Текст книги "На зелёный свет (СИ)"
Автор книги: Светлана Ледовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)
Зал был небольшой, с удобными широкими сиденьями обтянутыми мягкой красной тканью. Мы уселись у самой стены. С десяток рядов перед нами сидела ещё одна пара. Больше свидетелей нашего первого свидания не было.
Погас свет. Тотчас мужская ладонь легла мне на плечо. Собственнический жест странным образом успокаивал.
Как такое возможно, чтобы один мужчина таким же поведением пугал меня до дрожи?
"Не тот мужчина",– подсказал мне внутренний голос.
– Если будет страшно – перебирайся ко мне,– предложил Шатов заговорщическим шёпотом.
– А если не будет?
– Всё равно перебирайся,– он хлопнул себя по колену.– Тебе понравится.
Фыркнув, я отвернулась к экрану. Мне нужно было немного пространства. Касаясь любимого, я переставала мыслить рационально. Шатов не обиделся. Сунул мне в руки стакан с попкорном и чмокнул в висок.
Спустя пару перестрелок и одну жаркую сцену, я уже откинулась на мужское плечо и таскала его лакомство. Даниле позвонили. Телефон стоял в режиме вибрации, но она ясно ощущалась. Ухватив его за руку, я слизнула с пальцев соль и масло.
– Чтоб не испачкался,– пояснила я с хитрой улыбкой.
– Покусаю,– пообещал Шатов и, выудив аппарат из кармана.– Надо выйти и ответить.
Он покинул зал, надеясь, что я не заметила перемену его настроения. Убрав стакан с газировкой, пошла следом. Снаружи было шумно и светло. Привыкнув к перемене, осмотрелась и заметила знакомую футболку, мелькнувшую в отдалении.
Мой мужчина завернул за угол и оказался в небольшой кафе. Там он расположился в плетёном кресле, как раз спиной к выходу. Труда не составило присесть рядом так, чтобы слышать разговор.
– Раз нанял няньку, значит, привёз ребёнка. Это нам на руку. Нет, Алина не догадывается. Она будет только мешать, – он потёр шею и наклонился вперёд.– Не могу быть уверен. Может и передумать. И говорить ничего не стоит. Меньше знает.
Закусив палец, я старалась не выдать себя случайным движением или звуком. Пусть я не поняла всего разговора, но стало ясно, что мою дочь Воеводин привёз сюда. А Шатов решил об этом ничего не говорить. Может в подобном решении и был смысл, но от обиды я едва не рыдала. Маленькая девочка не была рычагом давления, она ведь моя дочь. Моя нечаянная радость и единственная, кто никогда не предавал. И я не имею права так с ней поступить.
Молчание Дани всё меняло. Он тоже посчитал, что я не могу ничего решать, и взял мою жизнь под свой контроль. Почему так? Сегодня я хотела обсудить с ним то злосчастное письмо и найти вместе другие возможности, другой выход из ситуации.
Тем временем Данила поднялся и, не оглядываясь по сторонам, направился обратно к кинотеатру. Знаю, у меня оставалось совсем немного времени, чтобы решиться. Я проводила любимого жадным взглядом, отмечая каждую деталь образа, оставляя его в своей памяти.
Как и много лет назад, мне пришлось отвернуться и пойти в обратную сторону. Наши пути никогда не были общей дорогой.
Глава 75
В "Дорогу" я вошла через служебный выход. Пришлось снять очки и продемонстрировать свой фирменный презрительный взгляд, потому как охранник меня не узнал. В своём кабинете избавилась от нелепой одежды и выбрала идеально скроенный брючный костюм. На столике стояла недопитая бутылка виски, наверняка оставленная мужем. Раздражённо выдохнула и отвернулась к встроенному шкафу, выуживая из него полотенце, бельё и обувь.
Воеводин здесь был. Вон и журналы лежат стопкой на подоконнике.
Глаза зацепились за знакомое лицо. Фото было явно любительское, размытое и нечёткое, но лицо старшего брата я спутать с другим не могла. Рядом с ним угадывалась знаменитая скрипачка, подопечная Бориса. А наверху красовалась издевательская надпись: "Безупречная Николь не безупречна. С кем она прячется от жениха.
Остальная пресса пестрела похожими снимками и заголовками.
– Молодец, Вик,– я мрачно улыбнулась. Эта девушка была и впрямь безупречной. Придется помочь брату. Мне есть, что предложить Алексу взамен, если этот вопрос встанет остро.
Оставаться в кабинете не стала. Если мой супруг вдруг объявиться, не хочу оказаться перед ним голой и мокрой. Душевая была и в служебной комнате и ею не станут пользоваться до самого вечера.
В небольшом помещении было чисто, хоть оно и напоминало те, что показывают в фильмах про места для заключенных. Стоит поменять кафель на более дорогой и радующий взгляд. Повесив на крючок одежду, я шагнула под упругие струи воды. Вместе с пылью с меня словно смывались прикосновения родных рук. Как скоро Даня найдёт ту записку, что я оставила в нашей с ним спальне? Написана она была второпях, на всякий случай, который произошёл сегодня. Мысленно вернувшись в ночь, когда её писала, вспомнила слова:
"Милый, Данил. Наши каникулы были замечательными. Я словно вернулась назад, в то время, когда небо казалось выше, а мир больше. Ты подарил мне незабываемые дни и ночи. Но прошлому место в памяти. То, что ушло, возвращать не стоит. Прости, но это моё решение.
Слишком много поставлено на карту. Я не хочу терять то, чего добивалась все эти годы. Много я отдала за возможность стать тем, кем являюсь сейчас. Без своего мужа я бы не добилась этих высот. Без его влияния и средств, я бы осталась никому не нужной девочкой с глупыми мечтами. У нас с ним много недопониманий, но я поняла, что стоит взглянуть на наши отношения иначе. Мне нужен этот мужчина. У нас много общего и в моей жизни он занимает важное место.
Я повзрослела и научилась мириться с тем, что мне не по вкусу.
Не нужно искать встреч. Их было достаточно. Оставь меня в прошлом и живи дальше.
Спасибо за время. Мне было тепло с тобой. Но я уже согрелась".
Слова врезались в память. Я подбирала их тщательно, вкладывая в каждое особый для себя смысл. Надеюсь, Даня примет это письмо, как прощальное и оставит попытки спасти меня. Пусть лучше считает меня меркантильной стервой. В конце концов – это моя привычная маска.
Вернувшись в служебку, уселась перед зеркалом и открыла свою дорожную косметичку. Стоит скрыть следы слёз и нарисовать идеальное лицо. Меня ждёт важная встреча.
Дверь распахнулась и на пороге возник Борис. Он был взлохмачен и растрёпан.
– Ты?– мужчина нахмурился.
– Я у себя, почти дома,– с возможным спокойствием ответила и вновь повернулась к зеркалу.– А ты, что здесь делаешь?
– Гадство,– Борис запустил пальцы в волосы и с отчаянием простонал,– Всё плохо.
– Что именно?
– Я привёз сюда Николь.
– Чего?– забыв о репутации, подскочила.
– Не успел приехать раньше Далимова и пришлось переигрывать. Там свидетелей куча и камеры. Ведь знаешь, Воеводин просматривает записи.
– Не сомневаюсь, что так и есть,– я принялась приводить волосы в порядок.– Давай, рассказывай что к чему. Вместе решим, как выкрутимся.
– А в твоей сказке тоже нет "долго и счастливо"?
– Не лезь в это,– оборвала холодно.– У тебя есть мысли?
– Я так понял, что Булатный решил спасти скрипачку.
– Раз решил, то сделает.
– И я так понял, он связан с Михо.
– Тем самым?– припомнила я.
– Точно.
– У тебя есть контакты Серба?– мужчина кивнул.– Позвони и скажи, что Ники в "Дороге".
– Здесь скоро появится Алекс.
– Поняла уже,– кисло отозвалась я.– Мне нужно поговорить с Николь наедине.
– Устрою.
– А ты?
– Притворюсь мразью. Мне не привыкать.
– Борь,– я вдруг увидела в нём то, чего раньше не замечала – ему было больно,– а тебе все это зачем?
– У нас всех есть свои тайны.
– Но.
– Я тебя никогда не обижу, Лин,– пообещал он устало.– С женщинами я не воюю.
– Значит.
– Не забивай себе голову, кроха,– он грустно улыбнулся, вдруг став привлекательным.– У меня свои ставки. А ты не игрок.
– А кто же?
– Ты приз. Один из главных.
Глава 76
Николь меня не разочаровала. Щека горела от удара. Кто бы мог подумать, что такая хрупкая девушка способна так двинуть в челюсть? Конечно, я сама её спровоцировала, но посчитала, что скрипачка обойдётся словами. Повезло Витьке. Отхватил себе такую горячую штучку. А синяка не будет. В баре хранился лёд. Завернув его в полотенце, приложила к лицу. От холода стало больнее. Это скоро пройдёт. Я точно знала, ведь часто приходилось бороться с гематомами.
В зале раздался шум. Мимо стойки прошли двое. Незнакомый мужчина и Виктор.
– Не вздумай там дурить,– отчеканил Михо.
Я сдержала наивный порыв окликнуть его, рвануть навстречу. Так захотелось прижаться к брату и оказаться в безопасности. Прямо как много лет назад, когда он забрал меня из больницы, оставив там в морге родителей.
Вместо этого, отодвинулась в тень. Словно ощутив мой взгляд, Виктор посмотрел в сторону бара, но я осталась незамеченной. Видимо, он не смог рассмотреть меня в темноте.
Когда они поднялись по лестнице и скрылись за дверью в мой кабинет, выдохнула. Стоящая на ближайшей полке бутылка оказалась у меня в руке. Пила я редко, но сегодня немного алкоголя не помешает. Наливать напиток в бокал не стала. Приложилась к горлышку и хлебнула терпкое вино. Оно прокатилось по горлу и осело в желудке, наполнив его теплом.
Не думаю, что ждать мне придётся долго.
***
Воеводин был зол. Не то состояние, в котором мне хотелось его встретить после возвращения. Однако, выбора не было. Поправив пиджак, я вышла из-за стойки как раз в тот момент, когда он поравнялся с высокими стульями.
– Лина?– он нахмурился.– Ты? Здесь?
– Это моё заведение,– напомнила, подняв бровь.– И это я удивлена, встретив здесь тебя.
– Все вон,– угрожающе тихо произнёс супруг и нас оставили в зале двоих. Последним ушёл Борис. Он прижимал к груди посиневшую руку. Видимо, не всё пошло гладко при встрече с братом.
– Дела?– мне казалось, что говорю я уверенно.
– Где ты была, милая?– обманчиво мягко поинтересовался Алекс.
– Отдыхала.
– Где?
– В спокойном тихом месте,– не попятилась, чем могла гордиться.
– С кем?
– Мне хватает тебя. Сполна. Считаешь, мне нужна компания?
Он приблизился и я подняла подбородок.
– Не играй со мной, детка. У меня был хреновый день,– мужчина расстегнул пуговицу на моём пиджаке.– А до этого – неделя,– я шагнула назад.– И ещё пара перед ней.
– Проблемы случаются,– я упёрлась спиной о стойку бара.
– А началось с того, что моя жена пропала.
– Я ведь не собака.
– Если надо, я посажу тебя на цепь. Не смей, – он жестко ухватил меня за шею,– впредь так делать.
Мне удалось сдержаться, чтобы не начать вырываться. Знаю, это только подстегнуло бы его причинить мне большую боль.
Наклонившись, Воеводин прохрипел мне прямо в губы:
– Ты мне ответишь, дорогая. Сейчас.
– Привет,– раздался тонкий голос и муж застыл.
Он медленно разжал пальцы и отодвинулся. Из-за широкой спины показалась наша дочь. Крошка стояла в проходе между двумя пилонами и не сводила с меня голубых глаз.
– Дари, – я едва смогла произнести её имя. Муж придержал меня за плечи.
– Кто-то ответит за то, что выпустил её из машины,– пробормотал он напряженно.– Забыл сказать, что мы тут устроили семейные выходные. Не хватало только тебя,– сообщил Алекс мне на ухо.
– Привет,– повторила кроха неуверенно.– Я хотела увидеть Алину.
– Конечно,– улыбнулся мужчина.– Помнишь о чём мы условились?
Дочка кивнула и сделала ко мне несколько неуверенных шагов.
Оказавшись свободной, едва не упала и опустилась на колени. Малышка оказалась в моих объятьях и уткнулась носиком в шею, всё ещё саднящую от хватки супруга.
– Мы договорились, что если ты будешь вести себя хорошо,– она сглотнула и продолжила едва слышно,– то мне можно будет называть тебя мамой.
Я сдерживала рвущиеся наружу рыдания. Весь мир мог взорваться именно сейчас, а я не заметила бы этого. Не когда в моих руках оказалось сокровище, пахнущее яблоками и карамелью.
– Ты же будешь хорошей?– с надеждой спросила Дарина.– Правда?
– Конечно, родная.
– Мама,– шепнула она благоговейно.
– Да, моя лапонька,– я обхватила ладонями светлую голову.– Моё солнышко. Как же ты выросла. И похудела. Как же я скучала, радость моя.
– А ты говорила, что никогда не встанешь на колени,– пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть Воеводина. Он смотрел на нас с выражением чистого триумфа на лице.– Ради этого стоит вернуться в семью?
– Что же ты за человек?– произнесла я одними губами.
– Я всегда получаю своё,– не смутился он и присел рядом на пятки.– После презентации мы вернёмся в Лондон. На выходных будем выбираться на пикники.
– Дарина не останется в пансионате.
– Мы это обсудим,– упрямился муж.
– Это не обсуждается. Плевать на правила и высший свет. И все эти нужные связи. Я буду с дочерью каждый день, а не по праздникам.
– Лина.
– И я согласна жить с тобой в одном доме,– зажмурилась, понимая, что мне больше нечего предложить.– Не нужно ставить новые условия, Саш. Остановись.
Глава 77
Он замолчал. Я поцеловала дочь в лоб. Она же прикрыла глаза и улыбнулась, показав щербинку на переднем зубике. Помню, как получился этот скол. Мы играли в саду. Кроха упала, но не заплакала. Это я плакала от страха за неё.
– У нас всё будет хорошо,– Алекс взял меня под локоть и потянул наверх. Пришлось подняться.– Мы станет обычной скучной семьёй. По утрам ты будешь готовить нам завтраки,– неужели он сам в это верил?
– И блинчики?– Дарина сплела свои маленькие пальцы с моими.
– Конечно,– согласилась я, пытаясь улыбнуться.
– Ты плачешь?
– Это я от счастья, родная. Мне так тебя не хватало.
– И нам тебя тоже,– медовым голосом протянул Алекс и повёл нас к выходу.– Мы всё ждали, когда ты приедешь.
Если Воеводин надеялся вызвать у меня чувство вины, его ждало разочарование. Мне было слишком хорошо. Я крепко сжимала ладошку дочери и таяла от счастья. Плевать, чем придётся платить за него. Мне будет не жаль отдать всё, что имею.
Подхватив девочку на руки, прижала к груди.
– Разбалуешь,– усмехнулся супруг, но мешать мне не стал. Напротив, открыл заднюю дверь машины и помог нам разместиться.– Няня уволена.
– Глупости,– возразила я, понимая, что это Борис подсуетился и спас меня от очередной экзекуции супруга.– Нам нужна помощница.
– Уверена?
Кивнув, устроила на коленях свою бесценную ношу.
– Ты голодна?
– Нет, мама,– мягкий акцент усилился.– Мы поели перед поездкой. Алекс обещал купить мне одежду.
– Раз мама вернулась, займётесь гардеробом вместе,– Воеводин бросил на меня голодный взгляд через зеркало заднего вида.– Только с охраной. Не хочу, чтобы случилось что-нибудь неприятное или вы заблудились.
Мне всё казалось, что сон закончится и я проснусь в своей постели. Одна. Или ещё хуже – с мужем. И без дочери.
Даринка же явно устала и все чаще зевала, прикрывая ладонью рот. Мы весь день провели вместе и только к вечеру приехали в дом за городом.
– А твоя комната с Алексом?– поинтересовалась дочь наивно. А я похолодела. Понимала ведь, что возвращаюсь к мужу, но по факту боялась остаться с ним один на один.
– У меня есть своя спальня. Когда мы долго работаем, каждый спит в своей кроватке.
Малышка кивнула и потянула меня за руку к порогу. Позади шагали два незнакомых громилы, нервирующие меня весь день. В холле нас никто не встретил. Я сбросила неудобную обувь и скинула пиджак.
– Вы долго гуляли, девочки,– из кабинета вышел Воеводин и небрежно потрепал дочь по волосам.– Устали?
– Мы поужинали в городе,– нервно улыбнулась я, когда мужчина привлёк меня к себе и коснулся губами щеки.
– Тогда в душ и спать. У Дарины режим,– и наклонившись, шепнул уже только для меня,– А я жду тебя у нас в спальне.
Вздрогнув, опустила голову и повела дочь наверх. Она с восторгом показала мне комнату, в которой обычно останавливалась я.
– Тут твоё платье осталось,– сообщила она заговорщическим шепотом и показала на висящую в шкафу вешалку.
Я очень хорошо помнила, что такую вещь никогда не носила. Ткань пахла моим парфюмом. Свернув её, сунула в пакет из-под пижамы Дарины и выставила за дверь. Не знаю на кого Воеводин одевал эту тряпку и видимо имел в этой же кровати, но надеюсь, постельное бельё успели поменять.
Передёрнувшись от этой мысли, сменила простыни и наволочки, вынула из комода новое одеяло. Дочь следила за моими действиями с сонным выражением на личике, но ни о чём не спрашивала. Она умела быть терпеливой.
– Давай купаться, лапуля,– она кивнула.– А потом я тебе сказку расскажу. Хочешь?
– Колыбельную, мам,– попросила она жалобно.
Сгребла её в охапку и прижала к себе.
– Всё, что захочешь.
Чуть позже мы обе, мокрые и распаренные, забрались в кровать. Я обнимала кроху, убирая со лба влажные пряди волос и тихо напевала ей почти забытую колыбельную. В горле царапало, но это не было важным. Как и то, что я фальшивила. Дарина улыбалась, прижавшись ко мне, а затем расслабилась. Её губки слегка раскрылись, ресницы перестали подрагивать, а дыхание стало ровным и тихим.
– Спи моя родная,– прошептала я напоённая светлым покоем.
Подтянув одеяло, накрыла нас двоих и замерла. Каким же ярким стал мой мир. Каким полным.
Его присутствие я ощутила кожей. Выглянула из плена постели и ощутила себя воровкой. Воеводин привалился к дверному косяку, скрестил руки на груди и мерил меня тяжёлым взглядом.
– Давно не слышал, как ты поёшь,– пробормотал он глухо и ткнул ногой тюк с бельём.– Считаешь меня извращенцем? За то, что я хочу тебя? Да, тут были девки. Они одевались как ты, пахли тобой, были похожи на тебя. Другие меня не возбуждали.
– Ал, – выдохнула беспомощно, но он подошел ближе и сел на край кровати.
– Когда тебя встретил в том самолёте, думал, поиграю и выкину. Как всех до тебя. А не вышло,– его рука коснулась моей стопы.– Ты что-то сломала во мне. Иногда я хочу тебя убить. Сдавить шею покрепче, – он отвернулся.– Знаешь, я не мог поверить, что она моя. Не мог понять, зачем ты ее оставила, раз так меня ненавидишь. Решил, что ею привяжу тебя крепче, пока не пойму, что в тебе такого, что крышу сносит.
– Она ведь твоя,– я глотала слёзы.
– Знаю. Не верил до последнего. До того дня я еще мог тебя отпустить, но не после того, как пришли результаты экспертизы. Ты ведь захотела её. Даже от меня,– его пальцы гладили мою ногу.– Не ради денег. А потому, что это правильно. Потому, что так поступают настоящие женщины. Лин,– он посмотрел на меня хмуро,– мы всё исправим. У нас будет большая семья. Дочке нужен младший брат или сестра.
– Зачем тебе, – говорить стало больно.– Ты даже её отослал подальше.
– Не глупи. Дарину я люблю,– Воеводин горько улыбнулся.– Она ведь англичанка. Будет жить в этой стране. В ней нужны и связи.
– Бред. Не важны эти чопорные упыри,– яростным шепотом заявила я.– Не хочу отдаляться от дочери. И плевать на все правила. Ребенок должен расти дома, в семье. Должен звать родителей правильно.
– Будет по-твоему,– мягко пообещал супруг, продолжая улыбаться.– Я всех куплю, но ее примут в любое общество. Ради тебя, родная. Ради моих девочек.
Видимо я всё же вздрогнула, когда он потянулся ко мне. Не смогла сыграть хорошую жену. Нахмурившись, Алекс поднялся на ноги.
– Завтра закончим дела и улетим на Сардинию. Там хорошо. Тепло, солнечно. Даринка загорит и ты отдохнёшь,– он резко шагнул ближе и обхватил мой подбородок, задрав лицо кверху. Каждое следующее слово падало между нами глыбой. – Не отдам тебя никому. Никогда. Слышишь? Я убью любого, кто захочет тебя забрать. Ты моя жена. Пусть я не тот, кого ты выбрала, но другого не будет.
Закусила губу до крови, чтобы не вскрикнуть. Жёсткий поцелуй развеял иллюзии. Воеводин не пытался доставить мне удовольствие. Он показывал, что имеет права. На меня, на моё будущее. Под боком дремала дочь и я не посмела вырываться.
– Завтра ты будешь спать в моей постели. Нашей,– он положил ладонь поверх моего рта.– И никаких больше отдельных квартир, отдыхов без контроля и своего пространства. Ты будешь со мной всегда. И ещё,– он усмехнулся,– делать очередную противозачаточную инъекцию ты не будешь. Я так решил.
Оказавшись свободной, я потёрла ноющие губы.
– Я люблю тебя, Лиса,– сказал супруг отчётливо.– Как умею. Можешь ненавидеть меня за это. Но придётся смириться. Нам двоим придётся.
Дверь он прикрыл неслышно, перед этим погасил свет. Но не в комнате стало темно. В моей душе выкрутили все лампочки.
Глава 78
Утром я спустилась вниз в столовую, где нашла дочь в компании Воеводина. Они о чём-то увлеченно разговаривали и при моём появлении замолкли.
– Ты долго спала, дорогая,– муж указал на стул возле себя, предлагая сесть.– Завтрак у нас сегодня нездоровый.
– Иногда можно,– авторитетно заявила Дарина и я невольно сравнила её с отцом. Она была на него похожа не только внешне. То, как она хмурила светлые брови, как улыбалась, говорила и подпирала щёку ладошкой.
– Только иногда,– согласилась я, поцеловав её в щёку.
Алекс с абсолютно серьёзным выражением лица ждал от меня такого же жеста к нему самому. Мне вдруг стало очевидно, что он навсегда останется частью моей жизни. В нём есть частичка моего мира. Выдохнув, я подошла к мужчине и наклонилась. В последний момент он повернул лицо и наши губы соприкоснулись. Вместо обычного напора, муж позволил мне отстраниться.
Как только я села, на стол лёг мой телефон.
– Знаешь, я посмотрел историю вызовов и контакты,– его ладонь легла поверх моего колена.– Всегда полагал, что ты живёшь интереснее. Но за эти дни тебе звонили лишь по работе и дважды из салона красоты, напомнить о пропущенной стрижке.
Рассеянно пригладила отросшие волосы и кивнула повару, поставившему передо мной тарелку с блинчиками.
– А ты считал, у меня много развлечений? Вдали от ребёнка?
Дарина смущённо смотрела на нас, и пришлось прикусить язык. Ни к чему ребёнку знать о проблемах родителей.
– Если ты уже поела, можешь идти к себе и выбрать одежду для сегодняшнего вечера,– предложила я. Малышка кивнула и спрыгнула со стула.
– Да, спасибо. Все было очень вкусно,– произнесла она по-английски и вышла из комнаты.
– У неё безупречные манеры,– с гордостью произнёс Воеводин.
– Быть вежливой её научила я.
– Признаю, я редко был рядом.
– Хватит. Ты победил,– мужчина замолк и вперился в меня хищным взглядом.– Я никуда не уйду. Знаешь,– я потёрла переносицу, пытаясь унять нарастающую головную боль,– у меня никогда не было шансов. Ни единого. Ты часто это говорил. Но сложно было смириться с правдой и понять, что я навсегда останусь всего лишь куском мяса.
– Не нужно сгущать краски.
– И сопротивлялась я скорее по инерции,– продолжила, откинувшись на спинку стула.– Нужно было верить, что жизнь принадлежит всё же мне.
– Алина.
– Всё было иллюзией. Кроме моей дочери. И даже её ты умудрился сделать рычагом давления.
Воеводин поднялся и взял меня за руку. Счастливым он не выглядел. Мне хотелось сделать ему больнее и кажется, получилось.
– Ты обещал дать опеку над дочерью. Надеюсь, это не очередной трюк для моей дрессировки?
– Считаешь, я не держу слово?
– С тебя станется поменять условия, Саш,– я выдернула ладонь из его хватки.– Быть матерью – всё, что мне осталось.
– И больше ничего у тебя нет?
– Есть. Ненависть. Её в моей жизни предостаточно.
Плевать, что муж застыл от моих слов. Кажется, послышался скрип зубов. Неплохо у нас начался первый день новой жизни. Представлять, как пойдёт дальше, не решилась.
***
Дочь крутилась перед зеркалом, примеряя очередное платье. Думаю, мама была бы в восторге от её любви к нарядам. Со мной она намучалась. Я ведь так любила джинсы.
– А какое наденешь ты?– вывела меня из задумчивости Дарина.
– Зелёное,– я кивнула на вешалку.
– Тогда и мне нужно зелёное,– очень серьёзно заявила маленькая модница и нырнула в гардероб.
Сквозь открытое окно просматривался двор и Воеводин, отчитывающий охранников. Он разошёлся не на шутку. Рычал, размахивал руками, и время от времени бросал в сторону дома яростные взгляды. Думаю, они предназначались мне. Попадаться на глаза супругу желания не было, и я трусливо пряталась за шторой. Знаю, всю жизнь так скрываться не выйдет. Но и торопиться с получением порции негатива не хотелось.
Нанятая няня осторожно поинтересовалась, нужна ли её помощь. Она казалась странной: немного дёрганной и настороженной. Хотя в этом доме иного поведения сотрудников ожидать не приходилось.
– Проследите, чтобы нам вовремя подали обед,– попросила я.– Сегодня у нас выход в свет и Дарине надо отдохнуть.
– Мне тоже нужно быть на мероприятии?
– Да, конечно. Я подберу вам одежду, распоряжусь, чтобы секретарь выписала дополнительный пропуск и предупрежу охрану,– вновь выглянула в окно и тихо добавила.– Надеюсь, хоть кто-то из них останется не уволенным.
Глава 79
Музыка не била в уши, мягкий свет оставлял лишь немного теней по углам клуба, несколько манекенов в свадебных платьях служили ориентирами для гостей и журналистов, зонируя пространство.
Рядом топталась Маша. Она крутила в пальцах бокал с шампанским, из которого уже давно вышли газы.
– Считаешь, интерьер соответствует?– наконец спросила она.
– Не сомневайся,– отозвалась искренне.– Идея с дриадами впечатляет,– я кивнула в сторону моделей с цветочными венками на головах.
– У тебя же зелёная коллекция.
– У нас,– поправила и приобняла девушку за талию, признавшись,– Я тоже нервничаю.
– А где отец?
– Наверху.
– В красной зоне?– выдала девушка.
– Не говори, что ты там бывала.
– Ну, я всё же не ребёнок,– девушка смутилась, заливаясь краской.
– С Борисом?– решила выяснить наверняка.
– Знаю, ты считаешь его недостойным.
– Может, я поспешила с выводами,– пожав плечами, мы обменялись понимающими улыбками.
– И ты отпустила папу наверх?
– Он там с Дариной. Решил позволить мне подышать без давления.
– На него не похоже.
– Он выйдет к концу показа.
– Чтобы вскрыть карты,– поняла Маша.
– Думаю, объявит, кто лицо Полины, ещё и Даринку продемонстрирует. Он решит всё сам. А нам лучше просто стоять рядом.
– У вас всё.
– Сложно. Но по-другому у нас и не бывало,– закрыла я тему.
Падчерица кивнула и ободряюще сжала мою ладонь. Слова были лишними. Мы обе это понимали.
Организатор объявила начало мероприятия и гости принялись рассаживаться. Мельком посмотрела в зеркальные окна красной зоны. Конечно, там невозможно было никого увидеть, но направленное на меня внимание казалось почти осязаемым. Воеводин наблюдал за мной, я знала.
– Пора,– я поправила волосы.– Как я выгляжу?
– Как хозяйка бала,– Маша улыбнулась, продемонстрировав ямочки на щеках.
Все же здорово, что мы наконец перестали кусаться. Хватит с меня врагов.
В толпе фотографов, я заметила смутно знакомое лицо. Парень сверлил меня тяжелым взглядом, но быстро отвернулся. Что-то в его облике вызывало во мне неприятное тягостное ощущение. Кивнув охраннику, я едва заметно указала в сторону нервирующего меня незнакомца и направилась за кулисы.
Там творилось безумие. Моя помощница бегала между моделями, поправляя сбившуюся одежду и приглаживая им цветные волосы. На ней был надет передник, в карманах которого притаились булавки, флакон с антистатиком, пудра в спрее и множество того, что походило на принадлежности для кукольного дома.
– Алина Александровна,– просияла она, хватая меня за руку,– как же здорово, что вы здесь.
– Ты прекрасно справляешься,– пришлось признать это.
– Вы же объявите, – она понизила голос до шепота,– о себе? Все говорят об этом.
– Это мне не известно,– я отошла к стене.
– Что?
– Всем этим,– обвела рукой пространство,– управляет Воеводин.
– Разве?– девушка нахмурилась.– Не замечала, что вы от него зависите в своих делах.
– Не лезь в это,– вышло резковато, и я тронула помощницу за плечо, пытаясь смягчить сказанное.– Многое изменилось. Не думаю, что смогу сама решать, как дальше будет развиваться моё дело.
– Но.
– Останутся мои работы,– проводив взглядом модель в изысканном платье невесты, я вздохнула.– Этого у Полины не отнять. И разве имеет значение, чьё лицо на афише?
Моя помощница не была с этим согласна. Не нужно было обладать дедуктивным методом, чтобы заметить выражение скепсиса на её лице. Однако, перед мероприятием, Алекс завёл меня в кабинет и сунул документы на опеку Дарины. Я читала их и не верила своему счастью. Полная опека с условием сохранения брака. Так похоже на Воеводина.
– Теперь старайся, чтобы я не захотел развода, дорогая,– протянул он с ленцой.
– Ты не захочешь,– пообещала, уверенная в том, что он его не даст в любом случае.
А затем Алекс довольно жёстко пояснил, что до определённого времени берёт управление делами на себя. Он пользовался тем, что сегодня я не могла сопротивляться. Может чуть позже, когда смогу прийти в себя и с кожи сойдут следы запретной страсти, когда привыкну слышать слово "мама" и перестану вздрагивать от прикосновений мужа, когда научусь терпеть их, я верну себе подобие власти над частью своей жизни.
Никогда я ещё не ощущала себя такой беспомощной.
– Значит, по окончанию показа на подиум выйдет.
– Полагаю, Алекс. И он объявит Полину.
– Вы не знаете наверняка?
Пришлось хмыкнуть в ответ. Не объяснять же ситуацию работнику. Я вдруг поймала себя на мысли, что никого не подпускала к себе достаточно, чтобы разделить с ним опасения или страхи. Очень давно рядом со мной не было никого из близких. Совсем.
Пусть Воеводин злиться, но я снова начну общаться с братьями. Познакомлю их с племянницей. А очередную цену я заплачу. За всё в этой жизни нужно платить. Мне ли не знать?
Глава 80
Голова кружилась. Меня мутило. Наверно из-за всей этой суеты вокруг, а может оттого, что последней моей едой был попкорн в кинотеатре целую вечность назад.
На столе для закусок нашлись ломтики яблок и блюдце с орешками. Нормальной пищи здесь не ели. Модели! Взяв бутылку с минералкой, я направилась к чёрному выходу. Сердце колотилось с бешеной скоростью. Мне был нужен воздух. Совсем немного покоя перед тем, как придется выйти под свет софитов, улыбаться под вспышками десятка камер, возможно, отвечать на вопросы или же напротив, молчать.
Я прошла мимо охранников и остановилась на пороге. Муж стоял в узком переулке на раскрошившимся асфальте ко мне спиной и говорил по телефону. Поначалу я захотела скрыться, но услышанное заставило замереть на месте.
– Просто сделай, как я хочу. Пусть он исчезнет, – он взъерошил волосы и резко продолжил,– Мне тебя научить разбираться с проблемами? Всё должно выглядеть, как несчастный случай. Плевать на расходы. Этот выскочка должен пропасть. Слишком долго я позволял ему стоять на моём пути.
Бутылка выскользнула из рук и разбилась со звоном, заметавшимся между зданиями. Мужчина развернулся и встретился ледяным взглядом с моим ошарашенным. Выругавшись, он отключил телефон и шагнул ко мне.
– Не подходи,– прохрипела, вскинув ладонь.
– Ты не так поняла.
– Враньё,– я замотала головой.– Как и во всём остальном. Может,– каждое слово царапало горло,– ты и моих родителей также убрал с пути? Чтобы не мешали?– от осознания, что это может быть правдой, похолодела.
