинет. Ясно было, что он хочет поскорее закрыть это дело и с почётом уйти на пенсию. Бояться ему было нечего, в звании уже не повысят, а пенсию дадут и так и так. А для молодых офицеров следственная ошибка могла обернуться испорченной карьерой. Но приказ начальника надо было исполнять.
На следующее утро оба сыщика были в терминале космического порта и ожидали рейса на Красную планету. Сырников был угрюм и мрачен, перед отлётом он поссорился с женой, которой не понравилась внезапность этой командировки. Жена обозвала его слюнтяем, неспособным постоять за себя и готовым исполнять любые прихоти начальства.
– Лучше бы ты устроился в частное охранное агентство, как твой друг Вертухаев! – выговаривала ему жена. – И денег было бы больше, и забот меньше! Раз в неделю проверять исправность роботов, да следить, чтобы смазывали вовремя!
– Что бы ты понимала в робототехнике! – возмутился Сырников. – Вари свои борщи, а я буду заниматься своей работой! И фамилия моя в отличие от Вертухаева не подходит для охраны.
Жена зло рассмеялась ему в лицо:
– А уж Сырников для следователя так подходит!
– Не нравится моя фамилия? – взвился Вадим. – Тогда давай разводиться!
Конечно, до развода не дошло, перед отъездом супруги вроде как помирились, жена даже всплакнула у него на плече. Но осадочек остался.
Посейдонов не стал тревожить коллегу лишними расспросами. Найдя в зале ожидания укромный уголок, он включил свой маленький голографон старой модели и связался с Петунией. Крошечная фигурка размером с мизинец появилась на планшете. Она только что встала с постели и ещё не успела привести себя в порядок. Но даже сонная и растрёпанная, она была прелестна в своём розовом халатике и тапочках с пушистыми помпонами. Чувство нежной грусти охватило влюблённого юношу.
– Не скучай, – сказал он ей. – Я скоро вернусь
– Я буду ждать, – ответила она, мило зевая крошечным ротиком. Хотелось взять её за ворот халатика и посадить себе на ладонь.
Объявили посадку, и Лёва, наскоро попрощавшись, захлопнул планшет и поспешил вслед за понурым Сырниковым. Полёт до Марса прошёл не совсем гладко: по пути корабль попал под метеоритный дождь, который из-за работы временного ускорителя превратился в настоящий ливень. Заснуть под барабанную дробь метеоритов и постоянные потряхивания было совершенно невозможно, пассажиры жаловались на тошноту, стюард-андроид сбился с ног, разнося гигиенические пакеты и таблетки. Посадка тоже оказалась непростой – на Марсе бушевала песчаная буря. Пришлось сделать несколько лишних витков вокруг планеты. Наконец посадку разрешили, и измученные путешественники оказались в душном и тесном космопорту, где их ещё продержали полтора часа на контроле, а потом пришлось подождать, пока выдадут багаж. Короче, в этот день ни о какой работе не могло быть и речи, тем более, что в этом районе Марса уже наступали сумерки. Посейдонов и Сырников взяли такси и поехали в один из ближайших к космодрому городов под куполом, где остановились в бюджетной гостинице в двухместном номере с общей кроватью, в которую и завалились до следующего утра.
Отдохнув и выспавшись за ночь, напарники спустились в столовую, где им были предложены на выбор два блюда: питательный марсианский кисель зелёного цвета и биточки из марсианских шампиньонов. И то и другое по вкусу и виду было ниже всякой критики, и к тому же содержало малое количество калорий. Кое-как подкрепившись, Сырников и Посейдонов первым делом отправились в местное полицейское управление. Надо было идентифицировать разыскиваемого марсианина. Кроме видеозаписи из «Золотого Октопуса» никаких наводок на него не было.
Дежурный полицейский, длинношёрстный субъект огромного роста, встретил командированных коллег весьма радушно, но зачем-то начал с гордостью рассказывать о своей конторе, показал новое здание, поделился информацией о статистике раскрытых и нераскрытых преступлений, и в конце концов предложил посидеть за рюмкой чая. Сыщики попробовали вежливо отказаться, но он просто сгрёб их обоих своими огромными ручищами и затащил в кабинет.
– Вы не представляете, как я рад вас видеть! – восклицал он. – У нас тут такая скука! Я же целый день на посту, один как перст! В помощниках только роботы-кримина– листы, даже завалящего андроида нет! И на вызовы почти не выезжаем – так, мелкое хулиганствоили семейные конфликты, ничего серьёзного. Недавно на озере Верхнем случай браконьерства был. Но всех задержали и подвергли заслуженному наказанию. А у вас, вы говорите, убийство? Ай-яй-яй! Как интересно!
Сырников и Посейдонов пытались направить своего собеседника в нужное им русло, но это удалось сделать только после распития объёмистой баклажки марсианского эля, который оказался вполне себе качественным. Закуска тоже не подкачала, в отличие от гостиничного завтрака. Оба следователя слегка осоловели, но, являясь профессионалами, про цель своей командировки не забыли.
Дежурный полицейский, которого звали Луи Мишель, ни чуточки не захмелел, хотя выпил в два раза больше своих коллег-землян. Исполнив закон гостеприимства, он повёл следователей в архив, где хранились все данные о гражданах Марса, когда либо привлекавшихся к уголовной или административной ответственности. Загрузив видеоматериал, предоставленный сыщиками, в память компьютера, он включил идентификатор и пригласил гостей присесть в удобные кресла напротив большого экрана.
Поисковик немного пожужжал, и на экране начали появляться фигуры подозреваемых в полный рост. Фигуры рассматривались во всех ракурсах, и система давала заключение о соответствии с помощью цветового сигнала.
– Если параметры совпадут – будет зелёный свет, – пояснил Луи Мишель, – а так – красный.
Первым появился рыжий громила без передних зубов, неловко повертелся, улыбнулся злой кривой улыбкой и показал неприличный жест.
– Аркадий Тихий, – прочитал Луи Мишель информацию о правонарушителе. – Сорок восемь земных лет. Дважды привлекался за хулиганство, в семьдесят шестом и в восьмидесятом годах. В первый раз отвинтил штуцер у кислородной установки, во второй – мучил страуса. Сейчас находится на исправительных работах в кратере Скиапарелли.
– Ну, это явно не он! – в один голос произнесли сыщики, не дожидаясь, когда замигает красный огонёк.
Следующим был блондин с довольно миловидным лицом.
– Джошуа Шифрин, тридцать четыре года. Снимал утяжелители для обуви и пугал прохожих непотребными прыжками. Оштрафован на полторы тысячи марсианских марок.
Красный огонёк зажёгся быстрее, чем следователи успели что-то сказать.
Следующий кандидат оказался очень похожим на разыскиваемого марсианина: та же комплекция, тот же цвет шерсти, даже пиджак такой же. Поскольку черты лица подозреваемого на видеозаписи были нечётки, однозначно определить идентичность сравниваемых субъектов было крайне затруднительно.
– Это Сеня Барский, вор-рецидивист. Специализируется на краже булочек в частных пекарнях. Живёт в заброшенном бункере.
– Ну, это совсем не то! – разочарованно протянул Сырников. – Наш клиент достаточно состоятельный человек, вряд ли он опустился бы до такого.
– Не скажите! – возразил Луи Мишель. – У нас как-то проходил один клептоман, владелец транспортной фирмы, так он крал в супермаркетах всё, что плохо лежало: от шоколадных батончиков до женского белья.
– А у вас женщины носят бельё? – удивился Посейдонов, вспомнив мадам Буцефалофф.
– Наши дамы – редко, поэтому стоит оно копейки, а вот туристки гребут дюжинами, – пояснил марсианин.
Тем временем идентификатор дал всё-таки отрицательный ответ.
Просмотрели ещё два десятка лохматых претендентов. Все они казались на одно лицо. Видя, как устали гости, Луи Мишель предложил им ещё разок попить чайку, пока аппарат продолжит самостоятельный поиск.
– Возможно, тот, кого вы ищете, никогда не имел проблем с законом, – предположил марсианин. – Такие благонадёжные люди пока не внесены в базу данных. Тут мы от вас, землян, отстаём, но скоро всё наладится, годика через три-четыре марсианских.
– Нет у нас времени столько ждать! – раздражённо сказал Сырников. – Надо найти убийцу как можно скорее!
– Безусловно, надо! – поддержал его Луи Мишель. – Я со своей стороны готов оказать всю посильную помощь. Такие люди не должны находиться на свободе, ни на Земле, ни у нас на Марсе. Предлагаю выпить за это!
Ничего не оставалось, как поддержать тост хозяина. Тронутый радушием Луи Мишеля, подвыпивший и подобревший Посейдонов с удивлением заметил про себя, что его отношение к марсианам начало претерпевать некоторые изменения в положительную сторону.
К сожалению, поиск предполагаемого преступника не увенчался успехом. Попрощавшись с гостеприимным дежурным, сыщики вышли из полицейского управления. Солнце, прикрытое красноватой дымкой атмосферы, уже опускалось за непривычно близкий марсианский горизонт.
– Надо ехать в казино, где работала Эльза. Наверняка там найдутся нужные свидетели, – сказал Сырников. – Если не найдём подлеца, лучше нам не возвращаться.
Лёва был согласен с коллегой, хотя работать сверхурочно совсем не хотелось. Они вызвали такси и отправились в «Копьё Ареса».
Яркие огни заведения были видны издалека. Над входом в казино возвышалась сияющая статуя того самого Ареса, одетого в золотые доспехи. Арес потрясал длиннющим копьём, с острия которого сыпался золотой дождь. Такси подъехало поближе и некоторое время крутилось возле здания, ища место для парковки. На площадке сгрудились машины самых разных видов и марок – от тяжёлых, облепленных красной глиной, неряшливых вездеходов до лёгких как бабочки автолётов фирмы «Люфтваген» в марсианском исполнении. Публика, прибывшая в казино попытать счастья, также была весьма разношёрстной, и это были не только марсиане.
Сыщики прошли через контрольную рамку и, сдав в гардероб защитные пальто, направились в игровой зал. Здесь было очень шумно, воздух был густой и тяжёлый, видимо, вентиляция не справлялась с таким количеством народа. Пахло влажной шерстью, потом, дорогими духами и дешёвыми дезодорантами, непонятно каким алкоголем, вяленой рыбой и, кажется, даже серой. Публика самозабвенно играла во всё, во что только можно. Крутилась с противным визгом рулетка, лязгали игровые автоматы, надсадно кричали «бинго!» истеричные дамы, бросали карты на стол игроки в покер. Четверорукие крупье на роликах вертелись между столами, пластиковые пальцы, за которыми невозможно было уследить, плясали в воздухе.
Один из таких роботов подкатился к Сырникову и Посейдонову.
– Рад вас приветствовать в нашем казино! – пропищал он осипшим от трудов праведных голосом. – Вы, я вижу, у нас впервые? Во что хотите сыграть? Блэкджек? Кости? Может, в рулеточку? Давайте я вас провожу!
– Вот что, приятель, – строго сказал Сырников, поднося к дисплею робота командировочное удостоверение. – Мы сюда не играть приехали. Будь так любезен, проводи нас к хозяину этого дома грехов, или кто у вас тут главный.
– Хозяин, месье Пуансон, бывает редко, все дела ведёт директор, Пётр Иванович Кошатников.
– Веди к Кошатникову! – потребовал Вадим.
– Как велите доложить? – пропищал крупье.
– Следователи с Земли, по особо важному делу.
Робот радужно заиграл дисплеем, связываясь с начальником.
– Просите! – ответил тот через пару минут.
Крупье проводил сыщиков в кабинет директора.
Пётр Иванович Кошатников был довольно симпатичный метис землянина с марсианином, седой и серьёзный. Шерсти на теле у него почти не было, только на груди и на спине, но зато голову украшала роскошная, как у царя зверей, грива. Из одежды на нём были плисовые шаровары синего цвета и галстук-бабочка на мощной шее. Кошатников поздоровался со следователями за руку, и широким жестом пригласил присесть.
– Итак, господа, чему обязан вашим визитом? – спросил он мягким бархатным голосом, напоминающим мурлыканье кота.
Вадим вкратце изложил суть дела.
– Как же, как же, – промурлыкал Пётр Иванович. – Помню. Эльза Каминова, наша звезда. Так вы говорите, умерла? Жаль, очень жаль.
– Убита, – уточнил Посейдонов.
– Какой кошмар! – ужаснулся Кошатников. – И кто же совершил сие злодеяние?
– Вот, ищем. Рассчитываем на вашу помощь.
– Конечно, конечно! Чем могу – помогу. Вас, наверное, интересует круг общения Эльзы?
– Расскажите всё, что о ней знаете, – попросил Сырников.
– Здесь, в нашем казино, трудно что-то утаить. Все работники на виду. Что касается девушек, то они сами решают, как себя вести с клиентами. Не подумайте, что у нас тут бордель какой-нибудь. Никто никого ни к чему не принуждает. Но, знаете ли, здесь крутятся большие деньги. Много состоятельных людей приезжают поразвлечься. Соблазн, как говорится, велик. При приёме на работу администрация всех предупреждает о правилах поведения, о том, что надо вести себя достойно. Но не каждая устоит перед блеском золота и бриллиантов. Вот и Эльза не смогла сопротивляться. Сначала один богатый поклонник, затем другой – и пошло-поехало. Вы можете поспрашивать её подружек, уж они вам расскажут! Повлиять на её поведение мы никак не могли, свою работу по контракту она выполняла безукоризненно, а все эти проплаченные свидания с клиентами проходили за пределами казино. Так что учтите: администрация никакой ответственности не несёт. Все артистки у нас совершеннолетние и вольны поступать как им хочется. Мы можем уволить за опоздания, за пропуск репетиции, за выход на сцену в нетрезвом состоянии или несоответствие профессиональным требованиям. Эльза ничего такого не допускала, но слава о ней ходила, что называется, дурная. В конце концов её взял на содержание один очень богатый бизнесмен, и она бросила работу и уехала с ним. Ничего хорошего из этого не вышло. Через некоторое время она вернулась вся в синяках, рыдая, просила месье Пуансона принять её обратно. Я присутствовал при этом. Душераздирающая была сцена. Не знаю, что там у них произошло, но танцевала Эльза потом совсем недолго. Её «папик» приехал, требовал, чтобы она вернулась к нему, но девушка потихоньку сбежала, даже не взяв расчёт. Больше мы её не видели.
– А фамилию этого бизнесмена вы не знаете? Где его можно найти? – спросил Сырников, чувствуя, что развязка близка.
– Я лично не помню, но её подруга Люлю наверняка в курсе. Она сейчас солирует вместо Эльзы. Можете посмотреть этот номер, наши танцовщицы как раз выступают. Во втором ряду кордебалета у нас андроиды, а весь первый ряд и солистка – настоящие девушки!
Кошатников сопроводил следователей в зал, и вместе с ними присел за столик у сцены, на которой разворачивалось представление. Тут же к столику подкатился услужливый официант.
– Принеси-ка нам, дружок, графинчик водочки, да закусить, – приказал директор. Посейдонов и Сырников, уже наевшиеся и напившиеся в полицейском управлении, попробовали отказаться, но возражать львиногривому человеку было бесполезно.
– Не беспокойтесь, всё за счёт заведения! – ласково промурлыкал тот. – Представление продлится ещё пару часов, до полуночи. По окончании сможете поговорить с Люлю, а пока отдыхайте и наслаждайтесь. На Земле вы такого не увидите.
И правда, это шоу по размаху и качеству превосходило лучшие бродвейские постановки. Световые и музыкальные эффекты были поистине грандиозными. В программе были задействованы акробаты, жонглёры, дрессированные страусы, крокодилы и монстроподобные собачки марсианских пород. Актрисы кордебалета с потрясающей синхронностью исполняли батманы и пируэты, а прима-балерина Люлю крутила фуэте так, что возникали сомнения, действительно ли она настоящая девушка, а не запрограммированный андроид. Конечно, такое высокое качество легко можно было объяснить пониженной марсианской гравитацией, но впечатление от концерта было прекрасным, да ещё под рюмочку с хорошей закуской!
Сырников, находящийся после прилёта с Земли в печальном расположении духа, повеселел и взбодрился. Забыв о ссоре с женой, он с явным удовольствием разглядывал стройные ножки танцовщиц, мелькавшие совсем близко. Посейдонов тоже так увлёкся этим захватывающим зрелищем, что даже забыл на время о прелестях Петунии.
