Текст книги "Королева Потерянных Мальчиков (ЛП)"

Автор книги: Т. Кинли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)

Глава 23
Этот поцелуй…

Прошло три месяца со времени битвы при замке «Чёрное Озеро». Три долгих месяца исцеления и работы над тем, чтобы вернуть Райдера из пропасти. Неверленд только начинала оправляться от мучений Дориана, но шрамы от его действий останутся у неё на долгие годы. С Амарой в качестве моего советника я училась тому, как стать Королевой Неверленда.

После того, как мы в очередной раз чуть не потеряли друг друга, мы решили связать наши души и скрепить нашу судьбу браком. Джеймс по-прежнему проводил большую часть своего времени на «Весёлом Роджере», в то время как Питер и наши Потерянные Мальчики поселились в моём новом коттедже. Мы заслужили наше «долго и счастливо», и это был первый шаг. Вместе мы вернём Неверленд.

***

– Ай! – я вздрогнула, когда Мира уколола меня шпилькой.

– Прости, Гвен. Я просто хочу, чтобы всё было идеально, – она продолжала возиться с моими волосами, одержимо закрепляя выбившиеся локоны на макушке. Мира и Фауна неустанно прихорашивали меня всё утро. – Лилл должна прийти с твоим платьем с минуты на минуту. Фауна! Я почти закончила, – она отступила на шаг, любуясь своей работой. На её лице расплылась широкая улыбка. – Да! Идеально. Пойду посмотрю, что там у Лилл с платьем.

Фауна быстро заняла её место, и, прежде чем я успела возразить, она начала наносить на моё лицо обильную дозу косметики.

– Даже такая красивая от природы женщина, как ты, должна быть украшена в день своей свадьбы.

– Спасибо, Фауна.

Было приятно, когда меня баловали. Я закрыла глаза и попыталась расслабиться. Это был тот самый день. День, когда я навсегда соединюсь со своими мужчинами – со всеми ими.

– Она здесь! – Мира вбежала обратно в комнату. – Наконец-то Лилл здесь.

Поскольку Мик отсутствовала, я попросила Лилл быть моей подружкой невесты. Она с радостью согласилась, при условии, что я позволю ей позаботиться о моём платье. Учитывая, что я не была знакома со свадебными традициями Неверленда и понятия не имела, что было бы уместно, я согласилась предоставить ей полный контроль. Я всё ещё не видела платье. Она держала его в секрете, обещая, что я не буду разочарована.

Лилл вошла в комнату в своём человеческом облике – видение в весенне-зелёных тонах. Её платиновые волосы мягкими волнами падали на обнажённые плечи. На голове у неё красовалась изящная корона из ландышей. Глубокий вырез платья, подчёркивая её пышную фигуру, стягивался на талии и ниспадал шёлковыми волнами к ногам.

– Лилл, ты прекрасно выглядишь.

– Спасибо, – улыбнулась она. – Готова увидеть своё платье? – она закусила губу в нервном предвкушении.

Я немного волновалась, не зная, чего ожидать. В конечном счёте, что действительно имело значение, так это то, что в конце концов у меня будет пять мужей. Моя семья будет полноценной, независимо от того, в каком платье я буду. Я глубоко вздохнула и приготовилась к худшему.

– Да, пожалуйста. Я умираю от желания увидеть его.

– Тебе понравится, – взвизгнула Лилл. Она щёлкнула пальцами, и в облаке сверкающей волшебной пыли появилось моё платье.

Я потеряла дар речи. Оно было очень похоже на традиционное свадебное платье, только казалось живым благодаря мерцающему волшебному свету. Оно было сшито из шёлка цвета слоновой кости, с классическим V-образным вырезом. Изящная окантовка спускалась по лифу, подчёркивая изгиб бёдер, а затем переходила в роскошные волны пышной юбки. Платье было украшено живыми цветами, и от него исходил божественный аромат. Белые цветы гортензии и колокольчика ниспадали на плечи, стекая по лифу. А плющ и ландыш так сочетались в композиции, что казалось, что они растут от линии талии. Они тянулись по всей длине платья, прячась в складках шёлка. Я никогда не видела ничего подобного. Это было настоящее сказочное волшебство.

– Лилл, – выдохнула я. – Это платье…

– Достойно Королевы, – она гордилась собой, и это было справедливо. Я и представить себе не могла более потрясающего платья.

– Невероятно, – я протянула руку и заключила Лилл в объятия. – Спасибо. Спасибо за всё. Для меня очень важно, что ты сегодня рядом. Я действительно ценю твою дружбу.

Она крепко сжала меня в ответ.

– Я тоже ценю это, – она отстранилась от меня.

Я тут же вспомнила, что пикси способны испытывать только одну эмоцию за раз. Сейчас Лилл была подружкой невесты. Не было места для эмоциональных разговоров. Она была на задании.

– А теперь давай подготовим тебя к свадьбе. Фауна! Давай закончим её макияж, пожалуйста. Уже почти пора.

С помощью магии Лилл я натянула платье. Через несколько мгновений оно начало облегать меня и принимать нужную форму. Оно действительно было как живое. Облегало спину, подчёркивая мои изгибы. Цветы и лозы скользили по моему телу, акцентируя все нужные места. Шары волшебного света пульсировали, словно светлячки, ныряя в платье и выпархивая из него, образуя россыпь светящихся цветов вдоль шлейфа.

Слеза скатилась по моей щеке, когда я подумал о Микаэле. Я всегда думала, что мои родители и сестра будут в день моей свадьбы со мной. Как и другие девушки, я мечтала об этом дне и о том, каким он будет. В этих мечтах Мик всегда рядом со мной. Как бы я хотела, чтобы она была здесь и увидела меня в этом платье. Чтобы сказала, что мама и папа гордились бы мной и выбором, который я сделала на этом пути. Я отчаянно хотела разделить этот момент с ней.

– Есть какие-нибудь новости из Хираета? – спросила я. Я всё ещё ничего не слышала от Мик. Прошли месяцы. Я обращалась к ней бесчисленное количество раз, умоляя прибыть в Неверленд на церемонию. Свитки оставались без ответа, и мои тревоги начали нашёптывать мне слова ужаса.

– Я ничего не слышала, – Лилл пожала плечами и взяла меня за руку, пытаясь успокоить: – Люциус, похоже, не волнуется, так что и тебе не стоит, – она на мгновение замолчала, задумавшись. – Я могла бы быть твоей сестрой, – улыбка расплылась по её лицу, и она вопросительно приподняла бровь.

После всего, через что мы прошли, у нас с Лили сложились близкие отношения. Она была такой же частью семьи, как и мои мальчики.

– Для меня было бы честью называть тебя сестрой.

Лилл завизжала от восторга и заключила меня в объятия. Её кожа светилась от счастья.

– Сёстры, – она сказала это так, словно я только что преподнесла ей самый ценный подарок. – Ладно, теперь вернёмся к тому, чтобы подготовить тебя, – и вот так просто она вернулась к своей миссии «подружка невесты».

Я усмехнулась её бурным эмоциям. Она была права. Лу, казалось, не беспокоило молчание Хираета. Они были его семьей. Он знал их лучше всех, и, если он не беспокоился, может и мне стоит последовать его примеру.

– Не могла бы ты передать мне мой метательный нож?

– Ты выходишь замуж. Зачем тебе оружие? – спросила Лилл, протягивая мне нож, который перековала Мик.

– Это символ любви моей сестры ко мне. Я хочу, чтобы он был со мной в её отсутствие.

Вертя лезвие в руке, я думала о том, как всё возвращалось к этому кусочку.

– Эбен подарил мне этот нож – ну, ножи… те, оригинальные. Без них меня бы здесь сегодня не было. Я пожертвовала ими, чтобы сохранить жизнь Мик. Это то, что вернуло нас в Неверленд, – я скользнула лезвием по центру платья и расположила его между грудями, как можно ближе к сердцу.

– Не хватает только одного, – Лилл стояла передо мной с короной Неверленда в руках. – Моя Королева, – она поклонилась, прежде чем надеть корону мне на голову, и отступила, позволяя мне посмотреть в зеркало.

Я стояла молча, впитывая всё это в себя. Девочки сотворили волшебство. Я была похожа на сказочную принцессу. Только это была не сказка, а я не была принцессой. Я была Королевой. Королева Потерянных Мальчиков, правительница Девятого Царства, и сегодня я короную пятерых Королей.

– Дитя моё, уже почти пора, – нежные слова Амары отвлекли меня от моих мыслей. – Ты прекрасно выглядишь. Родители гордились бы тобой, увидев, какой женщиной ты стала.

Амара была важной фигурой в моей жизни с того самого момента, как я встретила её. Она стала моим самым доверенным лицом и самым дорогим другом. Было вполне уместно, что именно она проведёт церемонию. Она знала, что я навеки переплетусь с этими мужчинами, задолго до того, как я это действительно сделала.

– Ты готова?

– Я никогда в жизни ни в чём не была так уверена, как сейчас, – я улыбнулась, когда она взяла мои руки в свои. – Готова.

– Прежде чем я уйду, – она помолчала, словно решая, продолжать или нет: – Я не хочу бросать тень на твой особый момент. У Божества всегда был план относительно тебя. И вот ты здесь, на пороге исполнения своего предназначения. Ты заслужила своё «долго и счастливо». Но я чувствую необходимость напомнить. Пожалуйста, не забывай о Кѝане сегодня, – на её лице отразилось беспокойство.

Слова Амары застали меня врасплох. Я уже несколько недель не вспоминала о Кѝане. Мои новые способности позволили мне заставить его замолчать настолько, что я почти совсем забыл о нём.

– Амара, уверяю тебя. Не о чем беспокоиться. Кѝан словно за стальной стеной. Я не чувствовала его присутствия уже несколько месяцев.

Осакрен запер его глубоко в моём сознании. Это была своего рода тюремная камера, в которой можно было провести вечность. Кѝан больше не представлял угрозы ни для меня, ни для моих парней.

– Я должна была догадаться, что ты возьмёшь его под контроль. Этим утром мои мысли были полны беспокойства. Ты заслуживаешь прекрасного дня. Извини. В тебе созрела магия, которая соперничает с моей собственной. Я доверяю твоему суждению, – она улыбнулась, когда стук в дверь привлёк её внимание.

– Райдер, нет! Ты не можешь видеть невесту до церемонии. Мне жаль, – Лилл закрыла дверь так же быстро, как и открыла.

– Лилл, мне необходимо срочно поговорить с Гвен. Прямо сейчас. Перед церемонией, – умолял Райдер из-за двери. – Мы можем поговорить через дверь. Просто дай минутку побыть с ней наедине, пожалуйста.

Моё сердце остановилось. Я не слышала, чтобы он называл меня по имени с того дня в замке «Чёрное Озеро».

– Дамы, пожалуйста, я на минутку, – я поспешила к двери. Я чувствовал его неуверенность, его душевную боль. – Райдер, я здесь. Что такое?

– Я просто… я, – неуверенно пробормотал он, – я не могу жениться на тебе, – эти слова ударили меня, словно грузовик. Его боль пронзила моё сердце.

– Райдер…

– Нет, Гвен. Я недостоин. Я не заслуживаю твоей любви, – его голос дрожали от переполнявших его эмоций. – Я совершаю глупые поступки. Из-за меня чуть не погибли ты и мои братья. Гвен, – он вздохнул, – я прочитал файлы в твоём рюкзаке.

Я совсем забыла об этих файлах. Ничто в них не заставило бы меня отвернуться от него. Это были истории убитой горем семьи, которая искала своего любимого потерянного сына.

– Райдер, я принесла их не для того, чтобы наказать тебя.

– Мой выбор причиняет людям боль. Дориан показал последствия моего решения уйти из дома. Он показал, что произошло на самом деле. Моя мама, – он сделал паузу, сдерживая слёзы, – она покончила с собой из-за меня. Я не стану причиной твоей смерти.

– Мой милый Райдер, – я слегка приоткрыла дверь, протянув руку. – Возьми мою руку, – его тёплые дрожащие пальцы переплелись с моими. – Дориан был мастером манипулирования. Он использовал контроль над сознанием, чтобы превратить правду в твой личный кошмар. Ты не можешь винить себя в том, что произошло. Ты был ребёнком, когда ушёл с Питером.

– Я был слаб, когда мне нужно было быть сильным. Я чуть не убил своих братьев.

– Дориан пытал тебя, чтобы заставить подчиниться. Твои действия, когда ты был его рабом, – не были твоими собственными. И всё же ты был силён. Достаточно силён, чтобы вырваться, когда это было важнее всего. Твоя любовь ко мне не могла сравниться с преданностью к принцу-бастарду. Без тебя мы бы не победили его, – я крепче сжала его руку. – Твой выбор не причиняет боль людям. Ты храбрый и верный. Ты делаешь самоотверженный выбор, чтобы помочь своим близким и почтить их память, и именно за это я люблю тебя.

Во многом мы с Райдером были похожи. Мы оба ставили интересы наших близких превыше всего, включая самих себя.

– Нет любви сильнее, чем твоя. Твоя любовь безусловна. Это делает тебя более чем достойным.

– Гвендолин, – всхлипнул он, целуя мне руку. – Я люблю тебя больше всего, что может предложить мне эта жизнь.

– И именно поэтому, любовь моя, ты женишься на мне сегодня.

Я услышала, как он вздохнул.

– Я захожу.

– Стой! Лилл оторвёт тебе голову, если ты попытаешься войти сюда.

– Мне нужны объятия.

– Я только что согласилась быть её сестрой. Я не хочу задеть её чувств.

Я хотела этих объятий так же сильно, как и он. Его боль была глубокой, и мне хотелось всю её забрать. Я коснулась его лица тыльной стороной ладони. Его щёки были мокрыми от слёз.

– В следующий раз, когда мы обнимемся, я буду твоей женой, – я почувствовала, как он улыбнулся. – Я люблю тебя, Престон Дэниел Райдер.

– Я тоже тебя люблю, Гвендолин Мэри Дарлинг Карлайл, Он поцеловал тыльную сторону моей ладони. – Если я не могу войти, то тебе лучше поторопиться, Цыплёнок. Не заставляй нас больше ждать. Я хочу обнять свою жену.

***

Церемония проводилась в лесу за нашим маленьким коттеджем. Мы решили провести её скромно, пригласив лишь горстку друзей. Мы устроим настоящий праздник, как только Мик сможет прийти. Ряд мерцающих фонарей освещал путь к моей судьбе. Амара и мои люди стояли в ожидании перед большой деревянной аркой, украшенной белыми гортензиями, незабудками и лавандой, дополняющими мой букет. Это было элегантно и романтично, – все мои мечты сбывались.

Пришло время. Все ждали меня. Я крепче сжала руку Лу и сделала глубокий, очищающий вдох. Это было оно, – начало моего «долго и счастливо». Мы победили врага, обеспечив будущее Неверленда. Ничто не стояло у нас на пути.

– Всё хорошо? – спросил Лу себе под нос.

– Идеально, – я улыбнулась. – Спасибо, Люциус.

Улыбка расплылась по его лицу, когда он услышал, как я назвал его имя.

– За что?

– За всё. За то, что вернул нас с Мик в Неверленд. За то, что спас ей жизнь. За то, что сегодня здесь и ведёшь меня к алтарю.

– Спасибо тебе, за то, что привела меня к Мик, – его слова были просты, но они говорили о многом. – Готова?

Я утвердительно кивнула и позволила Лу дальше вести меня к моим мужчинам.

Они были одеты в свои лучшие наряды. Джеймс стоял в центре в чёрном бархатном фраке, с полностью украшенном мечом на бедре. Мальчики стояли по обе стороны от него, одетые в одинаковые чёрные туники с поясами, украшенными зелёной и золотой вышивкой. Я никогда не видела их более привлекательными. Их глаза расширились, когда они увидели меня в этом платье. Опустившись на одно колено, они склонили головы, а Люциус подвёл меня к ним.

– Вы можете подняться, – слова Амары привлекли внимание. – Стоя сегодня здесь, в окружении красоты и чудес Неверленда, подумайте о нитях, которые связывают вас вместе. Несмотря на все превратности судьбы, вы нашли друг друга и образовали связь, которая была вплетена в саму суть Вселенной.

– Этой церемонией вы заявляете о своём намерении вступить в брак не только в глазах ваших близких, но и в присутствии Божества. Вы обязуетесь чтить древние традиции, которые передавались из поколения в поколение среди фейри, и поддерживать их на протяжении всей вашей жизни. Соединив ваши руки с благословения Божества, вы клянётесь беречь друг друга, поддерживать друг друга в невзгодах и стоять плечом к плечу перед лицом любых испытаний. К этим обещаниям не стоит относиться легкомысленно, – они запечатлеются в ваших душах и будут сопровождать вас в вашем совместном путешествии.

– Итак, несмотря на всю страсть и очарование 9-го Царства, вы всё ещё намерены вступить в брак?

Амара повернулась и посмотрела на меня:

– Гвен?

– Да.

– Питер?

– Да.

– Трипп?

– Да.»

– Райдер?

Он колебался, но, когда его глаза глубокого цвета индиго встретились с моими, все его сомнения растаяли. Лёгкая улыбка тронула его губы, когда он сказал:

– Да.

– Эбен?

– Да

– Джеймс?

– Да.

– Пусть ваши ответы будут услышаны всеми, кто живёт в этом Царстве, и пусть ваша любовь прославляется в вечных традициях Неверленда.

– А теперь возьмите друг друга за руки.

Амара связала наши запястья, – положив одно на другое, – тёмно-красной верёвкой.

– Повторяйте за мной: «Я клянусь чтить и лелеять тебя, любить и защищать, исследовать и потакать тебе во всех аспектах нашего союза. Пусть наша любовь будет благословлена Божеством, и пусть мы будем связаны друг с другом навеки».

Мы произнесли эти слова в унисон, определяя нашу судьбу. Связывая наши души, связывая наши нити неразрывными узами.

– Пусть ваша любовь будет такой же вечной, как волшебство звёзд, и такой же чарующей, как песни русалок. Когда вы поцелуетесь, пусть это будет обещанием радостей, которые ждут вас впереди. Пусть это свяжет ваши души в жизни, полные любви, волшебства и очарования.

Райдер был первым, кто заключил меня в объятия, скрепляя нашу судьбу жарким поцелуем.

– Моя жена, – он улыбнулся, отступая в сторону, чтобы пропустить Джеймса, который резко наклонил меня к земле как в мелодрамах, прежде чем прижаться своими губами к моим.

Он поставил меня на ноги, рыча «Моя» мне на ухо и передал Эбену.

– Этим поцелуем я женюсь на тебе, – всегда такой романтичный, он нежно поцеловал меня и отступил в сторону, пропуская Триппа.

– Моя Богиня, – его поцелуй был крепким и предвещал бо̀льшее.

Питер шагнул вперёд и протянул руку. В центре его ладони лежал жёлудь.

– Питер, это прекрасно, – моё сердце растаяло, когда я приняла «поцелуй» из его рук. Он сократил расстояние между нами, нежно обхватив моё лицо ладонями и притянув к себе для жаркого поцелуя.

«Грррёбаныыый ублююююдок… подарррил тебе жёллллудь, – такоооой же каоок подаррррил Венннди, – в день твоеееей сссссвадьбы», – мои мысли внезапно перестали принадлежать мне. «Он всссссегда буууудет жжжжелать, чтобы ттты была ееею. Убббей егоооо! Сейчасссс!» – я увидела, как перерезаю горло Питеру, как его кровь брызжет на моё одержимое лицо. Присутствующие был в полном шоке, когда я улыбнулась от уха до уха. Кровь Питера капала с моего подбородка. – «Я отомщуууу!»

Я высвободилась из объятий Питера и запустила руку в вырез своего платья. Вытащила нож. Марионетка в руках Кѝана.

– Нееет! Питер! – слова сорвались с моих губ в искажённом гортанном крике.

Красивое лицо Питера исказилось в замешательстве. Я боролась с желанием перерезать ему горло, отчаянно пытаясь заглушить мерзкие мысли Кѝана. Прежде чем он смог добиться успеха, я повернула клинок на себя и вонзила его себе в сердце. Хватая ртом воздух, я широко раскрыла глаза, когда поняла, что натворила. Я слышала крики и суматоху вокруг, когда, спотыкаясь, оказалась в объятиях Эбена.

– Мне очень жаль, – плакала я, умоляя их понять меня. С помощью Питера Эбен уложил меня на землю, положив мою голову себе на колени. – Мне жаль.

– Гвен, нет, нет, нет. Что ты наделала? – паниковал Питер. Его руки дрожали, он навис надо мной, не зная, что делать. Лезвие всё ещё торчало из моей вздымающейся груди.

– Кто-нибудь, найдите целителя, сейчас же!

Я услышала, как Джеймс отдаёт приказы, прежде чем увидела его прекрасные голубые глаза.

– Гвендолин, что же ты наделала?

Мои мальчики были рядом со мной, на их лицах была написана паника.

– Кѝан, – я с трудом выговаривала слова. – Он… не может… – комната вокруг меня начала темнеть. Райдер держал мою руку в своей. – Он не может… причинить вам… вред… теперь, – я с трудом дышала, кашляя кровью. – Я… лю… – я пытался сказать, что люблю их, но сил не хватало.

Моё время с ними закончилось. По их лицам текли слёзы.

Меня окутала тьма.

Тишина.

Покой.

Глава 24
Высшая Жертва

Питер

Я едва расслышал громкий раскат грома, который пронзил воздух в тот момент, когда её глаза закрылись. Белый шум в моей голове гудел так громко, что заглушил крики. В моём сознании царил полный хаос, не позволяющий мне предпринимать какие-либо разумные действия. Все мы, – едва ли её мужья, сгрудились вокруг неё, и никто из нас ни хрена не мог сделать, чтобы помочь ей. Мои конечности повисли тяжёлыми, совершенно бесполезными, когда я держал её безжизненную руку в своей.

– Лилл! Волшебная пыль! Ей срочно нужна волшебная пыль! Она не дышит, – скомандовал Трипп, каким-то образом преодолев завесу шока, которая окутывала меня. Его всегда спокойное и собранное поведение подкосилось, а слова колебались под тяжестью эмоций.

Голова Гвен лежала на коленях у Эбена, и он беспрестанно убирал волосы с её лица. Его взгляд остановился на её бледных губах, от которых отхлынул весь цвет. Он склонился над ней, сжимая в руке лезвие, всё ещё торчащее в её в груди. Он выдернул его из её тела, а она даже не вздрогнула. Моё внимание привлекло багровое пятно, расползающееся по ткани. Резкий контраст со свадебным платьем цвета слоновой кости был совершенно неуместен. Этого не должно было случиться. Я снова перевел взгляд на Эбена. Нож дрожал в его руке, и я видел это по черной глубине его глаз. Он знал. Мы все знали.

Её нет.

Я чувствовал, что теряю её, как будто кто-то оторвал мою руку. Костяшки пальцев Эбена, сжимавших клинок Гвен, побелели, и я понял, что жить ему осталось недолго. Он собирался последовать за ней.

Я посмотрел на Райдера. Слёзы текли по его лицу, когда он снова и снова выкрикивал её имя. Он тоже не жил бы в этом мире без неё.

Трипп поднёс её окровавленную руку к своему лицу, качая головой. Всё ещё не осознавая, что она мертва. Но как только шок от этого пройдёт, у меня было предчувствие, что ему предстоит долгая прогулка с невысокого утёса.

Мои Потерянные Мальчики больше не были моими. Они принадлежали ей. И они действительно были потеряны без неё.

Крюк опустился на колени рядом с ней. По его щеке скатилась одинокая слеза. Этот человек всегда был стойким. И, возможно, это был тот Ад, который он заслужил. Вечно бороздить просторы Вселенной с вырванной половиной души. А я… Я тоже боялся, что это заслуженное наказание. Я совершил вопиющий поступок, который стоил мне моей души. Потому что её потеря, несомненно, уничтожила меня. Я не был непогрешим, но я делал всё, что от меня требовала Божество, и всё же этого оказалось недостаточно. Она продолжала отнимать. Теперь мне больше нечего было дать.

Лилл оттолкнула меня плечом в сторону, высыпав пригоршню волшебной пыли на грудь Гвен. Трипп и Райдер наблюдали за происходящим, и в их глазах вспыхнула надежда. Но мне не нужно было смотреть, чтобы понять, что волшебная пыль соскользнула с Гвен, словно вода. Она ушла. Ушла в такое место, откуда никто из нас не сможет её вернуть.

Трипп оттолкнул Райдера локтем с дороги и начал давить ей на грудь в тщетной попытке заставить её пронзённое сердце снова биться.

– Питер! Помоги! Почему ты ничего не делаешь? Помоги мне спасти её! – закричал Трипп. Его слёзы лились рекой, смешиваясь с кровью на её груди.

– Трипп… Я не думаю… ничего не…

– Прекрати! – закричал на него Эбен. – Ты знаешь, что она ушла! Она, блядь, ушла, Трипп! Ты это чувствуешь. Я это чувствую. Мы все это чувствуем!

Трипп резко остановился, тяжело дыша, прежде чем вскочить на ноги. Дёргая себя за волосы, он расхаживал туда-сюда.

– Я сделал это! – сказал Райдер, захлебнувшись рыданием. – Я не знаю, за что она наказывает меня, но каким-то образом я бросил вызов Божеству. Я бросил вызов звёздам… и Цыпа… она… она заплатила за это! – Райдер снова погрузился в свой собственный Ад, раскачиваясь взад-вперёд. Его глаза были совершенно пусты.

Эбен хранил зловещее молчание, тупо глядя на её безжизненное тело. Крюк остался на коленях рядом с ней, наклонившись вперёд, чтобы нежно поцеловать. Он задержался надолго и отстранился ровно настолько, чтобы заговорить:

– Последний поцелуй, который навсегда останется в моей памяти. До тех пор, пока мы не встретимся снова, моя возлюбленная, – кровь, покрывавшая её губы отпечаталась и на его.

– Что случилось? – зарычал я на Крюка.

С яростью справиться было легче, чем с сокрушительным осознанием того, что она действительно мертва. Мне нужно было что-то сделать. Кого-то обвинить.

– Иналто, – вмешалась Амара, её голос дрожал от собственного горя. – Она приняла Иналто, чтобы спасти вас всех от Тигровой Лили. Но за это нужно было заплатить. Равновесие должно быть восстановлено. В качестве платы требовалась жизнь возлюбленного. Плата, которую Гвен отказалась платить одной из ваших жизней, и поэтому она заплатила своей собственной. Я думала, она может это контролировать. Она сказала мне не волноваться. Я была так глупа… Это всё моя вина, – Амара рухнула на землю, рыдая у ног Гвен.

Я мгновенно повернулся к Крюку.

– Ты знал, не так ли? – прорычал я. Чувство глубоко укоренившейся мести вернулось к жизни, потому что это было знакомо, и мне захотелось излить всю эту боль во что-нибудь.

– Я видел это в её глазах под Храмовой горой. Она не хотела, чтобы кто-нибудь из вас знал. Она не хотела, чтобы вы волновались. Она думала, что у неё всё под контролем, – он с трудом выговаривал слова, в его тоне сквозило сожаление.

– Это не имеет значения, Пэн. Ты можешь ненавидеть его сколько угодно. Это её не вернёт. Ты только ещё больше запятнаешь её память, – сказал Эбен. Он отвёл взгляд от Гвен и встретился с моим. – Для меня было честью сражаться бок о бок с вами обоими. Но я пойду туда, куда она… Даже если мне придётся следовать за ней из этой жизни в следующую, – пусть будет так.

Эбен поднял кинжал Гвен, держа его наготове. Я хотел сказать ему «нет». Хотел сказать, чтобы он остановился, но не смог. Я завидовал. Я был настолько вплетён в судьбу Неверленда, настолько связан долгом, что никогда не смог бы взять смерть в свои руки. Нет, я останусь, а он будет с ней, пока я буду страдать в чистилище, которое сам же и создал.

Прежде чем Эбен успел нанести себе смертельный удар, из раны в груди Гвен полился ослепительный свет. Мы все отшатнулись, клинок Гвен выпал из рук Эбена. Я заставил себя смотреть на свет. Магия закружилась в воздухе вокруг неё, оторвав её от земли. Каждый дюйм её тела был окутан ярким светом. Я чувствовал всепоглощающую энергию. Успокаивающее тепло окутало меня, возродив надежду, которая так сильно горела в моей груди, что мне казалось, что моё сердце вот-вот взорвётся.

Все мы, – все её мужья, – собрались вокруг, наблюдая с благоговением и удивлением. Свет начал усиливаться, освещая лес, как будто я перешёл в какое-то спектральное измерение. Весь страх и душевная боль растаяли, и теперь я чувствовал только любовь. Чувство, словно вернулся домой и это было ошеломляющим. Затем мир вновь обрушился на меня. Гвен снова оказалась на земле, окружённая всеми нами. Она опиралась на руки, низко опустив голову, и делала глубокие, прерывистые вдохи, которые звучали для моих ушей как сладкая музыка.

– Гвен! – я бросился к ней так быстро, как только мог. Схватил за плечи и приподнял, пока мои глаза не встретились с её мягкими карамельными. – Ты жива! Слава Божеству! Я не знаю как… но ты жива! – я прижал её к груди, позволяя всем эмоциям дня излиться, пока держал жену.

– Цыпочка! – Райдер вырвал её из моих рук. Каждый из них передавал друг другу. Мы наслаждались ощущением того, что она жива и здорова, и в наших объятиях. Ликование семьи и наших друзей наполняли воздух вокруг.

– Питер? Питер, что случилось? – Гвен в замешательстве смотрела на слёзы, струящиеся по моему лицу.

– Что случилось? У тебя был кинжал… а потом ты… ох… ты… ты ушла. Я чувствовал, что тебя нет. Но теперь каким-то образом ты вернулась. С тобой всё в порядке?

– Да, в порядке. По крайней мере, я так думаю. Просто не знаю, что произошло. Я помню лишь умиротворение. Это было так безмятежно, но в то же время так неправильно. Как будто меня там не должно быть, по крайней мере, пока. Я не знаю, почему…

– Это была Высшая Жертва, – раздался мелодичный голос, и мы все обернулись, чтобы увидеть прекрасную фигуру Пейтры, которая приближалась к нам, освещённая лучами заходящего солнца.

– Пейтра? – Гвен поднялась на ноги и сделала несколько шагов ей навстречу.

– Я говорила тебе, моя маленькая звёздочка, что всегда буду наблюдать за тобой. И я не могла пропустить день твоей свадьбы.

– Высшая Жертва? Я не понимаю. Иналто потребовал платы. Я заплатила. Кѝан ушёл, я это чувствую. Так как же я здесь оказалась?

– Первый урок, который нужно усвоить… Ты не можешь спрятать семена разрушения внутри себя. Они всегда прорастут, какими бы крепкими ни были стены твоей крепости… Они поглотят всё. Но когда ты оказалась перед выбором, ты пожертвовал собой ради тех, кого любишь. Нет большего дара. Многие заявляли об этом, но лишь единицы доводили дело до конца. Эта чистая жертва, принесённая во имя любви, была единственной лазейкой. Узы платы распутываются, взамен возвращая тебе твою жизнь.

– Ты хочешь сказать, что я свободна? Навеки избавилась от этого пятна? – голос Гвен дрогнул, но она не смогла скрыть надежду, которая таилась в оставшемся без ответа вопросе.

– Вечность в твоих руках, моя маленькая звёздочка. Как бы ты ни решила прожить её.

Гвен повернулась к нам, её прекрасная улыбка излучала чистую радость, а из глаз потекли слёзы счастья.

– Вы слышали это, мои возлюбленные? Мы свободны! Это оно. Это то, о чём мы мечтали. То, ради чего мы так упорно трудились. С этого момента начинается «долго и счастливо».