Текст книги "Чудесная Беременность Самиры (СИ)"

Автор книги: Татьяна Буньковская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Фанатики

Весть о том, что в лесу появился странный источник в камне, да еще и около смоляной фигурки девушки на стволе у старого дерева, облетела окрестность с невидалой быстротой. Всего спустя два дня первые любопытные из ближайшего села отправились посмотреть на сие чудо, да и попробовать водички. Вкус у родника был самый обычный: горный мягкий и чуть отдающий хвоей. Самире не удалось сдержать радостный поток слов Нади о том, что это Самира нашла родник, но люди были так взволнованы интересным фактом, что о роли девушки в этом событии пока все забыли.

Тут же из сельсовета появились люди, которые набрали воду на анализы, дабы утолить желание жителей узнать побольше о роднике. Конечно, больший интерес вызывал не столько родник, сколько лик девушки на дереве прямо напротив камня. Кто-то даже начал говорить, что это Богородица, хотя, сказать по правде, это могла быть любая девушка, смотря как посмотреть. А можно и вообще не искать в этом смоляном наросте никакого знака. Но это было невозможно, так как люди истосковались по справедливости и чудесам. Они желали в этих чудесах искать причину того, за что им, собственно, приходиться страдать в этой жизни.

Было даже не удивительно то, что те, которые пили воду из родника, начали говорить, что они лучше себя чувствуют, нормализуется давление, появляется бодрость и даже чистота мыслей. Стало понятно, что анализ воды может сделать так, что люди разочаруются, либо наоборот – поток людей и интерес к этому месту возрастет.

Анализ воды оправдал ожидания людей. Кроме серебра, в ней были те микроэлементы, которые полезны для здоровья, именно в том соотношении, которое наиболее оптимально для лучшего их усвоения и вдобавок необычайно высокая концентрация кислорода. В общем, люди получили подтверждение тому, во что хотели верить. Источник был чудом!

Но почему-то Самира испытывала неясную тревогу, и в одну из ночей ей приснилось, что она кормит воробьев, сидя на лавке, ухмыляясь их забавному чириканью. Голуби же сидели на другой стороне площади и ворковали, словно ожидая пока воробьи насытятся. И только девушка решила подозвать этих скромных птиц, как налетел ветер с песком и занес в ее глаза пыль, от которой она ослепла. Самира проснулась с ужасом и поняла, что песок в ее сне словно все еще остался на ее коже, глазах и в волосах, это ощущение нельзя было описать. Это был страх, смешанный с тоской…

Когда Василий и его семья уехали, пробыв здесь по причине появившегося родника намного дольше, чем хотели, Федор и Самира решили прогуляться. Они шли в поле, у края которого уже стояли новые ульи в количестве двадцати штук и вокруг пчелы гудели, занятые работой.

– Хорошо, все происходит как я и хотела. – поделилась Самира. – Теперь уж здесь не будут забывать чистить снег зимой и возить детей в школу. Это место может принести пользу.

– Боюсь, что к концу лета здесь появится еще не мало людей, желающих узреть чудо. – хмыкнул Федор. – Уединение хутора исчезнет. Паломники могут здорово испортить жизнь местным жителям. Хорошо пока хорошо.

– Люди верят в то, во что им хочется. – улыбнулась Самира, не разделяя тревоги ее друга.

– Мне кажется, только я увидел, что девушка из смолы – точь в точь ты. – сказал Федя и получил ее удивленный взгляд.

– Самира, если ты не хочешь со мной говорить на-чистоту, то позволь задать тебе хоть один вопрос. Я имею право на честный ответ, так как я твой друг.

Девушка остановилась, и они недолго молчали, стоя друг напротив друга. Ее взгляд выражал спокойствие и тихую радость, которой она была наполнена в последнее время. С тех самых пор, как он вернулся, он видел в ней этот странный блеск покоя и нежности, усиливающийся с каждым днем. Может быть, она такой и была, но он не знал?

– Самира, где отец твоего ребенка? Почему он не с тобой? – он задал этот вопрос волнуясь, словно совершал что-то нехорошее и его любопытство будет наказано.

– Если бы я могла честно тебе ответить, – сказала Самира, вздохнув и нисколько не обидевшись на этот вопрос. – Тогда бы со мной всего этого не случилось и я была бы дома.

Федор кивнул и опустил голову, закусив нижнюю губу. Это было то, что он и хотел и боялся услышать одновременно.

– Понятно. – сказал он твердо, – я продолжу играть твоего мужа столько, сколько это будет тебе угодно. Я даже готов стать отцом твоему малышу, когда он родится, будь во мне уверена, но одно я попрошу у тебя.

– Я слушаю.

– Будь честна со мной. Всегда. И проси моей помощи. Тоже всегда. Не бойся, я понимаю, что мы с тобой не пара, да и ты любишь того, кто почему-то не с тобой. Мне нужно только знать что ты в порядке. Этот источник появился слишком вовремя, чтобы ты действительно пока побыла в его тени. Чудеса будут приписывать ему, а не тебе. Но скоро не только я начну замечать сходство смоляной девушки с тобой, и тебе придется не сладко, даже может, поэтому ты уедешь.

Эти откровения, на которые он решился, были ему не присущи. Но девушка была рада что он все же затронул эту тему. Более того, она надеялась, что если такие вроде бы материальные люди как Федор принимают факт наличия чудес, то и остальные тоже могут это воспринимать нормально. Например, ее папа. Может быть, он поймет что такое возможно? Или Тимур? Мог бы он поверить в то, свидетельницей чего она стала?

– Я согласна, – кивнула понятливо Самира, – но в ответ я прошу тебя честно мне признаться вот в чем. Почему ты решил вернуться? Что толкнуло тебя приехать сюда и заняться таким странным делом? Ты же знаешь, что я здесь не собиралась долго задержаться. Я буду ровно столько, пока нужна.

– Это слишком личное. Если я расскажу, то ты подумаешь, что я сошел с ума. – хихикнул он неуверенно поглядывая на Самиру.

– Я как раз и есть та душевно больная, которая жаждет твоих откровений. – вкрадчиво заговорила Самира с шутливым блеском в глазах. Что еще может быть страннее, чем то, с чем ей уже пришлось столкнуться? Федор тоже понял резонность ее замечания.

Он усмехнулся и, посмотрев по сторонам, словно желая убедиться, что никто не слышит, сказал:

– Мне приснился сон, как моя бабушка говорит, что я должен поселиться в этом хуторе и жить в нем. Я подумал, что это знак. После того, как моя бабушка умерла три года назад, я не часто вижу ее во сне, но когда она мне снится, то происходит что-то важное. В ночь, перед тем, как я с тобой познакомился, она приснилась мне тоже. Просто молча смотрела на меня и улыбалась. И я понял, что должен тебе помочь. Когда Вася приехал я понял, что неприятности эти мне не нужны, но приснившаяся ночью бабушка заставила меня все же помочь тебе.

– Я очень рада, что ты тогда помог мне. Знаешь, дядя Миша очень заинтересовался твоими пчелами, до следующего года вы с ним удвоите количество пчелиных семей.

– Он замечательный мужик, думаю, мы с ним сработаемся. – довольно сказал Федор.

Когда Самира и Федор возвращались домой, то навстречу им выбежала Надя. Она была в слезах и, ничего не объясняя, бросилась к удивленной Самире в объятия и начала рыдать в плечо протяжно и громко, как может плакать только ребенок.

– Что случилось? Да что с тобой? – допытывалась перепуганная девушка, но ничего добиться от нее было невозможно.

И тут Надя выдавила одно слово:

– Мама…

Самира посмотрела вперед и узрела возле дома, метрах в ста от них, в тени крыльца, стояла худенькая женщина и смотрела наверх, где скрылась Надя. Очевидно, мама девочки получила письмо и все же решилась приехать.

Это появление Надиной мамы у всех вызвало разные эмоции. В основном молодую тридцатилетнюю женщину осуждали за то, что та бросила дочь, но когда ее же бабушка вызвала молодую женщину на разговор, подталкивая к откровению, которого так ждала Надя, то все услышали историю о том, как она убила сожителя, спасая трехлетнюю Надю от пьяного беспредела. А потом вернулась в свой городишко, где проживала и написала чистосердечное признание, дабы понести наказание. Отсидев восемь лет, женщина вышла, но не знала, как показаться дочери, да и бабушке на глаза, ведь из-за того жуткого случая девочка онемела, хотя до того щебетала как соловей. Она стала свидетельницей жутких событий.

Выслушав всю историю, Надя решилась подойти и обнять плачущую чужую пока женщину, которая была ей матерью и которую она так мечтала однажды увидеть. Конечно, должно пройти много времени, прежде чем все барьеры между ними рухнут, но Яна, так звали эту женщину, была полна решимости это сделать. И на ее лице читалась надежда на то, что все наладится и она сможет стать хорошей мамой этой девочке.

Самира в задумчивости смотрела на эту Яну и отметила, что она очень милая женщина и тюрьма не сделала ее «нечеловеком», как это бывало обычно. Она не убила в ней блеск совести и здравого смысла. Светлые волосы ее были собраны в короткий хвост на затылке, сарафан болтался на тонкой фигуре как на вешалке, но ее светлые серые глаза, в оправе темных ресниц смотрели открыто и приветливо ко всем, поэтому никто не мог сказать, что Яна здесь не ко двору.

Постепенно время показало свою правду и холодность к ней сменилась принятием, а затем и доброжелательностью.

У Яны в руках все горело, она была очень трудолюбивой и энергичной женщиной, не боялась совершенно никакой работы. Успевала всюду. И по хозяйству и со скотиной и на огороде. Единственное – это с дочерью она пока не знала как себя вести, чувствовала с ней себя не в своей тарелке. Она издали посматривала за тем, как дочь сидит за книгами с Самирой и вид ее был в это время совершенно несчастный. Тюрьма не превратила ее в монстра, но она добавила Яне неуверенности в себе и веру в то, что балом жизни правит несчастье и грусть.

Самира не стала оттягивать в долгий ящик и взяла Яну, ее дочь и они отправились в школу, как раз Феде нужно было что-то купить, и он их отвез.

Сидя на стуле у кабинета директора, Яна нервно посматривала в сторону дочери, которая ходила по школьному холлу и рассматривала картины, надписи и рисунки, в том числе и напутствия, которые остались после недавнего выпускного. Самира наблюдала за Яной, понимая, что не зря приехала с ними, этой женщине сейчас очень нужна поддержка.

– Я не вмію геть нічого, я взагалі маю шкільну освіту, а потім народила доньку. Погана з мене мати. – призналась она, – Чому я можу Надійку навчити?

– Вы лучшая мать, которая ей нужна. Именно ваша искренность и забота служат ей примером. – убежденно сказала девушка в ответ на эти откровения, – А учебу эта девочка и сама потянет. Поверьте, у нее желания и мотивации достаточно для того, чтобы быть не хуже остальных детей. Вы будете поддержкой друг для друга. Все наладится.

Женщина посмотрела на Самиру с благодарностью в глазах. Она хотела добавить еще что-то, но тема эта была так болезненна, что она не посмела делиться с ней. А Самира поняла, что ее очень заботит статус отсидевшей, который тенью падает и на Надю. Ее чувство собственной неполноценности считывались очень хорошо.

– Остальное, – сказала Самира, желая убедить Яну в тщетности ее опасений, – это уже ваши страхи, а не ее.

Когда по пути домой Самира увидела группу странных людей, поднимающейся в сторону хутора по трассе, ей стало не по себе. Два мужчины и женщина шли узреть чудо – новый родник. Самира попросила Федора не останавливаться, чтобы их подвезти и он, хоть и с удивлением, но выполнил эту просьбу. Что-то кольнуло ее в сердце, когда она глянула в их пристальные глаза из окна автомобиля. Это были настоящие фанатики, и они жаждали чудес как Мидас жаждал золота. И эта жажда была точно не от Бога…

Не прошло и двух часов, как эта группа явилась в селение, уже побывав перед этим в лесу у источника. Они восхищались вкусом воды, ликом янтарной девушки на стволе, вообще этим местом. Вроде бы между прочим, но они начали выведывать у людей о здешней жизни и наивные старички рассказали все о том, как в их хуторе появилась Самира. Потом о том, как Надя заговорила, о том, как Самира нашла источник и он оказался целебным, потом приехала мать Нади и все, в общем-то счастливы.

Когда жильцы хутора окончили свое повествование, то они уже сами начали не без помощи пришельцев склоняться к мысли, что именно благодаря Самире чудеса и происходят. Девушка жила с ними долго, как это они раньше не заметили, что Самира не простая девушка. Это осознание повисло в тишине, которую нарушил самый старший из пришедших путников. Глаза этого фанатика были холодными и пронзительными и он с такой ярой горячностью цитировал библию.

– А вы заметили, что девушка из смолы словно беременна, где-то на четвертом месяце, но уже хорошо это заметно. Ну а вы, Самира, когда ожидаете появления вашего малыша? – слова прогремели как раскат грома.

Девушка вжалась в спинку стула, на котором сидела и инстинктивно положила руки на живот, который ей больше хотелось не скрыть, а защитить. Это уж было слишком. Мало того, что жителям хутора теперь известно о ее беременности, так они теперь будут искать в смоляном наросте черты Самиры. Федор долго не ждал, он резко поднялся чтобы положить этому конец и выпроводить непрошенных гостей.

– Извините, вас это не касается! Дела моей семьи – это только наши дела. – с угрозой заявил он и злость в его глазах была неподдельной.

– Этот ребенок – настоящее чудо. – проигнорировал его выпад мужчина, пронзив холодным взглядом как лезвием, явно в восторге от того, что смог вызвать бурную реакцию у Федора, – а вы даже не его отец чтобы иметь на него права. То, что ваш брак не настоящий видно невооруженным глазом, и вы можете сколько угодно водить всех за нос. Но только не служителей божьих.

И тут совершенно неожиданно этот неприятный мужчина встал и, подойдя к шокированной Самире, склонился в низком поклоне.

– Вам здесь не место. – мягко и льстиво как змея пропел он, – Позвольте, мы позаботимся о вас, ибо мудрые наследуют славу, а глупые бесславие. Вы будете в безопасности там, где вас ждут любящие и верные братья и сестры. Это большая честь для нас!

Самира поджала губы, и в ее глазах появился такой знакомый Федору стальной блеск. Но он не обрадовался этому, особенно когда она резко встала и с яростью смотрела на того, кто так нагло лез в ее жизнь. Внезапно, совершенно неожиданно поднялся ветер, и серая туча заслонила солнце.

– Любишь цитировать Библию? – спокойно, неспешно и звенящим голосом спросила она, не обращая внимания на приближающуюся внезапно бурю, – Я тоже иногда читаю ее, так вот эту цитату ты точно не слышал: «Лжеапостолы, лукавые деятели, принимают вид Апостолов Христовых» А что дальше помнишь?

– Это Гордыня! – вскричал уязвленный человек, беспомощно наблюдая как Самира развернулась и удаляется прочь, – Ты пожалеешь, когда Сатана завладеет тобой и дитем невинным! Только с Богом ты будешь жить в Царстве Небесном! Покайся и приди в лоно братьев и сестер по вере! Это не твое дитя, это дитя мира! Это Спаситель!

Девушка обернулась, и в этот миг блеснула в потемневшем небе молния, а через три секунды раскат грома оглушил людей и пришлые незнакомцы пригнулись от страха.

– Много званых, но мало избранных. – произнесла она. Воцарилось недолгое молчание, а когда ветер начал утихать и внезапная буря постепенно устремилась вдаль, девушка продолжила. – Я вас не звала и я не была избрана. Вы ошиблись, а главным образом в том, что гордыня – это мой грех. Поищите гордыню в себе, этим сокровищем вы богаты изрядно.

– Ведьма! – кричал напуганный фанатик, когда Самира уже вошла в дом, – Бог не простит тебе! Бог все видит, как смеешь ты, невежда, решать за человечество?

И тут уж Федор не сдержался и незваные гости были изгнаны самым неприличным способом – вилами, а чтобы их прогнать, подключилась и Яна, которая с проклятиями бросилась на тех, кто не понимал слов «до свиданья» Она была просто одержима сохранить мир в месте, где жили дорогие ей люди. Теперь она показала, что для того, чтобы сохранить счастье, готова бороться.

Пришельцы, конечно, ушли, но они забрали с собою покой Самиры и всех, кто рядом с нею жил. А ведь она знала, что так однажды будет!

На следующее утро, не желая больше смотреть в растерянные и пытливые глаза жителей, Самира пошла к источнику и, сидя прямо на камне, обмакивая пальцы в тот родник, смотрела на девушку, которая явилась из смолы на старой сосне.

– А ведь она и впрямь словно ждет ребенка, – услышала за спиной голос Федора девушка, – Нашлись-таки умельцы наблюдать, я подумал уж, что люди вокруг слепы. Вернее, я надеялся, что они слепы, я так надеялся.

– Мне не до смеху, Федя. – вздохнула девушка, когда он к ней приблизился и сел рядом

– Ты не волнуйся, я со всеми поговорил, мы тебя защитим, в случае чего. – убедил он ее, поглядывая с жалостью на ее погрустневшее лицо, – Но, думаю, после вчерашней бури они сюда не явятся. Ты здорово их напугала! Да и меня, признаться, тоже… Не знал, что ты на такое способна! Давно это у тебя?

– Это была не я. – вздохнула Самира, давая понять, что не желает обсуждать вчерашний случай.

Федор на это предусмотрительно промолчал. Как бы он хотел верить, что все будет хорошо! Но нужно было быть глупцом чтобы надеяться на это. Он тоже знал, что теперь покоя не жди…

– Но они вернутся с подкрепленьем, возможно даже скоро. – проговорила быстро Самира, – И что тогда вы будете делать? Нет, я не дам в обиду стариков, инвалида и девочку!

– Тогда уедем? – с надеждой спросил Федор.

– Ты не Иосиф, чтобы изгнанником со мной скитаться, а я не Мария. – отрезала Самира и резко встала, – Ко мне Архангел не пришел и Бог со мной не говорил, да и религия – не мой удел. Я только спасти пытаюсь жизнь себе и этому ребенку. Я хочу жить в покое.

– Самира, – начал Федор, но девушка его перебила.

– Тебе здесь быть нужно, как бабка наказывала в твоем сне. А Яна будет чудной тебе женой и дети у вас свои будут! Но позже об этом поговорим, ладно? Не сегодня, иначе ты не поймешь что я хочу сказать и донести до тебя. А сейчас давай съездим в город, я куплю себе что-то из одежды, уже действительно живот в сарафан не помещается. Поедем?

Она столько наговорила, а затем так резко сменила тему, что Федор замешкался, а затем кивнул:

– Конечно!

Он с улыбкой взял ее под руку, и они направились в хутор, а Самира украдкой бросила прощальный взгляд через плечо на чудо-родничок из камня да девушки янтарной фигурку. Самире казалось, что еще не скоро она увидит это место. И была права.

Исчезнувшая Самира

Дорогой в районный центр, куда Самира направилась купить новую одежду, разговор не клеился и в машине было тихо. Федор сперва старался шутить, чтобы разрядить обстановку, но когда понял, что девушка не старается поддержать его в этом, успокоился и оставшуюся часть пути они просто молча ехали, слушая музыку по радио.

Не понято, о чем сейчас думала его попутчица, это не было похоже на меланхолию, но ему казалось, что он не сопровождает ее, а провожает. Как будто она уезжает насовсем… Музыка была ностальгирующая и сплошь грустная. Мужчина сменил несколько радиостанций, но так и не нашел что-либо веселое. Поэтому он вовсе выключил радио, и тогда даже звуки музыки исчезли из салона этого тихого автомобиля.

В небольшом поселке городского типа их машина осталась припаркованной у местного рынка. Вместе они нашли все, что хотела купить девушка, вернее, присмотрели. Но она пока не спешила покупать, хотела выбрать кое-что еще более подходящее и зайти в магазинчик неподалеку. Феде нужно было присмотреть запчасти на машину и поэтому они договорились встретиться через полчаса у автомобиля, припаркованного у самого рынка.

Девушка шла улицей мимо домов, магазинов и торговых точек неспешно, словно никуда сегодня не спешила и вообще вышла прогуляться, а не скупиться. Тем не менее, она зашла в один из этих магазинчиков, недолго походила мимо вешалок и полок с одеждой и вышла, так ничего и не купив. Уже было собравшись назад, к Федору, Самира увидела как на другой стороне дороги какая-то женщина покупала овощи у старой бабушки. Эта незнакомка стояла спиной к Самире, но что-то было в ее стане, движениях, одежде, во всем облике странное, что привлекло и уже не отпускало внимание.

Спустя минуту темноволосая, стройная женщина обернулась к Самире и, словно не удивившись прямому взгляду, который в нее впился, улыбнулась потрясающей улыбкой. В этой улыбке была сама жизнь, и сама легкость с простотой бытия. Это было глупо, но Самира могла поклясться, что уже видела раньше эту женщину и знает ее очень хорошо, но в то же время она понимала, что не могла ее нигде и никогда встретить, так как она точно бы ее запомнила. Это была моложавая, на вид сорокалетняя женщина с теплыми и лучистыми темно-карими глазами. Смуглота ее кожи выдавала в ней цыганку, либо индуску, но одета она была не характерно для этих национальностей – дорогое летнее чуть ниже колен белое платье с черным в белый горох широким поясом. Эта одежда куплена точно не на местном рынке и не в окрестных магазинчиках. В ушах брюнетки были небольшие аккуратные серьги из жемчуга, и к ним на шее кулон-подвеска – большая жемчужина овальной формы на тоненькой золотой, словно нить, практически не видимой цепочке.

От взгляда этой женщины тело Самиры начало вибрировать, показалось, что она встретила то, что так долго искала, но объяснить словами не могла. Женщина с улыбкой подошла ближе и Самира поняла, что этой женщине точно не сорок, а больше пятидесяти, так как сеточка мелких морщинок у глаз выдавала ее истинный возраст, но это только при ближайшем рассмотрении. Движения женщины были плавными и грациозными как у гимнастки, а когда она заговорила, то Самира услышала молодой и чистый голос.

– Здравствуй! Ну, вот мы и встретились?

На Самиру словно морской бриз повеял и она молча, с удивлением смотрела на эту женщину, не зная что ей сказать. Ей не было неловко, но она ощущала что сейчас происходит то, что должно было произойти и все к тому шло.

– Как тебя зовут? – спросила незнакомка

– Самира

– А меня Злата. Очень приятно познакомиться. – улыбнулась женщина, пожав задеревеневшую руку девушки

И тут Самира словно в себя пришла, очнувшись, она с испугом огляделась вокруг.

– Простите, мне не следовало так вас рассматривать. – сказала поспешно она, – Даже не знаю, что на меня нашло!

– Но ведь я ради тебя сюда и пришла, – улыбнулась женщина, и девушке показалось, что на эту новую знакомую свет льется из невидимого источника, – Правда, я не знала, что ты будешь такой молодой и красивой. Но я знала, что ты ищешь моей помощи.

– Может быть, вы меня с кем-то спутали? Я вас впервые вижу. – пояснила Самира, не понимая что происходит и теряя реальность действительности.

– Я тоже тебя вижу впервые, как и тех, кто просил моей помощи. – мягко пояснила она, – но я не вдаюсь с такие подробности. Я всегда иду туда, где нужна моя помощь.

– Но я не просила ничьей помощи! – поспешила уверить Самира

– Хорошо. Но тогда если я тебе не нужна, почему ты не попрощаешься со мной и не пойдешь своей дорогой? Тебе ведь уже кажется, что что-то не так, не правильно, и ты раздумываешь больше, чем ощущаешь.

Самира нахмурилась, что-то кольнуло ее самолюбие, но она давно уже старалась не слушать этот ничтожный голос этой глупой гордости, поэтому она подняла на женщину свой взгляд и спросила.

– Моя проблема такого рода, что о ней не так просто сказать. – пояснила откровенно Самира

– Сказать не просто, – кивнула женщина, – но увидеть легко. Огонек света, который ты посадила в своей душе, похож на чудо, однако на всякую свечу слетается стая ночных летучих мышей, дабы погреться в его лучах. Ты вовремя меня позвала.

– Я просила помощи у Бога. – призналась девушка, вздыхая, – Но я так долго отрицала его в своей жизни, что не знаю, услышит ли он меня теперь. И есть ли он вообще, этот Бог?

– Ну что ж, считай, что он послал меня. – сказала Злата и провела ладонью по темным волосам девушки, – Послушай, Самира, есть мало что на свете, что нужно понимать головой, но есть очень много, что нужно понимать сердцем. Ты долго сражалась одна и теперь ты не одинока, да ты никогда ею и не была, но чтобы тьма не слеталась на свечу в окне, достаточно закрыть окно и ждать рассвета. Я помогу это окно закрыть на время, пока ты сама не станешь рассветом.

– Я пока не понимаю, о чем вы говорите, – честно призналась Самира, переваривая слова этой загадочной Златы. А затем помолчала и, чувствуя нарастающее чувство спасительного покоя, которого искала все это время, добавила:

– Но мне так хочется вам верить! Что со мной будет? – глаза Самиры заволокло слезами, она заметила, что ей не хватает дыхания, а усталость, напряжение и страх, накопившиеся за последние недели, просятся наружу в виде слез.

Женщина обняла ее так дружески и крепко, что девушке казалось, что это мать, которой давно нет в жизни, своей любовью безусловной ее обняла и растворила в душе, наполненной светом. Потоки слез, нашедшие выход, освобождали место покою и любви, которая по капле уж давно в нутро Самиры вливалась, а сейчас фонтаном на подготовленное место ворвалась.

Федор стоял и ждал девушку у машины и уже начал волноваться от ее отсутствия. Он знал, в какую сторону Самира пошла, поэтому пошел по ее следу и через три минуты увидел, как у крыльца одного из магазинов стояла Самира и обнимала какую-то женщину. Его это удивило, поскольку сперва он подумал, что девушка встретила знакомую… затем он испугался что это одна из тех, кого они встретили вчера, а когда он издали увидел, что девушка в слезах, он не стал ждать и бросился вперед, чтобы как всегда, прийти ей на выручку.

Но, сделав только три шага, его остановила чья-то большая рука, опустившаяся на Федино плечо. Это был мужчина, и Федор готов был даже ввязаться с ним в драку, так как враги мерещились ему уже повсюду. Но когда он впился жестким взглядом в этого высокого русоволосого мужчину, то замер и прирос к месту. Светло-серые глаза того были нереально пронзительны и смотрели с таким добром и миром, что Федору захотелось сморгнуть видение. Не вышло – мужчина был из плоти и крови.

– Спасибо, друг. – сказал этот человек, – Ты исполнил свою нелегкую задачу. Настал и наш черед. Не бойся за нее, с ней не случится ничего плохого, а тебе придется все же последний бой выдержать.

– Что вы имеете в виду? – обрел дар речи Федя

– Они опять придут, поэтому тебе лучше не знать где будет находиться девушка в это время.

– Вы хотите ее спрятать? Но я вас не знаю, да и Самира тоже! – разгорячился Федя, понимая, что за Самирой пришли, не важно пока кто, но как можно доверять еще кому-то? Он был сейчас уверен, что способен защитить эту бедную девушку, которая стала ему дороже сестры.

– Мы тоже вас не знаем, но если мы можем ей помочь, мы это сделаем. – услышал удивленный Федор

– Я сам ей помогу, я ее спрячу! – твердил он, уже начиная догадываться что несет полную чушь.

– Где можешь спрятать ты ее? Где спрячешь ее так, чтобы она свой свет смогла бы утаить? Подумай, что ей необходимо не прятать этот свет, а его растить, и безопасно. Ты знаешь сам, что это сделать ей самой, с тобой, со всеми, кто ее любит, не удается. И если не удастся, что тогда? Если погаснет свет, родится тьма. И не спастись уж от беды ей. Не этого ты хочешь, воин.

Федор сквозь владеющие ним эмоции все же узрел зерно смысла в словах мужчины, пришлось признать, что теперь его миссия завершена и именно сегодня, сейчас Самира уходит. Как же это ранило сердце! И тоска заползала в душу как наглая крыса, собираясь поселиться там надолго.

– Но кто вы, где вас искать? Что я отцу ее скажу? Как отпустить ее могу? – пытался стоять на своем мужчина, чувствуя с тоской возрастающий страх. Он должен будет теперь искать новый смысл своей жизни.

– Ты можешь, а гордыня твоя пусть терпит и закаляется. – кивнул твердо этот человек, – под твоей защитой еще немало человек, они нуждаются в тебе. Ты настоящий воин. Благодарю тебя за то, что ты был с ней все это время, но миссия твоя почти окончена. А что делать далее, ты поймешь. Я знаю, ты поймешь.

Незнакомец вручил Федору что-то твердое и небольшое в руку, похлопал его дружески по спине и сел в припаркованную недалеко темно-зеленую Ауди. Он одел солнечные очки, завел двигатель и выглянул из окна, наблюдая за тем, как Злата вела, держа за плечи девушку к машине. Когда они оказались в салоне, Федор с отчаянием смотрел и ждал, что Самира выглянет из окна и посмотрит в его сторону, хотя бы улыбнется на прощанье. Или помашет рукой. Сделает хоть что-то, чтобы он начал действовать, чтобы он смог помешать ее исчезновению.

Но нет, она сама хотела исчезнуть, поэтому и не дала ему повода помешать этому…

Закусив кулак зубами, Федор изо всех сил сдерживал свою обиженную страдающую суть, чтобы не крикнуть, не позвать ее по имени и показать ей, что он здесь. Но что бы это дало? Самое лучшее, что он мог сделать – это дать ей спокойно уехать и не нагружать своими эмоциями, которым сейчас здесь было не место, совершенно не место. Он помог ей, да. Но она помогла ему больше. Она появилась в его жизни и спасла ее, подарив новый смысл. Пора ее спокойно отпустить…

Смотря на то, как автомобиль удаляется из виду, он ощутил, что дар незнакомца впился чем-то в его ладонь. Раскрыв свой кулак, Федор увидел маленькую лампадку, на пол ладони, на стекле ее был изображен ангел с мечом, этот маленький меч и вонзился в ладонь мужчины. В лампадке за стеклом находилась свеча. Теперь смысл был понятен Федору, ему стала очевидна важность встречи Самиры с этими людьми. Не спеша он добрался к своему авто и отправился домой. Дом – это хутор, где жили люди, которые стали ему семьей, а теперь ему нужно этой семье объяснять, что Самира уехала и, вполне возможно, больше не вернется, а если и вернется, то не скоро…

Когда он выезжал из пределов рыночной улицы, то на глаза ему попались знакомые люди – вчерашние пришельцы, которые так разозлили Самиру. Это из-за них все это случилось! Будь у него желание излить злость, им бы несдобровать, они бы получили, на них бы Федор отыгрался. Но на него опустился покой от осознания того, что дело сделано и Самира в безопасности теперь, можно успокоиться хотя бы этим.

Но если на чистоту, то было очевидно – эта шайка что-то здесь вынюхивает, и сегодня их больше, чем вчера. Не хотелось себе признаваться, но скорее всего, они искали Самиру, а это уже пугало. Это очень пугало. Они могли ее найти, даже не зная где она в данный момент. Как борзая, беря след зайца в темном лесу. Возможности их безграничны, куда бы он, простой Федя, спрятал Самиру от них?

Уже десять дней Тимур ждал любой информации, за которую он мог бы зацепиться и начать поиски Самиры. В ее квартире он ничего не нашел, что бы ему помогло, наоборот – брошенный дом этой девушки выглядел так, словно она уезжала впопыхах, собираясь в ближайшее время вернуться, да так и не вернулась.