Текст книги "Беспощадные намерения (ЛП)"

Автор книги: Сюзанна Райт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

– Грета, не надо.

– Ты не слышал, почему её выгнали из стаи.

Если по улыбке Тарин можно было что-то сказать, то Макенна просто играла с Гретой. Райан это понимал, учитывая враждебный настрой.

– Этот день для Зака, Грета, – вмешался Трей. – Ты его не испортишь.

Он снял эти слова с языка Райана. Потянувшись за кетчупом, Райан нечаянно рассыпал соль. Макенна быстро схватила щепотку и протянула Райану. Не понимая для чего это, он просто таращился на Макенну.

– Брось через левое плечо.

Райан моргнул.

– Зачем?

– Ты рассыпал соль. – И очевидно это должно что-то означать. Недоумевая, что уже привычно в делах с Макенной, он ничего не сказал. – Ты должен бросить щепотку через левое плечо, чтобы отогнать невезение.

Он взглянул на свою стаю, и был удивлен, что все женщины – включая Грету – кивали, будто слова Макенны имели хоть какой-то смысл. Чёрт возьми, казалось, даже пара мужчин была согласна с этим нелогичным заявлением.

– Это всего лишь соль.

– Но ты её рассыпал, – настаивала Макенна.

– Я не верю в удачу, плохую или хорошую. – Макенна уже итак это знала.

Она печально покачала головой.

– Не говори потом, что я не предупреждала. – Такое ощущение, что он совершил фатальную ошибку.

– Это всего лишь соль.

– Рассыпанная соль. Это важно.

– Мне всё равно.

– Будет не всё равно, когда с тобой случится неудача. Опять.

Райан стиснул зубы.

– Ничего плохого со мной не случится.

– Ты сейчас искушаешь судьбу. Быстро постучи по дереву.

Она, должно быть, шутит.

– Если постучу, мне это поможет? Ты, правда, в это веришь?

Она вздёрнула подбородок и фыркнула.

– Меня не обижает твой тон.

– Нет у меня никого тона.

– Обычно нет, – признала она. – Но сейчас есть, Белый Клык.

– Я говорил не называть меня так.

– А меня удивляют твои мысли, что я повинуюсь.

Бормоча сквозь стиснутые зубы, Райан отвернулся к еде, только тогда осознав, что вся стая – не считая Зака, который тихонько хихикал – шокировано уставилась на него. Он знал почему. Райана особенно ничего не раздражало. Хотя он мог быть грубым и угрюмым, редко терял самообладание… за исключением тех случаев, когда дело касалось Макенны Рей.

– Прошу не останавливайтесь, – сказал Доминик. – Наблюдать за тем, как вы общаетесь, весьма забавно. – Когда Райан заворчал, Доминик спросил Макенну. – Что он сказал?

– Что ты засранец.

Доминик прикинулся обиженным.

– Чувак, это подло.

Райан проигнорировал его, сконцентрировавшись на бургере, как проигнорировал и удивлённые взгляды товарищей по стае. Как игнорировал и веселье Зака и бред женщины, сидящей рядом…

Ладно, он пытался её игнорировать. По правде говоря, разумом Райан прекрасно осознавал её присутствие – её запах, движения, слова и врождённая чувственность не давали забыть. Тот факт, что пара рядом, на его территории, разговаривала с его товарищами по стае, приносил чувство глубоко удовлетворения. Райан понимал, как ему несказанно повезло найти пару, поскольку не каждому перевёртышу это дано. Было тяжело не заявлять на неё права, не сделать это публично и официально.

То, что он сдерживался, волновало волка, который не понимал предрассудки Макенны. Но Райан понимал, и давал ей время и свободу. Он просто надеялся, что это не затянется.

– Макенна, вот мне интересно, – начала Грейс, – Ты провела большую часть жизни, пристраивая одиночек, и очевидно в этом преуспела. Почему не нашла себе стаю?

– Сомневаюсь, что Альфа допустит, чтобы один из волков общался с одиночками, не говоря уже с волонтёрами в приюте, – ответила Макенна. – А я не хочу бросать работу волонтёра в приюте.

Райан мог заверить, что Трей не заставит её бросить приют. Неважно верила ли она в то, что является его истинной парой или нет, она автоматически стала волчицей стаи Феникс.

Грейс положила в рот виноградину.

– Ты поддерживаешь связь с теми одиночками, кому нашла дом?

Макенна почувствовала, как напрягся Зак.

– Если они сами этого хотят. – Она обожала чувство уверенности, что им там хорошо, что они счастливы и в безопасности.

Доминик толкнул Зака локтем.

– Эй, останешься на ночь? Я подумал, может, захочешь опробовать свою комнату.

С широко распахнутыми глазами, Зак осмотрел стол и тяжело сглотнул.

– Давай же, – подстрекал Доминик. – Будет весело. Макенна тоже может остаться.

– Но… у меня с собой нет вещей, – заметил Зак.

– Вообще-то, ребята купили тебе кое-что, – сказала Тарин.

Райан пробубнил.

– Тебе понадобятся новые вещи, когда ты сюда переедешь, поэтому мы кое-что купили.

– Я могу одолжить Макенне что-то для сна, – предложила Джейми и подняла голову на Зака. – Что скажешь?

Когда Зак, явно колеблющийся, взглянул на Макенну, она спросила:

– Ты бы хотел остаться на ночь?

Он сглотнул.

– Ты тоже останешься?

– Если ты хочешь.

Зак повернулся к Доминику.

– Ладно. Я бы остался.

Макенна улыбнулась. Это огромный шаг для Зака. Шаг в правильном направлении, которое… Треск.

Прежде чем Макенна поняла, что это за звук, Райан исчез из поля зрения. Моргнув, она посмотрела вниз и увидела, что ножка стула сломалась, и теперь Райан неуклюже лежал между ней и Триком.

– Чёрт, ты в порядке? – спросил Трик, который трясся от смеха.

Совершенно не впечатленный ситуацией – и Домиником с Заком, которые зашлись в приступе смеха так, что не могли дышать – Райан встал и отодвинул стул. Затем посмотрел на Макенну, во взгляде, которой читалось «а я говорила».

– Молчи.

Она подняла руки вверх, отводя взгляд.

– Я и так молчу.

Они оба знали, что это ложь.

Когда барбекю закончилось и стемнело, всё убрались и пошли обратно в скалу. Джейми одолжила Макенне одежду, а затем Райан и Доминик проводили её и Зака на второй этаж. Остановившись у двери Зака, Райан указал на комнату в конце коридора.

– Там будет Макенна. – Райану хотелось, чтобы она остановилась в его комнате, но знал, что Заку будет лучше, если она останется рядом.

– О, подожди, – сказал Доминик Заку. – Ты же ещё не собираешься спать? Пойдем, поиграем в бассейне со мной, Триком и Тао.

Зак повернулся к Макенне, которая одарила его взглядом, явно говорящим, что это его решение. Он пожал плечами.

– Лады. – Двое парней, болтая и смеясь, исчезли в тоннеле.

Райан повёл Макенну в комнату, открыл дверь и отошёл в сторону, пропуская её вперёд. Она вошла и восхитилась каждым сантиметром комнаты.

– Неплохо. – Чёрт возьми, гостевая комната круче, чем её квартира – словно люкс в отеле, с балконом и ванной в номере.

Услышав звук закрывшейся двери, она повернулась и увидела, что Райан запер её на замок. От дикого голода в его глазах у неё соски затвердели… и появилось ясное осознание его намерений. Этот голод взывал к ней, пульсируя в воздухе, как живое существо. И хотя Макенна считала это плохой затеей, возбуждение пронеслось по телу, заставляя сердце колотиться, а во рту пересохнуть.

Макенна с трудом улыбнулась.

– Заку определённо тут нравится. Твоя стая очень приветлива, что хорошо. Его комната кстати идеальна. Могу поспорить, что её обставляла Лидия. Знаешь, думаю, что шансы скорого присоединения Зака к вашей стае высоки. Я имею в виду…

– Ты тараторишь, – перебил её Райан, приближаясь.

– Нет.

– Ты нервничаешь, поэтому тараторишь.

Чёрт, да.

– С чего мне нервничать?

Он прижал её к стене рядом с балконной дверью.

– Потому что чётко понимаешь, что сейчас будет.

Он собирался трахать её снова и снова, пока они не смогут больше ходить. Он зарылся лицом в основание её шеи, вдыхая аромат, приправленный ароматом возбуждения, что заставило волка рычать.

Макенна покачала головой, когда Райан теплыми руками накрыл её бёдра в собственническом жесте.

– Ты пытаешься заявить на меня права. – Её голос был чрезвычайно хриплым.

Наслаждаясь ощущением её мягкой кожи, Райан медленно скользнул под её платье и остановился на внутренней стороне бёдер.

– Я не буду заявлять на тебя права, пока сама не поймёшь, что я твоя истинная пара. – В противном случае, это бессмысленно. Заявление прав что-то сакральное, и Райан никогда не оскорбит это или её таким способом. – Но собираюсь тебя трахнуть.

Макенна ахнула и вцепилась в футболку Райана, когда он пальцами скользнул ей в трусики и погладил складки. Внутренние стенки лона сжались. Макенна была уже влажной, а Райан едва до неё дотронулся… Да ему и дотрагиваться не было необходимости. Тело всегда реагировало на него, с самой первой встречи.

И всё же, как он заметил, Макенна нервничала. Ей нравился секс, он был ей знаком. Но это… это было по-другому. Может, потому что она привыкла к свиданиям на одну ночь и короткому, поверхностному флирту. С Райаном всё было иначе, потому что она его уважала, восхищалась, и он был ей интересен на таком уровне, как никто прежде. Не говоря уже о его мнении, что он её пара.

– Райан…

– Если действительно хочешь, чтобы я ушёл, лишь скажи. Он лениво ласкал пальцами её складки. – Скажи мне уйти, Кенна. – Но она промолчал, поэтому он скользнул пальцами между влажных складок и коснулся клитора. Резко втянув в себя воздух, Макенна выгнулась навстречу его прикосновениям, желая большего, но Райан не продолжал. – Скажи, и я подчинюсь. Прикажи уйти.

Ей стоило. Но она не сказала.

Зарычав, Райан овладел её ртом. Упиваясь и доминируя, облизывая и кусая. Его тело ныло. Болело. Требовало её.

Макенна отдавала всё, что могла, стонала так, что член дёргался от каждого звука, дразнила его язык своим, приправляя пытки вкусом и ароматом, которые лишали контроля. Он снял с неё платье и зарычал в знак одобрения, когда увидел, что на ней нет бюстгальтера.

У Макенны чертовски красивое тело – грациозное и податливое с изящными изгибами, безупречной кремовой кожей и упругой, идеальной грудью. Он по-собственнически обхватил её грудь и принялся дразнить один сосок языком. Член пульсировал всё сильнее. Чёрт, Райану нужно быть в ней, нужно быть внутри своей пары, обладать тем способом, который представлял с того момента как впервые увидел. Ничто другое не будет правильным. В следующий раз, он будет нежным, смаковать и наслаждаться каждым сантиметром её тела. Прямо сейчас, ему нужно ею обладать.

Он сорвал с Макенны трусики, ввёл в неё палец и зарычал. Она была горячей, тугой и…

– Моя.

Он не был осторожен, а жёстко трахал пальцем.

– Ты кончишь для меня, Кенна. – Он добавил ещё палец, растягивая и готовя для себя. – Затем я трахну тебя так жёстко, что ты будешь кричать.

Макенне никогда не нравилась прелюдия, она считала её переоцененной. Но, чёрт, Райан вытворял такое своими руками… В частности, пальцем внутри её тела, где давил на точку G. Удовольствие в теле нарастало. Желая прикоснуться к нему, Макенна расстегнула молнию его джинс и сжала в ладони член. Как и предполагала, не раз глядя на выпуклость в штанах, он был длинным и толстым. Она хотела почувствовать его внутри, как он заполнит её до приятной боли, хотела…

Райан укусил её за грудь, и Макенна странно застонала, когда волна удовольствия прокатилась по телу. Внутренние мышцы сжались, и Райан вытащил палец, оставляя внутри болезненную пустоту. Затем с рыком Райан обхватил Макенну за попку и приподнял.

– Обними меня ногами, – пробормотал он. – Вот так. – Он немного наклонил её, не сводя взгляда с глаз. – Ты моя, Макенна. Можешь отрицать это сколько угодно, но ты принадлежишь мне. – Он резко вошёл в неё. Чёрт.

Райан застонал ей в шею, когда влажное лоно сдавило член. Макенна такая горячая и тугая, что было почти больно. Наконец, Райан по самые яйца вошёл в свою пару. Тут он и должен находиться. Он с трудом подавил порыв начать вбиваться в неё, но этого хватило всего на пару секунд.

Макенна крепко держалась, наслаждаясь тем, как перекатывались мышцы, а Райан яростно входил в неё. Каждый толчок был жёстким, сильным и глубоким до боли. Но боль лишь добавляла удовольствия. Она знала, что будет именно так. Знала, что естественная напряжённость Райана сделает секс безжалостным и требовательным. И ей это абсолютно нравилось.

Почувствовав, как он прижал губы и царапнул клыками место, где бился пульс, Макенна должна бы занервничать. Но Райан сказал, что не будет заявлять на неё права, и она верила, что он сдержит слово. Всё же, то как он овладевал её телом, походило на заявление прав, хоть и своим способом – первобытно, агрессивно и не оставляло ни малейшего сомнения, что он считал её своей.

Райан знал, что делает Макенне больно и стоит сдерживаться, притормозить, вот только был уверен, что ей нравилось немного боли. И это очевидно по её хриплым стонам, по тому, как требовательно она впивались ногтями в его плечи и тому, как пульсировало и сжимало член её лоно.

Макенна его пара, созданная только для него. Никто не заставит его думать иначе.

Он втянул в рот кожу, под которой бился пульс, отчего Макенна сильнее стиснула его член. Волк внутри требовал укусить, пустить кровь и поставить метку. Это так заманчиво… чертовски заманчиво, но Райан никогда не сделает этого без согласия Макенны – даже несмотря на бьющееся, словно отбойный молоток, в груди желание заклеймить ей. Нет, он не заявит права. Но чертовски точно оставит на ней метку, чтобы она знала, кому принадлежит.

Чувствуя, что оргазм близится, Макенна вцепилась ему в голову.

– Райан, мне нужно… – Она не договорила, потому что он чуть передвинул её и теперь при каждом жёстком толчке задевал точку G. – Проклятье.

Смотря в её остекленевшие глаза, Райан просунул между ними руку и начал ласкать пальцем клитор.

– Кончай.

Сила и властность в его голосе ударили по внутреннему ядру и отправили за край. Оргазм был настолько сильным, что Макенна не смогла сдержать крик. Райан зарычал, когда Макенна впилась ногтями ему в спину, а внутренними мышцами сжала член.

Это перебор. Укусив её, он ускорил толчки и через секунду кончил, заполняя её лоно непрерывными потоками семени. Глубокое удовлетворение поселилось внутри Райана. Официально он, может, её и не отметил, но поставил метку по-своему: телом, зубами и семенем. По крайней мере, это начало. Макенна Рей никогда от него не избавится.

Глава 10

Смотря на себя в зеркало ванной на следующее утро, Макенна вздохнула. Чёрт. Она вся в метках, которые красноречиво говорили – «Тут был Райан». На шее, плечах и груди были мелкие укусы. И ещё больше меток на бёдрах, животе и предплечьях. А на ягодицах синяки от пальцев. Хотела бы она сказать, что они её раздражали. Но это не так. Как и тот факт, что у неё все болело, и она устала. Макенна чувствовала себя выжатой, пресыщенной и очень оттраханной. Её отлично оттрахали. Райан взял её в душе, на полу ванной и сзади, прижимая к стене. Потом – пока она безвольно висела у него на руках – он вымыл её, накормил и уложил в постель. Посреди ночи она проснулась и почувствовала, как он медленно и жёстко трахает её.

Их первый раз был таким диким и яростным, что она упустила то, что заметила в последующие разы с Райаном – у парня огромный самоконтроль. Вплоть до того, что ожидал от неё подчинения. Нет, ему нравилось, что она дерзила и даже то, что она выдвигала требования… он просто их игнорировал.

Чёрт, сама ночь её пометила.

Волчице нравились метки, нравилось, что Райану нужны такие проявления собственничества. Но не нравилось количество шрамов на его теле. Она не видела их до совместного принятия душа. И это шрамы не от сражений – порезы, ожоги и следы рваных ран последствия ужасных пыток. И волчице это чертовски не понравилось, поэтому она взяла верх, и у Макенны глаза стали волчьи. Райану пришлось ласками успокаивать и её и волчицу.

Макенна хотела расспросить Райана о шрамах, но пока он трахал её тремя пальцами, это казалось неуместно. Для таких разговоров нужно другое время и место…

Боковым зрением она заметила движение, и поняла, что уже не одна. Райан стоял в дверях и смотрел на неё, как всегда непроницаемым взглядом.

Обнажённый Райан со всеми этими гладкими, твёрдыми мускулами и фантастическим прессом – восхитительное зрелище. Она встретилась с ним взглядом через зеркало.

– Ты понимаешь, что я сейчас выгляжу, как жертва нападения.

Райан подошёл ближе и собственнически обхватил её за бедра, осматривая метки.

– Думаю, моя спина выглядит не лучше, чем твоя грудь.

Вспомнив, сколько раз она царапала его, пришлось согласиться. А ещё она пару разу укусила его за плечо.

– Нам нужно научиться самоконтролю.

Обычно у Райана его в избытке. Он груб во время секса – ему так нравилось – но никогда не терял контроль. А вот с Макенной потерял.

– Тебе нужно принять душ.

Макенна подняла подмышку и притворно понюхала её.

– От меня не так уж плохо пахнет.

Он не обратил внимания на подкол.

– Даже если так, тело ещё ноет.

Она пожала плечом.

– Я не против. – Лёгкая боль – напоминание о ночи бесконечного, страстного секса и о Райане.

– Тебе нужно помыться.

От его грубого голоса Макенна улыбнулась. Он о ней заботился.

– Сначала мне нужно поесть. – Как раз в этот момент у неё заурчало в животе

– Значит поедим.

Несмотря на то, как сильно проголодалась, Макенна совсем не горела желанием завтракать. Волки Феникс, наверняка, сделают пару замечаний о метках, потому что футболкой их все не прикрыть. Но оттягивать неизбежное Макенна не любила больше, поэтому быстро умылась и оделась. По пути на кухню, они постучали в дверь Зака. Сердитый, сонный голос ответил.

– Уходите.

– Зак – сова, – пояснила Макенна, пока вскрывала замок двери Зака шпилькой для волос. Открыв дверь настежь, она закричала. – Надеюсь, ты одет, потому что я вхожу.

– О, Макенна, ещё слишком рано, – сонно пробормотал он, свернувшись калачиком под одеялом. Макенна распахнула шторы, и Зак отвернулся от дневного света, будто был вампиром. Натянув одеяло на голову, он проскулил что-то невнятное.

– Если не встанешь, пропустишь завтрак.

– Грейс постаралась, – добавил Райан. – Там будет бекон, яйца, тосты, лепёшки и джем…

Зак сел и посмотрел на них одним глазом.

– Лепёшки и джем?

Райан кивнул.

– Но там Маркус, у которого бездонный желудок, и он любит лепёшки с джемом. Если не поторопишься, ничего не останется.

Почти комичное зрелище произошло через десять минут, когда они вошли в кухню. Все присутствующие замерли и, не моргая, смотрели на метки Макенны. Их шок можно было объяснить тем, что обычно Райан не вёл себя, как собственник. Зак, однако, не удивился меткам, он просто улыбался. Волки Феникса быстро оправились от шока и тепло поприветствовали Зака, ведя себя достаточно дружелюбно с Макенной.

Когда все заняли места, никто и слова не сказал о проявлении Райаном собственнического инстинкта, хотя по выражению лица Трика стало понятно, что он хотел что-то сказать. Может, сдерживался из-за присутствия Зака, Макенна не знала. Так или иначе, но завтрак проходил без неловкости, которую Макенна ожидала. До тех пор, пока не заговорила Грета.

– Как ты мог, Райан? – Пожилая женщина громко поставила чашку на стол. – О чём думал, заклеймив одиночку? От неё я ожидала такого поведения, учитывая то, почему её изгнали из стаи. Но ты… я воспитывала тебя лучше.

Непонимающе посмотрев на неё, Райан заворчал.

Джейми прошептала Макенне.

– Что он сказал?

– Он считает, что у неё слишком много свободного времени, – прошептала Макенна в ответ.

Джейми хихикнула, скрыв это кружкой.

– О, да.

– Опять шепчетесь? – презрительно заворчала Грета.

Макенна кивнула.

– И ты как-нибудь попробуй. – Она подпрыгнула, когда Доминик начал давиться тостом. Трей, казалось, с настоящим удовольствие, хлопал его по спине. Эта стая очень странная.

После завтрака, большинство проводили Макенну, Зака и Райана к парковке. Пока они суетились вокруг Зака, прощаясь с ним, Тарин взяла Макенну за руку и сказала:

– Давай немного прогуляемся.

Макенна через три шага затормозила.

– К-хм, думаю, это ни к чему.

Тарин рассмеялась.

– Мне определённо нравится твоя прямота.

– Я точно знаю, что ты хочешь сказать – ты заметила метки и видишь, что что-то происходит между мной и Райаном, и придёшь ко мне с вилами, если я сделаю ему больно.

Тарин поджала губы.

– Я бы не выбрала вилы.

– Дело в том, что… мне бы пришлось ответить, что происходящее между мной и Райаном лишь наше дело, и что не стоит считать меня лёгкой мишенью, а если ты хочешь напасть, то лучше припастись всеми орудиями, ибо я не сдамся. Поэтому думаю хорошо, что это только гипотетический разговор.

По лицу Тарин медленно расползлась улыбка.

– Я понимаю, почему ты нравишься Райану. И думаю, ты не сделаешь ему больно. Но, да, я попрошу тебя не обижать его и быть с ним терпеливой, потому что он может обидеть тебя, даже сам того не желая. – Казалось, она искала нужные слова. – У него никогда не было серьёзных отношений. Женщины, с которыми он встречался, говорили одно – он эмоционально не развит и ничего не чувствует, но это не так. Райан просто не делится чувствами. Полагаю, ты видела его шрамы, поэтому можешь догадаться, что с ним случилось. Он никогда об этом не говорит. Меня тогда ещё не было в стае, но говорят, что когда его вернули, в психологическом плане у него случился сдвиг, и болело всё… но, взглянув ему в глаза, ты этого никогда не увидишь. – Макенна точно знала, Райан – закрытая книга. – Судя по тому, что я слышала, Райан всегда был тихим и сдержанным. Но после того случая стал жёстче и замкнулся сильнее. Вот почему все были так шокированы тем, что он спорил с тобой, – продолжила Тарин. – Такого рода эмоциональное участие для него не свойственно. Ты ему нравишься куда больше, чем кто-то из нас мог ожидать. Может и, кажется, что его тяжело обидеть, но я в это не верю. Он по-своему уязвим. Поэтому прошу тебя быть осторожной, и не расстраиваться, если он не станет говорить ласковых слов.

Её волчица ощетинилась от предупреждения, ей не нравилось, что другая женщина вмешивается таким способом. Но Макенне нравилось, что друзья по стае так защищали Райана. Так и должно быть. Он хороший и заслуживал такой защиты.

– Готова, ехать? – спросил подошедший парень, который переводил взгляд с неё на Тарин.

– Ага. – Макенна быстро кивнула Тарин. – Ещё увидимся.

Когда Райан выехал с парковки с Макенной на заднем сиденье, а Зак – на переднем пассажирском, спросил:

– О чём вы разговаривали?

Макенна улыбнулась.

– Ты во всё суёшь свой нос?

Он стиснул руль.

– Ты опять отвечаешь вопросом на вопрос.

– Разве?

Райан так стиснул зубы, что это было слышно, и Зак рассмеялся. Подростку, похоже, очень нравилось наблюдать за перепалками Райана и Макенны. Райан должен признать, что иногда их схватки очень воодушевляли.

Когда Райан припарковался у приюта, Зак улыбнулся.

– Я здорово провёл время. Ваша территория и вправду крутая. – Он помолчал, а затем добавил: – Доминик сказал, что завтра я могу снова приехать.

– Это твой дом, ты можешь приезжать, когда хочешь. – Разве пацан этого не понимал?

В глазах Зака появилась печаль.

– От меня только проблемы.

– Мы уже об этом говорили.

Макенна подалась к Заку и положила руку ему на плечо.

– Зак, если твоя старая стая начнёт тебя искать и принесёт проблемы, тебя винить никто не станет. Любой волк из стаи Феникс сделает что угодно, чтобы защитить тебя и неважно живёшь ли ты в приюте или же с ними. Живя тут, ты их не убережёшь, если именно так и пытаешься поступить.

Райан хотел себе врезать. Конечно, именно это Зак и делал. Райан поступил бы так же.

– Сегодня всё хорошо обдумай. Завтра в девять утра я приеду. Если захочешь остаться лишь на день, вечером привезу тебя.

– Подумаю. Увидимся утром, – Зак открыл дверь машины. – Макенна, а с тобой вскоре увидимся.

Смотря ему вслед, Макенна сказала:

– Думаю, он согласится.

Райан осмотрелся.

– Где твоя машина?

– В ней меняют масло.

– Я отвезу тебя домой. – Она выпалила адрес, но Райан уже знал его из разговора с Заком.

– О чём вы с Тарин разговаривали? – спросил он, направляясь к её квартире.

– Она не ругалась со мной, если ты переживаешь об этом. Она самым милым образом попросила не обижать тебя. Это хорошо, что все в вашей стае так защищают друг друга.

– Они хорошие.

Макенна кивнула.

– Судя по тому, что я видела, да, хорошие. – Ей не нравилась Грета, но она ценила то, что женщина переживала за Райана.

– А ещё умные. И догадаются, что мы пара. Нужно им сказать.

– Райан…

– Ты сама сказала, что Зак, скорее всего, завтра согласиться на переезд. Нам больше не стоит об этом молчать.

– А если ты ошибаешься?

– Я не ошибаюсь.

Она немного повернулась, чтобы лучше посмотреть на него.

– Откуда у тебя такая уверенность? Да, согласна, будь мы парой, это многое бы объяснило. Но, почему ты так уверен, когда между нами нет манящей друг к другу связи пар?

– Просто уверен. Но если тебе нужна связь, прочисти канал.

«Тебе нужно рассказать мне секреты и страхи».

Этого он не сказал, но она и без того поняла.

Он оказался прав, и Макенна начала защищаться.

– Я же не прошу рассказать всё о себе. Каждый раз, когда разговор даже слегка касается твоих родителей, ты меняешь тему. Я никогда не требовала рассказать про них. – Райан понял, она права. Он и вправду так делал. Но это больше привычка. – Разве я спрашивала о твоих шрамах, хотя один взгляд на них заставляет меня хотеть убить кого-то? Нет. Я уважаю то, что ты, возможно, не хочешь говорить о прошлом, несущем боль.

Учитывая добросердечие, скрытое за всей бронёй, Райан ожидал сочувствия или жалости – и то и это ранило бы его сильнее, чем любое оружие, которым его пытали. Но нет. Она была в ярости. От чего он захотел улыбнуться.

– Это было давным-давно.

– Не в этом суть. Ни у кого не было права так тебя истязать. Ни у кого. Скажи мне, что эти ублюдки мертвы.

– Все до единого, – подтвердил Райан.

– Хорошо. – Её волчица одобрила это.

– У тебя есть кровожадная жилка, Кенна.

– Меня зовут Макенна.

– Нет, за этим именем ты прячешься. Ты создала новую личность, чтобы прошлое, боль, и все секреты не смогли до тебя добраться. Но это не значит, что их нет.

Она покачала головой.

– Ты думаешь, что знаешь меня, но это далеко не так.

Припарковавшись у здания, где находилась её квартира, он заглушил двигатель.

– Разве?

– Именно.

– Тогда прекрати это скрывать.

– Ты знаешь всё, что тебе нужно знать.

Разве это было так ужасно, что он хотел узнать, кто она и что с ней случилось?

– Просто скажи, я сделаю так, что кто бы тебя ни искал, никогда не найдёт. Я смогу тебя защитить. Просто скажи.

От ярости кровь в венах буквально запузырилась. А спусковым крючком стало его обещание безопасности. Последний, кто сказал ей это – Дон, когда Макенна пришла в приют… потому что была одинока, потеряна и полу-одичала. Она ненавидела вспоминать то время.

– Просто забудь.

– Ты знаешь, я не могу.

– Это не твоё…

– Моё! Всё, что касается тебя, моё дело.

Она сжала кулаки.

– Просто забудь.

Райан положил руку ей на затылок.

– Расскажи, Кенна. Доверь мне свою безопасность.

Опять это обещание.

– Я не знаю! – она практически выскочила из машины и зашагала к зданию.

Он точно ослышался. Райан выбрался из машины и пошёл за ней.

– Что?

На последней ступеньке к двери дома, Макенна развернулась.

– Я не знаю, понятно? – повторила она сквозь зубы. – Я не могу дать тебе ответы, которые ты так хочешь, потому что у меня их нет.

Райан пошёл за ней, когда она открыла дверь и зашла в дом. Он осторожно наблюдал за тем, как она бросила сумочку на кофейный столик, прежде чем направиться на кухню, где чашка и кофе-машина вынесли всю тяжесть её гнева.

– Макенна… я не понимаю.

Сделав успокоительный вдох, Макенна провела рукой по волосам.

– Я просто не помню что случилось. Нас с мамой изгнали. Она рассказывала, что я была маленькой, может? поэтому и не помню стаю или того, что там случилось. Если при рождении мне дали другое имя, его изменили ещё до того, как я повзрослела и могла бы хоть что-то запомнить. Ответы на все твои вопросы умерли вместе с моей мамой, когда на неё напала группа соколов-перевёртышей, просто ради забавы.

Боль пронизывала каждое её слово. Грудь Райана сдавило, пока он смотрел, как Макенна стоит там со сверкающими от гнева и боли глазами. Неосознанно, он подался вперёд. Но Макенна попятилась.

– Нет.

Райан схватил Макенну за затылок и прижал к себе, обнимая. У него плохо получалась успокаивать, но он просто не мог ничего не сделать. Её боль пронзила, выворачивая нутро. Он принялся гладить Макенну по волосам. Всё это время, он думал, что она скрывает прошлое, и ни на минуту не задумался, что она скрывает, потому что слишком больно признать, что она не знает правды.

– Я могу найти их, Макенна. Расскажи всё, что знаешь о стае, и я найду их.

– Я не хочу их находить.

Она снова его удивила. Будь он на её месте, хотел бы знать правду – всю правду.

– Ты заслуживаешь знать свою историю. Заслуживаешь узнать, почему вас с матерью изгнали.

Отступив, Макенна пожала плечами.

– Если бы она хотела, чтобы я знала, рассказала бы.

– Она никогда не упоминала стаю?

– Однажды. – Это случилось, когда маму выгнали с работы. – Она сказала, что мы такого не заслуживаем, и надеется, что эти ублюдки за это заплатят.

– Что насчёт отца?

Грудь Макенны пронзила боль.

– Я один раз спросила о нём и мама начала плакать. Я больше не спрашивала. – Фиона Рей была сильной женщиной, которая едва ли умела плакать. Макенна впала в ступор при виде слёз матери, а потом пришло чувство собственной тупости. – Мне не интересно, что случилось. Кем я была раньше не важно. – Брехня.

– Я думаю тебе это важно.

– О, правда?

– Существует много других способов помогать в приюте. Но что ты делаешь? Ты находишь дома для одиночек, отслеживаешь их семьи и воссоединяешь. На каком-то уровне ты желаешь узнать правду о своём прошлом. – Макенна судорожно вздохнула, смотря на него так, будто он её ударил. – Я не пытаюсь сделать тебе больно. Никогда такого не подразумевал.

Вспоминая слова Тарин, Макенна кивнула.

– Знаю. И ценю то, что ты хочешь помочь. Но прошу не ворошить прошлое. Хорошо?

– Ты заслуживаешь знать правду, Кенна. И они должны заплатить.

От мрачного и опасного тона, Макенна замерла. В его глазах читалась жажда мести – нехарактерное проявление эмоций заставило тяжело сглотнуть.

– И они заплатят. Карма стерва. – Она поцеловала его. – Просто забудь.

Он ничего не сказал, просто обнял Макенну, которая ни на минуту не поверила, что он отступит. Райан решительный, ведомый желанием охранять и защищать. Он не передумает, если решил найти людей, которые, по его мнению, ей навредили. Чёрт.

На следующее утро Макенна опаздывала, когда убегала из квартиры в приют. Но застыла, заметив, что на её машину оперлась женщина средних лет. Стиснутые зубы придавали ей вид чёрта из ада. Макенна выгнула бровь.

– Какие-то проблемы?

– Моя проблема в том, что мой сын связался с одиночкой.

Макенна моргнула, гадая, о чём говорила женщина. Затем заметила маленькие голубые глаза, которые уже где-то видела прежде.