Текст книги "Королева Потерянных Мальчиков (ЛП)"
Автор книги: Т. Кинли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)
– Позволь мне, моя Королева, – сказал Эбен, занимая позицию по одну сторону дверного проёма.
– Не что иное, как торжественный выход нашей Королевы, – вторил Джеймс, хватаясь за другую дверь и распахивая её.
Звук эхом разнёсся по комнате, прежде чем из неё донеслась мелодичная музыка. Передо мной открылся большой бальный зал. Фейри всех мастей кружились в вальсе по комнате. Все они были нарядно одеты и порхали по танцполу, пока играл квартет. От леденящего душу звука струнных инструментов у меня по спине пробежали мурашки. Я прошла мимо танцующих, которые, казалось, совершенно не замечали войны, бушевавшей прямо за стенами замка. Никто из них не выказал ни капли беспокойства, и это заставляло мою кровь кипеть. Мне пришлось напомнить себе, что именно этого я и хотела. Мне нужно было, чтобы они недооценили меня. Я должна правильно разыграть свои карты, если у нас был хоть какой-то шанс выбраться из этого Ада.
– Ах, да! Прибыл наш особый гость, – вкрадчивый голос Дориана перекрыл музыку, и все разом остановились, уставившись на меня. – Это наш почётный гость. Королева Неверленда почтила нас своим присутствием, – Дориан захлопал в ладоши, вставая из-за длинного стола, за которым сидел, и мой взгляд скользнул мимо него к Питеру, который находился справа от него. Он неподвижно сидел в своём кресле и не пытался встать, на его лице застыло страдальческое выражение. Затем я заметила, что кинжал, – собственный кинжал Питера, вонзился в столешницу прямо через его руку, пригвоздив его к месту. Это зрелище заставило меня задохнуться от ужаса, прежде чем Дориан заговорил снова, отвлекая моё внимание от Питера.
– Замечательное событие. Проходи, присоединяйся к нам с Питером, мы устроим пир в твою честь, – он подозвал меня к длинному столу, накрытому для Короля. Обильные яства были сосредоточены вокруг трупа сатира, разложенного на блюде. Его рот был набит яблоком, а раздвоенные копыта связаны, как изысканное блюдо. Он должен был стать основным блюдом, и куски его бедра уже были нарезаны.
Мой желудок чуть не взбунтовался, когда я увидела, как Дориан уселся обратно на свой трон, а перед ним поставили тарелку с сырым мясом. Я не двинулась с места. Я здесь не для того, чтобы обмениваться любезностями. Всё это было уловкой. Он хотел напустить на себя безразличный вид, отвлечь меня, чтобы вызвать страх и сомнения, но я на это не куплюсь. Лёгкое движение его челюсти подсказало мне, что я вызвала в нём толику страха, и Тьма внутри меня заурчала. Я должна встретиться с ним на равных, и если это означало, что мне придётся ворошить свою собственную Тьму, то так тому и быть.
– Ты когда-нибудь раньше пробовала фейри, Гвендолин? – спросил он, подцепляя вилкой кусок мяса со своей тарелки. Я стояла с высоко поднятым подбородком, отказываясь вступать в его светскую беседу. – Магия придаёт мясу определённую сочность, которую невозможно воссоздать. Это деликатес, правда. Ты должна попробовать.
Он уставился на меня своими янтарными глазами, не отводя взгляда, пока снимал мясо со своего ножа и макал его в кровь, сочащуюся из руки Питера, прежде чем отправить в рот. Его глаза закрылись, и он застонал, как будто вкус был чистым экстазом.
– Питер, ты на вкус как Божественный нектар. Теперь я понимаю, почему ей так нравится целовать тебя. Я могу только представить, каковы на вкус все остальные из вас, – он взглянул на Питера, облизывая губы, и непристойная ухмылка расплылась по его лицу.
– Хватит этих игр. Я здесь, чтобы договориться о твоей капитуляции. Я позволю тебе уйти живым, если…
Дориан расхохотался, прерывая меня. Весь двор последовал его примеру.
– Сдамся? Я действительно верю, что это переговоры, моя дорогая Королева, – он щёлкнул пальцами, и мой взгляд упал на Триппа, который вышел из тени с приставленным к горлу ножом. Моё сердце заколотилось при виде него в руках врага, но затем оно вовсе остановилось, когда я увидела, что человеком, держащим нож, был Райдер.
Он выглядел так, словно был подготовлен, как ценный товар, выставленный на всеобщее обозрение, чтобы попытаться сломить меня. Светлые локоны были аккуратно убраны с лица, но им недоставало здорового блеска. Кожа натёрта маслом, и он был обнажен выше пояса, в одних только шёлковых штанах с тонкой вышивкой, которые низко свисали на бедрах. Но они не могли скрыть того факта, что он был кожа да кости. Я могла разглядеть каждое рёбрышко, а его лицо было измождённым. Но больше всего меня поразили глаза. Его красивые глаза цвета индиго утратили прежнюю искорку и в скудном свете бального зала казались пустыми и тусклыми.
Я открыла себя для моста, который соединял нас всех. Я чувствовала ярость Эбена, который использовал каждую каплю самообладания, чтобы удержаться на месте. Джеймс был хладнокровен и расчётлив, пытаясь оценить наши шансы на выживание. Питер был полон эмоций – боли, гнева и поражения, смешанных со страхом. Глаза Триппа встретились с моими, и я не почувствовала ничего, кроме любви и сожаления, которые накрыли мост между нами. Он тоже получил к этому доступ, и любовь, исходившая от него, укрепила мою решимость. Когда я дотянулась до последней нити, – там ничего не было. Райдер был пустотой. От него вообще не исходило никаких эмоций. Дориан уничтожил моего беспечного Потерянного Мальчика и не оставил мне ничего, кроме осколков его разбитой души. Я чувствовала, как в ответ во мне начинает нарастать страх, но сейчас это ему не помогло бы, и поэтому я загнала его обратно в свою ментальную крепость.
– Позволь представить моего нового питомца. Это Престон, – сказал он с озорной ухмылкой, кивая Райдеру. – Престон, поздоровайся с Гвендолин, – приказал Дориан.
– Привет, Гвендолин, – голос Райдера звучал механически, и я чуть не лишилась чувств, услышав, как он называет меня по имени.
Я оторвала взгляд от Триппа и Райдера и устремила всю тяжесть своего взгляда на принца-бастарда.
– Плохая формальность, Дориан, – приторная снисходительность соскользнула с моих губ. – Не думаю, что ты должным образом представили меня. Оплошность, которую, я уверена, ты не забудешь в следующий раз. Но позволь мне… – я сделала паузу для драматического эффекта и заметила лёгкое закатывание его глаз, когда Дориан взял своё вино, по-видимому, не интересуясь тем, что я хотела сказать. – Я – Гвендолин Мэри Дарлинг Карлайл. Дочь Венди, Королева Девятого Царства, Избранная Божества и воплощение Осакрена, – прогремел мой голос в огромном зале и воцарилась полная тишина, за исключением едва слышного звука, когда Дориан поперхнулся вином.
Он бросил на меня свирепый взгляд, и истинное Зло выглянуло из-за его тщательно скроенной маски.
– Она бы не стала, – прорычал он, вставая со своего места, крепко упираясь кулаками в стол.
– О, она бы так и сделала. И она сделала, – я медленно сняла перчатку со своей изменённой руки, разминая пальцы, пока рунические татуировки светились магией. – Итак, давай вернёмся к нашему предыдущему разговору. Я полагаю, мы говорили об условиях твоей капитуляции.
Дориан опустил голову, переваривая новость и постукивая ногтями по столу. Это был мой козырь в рукаве. Единственное, к чему он не был готов. Когда он начал смеяться, это застало меня врасплох.
– Я совершенно очарован тобой, Гвендолин Мэри Дарлинг Карлайл. Осмелюсь сказать, что ты самый интригующий человек, которого я когда-либо встречал. Я знал, что в тебе есть что-то особенное. Но это к делу не относится. Это новое событие действительно способствует переговорам.
– Я не буду вести переговоры со Злом, – прошипела я.
– О, моя дорогая, ты нарушила главное правило Королевской семьи. Ты не можешь быть по-настоящему грозной Королевой, когда отдала так много частичек своего сердца. Это делает тебя слабой. Но позволь мне предложить свои условия, – он начал выходить из-за стола, взъерошивая волосы Райдера, когда проходил мимо, и я почти потеряла самообладание, моё зрение затуманилось красным при виде его рук на нём. Но он не ошибся. Мужчины в моей жизни были моей ахиллесовой пятой.
– Я оставлю твоих людей в живых. Они могут свободно, без помех, покинуть этот замок, – он сделал паузу, приближаясь ко мне, кружа вокруг, словно я добыча. – Я даже подслащу сделку. Отправлю их в другое Царство, изгоню из Неверленда. Если ты согласишься стать моей. Моя покорная Королева. Прекрасное и эффектное украшение для моей руки. Ты будешь делать, как я говорю, и они будут в безопасности и проживут долгую и счастливую жизнь, пока мы с тобой правим Вселенной. Только подумай о сыновьях, которых ты мне родишь. Сила, которой я мог бы обладать с помощью нашей объединённой магии, была бы непреодолимой, – он остановился позади меня, сделал глубокий вдох и простонал: – Ооо, какие возможности.
Я услышала шум борьбы и, обернувшись, увидела Джеймса, который удерживал Эбена.
– Не смей, блядь, прикасаться к ней! Она никогда не будет твоей. Этого, блядь, никогда не случится! – в голосе Эбена было столько злобы, сколько я никогда не слышала. Но Джеймс удержал его, не давая броситься навстречу бессмысленной смерти.
– А если я откажусь? – я старалась говорить уверенно, высоко подняв подбородок и надеясь, что мои инстинкты укажут мне правильный путь.
– Позволь мне показать, – Дориан улыбнулся, и комната передо мной превратилась в другое видение: Трипп неподвижно лежал на столе лицом вниз в луже крови. Райдер сжался в комочек в углу. Джеймс и Эбен лежали на земле в неестественных позах, покрытые кровью. Несмотря на то, что Дориан стоял у меня за спиной, в видении было видно, как он пронзает сердце Питера своим мечом, проталкивая его насквозь, пока рукоять не упёрлась в грудь. Булькающие звуки, издаваемые Питером, были настолько реальными, что я почувствовала, как из уголка моего глаза скатилась слеза.
– Это нереально. Это всего лишь один из путей. Одна из возможностей, – прорычала я.
– Верно… Но если бы мне пришлось делать ставки, я бы поставил на то, что удача благоволит нечестивым.
Я почувствовала, как Дориан подошёл ко мне сзади, его горячее дыхание коснулось моей шеи.
– Тебе не победить меня, – пропел он. – Ты можешь попытаться, но я обещаю, что, если ты это сделаешь, один или все твои люди умрут сегодня, а ты станешь моей рабыней. Разве не лучше было бы быть моей Королевой и знать, что все они выжили, чем быть моей рабыней и жить с тем фактом, что ты стоила им жизни? Ты не захочешь познать боль жизни после смерти своих родственных душ.
Его слова глубоко ранили. Эти люди с совершенными недостатками были всем, что меня волновало.
Волна вины захлестнула меня. Я была Королевой Неверленда и была готова продать всё Царство, чтобы обеспечить безопасность своих возлюбленных. Но если я доставлю их в безопасное место, то смогу подобраться к Дориану и выждать время. Я буду терпелива и позволю годам питать мою Тьму, пока мою месть нельзя будет отрицать. По крайней мере, тогда у нас будет шанс. По крайней мере, они будут живы, и, возможно, мы сможем начать заново.
И тут меня осенило. То, чего я всё это время боялась, на самом деле было моей судьбой. Я всегда знала, что потеряю их. Ничего идеального не может длиться вечно, по крайней мере, для такой, как я. Не тогда, когда Вселенная уже нарисовала мишень у меня на спине. Я знала это с самого начала и упрекала себя за то, что забыла об этом и была настолько глупа, что поверила, будто у меня действительно будет моё «долго и счастливо». Но я познала настоящую любовь и на мгновение насладилась её великолепием. Если это была цена, которую мне придётся заплатить, я могу без сожаления сказать, что оно того стоило.
– Время быстротечно, Королева Неверленда, – слова Дориана вернули меня к реальности. Я снова оказалась в бальном зале, Джеймс и Эбен стояли рядом со мной. Дориан вернулся к столу, пристально глядя на меня.
– Откуда мне знать, что ты не блефуешь? – спросила я.
– Я восхищаюсь твоим упрямством. Будет ещё интереснее, если я заставлю тебя подчиниться мне. Ты согласен, Престон? – он перевёл взгляд на Райдера.
– Да, сэр, – немедленно ответил он, но не раньше, чем в его глазах промелькнула паника.
– Престон, пожалуйста, покажи ей, что мы действительно не блефуем, – приказал Дориан, начиная ковырять ногти.
В мгновение ока Райдер убрал клинок от шеи Триппа и яростно провёл им по его груди. Трипп зашипел от боли, когда кровь хлынула из его разорванной плоти и потекла по телу.
– Нет! – слово сорвалось с моих губ, и я рванула вперёд, даже не осознав, что двигаюсь. Я почувствовала сильные руки на своей руке и, оглянувшись, обнаружила, что Джеймс удерживает меня на месте.
«Не поддавайся на его уловки, любовь моя», – слова Джеймса эхом отдавались в моей голове, перекатываясь через разделяющий нас мост. Точно так же, как А̀ло общался со мной телепатически в Пустоте, Джеймс каким-то образом выяснил, как подключиться к нашей связи и заговорить со мной. Я скрыла шок на своем лице. Не могла позволить Дориану узнать, что мы можем общаться друг с другом.
– Ты теперь мне веришь, Гвендолин? – спросил он небрежно.
– Я имела в виду, – сказала я, выпрямляясь в полный рост, – что мне нужны гарантии. Если я соглашусь, что помешает тебе отказаться от нашей сделки?
– Гвен, – прорычал Питер. – Ты не можешь этого сделать! Мы не позволим тебе этого сделать! – мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не обращать на него внимания. Я не могу позволить никому из них остановить меня.
– Я хочу, чтобы сделка была скреплена магией, – настаивала я.
– Ты заключаешь жесткую сделку, Королева Неверленда. Я люблю такое. Да будет благословенна Божество, которая действительно знает, что твоя безжалостная душа может очень хорошо удовлетворить мою собственную. Отлично. Я соглашусь с условиями. Смертельные узы. Каждый из нас будет связан этими условиями, или магия положит конец предательской стороне.
Блядь. Смертельные узы защитили бы моих мальчиков, но и заставили бы меня выполнить свою часть сделки. Это сделало бы месть практически невозможной.
– Время поджимает, Гвендолин. Пора делать свой ход, – Дориан вытащил из-за пояса украшенный драгоценными камнями кинжал и полоснул им по ладони. Сверкающий свет вырвался из его руки вместе с фиолетовой кровью, которая полилась из раны на стол. – Твоя свобода? Или твоих мальчиков?
– Гвен! Не делай этого! Мы всегда будем бороться за тебя, какую бы сделку ты ни заключила, – умолял меня Питер.
– Питер, – его имя прозвучало как рыдание. – Прости, – прошептала я.
– Ты не можешь этого сделать, Гвен, – сказал Эбен. – Это убьёт и нас тоже. Ты – наш якорь. Мы будем плыть по течению бессмысленной жизни, которую никто из нас не захочет прожить без тебя.
– Но вы будете жить! И это всё, что меня волнует, – я приняла решение и шагнула к столу. Вытащила из-за пояса кинжал и медленно провела им по ладони, чувствуя, как набирает силу моя магия.
«Скажи мне, что у тебя есть план, Гвендолин. Пообещай мне, что ты знаешь, что делаешь!» – слова Джеймса пронеслись по нашему мосту, рикошетом отдаваясь в моём сознании. В ответ я смогла только покачать головой. Вспышка его гнева была такой, словно моя душа была охвачена пламенем.
– Моя Богиня, мы найдём способ. Я умоляю тебя, пожалуйста, не… – тихо начал Трипп, даже когда клинок Райдера впился ему в горло.
– Я обещаю… я найду вас. В конце концов, я найду вас, – я сделала ещё один шаг к Дориану. – Мы встретимся там и продолжим с того места, на котором остановились.
Мой взгляд метнулся к Питеру, когда я произнесла слова, которые он сказал мне в гроте. Казалось, что это было целую вечность назад, но даже тогда он знал, что уготовила нам судьба. Теперь я готова принять это. Я могу пережить что угодно, пока знаю, что они живы и в безопасности.
Я протянула руку Дориану, наша магия была готова скрепить связь и привязать меня к жизни, которую я была готова принять.
– Нет! – слова моего возлюбленного эхом разнеслись по бальному залу. Серебристая вспышка – вот и всё, что я увидела, прежде чем брызги тёплой крови упали мне на лицо. Я несколько раз моргнула, пока картина, представшая передо мной, наконец не запечатлелась в моём мозгу. Рука Дориана лежала оторванной от тела, пальцы подёргивались. Сверкающее лезвие вонзилось в стол. Я подняла глаза и встретилась взглядом с яркими глазами цвета индиго.
Побелевшие костяшки пальцев Райдера вцепились в лезвие мёртвой хваткой.
– Я никогда не позволю тебе сделать с ней то, что ты сделал со мной, – зарычал он на Дориана. В бальном зале воцарился хаос, когда крики Дориана эхом разнеслись по огромному пространству. Есть вещи, которые не может вылечить даже волшебная пыльца. По крайней мере, так сказал мне Гейдж, и я увидела панику в глазах Дориана. Мир вокруг меня взорвался, и всё замедлилось. Питеру удалось вырвать клинок из своей руки и, развернувшись, вонзить его Дориану в живот. Настало наше время, и этот момент был мимолётен.
Я потянула за ниточки, соединяя нас. Использовала их уникальную магию, чтобы подпитывать свою собственную. Все мои люди остановились, их тела выгнулись дугой, руки были отведены назад, когда я вытягивала из них энергию. Мы испытывали эйфорию, когда объединялись вместе, и каждый из нас что-то добавлял. Сила скопилась в моей груди, и когда я высвободила её и из моего тела вырвалось мерцающее облако. Наша магия создала демона со скрежещущими зубами, который бросился на Дориана, вызвав у принца-бастарда новые крики. Он облетел вокруг его головы, прежде чем врезаться в открытый рот.
Я пыталась контролировать это. Магия была такой мощной. Я пыталась сосредоточиться на том, чтобы покончить с Дорианом, но он сопротивлялся. Его собственная магия обрушилась на нас, и мне показалось, что меня выпотрошили, когда его сила проникла в меня. В какой-то момент мои крики наполнили комнату, но я не собиралась сдаваться. Я чувствовала, как они отдают мне каждую каплю энергии, и направила всё, что у меня было, в Дориана. Но он не уступал, как бы я ни старалась. Мы оба ослабли из-за метафорического перетягивания каната между Добром и Злом – ни один из нас не добился преимущества. Наша дуэльная магия потрескивала в воздухе, бурлящая энергия почти ослепляла бальный зал. Я начала паниковать. Я понятия не имела, как долго мы сможем продолжать в том же духе. Вспышка магии привлекла моё внимание за мгновение до того, как появилась Пейтра. Она набросилась на Дориана, как гарпия, широко раскинув перепончатые крылья, и повалила его на землю. Она подняла руку над головой и ударила Дориана кулаком в грудь. От этого тошнотворного звука у меня скрутило живот.
– Именно так я и думала, брат. Твёрдый и сморщенный. Теперь я буду пожинать плоды новой Эры на костях, которые мне причитаются, – слюни полились ему на лицо от её злобной ухмылки, когда он уставился на неё широко открытыми глазами. Её рука дёрнулась назад, и когтистые пальцы сжали его сердце. Тёмное сердце сделало несколько ударов, капая фиолетовой кровью на её руку, прежде чем Дориан обмяк под ней.
Моя магия вернулась ко мне, и поток энергии от моих мальчиков прекратился. Я опустилась на колени, задыхаясь от необузданной силы, которая использовала моё тело как проводник. Пейтра по-прежнему склонялась над неподвижным телом Дориана, терзая его грудную клетку, пока ей не удалось освободить грудную кость из кровавого месива. Она удалила грудную кость, которую мы ей дали, и вонзила кость своего брата себе в грудь. Вспыхнул яркий свет, и мощная ударная волна сбила нас всех с ног.
Когда ко мне, наконец, вернулось зрение, передо мной стояла прекрасная женщина. Её глаза цвета жидкого золота встретились с моими, наполнив меня чувством чего-то знакомого. Я знала эту женщину. Густые белокурые волосы ниспадали тяжёлыми волнами, обрамляя идеальное лицо со светлой фарфоровой кожей и высокими скулами. За её спиной распростёрлись гладкие белоснежные крылья с перьями. Платье из золотистых нитей облегало женственную фигуру, подчёркивая цвет её глаз. Глаза, которые были такими глубокими, что могли заглянуть тебе в душу. Это была Пейтра. Истинный облик Костяной фейри. Теперь она была полностью восстановлена.
– Моя маленькая звёздочка, – раздался мелодичный голос, когда она протянула мне руку. Я взяла её, и она подняла меня на ноги. – Я знала, что ты выберешь правильный путь. Любовь – это всегда правильный путь, – она погладила меня по щеке, янтарные глаза заглядывали глубоко в мою душу. – Ты прошла проверку, и тебя не сочли корыстной. Теперь пришло время насладиться добычей. Ты заслужила это, моя маленькая звёздочка. Иди к своим мужчинам. Живи счастливой жизнью и знай, что я буду наблюдать за тобой, – она поцеловала меня в губы целомудренным материнским поцелуем и в следующее мгновение исчезла.
