Текст книги "Чудесная Беременность Самиры (СИ)"
Автор книги: Татьяна Буньковская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)
Предложение руки и сердца
В ресторан Самира пришла как полагается – голубое шелковое платье, оттенявшее цвет ее глаз и бежевые кожаные босоножки на шпильке. Неброский макияж делал ее нежной королевой, которая не вполне осознавала свою роль – еще слишком молода. Кирилл – молодой представительный мужчина, облаченный в темно-синий костюм, с уложенными густыми волнами каштановых волос на голове. Уверенность в себе читалась в каждом его жесте и в каждом взгляде. Победитель, так бы можно было его назвать.
Он встретил ее с радостной и восхищенной улыбкой, в который раз отметив про себя, как ему повезло с красотой его избранницы. Хотя у его родителей именно к ее красоте были основные вопросы – они сомневались, что такая заметная девушка может стать верной спутницей их сыну. Но этот союз сулил выгоду всем, поэтому и его родители и отец Самиры только и ждали когда наступит благоприятный момент для узаконения этих отношений. Даже не смотря на то, что девушка еще слишком молода чтобы думать о браке.
Разговор с самого начала не клеился – говорили о погоде, о делах на работе, о поездке в Прагу, а когда затянулось неловкое молчание, официант вовремя разрядил обстановку, явившись за заказом. Кирилл попросил принести среди прочего шампанское, что насторожило Самиру еще больше – это на него не похоже. Ее худшие подозрения начали подтверждаться – скорее всего, сегодня их ждет серьезный разговор.
– Знаешь, ты сегодня необычайно красива. – беря ее за руку, пробормотал он, – Не могу найти слов. Ну, я не многословен, ты же знаешь, однако сегодня ты особенная, как и день этот.
– Спасибо. – попыталась улыбнуться Самира, но это у нее слабо получилось и обычно такой внимательный Кирилл это заметил – его серые цепкие глаза просканировали ее как рентген.
– Что случилось? – задал он вопрос, выпуская ее руку из своей и выпрямляясь в своем кресле, – Снова устала на работе? Я бы хотел, чтобы ты меньше тратила сил на эту свою работу.
«Эту свою» прозвучало обвинительно, холодный тон резал слух, и Самира поежилась, однако мягко ответила, что ей нравится ее работа. Кирилл пожал плечами и быстро поправил свои темно-русые волосы знакомым ей жестом – когда он был раздражен, он всегда так делал.
– Послушай, нам пора подумать о будущем и моя невеста не должна себя так изнурять.
Самира пристально посмотрела на него, но промолчала и взяла стакан с соком, который ей подал только что молодой официант.
– Лучше уладить все до нашей свадьбы. – сказал он, понизив тон, и девушка тут же закашлялась от неожиданности.
Взяв салфетку, она начала вытирать лицо и платье от капель сока и осторожно бросила в сторону Кирилла.
– Похоже на предложение руки и сердца.
– Да, может быть и несколько неуклюже, ну ты же знаешь, я не слишком-то сентиментален, а о моих чувствах тебе давно известно. – отмахнулся он, усмехнувшись улыбкой уверенного в себе красавца. Взяв свой стакан с водой, Кирилл отхлебнул глоток и поглядывал многозначительно на девушку, сияя от новости, которой огорошил ее только что.
– Ну да. – усмехнулась Самира, пожав плечами, – я помню: «заставляю сердце биться чаще и непозволительно регулярно думать обо мне».
Он не увидел сарказма в ее словах и довольно кивнул. Следующее, что он сказал, повергло ее действительно в шок, хорошо, что она оставила в покое этот стакан с соком.
– Я на днях обсуждал этот вопрос с твоим отцом, он одобряет наш брак. Так что к августу мы можем с тобой стать мужем и женой. Конечно, ожидание будет длинным, но я готов подождать…
– Кирилл! – не выдержала возмущенная Самира и перебила его. – Прежде чем говорить со мной ты говорил с моим папой?!
– А что, я выказал уважение ему! – чуть нахмурился парень и откинулся на спинку стула, чуть соединив кончики пальцев рук, словно сидел в зале заседаний, – Ты же не станешь меня обвинять в том, что я оказываю уважение твоему отцу?
– Уму не постижимо! – выдохнула Самира, не веря что это происходит наяву, – Если у меня мусульманское имя, это не значит, что я мусульманка. Мы в 21 веке живем! Кирилл, ты вообще в себе? Как ты можешь решать эти вопросы у меня за спиной?
Ее обвинения бросили его сперва в жар, а затем он побледнел и неловко оглянулся, опасаясь как бы ее никто не слышал. Он поправил воротник на рубашке, откашлявшись. Его недоумение нельзя было не заметить и ей хотелось и смеяться, и плакать одновременно.
– Чем ты недовольна? Ты станешь моей женой, у тебя будет все, что только захочешь. Разве я плохо отношусь к тебе? – скосив бровь задал он вопрос.
Боль вдруг начала пульсировать в висках как барабаны. О да, он очень хорошо к ней относится, порой даже как к статуэтке на полке. Пылинки сдувает, но вещь она и в Африке вещь. Девушка вдохнула глубоко, чтобы успокоится, мысленно сосчитать до десяти, но досчитала лишь до трех и уколола:
– Ты даже не спросил мое мнение. Я не собиралась замуж в ближайшее время! Понимаешь?
Она впилась своими голубыми глазами в эти серые сузившиеся от удивления после ее слов глаза Кирилла и надеялась, что она предельно точно дала понять как далеко он зашел в своих планах на их совместную жизнь без ее мнения. Проходила медленно минута, прежде чем до него начали доходить ее слова целиком, и лицо мужчины начало вытягиваться от изумления, а затем в глазах начала читаться обида и неприязнь.
– Ты хочешь сказать, что ты мне отказываешь? – полушепотом спросил он, впившись в нее гневным взглядом, уже не оборачиваясь в поисках случайных свидетелях его позора. Дело было серьезно. В его вариантах мира отказа девушки быть не должно было. В его жизни вообще такое не должно было случиться никогда!
– Ты слишком рано начал говорить о свадьбе, да и само предложение было более чем неуклюже, как ты справедливо заметил ранее. – она сделала попытку встать, швырнув салфетку на пустую тарелку, но он внезапно крепко ухватил ее за руку.
– Ты не можешь уйти, Самира, и оставить меня вот так. Твои детские обвинения и иллюзии, которых ты нахваталась в красивых фильмах и романах нелепы. Хочешь сбежать как капризное дитя? Пожалуйста, только я не уверен, что мы вообще с тобой еще когда-то свидимся. – назидательным тоном, словно учитель закончил он свою речь.
Хорошая же была бы у нее жизнь, свяжи она ее с Кириллом! И это только начало!
– Это твое право. – сказала Самира, отгораживаясь равнодушием, что она умела лучше всего.
Официант с шампанским был у их столика как раз в тот момент, когда девушка встала из-за стола и направилась к выходу очень спокойным, даже неспешным шагом. Словно в ней не бушевала эта буря негодования от того, что сейчас произошло.
Подумать только! Их такие романтические отношения, его отношение к традициям, целомудрию до свадьбы казались ей верхом желаемого. Учеба, работа, серьезный парень и вот свадьба была бы просто вишенкой на торте ее жизни. Но до того, как в ее жизнь ворвалась эта подозрительная беременность.
Самира шла, не жалея шпилек, домой по теплым майским улочкам города, было еще не темно и люди наслаждались пятничным вечером. Какая-то отстраненность завладела девушкой, словно это не она сейчас дала от ворот поворот такому серьезному и перспективному молодому человеку. Какая-то часть ее понимала, что это было глупо, а другая половина наслаждалась прогулкой. Через час только она была дома, но этот час был самым свободным по ощущениям, ей казалось, что она птица, выпущенная из клетки, и парит в небе. Все, что было так важно стало совершенно не важно.
Дома, однако, это ощущение полностью покинуло Самиру, она упала в кровать и плакала в подушку, ругая себя за то, что так поступила. Кирилл ни в чем не виноват, он мог бы быть ей хорошим мужем. Если бы не этот внезапный ребенок, так бы и случилось. У нее никогда не хватило бы духу отказать ему, она бы вышла за него в свои 20 и стала бы молчуньей мамой. Из-за этого дитя она совсем с ума сходит! Впереди два выходных, как жаль, а то бы завтра пошла и избавилась от ребенка, пока ее жизнь не разрушилась полностью.
Нужно смотреть правде в глаза, в ее жизнь никак не вписывается материнство. У нее учеба, работа, подруги, отец! Что они скажут, когда узнают? Да и что она скажет по поводу отца ребенка?
Пока Самира горевала, вытирая слезы от того, что лишилась партнера, боясь теперь быть одной и жалея, возможно, незаслуженно обиженного ею Кирилла, в ней умирала пугливая девочка. Девочка, которая боялась совершить ошибку, боялась обидеть людей и боялась не оправдать ожиданий, уходила навсегда. И начала проявляться та, которая готова взвалить на себя ношу последствий своих действий, которая поняла, что теперь она должна думать только о своей выгоде, о своей жизни. А это было не легко. Поскольку Самира прекрасно знала чего от нее хотят другие, но совершенно не знала чего на самом деле хочет она…
Смысла нет
Утром следующего дня в Самире очнулся логик. Не успела она проснуться, как нырнула в интернет, чтобы найти случаи такой беременности. Конечно, она знала о Деве Марии, но к счастью не была религиозным человеком, чтобы засорять себе мозги подобными мыслями. Иначе бы сошла с ума. Во всем должно быть свое объяснение. Утром она твердо решила, что послезавтра, прямо с утра, идет в гинекологию и решает вопрос окончательно, пока ее жизнь не полетела в пропасть. А сейчас же у нее есть время, чтобы все понять и во всем разобраться.
Странное дело, что как только она пыталась вспомнить, где это могло случиться, то ее мозг словно перегревался, и девушка ровным счетом отключалась, порой даже засыпала. Измотав себя таким образом, Самира поняла, что пока не будет об этом много думать. Суббота, вконец измучившая Самиру, подходила к концу, но ни интернет, ни раздумья и логические цепочки ее не порадовали, все было путанно. Непорочное зачатие, как бы она желала в это не верить, встречается у насекомых и даже некоторых видов ящериц. Называется партогенезом и якобы таким образом на свет даже реально появлялись дети, девочки. Но ни одного документально зафиксированного случая не было. Хотя ученые склоняются к мысли, что однажды для размножения женщинам не нужны будут мужчины, и они сами собой смогут производить на свет дочерей. Мужчины же за ненадобностью исчезнут.
ЧТО ЗА БРЕД!
Самира была сыта этими жуткими фактами, поэтому воскресенье она решила провести с Ритой, как обещала. И она приняла решение, что никому не скажет о своей проблеме, даже в женской консультации. Не хватало еще ей стать знаменитой сенсацией!
Ночью с субботы на воскресенье девушка работала над отчетом, а затем, когда он был готов, принялась за отложенную ранее выпускную работу. Если сон не шел к ней, то хоть цифры должны оградить от навязчивых мыслей, которые ничего, кроме жалости к себе не сулили. Итак, ей удалось заснуть только тогда, когда рассвет озарил розовым светом край неба. Самира легла в постель, как ей казалось, только на несколько секунд, но когда очнулась ото сна, было давно десять утра, и ее телефон разрывался в прихожей. Со сна девушка вскочила с постели и бросилась в прихожую, на ходу зацепив локтем сумку, которая тут же упала с полки на пол. Когда девушка добралась к телефону, он звонить перестал, а пропущенных звонков на экране оказалось много. Последняя была Рита.
И тут Самира вспомнила, что обещала погулять в парке с подругой. Идти никуда не хотелось, но каким-то чутьем она понимала, что ей нужна эта прогулка, чтобы не сойти с ума дома. Мало ли что еще она найдет в интернете и до чего додумается! Наклонившись, Самира подняла упавшую сумку и из нее посыпались вещи. Среди прочего там оказался белый платок с вышитой на нем лилией. Самира о нем совсем забыла, но как только теперь взяла в руки, ее накрыла волна покоя, и слегка притупилось ощущение боли в висках. Что-то было такое в этой вышивке, чего Самира не понимала, но ощущала как источник исцеления для ее мечущейся Души. Сложив в сумку все, что из нее выпало, она взяла этот платочек и отнесла его в спальню, чтобы убрать в ящик стола.
Погодка выдалась не очень летняя, ветер был прохладный, небо стало пасмурным, и хоть дождя не было, девушки кутались в свои джинсовые куртки, идя по парковой аллее. Даже Рита дрожала от холода с недовольным лицом, что на нее вовсе было не похоже.
– Ну вот, а синоптики говорили, что будет солнышко, плюс двадцать три. Через четыре дня лето, а погода с ума сошла.
Самира кивала и молча слушала подругу, вовсе не участвуя в разговоре, вскоре это было замечено проницательной Ритой, и она не выдержала и спросила:
– Где ты летаешь? Расскажи, полетаем вместе. В последние несколько дней ты сама не своя. Может быть, у тебя неприятности на работе, или учеба? Кстати, как вы посидели в пятницу с Кириллом? Ты же мне не рассказывала! Хочу подробности из первых уст! Он по тебе, небось, соскучился с Праги. Колись, что-то подарил?
– Мы расстались. – обыденно поведала Самира, даже не глянув в оторопевшее лицо Риты
– Ого, поссорились, значит. – через время наморщив лоб сообразила Рита, вновь подстраиваясь под шаг Самиры. – Ну не переживай, помиритесь.
– Рита, мы не поссорились, а расстались. И мы не помиримся. Все, давай лучше не будем об этом. – Самира говорила об этом без раздражения, а таким тоном, словно рассказывала что ела на завтрак.
Любые отношения, которые разрываются должны переживаться эмоционально. В этом была убеждена Рита. А у Самиры вроде бы с этим парнем все серьезно было. Тогда что происходит?
– Хм, жалко, серьезный был парень. – проигнорировала просьбу подруги Рита, поспевая за ускорившимися шагами Самиры. – Но ты не волнуйся, какие наши годы! Тебе слишком серьезный ухажер пока рано. Давай, зайдем в кафе, погреемся, там все и расскажешь?
Самира была не против погреться, но ничего рассказывать не собиралась и молча пила чай, глядя в окно на то, как серые облака проплывают над верхушками деревьев, словно наполненные слезами, да слезы эти так и не могут излиться. Вот-вот, да никак. Рита почувствовала, что пока лучше действительно сменить разговор, и только она снова решила коснуться темы погоды, как Самира задала такой вопрос, от которого Рита вся напряглась.
– Как ты думаешь, то, что пишут в Библии – правда? Я имею в виду о жизни святых, о Христе, о его матери Деве Марии.
– Ээээ. Мммм. Возможно…
– Моя мама читала Библию. – объяснила Самира, проигнорировав шокированный взгляд рыжей девушки. – Она так же читала Коран, а еще Веды, да и еще много всего, что таит хоть какую-то истину. Это случилось с ней после того, как она и ее подруги ушли на берег моря без родителей и она чуть не утонула. Ей тогда было двенадцать. Ее спасла женщина мусульманка по имени Самира. Мама потом искала свою странную спасительницу, чтобы отблагодарить, да так и не нашла, а в благодарность ей меня назвала в ее честь. Именно с тех пор маме стало интересно, чем отличаются религии. А так, как она родилась в семье атеистов, у родителей мало что бы ей удалось узнать. Только в святых писаниях мама могла найти ответы на интересующие ее вопросы.
– Я представляю, как испугались ее родители. – хмыкнула Рита, смотря на подругу настороженно, пряча за чашкой с кофе гримасу нервной улыбки. – ну, когда она заинтересовалась религией. Вот я сейчас примерно то же ощущаю.
– Да, – с улыбкой кивнула Самира, погрузившись в свои воспоминания, – но вскоре дедушка и бабушка успокоились, так как мама только читала. За большим дело не стало. Когда вышла замуж, у нее появилась я, она забыла о своих поисках. Эти громадные тома до сих пор стоят на полках в папином кабинете.
– Бедная ты моя, – сказала Рита, рассматривая грустными глазами Самиру, начиная догадываться в чем дело. – Ты, наверное, очень одинока сейчас? Еще и с Кириллом поссорилась. Зря ты мне не позвонила вчера, я бы приехала, мы бы поговорили, посмеялись, как я это люблю и тебе бы стало легче!
Самира внимательно посмотрела на Риту и улыбнулась совершенно спокойной улыбкой.
– Разве я похожа на несчастную либо одинокую? У меня есть ты, папа, подруги в университете, даже на работе есть с кем поболтать. Нет, я не одинока.
Самира оказалась права, на несчастную она в данный момент не похожа, но и на себя тоже. Что же тогда с ней случилось? Почему она какая-то странная? Не потому ли, что есть то, что она скрывает, ведь к чему все эти разговоры о Библии, о маме, это с ней было впервые. Человек вспоминает о Боге в моменты жизненных кризисов, эту истину Рита успела усвоить. Наверное, разрыв с Кириллом немного вышиб бедную девушку из колеи. Словно разрушая эти мысли, Самира улыбнулась и, облокотившись о мягкую спинку стула, продолжала наблюдать небо в окно.
– Самир, – осторожно позвала Рита. – Ты, наверное, не слишком-то и расстроена тем, что вы с Кириллом…
– Я не расстроена. – перебила она тихо. – Я даже рада, мы не подходили друг к другу.
– Эээ… – Рита поставила свой кофе и задумалась, а затем мягко спросила. – Ничего больше не хочешь мне рассказать?
– Хочу. Здесь рядом есть маленькая церковь, пойдем со мной?
– Давай, конечно.
Рита больше не хотела ничего спрашивать. Если бы Рита была в печали, то она сама бы потащила подругу в церковь, в минуты горя ей всегда очень хотелось к иконам. Тем не менее, она сочла нужным не вмешиваться и ждать, пока Самира сама расскажет в чем дело. Хотя терпением Рита никогда не отличалась.
Самира бы рассказала, конечно, но не могла определить еще что хочет найти в этой церкви. Когда она стояла у иконы Христа, то пыталась что-то понять, почувствовать, но тщетно. Тогда она нашла икону Девы Марии, у которой стояли белые красивые лилии. Опять ничего. Запах свечей и ладана душил Самиру, полумрак делал ее настроение мрачным, и она просто сбежала из церкви как грешница. На выходе старушка, собиравшая пожертвования так ей и сказала «Грешница!» В джинсах в церковь, даже шарф на голову как следует не надела!
Рита с раздражением выслушала эту тираду, еле сдерживаясь чтобы не нагрубить в ответ и помчалась за Самирой, которая спешила в сторону парка. Эти старые женщины у церквей всегда знали кто грешник, а кто нет. У них просто развлечений нет других в жизни. Самира даже не глянула в сторону набожной старушки, а просто пошла словно из магазина вышла. Рита не стала останавливаться ради перепалки с бедной женщиной с узким мышлением. Когда она настигла свою подругу, то хорошее настроение, с которым Самира входила в эту церковь, уже не читалось на ее лице. Она была разочарована и грустна.
– Что случилось? – спросила Рита, – Не пугай меня, что с тобой происходит? У тебя какое-то горе? Что-то с папой? Что-то с тобой? Какая – то болезнь?
– Его нет. – отозвалась Самира
– Кого нет? – переспросила Рита, поправляя сумку на плече и всматриваясь в глаза Самиры, пытаясь поймать ее взгляд
– Смысла происходящего.
– А… а что происходит?
– Уже ничего. – упавшим голосом ответила девушка и продолжила путь.
Рита потопталась на месте, а потом обернулась к церкви и пожала плечами, окинув это место для верующих подозрительным взглядом от фундамента до самого креста на куполе, словно он был подозрительной личностью. Когда рыжеволосая девушка обернулась, посмотрела в сторону удаляющейся подруги, то увидела, что сквозь облака выглянул луч солнца и осветил тот участок дороги, по которому, опустив голову, неспешно шла Самира. Бежевый шарф сполз с ее головы и развивался за спиной подобно крыльям. Девушка шла, ничего не замечая, а луч солнца следовал за ней, освещая ее путь.
Тимур
На утро следующего дня Самира с восьми уже побывала в поликлинике и договорилась на этот же день на двенадцать в женской консультации. Сдала кровь. Деньги решали все и слабые возражения «на эту неделю свободного времени нет» были тут же устранены. Не кушать? Спокойно! У нее нет аппетита который день. Пациентку на неприятную процедуру уже ждали даже с нетерпением! Осталось только отпроситься на работе с одиннадцати и все.
Что чувствовала в душе Самира, когда шла на работу с мыслью о том, что никакого ребенка через три часа не будет? Ничего, она словно смотрела на мир со стороны, или это ее разум выбрал так смотреть на мир. Как будто это не с ней сейчас происходит, а просто плохой сон. Она проснется после наркоза и все будет как раньше… почти все.
Когда задерганная девушка явилась на работу, то принялась за свои дела с самым что ни на есть обыденным видом: спокойно общалась с сотрудниками, пару раз смеялась на шутки Риты и, взяв отчет, так же спокойно пошла к начальнице.
Галина Сергеевна была занята – как всегда, в понедельник на нее навалилось много дел, а когда девушка принесла отчет и сообщила, что ей нужно будет отлучиться к стоматологу, та промурчала свое согласие и даже не подняла на подчиненную головы. Все было нормально, приближался час икс, Самира начала немного нервничать, воспаленными от недосыпа глазами смотря в монитор компьютера. Словно она могла сейчас сообразить что там видит! И внезапно за десять минут до одиннадцати к ней подошла Рита и предложила уйти пораньше пообедать вдвоем.
– Извини, я сегодня не остаюсь обедать, мне нужно уйти. – бросила Самира, стараясь спрятать свои дрожащие пальцы под столом на коленях.
– Да? – Рита подозрительно уставилась на Самиру и та поспешила отвернуться, чтобы не выдать волнения, которое вдруг начало одолевать ее, вырвавшись на свободу, словно дикий зверь. – Ну как знаешь.
– Привет, девчонки! – раздался внезапно веселый голос молодого мужчины за их спинами.
Подруги обернулись на этот голос, и их встретил приветливый взгляд кареглазого стройного парня, лет двадцати пяти. Он с улыбкой обвел подруг своим веселым, теплым взглядом и спросил:
– Ну как у нас в отделе? Ничего не случилось, пока меня не было эти недели?
Выглядел он игриво и радостно, но в глубине его глаз застыло напряжение, которое могло выдавать в нем не такую простую личность, которой он хотел казаться. Рубаха-парень не дослужился бы в столь зеленые годы до заместителя начальника рекламного отдела. Он своего не упускал и мог шутить, а затем сказать в глаза такую колкость, от которой мурашки по коже шли. И что греха таить, его здесь мало кто любил. Особенно за его дружбу с начальником своего отдела. Дружба с начальством здесь не приветствовалась и, можно сказать, что он с Самирой страдали от одного и того же – обвинений в использовании связей.
– Привет, Тимур. – весело поздоровалась Рита. – Давненько тебя не было! Как там в Питере?
– Все на месте. А вы чего такие скучные? Какая-то печаль случилась? – спросил он и направил свои смеющиеся глаза в оправе пышных милых ресниц на Самиру. – Двойку поставили?
Самира хмыкнула и отвернулась к своему компьютеру. Ей было сложно спокойно себя вести рядом с этим парнем. Что-то было в нем, что вводило ее в смятение и сердце билось, словно пойманная птица. С самого начала, как только она его узнала, в ней боролись странные чувства, которые она как могла запихивала обратно. Это была непонятная, но все же симпатия. Ей хотелось одновременно придушить его и находиться рядом, чтобы слышать этот хорошо поставленный голос. Хорошо, если бы его не было вообще! И в то же время Самира даже сама пугалась того, как радовалась она его присутствию.
Его жизнерадостность и позитив словно освещали пространство вокруг. И он притягивал взгляды всех женщин в их офисе без исключения. Что же, она тоже пала жертвой его обаяния. Тимур это, очевидно, чувствовал и не видел никакой сложности в том, чтобы хоть раз в день подойти к ней и поддеть ее своим сарказмом, который он почему-то называл чувством юмора.
Самира смолчала на его замечание о двойке. Он, почему-то обожал шутить по поводу того, что она студентка, словно студентка – это то же самое, что школьница.
– Я пойду, дела ждут, но еще вернусь, очень рад, что вы с нетерпением ждали моего возвращения! Особенно ты, рыжая королева Марго. Как ваше царское величество поживает? Надеюсь, тешит себя смехом в обеденный перерыв, развлекает весь отдел и продолжает бороться с непослушными кудряшками? – бросал он, отступая спиной по направлению к своему кабинету легкой поступью.
– Иди уже, Фигаро! – шутя погрозила кулаком Рита и вздохнула, покачав головой, когда он отвесил ей поклон и исчез за дверью.
– Вот уж шут гороховый! Никак не привыкну к его глупостям! Но какой очаровашка, а, Самир? – понизив тон, поинтересовалась девушка и глубокомысленно вцепилась взглядом в блестевшие от волнения синие глаза Самиры.
– Вы с ним были бы парочкой что надо. – улыбнулась Самира, поднялась с места и начала собирать свою сумку. ЕЕ было поднявшееся настроение от того, что пропадавший Тимур вернулся, упало когда она вспомнила что опаздывает на одну не самую приятную процедуру.
– Да ты что! Не мой тип… Вернее, отвратительный тип. Как его еще начальник не удалил от себя? – с подозрением спросила Рита, почесывая свой милый подбородок ярко красными ухоженными коготками и прищуриваясь словно кошка.
– Они так громко смеются в его кабинете, когда Тим у него, вряд ли кто-то захочет отказаться от такого друга. Вот я бы от тебя ни за что не отказалась. – улыбнулась Самира, выключив компьютер.
– Это пока он не подсидел самого начальника! – серьезно подняв бровь и сквозь зубы, чтобы никто не услышал, выдала Рита
– Да ты что! – оторопела Самира. Она не могла себе представить Тима в роли негодяя, подставившего своего друга.
– Вот увидишь, все к тому идет! – протянула Рита, и многозначительно прищурив свой зеленый глаз, посмотрела на подругу.
Самира лишь покачала головой и, взяв сумку, чмокнула подругу на прощанье.
– До завтра.
Лифт долго не поднимался, а когда он все таки открылся, и Самира в него вошла, то в него успел вскочить и Тимур в самый последний миг. Самира с удивлением уставилась на него, а затем на закрывшуюся за ним дверь лифта. Как это у него получается? Подлавливать ее именно тогда, когда она этого не ожидает? И всегда она ощущает себя после этого действительно маленькой студенточкой, как он изволит о ней шутить.
– Куда спешишь, глаза-озера? – спросил он, прислонившись небрежно к стенке напротив нее. – Сбегаешь? Наверное, жених ждет? Нет? Декан в гневе? Опять нет? Тебя послали за пончиками для бухгалтерии?
– Я смотрю, ты здорово отдохнул, прямо энергия из тебя прет! – сказала Самира, из последних сил сдерживая улыбку. Она старалась не смотреть в зеркало, чтобы не замечать как классно они смотрятся в этом лифте вдвоем.
Что за чушь! Что это с ней? Непрошенные мысли, назад! Не хватало еще, чтобы он подумал, что она флиртует с ним, подобно доброй половине женщин их отдела.
– Так вот увидел тебя и тут же сам не свой, моя Восточная Принцесса. – не сдавался Тимур, доставая ловко, словно фокусник кролей из шляпы, новые клички для девушки, – Так что это ты так рано домой? Не захворала ли? Смотри, начальник узнает и другу своему, который по совместительству твой папа, накапает. Будет дома скандал! Не боишься, что папа в угол поставит и без мультиков оставит?
Это было уже слишком!
– Вот тебе мой папа дался! Я вас познакомлю, раз тебе так неймется. – спокойно отвечала Самира, но в душе кипела. Тема дружбы ее папы и начальника ей жутко надоела. А от этого парня слышать это было вдвойне обидно.
– Хорошо бы, мне много чего ему сказать о тебе нужно. – загадочно заявил он, склонившись над ее ухом и обдав жаром своего дыхания.
Она промолчала и уставилась на дверь, в надежде на то, что та откроется пораньше. Только не поддаться его фокусам! Ему смех, а она свое тело унять не может в его присутствии. Это подло – ее тело играет против нее!
– Ты никогда не улыбаешься на мои шутки. – с наигранной обидой проговорил Тимур, сложив руки на груди
– Дело не в тебе. – попыталась убедить его Самира, изобразив наигранное раскаяние на лице.
– А в чем? – откровенно недоумевал парень, убрав маску шута и явив того серьезного себя, которым он был крайне редко. И этот настоящий Тимур пугал больше, чем наигранный.
– В твоих не слишком уместных шутках. – иронично ухмыльнувшись, сказала Самира и вышла в открывшуюся во славу всех Богов дверь лифта.
Тем не менее, он догнал ее у входа и пожелал хорошего дня, а так же осторожно переходить дорогу и другие наставления, которые можно давать маленьким детям. А на последок попросил позвонить, чтобы он не волновался, как она дошла. Или он нажалуется ее папе…
Девушка мысленно про себя посмеялась, и позволила себе улыбнуться, когда была точно уверена, что эту улыбку уже не увидит Тимур. Иногда он действительно был невыносим! И мог серьезно грузить собой – его было очень много. И это была игра, а Самира не понимала притворства. Если мужчина пытается из себя показать не того, кем есть на самом деле, это что-то значит не хорошее. Либо ему есть что скрывать, либо он презирает окружающих. Может, он презирает и ее, из-за того, что она устроилась к ним по связям? Девушка вздохнула. Почему то ей не хотелось, чтобы именно он ее презирал…
И почему-то именно ему ей сейчас хотелось рассказать, что она попала в самую страшную для нее ситуацию. Это странно, но так хотелось, чтобы он взял ее за руку!
Что это? Откуда такие мысли? Что-то совершенно глупое она сейчас подумала! Мысли, прочь! Нужно заняться важным!
Когда она перешла первую дорогу, чтобы на той стороне сесть в маршрутку, везущую в поликлинику, то увидела на часах 11:11, а ее маршрутка уже подъезжала к остановке. Следующую можно было ждать еще минут 20, так можно и опоздать!
Непонятно, о чем она думала, почему не посмотрела по сторонам, но то, что она стартонула с места, словно лесная газель, заслышав выстрел, было очень неожиданно для водителя белой Тойоты. Он хоть и ехал до 70, но вовремя затормозить не успел.
Визг тормозов и приближающееся справа белое пятно Самира уловила лишь на долю секунды, а затем провалилась во тьму.
