Текст книги "Его первый раз (СИ)"
Автор книги: Тал Бауэр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)
Annotation
Тал Бауэр – американский писатель, автор бестселлеров, чьи романтические ЛГБТ-триллеры не раз удостаивались наград. Его персонажи всегда динамичны, в основном это работники правоохранительных органов, МИД, судьи и даже президенты. Сюжеты же его книг интригующие и порой развиваются в весьма экзотических местах. Наиболее известен автор своими романтическими саспенс романами. Тал является членом Союза писателей-романтиков Америки и писателей-мистиков Америки.
Тал счастлив в браке и живет со своим мужем в Техасе.
***
«Его первый раз» – это горячий, эротический сборник, состоящий из трех историй и подходящий исключительно для взрослых читателей, что жаждут увидеть, как мужчина подчиняется своим глубочайшим гомоэротическим желаниям. Если вы изголодались по обжигающим сценам секса между двумя мужчинами, от которых просто захватывает дух, тогда этот сборник для вас!
Если же нет, поверните назад…
Тал Бауэр
Весенняя лихорадка
Ты
Бизнес-класс
Тал Бауэр
Его первый раз
(сборник эротических рассказов)
Внимание!
Текст предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчиков и редакторов строго запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного чтения, запрещено. Переводчики и редакторы не несут ответственность за неправомерное использование текста третьими лицами.
Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Если вам понравился ознакомительный перевод, купите оригинал книги.
Русификация обложки: Настёна Гунина
Весенняя лихорадка
Переводчик и редактор: Ксения Солнцева
Финальная вычитка: Валентина Дейнека
Во мне поселились беспокойство, возбуждение и голод… зияющая дыра, которую я ничем не мог заполнить.
Я ощущал ее еще с подросткового возраста. С тех пор, как помнил себя потным созданием на футбольном поле, пока пот капал с кончиков волос, попадая в глаза и сбегая по лицу. Голос тренера казался монотонным жужжанием, чем-то невероятно далеким, и единственное, что я ощущал – лишь собственные медленные вдохи и выдохи. Казалось, я мог попробовать воздух вокруг себя на вкус: этот соленый пот, этот острый запах мужественности. Этот тестостерон, заполняющий его, такой густой и плотный, что просто задыхаешься. Мне казалось, что я теряю сознание. Тепловой удар.
Будто бы в хлам обдолбался.
Потом переодевание в раздевалке. Душевые. Пытаясь скрыть неожиданный стояк и свое возбуждение, я ждал, ждал и ждал, пока все разойдутся. Не так уж много времени можно убить, сгорбившись над телефоном, без конца прокручивая ленту, которая успела обновиться раз пять. Я трепался с парнями возле моего шкафчика, шутил, что нет смысла спешить, если идешь домой. Говорил, что могу не торопиться в душевой.
– У тебя не останется горячей воды, – отвечали они. Но оставляли меня в покое.
В выпускном классе я, наконец, сдался. Перестал заставлять свой разум не думать об этих потных мускулах и опьяняющем мужском запахе, когда дрочил. Первый по-настоящему сильный оргазм я испытал, представляя, как стою на коленях, а мои губы обхватывают толстый член и работают над ним, будто пытаются не просто сосать, а запустить воздуходувку листьев. Я забрызгал белесыми струями всю свою грудь, и даже подбородок. После чего у меня перехватило дыхание. Я пососал пальцы, пытаясь задержать ощущение. Попробовал на вкус собственную сперму.
Какими бы удивительными ни были те две минуты, последовавшего осознания, обрушившегося на меня, оказалось достаточно, чтобы я бегом бросился в ванную. Принимая душ, я практически стирал кожу в кровь. Яростно тер везде, куда попала сперма. Затем почистил зубы один, два, три раза… до тех пор, пока мне не захотелось блевать. Сгорбившись над унитазом, я изрыгал зубную пасту, желчь и протеиновый коктейль, а потом долго разглядывал свое отражение в зеркале.
Больше никогда… Никогда больше не делай этого дерьма. Никогда не ступай на эту территорию.
Не опускать глаз в раздевалке. Переводить взгляд в коридорах, подмигивая девчонкам и сосредотачиваясь на том, как они отбрасывают волосы. В тот год я держал Трейси под руку на выпускном, нам обоим исполнилось по восемнадцать, и мы были достаточно взрослыми, чтобы снять номер в отеле на ночь. Было неплохо. Когда я всасывал ее сиськи, то, возможно, на краткий миг вернулся в тот самый момент – за несколько секунд до того, как кончил настолько сильно, как никогда в жизни. На мгновение они перестали быть роскошным четвертым размером в моих ладонях и тугими сосками во рту. Я не ее грудь пытался заглотить целиком. Я пытался спуститься глубже на толстом члене.
Мы дурачились на протяжении всего выпускного года и даже летом после, но она поступила в колледж на побережье, а мне пришлось отправиться в колледж в Техасе. Я оказался достаточно хорош, чтобы попасть в одну из двенадцати самых крупных футбольных команд, но недостаточно хорош, чтобы получить стипендию. Неважно. Я все равно оставался футболистом в кампусе. По-прежнему был самым крутым. Цыпочки все также оценивающе рассматривали меня с головы до ног. И приглашали абсолютно на все вечеринки. А я продолжал трахаться налево и направо.
Но вместе с тем мне по-прежнему приходилось полной грудью дышать этой удушливой дымкой тестостерона, этим острым фанком после тренировок, который являл собой стопроцентный мужской концентрат. Чаще всего у меня в джоках был наполовину эрегированный стояк. «Хер с ним», – говорил я себе. Я просто рад, что тренировка закончилась. А потом делал очередной глубокий вдох и зажмуривался. Рот непроизвольно наполнялся слюной.
Но все это не имело значения. Я поклялся. Никогда больше. То была просто ошибка. Заблуждение. Один из тех странных экспериментов, через которые все проходят. Всего лишь миг. Не определение.
Сезон начался и закончился. Мы играли достаточно хорошо, чтобы пробиться в Матч Футбольной Чаши1. Не лучшие, но и не аутсайдеры. Достойно. Тренер остался доволен, и когда мы выиграли, в кампусе организовывали вечеринки в течение двух недель подряд. Я приходил на занятия, а от меня за милю разило выпивкой, потом и сексом, профессора только вздыхали.
Ну ладно, чувак.
Так сложно быть востребованным в девятнадцать лет. Надо пытаться угодить всем.
Наконец наступили каникулы, и большая часть команды решила отправиться во Флориду. Мы загрузились в пикапы и легковые машины – игроки, болельщицы и все, кто хотел присоединиться к колонне – и направились на восток.
Весенние каникулы во Флориде – просто безумие. Все колледжи к востоку от Миссисипи направляются к побережью, и это просто вечеринка за вечеринкой, тянущиеся от Джексонвиля до Майами. Мы притормозили в Дейтоне, остановились в захудалом мотеле, одном из тех, что подняли расценки достаточно, чтобы это выглядело, как вымогательство, но при этом оставили их приемлемо низкими, чтобы студенты все же могли позволить себе заплатить. В итоге я оказался в одном номере с тремя соседями. Четыре парня на двух двуспальных кроватях. Если бы здесь что-то и происходило, это стало бы чертовски публичным зрелищем.
Мы слегка закинулись и отправились на пляж, пряча пиво и водку в бутылках с водой, впитывая солнце и песок. Чирлидерши, волейболистки и теннисистки лежали, работая над своим загаром, или резвились в волнах. Несколько парней погнались за девушками, оттесняя их в прибой. Какое-то время они плескались и брызгали друг в друга водой, а затем разбились на пары, девушки обхватили парней руками и ногами, тесно прижимаясь друг к другу в теплых и мягких волнах.
Неподалеку шла волейбольная игра, ребята из другого университета. Их акцент слегка раздражал, Новая Англия2, тягучие и гнусавые интонации. Они казались немного бледноватыми из-за зимы, проведенной в теплых пуховых куртках, но вместе с тем были рельефными и мускулистыми, носили бейсболки задом наперед, а плавки низко на бедрах. Я мог посчитать мышцы пресса и спины, безнаказанно заценить окружность бицепсов из-под солнцезащитных очков. Большую часть времени я провел, наблюдая именно за ними, а не за Мэнди и Кортни, двумя первокурсницами, соперничающими за мое внимание. Я переспал с обеими в кампусе. Они наверняка согласились бы и на тройничок. Но я не мог смотреть в их сторону. Не мог наблюдать, как они резвятся в волнах. Я игнорировал их призывы, кокетливое хихиканье и попытки затащить меня в воду. Хотя вполне возможно, мне даже досталась бы дрочка от них прямо в прибое.
Вместо этого мой рот заполнился слюной, а взгляд скользнул по капелькам пота, стекающим по спине одного из волейболистов.
Он был просто зверь, ростом где-то шесть футов четыре дюйма и весом фунтов двести двадцать пять. Парень подавал мяч. Я смотрел, как перекатываются его мускулы. Как выгибается спина. Его кожа загорела, а шорты сползли вниз, открыв бледную линию ягодиц, прежде чем он опять приземлился на ноги. Парень мастерски уворачивался, сталкивался, подныривал… Пытаясь отбить очередную подачу, что прилетела с другой стороны, он упал на песок, а мяч отскочил от его кулаков.
Подпрыгнул и покатился… ко мне.
Самый лучший представитель Новой Англии поднялся и зашагал к нему, пока песок осыпался с его скульптурных мускулов, будто маленькие водопады золота стекали по его точеному телу. «Спортсмен», – подумал я. – «Футболист. Вроде меня. Возможно, нападающий». Его бедра плотно обтягивали белые пляжные шорты, открывая взору четкие линии квадрицепсов и подколенных сухожилий.
Мой взгляд, блуждая, скользнул выше. К его члену.
Блядь.
Я будто вновь вернулся в выпускной класс средней школы, и снова дрочил, раскрыв рот, закрыв глаза, отчаянно желая чего-то толстого, твердого и длинного внутри себя, чего-то горячего на своем языке. Я рефлекторно втянул в себя воздух. Сглотнул из-за невольно усилившегося слюноотделения. Кадык дернулся, когда он подошел ближе.
Слава богу, я лежал на животе. Мой член пульсировал, вжимаясь в полотенце и теплый песок. Все, что я мог видеть, это форму его выпуклости, очертания толстого члена и двух тяжелых яиц, их тени под белой тканью его шорт. Я прикусил губу.
– Эй, парень, – Новая Англия остановился передо мной, пальцы его ног зарылись в песок. Поперек ступней виднелась коричневая полоска от сандалий. Мне захотелось лизнуть ее. – Ты играешь?
Мозг изо всех сил пытался перезапуститься, чтобы выползти из порочных фантазий. Я полагал, что навсегда избавился от них, плотно заперев в глубине подсознания. Но один здоровенный уроженец Новой Англии в белых шортах, и я тут как тут, до чертиков возбужден и отчаянно хочу отсосать.
– Играю ли я?
– Да, – Новая Англия подхватил мяч с песка и подбросил его одной рукой. Тот завертелся в воздухе, и он без труда поймал его снова. – Мы лишились одного бойца. Хочешь поиграть? – усмехнулся он.
Я закусил губу. Взгляд непроизвольно прошелся по его телу сверху-вниз, а затем опять вернулся наверх. Задержался на выпуклости. Скользнул по золотистой дорожке волос, поднимающейся над низко сидящими на бедрах шортами до пупка. Я снова сглотнул.
– Конечно.
Я тут же забыл про девчонок. Забыл о том, что мои товарищи по команде загорают на пляже. Приподнялся, отряхиваясь, чтобы скрыть стояк.
– Эй, чувак, ты куда? – услышал я.
Я не ответил. Новая Англия улыбнулся мне, на мгновение опустив свои авиаторы. Глаза у него оказались голубые.
– Я Майкл.
– Кевин, – мой член дернулся. Лежать, парень. – Я не знаю правил, – усмехнулся я.
– Не проблема. Просто старайся, чтобы мяч падал на песок на их стороне поля. За сеткой, – Майкл хлопнул меня по спине и побежал на песчаную площадку, пререкаясь с другой командой, которая теперь ругала его за то, что он вытащил какого-то нового парня с пляжа, чтобы поиграть с ними.
– Нам не хватало одного игрока. Смирись с этим! – крикнул Майкл.
– Меньше на одного, но все же на три очка впереди!
– Тогда вам придется поднапрячься, верно?
Майкл склонился чуть вперед, принимая легкую, непринужденную спортивную стойку, которая свойственна всем спортсменам. Его мышцы стали рельефнее. Трицепсы напряглись. Как и плечи с грудными мышцами… Я последовал за ним и, встав рядом, тоже слегка наклонился вперед. Вот только смотрел я не на мяч. Я глаз не мог отвести от его безволосой, блестящей от пота груди.
В общем-то я не слишком опозорился. Мы с Майклом вошли в единый ритм. Один из нас нырял, подбрасывая мяч другому, а тот отправлял его в полет над сеткой. В конечном итоге, остальные члены нашей команды рассосались, чтобы взять пиво и поглазеть на нас, флиртуя тем временем с девушками, которые проходили мимо, а после и вовсе похватали доски для серфинга и направились к волнам.
В последнем сете мы с Майклом остались только вдвоем, то и дело скользя мимо друг друга или катаясь по песку. Наши потные тела крепко прижимались, пока мы давали друг другу пять, сталкиваясь грудью и празднуя победу. Когда мы выиграли, Майкл вскинул руки и притянул меня к себе, обнимая.
Я практически рухнул на него, едва сдержав себя, чтобы не скользнуть по его телу вниз, падая на колени, и не уткнуться лицом ему в пах. Я вцепился в его плечи, в мускулы. Майкл отстранился, его улыбка сияла ярче солнца.
Он заглянул мне через плечо.
– Куда подевались твои друзья?
– А? – я обернулся.
Все ушли. Расстеленные полотенца, холодильники, зонтики… Все исчезло. Единственное, что осталось – мое одинокое полотенце, сандалии и сотовый телефон. Все собрали вещи и бросили меня, даже не попрощавшись. А если кто и пытался докричаться, то я этого просто не услышал. Потому что часами кружил вокруг Майкла.
– Они ушли! Ублюдки.
– Отстойно, чувак. Ты далеко остановился?
Я пробормотал название мотеля ниже по набережной и немного в сторону Дейтона. Нам достался вовсе не один из тех шикарных отелей, что раскинулись на побережье.
– Я позвоню в Lyft3 или еще куда-нибудь.
– Это чертовски далеко. Почему бы тебе не заскочить со мной в отель? Мы можем немного отдохнуть и расслабиться. Выпить чего-нибудь, – Майкл снова улыбнулся. – А потом я подброшу тебя.
Я бы пошел за ним куда угодно. У меня пересохло во рту, и выпивка звучала просто потрясающе. Жидкое мужество. Или возможность выпить залпом из его члена. Я не привередливый.
Нет! Я ведь не запал на него. Я же не собирался ничего делать! Я поклялся. Дал себе слово, обещание. У меня была всего одна фантазия, единственная. Это была вполне обычная хрень, нормальная при взрослении. Совсем ничего не значащая. Майкл просто классный парень, вот и все. Сжалившийся надо мной, поскольку друзья бросили меня здесь одного.
– Да, конечно… – Какого черта я творю? – Звучит здорово.
Само собой, Майкл и его групи – кучка новоанглийских братанов в бейсболках «Patriots» и тощих цыпочек в бикини – привели меня в один их тех шикарных отелей на побережье. Балконы с видом на пляж и прибой, башни с обзором в триста шестьдесят градусов с видом на океан и город. Мои сандалии скрипели, пока мы шли по мраморному вестибюлю. В мотеле, где мы остановились, наши машины были припаркованы у дверей номеров, а кондиционеры в стенах работали настолько громко, что едва удавалось слышать друг друга. В отеле Майкла играл живой пианист и имелся винный бар.
Мы ввалились в лифт, и Майкл потянул меня за собой, оттесняя нас в угол, чтобы освободить место для остальных.
– Тесновато, – прошептал он на ухо. Его рука опустилась мне на бедро, когда еще одна блондинка запрыгнула в лифт. Моя спина плотно приплюснулась к его груди, а задница вжалась ему в пах.
Я тихо зашипел, меня будто насквозь пронзила молния, десять тысяч вольт чистейшего блаженства, буквально каждый нерв сосредоточился на тех частях его тела, которые оказались прижаты ко мне. Его потная грудь касалась моей спины. Песок, прилипший к его коже, ощутимо царапал мою. Его пах, выпуклость, очертания члена, идеально вписавшегося меж моих ягодиц… Я чувствовал, как Майкл подстраивается, чуть раздвинув ноги.
Его член скользнул по моей расселине. А рука на бедре сжалась крепче.
Я дрожал с головы до ног. Каждый позвонок пробила дрожь. Я попытался сжать ягодицами его член, когда двери лифта закрылись.
Мы поднимались, компания без умолку болтала, девчонки говорили о том, что собираются принять душ и привести в порядок волосы, и о том, куда они должны пойти развлекаться ночью.
Парни, включая Майкла, все еще обсуждали волейбольный матч. Один настаивал на том, что Майкл сжульничал, и привел профи. Меня.
– Богом клянусь, мы не знакомы, – Майкл через плечо заглянул мне в лицо. Авиаторы сползли ему на нос. Он посмотрел поверх ободка, голубые глаза впивались в меня. – Правда же?
– Мы не знакомы, чувак, – произнес я, чуть не задохнувшись. – Совершенно не знакомы.
Майкл снова притянул меня за бедра, прижав к своему члену.
– Видишь? – крикнул он другу в противоположном углу лифта. – Я его не знаю!
Его друг насмешливо закатил глаза.
– Ага, конечно, ты его не знаешь. Скажешь мне это завтра.
Майкл рассмеялся.
Двери лифта открывались и закрывались, высаживая компанию на разных этажах. Первыми вышли девушки, потом несколько парней, потом друг Майкла с бостонским акцентом, он разговаривал всю дорогу, рассказывая о каком-то деле, над которым они работали, и о том, что «открытие будет в следующем месяце».
Все это время Майкл держал руку на моем бедре, прижимая меня к себе.
Наконец его друг вышел из лифта.
– Повеселитесь, – крикнул он. – До завтра.
– Может быть, – ответил Майкл. – А может и до послезавтра!
Его друг фыркнул.
Двери закрылись.
В лифте остались только мы с Майклом.
Больше не было никакой причины толкаться в углу лифта, прижимаясь задницей к его паху, не тогда, когда весь лифт оказался свободен. Я держал полотенце перед собой, пытаясь скрыть огромный стояк, которым щеголял пока мы поднимались. Мой член стал каменно-твердым от прикосновений Майкла.
Я попытался отстраниться.
Майкл удержал меня на месте.
– Куда собрался? – прошептал он мне в шею. Его губы обожгли кожу, пока дыхание клеймило, заставляя снова дрожать. Я по инерции подался назад, спиной к его груди. Кожа к коже.
– Чувак, что…
– Ты знаешь, что, чувак.
У меня закружилась голова.
– Не знаю.
– Ты разглядывал меня, пока мы играли. Я видел, как ты смотришь на меня. Пожираешь взглядом. Я заметил, что ты за мной наблюдаешь. Ты практически трахал песок.
– Неправда.
Правда. Охереть как правда. Я готов был сгореть от стыда. Черт, а я думал, что умею скрываться получше.
Майкл тихо рассмеялся у меня за спиной. Его дыхание щекотало мои каштановые волосы. Он глубоко вздохнул.
– Я знаю, что видел. И знаю, чего ты хочешь. Чего мы хотим.
Его член скользнул меж моих ягодиц. Тонкие плавки едва ли могли тягаться с его зверем. В моем воображении он уже казался размером с запястье и толщиной с предплечье. Я продолжал представлять его у себя во рту, этот тяжелый жар на языке, как мои губы сомкнутся вокруг головки, слизывая солоноватую жидкость.
– Ты меня не знаешь, – отрезал я. У меня кружилась голова. Я практически задыхался, бессознательно прижавшись задницей к его члену.
Майкл скользнул рукой по моей груди вниз, к пупку, еще ниже, под полотенце, которое служило мне в качестве защитного щита. Затем еще ниже, пока не обхватил мой ноющий член. Майкл застонал мне в ухо. Пососал мочку.
– Я точно знаю, чего ты хочешь.
Лифт звякнул и остановился на верхнем этаже. «Апартаменты в пентхаусе» гласила медная табличка.
У меня перехватило дыхание. Кто, черт возьми, этот парень? Уж точно не какой-нибудь бро из колледжа на каникулах. Какой бро из колледжа мог бы позволить себе пентхаус на побережье?
Майкл вышел из-за моей спины, буквально каждый дюйм его тела скользнул по мне, когда он проходил мимо. Он стоял в дверях лифта, удерживая их открытыми. Сняв авиаторы, Майкл уставился на меня, его взгляд прошелся по моему телу, скользнул ниже, задержавшись на члене, а затем вновь поднялся вверх. Он облизнул губы.
– Я знаю, чего ты хочешь, Кевин. Может быть, ты сам этого не знаешь, или не знаешь всего до конца… пока. Но я могу показать тебе. Я могу подарить тебе лучшее время в твоей жизни. Если ты просто пойдешь со мной, – он протянул руку.
Я не знал этого парня. Я целый день играл с ним на песке. Обнимался, давал пять и нес всякую чушь. Теперь же он предлагал последовать за ним в его гостиничный номер.
Чтобы потрахаться.
У меня не было иллюзий на этот счет. Я знал, чего он хочет.
Чего хочу я?
Восемнадцатилетний я, яростно дрочу, сперма брызгает мне на лицо, когда я представляю, как сосу толстый член, каменно-твердый член. И засунув пальцы в рот, попробовав свою сперму, я стону…
Я сделал шаг вперед. Неосознанно протянул руку.
Майкл схватил ее и дернул меня к себе. Притянув ближе, обхватил за шею и наши лбы соприкоснулись.
– Сегодня, Кевин, – прорычал он, – ты мой.
Его губы обрушились на мой рот, пожирая, а язык проскользнул внутрь и переплелся с моим. Я ахнул, и Майкл воспользовался этим, чтобы засунуть его еще глубже, исследуя меня, а потом засосал язык. Пососать, пососать и лениво отпустить… Я чуть не грохнулся прямо на месте, но его рука крепко удерживала меня за шею.
– Ко мне. Сейчас же.
Его номер был единственным на всем этаже. Мы, спотыкаясь, попятились от лифта к двери номера, и он на ходу помахал браслетом на запястье над замком RFID, ловко превращая браслет в ключ-карту.
Я оказался прижат спиной к двери, наши губы не отрывались друг от друга, и я почти ничего не видел, когда мы ввалились в номер. Мраморные колонны, мраморный пол… Перед огромными окнами от пола до потолка с видом на океан друг напротив друга стояли два мягких дивана. Все происходило как в тумане, Майкл увлек меня туда и толкнул на один из них.
Он оседлал меня, схватив полотенце, отбросил его в сторону, одновременно дергая за шнурки плавок. Его член натягивал шорты, выпуклость, на которую я пускал слюни весь день, теперь была внушительной, будто внутри его шорт поселился живой питон. Я сглотнул, глядя на него.
Майкл ловко стянул мои плавательные шорты, обнажая член. Я тоже был не промах. Ни одна девушка из тех, что были со мной, ни разу не осталась разочарована. Никто никогда не мог полностью заглотнуть мой ствол. Девчонки всегда жульничали, используя руку, чтобы обернуть вокруг основания и сосать только верхнюю половину, заглатывая лишь немного, столько, сколько помещалось им в рот.
– Ммм… – промурлыкал Майкл. – Обожаю распаковывать большие сюрпризы.
Он сполз чуть ниже, потянул за шорты и стянул их с меня, оставив держаться на бедрах. Склонился надо мной, и его взгляд встретился с моим.
Мой член тянулся от его подбородка и доходил аккурат до лба. Майкл усмехнулся. Открыл рот. Высунул язык. Прижав его к нижней части члена, не спеша прошелся по всей длине, а потом накрыл мой стояк ртом, заглатывая его. Засасывая. Во влажное тепло, что было гораздо горячее, чем все, что я когда-либо испытывал. Я не мог отвести взгляд. А потом всего вдруг стало слишком много, и слишком быстро, и я едва мог вынести атакующие меня ощущения. Это зрелище выжигало глаза и мозг, и я откинул голову, распахнув рот в беззвучном крике. У меня перехватило горло, ни один звук не в состоянии был вырваться из него. Я схватился за диван, впиваясь в обивку, царапая ногтями подушки. Бедра дернулись, погружая меня в рот Майкла еще глубже.
Мне хотелось ощутить больше этого тепла, этого влажного ощущения центра Солнца. Я вскрикнул, стиснув зубы.
Он вылизывал языком мой член, облизывая нижнюю часть ствола, пока сосал не переставая, и сглатывал вокруг головки. Я затрясся, все тело пронзила молния, что-то раскачивало меня с головы до ног. Я искал что-нибудь… хоть что-то. Схватился за подушку, за его голову… Но не мог удержаться.
– Блядь, блядь! – закричал я. – Я сейчас…
Майкл оторвался от меня, выпустив член изо рта, сел рядом и вытер слюну с подбородка. Я выгнулся дугой, съежился весь внутри, резкий перепад от идеального тепла к пустоте был почти невыносимым. Содрогнувшись, попытался дотянуться до своего члена, чтобы подрочить его.
Майкл тут же перехватил и оттолкнул мою руку.
– Первый минет, который тебе делает парень?
Меня хватило лишь на кивок, голова кружилась.
Он усмехнулся.
– Рот побольше. Больше места. И я люблю заглатывать член до самого горла.
– Ты действительно в этом хорош…
– Твоя очередь. Готов?
Он пополз вверх по моему телу, и, оседлав лицо, вытащил свой член. Наконец-то я увидел то, на что пялился весь день. То, чего втайне так жаждал.
Около восьми дюймов и достаточно толстый, как я и предполагал. Обрезанный. А на головке выступили прозрачные капли смазки.
Черт, я хотел его. Лизнуть головку, слизывая языком бусинку. Член Майкла дернулся.
Он усмехнулся.
– Хочешь его?
– Да, черт возьми, еще как хочу… – прошептал я. Мой голос дрожал. Я схватил его за бедра, пробежался руками вверх, а затем вниз, оглаживая задницу. Сглотнул. Потому что просто не мог остановить слюноотделение. Я хотел этот член. Черт, как же я хотел ощутить его у себя во рту.
Открыв рот, высунул язык.
– Ты когда-нибудь делал это раньше?
Я покачал головой, поднял на него глаза, и мы встретились взглядами.
Майкл улыбнулся, чуть мягче, чем до этого. На пляже он был ураганом, неистовой силой природы, обожженным солнцем богом мужественности. Теперь же казался нежнее, и слегка колебался, удерживая основание своего члена перед моим открытым ртом.
– Не торопись, – мягко наставлял Майкл. – Делай, что хочешь.
Я хотел всего. Черт, как же я хотел. Притянув его бедра к себе, обхватил губами член и начал сосать, втягивая так глубоко, как только мог.
Когда он толкнулся в горло, я закашлялся. Черт, у меня во рту была только его половина. Но что за гребаный член… Я чувствовал, как он буквально растягивает мои губы и челюсть. Язык отяжелел от его толщины и веса. Именно этого я всегда хотел, об этом втайне мечтал. Застонав, втянул его глубже, засасывая сильнее. Черт, да, именно этого я и желал.
Майкл застонал надо мной, и его бедра начали несильно двигаться в такт с моим посасыванием. Я жадно сосал все больше и сильнее, царапал его задницу, втягивая его в себя. Его член скользнул глубже, проник в горло. Я подавился, но продолжал сосать. Слюна стекала с губ по подбородку. На глазах выступили слезы. Я сжал задницу Майкла, его чертовски великолепную, мускулистую задницу. Стянул с него шорты, схватил ягодицы обеими ладонями. Застонал вокруг его члена.
Он толкнулся, когда я застонал, и его член скользнул вглубь.
Мой стон оборвался. Я не мог дышать. Его член оказался глубоко внутри меня, трахая до самого горла.
Глаза расширились, когда я посмотрел на Майкла. Он продолжал давить, углубляясь, пока мой нос не уткнулся в его выстриженный лобок.
Я схватил его за задницу. Сжал. Рот и горло были заполнены его восьмидюймовым членом. И я почувствовал, как дернулся мой собственный стояк, как напряглись яйца.
У меня закружилась голова: от недостатка кислорода, от моей самой большой, самой темной фантазии, неожиданно ставшей явью, от этого идеального члена, заполнившего мое горло. Глаза непроизвольно закрылись.
Майкл осторожно вышел, и я втянул воздух вокруг его ствола, когда тот замер, касаясь моих губ. Пососал головку, прижимая его к себе, не давая отстраниться.
– Еще раз, – прохрипел я. – Трахни мое горло еще раз.
– Ты уверен?
– Сделай это.
Его руки обхватили мою голову, пальцы скользнули по волосам. Он зафиксировал ее, удерживая в таком положении.
Я открыл рот. Впился пальцами в его ягодицы и высунул язык.
Майкл трахал мое горло, чередуя жесткие и мягкие толчки, сменяя долгое, медленное скольжение вниз по горлу быстрым трахом. Отстраняясь, давал мне отдышаться после того, как я заглатывал его член. Слюна была повсюду. Глаза слезились. Мой член стал чертовски твердым. Если бы я дотронулся до него, то взорвался бы. Я мог кончить просто от того, что отсасываю Майклу, от того, как он трахает мое горло. Я знал, что могу.
Когда он отстранился, я попытался догнать его, чтобы продолжить сосать, но Майкл оттолкнул меня, положив ладонь мне на грудь, и прижал к дивану.
– Я не хочу кончать тебе в рот. Не сейчас.
– Позже? – Господи, как же я этого хотел! Просто до одури хотел попробовать его сперму.
– О, детка… – Майкл широко улыбнулся. – Нам с тобой будет так весело вместе.
Отступив назад, он сбросил шорты. Я стащил их вниз, но они все еще цеплялись за его бедра и мышцы. Майкл отшвырнул их ногой в сторону.
Его обнаженное тело, казалось, светилось, свежий загар после дня на пляже разглаживал линии бледной после зимы в Новой Англии кожи. Мускулистые бедра вели к подтянутой талии, плоскому животу и четко очерченным грудным мышцам. Лобок был аккуратно и коротко выстрижен вокруг члена.
Я хотел снова взять его в рот.
– Теперь ты, – Майкл потянулся к моим плавкам и дернул.
Когда он резко стянул с меня плавательные шорты, я вдруг оказался голым, словно маленький ребенок, лежащий на спине, которого раздевали. Майкл стащил их с моих ног полностью и швырнул куда-то за спину на пол.
Я уже не раз бывал голым перед другими парнями. Это вполне привычное явление, когда ты спортсмен. Но я еще никогда не был голым с парнем, которому только что отсасывал. Которого хотел и который хотел меня. Никогда прежде, за всю мою жизнь, у меня не бывало такого твердокаменного стояка перед другим парнем. По телу прокатилась дрожь, и я непроизвольно прикрыл свой член руками.
– Не делай этого, – улыбнулся Майкл. – Не нужно. Кроме того… – он опустился на колени на диван и отнял мои руки. – Как тогда я смогу сделать это?
Он снова облизал мой член от основания до самого кончика. Наверху покружил ртом над головкой члена, посасывая и сжимая, вращая головой так, что его язык и губы образовали кокон влажного тепла. Я выгнул спину, схватив его за волосы.
– Черт… – прошипел я. – Если продолжишь в том же духе…
Он отпрянул, снова медленно облизывая мой член.
– Не хочу, чтобы ты кончал, – выдохнул он. – Не сейчас, ладно?
– Ничего не могу обещать… – рвано выдавил я в ответ. – Особенно если будешь продолжать так и дальше.
– Не буду, – подмигнул Майкл. – Я собираюсь сделать кое-что другое.
Он схватил меня за бедра и толкнул, перекатывая на плечи. Моя задница оказалась в воздухе, открытая ему на обозрение, пока мой член указывал мне на лицо. Он раздвинул мои бедра.
Я был так чертовски открыт – мой зад очутился прямо перед его лицом – что непроизвольно сжался. Задохнулся.
– Сделай так еще раз, детка, – промурлыкал Майкл. – Дай мне рассмотреть тебя.
Когда я снова вздрогнул и сжался, он застонал, закусив губу. А потом зарылся лицом меж моих ягодиц, его язык прошелся по входу. Горячий и влажный кончик проник в мою задницу, медленно скользя по тугим мышцам, прежде чем щелкнуть и пощекотать края.
