Текст книги "Нежданная жена Стального Дракона. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Светлана Рыжехвост

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

Светлана Рыжехвост
Нежданная жена Стального Дракона. книга 2

Глава 1

– Здесь будет безопасно.

С этими словами он вышел, оставив меня беспомощно хватать ртом воздух.

В каком смысле я останусь здесь? Без него?!

– Я не согласна!

Но от моего крика не изменилось ровным счетом ничего. Ну, кроме того, что проснулся Гели и принялся радостно по мне скакать.

– Это ведь неправильно, – прошептала я. – Неправильно.

Прикрыв глаза, я постаралась успокоиться. Мне нельзя нервничать, если я хочу хоть что-то исправить.

– До чего же невозможный дракон,– выдохнула я. – Подумать только!

Подняться с постели было нелегко. Испытания, выпавшие на мою долю, сильно ударили по здоровью и мое тело как будто решило разом отомстить за все годы пренебрежения. За холод и голод, за отсутствие сна и работу до полного истощения магического источника.

– Не сегодня,– я оперлась о тумбочку,– завтра. Я сломаюсь завтра.

В прошло я говорила так каждый день. Каждый день я выпрашивала у самой себя еще капельку терпения и смирения, выжимала крохи силы и шла вперед. Шла, даже не зная, есть ли там, в будущем, хоть что-то хорошее.

И вот сейчас этот навык мне жизненно необходим!

– Малыш, нам бы надо найти этого упрямца,– выдохнула я. – Только мама не сможет нести тебя на ручках. И бежать тоже не сможет.

Для драконенка это была веселая игра. Я же шла, держась за стены. И, конечно, не могла не отметить великолепную лепнину, о которую обломала несколько ногтей.

«Надеюсь, никто не заметит», хмыкнула я про себя, когда пострадал не мой ноготок, а слишком слабый элемент интерьера.

Каждый шаг давался легче предыдущего. Очевидно, что я вновь сломаюсь не сегодня. И это не может не радовать. Я не расслабилась. Не разучилась превозмогать.

Лестница едва не доконала меня, но я смогла победить. А вот дверь пришлось открывать не силой, но весом – я едва не рухнула, если бы не Магнус.

– Катти?

– Ты не должен уходить,– я вцепилась в него. – Это балкон?

– Терраса,– он подвел меня к парапету,– здесь натягивали тент и вся семья собиралась, чтобы полюбоваться морем.

Я посмотрела вперед и тихо вздохнула. Вид с Пика открывался великолепный. Море и небеса, небеса и море. Единство. Правда, если опустить взгляд чуть ниже, то волшебный флер немного пропадал. Хотя… Город с высоты тоже хорош.

– Магнус,– я пыталась поймать его взгляд. – Не уходи. Мне не нужны слуги.

– Благородная леди…

Я подняла ладонь и показала на побледневшие шрамики от мозолей:

– Благородная леди? Ты ни с кем меня не перепутал? Да, после рождения меня положили в золоченую колыбель, но дальше жизнь расставила все по своим местам.

Он покачал головой.

– Магнус…

Как донести до него, что ему нельзя уходить?! И при этом не перепугать Гели, который прижался к парапету и зачарованно смотрел на море.

– Мы находимся на высочайшей точке пика. В комнатах всегда холодно, кто-то должен поддерживать огонь в каминах и класть грелки в ноги,– отрывисто произнес Магнус. – Готовить. Ты видела эти печи? Кухня огромна, мои предки были уверены, что род будет многокрыл, но… Невозможно управиться со всем этим в одиночку.

– Я не хочу оставаться одна,– тихо, на грани слез выдохнула я. – Посмотри, что там, внизу?

Презрев все правила, я подняла руку и пальцем показала на небольшой двухэтажный домик, прилепившийся к лесу.

– Вдовий дом. Знаешь, раньше считалось, что жены, потерявшие мужей, приносят несчастье,– Магнус покачал головой,– отвратительное поверье.

– Он давно пустует?

– Три поколения назад его закрыли магией.

– Так открой. Пусть его подготовят для нашего проживания. Тебе не нужно покидать свой дом из-за нас, мы проживем там.

– Это неправильно.

– Неправильно, это то, как драконы к тебе относятся,– хрипло ответила я. – Ты знал, что есть амулеты?

– Они пагубно влияют…

– Более пагубно, чем то, через что проходишь ты каждый раз, когда запираешь яд в себе?! – я почти кричала и мне было стыдно, но остановиться было невозможно.

Остаток моей тирады утонул в мягкой ткани его рубашки. Магнус обнял меня. Прижал к себе и принялся покачивать, как маленького ребенка. Он шептал всякие глупости и убеждал меня, что теперь все будет хорошо.

– Посмотри, солнце садится,– он мягко развернул меня, но не выпустил из объятий.

Прижимаясь спиной к его груди, я посмотрела на небо и тихо вздохнула:

– Как красиво, что это?

– Защитный купол,– напомнил мне дракон. – Ни одна душа не войдет и не выйдет. Порталы могут быть открыты только с моего прямого разрешения. Иначе никак. Я найду мерзавцев, осмелившихся напасть на вас с Гели. Я выпотрошу их и принесу тебе головы.

Прикрыв глаза, я на мгновение представила эту картину и тихо сказала:

– Лучше закопай.

– Да, думаю ты права,– согласился Магнус. – Гели всегда рядом, не стоит ему видеть подобные вещи.

Обернувшись, я положила ладони ему на грудь и проникновенно произнесла:

– Ты даже не представляешь, как велика моя благодарность. Ты даже… Даже не представляешь. Я отпустила сына, фактически, бросила его в реку. Крошечная надежда на то, что он выживет, что найдется семья, которая захочет его приютить. Едва очнувшись, я вела себя эгоистично и даже не спросила, как ты нас нашел.

– Я просто захотел тебя увидеть. Дом был открыт, записка с угрозами и следы обыска,– он покачал головой и крепче прижал меня к себе. – Я был в ужасе, Катти. Метался в небесах как безумец. Они выдали себя сами – слишком серьезные и мощные заклинания для такой погоды.

Приподнявшись на цыпочки, я прижалась губами к его прохладной щеке.

– Спасибо, что ты есть.

На этом мои силы кончились и я распласталась по его груди.

– Катти?

– Все хорошо,– пробормотала я,– просто устала.

Он подхватил меня на руки, подозвал дракончика и мы вернулись в ту комнату.

– Вдовий дом будет готов к завтрашнему дню,– шепнул дракон и, чуть замешкавшись, все же вернул мне поцелуй в щеку. – Упрямица.

Прикрыв глаза, я подгребла к себе поближе Гели и уснула. Теперь все правильно, теперь все хорошо.

Причем настолько, что за прошедшую ночь меня ни разу не посетили кошмары. Я проспала все на свете и, когда открыла глаза, то не поверила увиденному – комнату заливало полуденное солнце!

– Гели?

Но мой дракончик не отозвался. Сердце кольнуло иглой, но в следующую секунду я увидела скромный букетик цветов и записку. Магнус просил меня не беспокоиться и уверял, что с ним мой малыш в полной безопасности.

Потянувшись, я мечтательно улыбнулась, потянулась и, выбравшись из постели, обошла всю комнату. Где-то здесь должна быть дверь в мыльную комнату, иначе откуда доносится тонкий аромат трав и притираний?

Стук в дверь отвлек меня от исследования просторной светлой спальни.

– Магнус?

Но за дверью стояла вчерашняя служанка.

– Леди,– робкий голос Раники заставил меня поморщиться. – Леди, прошу, дайте мне еще один шанс. Я купила амулет и уже извинилась перед лордом Эрхардом. Я… Я понимаю, что была неправа.

– И как ты это поняла? – скептически спросила я.

– Маме на вас пожаловалась,– честно ответила Раника,– а мама сказала, что наш лорд как наша соседка, которой во время войны лицо попортило и муж от нее ушел.

Я поперхнулась воздухом. Что ж, надеюсь Магнуса она уберегла от такого сравнения, хотя… Что-то в этом есть.

– Милорд не виноват, что драконит в его теле давит на нас,– Раника теребила передник. – Я представила, что со мной такое могло бы случиться. И вот. Амулет купила и утром пришла просить прощения. Я и с другими слугами поговорю!

Отбросив сомнения, я попросила Ранику приготовить мне ванну и уточнить, где именно находятся Гели и Магнус.

– На той стороне замка заросли драконики. Милорд Эрхард наколдовал препятствия и отважный лорд-дракон Геллерт штурмует их, чтобы взять награду,– хихикнула служанка. – От этого я кажусь себе еще противней.

Последнее она добавила едва слышно и я сделала вид, что ничего не услышала. От ее сожалений Магнусу не станет легче. Кому-то было удобно приучить его выворачивать душу наизнанку. Но кому и зачем?

– А ты не знаешь, сколько лорду Эрхарду было лет, когда его ранили? – я попыталась подсчитать, но разброс цифр был слишком большой.

– Он был ребенком, кажется,– Раника прикусила губу. – Или юношей… Я знаю, что его отец командовал отрядом, который спас лорда Эрхарда. Правда старый милорд живым из того боя не вернулся. А вот матушка милорда покинула нас недавно, и трех лет не прошло.

«Могла ли мать ненавидеть сына за смерть отца?», задумалась я. «Хочется верить, что не могла».

Искупавшись и разобрав волосы, я с удовольствием переоделась в чистое новое платье. Правда, о его происхождении пришлось спрашивать у Раники:

– Откуда?

– Из лавки готового платья,– отчиталась та. – На магических тесемках, чтобы легко всем подходило. Для леди недостойно, но когда нет времени на портного…

– Приемлемо,– кивнула я.

Полноценные бальные туалеты ушли в прошлое и сейчас я бы наверное не выдержала многочасовой примерки. Что уж говорить о пошиве всего гардероба.

Поблагодарив Ранику за помощь, я попросила ее сопроводить меня к Магнусу. Но далеко мы не прошли – они попались нам навстречу.

– Милорд, миледи, обед будет подан через час,– девушка благочинно присела и поспешила оставить нас наедине.

Мой малыш, сидевший на плече Магнуса, радостно запищал и переместился ко мне. Он курлыкал и курлыкал, тыкался носиком мне в шею и хлопал крыльями. Гели пребывал в таком восторге, что я невольно засмеялась:

– Мое солнышко!

– Он уже пытается говорить,– с затаенной нежностью произнес Магнус. – Оборот близок.

– Я буду скучать по малышу.

– О, поверь, он тоже будет.

Я подняла глаза на Магнуса и тихо сказала:

– Никогда не перестану благодарить небо за то, что ты есть. Не закрывайся от нас, хорошо?

– Да,– он кивнул. – Я стараюсь. Раника уже пообещала набрать слуг…

Он немного замялся и я, посадив Гели на плечо, коснулась его руки:

– Но?

– Но я уже снял чары консервации и нашел вдовий дом очаровательным. Здесь все напоминает о неприятных вещах. Когда-нибудь я с этим справлюсь,– он вымученно улыбнулся.

– Заглянем туда после обеда? – предложила я. – Посчитаем, что нам нужно. Постельное белье, шторы и посуда, матрасы и подушки…

Он вскинул руки:

– Пощади, молю. Я больше смотрел на пол и стены, чем на окна. И на количество комнат. Там два этажа, внизу кухня и гостиная, а наверху две спальни. Одна поменьше, для компаньонки леди. Ее займу я, а вы будете спать в большей комнате.

– Почему…

– Потому что вас двое,– он подмигнул. – Раника накроет для нас на балконе. Это единственное место, которое я ценю. Но так же в этом замке есть прекрасная картинная галерея. Не желаешь ознакомиться?

Я не то чтобы хотела смотреть на портреты, но… Живот уже немного подводило от голода, а чем еще себя занять до обеда я не знала.

Мы прошли сквозь анфиладу огромных комнат, пересекли просторный танцевальный зал, а после вышли к картинной галерее.

– Пейзажи,– ахнула я.

– Пейзажи,– подтвердил до крайности довольный Магнус. – Коллекцию начал собирать еще мой прадед. Попробуешь угадать, какую из картин выбрал и купил я?

– Попробую, но ничего не обещаю,– рассмеялась я.

Прогуливаясь вдоль стен, я нет-нет да и узнавала работы великих художников Лькарины. Островные пейзажи тоже было легко узнать, но с теми творцами я была совершенно незнакома.

Изучив все, я повернулась к Магнусу:

– Ты купил вот эту картину.

Он на секунду замер, а после потрясенно выдохнул:

– Да, но… Как? Картины висят не в ряд, а…

– Из окон падает свет, но сами полотна зачарованы, а вот рамы… Рамы никто не защитил. Эта картина единственная не выцвела.

На самом деле я несколько лукавила. Ведь были и картины, висевшие в простенках между окнами. Но, во-первых там висели полотна уже почивших художников, а во-вторых… Во-вторых, указанная мною картина сильно отличалась от остальных.

– А я уж было решил, что мой выбор настолько бездарен,– рассмеялся Магнус. – У меня полностью отсутствует художественный вкус и выбрать было сложно. Но я был вынужден пополнить коллекцию.

Я посмотрела на плоский пруд, окруженный блеклыми елками, после чего спокойно сказала:

– Ты понимаешь, что этот пейзаж висит в окружении великих шедевров? Он просто жемчуг, что блекнет в окружении крупных бриллиантов.

– Все-таки блекнет?

– Никто не Антрелли,– я указала на дивный морской пейзаж. – Кроме самого Антрелли.

– Тоже верно.

Гели, заскучав, перепрыгнул на плечо Магнуса. И я забеспокоилась, что малыш может повредить картины.

– Они пережили несколько поколений юных и очень любопытных драконов,– засмеялся Магнус.

– Не хотелось бы совершить ненужное достижение и сломать защиту,– проворчала я и воспользовалась козырем,– мне кажется, я сейчас умру от голода.

Что ж, картинную галерею мы покинули почти бегом. Магнус даже порывался взять меня на руки:

– Карлус велел хорошо тебя кормить, а я…

– Ты опять во всем себя винишь,– вздохнула я,– все в порядке.

Когда мы вышли на балкон, Раника как раз заканчивала сервировку стола. И должна признать, что всю блюда выглядели и пахли просто великолепно!

Магнус отодвинул для меня стул, а после сел напротив. И в его лице я прочитала некоторую обеспокоенность.

– Что-то случилось?

– Поухаживать за тобой? – предложил Магнус.

Я не успела ответить, а он уже встал и налил для меня густой и ароматный сырный крем-суп.

– Спасибо. Ты не ответил на вопрос.

Он поднял на меня серый, больной взгляд:

– Я не хотел портить этот прекрасный день, но есть новости.

Магнус наполнил свою тарелку и сел. Я же за это время едва не сошла с ума, но нашла в себе силы не торопить его.

– Карлус считает себя виноватым в том, что тебя вычислили.

Посмотрев на Магнуса, я нейтрально заметила:

– Не думаю, что это имеет значение.

Тем более, что об этом я подумала еще в тот момент, когда он только-только попросил меня спасти его жену, Вилму.

– Имеет,– твердо ответил дракон. – За прошедшие сутки мне удалось найти кое-какую информацию. Вильсана Фортретти покинула Пик, она переместилась на острова. Где всем подряд жаловалась на то, что жалкая Спящая лишила ее работы и уважения в обществе.

Я лишь гневно фыркнула. Подумать только, что из-за завистливой и избалованной драконицы мой сын мог вырасти сиротой! Ведь она отправила меня к камню Трех Сил не дав ни инструкций, ни советов, ни защиты.

«Хотя возможно, тогда бы за ним не пришел его отец», посетила мою голову непрошенная мысль.

– Старший сын Карлуса тоже отправился на Острова, чтобы создать иллюзию твоего там пребывания,– продолжил меж тем Магнус. – Там-то он и узнал о том, что Вильсана уже всем надоела со своей дивной историей.

– Думаешь, проклятье наложенное на Вилму было проверкой?

– Да. От точно такого же проклятья погибла девушка на Островах,– Магнус прикрыл глаза и покачал головой,– не понимаю этого. Не понимаю.

– Он хочет силой обернуть Гели в человека, забрать его драконью суть,– я обняла себя за плечи,– не понимаю, куда ему эта магия? Зачем?

– Мы во всем разберемся,– пообещал Магнус. – Обещаю. Тем более что Вильсана подала прошение о переходе сквозь защиту. И я ей это позволил.

– Она имеет право вернуться домой,– я криво улыбнулась,– за длинный язык не сажают.

– Если она связана с твоим бывшим мужем, то мы сможем поймать их обоих,– уверенно сказал дракон. – За ней будут следить и днем, и ночью.

Я только кивнула. День и правда был подпорчен, но… Глупо отрицать произошедшее. Сейчас мы заперты вместе с врагами. Они прячутся где-то в тенях и только яркий свет сможет выявить их.

Кто знает, быть может Фортретти и станет этим лучом, что сожжет Льориса. А может и нет. У меня не было ни сил, ни желания загадывать наперед.

«Я снова живу одним днем», подумалось мне вдруг. «Вот сегодня все хорошо и ладно. А как завтрашний день наступит, так и посмотрим».

– Мне стоило промолчать,– проронил Магнус.

– Нет,– я покачала головой,– никогда не молчи. Лучше расскажи что-нибудь хорошее.

Дракон склонил голову к плечу, немного подумал и принялся рассказывать о том, как отважно мой сын атаковал кусты драконики. Как ловко уворачивался от шипов и как хвостом отбивался от стрекоз.

– Потом, правда, забыл про ягоды и принялся гоняться за бабочками,– тихо рассмеялся Магнус. – Знаешь, мне редко доводилось видеть настолько безмятежных драконят.

– Ты про клетки?

– Да. Девушка, родившаяся в человеческой семье любит и принимает своего ребенка таким, какой он есть. Драконицы запихивают детей в клетки и воспринимают первое крылатое время как небольшой отдых. Они путешествуют, заводят новых друзей и без особого нетерпения ожидают возвращения своих детей.

В голосе Магнуса слышалась застарелая печаль.

– Разве это не жестоко?

– Считается, что так дракон учится уважать старших,– он пожал плечами,– но мне кажется, что это неправильно.

Мы немного помолчали и Магнус со вздохом проговорил:

– Как-то все хорошее сводится к нехорошему. Пойдем, посмотрим дом?

Я улыбнулась и кивнула. Подхватив Гели, уложила его на сгиб локтя и поднялась из-за стола.

– Не тяжело?

– Родная ноша не тянет,– рассмеялась я.

Мы спустились по лестнице, пересекли холл и вышли на замковый двор. Тишина и покой даже немного пугали, ведь я уже привыкла к шумной толпе вокруг.

Вдовий домик оказался куда дальше, чем я думала. Сверху расстояние казалось крошечным, но на деле он был сильно удален от замка.

– Раньше даже забор был зачарованный,– Магнус показал на старые, покрытые мхом камни,– чтобы вдовы не могли сглазить детей. Страшно представить, как жили эти бедные женщины.

– Зато их не выгоняли на улицу,– я пожала плечами,– у них был кров над головой, а еще еда и вода. В Лькарине все гораздо хуже. Мой бывший муж имел надо мной полную власть, он запрещал мне работать и при этом давал сущие копейки, на которые даже Гели не мог нормально питаться.

Мы поднялись по скрипучему крыльцу и Магнус коснулся двери рукой:

–Приложи свою ладонь рядом с моей. Вот так, хорошо. Теперь ты и Гели сможете входить и выходить абсолютно спокойно.

– Спасибо,– выдохнула я.

Внутри домик и правда был маловат. Но только если сравнивать его с замком. А так сквозь просторную прихожую мы попадали в гостиную, из которой вели три двери – на кухню, в мыльню и на лестницу. Мебели, правда, не было. Но зато был красивый камин с широкой полкой, на которой так чудесно будут смотреться вазы и статуэтки!

Наверху и правда были всего две спальни. Причем они были соединены между собой узкой дверцей.

– Я зачарую ее со своей стороны,– пообещал Магнус.

– Я доверяю тебе,– шепнула я. – Доверяю и без магии.

Слова повисли в воздухе между нами. Магнус замер. Он смотрел на меня так, словно видел впервые.

Впрочем, он прекрасно владел собой и эта заминка длилась совсем недолго.

– Я знаю. И для меня это значит больше, чем любая клятва.

В его голосе звучало так много чувств, что я смутилась. Почувствовав, как загорелись щеки, я поспешила перевести тему:

– Знаешь, в гостиной нужно поставить диван. Напротив камина.

– А рядом кресло, одно, но большое. Знаешь, в запасниках замка есть много вещей, было время, когда убранство комнат менялось по нескольку раз в год. И ненужные вещи уменьшали и закрывали в сундуках. Мы могли бы посмотреть их, или я прикажу доставить новые вещи из города.

– Кровать должна быть новой. Как и белье, а вот диван и кресло для гостиной – почему бы и не посмотреть запасники?

Когда-то и в моей семье было принято так делать. Следовать за модой, убирать старое, покупать новое.

– Я хочу, чтобы ты чувствовала это место своим,– тихо сказал Магнус.

– Тогда обойдемся без запасников, ладно? Пусть диван будет темно зеленым, а кресло – коричневым, немаркий ковер на пол и низкий столик, чтобы поставить лампу и чашки с чаем.

– Идеально. Можно повесить картины, взять из галереи.

– Или поставить несколько живых букетов.

Я совсем не хотела переносить сюда драгоценные картины. Гели активно колдует, не стоит искушать судьбу!

– Диван должен быть большим,– Магнус улыбнулся,– твои друзья уже соскучились и хотят навестить.

Гели заинтересованно закурлыкал. Ох, с каждым днем он понимает все больше и больше!

– Я буду рада их видеть,– улыбнулась я. – Луми наверняка приедет на автокатоне.

– А Карлус и Вилма позеленеют по пути,– рассмеялся Магнус. – Впрочем, целитель Родди и так зеленый. В доме исцеления не все в порядке.

– Магнус, – начала я, осторожно подбирая слова. – У меня есть мысль. Насчёт должности аорита. Давай присядем?

Он весело огляделся и с интересом спросил:

– Прямо здесь? Катти?

А я не могла отвести от него взгляда. Кажется, я впервые видела его настолько живым и расслабленным. Настолько спокойным. И пусть его ядовитая сила кружила вокруг нас, меня это нисколько не волновало. Сейчас я была даже благодарна за свое отвратительное детство – отец сделал меня сильной. Пусть цель его и была в другом.

– Прости, задумалась. Нет, я видела у дома скамеечку. Как раз на солнышке и кое-кто крылатый сможет поиграть в траве.

Правда, когда мы вышли, Гели поиграл совсем немного. Поймал стрекозу и так с ней в лапках и уснул.

– Ты хотела что-то сказать о должности главного целителя, аорита,– мягко напомнил Магнус.

– Не уверена, что имею на это право,– смутилась я. – Но мне кажется, что дому исцеления нужен постоянный аорит, а не его заместитель.

– Ты хочешь предложить кого-то конкретного?

– Ты же и сам догадываешься,– улыбнулась я. – Карлус Родди.

Магнус задумчиво склонил голову. Он задумался над моими словами. Побарабанив пальцами по скамейке, он задумчиво проговорил:

– Он блестящий целитель. Но аорит… Это не только мастерство. Это администрация, ответственность за весь дом исцеления.

– Его отделение единственное не пострадало от интриг Вильсаны. Он не ищет власти, его жена слаба здоровьем и он явно хочет проводить с ней больше времени. К тому же его уважают, а некоторые и боятся.

– Однажды он противостоял даже мне,– хмыкнул Магнус. – Думаю, ты права. Мы привыкли, что аори и аоритами были Спящие, те, кто отвечал за Камень Трех Сил. И потому позволили дому исцеления остаться без главы.

«Просто ты один, Магнус. И разорваться на сотню деловых драконов ты не можешь», но вслух я этого не произнесла.

– Предложим ему это, когда они приедут. Зная Луми, это произойдет быстро.

– Скамеечки на всех не хватит,– рассмеялась я.

Мне вторил теплый, грудной смех Магнуса. Его глаза сверкали и мне на секунду стало его мучительно жаль. Но только на секунду – невозможно пожалеть настолько сильного мужчину.

До самого ужина мы записывали все, что нам понадобиться в новом старом доме. Магнус в какой-то момент был готов закрыть рынок, чтоб мы смогли пройти по лавкам, но я отвергла эту идею.

Вот и сейчас, окруженные магическими лампами, мы сидели в его кабинете и перечитывали заметки.

– Льорис вспыльчив и не способен долго терпеть неизвестность. О боги, Магнус!

Дракон разом встал передо мной, заклятьем притянул Гели и возвел вокруг нас щит:

– Где?!

– Нет,– я коснулась ладонью его плеча,– все в порядке. Я… Прости, я не сдержала эмоций потому что подумала, что Льорис может напасть на наших друзей.

– Они предупреждены,– он убрал щит и отпустил сердитого дракончика. – И не шипи, старшему лучше знать, что делать!

Притворно-суровый тон не испугал Гели, но заставил немного устыдиться. Он запрыгнул на стол и принял самую умильную позу, какую только можно – завернулся в крылья и принялся искоса посматривать на Магнуса.

– Я не сержусь,– вздохнул дракон. – Все в порядке.

Собрав все наши заметки в единое целое, Магнус отправил письмо своему помощнику. Затем подхватил Гели под пузико и подставил мне локоть:

– Позволите сопроводить вас на ужин?

– С превеликим удовольствием!

Раника уже накрыла на стол на нашем любимом балконе. Два высоких стул, широкая и низкая табуретка для корзинки – она подумала обо всех. Да еще и расставила свечи на балюстраде.

– Она старается,– отметила я, когда Магнус отодвинул для меня стул.

– Она сравнила меня с брошенной женой,– пожаловался он. – Хорошо, что ей не требовался ответ на ту пылкую сентенцию.

Сдержав смешок, я утешила его:

– Ты привлекательный мужчина ни капли не похожий на женщину. Честное слово.

– Правда? – его глаза неуловимо потемнели.

– Да,– выдавила я, и облизнула пересохшие губы. – Правда. Я… Я хочу пить. Да.

Сердце билось как заполошное, но Магнус… Добрый, щедрый Магнус не стал загонять меня в угол. Он просто встал и подал мне бокал охлажденного сока.

– Мр-р-р-лык?

– Ты котенок или драконенок? – засмеялась я, глядя, как Гели возится в своей корзинке.

– Мрык,– припечатал мой сынок и клыкасто зевнул.

– И правда «мрык»,– хмыкнула я, когда сама с трудом сдержала зевок.

– День был долгим, хоть и приятным,– мягко проговорил Магнус. – А кое-кого ждут полезные зелья.

А я ведь совсем про них забыла. Но он помнил и это, наверное, что-то да значило. Правда ведь?