Текст книги "На зелёный свет (СИ)"
Автор книги: Светлана Ледовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)
??
Глава 41
Воеводин вел машину сам. Он всегда ощущал себя на водительском виденье уверенно и расслабленно. Сейчас он сидел, откинувшись на спинку кресла, опустив одну руку на руль, а другую опустил на мое колено. Я сдерживалась, чтобы не попросить его положить ладонь на колесо управления. И дело не в том, что его пальцы лениво оглаживали мою кожу под тонким шелком чулка. Мне было страшно. Каждый поворот, каким бы виртуозным он не был, заставлял меня сжиматься, желая стать меньше.
– Ты меня слышишь?– похоже, не в первый раз повторил Воеводин и я вопросительно взглянула на него.
Выругавшись, мужчина снизил скорость и притормозил у обочины.
– Алина, это уже не смешно! На тебе лица нет.
– А я и не смеюсь,– выдавила, смахивая испарину со лба.
– Ты же можешь сказать, что тебе некомфортно.
– Ты мог бы уже это понять!– выкрикнула и зажмурилась от боли, вспыхнувшей в голове.– За столько лет.
– Завтра мы идем к психологу.
– Никаких специалистов,– оборвала я ультимативно.– Мне хватило того, которому ты меня уже подсовывал.
– Алина!
– Не смей!– я ткнула в него пальцем.– Не вздумай делать вид, что ты не понимаешь, что загнал меня в угол. Ты ломаешь меня. Каждый долбаный раз, когда заставляешь делать то, чего я не хочу.
– Мы все так делаем.
– Не ты!– выкрикнула я истошно.
Оставаться в ставшем душным салоне я не могла. Толкнула дверцу и выскочила наружу. Под ногами хрустел гравий обочины. Вокруг сгустилась ночная тьма. Высоко над головой висела желтоватая, почти полная луна и масса млечного пути, растекшаяся по небу. За городом ночь всегда была прекрасна.
– Вернись в машину!– выкрикнул Алекс. Словно его голос не звучал набатом и без этого.
– Хочу пройтись,– упрямо ответила я. Опять оказаться с ним в тесном пространстве казалось наказанием.– У меня тоже есть свои "хочу". Или это не умещается в твоем идеальном мире?
– Ты меня с ума сводишь!
– Отлично!– хохотнула, удерживая себя на каблуках.– Вот и вызови себе психиатра. Себе, дорогой. И пусть он лечит твою больную голову.
– Не зли меня, детка,– прозвучало предостерегающе.
– А то что?– развернувшись, скрестила руки на груди.– Что ты ещё сможешь забрать у меня?
Он оставался у машины. Нас разделяло около пятнадцати метров, пара столбов света, бьющих мне в колени и мотыльки, кружащиеся над ними.
– Это не место для таких разговоров,– примиряюще начал он.
– А где оно, идеальное место? На подоконнике? На заднем сиденье этой тачки?
– Алин, я не хочу скандала.
– Ты хотя бы меняешь простыни?
– Одно твое слово и никого не будет. Только ты.
– С этого надо начинать, а не заканчивать,– я уронила руки и пошла вдоль дороги, в темноту.
Я слышала его шаги. Не сорвалась на бег лишь потому, что знала – он всё равно догонит.
– Ты никогда не жаловалась,– глухо заявил Воеводин, разворачивая меня к себе.
– Я и сейчас не жалуюсь,– вырываться не было сил.– Просто не хочу этих игр. И грязи. Хватит, Саш.
Этим именем я звала его редко. Только когда он делал мне особенно больно.
– Давай пройдемся,– обняв за плечи, он повёл меня дальше по дороге.– Тут ведь совсем недалеко осталось до дома. Нагуляем аппетит. У меня новый повар. Готовит фантастически. Думаю, ты оценишь.
– А что случилось с прежним?
– Он пересушил мясо.
– Какое кощунство,– бесцветно произнесла я.
– Мы с тобой никогда не гуляли.
– И много чего еще не делали.
– Например?– его руки казались надежными, если забыть, что ими он не раз оставлял синяки на моей коже.
– Не заказывали пиццу, не смотрели фильмы на диване,– я пожала плечами.– Не танцевали без свидетелей и камер.
Неожиданно Алекс обхватил меня за талию и крутанул вокруг себя. С ноги слетела туфля и с глухим стуком упала на асфальт. Вцепившись в дорогую ткань пиджака натянутую на широких плечах, я испуганно пискнула.
– Какая же ты маленькая,– произнёс он хрипло.– Я почти забыл об этом.
– Сама уже не помню,– отозвалась капризно.– С тобой пришлось быстро взрослеть.
– Не всё ведь было так плохо,– он поставил меня на ноги. Я тут же наклонилась за потерянной обувью.
– Разве?– зло ухмыльнулась, заметив недовольство на его лице.– Может, у тебя есть ещё жена, с которой "не все так плохо"? Которую ты не заставлял выходить за тебя? Не грозил уничтожить семью? Не отбирал.
– Хватит!– рявкнул Воеводин, снова становясь собой.– Я пытаюсь наладить наши отношения.
– У нас их нет. И никогда не было,– я покачала головой.– Всегда был только ты и твои желания.
– Ты так видишь нашу жизнь?
– Твою,– поправила я мужа.– И свое существование. Мы даже никогда не были вместе. Только рядом. Ты ходишь по коридору, а я сижу в камере. Это наш мир. И роли. И не надо делать вид, что все иначе.
– Я могу всё исправить.
– Ты. Всегда ты,– я горько усмехнулась, обувшись и направляясь прямо по дороге.– Ты знаешь, что лучше для меня. Отчего я должна быть счастливой.
– Однажды ты поймешь, что я прав.
– Не забывай давать команду, когда мне нужно улыбаться.
– Алина,– позвал Воеводин, и мне пришлось обернуться.– Все равно всё будет по-моему.
– Знаю,– я развела руками.– Надеюсь, хоть ты будешь доволен. Ведь должен же во всём этом хоть какой-то смысл.
Глава 42
Через пару километров нас настиг автомобиль Алекса. Конечно, за нами следовала охрана. Оставленную машину подогнал один из громил.
Супруг открыл пассажирскую дверцу, и я не стала упрямиться. Села в салон и пристегнулась.
– Я не буду гнать,– пообещал он хмуро.– Откуда в тебе этот страх?
– Какой именно?
– Знаешь,– он тронул машину с места,– никто не позволяет себе таких вольностей со мной.
– У всего есть своя цена,– напомнила я.
– Ты просто устала,– нашел он удобное пояснение.– Отдай распоряжения относительно этой своей коллекции. У тебя с десяток помощников. Пусть отрабатывают. Да и Маша.
– Не начинай,– я закатила глаза.– Маша лицо "Полины". И точка.
– Она может создавать.
– Позволь судить мне!– не сдержалась я.– Она красивая девочка. И совершенно точно бесталанная. Все что она может – постить свои губы в сетях. Пусть продолжает. Но лесть в мою вотчину я ей не позволю.
Несколько лет назад, когда я только начинала работать в дизайне одежды, Воеводин настоял, чтобы лицом компании и моего бренда была его дочь от первого брака. Он не желал, чтобы его жена мелькала на страницах таблоидов. Тогда я легко согласилась с этими условиями. И не пожалела. Маша стала звездой. Каждый ее шаг комментировался и отслеживался. Конечно, она сама делала для этого многое. Недалекая девица наслаждалась известностью. А я с ужасом порой натыкалась на фото с какой-то очередной гламурной вечеринки, где она красовалась в очередной безвкусной тряпке. Это лишь подогревало интерес к моим работам.
Но в последнее время, склочная Маша решила, что она и впрямь звезда. Теперь она канючила у Воеводина право самой творить. В моей "Линии". Под моим брендом.
Гадина.
– Мое мнение тебя не интересует?– спросил Воеводин.
– Закрыли тему!– я была настроена воинственно.– В остальном, ты можешь диктовать свои условия.
– Будто ты подчиняешься.
– Но в "Полине" – Даша только лицо,– в голове предательски зашумело.
Машина остановилась перед домом. Огромный и мрачный – он не был похож на родительский. Этот ассоциировался у меня с тюрьмой. Я дёрнула дверь, но она оказалась заблокирована. Со всей возможной невозмутимостью, повернулась к мужу.
– Выпусти меня наружу.
– Ты потрясающая,– засмеялся Алекс.– Ведь вижу, что порвать меня хочешь.
– Пожалуйста,– попросила напряженно.
– Но держишь лицо.
– Выпусти!– закричала я, и тут же щелкнул замок.
Вывалившись наружу, я упала на колени. На коже выступила испарина, перед глазами дрожала пелена. Поднеся к лицу ладонь, я поняла, что она дрожит.
– Что с тобой?– Воеводин оказался рядом. Зачем-то подхватил меня на руки. Вырываться я не торопилась. От страха замирало сердце.– Скажи хоть что-нибудь!
– Не кричи,– прошептала, жмурясь от яркого света, хлынувшего из открытой двери дома.
– Что с тобой?– повторил он с ноткой отчаяния в голосе. А может, мне это только показалось. Вместо ответа, я уткнулась лицом в его грудь.– Аль?
– Мне плохо,– сказала очевидное.
Он уложил меня на диван, придержав голову, и сел на край.
– Ты выпивала?– желваки на его челюсти не лгали – он злился.
– Нет,– я закусила губу от обиды.– Считаешь меня алкоголиком?
– Такое уже было?
– С той аварии мне нехорошо,– прикрыв глаза ладонью, тяжело вдохнула.– Но ведь много времени прошло.
– И ты молчала?– мужчина говорил мягко, но я все равно сжалась.– Я должен был об этом позаботиться.
Что-то удержало меня от колкости. Некогда ему было заботиться обо мне. Да и мне самой было не до своего же здоровья.
– Не хочу в больницу.
– Как скажешь, детка,– успокаивающе погладив меня по волосам, Воеводин отошёл.
Он говорил по телефону, пока я прислушивалась к своим ощущениям. В последнее время у меня болела голова. Сильно. Немного кружилась. Но я списала это на усталость и нервы. С каждым днём всё сильнее мутило. Противозачаточная инъекция исключала беременность и я решила, что это от нервов.
– Через полчаса приедет врач. Осмотрит тебя, и потом мы решим, что делать дальше.
Он даже не понял, отчего я уставилась на него в изумлении.
– Мы решим,– повторила вкрадчиво.
– Давай, отнесу тебя в спальню.
– Я могу дойти,– возразила, но муж упрямо стиснул зубы.
Не ожидала второй раз за вечер оказаться на его руках.
– Не спорь, детка. Сейчас не время,– заявил Алекс, поднимаясь по лестнице.
В глубине души, я надеялась, что он упадёт. Пусть вместе со мной. Но оно бы того стоило.
?????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????
??
Глава 43
лечить.
Мне всё же удалось остаться в одиночестве. В туалете.
– Это унизительно,– сообщила я приоткрытой двери.
– Ведь я не захожу.
Воеводин стоял за порогом, спиной ко мне. Он демонстративно расправил плечи, показывая, что не уйдёт.
Умывшись, я сняла одежду и завернулась в халат. Большого размера, кремового оттенка, с полами, волочащимися по полу и витиеватой монограммой вышитой на груди. В моём случае – в районе живота.
– Он из отеля?– приподняв махровую ткань, вошла в комнату.
– Мой.
– Но ведь это не твоя спальня,– я нахмурилась, оглядывая гостевую.
– Какая разница?– нахмурился супруг и скрестил руки на груди.
Он привёз меня в свой дом. Одел в свою одежду. И пронес мимо своей комнаты? Не похоже на Воеводина, которого я знаю.
Разбираться во всём мне не хотелось. Я взбила подушку на огромной кровати, пытаясь скрыть нервозность.
– Не считаешь странным, что здесь нет твоих вещей?– Алекс опёрся о дверной косяк, ненавязчиво контролируя коридор.
– Я живу в другом месте,– пожав плечами, добилась того, что ткань сползла, обнажая кружево бюстгальтера. Нервно хмыкнув, прикрылась.– У нас с тобой так принято.
– Думаешь, это правильно?
– Мне не нравится наш разговор,– Алекс собирался возразить, но послышались шаги на лестнице.
В комнату вошла высокая полноватая женщина, с взлохмаченными короткими волосами сероватого оттенка. Она окинула обстановку цепким взглядом и сощурилась, заметив меня.
– Это моя пациентка?– произнесла она неожиданно глубоким голосом.
– Да. Это моя жена,– весомо сообщил Воеводин, заставив меня закатить глаза.– Я не выйду. И требую.
– На днях мне довелось попасть в аварию,– перебила я властную речь супруга.– Удара я не помню. Сознание вроде не теряла. Когда приехала на работу, Алекс заметил на виске кровь,– откинула пряди, показав царапину.– В тот вечер я выпила вина. Не помню, как вернулась домой.
– Вы увлекаетесь спиртным?– сочувственно поинтересовалась женщина, водружая очки на переносицу.
Воеводин хмыкнул и тут же принял невозмутимый вид.
– Иногда, за ужином могу позволить себе бокал. Не чаще пары раз в месяц.
– Верно?– к моему унижению, она спросила это у Алекса. Но он кивнул, подтверждая мои слова.
– Моя жена не алкоголичка.
– Снимите халат. Мне нужно проверить ваши рефлексы.
Знаю, он смотрел. Мне не нужно было для подтверждения поворачиваться к нему. Врач невозмутимо водила молоточком перед лицом, стучала им по коленям и предплечьям, светила в глаза крохотным фонариком. Она что-то бормотала под нос, одобрительно кивала и продолжала улыбаться, даже когда я не с первого раза понимала её команды из-за внимания мужа. Видимо, заплатили ей больше обычного.
– Ну, что ж,– сказала она торжественно, пока я неловко куталась в халат.– Сотрясение есть. Бесспорно. Судя по показателям, я предполагаю гематому справа. Для безусловного подтверждения рекомендую посмотреть сосуды головы в клинике.
– Чем это грозит?– не стал ходить вокруг супруг.
– Увеличиваясь, гематома может сдавливать окружающие ткани.
– По-русски,– угрожающе спокойно уточнил Алекс.
– Есть вероятность того, что гематома может расти. Это нужно лечить.
– В больницу не лягу,– безапелляционно заявила я.– И это не обсуждается,– вскинув ладони, остановила готового спорить Воеводина.– Мне хватило "госпитализации" в Лондоне.
– Мы это обсудим.
– Здесь нечего обсуждать!– взвилась я.– Возможно амбулаторное лечение, верно?– доктор кивнула и с сомнением покосилась на мужчину.
– Состояние не настолько угрожающее, – начала она.
– Ты упала и не могла подняться!– зарычал Воеводин.
– Я всегда поднимаюсь!– выкрикнула в ответ.– Тебе ли не знать?
Муж побледнел и сжал кулаки. Я же сверлила его ненавидящим взглядом и лишь несчастный доктор, ставший свидетелем нашей перепалки, старался казаться незаметным.
– Мне нужно подписать документы?– процедила я.– Но на этот раз я прочту содержание. Внимательно,– и словно мне было мало, желчно добавила,– Ведь теперь я стала старше и умнее.
– Ты готова сдохнуть, лишь бы доказать, что можешь сама решать?
– Да, если бы это убило тебя хотя бы на пару секунд раньше. Это сделало бы меня счастливой,– процедила я злобно.
– Ты ляжешь в больницу!
– Заставь!
– Не провоцируй!
– Не грози! Это больше не сработает.
– Кроха,– он резко сменил тон.– Больная ты не сможешь сесть в самолёт.
Из комнаты словно выкачали весь воздух. Ноги отказались меня держать, и я села на край кровати. Не сразу поняла, что плачу. Горячие капли скатывались по щекам и падали в мягкую ткань с подбородка. Ненавидя себя за слабость, я отвернулась к стене. Коротко попрощавшись, женщина покинула спальню.
– Не будет никакой подставы,– проникновенно пообещал Воеводин.
Окатив его ненавидящим взглядом, я ухмыльнулась.
– По-другому ты не умеешь,– тяжело поднявшись, прошла к комоду и вынула из сумочки телефон.
– Кому ты собираешься звонить?
– Юристу.
– Зачем?
– Мне нужна независимая экспертиза психиатра. Не хочу очнуться в палате с мягкими стенами.
По обычно невозмутимому лицу пробежала судорога.
– Это идиотизм,– прохрипел мужчина.
– Видишь, ты уже готовишь мне удобные диагнозы,– отозвалась я напряжённо.– Ты становишься слишком предсказуемым, дорогой.
Глава 44
Проснулась я от странного ощущения. Словно кто-то меня позвал. Тихо и жалобно. Вскочила, роняя покрывало, и замерла, прислушиваясь. В чужом доме каждый звук был инородным. Под дверью ванной комнаты сочился свет, который забыли выключить, кажется, из крана падали капли, где-то в коридоре скрипнул паркет.
Я вернулась в тёплый кокон постели, но теперь сон уже не шёл. Фонарь над порогом был слишком ярким и отсылал в окно чёткие тени от растущего рядом дерева.
Не вовремя в животе заурчало. Вспомнив, как заносчиво отказалась от ужина, скривилась. Нельзя быть такой принципиальной.
Как назло в сумочке не оказалось дежурной пачки крекеров. Только мятная конфета и вишнёвая жевательная резинка. М-да. Случись конец света, долго я не протяну.
С этими мыслями, я закуталась в халат и направилась на кухню. Надеюсь, новый повар Воеводина не готовит порционно и в холодильнике найдётся что-нибудь съестное.
На первом этаже было светло. В комнате охраны негромко работал телевизор. Не заметив меня, из неё вышла горничная и пошла к чёрному выходу. Её сбившаяся одежда свидетельствовала о приятном времяпрепровождении.
Я же свернула в другую сторону и оказалась в просторном помещении с длинным столом по центру. Вдоль стены размещались две плиты и пара широких холодильников. Насколько я помнила, именно в крайнем хранились готовые блюда.
Меня ждало горькое разочарование. На полках ютились полуфабрикаты под плёнкой. Вероятно, нынешний повар не приветствовал ночные перекусы, но делал заготовки. Вынув лоток с ломтями мяса, кинула его на разделочный стол. Зажгла конфорку плиты и сняла с крючка сковороду.
Чтобы было удобно, скинула халат и надела фартук. Он оставил открытым спину, ложбинку груди и ноги чуть выше колен. Надеюсь, никто не примет меня за совратительницу.
Когда мясо подрумянилось с обеих сторон, выложила его на плоскую тарелку. Не найдя хлеб, решила довольствоваться диетическими галетами, сиротливо приютившимися в вазочке рядом с кофеваркой.
Часы показывали два после полуночи, когда я взялась за еду. Подсветка над остывающей плитой создавала неуместно романтичную атмосферу. Откинувшись на спинку стула, смаковала сочный кусочек мяса. Вышло сказочно. Уже несколько лет не готовила и почти забыла, как это приятно.
В ворохе махровой ткани, брошенном на соседнем стуле, звякнул телефон. Найдя его в кармане, увидела сообщение. Губы растянулись в улыбке. Оно было от брата.
"Позвони, как сможешь". Он всегда был краток.
Набрала знакомый номер и приложила трубку к уху. Через два гудка, услышала родной голос:
– Лисёнок, привет.
– Всё хорошо?– спросила немного нервно.
– Не настолько я безнадёжен,– хохотнул Игорь.– Хочу, чтобы ты приехала на свадьбу.
– Ох,– я растерялась, и прикусила палец.– Всё сложно.
– Да, брось. Чего проблемного то?– он как всегда был энергичен и убедителен.– Ты купишь билет, наденешь красивое платье.
– Там будет Виктор.
– Считаешь ему не пора узнать, что ты вернулась?
– Сейчас не время.
– И долго мы будем ему врать? А еще на свадьбе будет Шатов,– добил меня брат.– Помнишь его?
Я гулко сглотнула, прикрыв микрофон.
– И чтоб не было сюрпризом, Алин, он ведь не знал, что ты живая.
– Чего?– забыв про конспирацию, вскрикнула я.
– Витька тогда тебя потерял. Пришли данные, что ты погибла.
– Но ведь я дала знать, что в порядке.
– Мы тогда с Шатовым уже не общались,– виновато признался брат.– Ты ведь не хотела с ним иметь ничего общего. И мы не стали его вводить в курс дела. А недавно, Таня ему сказала о тебе.
Я закусила губу. Если бы он знал, быть может. Эта мысль отдалась застарелой болью. Столько ночей я заставляла себя прекратить мечтать. Не решалась набрать номер и попросить о помощи. Сначала из-за обиды, потом из страха, а затем из-за стыда. Однажды мне удалось перестать жалеть о прошлом.
– Ясно,– прочистив горло, произнесла я.– Не беспокойся. Разборок не будет. Мы уже виделись.
– Да? А он молчит.
– А вы с Шатовым всё обсуждаете?– усмехнулась устало.
– Лисён, скажи, я ему морду бить не должен?– Игорь никогда не измениться. И ведь ввяжется в драку из-за меня, если понадобится.
– Ну, к чему такие крайности? Я уже взрослая девочка и могу сама.
Прежде, чем успела продолжить, трубку выхватили из моей руки. Испуганно вздрогнув, я уставилась на разъяренного мужа. Он зажал ладонью мой рот, придавив голову к спинке стула, и приложил аппарат к своему уху. Спустя несколько секунд, взглянул на экран и швырнул телефон в стену. Тот разлетелся на куски.
Глава 45
– Кто. Это. Был,– каждое слово падало глыбой льда.
– Игорь,– выдавила я, как только он убрал руку от моего лица.– Мой брат.
– Ночью?
– Мы часто не спим ночью и созваниваемся,– наконец на меня обрушилось осознание произошедшего.– Да, что ты себе позволяешь?
– Сидеть!– приказал он, стоило мне попытаться подняться на ноги.– О ком вы говорили?
– Не буду с тобой ничего обсуждать. Не таким тоном.
– Ты пьёшь?– продолжил наседать Воеводин и схватил стакан с вишнёвым соком.
– Да, блин. По-твоему я идиотка?– устав от его криков, потерла переносицу.
– Сок,– произнёс Алекс сконфужено.– Это сок,– он вернул стакан на стол
– Да неужели?– всплеснув руками, воскликнула я.– Ты с ума сошёл?
– Я услышал, как ты кричала. В спальне тебя не было.
– Это не тюрьма и я могу передвигаться по комнатам. Ведь и уйти могу, не правда ли?
Мужчина передернул плечами и рывком выдвинул стул. Сев, оперся локтями в колени и обхватил лицо ладонями.
– Ты всё усложняешь.
– А ты рушишь всё, к чему прикасаешься,– я кивнула в сторону обломков телефона.
– Куплю новый.
– Конечно. Ты все можешь.
Какое-то движение привлекло моё внимание. В проёме двери стояла девушка, смутно напоминающая меня – невысокая, хрупкая, она была одета лишь в мужскую рубашку, расстегнутую настолько, что виднелась полная грудь. Запустив пятерню в рыжеватые волосы, она дёрнула прядь и капризно надула губы.
– Я замёрзла!
– Твою ж, – глухо выругался Алекс.– Я велел тебе оставаться в комнате.
– Но.
– Тупая сука,– он саданул кулаком по столу.
Девица подпрыгнула и попятилась. Видимо таким Воеводина она не видела.
– Ты идиот,– я покачала головой.– Прежде чем везти жену домой, стоило вывезти из него любовницу.
– Алина.
– Не питай иллюзий, дорогой. Мне плевать. Но девочка тут не причем и ты мог бы быть с ней поласковей.
Я поднялась на ноги. Сдернув с себя фартук, швырнула его в мужа.
– И ты еще играешь в ревность? У тебя нет на это права. И никогда не было,– набросив халат, прошла мимо. Он ухватил меня за руку, но я ее оттолкнула.– Не прикасайся ко мне.
– Ты моя жена,– он перегородил мне дорогу.
– Найди себе новую. Не думаю, что у тебя с этим будут проблемы.
– Ты моя,– веско заявил супруг.
– Так не может продолжаться,– зашептала я жарко.– Ты же всё понимаешь.
– Заткнись,– мужчина дёрнул меня к себе и, преодолев сопротивление, вмял в своё тело.– Не отдам тебя никому. Слышишь?
– Не надо.
Сильные руки сдавили меня слишком крепко. От боли я вскрикнула, но он не отпустил.
– Не думай, что можешь уйти. Что я тебе позволю. Я могу играть в твои игры, но правила всегда мои. И ты моя.
Мужчина поднял меня и усадил на стол, смахивая посуду на пол. Халат сполз с плеча, оставляя меня почти обнаженной.
– Нет,– я колотила его по груди, но кажется, он даже не замечал этого.– Нет!– повторила истерично, царапая его ладони, сдирающие с меня одежду.
Отстранившись, Алекс без замаха коротко ударил меня. Но он не рассчитал силу, и меня откинуло назад. Приложившись головой о столешницу, я всхлипнула:
– Сволочь.
Перед глазами потемнело и последнее, что мне послышалось, было голосом Воеводина. Он бормотал что-то неразборчивое, и я точно знала, что это не может быть реальностью. Просто в его интонации слышалось беспокойство. Такого быть не могло. Этого принимать я не хотела.
Глава 46
Белый потолок. Омерзительно чистый. Такой бывает только в больницах. Пошевелившись, поняла, что мои руки привязаны. От ужаса выгнулась на кровати и закричала. Сухое горло издало скрежещущий звук.
– Тихо, милая, тихо,– запричитал кто-то.
– Отпустите меня,– просила обречённо.– Я не хочу. Не надо.
– Сейчас позову доктора.
Замерев, я зажмурилась и принялась считать в уме зелёные платья из всех своих коллекций.
Первое – изумрудное, с открытой спиной. Его я бы одела на коктейльную вечеринку.
Второе – светло зелёное, длинное, из струящейся ткани. Оно бы идеально смотрелось на мне на собственном дне рождения.
Третье. Я не могла вспомнить третье. Это неправильно.
По вискам бежали слёзы. Беспомощные.
– Кто мне помешает, мать вашу?– голос Воеводина я спутать ни с каким другим не могла.
– Саш!– закричала я.– Помоги мне!
– Что тут происходит?– раздалось поблизости, и в палату ворвался мой муж.– Кто её привязал? Убью!
Мужчина оказался рядом и склонился надо мной.
– Алина, сейчас я всё уберу.
– Меня связали. Почему?– шептала я придушенно.– Как ты им позволил меня связать?
– У пациентки капельница и это необходимость,– послышалось от двери.– Она металась и могла выдернуть катетер.
– Она очнулась и это больше не нужно,– Алекс обхватил моё лицо.– Ты же не будешь выдёргивать эту штуку из руки?
– Нет.
– Ты в больнице,– заговорил он буднично, вынув из кармана нож.
– Кто носит с собой нож?– вырвалось у меня.
– Я,– Воеводин распорол бинты.– Видишь, пригодился.
Он растёр мои запястья и мягко сжал пальцы в своих ладонях.
– Ты меня ударил,– произнесла я одними губами.
– Знаю.
– Я здесь поэтому?
– Да.
Он не пытался оправдываться, заверять, что подобного не повторится. Просто смотрел в мои глаза и ждал следующих слов. А их не было. Мне нечего было ему сказать.
– Я не уйду отсюда,– сказал он спустя вечность.– Можешь начинать злиться.
– Не могу,– призналась против воли.– Пока ты здесь, меня больше не привяжут.
– Тебе нужно чудище на кровати, чтобы защищать от чудищ под ней?– он настойчиво подвинул меня и забрался на матрас. Это наверняка было запрещено, но кто бы посмел об этом заявить самому Воеводину?
– Я всё ещё помню, почему тебя ненавижу.
– Однажды ты можешь забыть,– предположил он, откидывая мои волосы за спину.
– Ты всегда напоминаешь,– покачав головой, скривилась от боли.– Что со мной?
Алекс привлёк меня к своему плечу, и взял в руки бледную ладонь.
– Сотрясение.
– А ты ни при чём?– попыталась вырваться.
– Виноват,– просипел мужчина, сжимая меня крепче.– Я всё сделал не так. Просто увидел тебя там, такую домашнюю, тёплую. Ты улыбалась, говорила с кем-то так ласково. Со мной ты другая. Всегда. Мне в голову ударило.
– Мне, а не тебе,– съязвила.– Ты ударил меня. Вот этой самой рукой!
– Лина, я виноват. Ведь признаю.
– И это должно что-то значить?– едва не свалилась на пол, оттолкнувшись от мужа.– Ты признал? Что дальше?
– Успокойся,– в очередной раз приказал Алекс.– Тебе нельзя нервничать. А мне уходить, помнишь?
– Сволочь,– выдохнула обреченно.
– Какой есть,– он продолжал держать меня в объятьях.– Другого у тебя нет и не будет.
У меня по этому поводу было другое мнение, но я мудро оставила его при себе.
***
В сотый раз окинула своё отражение в зеркале на стене придирчивым взглядом.
– Ты похожа на подростка,– прокомментировал Воеводин мою футболку и трикотажные шорты с мультяшныи принтом. Дома я предпочитала носить удобные вещи. И плевать, что думал об этом мой муж.
Мне хотелось закрыть крышку ноута и прервать трансляцию, но я не решалась. После нескольких недель проведённых в больнице, я, наконец, оказалась дома. Там набрала несколько килограммов, но всё равно казалась слишком хрупкой, даже самой себе.
– Не такая уж я и взрослая.
– Мне стоило отменить поездку,– неожиданно заявил муж.– Надо было встретить тебя. Привезти домой.
– Это лишнее. Ты ведь знаешь,– отмахнулась беспечно.– Твой водитель проводил меня. И притащил целую тонну еды.
– Мне не нравится, что ты одна. Мы же говорили о переезде.
– Ты, а не "мы",– раздраженно напомнила.– Переезжать я не стану. Мне нравится моя квартира.
– Согласен, можно жить и в городе,– настаивал Алекс.
Будто он не понимал, чего я не хочу. Обхватив себя руками, нервно хмыкнула:
– Мне нужно пространство.
– У нас будет большая квартира.
– Своё пространство,– уточнила с нажимом.
– Двухуровневая. С твоим этажом.
– Ты меня не слышишь!– воскликнула отчаянно.
– Я тебя хочу,– проворчал он густым от страсти голосом.– Знаешь, а многие по вебке занимаются сексом.
– До связи,– торопливо выпалила я, захлопнув крышку ноутбука.
Наше затянувшееся общение не пошло на пользу. Алекс решил, что мы стали ближе, а я будто по минному полю бродила всё это время.
Каждый раз, открывая глаза по утрам, смотрела в кресло у окна. И выдыхала с облегчением, не находя его взглядом.
Однако он приходил чуть позже. С сытным завтраком в пакете, картонным стаканом кофе и свежими цветами. Конечно, он никак не мог внять, что я их не люблю. Не уверена, что он вообще меня слышал.
Те дни, когда Воеводин присылал вместо себя водителя, были спокойными. Я могла сослаться на головную боль и сбросить вызов.
Пару раз приходил Борис, выслушивал мои распоряжения относительно "Дороги" и торопливо сбегал. Кажется, у него появились проблемы. Оставалось надеяться, что с Николь не случилось беды. Мне она нравилась. Однажды я смогла сходить на её выступление и даже получила подписанный диск в подарок. Это было особенно ценно, потому что обошлось без вмешательства Воеводина. Тот диск, кстати, я отослала Виктору, зная, что он наверняка оценит потрясающую музыку.
Со старшим братом мы не виделись все эти годы. Слишком хорошо я понимала, что он станет выяснять подробности моей новой жизни. Воеводин не позволит спасать меня, а брат ведь, именно это попытается сделать. И это погубит. Вика, а значит и меня.
Семья всегда много для меня значила. Родители вложили в воспитание такое понятие, как преданность друг другу. Оставшись без них, мы с братьями держались вместе. Виктору пришлось стать моим опекуном и вытаскивать из передряг Игоря. Наш средний брат вечно влипал в истории. Слишком яркий, наглый и абсолютно родной – он спасал меня от кошмаров. Часто забирал к себе по ночам, закутывал в одеяло и шептал глупости, пока я не засыпала. Рядом с ним забывалось, как кричат горящие заживо.
Глава 47
Я помню тот день, словно он был вчера.
Мама надела любимое платье в мелкий горошек, в котором выглядела волшебно, заплела волосы в косу, брызнула на шею совсем немного цветочных духов и обула туфли на шпильке, в которых ее ноги смотрелись роскошными.
– Хочешь свести папу с ума?– улыбнулась я, подавая ей лаковый пояс.
– Для него мне хочется быть красивой,– она поправила серёжку.– Так и должно быть.
– Даже оденься ты в мешок, он будет смотреть на тебя влюбленными глазами.
– Лисёнок,– мама покачала головой.– Мужчина любит глазами. И настоящая женщина не позволит себе выглядеть небрежно.
Автоматически поправив чёлку, я покосилась на своё отражение. Выглядела я вполне опрятно. Однажды стану похожа на свою роскошную маму. Так говорят все, кто нас видит рядом. А пока, у меня мало шансов сравниться с ней в красоте.
– Не хмурься, милая. Ты у меня самая лучшая.
– Да уж,– я пожала угловатыми плечами.– Может у меня и грудь вырастет.
Мама тихо засмеялась и взъерошила мои непослушные волосы.
– Успеешь ещё стать взрослой. Не торопись, детка,– она взяла меня за руку и повела за собой.– Как бы мне хотелось, чтобы ты всегда была маленькой.
– Вот ещё.
– Я бы всегда хотела заботиться о тебе, будить по утрам и кормить завтраками. А вот вырастешь, станешь любимой, полюбишь сама и я не смогу уберечь тебя ни от чего.
– Да кому я нужна?– тоскливо протянула я.– И от чего беречь то?
– Поверь, ты поймёшь потом,– пообещала она глухо.– Иногда любовь бывает не тем, что тебе нужно. А ты ведь уже сейчас такая красивая, милая.
Слышала бы она, что по этому поводу думал Игорь. Он дразнил меня Заморышем и постоянно щипал за худые бока. Но ябедничать я не привыкла, а потому лишь тяжело вздохнула.
