Текст книги "Нежданная жена Стального Дракона. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Светлана Рыжехвост

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Я посмотрела на Магнуса и тот мягко улыбнулся:

– Ты – свет и надежда Алмазного Пика. Конечно же мы хотим о тебе заботиться! Не только я страдал от отравлений драконитом. Просто у других моих воинов это выглядело иначе.

– Бедные наши драконы гниют заживо,– всхлипнула Раника. – А теперь у них есть надежда!

Покачав головой, я мягко улыбнулась:

– Сделаю все, что в моих силах.

Затем я посмотрела на Магнуса:

– Если меня ждет ванна с зельями, то стоит ли накрывать на стол?

– Раника все тебе объяснит,– отозвался мой дракон. – Карлус дал ей очень четкие инструкции.

Служанка тут же закивала и, пока мы шли, обстоятельно все рассказала. Сейчас мне предстоило тщательно отмыться и уже чистой лечь в ванну, что логично. Но вот в самом растворе мне можно оставаться не больше пятнадцати минут, иначе получу легкое отравление.

– Милорд дал мне деньги и я сбегала на рынок, купила минутомер,– поделилась Раника.

– Ты очень хорошо выполняешь свою работу,– серьезно сказала я,– хочешь стать частью постоянного штата?

– Да,– выпалила она. – Я очень боялась, что вы не захотите меня брать. Все-таки… Ну… Мое поведение было не лучшим.

Я кивнула:

– Да, но при этом ты смогла прислушаться ко мне, все обдумать и исправиться. Это много значит, Раника. Многие драконы не способны признавать своих ошибок.

Служанка порозовела от смущения и поспешно распахнула двустворчатые двери:

– Господские покои. Это ваша приемная, затем будет маленький коридор, из него дверь в малый личный кабинет, а напротив в общую спальню. А вот тут гардеробная, там все ваши ващи, которые я нашла в замке. На всякий случай я постелила и в общей спальне, и в вашем личном кабинете – там есть тахта.

Она говорила так быстро, что мне едва удавалось разобрать слова.

– Я буду использовать спальню,– уверенно сказала я. – Надеюсь, Магнус тоже.

Раника пожала плечами:

– По этому поводу не было никаких распоряжений.

С банными процедурами мы покончили быстро. Затем служанка помогла мне разобрать и просушить волосы. А после, уже шнуруя платье, я вдруг ощутила такой дикий голод, что даже желудок отозвался болью.

– Кажется, мне нужно чем-то перекусить,– выдохнула я, поймав обеспокоенный взгляд служанки.

Она закончила шнуровать мое платье и поспешила к выходу из гардеробной. Я заметила, что она достала бумажку, на которой был кривоватый план особняка. Кажется, Раника и правда испугалась, когда потерялась в нем!

– Так, столовая там,– проворчала она себе под нос и я поспешила ее исправить:

– Нам нужна малая чайная комната, та, что с плетеными абажурами.

Она на секунду задумалась, что-то беззвучно проговорила, а затем просияла:

– Поняла! Там еще вазы мне по пояс и из них сушеные сорняки торчат!

– Сухоцветы,– улыбнулась я. – Стильное и красивое решение.

– Да-да,– покивала служанка. – Только очень уж они пыльные. Им не меньше пятнадцати лет, а то и больше!

Любимая комната Магнуса и правда оказалась маленькой. Толстый серый ковер, массивные шкафы с книгами, несколько картин в простенках и два низких кресла между которых был заставленный тарелками стол. Из маленького витражного окна падал дневной свет.

– Как тебе здесь? – неуверенно спросил Магнус. – Наверное, обедать будет неудобно…

– Мне очень нравится,– успокоила я его. – Здесь очень хорошо.

Раника тихо вышла, а Магнус, усадив меня в кресло, негромко поделился:

– Это была любимая комната моего отца. После его смерти леди Эрхард избегала сюда заходить, так что… Так что тут было тихо. Попробуй запеченный рулет.

Не желая смущать его, я попробовала предложенное блюдо, искренне им восхитилась. Разговор так и крутился вокруг еды и трактиров Алмазного Пика. И лишь когда тарелки опустели и вошедшая Раника убрала со стола, мой дракон стал чуть серьезней:

– Ты спрашивала меня о Льорисе-старшем.

Я подобралась и приготовилась внимательно слушать:

– Да. Меня беспокоит тишина.

Магнус негромко рассмеялся:

– Да как раз тишины-то и не было. Льорис развел бурную деятельность, но на других Пиках. Видишь ли, в самом начале войны семья Льорис помогла группе драконов покинуть Лькарину.

– Никогда об этом не слышала,– нахмурилась я.

На что мой дракон кивнул:

– И я не слышал. Но в его поддержку выступили несколько наших крылатых сородичей. Их рассказы совпадают, а живут они на разных Пиках.

– Я не отдам сына, даже если душа Льориса состоит из солнечного света,– прошипела я.

И Магнус согласился:

– Именно так. Но я сильно сомневаюсь, что он так уж хорош. В этой истории сейчас ковыряются мои драконы. Однако, всего происходящего хватило, чтобы нас призвали на Совет.

– Они хотят, чтобы мы покинули Пик,– я поежилась. – Чтобы Гели остался один и…

Мой голос сорвался, и я замолчала.

Но Магнус со мной согласен не был:

– Думаю, они хотят надавить на меня, чтобы я отдал тебя Льорису. Тебя и Гели, разумеется. И, пока мы отсутствуем, младший Льорис попытается покинуть Пик.

– Его так и не нашли? – безнадежно спросила я. – Значит, у него есть сообщник.

– К сожалению, из внучки Фортретти ничего вытянуть не удалось – она сошла с ума раньше, чем менталист смог запустить ей в мозг щупальце.

В комнате повисла тишина. Мне на мгновение показалось, что мы словно бы мнемся у черты. Шаг влево, шаг вправо и лавина событий сметет нас.

Но… Как будто пора? Мы готовы? Или все же нет?

– Ты отдал камни на изучение,– я посмотрела на Магнуса,– что-то есть?

– Мастера назначили встречу на вечер. Мы все соберемся здесь. У тебя есть время отдохнуть и собраться с силами.

– Мне кажется, что я выспалась на несколько недель вперед,– тихо сказала я.

Магнус кивнул. Он немного помялся, после чего встал и сказал, что будет в своем кабинете. Затем, уже в коридоре, он обеспокоенно уточнил, что спальня у нас одна на двоих и что если меня это беспокоит, то…

Но я прервала его:

– Мне тепло и хорошо рядом с тобой. Спокойно. Я чувствую себя защищенной. Если… Если тебя не тяготит мое присутствие, то…

И тут уже он перебил меня:

– Меня никогда не будет тяготить твое присутствие.

Но я все равно видела, что моего дракона гнетет что-то еще. Он словно метался от идеи «сказать» до решения «промолчать». Линия его плеч была напряжена, брови нахмурены, но Магнус периодически брал свою мимику под контроль и начинал принужденно улыбаться.

– Поменяй нас местами,– тихо посоветовала я.

– Что? – удивился мой дракон.

– Ты словно бы что-то хочешь мне сказать. И не решаешься. Поменяй нас местами и ответь – на моем месте ты бы хотел знать?

Он опустил голову:

– Я совсем растерял социальные навыки. Так заметно?

– Не всем,– пожала я плечами. – Ты важен для меня, поэтому твое беспокойство для меня очевидно. Так что?

– Это очень глупо,– он взлохматил волосы,– лишняя информация, но Раника заставила меня задуматься.

Я молчала, позволяя ему самому решить. И в итоге мой дракон признался, что сегодня у него день рождения.

– Он никак не празднуется,– тут же сказал Магнус,– твоя служанка просто застала меня врасплох вопросами.

– Она знает дату?

– Отец устраивал праздники, когда я был ребенком. А потом как-то все сошло на нет. Да и я повзрослел,– мой дракон, казалось, был искренне раздражен тем, что его знаменательный день все-таки наступил и теперь мешает ему спокойно жить.

Подойдя к нему вплотную, я приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его щеке:

– Спасибо, что не промолчал. Для меня это очень важно.

– Только не думай, что ты теперь должна…

– Не буду думать,– пообещала я. – К тому же, самые счастливые семье это те, где люди что-то делают, потому что хотят. Не из-за долга. Я ведь могу делать то, что мне хочется?

Он прижал меня к себе:

– Да. Но, ради Крылатой, если когда-нибудь ты будешь устраивать большой прием, предупреди меня за пару недель.

– Большие приемы мы будем устраивать вместе,– пообещала я.

Мы разошлись в разные стороны. И я точно знала, как именно мне удастся отдохнуть! А точнее, отвлечься.

Составив список, я отправила Ранику на рынок. И за несколько часов создала кривобокий, но приятно пахнущий кулинарный шедевр. Бисквитный торт, чьи обрезки оказались очень и очень неплохи на вкус!

Правда, все три коржа плохо поднялись, но меня это нисколько не смутило – пропитка и крем смягчат слишком плотный бисквит. А красота дело вторичное, если это, конечно, домашняя пища. В кафетерии такой торт бы освистали.

– А еще можно тертым шоколадом сверху присыпать,– задумчиво произнесла моя служанка.

– Надо было коржи на кусочки порезать и горкой выложить,– вздохнула я, чуть подправляя торт, чтобы не заваливался влево.

– М-м-м, островное лакомство,– восхитилась Раника. – Вкусно и удобно. Матушка из горелых корочек его делала. Ой, кажется торт теперь вправо заваливается.

В общем, еще минут пятнадцать я поправляла и стабилизировала торт, а после мы с Раникой поставили его в холодильный шкаф.

Я проверила время и сама себя поздравила с успехом – до встречи с артефакторами оставалось чуть больше часа. Так что мне как раз хватило времени, чтобы ополоснуться и сменить платье.

– Ты так сладко пахнешь,– восхитился Магнус, когда мы пересеклись в холле. – И выглядишь потрясающе.

Синий цвет всегда мне шел, так что я лишь улыбнулась и поцеловала его в уголок губ. А затем отметила, что он тоже очень и очень хорош в своем строгом костюме.

– Прошу,– Магнус открыл для меня дверь. – Встретим их на крыльце.

И через минуту мы увидели, как под подъездной дорожке движется серо-синий автокатон, а следом за ним… Луми? Это же ее агрегат?

– Видимо Карлус решил ввести ее в курс дела,– задумчиво проговорил Магнус.

– Скорее всего она либо сама услышала, либо догадалась,– покачала я головой.

Драконы выгрузились из автокатонов и направились к нам.

И, судя по напряженным лицам и скорбным морщинкам, ничего хорошего они не скажут…

Но первым заговорил Магнус:

– Катарина, позволь представить тебе мастера Альдиса Эссали и двух его старших учеников – Леона и Лауру.

Все трое поклонились и мой дракон продолжил:

– Мастера, перед вами моя невеста Катарина торн Тревис.

Мои щеки чуть потеплели. Простые слова Магнуса прозвучали как-то особенно проникновенно.

– Примите наши поздравления,– проронил мастер Эссали.

Луми, услышавшая все это, радостно пискнула, но тут же постаралась взять себя в руки. Она откашлялась и степенно произнесла:

– Рада за вас, от всей души.

– Присоединюсь,– кивнул Карлус и тепло улыбнулся,– вы двое заслуживаете счастья.

Мы прошли в дом. Раника, увидевшая гостей, заполошно охнула:

– Подать ли чего-нибудь, леди?

– Пока не нужно,– спокойно сказала я. – Подготовь большой кофейник и конфеты, мы подадим сигнал.

– Хорошо,– она поклонилась и быстро скрылась в коридоре.

Магнус провел нас в большой кабинет, где уже был подготовлен большой овальный стол.

– Прошу, рассаживайтесь,– кивнул он. – Катти, не покидай меня.

Так вышло, что по правую руку от Магнуса оказалась я, по левую Карлус. Рядом с аоритом сел старший мастер и затем двое его учеников. А Луми оказалась рядом со мной.

И Лауре это явно не понравилось. Кажется, в ее представлении ни для меня, ни для Луми не было места за этим столом.

– Что вы можете рассказать, мастер Эссали? – обратился к артефактору Магнус.

– Вы предоставили нам три чудовищных образца,– в голосе артефактора звучал потаенный гнев. – Это драгоценные опалы, к которым вначале были привязаны духовные отпечатки новорожденных драконов, а после… А после они стали вместилищем отсеченных крыльев. Леон.

Названный юноша тут же откашлялся и продолжил следом за своим мастером:

– Мы склонны предполагать, что мастер Фортретти знал о том, как создают драконит. Потому что Камень Трех Сил, по своей структуре, схож с этими зачарованными опалами. Внутри они пористые, словно сквозь них прорастают сосуды, перекачивающие отраву.

– Лькарина перешла все границы,– выплюнула Лаура, глядя мне в глаза.

– Да,– согласилась я,– перешла. Несколько десятков лет назад. Мастер, есть ли способ разорвать связь новорожденного дракона и опала, с которым его соединили?

– Только уничтожить камень,– в голосе артефактора послышалось сочувствие.

Однако же своей ученице он замечания не сделал и это не прошло мимо моего внимания.

– Какие-то сроки, в которые можно разорвать дракона надвое? – продолжила я спрашивать. – Мой сын застыл на грани жизни и смерти.

Лаура что-то буркнула себе под нос, но я не расслышала. А вот Магнус услышал и явно разгневался:

– Мастер Эссали, вашей ученице следует покинуть наш дом. Немедленно.

– Юная леди! – а это громыхнул Карлус, почти в голос с моим женихом.

– Я сказала то, что все подумают,– вспылила она.

И, к моему удивлению, ей ответила Луми:

– Правда? Что-то я не припомню, чтобы за лордом Эрхардом носились толпы влюбленных девиц. Но как только он выздоровел, то сразу приобрел брачную ценность. Стыдно, ученица.

– Лаура,– со вздохом произнес мастер. – Извинись.

Она закатила глаза и невнятно, с искренним отвращением пробубнила:

– Прошу прощения, леди торн Тревис.

Ответить я ничего не успела, Магнус заговорил раньше:

– Нет, мастер, этого не достаточно. За время моей слабости вы забыли, что живете на моем Пике. И сейчас, войдя в мой и моей невесты дом, вы позволяете себе слишком многое.

– Точно так же, со своей стороны, я отзываю приглашение на стажировку,– добавил Карлус. – Перед вами, ученица, находится не просто невеста вашего лорда. Перед вами леди, которая вернула жизнь Камню Трех Сил. Отыскала утраченные документы мастера Фортретти и разгадала оставленную им загадку. Наши ветераны теперь будут исцелены полностью. Их драконы смогут вновь подняться в небо.

– Твой дед сможет ходить,– скупо бросил Леон и Лаура ахнула:

– И ты за нее?!

Парень покачал головой:

– Я за честность. Леди очистила Камень…

– Пусть бы удовлетворилась деньгами,– выплюнула Лаура.

Я прикрыла глаза. Наверное, было бы проще «не заметить» ее короткой ремарки. Тогда бы мы уже перешли к более насущным вопросам.

– И если я правильно помню,– Луми прижала пальчик к губами,– вы, Лаура, не местная. Ваши отец и мать покинули Пик, не так ли?

– Хватит,– Магнус хлопнул ладонью по столу. – Эссали, проводи свою ученицу на выход. Затем возвращайся и я жду полный отчет. В конце концов, тебе за работу деньги плачены.

Мастер резко встал из-за стола и практически выволок свою ученицу из кабинета. А я вдруг задумалась о том, на что будет похожа моя жизнь.

«Я никогда не стану для них своей», с горечью подумала я.

– А мы? – Луми заглянула мне в глаза. – Нет, вслух ты не говорила, но я догадываюсь, вокруг чего крутятся твои мысли. Я, Вилма, аорит Родди – неужели мы плохие?

– Или я,– тихо сказал Магнус. – Я десятилетиями не проводил никаких светских мероприятий. И тебя никто не заставит. Мы можем жить спокойно, не утруждая себя балами и приемами.

– Только мы будем на чай заезжать и все,– подмигнул Карлус.

И я улыбнулась.

– Простите мне минутную слабость,– выдохнула я. – И пока все мастер Эссали не вернулся, откройте секрет…

– Как я здесь оказалась? – улыбнулась Луми. – Случайно подслушала, как гневается аорит.

– Случайно? – поперхнулся Карлус. – Твоя подруга, Катти, спряталась в моем кабинете!

Луми вскинула руки:

– Я просто хотела убедиться поговорить, но уважаемый аорит меня всячески избегал. Вот и вышло, что бумаги мы читали вместе.

– И вместе думаем, как сказать об этом Вилме,– Карлус устало откинулся на спинку стула. – Наши дальние родственники сгинули где-то в Лькарине. Мы надеялись, что они спрятались среди людей, но теперь становится ясно, что… Что их кости уже не найти.

– Промолчать не получится,– тихо сказал Магнус,– все это окажется в газетах со дня на день.

– Нужно окружить Вилму целителями,– я потерла переносицу. – И лучше всего сделать это в потайном саду.

Карлус был не совсем согласен:

– Она у меня не дурочка. Сразу начнет подозревать, что произошло нечто ужасное.

И тут Луми щелкнула пальцами:

– Так пусть один целитель с умным видом встанет около жеоды с Гели, а второй будет держать за руку нашу Катти.

– А вот об этом надо подумать,– кивнул Карлус.

И в этот момент в кабинет вернулся мастер Эссали. Что интересно, на щеке у него осталась царапина.

Неужели его ученица осмелилась отвесить своему наставнику пощечину?!

Под нашими взглядами артефактор чуть порозовел, но мужественно превозмог смущение и вернулся за стол как ни в чем не бывало. Затем, чуть помедлив, он поднялся и, посмотрев мне в глаза, низко поклонился:

– Я приношу свои искренние извинения, леди торн Тревис. Мне следовало лучше воспитывать свою ученицу.

– Я принимаю ваши извинения,– прохладно отозвалась я. – Надеюсь, вы не отказались от ученицы.

– Ни в коем случае,– он покачал головой,– она способная девочка и сможет увидеть истину.

За стол артефактор так и не сел. Он попросил разрешения затемнить окна и развернул перед нами иллюзорный экран, на котором подробно расписал весь цикл создания драконита. Начиная от запечатления новорожденного и заканчивая разделением сущностей.

– У детей есть шанс выжить? – спросила Луми.

– Если начать лечение сейчас,– кивнул артефактор. – Правда, лечением это назвать нельзя – мы просто вошьем в их тела артефакты, которые не позволят жизненной силе утекать. Больше здесь сделать ничего нельзя.

– Артефакты – ваша разработка? – Карлус делал пометки в большом пухлом блокноте.

Мастер Эссали покачал головой:

– Нет, эти комплекты используются при заражении «Падочной гнилью» и в качестве поддержки, когда кто-то посмертно проклят.

– Ясно. Ученик Леон может что-то добавить?

– Нет, аорит,– почтительно отозвался юноша.

Он вообще сидел очень тихо. Смотрел на своего мастера, вздыхал и отводил глаза. Кажется, вид оцарапанной щеки приводил юношу в ужас.

– Тогда мы более вас не задерживаем,– спокойно сказал Карлус.

– Благодарю за содействие,– кивнул Магнус и встал из-за стола. – Позвольте проводить вас к выходу.

Я поднялась следом за ним и Луми повторила мои действия. Мы все спустились в холл, затем вышли на крыльцо.

Девушка, Лаура, все это время ждала своего мастера у автокатона.

– Вы были так жестоки, что не позволили ей сесть внутрь? – удивилась я.

– Нет,– вздохнул мастер,– это было ее решение.

– Страдания облагораживают душу,– хмыкнул Карлус.

На что Луми тут же отреагировала:

– Вряд ли имелись ввиду такие страдания. Это больше похоже на: «Всем на зло пораню крылья и голодным лягу спать»!

– Лаура талантлива,– хмыкнул Леон,– истинный самородок. А таким все можно, верно?

В голосе юноши слышалась обида. Вероятно, ему тоже доставалось от избалованной девицы.

– Не дерзи,– бросил ему наставник и Леон криво улыбнулся:

– Так точно, мастер.

А мне вдруг подумалось, что юноша может и уйти от такого безразличного наставника. И тогда мастеру Эссали придется остаться с капризной ученицей один на один.

– Спасибо за консультацию,– проронила я, не желая продолжать тяжелый разговор.

– Мы ждем официальный отчет,– добавил Карлус,– заверенный печатью мастера и тремя независимыми подмастерьями.

Луми ошеломленно посмотрела на аорита и, когда артефакторы ушли, спросила:

– Как подмастерье может быть независимым?!

– Если он служит другому мастеру,– чуть рассеянно отозвался Карлус,– там сложная система клятв. Мастера не будут тратить время на то, чтобы заверять бумаги друг для друга. А вот их ученики подневольны.

– И при этом рискуют своей репутацией, если заверят что-то откровенно глупое,– добавила я. – У целителей та же система. Я изучала и заверяла некоторые исследования.

Но мне это не помогло. Все те, кто обещали «всестороннюю поддержку» тут же отвернулись от разведенной женщины.

«Это ведь так заразно», хмыкнула я про себя.

К нам вышла Раника и громким шепотом спросила, не пора ли подавать кофе с конфетами. И мы коллективно решили, что сейчас самое время. Заняв ближайшую гостиную, дождались пока служанка принесет поднос и взялись за ароматный напиток.

– Что вы пишете? – не утерпела Луми, когда аорит в очередной раз вытащил свой пухлый блокнот и сделал там пару записей.

– Готовлю открытое письмо к лькаринским целителям. Описываю симптомы разделенной сущности, поясняю, где находится разрыв, через который уходят жизненные силы и вот, зарисовал куда вшивать артефакт. Я раньше считал, что они модифицированы, а потому боялся ошибиться в рекомендациях. А это оказались всего лишь «пуговки».

Я с трудом подавила вздох. Работа с этими артефактами никогда не была простой. Они требовали просто колоссального количества магии и мне лишь два раза довелось наблюдать за установкой сдерживающих устройств.

Иными словами, я была прекрасно подкована в теории и совершенно не справлялась с практикой. Грустно быть слабосилком в сфере, где требуется потенциал выше среднего.

«Но я нашла свой путь» утешила я саму себя.

Магнус выбрал из вазочки конфету и это оказалась моя любимая, с ореховым муссом. Отметив ее обертку, я хотела было заняться поиском, но мой дракон протянул ее мне:

– Тебе ведь такие нравятся?

– Как ты все помнишь? – спросила я.

Он пожал плечами:

– Не специально. Просто увидел и вспомнил.

Допив кофе, мы с Магнусом поблагодарили друзей за помощь и поддержку. После чего Луми и Карлус ушли. Моя подруга крепко обняла меня на прощание и тихо прошептала:

– Тучи разойдутся и наш Пик осветит яркое солнце.

– Истинно так,– согласилась я.

Но будто бы день был недостаточно тяжелым – едва лишь мы закрыли двери за друзьями, как прибыл срочный посланник из магистрата.

Завтра утром нам предстояло принять официальное письмо от Совета Драконьих Пиков.

– Не утром,– с ленцой проговорил Магнус. – У каждого главы Пика есть сутки, чтобы принять послание. Мы прибудем в течение дня. Завтрашнего дня.

– Но… – заговорил было мужчина и мой дракон вскинул брови:

– Вы хотите мне приказать? В моем доме? На моем Пике?

И посланник отступил. Бросил на меня раздраженный взгляд и, не говоря больше ни слова, развернулся и ушел.

– Я столь многое упустил,– с горечью произнес Магнус. – Кем они меня считают?

– Тебя называют Стальным Драконом,– напомнила я.

– И при этом полагают, что мое место среди боевых магов,– хмыкнул он. – А никак не среди «умных и влиятельных» драконов. А ведь земли в собственность я никому не передавал…

Прижавшись щекой к его плечу, я шепнула:

– Давай оставим это все за дверью. Буквально на пару часов.

– Ты права,– согласился Магнус. – Наверное, я поработаю в библиотеке, если хочешь…

– Я бы попросила тебя пойти со мной,– лукаво улыбнулась я. – Мне потребуется небольшая помощь.

Торт, дожидавшийся своего часа, нужно было достать с верхней полки холодильного шкафа. С моим ростом это было не очень-то удобно, а Раника уже ушла в свою комнату. Конечно, я могла ее вызвать или придвинуть стул, но… Почему-то мне казалось, что Магнус будет рад поучаствовать в сервировке своего деньрожденного торта.

И так оно и случилось. Мой дракон никак не мог поверить, что этот кривобокий уродец был испечен лично для него.

– Самый красивый торт,– выдохнул он. – Давай съедим его в спальне? Не разрезая?

– Просто ложками,– хихикнула я.

– Это всегда было моей мечтой,– шепнул он. – На самом деле, на приемах в мою честь мне редко удавалось хотя бы поесть, не то, что ухватить целый кусок торта.

В этом я его прекрасно понимала. Мои отец и мать показывали меня как призовую лошадь. Моя слабая магия служила мне своеобразной защитой. И пусть академические успехи принесли мне некоторую славу… Отец желал сбыть некондиционный товар замуж. Сколько же счастья было, когда Льорис разыграл свою внезапную влюбленность.

Магнус зачаровал поднос и мы поставили на него мой кособокий торт. Затем, взяв ложки и свежий морс, направились в спальню.

Сменив тяжелые дневные одежды на легкие пижамы, мы устроились прямо поверх одеяла.

– С днем рожденья, любовь моя,– выдохнула я и, зачерпнув ложкой торт, поднесла его к губам Магнуса.

Мы кормили друг друга сливочно-сладким десертом, смеялись, пили морс и не думали о том, что происходит на пределами спальни.

Пусть это и было эгоистично, но… Короткая передышка необходима даже самым сильным воинам.

Спать мы улеглись в обнимку и в этом жесте не было ничего страстного. На секунду это меня немного испугало – что, если Магнус не видит во мне желанную женщину? Но через мгновение я прикрыла глаза и прижалась покрепче к своему дракону. Всему свое время. Сейчас нам нужна именно такая близость – тихая, теплая и спокойная…

***

Утро выдалось заполошным. Магнус успел встать на несколько часов раньше и назначить несколько встреч. В том числе и с портным, который должен пошить мне наряд для встречи с Советом Драконьих Пиков.

– Я пойду в одежде отца,– уверенно сказал Магнус,– точнее, в его парадном плаще и своем обычном черном костюме.

На мое счастье Луми явно вознамерилась повсюду следовать за мной. Вот и сегодня она прибыла к завтраку и, отведав пышных оладий, поманила меня вниз, к автокатону.

– Разве ты не должна была стать пилотом?

– Должна,– она улыбнулась,– и стану. Сейчас идут предполетные испытания и мы, первая группа испытателей, пока свободны! Так что, куда едем?

Магнус передал нам денежный вексель и прямоугольную карточку, на которой горел золотой оттиск:

– Литтуано Верт,– Луми покачала головой,– я слышала, что он неприятный дракон. Вроде как с Островов. В нем случайно проснулось наследие матери и… Не помню.

– Если он вам не понравится, то в конверте есть другие. Я выкупил сегодняшний день у троих портных,– Магнус протянул мне конверт. – Не стесняйся выбирать, любовь моя.

Я только улыбнулась. На самом деле мне хотело закончить со всем этим как можно скорей. Быть может, во мне что-то сломалось, но… Мне никак не удавалось почувствовать тот азарт, который охватывал меня раньше. Я порой не могла спать, представляя, каким будет мое новое платье. Сейчас же мне больше хотелось чего-то быстрого. Быть может даже готового.

– Ты не выглядишь воодушевленной,– вздохнула Луми. – Может, сразу поедем по другому адресу? Я и правда про этого Литтуано слышала только плохое.

– Магнус выкупил его день,– я потерла кончик носа. – Наверное, я должна дать ему шанс?

– Лорд Эрхард, со всем уважением, просто мужчина,– проворчала Луми. – Вряд ли он разбирается в нюансах.

– Здесь, на Драконьем Пике, и я в нюансах плохо разбираюсь.

Так или иначе, но Луми остановила автокатон и мы вошли в салон Литтуано Верта. Беспощадно-яркое освещение, низкие и неудобные козетки, десятки зеркал и несколько юных дракониц в форменных платьях.

И тишина.

– Сегодня салон закрыт,– пропела одна из дракониц.

Я как-то сразу почувствовала, что Луми была права. Но все равно, из какого-то детского упрямства, решила досмотреть все представление до конца:

– Боюсь, что это по моей вине.

И я положила на низкий стол квадратную карточку с золотым оттиском.

Пусть сами подойдут и возьмут.

Драконицы переглянулись и одна из них неспешно подплыла к нам. Подманила к себе карточку и та тут же взлетела:

– Да. И правда. Мастер вот-вот прибудет.

Нам не предложили разместиться. Про чай и кофе тоже не спросили. И я вдруг с тоской подумала о том, что день будет невероятно неприятным и очень, очень долгим.

Мы с Луми отошли в сторону и подруга принялась убеждать меня уйти.

Примерно в этот момент распахнулась дверь и в зал летящей походкой вошел дракон.

– Не спим, девочки. У нас сегодня вынужденная работа, сами понимаете, спорить с хозяином Пика никому не с руки. Хорошо бы подобрать ей такое платье, чтобы у нашего лорда открылись глаза!

– На мое происхождение? – с искренним интересом спросила я. – Или на то, что это будет мой повторный брак?

Портной медленно повернулся в нашу сторону:

– А, вы уже здесь.

Больше он не сказал ни слова. Просто ушел из зала и одна из девиц небрежно проронила:

– Мастер будет готов через полчаса. Ему нужно время, чтобы настроиться на… Куда вы?

– Туда,– я уверенно кивнула на входную дверь. – Ноги моей в вашей лавке не будет.

– Это салон!

Но возмущенный писк драконицы отсекла входная дверь. Луми, выскочившая следом за мной, что-то неразборчиво пробормотала, после чего утянула меня в сторону автокатона:

– Он со всеми такой. Женщины преклоняются перед его талантом, но я считаю, что шел бы он… далеко.

Я согласно кивнула. Мне были знакомы подобные люди. Они унижали других просто ради самих себя. Им нравилось причинять боль и… И я готова поспорить, что Литтуану Верту плевать и на меня, и на мое происхождение. Ему просто было важно подпитаться моей болью. Раздуть скандал, а после продемонстрировать сияние своего гения. Чтобы очередная дурочка сказала что-то в духе: «Мерзавец, но до чего великолепный!». Подобный экземпляр вел у нас азы артефакторики. И, как ни странно, у него всегда находились поклонницы!

От следующего портного я не ждала ничего хорошего – квадратик-приглашение был так же претенциозен, как и у Литтуана Верта.

– Отвезешь меня потом в дом исцеления? Хочу навестить Гели, да и цветы новые на Камень высадить,– негромко попросила я и подруга, сидевшая за рулем автокатона, согласно угукнула:

– Мерван с Каридой чахнут над каждым растеньицем. Насобирали их по всему Пику и сейчас культивируют в потайном саду.

– Мне кажется, я видела эти цветы в оранжерее в замке. Если это правда, то я буду заботиться о них самолично.

– Надеюсь, что мы положим конец самому существованию драконита,– воинственно отозвалась Лумилис.

И я с сожалением покачала головой:

– Не положим. И люди, и другие драконы уже знают о его существовании.

– Ты думаешь, что кто-то может…

Горло Луми перехватило и она не договорила. Только стиснула пальцы на руле автокатона. И я продолжила за нее:

– Что кто-то из драконов может придержать драконит для себя? Уверена. Особенно, если алхимик-исполнитель будет из Лькарины или с Островов. Я бы хотела верить в сказки, но пока не получается.

Луми только сдавленно ругнулась. А после, остановившись у богатого дома, тихо призналась:

– Я тоже не могу заставить себя поверить в сказку.

Салон госпожи Лоррет находился на первом этаже ее дома. И, на первый взгляд, был чудовищно схож с обиталищем Литтуана Верта – много света, зеркала и две драконицы-помощницы.

Но на этом сходство закончилось. Нас сразу заметили:

– Добрый день, рады приветствовать вас в салоне госпожи Лоретт.

Это они пропели хором, затем заговорила та, что была повыше:

– Меня зовут Ная, если вы позволите, я проведу вас в отдельный кабинет. Сегодня госпожа не сможет вас принять – ее время выкуплено лордом Эрхардом.

– Но вы сможете посмотреть наш каталог и оценить образцы тканей.

Вытащив из кармана прямоугольник, я протянула его девушкам:

– Боюсь, что милорд выкупил время для меня.

– Чудесно,– просияла Ная. – Мы слышали о вас, но никогда не видели. Вы будете чай или кофе?

– Просто воду,– неловко ответила я.

– А вы?

– Воду,– кивнула Луми.