Текст книги "Нежданная жена Стального Дракона (СИ)"

Автор книги: Светлана Рыжехвост

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Глава 4

Голова просто раскалывалась. Казалось, что вся ядовитая ярость драконита, минуя пузырь, хлынула прямо в меня.

– Вы допустили до камня Трех Сил человека, который не давал клятву служения Драконьим Пикам?

Холодный, пугающий, но вместе с тем до ужаса привлекательный голос раздался где-то рядом со мной.

– Милорд, я не подумала…

– Эта девушка прибыла на Алмазный Пик, используя артефакт-поисковик, изготовленный вашим отцом. Артефакт, который способны увидеть лишь истинно одаренные Спящие. Вы знаете, как нам нужны…

– Она из Лькарины! – выкрикнула Вильсана.

– Разумеется, – согласился с ней обладатель чарующе-пугающего голоса. – Ведь поисковые артефакты были отправлены именно туда. Было бы странно, если бы с таким артефактом она прибыла с Жемчужных островов, не так ли? Вы не обладаете этим даром, леди Готверд. И за шесть лет вы не нашли никого, кто мог бы сладить с камнем.

– Я пыталась, я писала объявление в газету…

– И когда вы поняли, что прибывшая девушка может войти в резонанс с камнем, вы сделали все, чтобы она погибла.

– Ни в коем случае, – поспешно выдохнула Вильсана. – Девушка потребовала испытать ее, и я…

– Почему же она потребовала испытание?

– Она просто пришла, даже не показав артефакт…

Тут я перестала подслушивать и попыталась сесть.

– Позовите целителя, – приказал мужчина.

А я, заваливаясь на бок, прошептала:

– Все я показывала, а они сказали, что это последний артефакт. И что если я выйду из двери, то больше проблем не будет и не придется меня брать.

– Ты не могла это слышать! Мы говорили совершенно о другом, ты все не так поняла.

Я кое-как разлепила ресницы, но перед глазами все плыло. Мужчина – высокий, светловолосый – стоял рядом. Протянув руку, я вцепилась в его рукав и спросила:

– Где мой сын?

– Она была одна!

– Мой сын, в корзинке, он стал драконом, – по моим щекам потекли слезы, – мне пришлось бежать. Где мой сын? Мой мальчик…

– Вильсана, – выдохнул тот, чью руку я никак не отпускала, – вы оставите пост заместителя аори Столичного Дома Исцеления. Мерван, найди ребенка и отнеси к детскому целителю. Леди, вы слышите меня?

– Да, только найдите. Он такой любопытный, ничего не боится, – шептала я, – так трудно было его скрывать. Так страшно.

И вдруг что-то освежающе-прохладное, искристо-ледяное ударило меня в грудь. А через секунду я поняла, что это мой крылатый малыш.

– Он почувствовал вашу потребность увидеть его и переместился сюда, – в холодном голосе мужчины послышались нотки удивления. – У вас такое высокое сродство – это поразительно.

– Как этот крылатый малыш спал в глубине души моего Гели, так сейчас сынок спит в душе малыша, – дрожащей рукой я накрыла прижавшегося ко мне драконенка, – они оба мои сыновья.

– Мерван, приведи сюда целителей. Для драконенка и для его матери. Вильсана, соберите вещи. Вы не справились.

– Дайте мне шанс, – хрипло выдохнула женщина. – Я не знала, что она с ребенком!

– А вы хотели узнать? – устало спросил мужчина.

– Владыка, молю вас.

– Мне нужен дом исцеления, а не дом интриг и пакостей. Но почему-то, куда ни пойди, благородные драконы и драконицы занимаются чем угодно, кроме своих прямых обязанностей. Что вы выгадали, Вильсана? Предположим, что мать и сын погибли, камень Трех Сил по-прежнему не работает. Что вы выгадали? Должность аори столичного дома исцеления? Рука у вас не дрожит, когда вы похоронные листы подписываете? Сколькие вышли из дверей и не вернулись?

– Милорд Эрхард, – Вильсана всхлипнула, – милорд…

Эрхард? Магнус Вильгельм Эрхард, владыка Алмазного Пика?! Тот самый, про кого в Лькарине говорят исключительно шепотом и осеняют себя благим знамением, чтобы отпугнуть неудачу?!

– Как ваше имя?

– Катарина Беллатрис Льорис, урожденная торн Тревис, – выдохнула я, понимая, что из-за фамилии мужа меня могут возненавидеть еще больше.

– Льорис… Вы сбежали от мужа?

– И да, и нет, – я облизнула губы, – простите, мне нехорошо. Я почти не вижу, и в горле пересохло. Мне бы опереться на что-то, меня клонит… Клонит куда-то.

Хоть я и сидела, но даже так меня немного пошатывало. Когда ко мне переместился дракончик, руку лорда Эрхарда пришлось отпустить. И теперь головокружение и тошнота накатывали все сильней.

Стукнула дверь, но я, как ни щурилась, не могла рассмотреть, кто вошел. Все вокруг было словно в тумане.

Силуэт в нежно-зеленой мантии подошел ближе и попытался забрать у меня малыша. И если я в целом была не против, то драконенок зашипел и прижался ко мне еще крепче.

– Хорошо-хорошо, я не буду забирать тебя у мамы, только посмотрю.

– Коллега, сдвиньтесь в сторону, – пробасил кто-то другой, – ребенок явно в порядке, а вот женщина вот-вот потеряет сознание.

– Ну потеряет, велика беда, – фыркнул целитель в зеленой мантии. – Все они его теряют, когда малыши в чешую одеваются. А ведь мы предупреждаем каждую, но нет – помогите, помогите!

– Юная леди подверглась воздействию драконита, что вы, целитель Льюис, должны были заметить в первую очередь, – жестко произнес лорд Эрхард. – Целитель Родди, вы уверены, что с ребенком все в порядке? Все же это не ваш профиль.

– Не мой, – пробасил целитель, – но здорового от больного отличать умею. А у нас, значит, новая Спящая? Хорошо, вот славно. Главное, чтобы она не сбежала.

Зеленая мантия исчезла из поля моего зрения, а вместо нее появилась красная.

«Отделение проклятий», – мысленно подметила я.

И всхлипнула, ощутив, как голову изнутри омывает прохладой.

– Ага, вот и глазоньки наши ясные открылись. Сейчас сделаю глубинное сканирование, – сочным баском проговорил целитель. – Сейчас я подставлю вам зеркальный артефакт, и вы должны будете на него подышать. Глубоко вдыхаем и не выдыхаем. Держим. Держим. Ме-едленный выдох. Теперь три быстрых, как собачка, – фух-фух-фух! Ме-едленный.

Дышала я несколько минут, после чего целитель, рассматривая знаки на потемневшей поверхности зеркала, нахмурился:

– Крайнее истощение, и не магическое, что было бы довольно логично, учитывая, с чем юной леди пришлось взаимодействовать. С магией все в пределах нормы, а вот порушенное здоровье придется выправлять долго. Я не вправе стоить предположения, но это была не модная диета. Чтобы рассчитать точную диету, мне нужно знать чуточку больше, леди…

– Леди Льорис, – подсказал лорд Эрхард.

– Торн Тревис, – поправила его я. – Мой супруг со мной разошелся. Он… уничтожил мои документы, запретил мне работать, снял для нас с Гели мансарду и… Мы едва выживали. Я нашла целителя, что выдавал мою работу за свою и платил сущие гроши. Но и это было хорошо, у ребенка хотя бы было витаминное зелье.

«На фрукты и овощи уже не хватало», – с отчаянием подумала я.

– Основа нашего рациона – эчча, крупа.

– Так ее же для животных растят, – оторопел на мгновение целитель. – Прошу прощения. Мне все понятно. Сейчас вы выпьете вот это, потом вот это и, наконец, вот это. И уснете. А с разговорами, лорд Эрхард, придется подождать.

– Мне расценить ваши слова как приказ выметаться? – со смешком осведомился владыка Алмазного Пика.

– Отнюдь, вон в том углу есть кресло, вы можете провести эту ночь здесь, – в тон ему отозвался целитель Родди. – И не надо так сверкать глазами, второго главы отделения проклятий у вас нет, так что пока я чувствую себя в безопасности.

– Я приду утром, а пока оставлю у дверей охрану, – хмуро проговорил лорд Эрхард.

Хлопнула дверь, и мы с целителем остались одни.

– Зачем охрану? Думаете, я могу убежать?

– Нет, это чтобы Вильсана не натворила глупостей. – Целитель присел на край моей постели. – Сейчас я осмотрю вашего малыша и поделюсь старыми сплетнями. Хотите?

– Очень хочу, – улыбнулась я.

«Осмотр» оказался игрой: целитель сотворил с десяток овеществленных иллюзий и заставил их резвиться по комнате. Мой драконенок не выдержал и, соскочив на пол, принялся за ними гоняться.

– Что ж, ваш малыш здоров. Позднее ему назначим витамины и правильную диету.

– А как вы… Дети всегда готовы играть, – я не знала, как высказать свои сомнения и при этом не обидеть целителя.

– И драконенок бы тоже побежал играть. Но если бы у него было повреждено крыло или лапка, мы бы это увидели. Я специалист по простым и надежным путям. Это коллеги мои с детского этажа все время на север через юг идут.

Мы рассмеялись, и я, чуть расслабившись, напомнила целителю про сплетни и охрану.

– А! История чудеснейшая. Едва лишь в Лькарине был придуман драконит, как у нас нашелся умелец, создавший камень Трех Сил. Отравленного драконитом воина можно уложить на камень, и тот оттянет отраву. Прорыв, столь необходимый Алмазному Пику. Однако же потом начинались проблемы с тем, как очистить камень. Точнее, очистить его мог лишь его же создатель. А после дочь. А вот на внучке все застопорилось: Вильсана Фотретти не Спящая, как вы, а просто слабосилок.

– Я Спящая?

– Внутри вас спит дракон, – целитель кивнул на малыша, что гонял по полу ярко-желтую наколдованную иллюзию, – по каким-то причинам вы не превратились в детстве. Спящий дракон оттягивает на себя большую часть вашей магии, давая взамен свою, ту, которой в человеческом облике воспользоваться невозможно.

– Тогда как же я колдую? – прошептала я.

– Феномен Спящих, – развел руками целитель. – Вот и получается, что вы теперь наша драгоценность. Вам должны хорошо даваться снятия проклятий, заклятий и охранных чар. Я знаю, что один из Спящих, что пытался найти здесь работу, ушел на Огненный Пик.

– Тогда от кого меня охраняют?

– От Вильсаны. – Целитель серьезно на меня посмотрел. – Ее дед стал аоритом, главным целителем, именно за создание камня Трех Сил. Затем и забота о камне, и должность перешли его дочери. А вот его внучка своего дракона пробудила. Но оказалась слишком слабой колдуньей, которой не хватило сил на осознанный оборот.

– Она не встала на крыло, – выдохнула я.

– Но ее все равно двигали на должность аори, в память о заслугах предков. Она же отчего-то решила, что если в доме исцеления появится Спящий, то ей не стать аори.

– Сейчас нет боевых действий, – я прикусила губу, – но ведь всякое может случиться. И тогда…

– И тогда из-за жадности и глупости последней из рода Фотретти дракон умрет, – кивнул целитель. – Раньше о том, что она дура, знали только главы отделений, теперь узнал и владыка Алмазного Пика. Он не позволит ей остаться, даже если она рухнет ему в ноги и предложит себя в качестве будущей супруги.

Тут я, признаться, не поняла, отчего дракон должен восхититься таким поступком. Но переспрашивать не стала, вдруг это культурные обычаи?

– Поэтому обещайте, что от охраны не сбежите.

– Мне бежать некуда, – серьезно ответила я. – И мне кажется, что я уже там, где мне и должно быть.

– С сыном и в безопасности? – прищурился мужчина.

– Именно.

– Я бы не отказался послушать истории об Лькарине. – Целитель улыбнулся совершенно по-мальчишески и, сбросив обувь, пересел удобнее, подвернув под себя обе ноги.

– Мне всегда нравился праздник Весны. – Я откинулась на подушку и прикрыла глаза. – Дети под руководством родителей зачаровывают срезанные соцветия, и на рассвете в небе плавают причудливые растительные созвездия. Кажется, что мир погрузился под воду, в мир, где вместо рыб диковинные цветы…

Рассказывая, я сама не заметила, как задремала. Всю ночь мне снилось, что я, как и мечтала когда-то, зачаровала сама себя и летаю среди наколдованных цветов.

Глава 5

Утром меня порадовали новой одеждой.

– С чего такая щедрость? – нахмурилась я.

– Это не щедрость, – ответил целитель Родди. – Нам нужна Спящая. И признаюсь честно, окончили ли вы Академию – это все вторично. Кроме вас, очистить камень Трех Сил не сможет никто. Так что мы с главами отделений посоветовались и вскрыли хранилище.

– Хранилище?

– Что-то вроде запаса на всякий случай. Склад одежды, если хотите. Драконицы довольно избалованы, форменные платья им и трут, и колют, и как только они не жалуются. Потому с первой премии идут и заказывают из более дорогой ткани. Я, кстати, ношу то, что выдают: мне ничего не трет и не колет.

Родди показал мне на неприметную шторку, за которой скрывался душ, после чего целитель вышел.

Обмирая от счастья, я перенюхала все одноразовые флакончики, вымылась под теплой, пахнущей травой и солнцем водой, после чего надела новые вещи. Кто бы ни собирал их для меня, он позаботился обо всем.

Даже об обуви – простые мягкие туфли без каблука едва не довели меня до слез.

«Неужели на нашей улице теперь праздник?» Я подхватила сонного драконёнка и посадила себе на плечо.

– Мы готовы, целитель, – отрапортовала я, выходя из палаты.

– Вы быстро. – Глава отделения проклятий скользнул по мне взглядом и кивнул: – Вам идет.

А я вдруг зарделась: давно мне не приходилось думать о том, подходит ли мне одежда. Последний год ядовитым проклятьем прошелся по моей женственности, и я даже не знаю, что ответить целителю.

– Сп-пасибо, – выдавила я.

– Владыка по-прежнему желает с вами пообщаться, – добавил целитель Родди. – Пусть вас не пугает отблеск его магии, он превосходно держит себя в руках. Хотя находиться рядом с ним трудно, вы, я уверен, выдержите.

– А сын…

– У драконят естественная защита, – успокоил меня целитель. – Сюда, пожалуйста.

Пройдя сквозь двустворчатые двери, мы оказались в очередном коридоре, который привел нас в маго-экранированную комнату.

– Чтобы не потревожить исцеляющие артефакты и чувствительных к темным эманациям пациентов, – шепнул Родди.

– Я все слышу, – хмуро произнес стоящий у окна дракон, чей взгляд был направлен на улицу, – так что можешь говорить громко и четко. Мой недуг ни для кого не тайна.

– Недуг? – осторожно уточнила я.

– Первое испытание камня Трех Сил было проведено на мне, – владыка Алмазного Пика повернулся к нам лицом, – часть драконита осталась во мне.

– Прошу прощения за неуместное любопытство, лорд Эрхард.

– Магнус, – улыбка не коснулась его синих глаз, – вы можете обращаться ко мне по имени, Катарина. Целитель Родди, не следует испытывать свои ментальные щиты.

Обернувшись на своего сопровождающего, я увидела, что по лицу дракона катятся крупные капли пота. Бледная кожа, закушенная губа – главе отделения проклятий определенно было нехорошо.

– Вам нужна помощь?

– Ему станет легче вдали от меня, – спокойно, с затаенной горечью произнес Магнус. – А вот почему вы этого не чувствуете… Артефакт?

Облизнув губы, я поняла, что от ответа на вопрос зависит очень и очень многое. Но что я могла ответить?

– Я чувствую давление вашей ауры, – хрипло выдохнула я. – Ее плотность и силу. Ощущаю яд, разлитый вокруг вас. Но меня это не пугает.

– Вы должны быть сверхчувствительны к подобным вещам, – Магнус сел в кресло и жестом указал мне на второе, – объясните, Катарина.

– Я и была, – криво улыбнулась я. – Так чувствительна, что чуть ли не сознание теряла. У моей семьи были свои взгляды на то, что пристало, а что не пристало благородной леди. И такая слабость была недостойна женщины из семьи торн Тревис.

И на лице дракона отразилось понимание:

– Полагаю, тренировки на выдержку были… жестоки, если сейчас вы можете находиться подле меня.

Я не хотела вдаваться в подробности и потому просто пожала плечами. Тогда мне это не казалось жестокостью. Я искренне считала, что семья действует в моих интересах. А сейчас… Сейчас уже неважно, как именно я приобрела эту терпимость. Она есть, и это выгодно для меня.

Мой драконенок, смешно чихнув, сполз с моего плеча на колени и, потянувшись, отправился исследовать комнату. Магнус тут же создал для него несколько иллюзорных мячей, на которые мой малыш среагировал довольно равнодушно.

– Полагаю, целитель Родди и тут меня обошел, – непонятно хмыкнул Магнус. – Расскажите мне все, леди торн Тревис. Ищейки Лькарины прочесывают Драконьи Пики.

Ахнув, я прижала ладонь ко рту:

– Умоляю, не отдавайте им Гели!

Дракончик курлыкнул и обернулся на меня. Он уже знали (или чувствовал?), что «Гели» – имя моего сына и второй части его души. Но самого малыша я так еще ни разу не называла.

– Для этого мне нужно знать вашу историю, – серьезно проговорил дракон. – Я слушаю.

– Пообещайте, что не отдадите моего сына. – Я посмотрела ему в глаза. – Пообещайте мне!

И он, не дрогнув ни единым мускулом, соскользнул с кресла на пол, опустился передо мной на одно колено и, прижав руку к сердцу, хрипло выдохнул:

– Клянусь, что сделаю все возможное, чтобы ваш сын жил здесь, в моих владениях.

Дышать стало немного легче. Стиснув кулаки, я прикрыла глаза и начала рассказывать:

– Крылатое наследие пришло ко мне от прабабушки-дракона. Льорис женился на мне именно из-за надежды получить крылатого ребенка. Но Гели… Гели родился обычным мальчиком. Тогда Льорис вновь и вновь пытался получить от меня ребенка, но мое тело… Раз за разом беременность прерывалась. Тогда он развелся со мной. Уничтожил мои документы и мою жизнь. И остался надзирать за нами – по законам Лькарины я не могла быть полностью свободна. Отец не принял меня назад.

Замолчав, я прикрыла глаза, позволяя слезам свободно стекать по щекам. Горе должно выйти. Если затаить его в себе, запереть на сто замков, оно лишь сильнее станет. Говорят, это слова моей прабабки.

Тихий шелест, и Магнус вытаскивает меня из кресла, а после уже вместе со мной садится обратно. И я сижу у него на коленях и продолжаю рыдать, как маленькая напуганная девочка.

А он прижимает к себе, к своей груди, и гладит по волосам, гладит и шепчет что-то тихое, едва слышимое.

И становится легче.

Не отстраняясь от Магнуса и не открывая глаз, я продолжаю рассказывать:

– Я подслушала разговор Льориса и Виргоста Эркуса, Главы Совета Магов Лькарины. Виргост сказал… Сейчас, вспомню… «Тебе отдали одну из самых перспективных девиц, но у вас лишь один ребенок – и тот для нас бесполезен». А Льорис уверил его, что Геллерт обратится и что он будет только сильнее: чем дольше нет перехода во вторую форму, тем…

Мой голос сорвался, и я на секунду замолчала. А после продолжила:

– Но что страшнее, он сказал, что сил Геллерта будет достаточно. Но для чего – не сказал, я выдала себя.

– Вас поймали?

– Драконов не находят поисковыми заклинаниями. И меня тоже.

– Ваша прабабушка была сильна. Вы знаете ее имя?

– Мальгара торн Тревис, – тихо сказала я, – но торн Тревис – это по мужу. Дед принес ее в жертву на алтаре, а после зарезал и себя.

– Мальгара, – повторил Стальной Дракон, – мы найдем ее семью, и вы с Гели станете полноправной частью Алмазного Пика.

– Льорис имеет права на сына, – мне казалось, что у меня в горле застряли две ломкие льдинки, что трутся друг об друга и не дают мне говорить. – Мирный договор, помните?

– Я с этим разберусь.

– Нам бы переждать этот год, ведь к Гели вернется право на жизнь и защиту.

Попытавшись приподняться, я вдруг четко поняла, что у меня под рукой бьется сердце Магнуса. Что я полулежу на нем. Что мне… Что мне никогда не было так спокойно рядом с мужчиной.

– Простите. – Смутившись, я попыталась сползти на пол, но неосторожное движение заставило шелковую рубашку дракона расстегнуться. – Ох, простите меня, милорд!

Я увидела совсем немного: золотистую гладкую кожу и край старого шрама. Дракон поправил рубашку и помог мне встать.

– Все в порядке. И я уже поклялся, что приложу все силы, чтобы ваш сын остался здесь. И вы тоже. Вы нужны Алмазному Пику.

У меня перехватило дыхание. От его негромкого властного тона. От того, как просто и буднично он произнес такие важные, такие нужные слова.

Вскинув голову, я хотела сказать Магнусу, как сильна моя благодарность. Как важна и нужна его поддержка мне и моему несчастному сыну. Как я устала надеяться и как трудно мне верить.

Поймав его пронзительно-синий взгляд, я замерла. А после, смутившись, отвела глаза и засмотрелась на его светлые волосы, что были длиннее, чем принято в Лькарине, и…

Забывшись, подняла руку и коснулась белой прядки.

– Артефакт сокрытия истинной ауры выбеливает волосы, – тоже тихо ответил Магнус. – Даже снимая его, я не возвращаю свой цвет.

И, также подняв руку, он самыми кончиками пальцев огладил мои мокрые от слез щеки. И его магия прохладой остужала заполошный жар, легким покалыванием убирала припухлость и красноту.

– Спасибо, – тихо выдохнула я, зачарованная серебряными искорками на дне его невероятно-синих глаз.

– С сегодняшнего дня вы сокровище Алмазного Пика, – серьезно проговорил Магнус.

И склонился ко мне так низко, будто вот-вот поцелует!

А я... Мне вдруг вспомнилось лицо бывшего мужа и то, что он называл "поцелуями", и...

Вздрогнув, я шатнулась в сторону. Дыхание сорвалось, и я сквозь подступающую панику выдавила:

– Простите…

– Я выйду, – он шагнул назад, – это я должен извиняться. Моя вина.

Последнее, что я увидела, – это как подергиваются серой дымкой глаза, как мертвеет живой взгляд… В следующую секунду он просто растворился в воздухе, а я без сил опустилась на пол. На колени забрался Гели и, прижавшись к моей груди, утешительно закурлыкал.

– Я обидела хорошего человека. Дракона. И самое главное – ведь не объяснишься же. Что бы я ему сказала? Вы ничуть не похожи на Льориса, но мне показалось, что вы хотите меня поцеловать, и я испугалась, потому что ни с того ни с сего мне примерещился на вашем месте Льорис?

Внутри поселилось разъедающее чувство вины и отвращения к самой себе. Брак с Льорисом не был сказочным, особенно под конец. Особенно тогда, когда он стал приходить каждую ночь, но... Это ведь совсем не повод для страхов, ведь я уже в безопасности!

"Очевидно, что-то внутри меня с этим не согласно".

Стук в дверь, и к нам с Гели вошел целитель Родди.

– Ну что, я получил наивысшие полномочия, – радостно возвестил он. – Ох, девочка, все-таки ты реагируешь на его магию, да? А я-то уж было подумал...

Он не договорил и принялся поднимать нас с пола. С целителем Родди мне было легко, и я, отведя глаза, рассказала правду.

– Ох, девочка, – он гневно засопел носом, – бедная малышка. Не казни себя, такие чувства абсолютно нормальны и приемлемы. Но тебе бы не со мной поговорить, а...

– Нет! – выкрикнула я. – Нет, не надо. Я... Я не хочу.

– Надо, – вздохнул целитель, – но принуждать я тебя не стану. Из такого лечения ничего хорошего не выйдет. Идем, я этот город знаю очень хорошо, так и дом вам подберу хороший. У нормальных драконов, что не будут бросаться на вас из-за вашего происхождения.

Я благодарно улыбнулась и спросила, где же наша корзинка.

– Зачем? – оторопел целитель. – Мелкий от тебя далеко не улетит, он связан с твоей душой и магией. Кстати, когда сын обратится второй раз, ты станешь чуть сильней.

– Я... Я просто привыкла прятать Гели, – неловко улыбнулась я.

– Бедные вы мои, – вздохнул глава отделения проклятий. – А хотите у меня жить? Жена моя против не будет, дети у нас на крыло встали и упорхнули кто куда.

– Я хочу попробовать пожить самой, – тихо-тихо призналась я. – Только, целитель, у меня ведь нет ничего.

Он закатил глаза и ворчливо повторил:

– Я же сказал, у меня самые высокие полномочия! Велено нанять тебе дом на год вперед, помочь обновить одежду и выделить кабинет для изучения всей проектной информации о камне Трех Сил. Но последнее исключительно через клятву, а тут, уж прости, тебе сначала сил набраться надо.

– Наберусь, – кивнула я.

– О, а это на еду. – Целитель вытащил из-за пазухи увесистый кошель, чья горловина была туго затянута и запечатана сургучной печатью. – Не знаю, сколько там, правда. Но думаю – немало. А там уже и первая зарплата.

Он подмигнул мне, и я окончательно поверила, что наша с Гели жизнь обернулась к лучшему!